Читать онлайн Горец-грешник, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Горец-грешник - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.78 (Голосов: 65)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Горец-грешник - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Горец-грешник - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Горец-грешник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15



Стоя в дверном проеме комнаты, которую они делили с Морейн, Торманд пытался успокоиться. Всю обратную дорогу он боролся сам с собой, испытывая противоречивые чувства: он и сердился на нее за то, что она не поведала ему всю правду, но понимал причины, по которым она промолчала. Было бы неразумно сейчас ворваться в дом и потребовать, чтобы она рассказала ему все, что видела во сне. Такая стычка ни к чему бы не привела, разве что позволила бы ему освободиться от скопившегося раздражения, которое бурлило в его жилах. Он даже не мог заявить, что Морейн солгала ему: просто она рассказала ему не все. У него по-прежнему было чувство, что она каким-то образом пытается защитить его.
Грациозно и ловко двигаясь по комнате, Морейн готовила для них еду. Аппетитный запах тушеного кролика щекотал ноздри и заставлял сжиматься голодный желудок. Он не стал тратить время на застолье, находясь в доме Саймона. К тому же осознав, что Морейн видела во сне собственную смерть, он тотчас потерял всякий аппетит.
Торманд понимал, что глубина страха, который он испытывает за Морейн, показывает и глубину его чувств к ней. Этими чувствами можно было объяснить и внезапное раздражение, которое охватило его, когда он догадался, что Морейн не открыла ему всей правды. Торманду пришлось признаться самому себе, что с каждым днем, проведенным в обществе Морейн, с каждой минутой, проведенной в ее объятиях, он все больше привязывается к ней. И что удивительно, он совершенно не хотел отстраняться от этого наваждения. Наоборот, его все больше тянуло к этой девушке.
— Ага, ты как раз вовремя, — сказала она и улыбнулась ему. — Я готовлю кролика, которого ты поймал вчера.
— Пахнет замечательно, — сказал он, входя в комнату и усаживаясь на стул перед грубым каменным очагом.
Сделав глубокий вдох, он добавил:
— С тобой я стану чревоугодником. Похоже, Саймон позаботился и о пряностях.
— Ты угадал.
Она налила кружку эля и протянула ему. Торманд поблагодарил и улыбнулся. Приятно, когда тебе готовят еду и так встречают, когда ты возвращаешься домой. Однако Морейн усматривала в этом опасность. Она все больше входила в роль жены, а Торманду Мюррею, насколько она понимала, жена не нужна. И даже если бы он захотел, его избранницей не могла стать незаконнорожденная дочь сожженной женщины, которую горожане считали ведьмой. Ведь если бы Торманд захотел, он мог бы выбрать себе жену из представительниц самых знатных семей Шотландии.
При мысли о том, что у другой женщины может родиться ребенок от Торманда, Морейн почувствовала в сердце такую боль, что чуть не разрыдалась. Чтобы он не заметил тени страдания в ее глазах и не стал гадать, с чем это связано, она сделала вид, что с головой погрузилась в приготовление обеда. На самом деле тушеное мясо не требовало особого умения, но она надеялась, что Торманд, как и большинство мужчин, не слишком разбирается в таких тонкостях.
Когда Морейн успокоилась и вновь начала контролировать свои чувства, она вдруг поняла, что повисшее в комнате молчание было совсем не дружелюбным. В нем чувствовалось напряжение, и это обеспокоило ее. Оглянувшись, она увидела, что Торманд сидит, угрюмо уставившись в стену. Его явно что-то беспокоило, но Морейн боялась спросить, что же именно. В голову сразу же полезли различные мысли, но ни одна из них не могла подсказать возможную причину такого странного поведения. Может быть, он размышляет о неудачах, связанных с поимкой убийц, а возможно, о том, что он заперт в доме с женщиной, которая уже наскучила ему.
Морейн очень хотелось узнать, что же сказал Саймон по поводу ее сна и вообще есть ли какие-нибудь новости об Аде и Смолле, но спросить она не решалась. Морейн решила, что лучше выждать паузу, подождать, пока у самого Торманда не появится желание разговаривать. Она сосредоточила все свое внимание и мысли на работе, которой планировала заняться. Решив внести свой вклад в приданое Норы, Морейн собиралась вышить цветы на ее постельном белье, — к счастью, она сообразила захватить с собой весь необходимый материал. Спокойное, даже монотонное рукоделие отвлечет ее, и на какое-то время она перестанет беспокоиться о причинах затянувшегося молчания Торманда.
