Читать онлайн Благородный защитник, автора - Хауэлл Ханна, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Благородный защитник - Хауэлл Ханна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.26 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Благородный защитник - Хауэлл Ханна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Благородный защитник - Хауэлл Ханна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хауэлл Ханна

Благородный защитник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

— Поверить не могу, что все получилось!
Пейтону и самому не верилось, но он только улыбнулся Кирсти, которая вместе Джиллианной и Каллумом осторожно вошла в главный зал. Конечно, он подстраховался, но все же предприятие было рискованное. Однако он не без удовольствия думал о том, что верно оценил Макаев и их склонность поступать справедливо, в соответствии с законами чести. Одно то, что они согласились на переговоры, а не кинулись перерезать ему глотку, свидетельствовало в их пользу. Возможно, они согласятся выслушать его, если, конечно, не обозлятся за шутку, которую он только что сыграл с ними. Шестеро Макаев в беспамятстве лежали на полу.
— Всего шестеро? — спросила Джиллианна и быстро принялась осматривать всех поверженных по очереди. Не причинило ли им вреда ее зелье и не ушиблись ли они при падении на пол.
— Всего восемь, — объявил Коннор, входя в зал и волоча за собой еще одного бесчувственного Макая. За ним по пятам следовал Йен, тащивший второго.
— Ты не слишком сильно их помял? — нахмурясь спросила Джиллианна и посмотрела на двоих мужчин, которых Коннор и Йен свалили на пол.
— Не то чтобы очень.
— Они уже решили, что загнали меня в угол, потому что им удалось тихонько обойти Мэлки, Дональда и Ангуса, — объяснил Йен Сильный, — но тут Коннор зашел им в тыл и хорошенько стукнул головами.
— Простота — самая лучшая тактика, — пробормотал Пейтон и усмехнулся, услышав, как бранится Джиллианна, осматривая разбитые головы новоприбывших Макаев. — Где Юдард и Майкл?
— Мы здесь, — ответил Юдард, вошедший вместе с Мэлки и Майклом! Приостановившись, он в изумлении уставился на Макаев. — Их всего восемь?
— Я бы на их месте привел побольше людей, — заметил Коннор.
— Весьма польщен, — отозвался Пейтон.
Коннор только плечами пожал:
— Ты маленький, но очень скользкий.
— Это что, комплимент? — негромко спросила Кирсти, усаживаясь в кресло рядом с Пейтоном.
— Думаю, да. — Он повернулся к Майклу и Каллуму, которые тоже заняли свои места подле него. — Вы не передумали, мальчики?
Каллум, с интересом наблюдавший за тем, как бесчувственных Макаев привязывают к креслам, на минуту отвлекся.
— Нет, не передумали. Вы с Кирсти вступили в борьбу ради меня и других детей. Вы рисковали жизнью и своим добрым именем. А теперь и вашим родичам пришлось вступить в эту борьбу. Если мой рассказ о том, что со мной произошло, что мне известно и что я видел, может хоть чем-то помочь, я должен рассказать все.
— И никто из собравшихся здесь никому не расскажет о том, что услышал, — добавил Майкл. — Этому надо положить конец.
Пейтон потрепал юношу по плечу:
— Так и будет.
Когда Крошка Элис принесла еду и напитки и ушла присматривать за детьми, первый из Макаев стал приходить в себя. Джиллианна и Кирсти принялись расставлять на столе перед гостями вино, хлеб и сыр, в то время как Коннор и Юдард стояли на страже позади четырех Макаев, а Йен Сильный и Мэлки — позади второй четверки. Макай были обезоружены, но, если бы им удалось освободиться от пут, могли оказаться опасными. Джиллианна и Кирсти как раз сели на свои места, когда последний из Макаев открыл глаза. Все они злобно смотрели на Пейтона.
— Ведь мы согласились на переговоры, — прорычал самый старший из них, сэр Кит.
— Ну да, потому как рассчитывали порубить его в куски после переговоров, — буркнула себе под нос Кирсти.
— И ты, супруга нашего родича, смеешь нагло любезничать с другим прямо у нас на глазах!
— Ни с кем я не любезничаю, просто пытаюсь спасти свою жизнь, дядя.
— Дядя? — переспросил удивленный Пейтон.
