Читать онлайн Горец-грешник, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Горец-грешник - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 65)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Горец-грешник - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Горец-грешник - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Горец-грешник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9



Тишина, воцарившаяся в доме, отвлекла внимание Морейн от фруктового пирога, который она только что вынула из печи. Она находилась в доме Торманда уже два дня, и хотя мужчины часто уходили, в доме никогда не бывало так тихо. Она подумала о том, что запах сдобы должен был давно привлечь Уолина, но Морейн с самого завтрака не видела мальчика. Утренняя трапеза, как обычно, проходила в зале, там же, собравшись за большим столом, мужчины обсуждали свои планы. Морейн знала, что под присмотром такого большого количества мужчин Уолин в безопасности, однако она так долго его не видела, что ее охватил страх. Поняв, что тревога не отпустит ее, пока она не увидит Уолина, Морейн отправилась искать своего непоседу.
Она обошла весь дом, и теперь ей оставалось лишь заглянуть в комнату, где Торманд хранил свои учетные книги. Морейн в нерешительности остановилась перед закрытой дверью, испытывая неловкость, что ей приходится входить в личную комнату мужчины, но ей совершенно необходимо было узнать, куда же делся Уолин. Она понимала, что отчасти ее колебания объясняются тем, что в этой комнате сейчас может находиться Торманд.
С момента прибытия в этот дом Морейн видела Торманда, только когда они все вместе садились за стол. Похоже было, что хозяин дома избегает ее. Такая холодность причиняла ей боль, но Морейн понимала, что, возможно, это и к лучшему. Она искренне надеялась, что такое отношение Торманда поможет ей перестать желать его. Вместо этого желание становилось все более острым. Усмехнувшись своим неразумным мыслям, Морейн негромко постучала в дверь, но ответа не последовало. Слегка приоткрыв створку, она позвала Торманда, не желая своим неожиданным появлением помешать его работе.
Увидев, что дверь медленно открывается, Торманд вздохнул. Он изо всех сил старался забыть о том, что они с Морейн одни во всем доме, если не считать кошек. Но забыть об этом ему никак не удавалось, он уже несколько часов сидел, размышляя над списком, который настоятельно требовал от него Саймон, а работа почти не двигалась. Каждый раз, как только он задумывался над следующим именем, которое нужно было добавить в перечень его побед на любовном фронте, его мысли непонятным образом сворачивали на тропинку, которая неизбежно приводила Торманда к обнаженной Морейн, бесстыдно раскинувшейся под ним и в экстазе выкрикивавшей его имя. «Список», — вдруг вспомнил он и в ужасе уставился на лежавший перед ним листок бумаги. С лихорадочной поспешностью Торманд схватил первую попавшуюся книгу и, раскрыв ее, накрыл злополучный листок.
— Ox, простите, — сказала Морейн. — Я стучала и звала, но вы не откликнулись.
Торманд встал и немного подался вперед, улыбаясь ей. Опершись на стол, он улыбался все шире, пытаясь стереть с лица виноватое выражение. Проклятый листок был надежно спрятан под гроссбухом, и он теперь уже спокойно смотрел на вошедшую Морейн. Но одна мысль, занозой сидевшая в сердце, все же не давала ему покоя: по мере составления этого списка он все меньше и меньше ощущал себя великим любовником и все больше и больше — озабоченным самцом, как назвал его Саймон. По правде говоря, образ мужчины, который возникал перед ним по мере прибавления женских имен, совсем ему не нравился. И он вовсе не хотел, чтобы Морейн увидела ту сторону жизни Торманда Мюррея, которая отныне должна была безвозвратно кануть в Лету.
— Я не успел ответить, так как был слишком занят, — сказал он. — Вам нужна моя помощь?
— Наверное, глупо спрашивать, поскольку я знаю, что об Уолине хорошо заботятся и защищают его, но вы, случайно, не знаете, где бы он мог быть сейчас?