Только некоторое время спустя, уже после того, как было отдано должное кулинарным способностям Морейн и она вернулась к своему шитью, Торманд смог наконец избавиться от своего мрачного настроения. Он явно не из тех мужчин, которые долгие часы проводят в раздумьях о смысле жизни, но, похоже, вполне способен был и на это. Только вот сейчас размышления стали больше походить на оплакивание собственной участи.
Он посмотрел на Морейн, которая, казалось, была полностью поглощена вышиванием цветочков; ощущая его плохое настроение, она долго не поднимала глаз от шитья. Наконец раздражение окончательно отпустило Торманда, он даже почувствовал себя странно тронутым тем, что эта девушка, помимо своей воли втянутая в его неприятности, пытается защитить его, распознать его врагов.
Что ж, он позволит ей сохранить свой секрет. Он не станет рассказывать ей, что ее видения обретают материальную силу — по указанию шерифа Саймона многие люди вовлечены в поиск хижины, которую она описала. Печально, конечно, что вынужденное заточение и невозможность участвовать в поисках никак не улучшают его настроения. Морейн теперь — его женщина, и он должен быть среди тех, кто выслеживает негодяев, вознамерившихся причинить ей зло.
Его женщина. Торманд подумал, что, пожалуй, звучит это неплохо. Раньше он не замечал за собой подобного эгоистического инстинкта, но с Морейн вознамерился почувствовать себя собственником.
— Похоже, твоя подруга решила принести в приданое огромный сундук постельного белья? — спросил он с улыбкой.
Посмотрев на Торманда, Морейн с удивлением обнаружила, что от того дурного настроения, с каким он вернулся от Саймона, не осталось и следа. С облегчением вздохнув, она улыбнулась в ответ.
— У нее нет ни земель, ни состояния, но она хочет, чтобы у нее тоже было что показать, — ответила Морейн. — Поэтому все женщины ее семейства целые дни проводят за рукоделием. Я ей помогаю, так что хорошо, что твой брат привез необходимую материю.
— Если вся работа окажется такой же великолепной, родственники Джеймса будут в восторге. — Он вздохнул. — Извини, что последние несколько часов я был немного не в настроении. Можешь смеяться, но я вдруг пожалел самого себя.
— Пожалел? Из-за чего?
— Мне стало чертовски жаль, что, впутываясь в эти неприятности, более того, вовлекая в них своих братьев, Саймона и тебя, сам я вынужден скрываться, вместо того чтобы разыскивать своих врагов, которые с завидным упорством пытаются затащить меня на эшафот.
— Да, наверное, все это очень больно бьет по самолюбию знатного рыцаря.
Он мягко засмеялся:
— Похоже, ты не слишком сочувствуешь моим горестям.
— Я сочувствую, но…
— Ах это пресловутое «но»!
Она оставила без внимания его поддразнивание.
— Торманд, пойми, здесь тебя не достанут ни горожане, ни убийцы, здесь ты можешь переждать самое опасное время, а присоединившись к Саймону, подвергнешь себя огромному риску. Неразумно гоняться за сумасшедшей парочкой и рисковать попасть под камни разбушевавшейся толпы лишь для того, чтобы успокоить свою уязвленную гордость. Не забывай, что разъяренные горожане представляют опасность и для твоих друзей, которые обязательно бросятся защищать тебя в случае чего. И тогда охваченные страхом, озлобленные люди будут сражаться с теми, кто будет пытаться спасти твою жизнь. Твоих защитников толпа будет считать своими врагами.
Выговорившись, она даже слегка испугалась, что позволила себе зайти слишком далеко, но Торманд, по-видимому, не рассердился.
— Я все понимаю, — тихо ответил он. — Именно поэтому не стал противиться и согласился на затворничество. Я доверяю Саймону, этот человек знает, что делает. Но все же мне трудно сидеть здесь, ничего не предпринимая.
Морейн кивнула и, чуть помедлив, спросила:
— Они вышли на след этих мерзавцев?
— Круг понемногу сужается.
— Хорошо, значит, мы на верном пути. — Она покачала головой. — Как жаль, что тех, кто швырял камни в ваш дом, нельзя никак вразумить. Тогда они стали бы вашими помощниками в поисках, а тебе не пришлось бы больше оставаться пленником в этой темнице.