— Ну да, — ответила Кирсти, все так же не опуская глаз перед сэром Китом и отвечая на его гневный взгляд взглядом не менее гневным. — Они явно решили, что ты грозный противник. Вот это — сэр Кит, дядя Родерика, а рядом с ним его старший сын, Томас. Дальше сидит второй дядя, сэр Томас. И его старший сын Уильям. По другую сторону стола сидят четыре брата Родерика — сэр Эндрю, сэр Брайан, сэр Адам и сэр Росс. Совершенно очевидно, что родственники моего мужа дорожат семейной честью клана Макаев гораздо больше, чем сам сэр Родерик.
— Уж во всяком случае, больше, чем его шлюха жена, — отрезал сэр Кит и тут же охнул, так как Коннор больно стукнул его костяшками пальцев по макушке. — Да эта девчонка завела интрижку с этим вот бестолковым красавчиком! При дворе об этом только и говорят. Что ж, по-вашему, мы должны пожелать им счастья?
— Леди Кирсти обратилась ко мне не потому, что я хорош лицом, и не по причине моих прославленных альковных подвигов, — ответил Пейтон. — Ей нужен был человек, который помог бы ей — потому что муж пытался ее утопить. — После этих слов воцарилось напряженное молчание.
— Интересно, — заметила Кирсти, — что означает это молчание? Быть может, родичам Родерика известно, что он способен на подобный поступок, или же они удивлены тем, что я могу довести мужчину до такой крайности? — Джиллианна засмеялась, Кирсти не удержалась от улыбки.
— Помолчи, — мягко, но твердо приказал ей Пейтон и обратил суровый взгляд на Макаев. — Итак, если вы, господа, поклянетесь, что станете вести себя достойно и выслушаете все до конца, мы немедленно вас развяжем. Пора вам узнать всю правду.
Обменявшись взглядами со своими родичами, сэр Кит кивнул:
— Мы воздержимся от сражения сегодня.
Как только их развязали, все Макай немедленно накинулись на еду и питье, стоявшие на столе.
— Так какую же правду мы должны выслушать? — спросил сэр Кит.
— Родерик пытался убить свою жену, — ответил Пейтон. — Он преследовал ее, а затем бросил в реку. Только забыл, что она умеет плавать.
Сэр Эндрю фыркнул, затем пробормотал:
— Очень похоже на этого дурака.
— Итак, он попытался убить жену, — заговорил сэр Кит, предварительно обменявшись взглядами со своими родичами. — Попытка не удалась. Любая другая девушка бежала бы к своим родным искать зашиты у них или ушла в монастырь. Но она обратилась за помощью к вам. Почему?
— До меня бежать было ближе, — насмешливо бросил Пейтон и тут же поморщился — Джиллианна больно пнула его под столом, напоминая кузену, что не слишком умно с его стороны злить этих людей. — Леди Кирсти начала подыскивать себе защитника еще прежде, чем муж бросил ее в реку. Когда же выбралась из реки, разыскала того, кого выбрала себе в защитники, то есть меня. Видимо, до ее ушей дошло слишком много лестных для меня, но несколько преувеличенных слухов о том, что я всегда спешу на помощь обездоленным и борюсь за справедливость. Ей нужен был защитник, поскольку она совершенно точно знала, почему муж пытался ее убить. Леди Кирсти удалось обнаружить причину, по которой ее муж ни разу за пять долгих лет брака не исполнил своего супружеского долга.
На минуту воцарилось молчание. Затем сэр Эндрю заговорил:
— Черт возьми! Я всегда подозревал, что что-то с ним не так. Он предпочитает мужчин?
— Леди Кирсти не стала бы переживать из-за подобного обстоятельства.
— Я бы просто договорилась с Родериком или добилась бы аннулирования брака без излишнего шума, — пояснила Кирсти.
— Но к сожалению, тайна ее супруга оказалась более зловещей, — продолжил Пейтон. — Не к мужчинам он вожделеет, а к детям. — Он подождал, пока разъяренные Макай угомонятся. — Ну же, господа, вам хорошо известно, что подобное зло существует. И его невозможно победить, замалчивая и игнорируя проблему.
— Вы обвиняете нашего родича в ужасном и гнусном преступлении, — заговорил сэр Кит. — Но почему мы должны поверить вам на слово?
Пейтон обвел взглядом сидящих за столом и ответил:
— Потому что я высказал вслух неприглядную правду, и мне кажется, многие из вас не так уж и удивлены.
— Нет, — заявил сэр Эндрю. — Я отказываюсь верить.