— Уильям и Харкурт повезли его в ваш дом, мальчик сказал, что ему там кое-что нужно сделать.
Морейн облегченно вздохнула, но в то же время, почувствовала некоторую неловкость.
— Мне надо найти кого-нибудь, кто бы присматривал за домом, пока я не вернусь. Право же, мне очень неловко, что мы доставляем вам столько хлопот. Вы ни в коей мере не обязаны возить меня или Уолина домой, чтобы мы могли заняться хозяйством.
— А вам не следует брать на себя лишние хлопоты, занимаясь хозяйством здесь.
Немного расслабившись, Торманд отошел от стола и подошел к книжной полке, на которой среди фолиантов и свитков стояли кувшин с вином и небольшие кружки.
— Я ведь не извинился перед вами за невежество и жестокость этой проклятой женщины? — спросил он, разливая вино.
— Не беспокойтесь, — улыбнулась Морейн. — Домашняя работа помогает мне отвлечься и забыть о том, почему я скрываюсь здесь.
— Мои гости не должны обременять себя работой. — Он подошел к ней и протянул кружку. — Пожалуйста, отдохните, посидите со мной, выпейте немного вина.
Взяв кружку, Морейн позволила ему подвести себя к креслу, стоявшему перед камином. Торманд взял другое кресло и поставил его так, что их разделял лишь маленький столик, заваленный бумагами. Морейн сделала глоток, смакуя изысканный вкус благородного напитка, который могли позволить себе лишь те, чей кошелек никогда не оскудевал.
Морейн чувствовала себя согретой его вниманием, которого ей так не хватало в ее недолгой, но уже наполненной страданиями жизни. В то же время она понимала, что ведет себя неразумно, что она неровня ему и не может вот так запросто сидеть в его кабинете и пить его великолепное вино. Страстное желание видеть его, согреваться теплом его улыбки, с наслаждением прислушиваться к оттенкам его низкого голоса — все это прошло бы после недолгой разлуки, а эта светская беседа, какой бы короткой она ни была, лишь раздразнит ее.
— У вас еще были сновидения? — спросил он.
— Нет. К счастью или к сожалению, но я больше не видела этих убийц.
Морейн молилась, чтобы Торманд подумал, что проступивший на ее щеках румянец вызван застенчивостью, естественным смущением девушки, находящейся наедине с мужчиной, и не стал бы больше расспрашивать ее о сновидениях. Сны, посещавшие ее в последнее время, были совсем не теми, о которых можно было рассказывать, тем более герою этих самых сновидений. После таких снов она просыпалась, буквально горя желанием. Она была поражена тем, что только и думала об обнаженном Торманде, об их переплетенных плоть к плоти телах. Это было странно для девушки, никогда не имевшей близости с мужчиной, ни разу даже не познавшей сладости страстного поцелуя. Но больше всего ее беспокоило то, что еще долго после пробуждения она явственно ощущала жар его поцелуев и прикосновение его рук.
Поймав себя на том, что одни только мысли об этих снах пробуждают в ней желание, Морейн, чтобы отвлечься, поспешила перевести разговор на другую тему.
— Странно, почему Саймон не просит меня взять другую заколку? — поинтересовалась Морейн и мысленно чертыхнулась, почувствовав, как дрогнул ее голос, когда она произносила это имя.
Она все еще испытывала неловкость, отказавшись от официального обращения к шерифу. Хуже того, она ясно дала понять, что ей не терпится прикоснуться еще к одной из этих проклятых заколок. Морейн искренне хотела помочь рыцарям найти убийц, но она все еще не была готова страдать, видя, как два чудовища творят свои злодеяния. До сих пор ей становилось жутко, когда картины последнего видения всплывали в ее памяти.
— Я действительно намерена вам помочь, — выдавила она из себя.