— Ну, темница темнице рознь. Но ты права в главном. Я был бы только помехой, мое присутствие лишь подстрекало бы толпу, а значит, все бы оказались в опасности. Или пришлось бы соблюдать особую осторожность, чтобы меня никто не увидел. Так что в любом случае на поиски оставалось бы меньше времени. Как сказал Саймон, он предпочел бы поймать проклятых убийц прежде, чем меня повесят. Так способен поступить только настоящий друг, согласна?
— У Саймона Иннеса мрачноватое чувство юмора.
— Верно, но не забудь, что ему частенько приходится иметь дело с самыми грязными людскими пороками. Думаю, Саймон видел почти все проявления зла, которое люди могут причинить друг другу. Иногда мне даже кажется, что этот горький опыт медленно разъедает его душу.
— Или сердце, — пробормотала Морейн. — Ему хоть чем-нибудь помогло то, что я видела во сне?
Торманд кивнул:
— А как же! Он уже воспользовался этими сведениями.
— Имя женщины ему кого-то реально напоминает? Мысленно я уже называю ее Адой.
— Саймон тоже считает, что ее зовут Ада, хотя ему так и не удалось раздобыть достоверной информации о жене Маклина. К сожалению, его воспоминания о встрече с ней слишком слабы, чтобы можно было полагаться на них. Удивительно, но не удалось пока найти и кого-то из слуг, работавших на Маклина, и это внушает подозрения. Может, они просто сбежали, хотя, конечно, все возможно. Эта парочка оставляет после себя слишком много трупов. — Торманд встал и протянул ей руку: — Пойдем в постель, Морейн. Давай больше не будем говорить о грустном.
Она покраснела, но отложила в сторону свое рукоделие и вложила свою ладонь в его руку. Торманд повлек ее к кровати и, остановившись у изголовья, поцеловал Морейн с такой нежной страстью, что у нее закружилась голова. Затем сгреб угли в очаге и задул свечи за исключением одной, стоящей рядом с постелью. Морейн почувствовала себя не так скованно, когда свет в комнате превратился в слабое мерцание. Это было глупо, если принимать во внимание, как часто они занимались любовью, но она все еще стеснялась, когда он видел ее наготу.
Целуя ее покрасневшие от смущения щеки, Торманд медленно раздевал ее. Он делал это неспешно, наслаждаясь каждым открывающимся его взгляду кусочком ее бархатистой кожи. Не меньшее удовольствие ему доставляло смущение, смешанное с желанием, которое он видел в ее глазах, когда осторожно, словно драгоценный сосуд, укладывал Морейн на мягкую перину. Он и раньше знал, что достаточно легко пробуждал в женщинах влечение плоти, но когда страсть просыпалась в Морейн, он волновался, как никогда раньше. Ни одна из его бывших возлюбленных так не будоражила его кровь. С теми, другими, его заботило лишь то, чтобы его собственное влечение было удовлетворено. Но сейчас Торманду хотелось, чтобы Морейн ощутила всю страсть, на которую он способен, и ради этого он был готов пожертвовать собственными удовольствиями.
Он буквально сорвал с себя одежду и лег рядом с ней. Торманд немного поторопился, но не потому, что хотел как можно скорее удовлетворить свою страсть, скромница Морейн все еще испытывала некоторое смущение от того, что он видит ее обнаженной, и ему совсем не хотелось, чтобы эта стыдливость охладила ее пыл. Сегодня ночью он собирался заниматься с ней любовью так, как никогда не занимался ни с одной другой женщиной.
Морейн с радостью раскрыла ему свои объятия. Она видела жажду обладания в его глазах. В них просвечивала искренняя нежность и даже, как ей казалось, любовь. Ощутив прикосновение его теплой кожи к своей, Морейн глубоко вздохнула от удовольствия и подумала, что это чувство ей никогда не надоест.
Несмотря на то что у девушки быстро возникло желание отдаться ему полностью, он не торопился. Морейн попыталась контролировать свое возрастающее чувство, потому что ей было приятно ощущение его прикосновений и поцелуев, и она хотела наслаждаться ими как можно дольше. Она больше не сжималась, когда он целовал и ласкал ее грудь, а выгибалась, приветствуя каждое прикосновение его руки и теплоту его губ.
— Как же ты прекрасна, любовь моя, — шептал он, поглаживая нежную кожу ее плоского живота. — У твоего тела вкус самого изумительного медового напитка, и я не могу им насытиться.
