Читать онлайн Горец-любовник, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Горец-любовник - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.65 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Горец-любовник - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Горец-любовник - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Горец-любовник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Алана поморщилась, когда, закончив умываться, вынуждена была надеть пусть и чистую, но влажную одежду. Гоуэны удовлетворили их с Грегором требование и дали им достаточно воды для умывания, но в подземной темнице было очень сыро, так что пробирало до костей.
Да, сыро и ужасно холодно… За те трое суток, что Гоуэны продержали ее в яме, эта леденящая сырость чуть не свела ее с ума, и не было никакой возможности избавиться от холода. Если ей и бывало тепло, так только во сне, когда Грегор прижимал ее к груди, согревая теплом своего тела.
Все это становится настоящей пыткой, думала Алана, расчесывая волосы растопыренной пятерней. И слишком уж часто ей хотелось признаться Грегору в том, что она вовсе не ребенок, а взрослая девушка. Алана не понимала, откуда могло в ней взяться столь острое вожделение к мужчине, которого она знала всего несколько дней, которого никогда толком не видела, и который не торопился ей о себе рассказывать. Впрочем, ей почему-то казалось, что она знает его уже долгие годы. И всякий раз, когда он прижимал ее к себе, у нее возникала потребность прижаться к нему еще крепче. В такие моменты ей очень хотелось, чтобы он почувствовал влечение к ней. Временами ей казалось, что она потихоньку сходит с ума, однако Алана не знала, как излечиться от этого безумия.
«Давно бы пора ему придумать какой-нибудь план побега», – говорила себе Алана. Увы, ей самой ничего путного в голову не приходило. С тех пор как Грегор обмолвился о побеге в ее самый первый вечер в яме, он больше ни разу об этом не вспоминал. Когда же она осмеливалась заговорить о побеге, он отвечал одно и то же: «Терпение, девочка». Но как долго им предстояло терпеть? Если у него имелся план побега, он мог бы поделиться с ней, а если у него такого плана не было, так почему бы честно в этом не признаться? Она, конечно, была бы разочарована, но держать на него зло за недостаток изобретательности не стала бы.
– Отойди от люка, девочка, – сказал Грегор. – Нам несут завтрак.
Алана ощупью приблизилась к вороху одеял. Едва ли она вообще когда-нибудь научится уверенно передвигаться в кромешной мгле, как это делает Грегор. Споткнувшись о стопку одеял, она села и задрала голову – в приоткрытом люке показался свет.
– Готовы сказать нам, кто вы? – спросил один из Гоуэнов, спуская чистое ведро.
– Нет, – ответила Алана, гордая тем, что в очередной раз поборола искушение назвать свое полное имя и сообщить, где живут ее родичи.
Она нахмурилась, когда Грегор, вместо того чтобы похвалить ее за храбрость, только проворчал что-то себе под нос, подцепив на крюк первое ведро. Она заметила: каждый раз, меняя ведра и принимая еду, что спускали к ним Гоуэны, он очень пристально смотрит на веревку. Настал черед менять ведра с грязной водой на ведра с водой чистой, и Грегор был сосредоточен до крайности. Для Аланы оставалось загадкой, почему он уделяет столь пристальное внимание такому простому делу. Действительно, почему?
Стражник закрыл люк, свет померк, и Алана невольно поежилась – она никак не могла побороть страх перед темнотой. Когда же Грегор присел с ней рядом, она не удержалась от вздоха облегчения. Всякий раз, как исчезал этот тусклый луч света, страх наваливался на нее с новой силой. Ей было стыдно за себя – за то, что она так нуждалась в присутствии Грегора, чтобы сохранить в душе остатки мужества. Она ужасно ругала себя, но страх не уходил – никакие доводы рассудка не помогали его победить. Ей очень хотелось верить, что Грегор не догадывался, насколько силен в ней этот страх. Но почему мнение о ней Грегора стало так важно для нее? На этот вопрос она не могла ответить.
– У меня созрел план, девочка, – сказал Грегор, разламывая пополам кусок хлеба. Он осторожно передал Алане ее долю.
– А когда он у тебя созрел? – спросила Алана ровным голосом, хотя сердце ее заколотилось как бешеное. – Когда ты начал менять все эти ведра?
– Ты слишком проницательная для своего возраста, – пробормотал Грегор, ухмыльнувшись. – Да, я смотрел на веревку не из праздного любопытства.