По страстности, с которой он произнес эти слова, Пейтон понял, что сэр Эндрю пытается убедить себя самого. До этого Пейтон надеялся, что удастся избавить Каллума и Майкла от необходимости рассказывать о том, что им самим пришлось пережить.
— Я буду говорить первым, — заявил Каллум, вставая.
— А кто ты такой? — сердито осведомился сэр Кит.
— Один из тех несчастных малолетних беспризорников, которые слоняются по улицам и переулкам города в поисках пищи для поддержания своей жизни. Один из тех, на кого богатые джентльмены вроде вас вовсе не обращают внимания, разве что пнут порой беднягу, случайно подвернувшегося им под ноги. Там-то и нашел меня сэр Родерик. И не только меня. Я не поверил в его россказни насчет того, что он обеспечивает беспризорникам лучшую жизнь, но он утащил меня силой. — И, набрав в грудь побольше воздуха, Каллум приступил к изложению своей истории. Говорил он бесстрастным, жестким тоном, порой с грубоватой прямотой бывшего беспризорника.
Кирсти взяла руку Каллума в свою. У нее сердце разрывалось, так тяжело было слушать про то, что случилось с ним и с другими детьми, которые на глазах Каллума появлялись и исчезали, хотя почти все это ей было известно, а об остальном она догадывалась. Она увидела, что по лицу Джиллианны текут слезы, и отвела глаза. Она не в силах была смотреть на эту милую женщину из опасения, что сама даст волю слезам. Макай просто не сводили глаз с Каллума. Все они были бледны, а некоторые, казалось, готовы заплакать.
— Ты храбрый мальчик, — негромко сказал Пейтон, похлопав Каллума по плечу, когда тот сел.
— Я все время думал о том, что стыдно должно быть не мне, — ответил Каллум. — Вы твердили мне то же самое, ну я и поверил.
— И правильно, потому что это чистая правда, — сказал Пейтон.
— Но ты, юноша, ведь не беспризорник, — хрипло сказал сэр Кит, когда поднялся Майкл.
— Нет, сэр, — ответил Майкл. — Я четвертый сын сэра Роналда Кэмпбелла, лорда Дунспина — это маленькое и небогатое владение.
— Боже мой! — прошептал сэр Кит. — Так и сыновей лордов тоже?..
— Не столь уж многих, — пояснил Майкл, — и почти никого из известных и влиятельных семей. Главной защитой злодея были наш стыд и наш страх. Меня едва не выворачивает при одной мысли, что вот сейчас мне придется говорить о том, что я претерпел — а ведь я давно стал слишком взрослым для него, — а также о том, что я видел и слышал. Но стоило мне увидеть малышей, которых спасла леди Кирсти, и я понял, что так будет продолжаться и дальше, если кто-нибудь не осмелится заговорить об этом. Мое молчание спасло бы мою гордость и мое сердце, но оно позволило бы злодею и впредь приносить в жертву своей порочности невинных.
— Сядь, юноша. Можешь ничего больше не говорить. Первый мальчик, Каллум, уже рассказал нам больше, чем в силах выслушать человек.
Майкл сел.
— Теперь вы поверили? Или вы и прежде догадывались, что он собой представляет? — спросил Пейтон.
— Не то чтобы догадывались, просто старались не замечать, не хотели в это верить. Впрочем, воспитание наших собственных детей мы не доверили ему. А если он и сумел добраться до кого-то из семьи или близких иным способом, то эти дети предпочли молчать. Или же они мертвы, — добавил он тихо.
По тому, какое мучительное выражение исказило лицо старика, Пейтон понял, что тот думает о многих, многих случаях, когда смерть ребенка могла оказаться не обычной, хотя и трагической случайностью, а чем-то совсем иным.
— А что теперь?
— Родерик для нас мертв, — сказал сэр Кит, его поддержали и другие Макай, даже братья Родерика.
— Вы объявите об этом во всеуслышание?
— Да. Но не станем оглашать причины, если удастся этого избежать. Слухи уже ходят, распущенные вами, полагаю. Как только станет известно, что Родерик изгнан из клана, большинство решит, что слухи эти справедливы. — Старик посмотрел в глаза Пейтону. — Ты убьешь его?
— Да. Убью.
— Да, это было не слишком приятно, — заметил Юдард, когда Макай наконец удалились.
