Читать онлайн Шелк и сталь, автора - Харт Кэтрин, Раздел - ГЛАВА 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шелк и сталь - Харт Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шелк и сталь - Харт Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шелк и сталь - Харт Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харт Кэтрин

Шелк и сталь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 11

В тот день, на который был намечен отъезд молодоженов из Мехико на ранчо Мигуэля Короны, Брендон поднялся рано. Ему предстояло неприятное дело, с которым он хотел покончить до того, как проснется его сверхлюбопытная жена. Углубившись в это занятие, не доставлявшее ему ни малейшего удовольствия, он не услышал шагов Лорел, заглушенных ковром. Лишь когда она наклонилась, чтобы неожиданно чмокнуть его в щеку, он заметил ее присутствие.
Застигнутый врасплох, Брендон отпрянул назад, бумаги с письменного стола рассыпались по полу, а сверху на них упала Лорел, потерявшая равновесие. Прежде чем Брендон успел ей помешать, Лорел схватила несколько исписанных листков.
— Что это ты поднялся ни свет ни заря? — спросила она, кончив смеяться над его неловкостью. Одним глазом она скользнула по тексту и тут же заинтересовалась, увидев, что он адресован ее отцу. Если бы не упорные попытки Брендона вырвать письмо из ее рук, она бы могла подумать, что оно содержит всего-навсего сообщение об их бракосочетании, но отдельные слова, попавшиеся ей на глаза, насторожили ее. Крепко сжимая в руке послание, она отодвинулась и стала читать его подряд. По мере чтения она все больше мрачнела, ей не хотелось верить своим глазам.
— О Боже! — только и произнесла она, дойдя до конца. Вот что было написано рукой Брендона:


«Бурке!
Сим ставлю вас в известность, что восемнадцатого ноября Лорел и я в церкви в присутствии свидетелей сочетались браком. Смею вас заверить, что аннулировать наш брак невозможно. Отныне и навсегда она моя жена. И как жена она поклялась повиноваться мне, я же поклялся ее защищать. В настоящий момент я чувствую себя обязанным защитить ее от вас. Она поедет туда, куда поеду я, и будет жить со мной.
Далее хочу сообщить вам следующее. Вы, конечно, отдаете себе отчет в том, что я считаю вас виновником гибели Джима Лаусона, а, следовательно, и вдовства Беки. Я предупреждал, что пора вам прекратить угонять скот, но вы, очевидно, считаете себя выше закона. Не могу не отдать вам должное — вы очень умело заметаете следы и ни разу не попались с поличным. О моих потерях и речи нет, но другим пострадавшим вы обязаны возместить стоимость украденного у них и остальных потерь.
Теперь я могу требовать, чтобы вы немедленно прекратили воровство — ведь то, что вам дороже всего, находится в моих руках. С вашей дорогой дочерью вы сможете когда-нибудь свидеться лишь в том случае, если выполните некоторые условия. Прежде всего, вы прекращаете красть скот. Затем компенсируете Беки Лаусон все понесенные ею потери. Это наименьшее из того, что вы можете сделать, лишив ее мужа, а детей — любящего отца. Меня не касается, каким образом вы это сделаете, чем объясните свой поступок и будет ли это вам во вред. Но сделаете обязательно! Хенк поставит меня в известность о ваших действиях, если же вы откажетесь их предпринять, пеняйте на себя.
Закончив выплату компенсации не только Беки, но всем пострадавшим от ваших грабежей, кроме меня, можете написать мне (не сейчас, несколько позднее) на Сан-Франциско. Сроки я предоставляю на ваше усмотрениепока я не тороплюсь возвращаться в Кристалл-Сити. Когда я вернусь и вернусь ли вообще — зависит только от вас. Чем скорее вы выплатите долг, тем скорее увидитесь с любимой дочерью.
Что касается потомства, то я сделаю все от меня зависящее, чтобы в самое ближайшее время у вас появился внук. Этот долг я выполню с огромным удовольствием. Познакомитесь ли вы с вашим внуком, зависит опять же от того, когда и как вы выполните мои требования.
Привет и самые добрые пожелания Марте. Через несколько недель мы с Лорел закончим затянувшийся медовый месяц и переедем в Сан-Франциско. Пишите туда.
Ваш зять Брендон Прескотт».