– Я это заметила. К сожалению, я почти ничего не могу разглядеть в таком тусклом свете, но мне показалось, тебя что-то очень интересовало.
– Да, верно, интересовало. Но мне понадобилось время, чтобы вынести верное суждение.
– Суждение о чем?
– О расстоянии до люка.
– И так ясно, что ни тебе, ни мне до него не дотянуться.
– Это верно, но нам двоим это может оказаться вполне по силам.
Алана в задумчивости жевала хлеб.
– Что значит «нам двоим»?
– Какого ты роста, девочка?
– Пять футов.
– А во мне шесть футов и пять дюймов.
– Как ты, должно быть, этим гордишься, – пробормотала она, но тут же одернула себя за необоснованное раздражение. – А к чему ты об этом заговорил?
– Если сложить мой рост и твой, этого может хватить, чтобы добраться до отверстия.
– А зачем? Чтобы упереться в железные засовы?
– Люк не укреплен ни засовами, ни балками. – Грегор чувствовал ее напряжение, хотя и не касался ее.
– Ты в этом уверен?
– Да, уверен. К чему им утруждать себя? До люка слишком высоко, по крайней мере, им так кажется. И по этим стенам наверх не забраться. Я несколько раз пытался еще до того, как ты тут оказалась, и не добился ничего, только лишние синяки и ссадины заработал. Я хороший скалолаз, но даже мне требуется хоть какой-то выступ или впадина, чтобы было за что ухватиться. Стены здесь не такие уж гладкие, но если ниши и впадины имеются, то они находятся слишком далеко одна от другой, чтобы можно было ими воспользоваться.
– Но как же ты собираешься отсюда выбраться?
– Я думаю, что если ты заберешься ко мне на плечи, то сможешь дотянуться до люка.
Алана задрала голову, пытаясь представить себе люк, который не могла увидеть. Люк этот, конечно же, очень тяжелый, из железа. Имелись ли на нем засовы или нет, ей будет очень трудно отодвинуть его. К тому же она будет стоять на плечах Грегора, а не на твердой земле. Высоты она тоже побаивалась, но, наверное, смогла бы преодолеть этот страх ради спасения. Единственное, что ее смущало, – это неверие в успех. Алана сильно сомневалась в том, что им удастся спастись таким вот образом.
– Люк, наверное, слишком тяжелый, – пробормотала она.
– Я это понимаю. Как понимаю и то, что такой маленькой девочке нелегко будет с этим справиться. Но другого выхода у нас нет. Я ведь не могу встать тебе на плечи.
– Что ж, я, пожалуй, попытаюсь открыть…
– Вероятно, придется предпринять несколько попыток. В темноте сделать такое куда труднее, чем со светом. Надо попробовать после ужина.
– К чему ждать?
– Думаю, что бежать отсюда лучше до того, как наступит утро. К тому же после ужина у нас останется достаточно времени для того, чтобы все успеть, – мы будем точно знать, что сюда несколько часов никто не заглянет. И если мы потерпим неудачу, то у нас будет в запасе время, чтобы скрыть улики, – нельзя, чтобы Гоуэны догадались о наших планах. Нельзя допустить, чтобы Гоуэны укрепили люк.
– Может, стоит скопить немного еды?
Грегор вздохнул:
– Стоило бы, но я не хочу приманивать крыс.
– Мне тоже компания крыс не слишком по душе, но если я и слышала писк за стенами, то не слишком часто. Может, крысы оставили нас в покое? Может, прождали несколько дней и решили, что им здесь нечего искать?
– Возможно. Если Гоуэны недавно занялись этим промыслом, то крысы могли еще не проторить сюда дорожку. Попробовать стоит. Может, если мы завернем еду в тряпку и будем держать при себе, крысы не разнюхают угощение и не явятся сюда.
Алана поежилась при мысли о том, что ко всем прочим прелестям их плена прибавятся еще и крысы. Она терпеть не могла этих тварей. Но им с Грегором действительно надо было взять с собой хоть немного еды. Если им удастся выбраться из этой ямы, уходить придется очень быстро. Охотиться будет некогда. Алана почти не сомневалась в том, что похитители устроят погоню, как только обнаружат, что пленники бежали. Более того, им с Грегором, возможно, придется бежать и скрываться несколько дней, не меньше. И для того, чтобы выжить, им нужна пища.