— Что верно, то верно, — согласился Пейтон. — Любая семья может насчитать на своем родословном древе одну-две гнилые ветки, но обычно, слава Богу, гниль эта не столь ужасна. Теперь Макай станут бояться, что в их жилах течет дурная кровь. Но надо надеяться, они не будут цепляться за эту глупую идею. — Он обернулся к Каллуму. — Ты держался молодцом. И ты тоже, Майкл, — добавил он, хлопнув старшего мальчика по спине.
Каллум передернул плечами:
— Просто я был уверен, что никто никогда не узнает о том, что я рассказал.
— Я думала, они будут настаивать на своем праве разделаться с Родериком без посторонней помощи, — сказала Кирсти.
— Очевидно, они не хотят проливать кровь столь близкого родственника, — заметил Пейтон. — И я рад, что это так. Право убить Родерика принадлежит нам.
Кирсти наполнила свой кубок вином и отпила глоток. Она чувствовала облегчение, что больше не надо опасаться мести клана Макаев, в то же время ей было жаль сэра Кита и остальных. Они хорошие люди и всегда были добры к ней. То, что Родерик опозорил их прославленный клан, явилось для них тяжелым ударом.
Остерегаться теперь следовало только самого Родерика и тех его приспешников, которых он сумеет удержать при себе. Она нисколько не сомневалась, что Макай объявят о том, что Родерик больше не существует, и Пейтон Мюррей ни в чем перед ними не виноват. Они сделают все возможное, чтобы все приспешники Родерика были немедленно отозваны, дабы Пейтон без помех мог сразиться с негодяем.
— Скоро с тебя будут сняты все обвинения, — сказала она Пейтону. — В том числе и то, что ты увел у Родерика жену.
— Ты так думаешь? — спросил он.
— О да. Макай, может, не в силах сами пролить кровь Родерика, но желают его смерти. Желают, чтобы он был похоронен и навсегда забыт.
— Значит, и твое имя больше не будет запятнано.
— И таким образом, твое имя будет очищено тоже.
— Да, верно, хотя не думаю, чтобы моя особа имела такое уж большое значение. Хотя бы потому, что лишь немногие знают, кто я такая. Родерик не очень-то позволял мне общаться с людьми из опасения, что я выдам его тайну.
— Что ты собираешься делать? — спросил Коннор.
— Наслаждаться досугом, — ответил Пейтон. — Не знаю уж, как долго, но я твердо решил, что дождусь, пока Родерик окончательно не станет изгоем в глазах всего общества. Я также хочу, чтобы стало общеизвестным, что я мщу по праву, поскольку предпочел бы охотиться на это чудовище, не страшась никаких последствий. Не столько для себя, сколько для Кирсти.
— И ты веришь, что Макай позволят тебе убить своего родственника?
— Да. Как сказала Кирсти, Макай хотят, чтобы Родерик был убит и похоронен. Слухи о его преступлениях ходят уже давно, не только мы с Кирсти их распускали. Как только родичи объявят его изгоем, эти слухи немедленно станут считать правдой. Никто не станет вслух говорить о его преступлениях, но его начнут избегать. И какому бы наказанию я ни подверг его, все будет с молчаливого согласия прощено.
— Мы с Джилли, пожалуй, отправимся ко двору и будем там твоими глазами и ушами.
Пейтон едва сдержал улыбку — по тону, каким Коннор это произнес, было ясно, что, отправляясь ко двору, он приносит огромную жертву.
— Вы не обязаны это делать.
— Нет, обязаны. Ни ты, ни девушка отправиться туда не можете, так же как и Юдард, поскольку он ее родич. Но тебе надо как-то узнать, что путь свободен и ты можешь открыто напасть на негодяя. С тех пор как заговорили о том, что ты увел его жену, тебе оставалось разве что сидеть взаперти, поставив у дверей охранников и время от времени получать весточку от сэра Брайана. Отдыхай. Шум скоро уляжется, а мы с Джилли немедленно сообщим тебе, как только ты снова сможешь показаться на людях. И будет лучше, если к тому времени ты сумеешь набраться сил, да и собраться с мыслями тебе не помешает. — Он поднял кубок и провозгласил: — За победу.
Пейтон вместе с остальными присоединился к тосту.
— За победу. За скорую победу.
