Читать онлайн Благородный защитник, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Благородный защитник - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Благородный защитник - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Благородный защитник - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Благородный защитник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Вместе с Каллумом и Майклом Кирсти стояла у окна комнаты, в которой спали дети, поражаясь тому, какая у Пейтона большая семья. Памятное посещение Макаев произошло неделю назад; через три дня после этого начали прибывать Мюрреи. Кирсти не понимала, почему Пейтон так стремится представить ее своей родне. Большинство его родственников были немало удивлены, обнаружив, что она живет у него в доме, — недаром говорили, что он никогда не приводил к себе женщин. В большинстве случаев родня оставалась в доме столько времени, сколько им требовалось, чтобы узнать, как выглядит Родерик, сколько у него людей и где следует его искать.
Родерик же скрывался. Макай не только отреклись от него, но забрали обратно все его земли, источник его богатства, и большую часть его людей, составлявших маленькую армию. Теперь у него ничего не осталось. Клан отторг его быстро, открыто и окончательно. Как и ожидалось, все порочащие его слухи теперь принимались на веру. Несколько семей, то ли заподозривших, то ли узнавших, что он развратил их сыновей, также объявили охоту на негодяя, не желая оставлять его безнаказанным.
Что особенно забавно, Пейтон в глазах всех стал теперь рыцарем без страха и упрека, чудесным избавителем, чуть ли не святым, который поставил на кон свое доброе имя ради детей. Доля правды в этом, разумеется, была, но подвиги его оказались сильно приукрашенными. И его братья и кузены подтрунивали над ним, так же как Коннор и Йен Сильный.
— У Пейтона такая большая семья, — заметил Каллум не без зависти.
— Не все из них родня ему по крови, — объяснил Майкл. — Но для них это не имеет значения. — Он бросил взгляд на Кирсти. — Ведь ты поэтому его выбрала, верно? Ты знала, что все его родичи поспешат ему на выручку.
Кирсти кивнула:
— Это было одной из причин. Мне часто доводилось слышать, что семья у них очень большая, и узы, связывающие даже очень дальних родственников, необычайно крепки. Что ж удивляться, что Макай не спешили действовать на основе одних только обвинений Родерика. Они знали, что за Пейтона есть кому вступиться и неприятностей им не избежать.
— Неприятности обрушились на голову Родерика. Уверен, негодяй не знает, в какую нору поглубже и потемнее ему забиться, чтобы его не нашли.
— Верно. Скоро все будет кончено. Надеюсь, что ничего дурного не случится ни с нами, ни с нашими союзниками.
— А, вот ты где! — сказала Джиллианна, взглянув на Кирсти. — Пейтон просит тебя прийти в его кабинет.
— Надеюсь, не для того, чтобы меня отчитать, — заметила Кирсти с улыбкой.
— Он и тебя хочет видеть, Каллум, — добавила Джиллианна.
Каллум нахмурил брови:
— Он хочет, чтобы я познакомился с его родственниками? Только я?
— Да. С кем-то из Макмилланов. — Джиллианна многозначительно посмотрела на Кирсти и обняла Каллума за плечи. — Вот так-то лучше, молодец. Ты у нас храбрый. Изгони из сердца злость и обиду. Не позволяй этому негодяю лишать тебя дружеских объятий, будь добор к тем, кто искренне любит тебя. Иначе никогда не увидишь тепла и света, только холод и мрак. — Она посмотрела на всех с улыбкой и направилась к двери. — Не задерживайтесь. А ты, Майкл, может, пойдешь со мной?
Как только Джиллианна с Майклом вышли, Каллум взглянул на Кирсти:
— Она все время это делает.
— Что делает? — спросила Кирсти, подталкивая его к двери.
— Обнимает меня и говорит такие странные вещи. Словно заглядывает мне в душу. Меня одолевают дурные чувства, но я всячески их скрываю, не даю вырваться наружу.
— А леди Джиллианна видит их?
— Да. И знает, что я хочу от них избавиться. Может, она колдунья?
— Ну что ты! — сказала Кирсти. Они уже спускались по узкой каменной лестнице. — Она просто знает некоторые вещи, знает, что люди чувствуют. Правда, не все и не всегда. Тебя это беспокоит? Хочешь, я поговорю с ней?