Торманду ужасно хотелось спросить, отчего она так краснеет, когда разговор заходит о ее снах. Его самого изводили жаркие сны, от которых он просыпался в поту, изнемогающий от невероятного по силе желания. Человеческая ли интуиция, чутье ли самца, но что-то подсказывало ему, что Морейн невинна, и это несмотря на преследующие его приступы ревности, когда он вдруг представлял себе Морейн, окруженную целым сонмом воздыхателей. Он готов был поставить все свое немалое состояние на то, что эта девушка совсем не знает, какое удовольствие мужчина и женщина могут доставить друг другу. Мысль о том, что он может стать тем мужчиной, который первым введет ее в этот мир наслаждений, заставляла его кровь быстрее бежать по жилам. Слегка улыбнувшись, он позволил ей переменить тему разговора.
— Когда в тот день мы направлялись к вашему дому, Саймон сказал, что сомневается, стоит ли вновь подвергать вас такому тяжелому испытанию, — объяснил он. — Когда он увидел, что с вами произошло, и услышал ваш рассказ, его сомнения лишь усилились.
— Не могу утверждать, что мне хочется вновь увидеть весь этот ужас, но ведь убийства должны прекратиться.
— Мы все хотим этого.
— Ранения, которые они получили, заставят их на некоторое время затаиться. Поэтому сведения, которые я могу почерпнуть в своих видениях, становятся еще более важными, не так ли?
— Разумеется, хотя мне все это не очень нравится. — Он поморщился. — Но поскольку Магда и ее девушки, наверное, уже разнесли по всему городу, что я привез колдунью, чтобы спасти себя от виселицы, то попытаться стоит.
Морейн охнула в изумлении:
— Нет, ведь она не станет говорить такое! Она была у вас в услужении. Разве Магда может верить в то, что вы способны истязать женщин?
Торманд пожал плечами.
— Честно говоря, она никогда не испытывала ко мне особой приязни. Отказывалась оставаться в этом доме после наступления темноты, а за своими девушками присматривала, словно ожидала, что я в любой момент могу бросить их на пол и изнасиловать. С самого начала Магда дала понять, что считает меня развратником, которому суждено гореть в адском пламени.
— И вы позволили ей остаться?
— Она хорошая повариха, кроме того, содержала мой дом и мою одежду в порядке. Это единственное, что мне было нужно от этой женщины, и было совсем нетрудно сделать так, чтобы как можно реже сталкиваться с ней. Я здесь, чтобы представлять мой клан при дворе, и мне не нужно целый день болтаться дома. По крайней мере так было до сих пор.
— Я уверена, что все это скоро закончится, и домашняя работа мне совершенно не в тягость. — Она допила; свое вино и встала. — К ней я сейчас и должна вернуться, иначе сегодня вечером вы останетесь без ужина.
Торманд тоже поднялся, стараясь найти любой предлог, чтобы еще хоть ненадолго задержать девушку. Когда она все же направилась к двери, он осторожно взял ее за руку. От одного этого прикосновения горячая волна пробежала по всему его телу. Он никогда не скрывал, что падок на женщин и те удовольствия, которые сулили их объятия. Но сегодня он готов был биться об заклад, что даже самый благочестивый из мужчин вряд ли смог бы противиться тому огню и той страсти, которой обещала одарить его Морейн. Слабая дрожь, прошедшая по телу девушки и яркий румянец, проступивший на ее щеках, буквально прокричали Торманду, что и Морейн испытывает такой же прилив желания.
— Вы уверены, что еще раз сможете выдержать подобное испытание? — спросил он, решив, что безопаснее вернуться к прежней теме, чем сказать о том, что у него действительно на уме.
Несмотря на смятение, которое вызывала в нем эта женщина, Торманд прекрасно понимал, что если он откровенно скажет Морейн, что мечтает овладеть ею тотчас же, то она ни на секунду не задержится в его комнате.
— О да, я смогу это вынести, Я уже оправилась после того видения.
— Мне кажется, все-таки не совсем.