– Жаль, что лошадей не удастся взять, – пробормотала Алана.
– Да, жаль, – согласился Грегор. – Только сдается мне, что даже эти болваны забьют тревогу, если я попытаюсь вывести коней за ворота.
Алана тихо засмеялась, но тут же нахмурилась, сообразив, что им предстоит преодолеть еще одно препятствие при осуществлении их плана.
– Но если мне удастся открыть люк и выбраться наверх, то как же отсюда выберешься ты? Я не смогу тебя вытащить.
– Да, верно. Это как раз самое слабое место в моем плане.
– Не слабое место, а зияющая дыра.
– Женщинам сарказм не к лицу. – Грегор усмехнулся.
Алана фыркнула и в ответ пробурчала:
– А мужчинам придумывать глупые планы не возбраняется.
Решив, что не стоит спорить, Грегор продолжал:
– Я думаю, мы могли бы вместо веревки использовать одеяла. Можно связать их вместе – на тот случай, если ты не найдешь наверху чего-то более подходящего. Как только мы увидим, что ты можешь передвинуть люк, мы обвяжем одеяла вокруг твоего пояса. Ты выберешься отсюда с одеялами, а там, наверху, найдешь, вокруг чего обвязать конец, а другой конец бросишь мне. Вот так.
– Да, это подойдет.
– Первым делом нам предстоит добиться устойчивости. Ты должна не просто стоять у меня на плечах, но еще и этот проклятый люк отодвинуть. Как ты думаешь, сколько ты весишь?
– Семь стоунов
type="note" l:href="#n_1">[1]
, может, чуть больше.
– Такой вес я могу с легкостью поднять, но я никогда не пробовал удерживать семь стоунов живого веса на плечах. Только не бойся, если упадешь, я тебя поймаю.
Алану такое обещание не очень-то воодушевило. Падать с высоты не слишком приятно. Тем более что у нее еще не прошли синяки после падения на Грегора, когда Гоуэны сбросили ее сюда. Им явно не хотелось сильно «попортить» свою добычу, поэтому вначале они спустили ее в люк, удерживая за запястья. Но когда они ее отпустили, она упала и заработала синяки, хотя упала не на землю.
В какой-то момент ей хотелось сказать Грегору, что она не сможет выполнить свою часть плана, но Алана тут же отругала себя за малодушие. Им надо было срочно выбираться отсюда – и не для того лишь, чтобы избавить свои кланы от необходимости платить за них выкуп. Ей следовало выбраться на свет, пока страх темноты окончательно не свел ее с ума. Грегор стал ей опорой и поддержкой, но она презирала себя за то, что жмется к нему, как испуганный ребенок.
И еще этот ужасный, пробирающий до костей холод… Грегор оказался на удивление крепким мужчиной. Алана не могла понять, как после стольких дней, проведенных в таком мерзком месте, он сохранял силу и присутствие духа. Казалось, этот мужчина был совершенно нечувствительным к тем жутким условиям, в которых они оказались. Да, он был очень крепким… И если страх темноты не заставит ее прилепиться к Грегору как клещ, то это сделает холод. Алана все больше падала духом, и это ужасно ее огорчало. А ведь до сих пор она считала себя сильной и выносливой, готовой к любым испытаниям. Выходит, она себя переоценивала. Обидно и досадно. Впрочем, откуда ей было знать, что такое испытание окажется ей не по силам? Да, она ночевала одна в горах, но там всегда можно было развести костер и высушить одежду. Днем над головой простиралось небо, льющее благословенный свет, ночью свет давали луна и звезды. Если у тебя нет возможности как следует согреться и просохнуть, то холод рано или поздно проберется внутрь и станет разъедать тебя изнутри. И в том, что Грегор переносил тяготы легче, чем она, тоже не было ничего удивительного – он был крупнее и сильнее, и у него на костях мяса было побольше.
– А сейчас что ты надулась? – спросил Грегор, аккуратно сложив в тряпицу остатки их трапезы (надо сказать, что и это сделать в темноте было совсем не просто).
– Откуда ты знаешь, что я надулась? Ты же не видишь моего лица.
– Когда ты чем-то раздражена, ты издаешь звуки.
– Звуки? Какие еще звуки?
– Тихо фыркаешь.
– Дамы не фыркают.
– Конечно, нет. Простите, ошибся.