— Нет. Пусть даже беспокоит, но, думаю, мне это только на пользу. Ведь сам избавиться от этих чувств я не могу, верно? Могу их только скрывать. А когда она со мной поговорит, мне становится легче.
— Иногда бывает достаточно посмотреть правде в глаза, особенно если рядом есть кто-то, кто понимает тебя и может дать совет. Постепенно ты сам научишься прогонять мрачные мысли. — Она ласково погладила его по голове, когда они остановились перед дверью кабинета Пейтона. — Ведь ты наслаждаешься свободой и безопасностью совсем недолго. Чтобы зажили раны, требуется время, особенно раны душевные. И самое печальное заключается в том, что врачевать их тебе придется самому. Люди, которые тебя любят, могут помочь, если ты им позволишь. Теперь ты знаешь, что таких людей не так уж мало. Верно? — Он кивнул. — Вот и хорошо. Всякий раз, когда тебя будут одолевать дурные чувства, вспоминай об этом.
— Обязательно.
— Знать, что тебя любят, — это уже само по себе лучшее лекарство. Ну, а теперь узнаем, что нужно от нас сиятельному лорду. — Каллум расхохотался.
Только они вошли в кабинет Пейтона, как услышали, что кто-то громко ахнул. Обернувшись, Кирсти увидела высокого красивого мужчину, рыжеволосого и бледнолицего, который вцепился в спинку кресла так, словно боялся упасть. Взгляд ее обратился на двух остальных гостей, стоявших возле Пейтона и Йена, и она сразу узнала мальчика, которого в свое время приняла за Каллума. Пейтон тогда сказал, что это его кузен Авен. Мальчики действительно были похожи как две капли воды. Второй мужчина, не. менее привлекательный, но чуть постарше, тоже был рыжеволосый. На Каллума он смотрел с нескрываемым восторгом.
Кирсти почувствовала, что кто-то дергает ее за юбку, и обернулась к Каллуму. Он был бледен и смотрел на Авена так, будто перед ним появился призрак. Точно так же Авен смотрел на Каллума. Пейтон подошел к ним и повел к приготовленным для них креслам.
— Господа, перед вами леди Кирсти Макай, а этого симпатичного мальчика зовут Каллум, — начал Пейтон, наливая мальчику большую кружку вина. — Кирсти, Каллум, позвольте мне представить вам сэра Брайана Макмиллана, Авена Макмиллана и сэра Эвана Макмиллана. — Каждый из представленных кланялся, когда называли его имя. Пейтон опустился на корточки возле Каллума, который все еще жался к Кирсти. — Ну что скажешь?
— Авен очень на меня похож, — ответил Каллум. — Он случайно не мой брат?
— Нет, думаю он твой кузен. — Поднявшись на ноги, Пейтон посмотрел на сэра Эвана: — Я прав?
Сэр Эван кивнул, сделал глоток вина и опустился в кресло.
— Да. — Он посмотрел на Пейтона. — Когда мне рассказали об этом мальчике, я стал расспрашивать, узнавать, и все факты подтвердились. Та самая мать, тот самый город, то самое время, то самое имя. Брайан очень помог, объяснив, что мне солгали, рассказав, что женщина якобы умерла во время родов, так же как и младенец. Однако поверить в это было трудно. — Он посмотрел на Каллума. — Но Боже мой, ведь он же вылитый Иннес!
— Кто такой Иннес? — спокойно спросил Каллум — любопытство вытеснило страх.
— Твой отец, — ответил сэр Эван. — А твою мать звали…
— Джоан, и она была младшей дочерью свинопаса. — И Кирсти и Пейтон в изумлении уставились на Каллума, но он лишь плечами пожал. — Я знал, кем была моя мать, но она умерла, когда мне не исполнилось еще и четырех лет.
— Мне сказали, что она умерла во время родов и младенец сошел в могилу вслед за ней.