Кирсти сидела на огромной кровати Пейтона в одной рубашке и расчесывала еще влажные волосы. Переговоры с Макаями оказались трудными, даже изматывающими, но достигнутый успех во многом искупал эти тяготы. Если бы только она могла избавиться от стыда и смущения, которые одолевали ее из-за того, что она открыто делит ложе с Пейтоном! И когда она уже была близка к этому, круг людей, посвященных в обстоятельства ее личной жизни, значительно расширился. Его семья, похоже, вовсе не возражала, дети вели себя так, будто ничего особенного не происходит, Йен Сильный и Крошка Элис радовались за нее и с некоторой надеждой смотрели в будущее, ее собственный брат и не подумал осуждать ее. Кажется, только она одна и беспокоилась из-за их связи. Может, стоит поинтересоваться, почему все с такой легкостью приняли существующее положение вещей, особенно ее брат? Доводы, которые приводил Пейтон, уверяя, что ей нечего стыдиться, были вполне разумными. Оно и неудивительно. Он получил то, что хотел, когда она с этими доводами согласилась. К тому же прелюбодеяние и похоть он никогда не считал грехом, хотя и не признавался в этом.
— Опять думаешь о грехах и воздаянии, да? — протянул Пейтон и, сбросив с себя остатки одежды, сел позади нее на постель и принялся расчесывать ее густые волосы.
— Должен же кто-нибудь об этом думать, — промямлила она, удивляясь, как непринужденно этот человек чувствовал себя, даже будучи совершенно голым. — Ведь это никого не интересует.
— Ну, не так давно и тебя это не очень-то интересовало. По крайней мере в течение нескольких часов.
— Помню. И сама толком не понимаю, почему вдруг встревожилась. Видимо, потому, что теперь еще целая куча народа узнала о нас.
— Это грех, согласен, и, хотя я постоянно его совершал, женщин, деливших со мной ложе, не очень-то уважал. Но тебя никак не назовешь прелюбодейкой.
— Я замужняя женщина, — заявила Кирсти.
— Может, ты и произносила слова обета, но брак ваш так и не вступил в силу. По-моему, мы давно разобрались с этим вопросом.
— Итак, я всего-навсего распутница?
Пейтон отбросил щетку для волос, обнял ее и привлек к себе.
— Ты моя возлюбленная. — Язык его обежал вокруг ее изящного ушка. — Мой товарищ по оружию. Ты не жена сэра Родерика и никогда не была ею. Ты моя, — произнес он едва слышно и поцеловал ее в шею.
— В данный момент я твоя. — Усилием воли она отогнала мысль о том, что связь их с Пейтоном все равно закончится. Либо потому, что Родерик возьмет над ними верх, либо, победив Родерика, сам Пейтон пресытится этой связью.
Пейтон, занятый тем, что устраивался на постели так, чтобы она оказалась распростертой под ним, решил, что сейчас не время объявить ей о том, что он вовсе не намерен с ней расставаться. Она по-прежнему была женой сэра Родерика, по крайней мере в глазах других, а порой и в своих собственных. Пейтон понимал, что никакими приятными словами и клятвенными заявлениями в вечной верности он не заставит Кирсти ему поверить. Нужно дождаться момента, когда он сможет назвать ее своей женой.
Кирсти содрогнулась от внезапно нахлынувшего желания, когда Пейтон стал ее ласкать. С каждым разом его ласки становились все изощреннее и доводили ее до неистовства. Но на этот раз он превзошел все ее ожидания. Он не вошел в нее, как обычно, а стал ласкать языком ее разгоряченное лоно.
— Пейтон! — негромко воскликнула она, когда он, встав на колени и поглаживая ее бедра, устремил свой взор именно на то место, которое она старалась прикрыть.
— Ты не смеешь прятать от меня такую красоту, — сказал он, наклонившись и страстно целуя ее.
Кирсти чувствовала, что приближается к той сладостной бездне, в которую проваливалась всякий раз, достигнув пика страсти. Она попыталась заставить Пейтона соединиться с ней, но он довел ее до экстаза языком, закинул ее ноги себе на плечи и соединил их тела с такой силой, что, не держи он ее, она ушиблась бы об изголовье кровати.
Он яростно вонзался в нее, двигаясь все быстрее и быстрее. Наконец он уперся одной ладонью в матрас, тело его содрогнулось в последнем рывке, и тепло семени, излившегося внутрь ее, умножило ее собственное блаженство. Когда он в полном изнеможении повалился на нее, она обняла его, прижимая к себе все крепче и крепче. Так они лежали, постепенно восстанавливая силы и ясность мысли.
— Что ж удивительного, что женщины так и сбегаются к тебе, — заметила она, едва к ней вернулся дар речи.