Алана решила не отвечать на его слова, потому что произнесены они были с издевкой.
– Что ты сейчас делаешь? – спросила она.
– Пытаюсь собрать немного еды. Простое дело. Вернее, было бы таковым, если бы хоть немного света, – проворчал Грегор, и тут же спросил: – Так что же тебя так раздражает?
Алана вздохнула.
– Я как раз думала о том, какой слабой я оказалась. – Грегор издал звук, похожий на сдавленный смешок, и Алана решила, что должна почувствовать себя польщенной, если его позабавило ее заявление. – Я всегда себе говорила, что темнота на меня не действует. Не пугает меня. Ну что ж, я больше не могу себе лгать. Она меня пугает. И еще – этот твой план побега… Попытаться открыть люк, стоя на твоих плечах, – идея, конечно, хорошая, и я попытаюсь так и сделать. Но при мысли о том, что я буду стоять так высоко, мне становится страшно. Меня измучили сырость и холод, я чувствую, как они пробираются даже в мои кости. И всякий раз, когда кто-то из Гоуэнов спрашивает меня, кто я такая, мне все труднее им не отвечать. Внутри меня… словно сидит кто-то – тот, кто готов выкрикнуть мое имя и сказать, где я живу, рассказать им, как добраться до моих людей, чтобы те как можно быстрее меня выкупили. И с каждым днем этот кто-то во мне становится все больше. Вот такая я малодушная.
Грегор с трудом подавил смех, когда, придвинувшись к девушке, обнял ее за худенькие плечи. Голос ее звучал так, что было ясно: она очень на себя злится. Он хорошо ее понимал. Ему тоже приходилось бороться со своими страхами – особенно в те дни, когда он был тут один. Когда ты сутками предоставлен самому себе – в полной темноте и наедине со своими мыслями, – начинаешь очень ясно осознавать, кто ты такой и что собой представляешь. Грегор догадывался, что на свете найдется не так уж много людей, которым такое придется по душе.
– Подозреваю, что очень многие боятся темноты и высоты, – сказал он. – С этими страхами мы рождаемся на свет, и никто не может полностью от них избавиться. Нет ничего дурного в том, чтобы чего-то бояться, нельзя лишь допускать, чтобы страх брал над тобой верх. А что до холода и сырости, то тут тоже все понятно. Конечно, тебе здесь неприятно. И мне тоже. Я ужасно от этого устал.
– Но ты здесь дольше, чем я.
– Во мне гораздо больше плоти, так что до костей холоду меня не так-то просто пробрать. Но все равно сырость меня угнетает. Нет, девочка, не называй себя слабой. Ты ведь не хнычешь, не закатываешь истерик, не жалуешься без причины.
Алана ничего не сказала, лишь прижалась к нему крепче. «Это для тепла», – сказала она себе. Она не слишком поверила во все его любезные заверения, но они ее все же успокоили. Если честно, в ней все больше зрела потребность в бурной истерике с визгом и плачем, но присутствие Грегора помогало держать подобное желание в узде. Однако Алана сочла за лучшее умолчать об этом. Помимо прочего, она не считала справедливым взваливать на его широкие плечи еще и такой груз. Существовала немалая вероятность того, что и он использовал ее присутствие в тех же целях – так что к чему об этом говорить?
Был момент, когда она пожалела о том, что вообще покинула дом, но ждать сложа руки вестей от сестры она больше не могла.
Несколько месяцев назад до Аланы дошли вести о том, что Кайра овдовела, что ее дом захватил человек, о котором говорили недоброе, и это все, что ей было известно. С каждым днем страх за сестру становился все сильнее. Но никаких определенных известий не поступало – одни лишь слухи, очень тревожные слухи. Единственное, что удерживало Алану от того, чтобы броситься на поиски сестры сразу по получении первых печальных вестей, – это уверенность (пусть основанная лишь на интуиции) в том, что Кайра жива. И еще у нее были видения… Но проходили недели, месяцы, и ничего так и не прояснилось. В конце концов, не находя себе места от тревоги, Алана решила отправиться в путь – и иначе поступить не могла.