— Некоторые жестокие образы еще преследуют меня, но это не должно иметь значения. Эти двое намерены продолжать убивать, а значит, их необходимо остановить. В прошлый раз мне стало нехорошо, потому что я была слишком потрясена увиденным. По правде говоря, я просто не думала, что могу увидеть такой ужас, хотя знала, что заколка была найдена на месте убийства. Теперь я знаю, что меня ждет, и чувствую, что готова вынести этот кошмар. Я сделаю это, потому что могу увидеть что-то очень важное. Саймону не стоит беспокоиться обо мне. Ему нужно лишь выбрать время и сказать мне, когда нужно прикоснуться к этой отвратительной вещи.
— В таком случае я поговорю с ним об этом. — Он медленно обнял ее и привлек к себе, их тела почти соприкасались. — А теперь расскажи мне о своих снах, Морейн.
— Я вам уже сказала. Я не видела ни убийц, ни их планов.
Морейн произнесла эти слова почти шепотом и нисколько не удивилась этому: стоя почти вплотную к Торманду, невозможно было не то что думать, но и говорить внятно. Он коснулся губами ее виска, наслаждаясь ароматом ее нежной кожи.
— Скажите, Морейн, вы видите меня в своих снах? Вы мне снитесь, — прошептал, он, не дожидаясь ее ответа.
— Не знаю, с чего бы это.
«Спасайся, беги», — шептал ей голос из затуманенного желанием разума, но у нее не хватало воли повиноваться этому предупреждению. Она знала, что ей следует немедленно остановить его, чтобы он не покрывал ее лицо легкими как перышко поцелуями, каждый из которых усиливал огонь, разливающийся по ее жилам. Но вместо того чтобы отстраниться, как подсказывало ей чутье, она еще плотнее приникла к нему. Когда Торманд заключил ее в свои объятия, крепко прижав девушку к себе, Морейн, охваченная сладкой истомой, еле удержалась на вдруг ослабевших ногах. Этот человек являл собой огромную угрозу ее добродетели, безусловно, более серьезную, чем те, с которыми ей до сих пор доводилось сталкиваться. Впрочем, сейчас все это ей стало безразлично.
— А вы как думаете? — Он коснулся ее нежным поцелуем, стараясь не торопить девушку, несмотря на то, как его тело вопило о своем желании. — У тебя такие глаза, в которые хочется смотреть часами, пытаясь раскрыть все твои секреты и тайны. Ах, и эти губы! — Он легонько куснул ее за пухлую нижнюю губку. — Теплые, сладкие, медовые, они полны огня и нежны, как тончайший шелк. В моих сновидениях я часто ощущаю прикосновение этих губ к своей коже.
Точно так же, как она чувствовала тепло его губ на своих губах. Это доказывало, что они видят одни и те же сны, и Морейн должна была насторожиться, но тут он нежно куснул ее за мочку уха. Легкое прикосновение его зубов к ее чувствительной коже заставило Морейн еще теснее прильнуть к его сильному телу. Желание, которое она испытывала в своих снах, накрыло ее полностью, и сердце Морейн испуганно затрепетало. Но Торманд прижался губами к ее губам, и все ее страхи улетучились. Она приоткрыла рот, пропуская его язык и смакуя его вкус.
Торманд не удивился, услышав свой собственный стон. Вкус Морейн опьянял его, заставляя дрожать напрягшееся от возбуждения тело. Он готов был уложить ее прямо сейчас и сорвать одежду с ее соблазнительного тела. Ему хотелось испробовать на вкус каждый дюйм ее мягкой золотистой кожи и, утонув в ее девичьем аромате, не суметь выплыть из сладкого омута.
Было необычайно трудно держать в узде все усиливающееся желание. Слишком много было снов, которые наполняли его страстным томлением, возбуждали, но не давали удовлетворения. Однако, чувствуя в поцелуе Морейн привкус невинности, Торманд изо всех сил старался сохранить остатки самоконтроля. Даже то, как она прильнула к нему — немного неуверенно, словно испытывая себя, — говорило о том, что у нее никогда не было возлюбленного. Мысль, что именно он может стать первым, кто ответит на ее страсть, таким пламенем полыхнула по его жилам, что Торманд понял: нужно немного отступить, охладить пыл.