Она хотела ответить, но от его умелых ласк у нее закружилась голова, и Морейн лишь прикусила губу, так и не сумев вымолвить даже пару слов. Морейн не представляла, как он может разговаривать, занимаясь любовью. Тая в его объятиях, она не сомневалась в том, что он испытывает такое же горячее и необузданное желание, как и она, и тем не менее он в состоянии был говорить. А она едва могла вымолвить его имя.
Затем вдруг ее глаза широко раскрылись от изумления, и она почувствовала, как вся трепещет. Он целовал ее там. Это, наверное, уже слишком, и она не может ему позволить делать это. Морейн робко попыталась отстраниться, но он лишь крепче сжал ее бедра. Настающая страсть заставила ее выгнуться, она буквально сгорала от желания, словно по ее жилам струился настоящий огонь. Он шептал ей что-то успокаивающее, но она, оглушенная разгорающимся в теле пламенем, не слышала ничего, кроме гулкого стука собственного сердца.
Когда ее тело напряглось, как это происходило всегда перед завершающим любовный акт падением в бездну, которое должно было вот-вот произойти, Морейн схватила его за плечи, пытаясь привлечь в свои объятия. Она хотела, чтобы он вошел в нее, но не знала, как сказать ему об этом. Повинуясь ее движению, он начал покрывать поцелуями ее тело, поднимаясь все выше. Припав к ее губам, он вошел в нее, целуя жадно, почти свирепо. Морейн издала страстный возглас и крепко обхватила ногами его бедра. Время перестало существовать, но вот наконец, содрогнувшись в последний раз, она погрузилась в волны совершенного блаженства, в которых ей уже не раз доводилось качаться. Сквозь марево, затуманившее мозг, она услышала, как Торманд, погружаясь в тот же омут, хрипло выкрикивает ее имя.
Прошло некоторое время, и наконец Морейк пришла в себя настолько, что вновь ощутила стыдливость. Не смея поднять глаза, она уткнулась лицом в его шею. «Я самая ужасная распутница», — подумалось ей. Но несмотря на все свое смущение и потрясение из-за того, что позволила ему эту новую ласку, она очень быстро поняла, что хочет вновь испытать ее. Эта мысль лишь усилила смущение Морейн.
Почувствовав, как напряглось ее тело, Торманд погладил девушку по изящной спине и уткнулся подбородком в ее перепутавшиеся волосы. Она еще будет стыдиться, подумал он, ну что ж, они вместе преодолеют это девичье чувство. Раньше Торманду и в голову не приходило проделать это с другой женщиной, но вкус этой маленькой колдуньи ему нравится, решил он. Она была чистой, сладкой и терпкой, и, кроме него, у нее не было ни одного мужчины. Торманд не позволит, чтобы ее природная стыдливость помешала им наслаждаться друг другом.
— Перестань волноваться, дорогая, — сказал он, приподнимая ее лицо и целуя Морейн в губы. — Ведь тебе же было хорошо?
— Но ты не должен целовать меня там, — пробормотала она, не в силах встретиться с ним взглядом.
— А почему нет? Мне нравится целовать тебя именно в этом чудесном местечке. Оно источает мед, — добавил он и засмеялся, когда она застеснялась и спрятала лицо у него на груди. — Тебе ведь тоже понравилось.
— И все равно этого нельзя делать.
— Я думаю иначе.
Прежде чем она успела возразить, он напрягся и внезапно соскочил с кровати. Мгновение спустя и она услышала: кто-то приближался к их дому верхом на лошади. Всадников было несколько. Морейн быстро выбралась из постели и торопливо накинула на себя одежду. Торманд уже был полностью одет и вооружен. Он двигался с быстротой и ловкостью человека, который не раз смотрел в лицо опасности. Кивком головы он велел ей проскользнуть в заранее приспособленный для быстрого исчезновения небольшой проем в стене. Ей хотелось остаться рядом с ним. Она не представляла, с чем ему придется столкнуться, и ей крайне неприятна была сама мысль о возможном бегстве. Но Морейн все же пообещала Торманду, что покинет дом по первому его знаку, и направилась к знакомому проему, выходящему прямо в лес.
— Спокойно, Торманд, — послышался знакомый голос. — У нас есть новости.