Алана нахмурилась, внезапно сообразив, что у нее не было никаких видений о сестре с тех пор, как она следом за братьями отправилась на поиски Кайры. Ей следовало бы насторожиться и попытаться понять, почему так происходит. Впрочем, даже и без вещих снов Алана продолжала ощущать какую-то таинственную связь с сестрой, и она успокаивала себя тем, что чувствует: Кайра жива. Кроме того, Алана была уверена: оказавшись на свободе, она сразу же получит подсказку свыше о том, в каком направлении следует двигаться, чтобы отыскать сестру. И все же ей казалось, что незримые узы, связывавшие ее с единоутробной сестренкой с самого первого дня их рождения, стали тоньше, слабее. От этого Алана чувствовала себя ужасно одинокой и невольно все крепче прижималась к Грегору.
– Тебе страшно, девочка? – спросил он.
– Да нет, не особенно, – солгала Алана, не зная, стоит ли рассказывать обо всех своих страхах и опасениях. – Мне и хочется верить в то, что твой план побега осуществим, и страшно на это надеяться. Разочарование может оказаться слишком горьким.
Грегор в задумчивости водил ладонью по ее плечу.
– Кажется, я понимаю, что ты хочешь сказать. Теперь, когда у нас есть план, мы не можем тешить себя иллюзиями и делать вид, что все обязательно получится именно так, как мы хотим.
Алана кивнула и потерлась щекой о теплую шерсть его пледа. Увы, она успела познать горький вкус поражения. Ее самонадеянный замысел – привести братьев к Кайре – закончился сокрушительным провалом. Гордость ее была уязвлена. И не только гордость. Алана находилась в растерянности и постоянно спрашивала себя: как же так получилось? Все ее навыки, все ее таланты неожиданно изменили ей, и такое просто не укладывалось у нее в голове. Казалось, какие-то высшие силы, наделившие ее многими талантами, забрали у нее все свои дары. Но почему?.. Алана никак не могла этого понять.
Но все-таки она по-прежнему чувствовала, что сестрица жива, она не могла поверить, что ее вторая половинка канула в вечность. Во всем этом, вероятно, была какая-то высшая цель, имелась причина всему произошедшему. Почему-то боги и судьба на сей раз не позволили ей воссоединиться с сестрой. Возможно, Кайра должна была пройти какое-то испытание, узнать какую-то великую правду о себе, а с Аланой под боком сделать это ей было бы труднее. Или, возможно, это испытание предстояло пройти ей, Алане. Второе предположение Алане понравилось меньше, и она поспешила попросить у Кайры прощения за то, что понадеялась, будто это ей, Кайре, надо пройти испытание. Кайра была красивой, доброй, храброй, умной, и ей в любой ситуации было бы гораздо легче.
Как бы Алана ни любила сестру, как бы сильно ни чувствовала в Кайре свою лучшую подругу и союзницу, она с горечью вынуждена была признаться себе, что часто страдала от зависти к сестре. Кайре куда больше подходила главная роль – ведь она была красавица с черными как смоль волосами, светлой безупречной кожей и зелеными глазами. Алана же мала ростом, а волосы у нее самого заурядного каштанового цвета. К тому же у Кайры был истинный дар целительницы, а Алана просто владела некоторыми навыками и знаниями, но не имела дара «чудесного прикосновения». И Кайра умела предвидеть будущее, у нее были замечательные видения. Алана же просто обладала повышенной чувствительностью, а из «чудесных даров» была наделена лишь способностью ощущать связь с сестрой, и эта связь порой пробуждала вещие сны, которые всегда имели отношение к Кайре. Обе были девушками с характером, но Кайра умела сгладить острые углы, а ее сестра – нет, язык у нее был порой острее бритвы. Разумеется, Алана понимала, что ее зависть – от лукавого и что в семье ее любят не меньше, чем Кайру, но все же ей нередко казалось, что, родившись второй, она вошла в этот мир под тенью сестры и навсегда в тени сестры и останется.
Алана тяжело вздохнула и мысленно выругала себя за глупые домыслы.
– Какой-то траурный вздох у тебя получился, девочка, – сказал Грегор. – Ты уверена, что с тобой все в порядке?
– С самочувствием у меня проблем нет, если ты об этом, но только… Сколько же еще нам здесь сидеть? Как ты думаешь, сколько осталось до ночи? – Алана сочла за лучшее не рассказывать Грегору о том, какие мысли ее посещают; ей было за себя стыдно.
Грегор сразу же почувствовал фальшь в ее голосе, но не стал оказывать на нее давления.
– Ну, что скажешь насчет игры в шахматы? – спросил он. – Так время быстрее пройдет, верно?