Неохотно прервав поцелуй, Торманд стал ласкать ее длинную изящную шею. Он медленно провел языком по быстро пульсирующей голубой жилке, несказанно радуясь, что видит доказательство того, что девушка желает его так же страстно, как и он ее. Сквозь пелену страсти, окутавшую его разум, проступило осознание того, что он никогда раньше не спал с девственницей.
— Ты ведь видела меня в своих снах, Морейн? — Он молил Бога, чтобы его предположение оказалось верным, иначе он будет чувствовать себя полным идиотом. — В этих снах мы крепко держали друг друга в объятиях и целовались.
— Да, — прошептала она, — это были греховные сны.
— Нет, это были прекрасные сны, сны любви и желания. — Он медленно провел руками по ее бедрам, и Морейн лишь порывисто вздохнула от удовольствия, которое доставило ей это прикосновение. — Сладкие сны страсти, блаженства и наслаждения.
«Его голос — само искушение», — подумала Морейн. Сильное волнение придавало ему хрипотцу, усиливая искушение. Она чувствовала себя словно в огне, в котором ей суждено умереть, если этот мужчина не погасит это сжигающее пламя. Она едва успела подумать, как ей хочется ощутить его руку на своей груди, как ладонь Торманда легла на лиф ее платья. Она ринулась навстречу его ласкам, и первое изумление мгновенно утонуло в страстном желании новых прикосновений.
Торманд едва удерживался на ногах, настолько переполняла его страсть к женщине, которую он держал в своих объятиях. Даже оглядываясь вокруг в поисках подходящего для любовных игр места, он продолжал нежно гладить ее, целовать ее губы, глаза, шею, не давая затихнуть ее прекрасной и такой свободной страсти. Но тут его взгляд остановился на приоткрытой двери, и неистовые требования собственного тела перекрыл негромкий, но твердый голос разума. Одно смущало Торманда: он не представлял себе, как можно закрыть эту чертову дверь, продолжая обнимать и целовать Морейн.
Довольно противно скрипнув, дверь неожиданно подалась от чьего-то мягкого толчка. Услышав скрип, Морейн как ошпаренная отскочила от него, словно он был женат и через секунду в комнату ворвется его разъяренная жена. Торманд заметил, как желание, читавшееся на лице Морейн, быстро скрывается под яркой краской смущения, заливающей щеки девушки.
Поняв, что продолжения не будет и Морейн сейчас восстановит контроль над собой, Торманд мысленно чертыхнулся и нехотя обернулся, чтобы увидеть того, кто посмел прервать их ласки. Он уже рисовал в своем воображении самые ужасные кары, которые готов был обрушить на того, кто положил конец воплощению его снов, но в открывшемся проеме двери никто не появился. Сообразив, кто посмел нарушить их уединение, Торманд опустил взгляд. Вторгшийся в его комнату Уильям ленивой походкой направился к столу, совершенно игнорируя опасность лишиться собственной шкуры.
Посмотрев вслед коту, Торманд скрипнул зубами и, чтобы заглушить рвущее его внутренности желание, сделал несколько глубоких вздохов. Наконец Торманд несколько успокоился и, взглянув на Морейн, едва не рассмеялся. Изящные пальчики девушки трепетали, словно испуганные воробушки, расправляя юбки и приводя в идеальный порядок ее густые волосы. Теперь, когда Торманд почти успокоился, он понимал, что было бы ошибкой пойти на поводу у своего вожделения. С Морейн необходимо заниматься любовью неспешно, нежно и непременно в постели, потому что — он был почти уверен в этом — она впервые окажется с мужчиной в такой ситуации.