— Нет. Она заболела и отправилась в дом своего отца. Она думала, что умирает, и хотела, чтобы он взял заботы обо мне на себя. Но он плюнул нам под ноги. Сказал, что и помои, которыми он кормит свиней, жаль тратить на шлюху и ее ублюдка. Он вышвырнул нас со своего клочка земли, и моя мать была уже почти при смерти, когда мы добрались до дома ее сестры. Но сестра тоже не захотела нас принять. Я помню, как мать говорила, что, может, ей удастся пристыдить сестру и заставить ее взять меня, если она умрет прямо у нее на пороге. Умереть-то она умерла на пороге, но сестру этим нисколько не устыдила. И когда труп моей матери увезли на телеге, я пошел за телегой и отметил место, где ее похоронили, чтобы потом найти ее могилу.
— А что было с тобой?
— Жил на улице какое-то время. А когда мне исполнилось семь, меня забрали в Тейнскарр.
— Так ты знаешь, в какой день родился?
— Да. В пятнадцатый день мая месяца 1455 года. Мама говорила, что это случилось ровно за неделю до того, как умер отец Джеймс. Я был последним ребенком, которого он окрестил. Потому мне и удалось не забыть — в случае чего, я просто спрашивал, когда именно умер отец Джеймс.
— И это сходится! Свинопас сказал, что и ты, и твоя мать умерли. Этот свинопас мне сразу не понравился, но я и подумать не мог, что он станет лгать. Казалось бы, зачем ему это? Брайан разыскал сестрицу твоей матери и вытряс из нее в конце концов правду. Значит, они оставили тебя на улице?
Каллум кивнул:
— Они не хотели брать ублюдка. А вы знаете, кто был мой отец?
— Да. Сэр Иннес Макмиллан. Он вернулся домой в конце лета, двенадцать лет назад, намереваясь сообщить своему отцу о девушке, которую собирался взять в жены. К несчастью, на него напали разбойники. Сочтя его мертвым, бросили на дороге, он же, придя в себя, сумел доползти до дома. Но было ясно, что он умирает. Перед смертью рассказал нам о твоей матери. Я дал ему клятву, что обязательно разыщу ее и буду о ней заботиться. Это позволило ему умереть спокойно, однако данное мной обещание оказалось не так-то просто сдержать. Наступили зимние холода, и прошел целый год, прежде чем я отправился на поиски Джоан. Весть о ее смерти была для меня тяжким ударом, и еще более тяжким ударом было сообщение о том, что сын Иннеса умер вместе с ней. Иннес был единственным выжившим ребенком сэра Гэвина Макмиллана из Уитемонта, старик был в отчаянии, когда я сообщил ему эту весть. Но теперь я успокою его, скажу, что сын Иннеса жив.
— Ублюдок.
— О нет. Конечно, это был всего лишь брачный контракт, но ты родился в следующем году. У меня имеются все бумаги. Сам контракт, засвидетельствованный должным образом, а теперь и свидетельства о том, когда и где ты был рожден и крещен. Некоторые считают, что брачный контракт — совсем не то, что венчание в церкви. Но ты вовсе не ублюдок. А если бы и был им, то что за беда? Сэру Гэвину это совершенно безразлично.
— Насколько я понимаю, вы хотите, чтобы он отправился в Уитемонт, к сэру Гэвину? — спросил Пейтон.
— В общем, да. Он наследник сэра Гэвина, — ответил сэр Эван.
Пейтон взглянул на Каллума и увидел в его глазах растерянность и страх.
— Что ты на это скажешь, Каллум?
— Я… — начал было мальчик, перевел взгляд с Пейтона на Кирсти, затем снова на Пейтона. — Но во мне столько дурного…
— Нет, мальчик, — прервал его сэр Эван. — Это сэр Родерик поступал дурно, а не ты. Ты был ребенком, и за тебя некому было вступиться — да простит нам Господь этот грех! Ты и сейчас ребенок. Не обижайся, что я так говорю. Ты должен получить то, что принадлежит тебе по праву. Всю правду знаю я, так же как и сэр Брайан; узнает ее и сэр Гэвин, но мы никому больше не станем рассказывать об этом, если таково твое желание. Впрочем, слухи о Родерике распространяются очень быстро, так что я не могу тебе обещать, что все останется тайной.
Каллум кивнул:
— Я знаю. И не так уж это важно. Главное, что этому негодяю придет конец.