Поняв, кто приехал, Морейн бросилась к кровати, пытаясь навести хоть какой-то порядок, потом так же быстро принесла эль и целых шесть кружек, поскольку не знала, сколько Мюрреев прибыло вместе с Саймоном. Когда Торманд отпер дверь и мужчины вошли, напряжение отпустило ее, однако их неожиданное появление среди ночи все же беспокоило Морейн. Наливая эль, она молила Господа, чтобы новости оказались хорошими. Торманду потребовалось немало времени, чтобы избавиться от хандры, и сообщение об очередном убийстве, вину за которое он опять возложит на себя, может снова ввергнуть его в самое мрачное расположение духа.
— Вы вообще когда-нибудь спите? — поинтересовался Торманд, беря в руки уже наполненную Морейн кружку и усаживаясь на кровать.
— Когда работаешь с Саймоном, спать не приходится, — пробормотал Харкурт и залпом выпил эль, словно умирал от жажды.
— Спать некогда. Сегодня ночью мы снова пойдем на охоту, — сказал Саймон и тоже взял кружку, с благодарностью улыбнувшись Морейн. — Кое-кто наконец прислал весточку о тех, кого мы ищем.
Нервы Торманда были напряжены до предела, он привлек Морейн и усадил ее рядом с собой. Неужели вся эта морока наконец закончится? Тогда они с Морейн смогут вернуться домой, и у него появится время обдумать свои чувства и решить, что ему предпринять.
— Ты знаешь, где эти ублюдки? — спросил он.
— Именно это и подразумевалось в сообщении, которое мы получили. Я собрался было прямиком помчаться туда, но потом решил, что тебе, вероятно, не понравится, если мы не возьмем тебя с собой.
— Очень не понравится. Но ты уверен, что можно доверять твоему информатору?
— До сих пор он не позволял усомниться в его честности.
Торманд посмотрел на Морейн:
— Ты не побоишься остаться здесь?
— Конечно, нет, — ответила она. — Я ведь и раньше часто оставалась одна.
— Но не ночью.
— Здесь достаточно толстая дверь и крепкие запоры, а в случае чего я смогу скрыться в лесу.
— Я бы не стал звать тебя с собой, если бы сомневался в безопасности госпожа Росс, — сказал Саймон. — Никто не знает, что ты здесь, и если все сложится так, как мы рассчитываем, то к утру угроза уже исчезнет.
Морейн проводила мужчин и крепко заперла за ними дверь. Ей очень хотелось верить, что рыцари наконец найдут убийц и либо убьют их на месте, либо заточат в самую глубокую темницу, чтобы потом повесить на главной площади города. Эти чудовища должны ответить за все злодеяния, а Торманд, ее Торманд, сможет наконец возвратиться домой.
Она легла в постель и свернулась калачиком под одеялом. Ей так не хватало рядом большого теплого тела Торманда, но она сказала себе, что надо привыкать снова спать одной. От одной этой мысли на глаза Морейн навернулись слезы. Если этих чудовищ сегодня поймают, ей придется отправиться в свой маленький домик и жить воспоминаниями о неразделенной любви.
Когда слезы, несмотря на все усилия сдержать их, покатились по щекам, Морейн, благо Торманда не было рядом, громко шмыгнула носом. В их взаимоотношениях единственным, кто любил, была она, а Торманд лишь испытывал физическое влечение. Возможно, к ней он был добрее, чем к другим женщинам, но он ни разу не намекнул на какие-либо более сильные чувства, чем желание. Ни слова не было произнесено об их возможном будущем. Она опять станет ухаживать за своими грядками, цветами и пчелами, а Торманд вернется к своим любовницам. Это было больно, но Морейн догадывалась, что и к этому ей придется привыкнуть. Но когда они с Тормандом расстанутся, с ним останется кусочек ее сердца.
— Как к тебе попали эти сведения? — спросил Торманд.
Они провели в пути уже целый час.
— Пришел мальчик и принес записку. Написана неразборчиво, но понять все-таки можно. Старик Джорди сообщил, что однажды видел тех, кого мы ищем. Сказал, что они появляются у расположенного неподалеку от его фермы заброшенного дома.
— До рассвета еще далеко, так что до дома старого Джорди мы доберемся не раньше чем через пару часов.
— Не далековато ли для логова убийц? Я думал, они прячутся ближе к городу.
— У них ведь теперь нет своего дома, не так ли? Может быть, они смогли укрыться только здесь. Я подозреваю, что сейчас эти двое больше беспокоятся о сохранности собственных шкур, чем о том, кого выбрать следующей жертвой.