Он только собирался взять ее руку в свою, чтобы сказать несколько ласковых слов и успокоить страдающую от смущения девушку, как раздался грохот — что-то упало на пол. Морейн охнула и бросилась к столу. Душа Торманда ушла в пятки, он медленно обернулся на шум. Уильям, вальяжно развалившись, лежал на почти опустошенном столе. Стопка книг, бумага — словом, все, что раньше лежало там, где теперь расположился кот, было разбросано по полу, и Морейн, тихонько бранясь, принялась собирать разбросанные вещи. Торманд ринулся было к Морейн, чтобы остановить ее, снова заключив в объятия, но было уже поздно. Он с ненавистью посмотрел на кота, который определенно был доволен собой. На мгновение у Торманда даже мелькнула мысль, что хвостатый хитрец сделал это намеренно. Но тут он услышал, как Морейн охнула, и, похолодев, обернулся. Она стояла, держа в руке исписанные листы, и по тому, как бледнело ее лицо, было совершенно ясно, что именно она читает. Торманд начал лихорадочно подыскивать слова, которые могли бы хоть как-то объяснить появление злосчастной бумаги, но ничего не приходило ему на ум. Да и что он мог сказать в свое оправдание?
Морейн пристально разглядывала то, что держала в руках. Сначала она не обратила особого внимания на эти листы и намеревалась отложить их, как и гроссбух, в сторону. Но уже мгновение спустя девушка изменилась в лице и не могла оторвать взгляда от того, что невольно прочла. Это был список женских имен, три из которых были зловеще перечеркнуты. На короткое мгновение ее охватила паника, она испугалась, что Торманд и в самом деле является убийцей и сейчас набросится на нее, но затем она пришла в себя от потрясения и отбросила эту безумную мысль. Она ведь уже встречалась с настоящими убийцами.
С просьбой составить и передать ему список своих возлюбленных обратился к нему Саймон. Он советовал в первую очередь указать тех, кто жил достаточно близко и мог оказаться в опасной близости к убийцам. Список, написанный твердым красивым почерком, продолжался на обороте листа, она читала имя за именем и с грустью думала, что, возможно, сэру Торманду потребуется еще не один лист бумаги, чтобы закончить перечень своих любовниц.
К потрясению примешивалась глубокая, жгучая боль, но Морейн попыталась подавить ее. Она не хотела, чтобы он видел, что причинил ей страдание. Несмотря на то что еще минуту назад она, словно опоенная, таяла в его объятиях, Морейн была гордой девушкой. Гордость позволила ей выжить после изгнания, и сейчас, как ни странно, именно гордость помогла несколько смягчить охватившее ее смятение.
Затем пришла ярость, прорезавшаяся сквозь стыд, который она почувствовала из-за того, что оказалась такой наивной простушкой. Он пытался соблазнить ее, как соблазнял многих женщин — просто для того, чтобы было с кем развлечься. Несмотря на все разговоры о сновидениях и сладкую лесть, которую он подпускал, она была для него не больше чем теплое женское тело, которое оказалось под рукой во время его вынужденного затворничества.
Боже, какой же она была дурой, поверив, что они действительно видят одни и те же сны. Он наверняка лгал — лгал для того, чтобы она, поверив ему, расслабилась и потеряла бдительность. Она здесь для того, чтобы помочь ему найти настоящих убийц, чтобы, по сути, спасти его от петли, а он отблагодарил ее тем, что попытался сделать ее одной из своих любовниц. В этот момент Морейн совершенно не волновала судьба этого человека. Более того, она даже с некоторым удовлетворением представила, как палач выбивает у него из-под ног опору. Морейн гневно посмотрела на Торманда. Она не доставит ему удовольствие, обнаружив свою боль, но свой гнев она скрывать не станет.
— Возможно, вам не помешает добавить сюда еще несколько имен, — сказала она, сама поражаясь холодной ярости, прозвучавшей в ее голосе.
— Саймон попросил меня составить список, чтобы мы могли знать, каким женщинам грозит опасность, — честно признался Торманд, думая о том, как же она прекрасна в своем гневе.