— И совсем необязательно ехать прямо сейчас. Я хочу остаться и посмотреть, чем дело кончится. Так что у тебя есть время все обдумать. Если и потом тебя будут мучить сомнения, сэр Гэвин сам приедет сюда. Так что можешь повременить с решением.
Кирсти почувствовала, что Каллум сразу же расслабился. Она была так счастлива за мальчика, что слезы подступали к глазам. Конечно, сейчас он испытывает сомнения, ему страшно покидать дом Пейтона и его обитателей, но скоро он поймет, как ему повезло. Нужно только время. Хорошо, что Макмилланы понимают это. Кирсти еще больше обрадовалась, когда увидела, с каким интересом Авен и Каллум разглядывают друг друга.
— Так, значит, ты мой кузен? — спросил Каллум Авена.
— Да. Наши бабушки были сестрами, — ответил Авен. — Думаю, именно поэтому мы с тобой очень похожи. — Авен подошел поближе. — А откуда ты взял такой большой ножик?
— Мне подарили его в тот день, когда я впервые попал сюда. — Каллум вытащил еще один из правого рукава. — А этот мне подарил Йен. — Он вытащил нож из правого сапога. — А этот — Пейтон. Тот, что в левом сапоге, — подарок Крошки Элис, жены Йена. Мэлки подарил мне нож, который в левом рукаве. Еще один, в ножнах, прилаженных под рубашкой, мне достался от Дональда. Тот, что заткнут за пояс, мне дал Ангус.
— Ты умеешь владеть ножом? — с недоверием спросил Авен.
— Да. Могу показать, если хочешь. — Каллум встал и тут вспомнил о взрослых. — Э-э…
— Идите, мальчики. — Йен поднялся и подтолкнул их к двери. — Я тоже с вами пойду.
Йен уже открыл дверь, когда Каллум вдруг остановился и посмотрел на сэра Эвана.
— Мне придется жить вместе с ним, да?
— Да, — ответил сэр Эван. — Но ты сможешь в любое время поехать куда захочешь.
— Я подумаю. — Каллум обернулся к Авену: — Ну, пойдем. Может, найдем заодно этого длинноносого.
Как только дверь за ними затворилась, Кирсти повернулась к Пейтону:
— Как ты мог дать ему нож?!
Пейтон только плечами пожал.
— Я не знал, что их у него так много.
— Похоже, только я не дарила ему холодного оружия. И потом, как понимать «этого длинноносого»? Он продолжает злиться на Саймона.
— Хорошо еще, что не называет его «трусом» и «предателем». Предоставь мальчиков самим себе, любимая. Саймон не уступает Каллуму ни силой, ни ростом, но Саймон на год старше Каллума, а то и больше. Думаю, они просто примеряются друг к Другу, решают, так сказать, кто будет коноводом.
Кирсти закатила глаза, услышав это, но тут же посерьезнела и обратилась к сэру Эвану:
— Я понимаю, вы надеялись, что он сразу же согласится пойти с вами…
— Верно, надеялся, — слабо улыбнулся тот, — но я не удивлен, что мальчик колеблется. Дело в том, что для Каллума его семья здесь, с вами и остальными детьми, как бы мало это ни походило на обычную семью. Как только Брайан рассказал мне, что пришлось пережить этому мальчику — а ведь даже он не знает всего, — я сразу понял, что все будет непросто.
— Для Каллума чрезвычайно важны две вещи. Ему необходимо знать, что он в безопасности, и быть уверенным, что его не станут презирать из-за того, что с ним произошло.
— Он очень скоро убедится, что ни один сколько-нибудь значительный член семьи не станет винить его в том, что с ним произошло, точно так же как ни один здравомыслящий человек не отвернется от женщины из-за того, что она подверглась жестокому насилию. Собственно говоря, не так уж важно, что подумают другие; гораздо важнее, что станет о себе думать сам Каллум.