Кирсти старалась не думать о том, сколько было у Пейтона женщин. Глупо было мучить себя подобными мыслями. Она отдалась ему из любви, и с этим ничего не поделаешь.
— Не отрицаю, женщин у меня было немало. Но лишь от случая к случаю. Для удовлетворения моих желаний. Не более того. Но ты — ты моя и всегда была моей. До меня ни один мужчина не познал сладости твоего тела. А ты действительно сладостна, моя темнокудрая красавица. Ты сладостна как ароматнейший, редчайший мед. Ты сладостна и горяча, и тобой невозможно насытиться. — Он начал двигаться в ней, мерно, ровно, пробуждая в ней ту яростную страсть, которую она так щедро дарила.
В глазах церкви и света она стала грешницей в тот момент, когда легла в его постель, когда только подумала об этом. И теперь ничего не изменится, мысли о грехе только испортят им время, проведенное вместе. И без того над ними нависла тень Родерика. Очень скоро все от него отрекутся и подвергнут презрению. Это приведет его в ярость, и винить во всем он будет ее. Так что нечего упрекать себя в том, что она проведет несколько приятных часов, которые выпали ей. Возможно, их осталось не так уж и много.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Благородный защитник - Хауэлл Ханна



Интересный роман. Без сильных страстей, но есть и любовь, и муж-злодей, и хороший конец.
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаКэт
20.12.2012, 15.45





прекрасная история любви читайте
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаЛюбовь
16.03.2013, 21.35





Незамысловатый роман - он - благородный рыцарь-красавец, она - красавица, угнетаемая безнравственным ублюдком, короткая борьба, счастливый конец. Не верю в любовь героя - скорее в его взыгравший инстинкт защитника и охотника одновременно. Люблю исторические романы, но этот меня разочаровал: 4/10.
Благородный защитник - Хауэлл Ханнаязвочка
18.03.2013, 14.15





Серия "Мюрреи и ихrnокружение"-rn1.Судьба горца- БалфурrnМюррей и МолдиrnКиркольдиrn2.Честь горца- НайджелrnМюррей(брат Балфура) и ЖизельrnЛюсеттrn3.Обещание горца- ЭрикrnМюррей(брат Балфура и Найджела) и БеттияrnДраммондrn4.Клятва рыцаря- КормакrnАрмстронг и ЭлспетrnМюррей(дочь Балфура)rn5.Дама моего сердцаrn-rnКамерон Макалпин иrnЭйвери Мюррей(дочь Найджела)rn6.Невеста горца- КонорrnМакенрой и ДжилианнаrnМюррей(дочь Эрика)rn7.Благородный защитник-rnПейтон Мюррей(сын Найджела) и КирстиrnКинлохrn8.Жених горец -ДэрмотrnМакенрой(брат Конора и Фионы) и ИлзаrnКамеронrn9.Бесстрашный горец-rnЭван Макфингел-Камеронrnи Фиона Макенрой(сестра Конора и Дэрмота)rn10.Горец завоевательrn-rnСигимор Камерон(брат Илзы) иrnДжолин Джерардrn11.Горец победительrn-rnЛайам Камерон(Кузен Сигимора,Эвана и Грегора) и КайраrnМюррей(дочь Балфура)rn12.Горец любовникrn-rnГрегор Макфингел-rnКамерон и АланаrnМюррей(дочь Балфура)rn13.Горец варвар- АртанrnМюррей(сын Балфура) и СесилияrnДоналдсонrn14.Горец дикарь- ЛукасrnМюррей(сын Балфура) и Кэтрин Элдейнrn15.Зеленоглазый горец-rnДжеймс Драммонд(племянник Беттии и Эрика) иrnАннора Маккейrn16.Горец грешникrn-rnТорманд Мюррей(сын Эрика) иrnМорейн Россrn17.Горец защитникrn-rnСаймон Иннез и ИлзбетrnМюррей(дочь Элспет,внучка Балфура)
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаФиона
26.08.2013, 3.16





Могу уточнить, что Алана, Артан и Лукас внуки Балфура.Очень интересная серия книг, прочитала на одном дыхании все 16 книг.Рекомендую читать с самого начала серии.
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаМария
23.03.2014, 8.00





Ну, не знаю... Все понравилось. Не шедевр, но один раз почитать можно. Жаль, что нет продолжение про Каллума...) 7/10
Благородный защитник - Хауэлл ХаннаПросто Человек:)
3.08.2014, 16.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100