Одно лишь пугало его: из-за этого чертова листка он мог потерять Морейн прежде, чем у него появился шанс сделать ее своей.
— Вам потребуется целое войско, чтобы защитить этих женщин.
— Я не пытался добавить вас в этот список, — заметил он, но по взгляду, который она на него бросила, он понял, что с таким же успехом можно пытаться переубедить камень. — Я думаю о вас иначе, чем обо всех этих женщинах.
— Иначе? Вы не шептали им нежные слова? Не пытались завлечь их в свою постель? Я знаю вас всего лишь несколько дней, а вы уже стараетесь соблазнить меня. — Она швырнула листки на его стол. — С ними вы тоже говорили о своих снах? Умно придумано. Вы ведь знали, какое значение я придаю сновидениям.
— Морейн, все, что я сказал вам, — правда. — Он потянулся к ней, но она ловко увернулась от его прикосновения. — То, что я чувствую к вам, не может сравниться с моими чувствами ни к одной из этих женщин.
Она от всей души хотела верить ему, и это ее испугало.
— Даже в своем кабинете, при открытой двери, вы едва не уложили меня на пол, задрав юбки. И после этого вы рассчитываете, что я поверю вам? Поверю, что для вас я не просто очередная глупышка, которую вы готовы без особых усилий затащить в свою постель? Неужели вы действительно отличаете меня от них? Чем же, интересно? У вас такой богатый опыт в нашептывании нежных слов, что вы, вероятно, смогли бы соблазнить и монахиню. Но, сэр Торманд, я не стану еще одним именем в вашем списке. Я не могу похвастаться богатством, но у меня есть гордость, и я не поступлюсь ею, став очередной вашей любовницей.
Гордо выпрямившись, Морейн вышла из комнаты, Торманд скрипнул зубами и негромко выругался в свой адрес. Он выругался вновь, когда услышал, как с девушкой поздоровался Саймон. Похоже, он потерял Морейн, и этот факт скрыть вряд ли удастся. Но что еще хуже, Морейн скорее всего не станет скрывать, какого низкого она о нем мнения. Он сердито посмотрел на кота, все еще сидящего на столе, понимая, что глупо винить животное в том, что произошло, но ему необходимо было выпустить пар.
— Морейн, с вами все в порядке? — услышал он голос Саймона, понимая, что его друг опасается, что он совершил именно то, что только что намеревался.
— Да, Саймон. Но я должна вернуться к своей стряпне. И я готова взять в руки еще одну заколку в любое время, когда вы скажете.
— Вы в этом уверены?
— Вполне.
— Тогда мы попытаемся сразу же после ужина, когда Уолин отправится спать.
— Хорошо. Мы должны остановить эти убийства. И чем скорее мы это сделаем, тем скорее я смогу вернуться домой к своей обычной жизни.
Торманд поморщился и прислушался к удаляющимся шагам. Он пожал плечами, когда Саймон вошел в комнату и посмотрел на него, подняв темную бровь в молчаливом вопросе.
— Она увидела список.
— Ты что, в самом деле показал его ей?
Тон Саймона подразумевал, что он считает Торманда полным глупцом, и тот сердито посмотрел на друга:
— Ты меня что, дураком считаешь? Я его надежно спрятал под счетной книгой. — Он кивнул на кота. — Потом эта глупая животина явилась сюда, забралась на стол и все раскидала. Морейн стала собирать упавшее и увидела список. А если ты будешь смеяться, то должен тебя предупредить, что я в настроении побить что-нибудь или кого-нибудь. И крепко.
— Ты ведь пытался соблазнить эту девушку, не так ли?
— Может, и пытался, но не надо выставлять это так, словно я старый вожделеющий дурак, каждый день совращающий невинных. Я отношусь к ней не так, как к другим женщинам, но, к сожалению, она мне не поверила.
— Учитывая длину этого списка, я понимаю, почему она усомнилась в твоих словах.
— Я ей не лгал, и она это знает.