Пейтон согласился:
— Совершенно верно. Мы старались внушить ему, что он достоин уважения, что может гордиться собой, потому что обладает хорошими качествами и недюжинными способностями. Когда он узнает Макмилланов лучше, когда станет считать себя членом вашей семьи, он будет относиться к самому себе по-другому. Дело не только в том, что этот негодяй сделал с мальчиком. Семья его матери поступила с ним бесчеловечно. Мальчик почувствовал себя лишним, никому не нужным. Это проскальзывает в некоторых его высказываниях. Видимо, мать очень любила его, потому что он высоко ценит отношения, основанные на привязанности, подобной материнской любви.
Сэр Брайан кивнул:
— Удивительно, что он вообще ценит какие-то отношения. Я всегда полагал, что маленьких детей Господь одарил способностью забывать, но, как ни печально, Каллум хорошо помнит все, что происходило, когда умирала его мать, а ведь он был совсем маленьким. Больно слушать, как он вынужден был жить на улицах, в таком-то нежном возрасте. — Он сокрушенно покачал головой. — Я с горечью думаю о том, как мало обращал внимания на маленьких беспризорников, оборванных и заброшенных. Я ведь живу здесь, но не припомню, чтобы хоть раз видел этого мальчика. Хотя не исключено, что сталкивался с ним на улице и даже бросил ему монетку.
— Ну, раз уж вас так мучает чувство вины и вы живете здесь, позвольте привлечь ваше внимание к некоему заведению, которое имеет наглость именоваться «приютом для сирот и беспризорных детей»…
И Пейтон принялся безжалостно травить душу кузена, живописуя ему ужасное положение детей, попавших к Дэррокам. Кирсти извинилась и вышла. За ней последовал сэр Эван. Выражение его лица было настолько серьезным, что Кирсти занервничала. Она знала, что серьезное выражение на лицах мужчин не предвещает ничего хорошего. Либо они собираются сообщить дурацкую весть, либо сказать что-то неприятное.
— Я хотел переговорить с вами насчет Каллума, — начал он.
— Каллум — хороший мальчик.
— Очень хороший. Гораздо лучше, чем я ожидал. Иннес мог бы им гордиться.
— Но какова ваша роль в этой истории? Судя по всему, вы лицо заинтересованное. Вы приходитесь ему близким родственником?
— Всего-навсего кузеном, но мы с Иннесом были очень близки, почти как братья. Мне очень его не хватает. И в этом мальчике, несмотря на то что ему пришлось пережить, есть очень многое от моего друга. — Он улыбнулся. — Почту за честь, если сэр Гэвин позволит мне участвовать в его воспитании. Старик обязательно полюбит мальчика, миледи. Вам не стоит об этом беспокоиться. И не только потому, что он похож на его погибшего сына. Он просто полюбит этого ребенка, и все. Кроме всего прочего, мальчик является продолжателем рода для этой ветви Макмилланов.
Кирсти улыбнулась:
— Наследие только поможет ему почувствовать гордость, законное чувство, которое никто не имел права у него отнимать.
— Да. Я хорошо понимаю, что невозможно забыть то, что произошло с мальчиком, сбросить со счетов, поскольку эти обстоятельства сформировали его характер. Окажите мне любезность, уделите крупицу своего времени и расскажите все, что вам известно об этом мальчике. Думаю, это поможет мне впоследствии. Ведь я могу невольно причинить ему обиду или неверно истолковать его слова и поступки.
— Очень хорошая мысль, — одобрила Кирсти, беря сэра Эвана под руку. — Пойдемте в сад. Там есть очень красивый уголок. Уединенный и, самое главное, надежный — там нас никто не услышит.
Приблизившись к паре, сидевшей на каменной скамье, Пейтон нахмурился. Еще издалека он услышал смех, а теперь увидел, с какой непринужденностью они держатся. Судя по виду, вдвоем им было хорошо. До такой степени хорошо, что Пейтон почувствовал сильнейшее желание повалить сэра Эвана Макмиллана на землю и бить до тех пор, пока он не перестанет быть столь чертовски привлекательным мужчиной.
«Это же ревность», — подумал Пейтон, изумившись, и остановился как вкопанный. Он ревновал, безумно ревновал! Ему не нравилось, что Кирсти так непринужденно чувствует себя с другом мужчиной. Она принадлежит только ему. Вряд ли Пейтону когда-либо доводилось испытывать такие первобытные, свирепые собственнические чувства по отношению к женщине. Если и случалось хранить верность одной даме, то лишь из соображений удобства, но от женщин он никогда не требовал верности. Но при мысли о том, что другой мужчина прикасается к Кирсти, он невольно сжимал рукоять меча.