Торманд поплотнее укутался в плащ, поскольку прохладный влажный ночной воздух пробирал до костей. Ему отчего-то было не по себе, но причины он понять не мог. Возможно, дело было в том, что после стольких смертей, после долгих и утомительных поисков все сейчас казалось подозрительно легким.
— Разве такие изощренные убийцы не предприняли бы всех мер безопасности? — наконец спросил он Саймона.
— У тебя нехорошее предчувствие?
— Как-то слишком просто все заканчивается.
— Ты ожидал схватки?
— Возможно, а может быть, мне просто этого хотелось. Но кажется, мне не удастся скрестить меч с этим Смоллом.
Когда они добрались до лачуги старого Джорди, Торманд понял, что не сможет вернуться к Морейн до восхода солнца. У него возникло огромное желание немедленно развернуть их небольшой отряд и, рискуя загнать коней, отправиться в обратный путь. Интуиция не просто подсказывала ему, она буквально кричала, что впереди ловушка.
Когда заспанный, в ночном колпаке, старый Джорди открыл, гремя тяжелым засовом, дверь, Торманд почувствовал, как его беспокойство перерастает в тревогу. Старик настолько искренне был удивлен появлению Саймона, что стало ясно: визит рыцарей стал для него полной неожиданностью. Взглянув на дрожащего от ночной прохлады старика, Саймон помрачнел — похоже, он тоже заподозрил что-то неладное.
И тут Торманд понял, что ловушка была подстроена не для него и не для их небольшого отряда, а для той, кого они оставили в разрушенном доме. Торманд с трудом подавил желание вскочить на коня и немедленно помчаться обратно. Но стоило по крайней мере выяснить, кто мог написать записку, которая привела их сюда.
— Что-то случилось, сэр? — спросил Джорди Саймона.
— Я думал, ты мне об этом расскажешь, — ответил Саймон. — Разве не ты прислал мне записку с просьбой встретиться здесь?
— С чего бы я стал это делать?
— В твоей записке говорилось, что ты знаешь, где затаились убийцы, за которыми я охочусь.
— Записка? Но, дружище, ты ведь знаешь, я едва умею нацарапать свое имя. Я никак не мог написать вам записку. Если бы возникла нужда сообщить что-то вам, я бы послал одного из своих парней, но писать письмо — нет уж, увольте.
Саймон хотел показать Джорди небрежно нацарапанную записку, но старик покачал головой.
— Входите, сейчас зажгу свечи, тут такая темень.
Вслед за Саймоном Торманд вошел в дом; бросив взгляд назад, он увидел, что кузены, положив ладони на рукояти мечей, расположились вокруг. Наконец старик зажег несколько свечей и поставил их на грубо сколоченный стол, положив рядом внушительного вида тесак. Значит, подумал Торманд, старик не рискнул открывать дверь без оружия. Внутри дом оказался гораздо просторнее, чем можно было предположить по его внешнему виду. Джорди нельзя было назвать бедным пастухом.
Как только зажгли свечи, Саймон протянул Джорди записку, полученную якобы от него. Напряженно выжидая, что скажет старик, Торманд размышлял, в каких отношениях были этот мужчина и Саймон, поскольку лишь немногие обращались к сэру Саймону Иннесу «дружище».
— Я же сказал, что не умею писать, — наконец произнес Джорди, возвращая бумажку Саймону. — Да и читаю-то не слишком хорошо. В любом случае этого я тебе послать не мог.
— Есть какие-нибудь догадки, кто мог это сделать?
— Каракули походят на почерк моей кузины. Эта старая тварь научилась писать, чтобы записывать рецепты своих снадобий, мазей и прочего.
— А где она сейчас?
— Да тут она, к моему несчастью. Явилась позапрошлым вечером, сказала, что принимала роды, что, мол, уже темно, а идти далеко, вот заночевала у меня. Разве мог я отказать? Только вот непонятно, почему она еще на одну ночь осталась. — Он сердито указал на узкую лестницу, ведущую на второй этаж. — Сказала, что хочет поискать кое-какие травы на моих пастбищах. Не могу утверждать, что я ей поверил. — Он повернулся к Саймону: — Так о чем там говорится?
— Что у тебя есть сведения об убийцах, которых я пытаюсь поймать, что ты знаешь, где они скрываются.
— Нет, ничего об этом не знаю. Но если Ида написала эту записку, она может знать. Сейчас приведу ее.