– Да, пожалуй. Я готова разбить тебя наголову, как в прошлый раз, – заявила Алана. – Твой ход – первый.
– Как это мило с твоей стороны, – протянул Грегор, подозревая, что ее уверенность в себе имеет серьезные основания, ибо он пока еще не выиграл ни одной партии.
Грегор закрыл глаза, представляя шахматную доску, и стал думать, какой сделать ход. Если ему повезет, то на этот раз он сможет продержаться подольше. Она все равно поставит ему мат, но и он свое возьмет от игры – затянувшаяся партия позволит им скоротать время до долгожданного вечера.
Алана лежала, распростершись ничком на Грегоре, и пыталась отдышаться. Им обоим давно стало ясно: пройдет немало времени, прежде чем они научатся выполнять этот акробатический трюк. Балансировать, стоя на плечах у Грегора, оказалось куда труднее, чем она думала. Утешало лишь то, что и у него не очень-то получалось. Он мог достаточно уверенно удерживать ее на плечах, когда она стояла без движения, но стоило ей попытаться сдвинуть тяжелый люк, и «пирамида» начинала угрожающе крениться. Первые три раза он успевал поймать ее во время падения. Однако на сей раз не поймал.
– Думаю, четыре попытки за одну ночь – вполне достаточно, – сказал Грегор. Голова гудела нещадно – он ударился затылком о твердую землю с такой силой, что у него едва не вышибло мозги.
– Да, пожалуй, – прохрипела Алана, все еще тяжело дыша. – Может, завтра, в промежутках между приходами Гоуэнов, нам стоит еще попрактиковаться?
– Да, наверное.
Алана с трудом скатилась с Грегора и легла рядом.
– Нам надо научиться двигаться как одно целое, как будто мы двое – один очень высокий человек.
Грегор коротко рассмеялся.
– Да, верно. Держать тебя на плечах не так-то трудно. А вот стоять не шевелясь, когда ты пытаешься отодвинуть этот проклятый люк, – дело совсем другое. В каждом трюке есть свой секрет, и его надо нащупать. Как ты думаешь, у тебя хватит сил сдвинуть люк?
– Надеюсь, что хватит. – Алана немного подумала и добавила: – Люк очень тяжелый, это верно, но я смогу его сдвинуть. Я должна. Все, что требуется, – это научиться сдвигать его и при этом не падать. Я уверена, что в этом весь фокус, и мы научимся его выполнять.
– После ужина мы снова сделаем попытку?
– Да. И на следующую ночь. И на следующую после следующей. И так – пока у нас не получится.
– Вот удовольствие-то!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Горец-любовник - Хауэлл Ханна



Очень милый романчик.
Горец-любовник - Хауэлл ХаннаМила
25.12.2012, 12.19





Глупо,не о чем......
Горец-любовник - Хауэлл Ханнаюлиана
25.12.2012, 21.53





Довольно миленький.но могло быть и лучше!
Горец-любовник - Хауэлл ХаннаТатьяна
28.01.2013, 4.47





Роман не понравился. Вначале, хочу сказать, складывалось приятное впечатление, но гг-ой вообще так тупил, что мне хотелось просто бросить книгу, но я сдержалась, т.к. этого никогда не делаю... Всю книгу размышлял о том, как он хотел встретить девушку которую полюбит(это мне сначала понравилось, т.к. гг-и обычно вообще не верят в любовь), но когда любовь пришла он превратился в тугодума. Всю книгу думал, подходит ему Алана или не подходит? Уже понял, что любит, а все равно думает! Бесило! Скрывал нареченную, думал лучше будет. Ага, сейчас! Думал как бы её гордость не пострадала, а об Алане даже не думал, зато Мейвис вообще красава, ни о ком не подумала! Боль гг-ни как свою собственную почувствовала. Мало она его заставила попотеть. Да и толку! Потом все равно ходил как зомби не мог двух слов сказать. Полный бред!! Оставил после себя только разочарование в особях противопожного пола и неприятный вкус во рту. 3/10
Горец-любовник - Хауэлл ХаннаПросто Человек:)
3.08.2014, 16.44





Интересный роман, но как по мне, не хватает острых ощущений и интриг.А так автор молодец.
Горец-любовник - Хауэлл ХаннаАнна
29.07.2015, 0.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100