Пейтон несколько раз глубоко вздохнул и подавил в себе это новое, весьма увлекательное чувство. Ни Кирсти, ни Эван не делали ничего такого, что могло бы оправдать его подозрения, а Пейтон не хотел никого обижать. Он медленно направился к ним, намереваясь тем не менее продемонстрировать Эвану, что эта девушка уже занята.
Кирсти улыбнулась Пейтону, едва завидев его. Когда он с рассеянным видом принялся гладить ее косу, она чуть покраснела, хотя уже начала привыкать к тому, что Пейтону все время хочется прикасаться к ней. Вне зависимости от того, одни они или нет.
— Благодарю вас, вы так много рассказали мне о Каллуме, — проговорил сэр Эван, взяв ее руку и легко коснувшись ее губами. — Не сомневайтесь, я непременно передам все это сэру Гэвину еще прежде, чем он увидит мальчика.
— Мы подумали, что будет лучше, если сэр Гэвин сам приедет сюда познакомиться с Каллумом, — сказала Кирсти Пейтону, который в задумчивости взял ее руку и принялся большим пальцем тереть то место, которое поцеловал сэр Эван, что немало позабавило последнего. — Надеюсь, ты одобришь наш план?
— Разумеется, — ответил Пейтон. — Здесь мальчик будет чувствовать себя гораздо спокойнее, чем в незнакомом месте, куда его хотели отвезти знакомиться с совершенно чужим для него человеком. — Пейтон пристально посмотрел на Эвана. Промелькнувшее на лице его кузена веселое выражение не слишком рассердило его, кузен правильно истолковал жест Пейтона — заявление о правах собственника на его собственность. — Полагаю, вы приедете вместе со стариком.
— О да, — ответил сэр Эван, вставая. — Думаю, Брайан уже готов. Пора ехать.
— Он готов, а вот Авену совсем не хочется уезжать.
— Вот и прекрасно. Это значит, что Каллум уже принял одного из Макмилланов как своего и его тоже приняли в качестве родича. Неплохое начало. — Он поклонился Кирсти: — Миледи. — Затем подмигнул Пейтону: — Позвольте заметить, что вы были просто великолепны, если учесть, что никогда не делали ничего подобного и даже не испытывали склонности к пантомимам. Я все прекрасно понял. Жаль, конечно, что вы изменили своим привычкам именно в данном случае, но и это более чем понятно. До свидания.
— О чем это он? — спросила Кирсти, которую Пейтон рывком поднял со скамьи и заключил в объятия.
— Он обнаружил появившееся у меня чувство ответственности и поздравил, — ответил Пейтон и поцеловал ее. — Хочешь вина?
Как ни короток был поцелуй, Кирсти почувствовала, что ее бросило в жар.
— Хочу. Элис прислала нам немного, понимая, что нам есть о чем поговорить. Мне что-то жарко. — Кирсти подумала, что она выпила лишнего, потому что едва она ткнулась лицом в шею Пейтона, как в голове у нее завертелись совершенно неприличные мысли. — Ты пришел только для того, чтобы сообщить сэру Эвану, что пора ехать?
Руки его скользнули по ее спине вниз, и он с силой прижал ее к себе.
— И да, и нет. На самом деле на уме у меня был мед. Теплый, сладкий мед, — добавил он едва слышно, целуя ее в ухо.
Теперь Кирсти была совершенно уверена, что выпила слишком много, потому что румянец, запылавший на ее щеках, не имел ни малейшего отношения ни к застенчивости, ни к смущению. Слова Пейтона зажгли огонь у нее внутри и почти болезненное желание, которое требовало немедленного удовлетворения. И это желание заставило ее ощутить такую степень свободы, что она даже испугалась. Очень соблазнительно было и это свалить на вино, но в конце концов она вынуждена была себе признаться, что тут нечто большее, значительно большее. По какой-то причине ее любовь к нему именно сейчас вдруг побежала по жилам, переполняя сердце. Время, отмеренное их любви, подходило к концу, и она решила, отбросив всякие предосторожности, прислушаться к голосу сердца.