Услышав имя «Ида», Торманд напрягся. Это была именно та женщина, которая провоцировала толпу перед домом Редмонда. И она же была среди подстрекателей, когда горожане казнили старшую Росс, а саму Морейн изгнали из города. Теперь Торманд был уверен, что все это ловушка и подстроена она была для Морейн. Он повернулся к двери, но Саймон схватил его за руку.
— Спокойно, Торманд, — решительно произнес Саймон. — Мы должны узнать, что происходит.
— Эта старая тварь пытается чужими руками убрать конкурентку, — выпалил Торманд.
— Думаю, ты прав, но успокойся и подумай немного, значит, эта старая язва знает убийц и укажет нам, где они прячутся. Может быть, именно с ее помощью Смолл залечивал раны, полученные от Морейн, а Ада — царапины, которыми украсил ее кот.
Слова Саймона звучали настолько убедительно, что Торманд решил остаться, хотя его душа рвалась к Морейн. Несколько минут спустя шаткая лестница заскрипела и на ней показался Джорди, за ним шла всклокоченная Ида. Торманд едва сдержался, чтобы не броситься на старуху и тут же не вытрясти из нее правду. Как только женщина предстала перед ними, Торманду стало ясно, кто стоит за всем этим. Отвратительная старуха то ли не смогла, то ли не захотела скрыть выражение злорадного триумфа, светившееся в ее взгляде.
— Это твоя работа? — жестко спросил Саймон, показывая Иде письмо.
— Да, — ответила она и скрестила руки на груди. — Не понимаю, почему вы тратите столько сил, чтобы поймать их. Лучше бы посадили на цепь настоящего убийцу. — Она зло посмотрела на Торманда. — Он и его ведьма — это от них все неприятности.
— Ты не только подлая, но еще и тупая.
Ида с изумлением посмотрела на Саймона, потом изумление сменилось гневом.
— Ты не имеешь права так говорить со мной. Я делаю то, что должны делать вы, я изгоняю зло, царящее в нашем городе.
Изо всех сил сжав зубы, Торманд сдержался, но Саймон решил, что с них достаточно — схватив старуху за плечи, он швырнул ее о стену. Кажется, Саймон совсем потерял контроль над собой, да и самому Торманду сейчас больше всего хотелось проткнуть мечом эту грязную тварь. Джорди не вмешивался — сложив свои сильные руки на широкой груди, он наблюдал за происходящим, не пытаясь остановить Саймона.
— Джорди, помоги! — вскрикнула женщина, пытаясь вырваться из мертвой хватки сэра Иннеса.
— Расскажи ему все, Ида, — сказал Джорди, — и на твоем месте я бы сделал это как можно быстрее. Мне в общем-то наплевать на тебя, но если тебя повесят за соучастие в убийствах, твой позор падет и на мою голову. Если не хочешь оказаться на виселице, расскажи сэру Саймону все, что знаешь, и моли Бога, чтобы он поверил тебе.
Окинув мужчин яростным взглядом, Ида начала говорить.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Горец-грешник - Хауэлл Ханна



Очень хорший роман.Читается на одном дыхании.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаЛюбовь
23.01.2012, 18.22





Роман просто отпад!!!!
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаТатьяна
28.01.2013, 4.31





Читайте
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаМаруся
15.02.2013, 14.52





Не понравилось. Маньяки, кровь. Объяснение героев в конце романа оставляет желать лучшего.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаКэт
22.08.2013, 12.23





Отпишусь за всю серию. Когда начинала читать первый роман, думала, долго буду осиливать 16 книг, но оказалось, что все читается на одном дыхании. Все романы увлекательные,даже жалко было читать последний. Читайте всю серию с самого начала, не пожалеете.
Горец-грешник - Хауэлл ХаннаМария
13.03.2014, 7.30





перечень серии из 15 книг в комментариях к "зеленоглазому рыцарю",кто знает,пожалуйста, подскажите название 16ой книги о которой говорится в комментариях к "горцу грешнику".
Горец-грешник - Хауэлл Ханнаприятной бессоннице
21.03.2015, 17.31





......Благородный защитник - где-то в начале серии.....искать можно еще так:входим в ДАМСКИЙ КЛУБ Ty amor каталог средневекового любовного романа (эмблема его такова: большую голубую букву L пересекает по горизонтали club) и ищем по автору все что желаем,
Горец-грешник - Хауэлл Ханнав дополнение к Бессоннице
21.03.2015, 18.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100