— Торманд, девушка может доверять словам мужчины во всем, за исключением его прошлого и тех причин, по которым он пытается завлечь ее в постель. Пока ты не женишься на ней, она будет сомневаться в каждой твоей попытке. Ты собираешься на ней жениться?
— Я не знаю. — Торманд слегка улыбнулся, увидев удивление на лице друга. — Она не похожа на других, и я думаю, что теперь я тоже стал немного другим. Но я не знаю, как заставить ее поверить в это.
— Ну, ты мог бы начать красиво ухаживать за ней вместо того, чтобы пытаться ее соблазнить. Надеюсь, ты еще не забыл, как это делается?
Вспылив, Торманд собрался было ответить, что, конечно же, не забыл, как вдруг понял, что и не помнит, когда в последний раз действительно ухаживал за своей избранницей. Обычно все, что ему требовалось, чтобы уложить женщину в постель, — это немного лести, красивый подарок и пара поцелуев. Но это нельзя считать ухаживанием. Это больше походило на охоту. Пытаясь скрыть свое замешательство, он перевел взгляд на кота, который, прищурив свои желтые глаза, пристально следил за ним.
На мгновение он задался вопросом: стоит ли ему пытаться ухаживать за Морейн? Ведь это означает фактически признаться в том, что он хочет, чтобы она принадлежала только ему, а ведь это возможно лишь после женитьбы. Как это ни странно, мысль о женитьбе не испугала его и не вызвала желания немедленно сбежать в горы. В своем последнем сне он видел их общих детей, и немалая часть его души страстно желала узнать, верны ли эти образы. Даже мысль о том, что после, свадьбы ему придется хранить верность одной женщине, совершенно не обеспокоила Торманда.
Мысленно все обсудив, он решил, что покончит с повадками ловеласа.
— Да, — сказал он, — думаю, я смогу оказывать внимание девушке, как подобает истинному джентльмену. Хотя бы для того, чтобы Морейн поняла — ее имя никогда не окажется в этом списке. Итак, я буду за ней ухаживать. Вот только преуспею ли в этом? — пробормотал он, выходя из комнаты.
Саймон почесал кота за ушами, слегка улыбаясь громкому мурлыканью, которым кот ответил на поглаживание.
— Он дурачок, Уильям, не сердись на него. Думаю, впереди у него трудный путь, но он будет ему полезен. И в одном он абсолютно прав — Морейн Росс не девушка из его списка. Я начинаю думать, что Харкурт знал, о чем говорил, и это меня немного пугает.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Горец-грешник - Хауэлл Ханна



Очень хорший роман.Читается на одном дыхании.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаЛюбовь
23.01.2012, 18.22





Роман просто отпад!!!!
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаТатьяна
28.01.2013, 4.31





Читайте
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаМаруся
15.02.2013, 14.52





Не понравилось. Маньяки, кровь. Объяснение героев в конце романа оставляет желать лучшего.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаКэт
22.08.2013, 12.23





Отпишусь за всю серию. Когда начинала читать первый роман, думала, долго буду осиливать 16 книг, но оказалось, что все читается на одном дыхании. Все романы увлекательные,даже жалко было читать последний. Читайте всю серию с самого начала, не пожалеете.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаМария
13.03.2014, 7.30





перечень серии из 15 книг в комментариях к "зеленоглазому рыцарю",кто знает,пожалуйста, подскажите название 16ой книги о которой говорится в комментариях к "горцу грешнику".
Горец-грешник - Хауэлл Ханнаприятной бессоннице
21.03.2015, 17.31





......Благородный защитник - где-то в начале серии.....искать можно еще так:входим в ДАМСКИЙ КЛУБ Ty amor каталог средневекового любовного романа (эмблема его такова: большую голубую букву L пересекает по горизонтали club) и ищем по автору все что желаем,
Горец-грешник - Хауэлл Ханнав дополнение к Бессоннице
21.03.2015, 18.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100