Она выскользнула из его объятий и улыбнулась ему:
— Мед, говоришь? Тогда следуй за мной.
Пейтон смотрел, как она бежит прочь, как улыбается самой милой и сладострастной из всех призывных улыбок, которые ему доводилось видеть. В ней была какая-то восторженность, какая-то девичья беспечность. По неизвестной причине она вдруг стала раскованной, казалось, мысли о греховности и приличиях вовсе перестали тревожить ее, так же, как мысли о нуждах детей и угрозе, все еще исходившей от Родерика.
— Ну, что же ты стоишь столбом, идиот, и гадаешь, почему вдруг у нее переменилось настроение, а не бежишь за ней, чтобы насладиться этим восхитительным моментом? — прошептал он себе под нос и поспешил вслед за ней.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Благородный защитник - Хауэлл Ханна



Интересный роман. Без сильных страстей, но есть и любовь, и муж-злодей, и хороший конец.
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаКэт
20.12.2012, 15.45





прекрасная история любви читайте
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаЛюбовь
16.03.2013, 21.35





Незамысловатый роман - он - благородный рыцарь-красавец, она - красавица, угнетаемая безнравственным ублюдком, короткая борьба, счастливый конец. Не верю в любовь героя - скорее в его взыгравший инстинкт защитника и охотника одновременно. Люблю исторические романы, но этот меня разочаровал: 4/10.
Благородный защитник - Хауэлл Ханнаязвочка
18.03.2013, 14.15





Серия "Мюрреи и ихrnокружение"-rn1.Судьба горца- БалфурrnМюррей и МолдиrnКиркольдиrn2.Честь горца- НайджелrnМюррей(брат Балфура) и ЖизельrnЛюсеттrn3.Обещание горца- ЭрикrnМюррей(брат Балфура и Найджела) и БеттияrnДраммондrn4.Клятва рыцаря- КормакrnАрмстронг и ЭлспетrnМюррей(дочь Балфура)rn5.Дама моего сердцаrn-rnКамерон Макалпин иrnЭйвери Мюррей(дочь Найджела)rn6.Невеста горца- КонорrnМакенрой и ДжилианнаrnМюррей(дочь Эрика)rn7.Благородный защитник-rnПейтон Мюррей(сын Найджела) и КирстиrnКинлохrn8.Жених горец -ДэрмотrnМакенрой(брат Конора и Фионы) и ИлзаrnКамеронrn9.Бесстрашный горец-rnЭван Макфингел-Камеронrnи Фиона Макенрой(сестра Конора и Дэрмота)rn10.Горец завоевательrn-rnСигимор Камерон(брат Илзы) иrnДжолин Джерардrn11.Горец победительrn-rnЛайам Камерон(Кузен Сигимора,Эвана и Грегора) и КайраrnМюррей(дочь Балфура)rn12.Горец любовникrn-rnГрегор Макфингел-rnКамерон и АланаrnМюррей(дочь Балфура)rn13.Горец варвар- АртанrnМюррей(сын Балфура) и СесилияrnДоналдсонrn14.Горец дикарь- ЛукасrnМюррей(сын Балфура) и Кэтрин Элдейнrn15.Зеленоглазый горец-rnДжеймс Драммонд(племянник Беттии и Эрика) иrnАннора Маккейrn16.Горец грешникrn-rnТорманд Мюррей(сын Эрика) иrnМорейн Россrn17.Горец защитникrn-rnСаймон Иннез и ИлзбетrnМюррей(дочь Элспет,внучка Балфура)
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаФиона
26.08.2013, 3.16





Могу уточнить, что Алана, Артан и Лукас внуки Балфура.Очень интересная серия книг, прочитала на одном дыхании все 16 книг.Рекомендую читать с самого начала серии.
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаМария
23.03.2014, 8.00





Ну, не знаю... Все понравилось. Не шедевр, но один раз почитать можно. Жаль, что нет продолжение про Каллума...) 7/10
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаПросто Человек:)
3.08.2014, 16.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100