Исписанные странички выпали из безжизненных пальцев Лорел. Вот оно, предательство! Она словно окаменела, холод охватил ее душу. Предательство!
Слишком потрясенная для того, чтобы расплакаться, Лорел с болью взглянула своими огромными глазами в лицо человека, которого она любила больше всего на свете, в которого верила, которому доверяла… до последнего времени. Впрочем, нет, она и сейчас его любит. Это сильнее ее. А вот доверие подорвано, к беспомощной любви примешались боль и гнев.
Лорел не плакала, не билась в отчаянии, не кричала на Брендона. Она просто сидела и смотрела на чужого мужчину, который был ее мужем, и свет меркнул в лавандовых глазах Лорел. Ей стал неприятен сам вид этого человека, которого она, казалось, хорошо знала, этого предателя, который растоптал драгоценный дар любви, оставив ей лишь жалкие обломки в дребезги разбитых грез. И она отвернулась от него.
Лорел поднялась с пола и молча вышла из комнаты, не обратив внимания на его зов. Со спокойной деловитостью она принялась паковать чемодан, аккуратно складывала каждую вещь, чтобы она не помялась. Уголком глаза она заметила, что Брендон вошел в комнату, но ее это не тронуло. Внутри нее все умерло, чувства ее где-то в глубоких тайниках души сковал толстый слой льда. Ничтожной частицей своего разума, не отказавшей ей, она понимала, что овладевшее ею неземное спокойствие — великое для нее благо, ибо, не позволяя предаваться боли — убийственной сердечной муке, — помогает Лорел сдерживаться.
Только один жест Лорел показал Брендону, как глубоко она уязвлена в своих чувствах. На туалетном столике сидела кукла из цветов, которую он купил Лорел при посещении плавучих садов. Лорел долго держала ее в руках, рассматривала и нежно гладила разноцветные лепестки, а потом выбросила в мусорную корзину, молча повернулась и, не оглядываясь, ушла.


В поезде, который мчал их в Чиуауа, они почти всю дорогу молчали. Лорел спокойно смотрела в грязное окно, хотя глаза ее ничего не замечали. Несколько раз Брендон порывался заговорить, но она отмалчивалась.
Он был в полной растерянности и не знал, что предпринять. Видит Бог, он никак не хотел ее обидеть! Он ведь безумно любит Лорел! Надо найти какие-то слова, чтобы урезонить ее, попытаться объяснить, что им руководило, но так, чтобы не огорчить Лорел еще больше. Но ведь она может рассердиться или разрыдаться в истерике, что делать тогда? Тем не менее Брендон решил сделать попытку объясниться.
Он взял ее руку, но она невольно вскинулась и попыталась забрать ее. Он, однако, не выпускал ее руку из своей, и Лорел пришлось примириться с этим, но пальцы ее безжизненно лежали в его кулаке, и смотрела она упорно в сторону, чтобы не видеть Брендона. Это огорчило его, он нахмурился. От ненависти к нему она даже не выносит его прикосновения! Боже, какой кошмар! И винить некого — кроме себя и… и Рекса!
— Лорел, я никак не предполагал, что письмо попадет в твои руки, — сказал он мягко.
Она бросила на него быстрый взгляд, давая понять, что не сомневается правдивости его слов, и отвернулась.
— Ты меня ненавидишь, Лорел? — продолжал Брендон, стараясь поймать ее взгляд, обращенный в другую сторону, и моля Бога, чтобы она не ответила «да».
— Не знаю, — вымолвила наконец Лорел дрожащими губами. — Может быть. Сейчас я сама затрудняюсь сказать, что я испытываю.
Эти слова больно задели Брендона. Неужели он убил ее любовь навсегда? Или сердце ее только ранено, со временем исцелится, и любовь вернется назад?
В его голове стучал другой вопрос, требовавший немедленного ответа.
— Ты боишься меня, Лорел?
Он видел, что она вся напряглась и свободной рукой затеребила складки своей юбки.
— А мне следует тебя бояться? — прошелестела она настолько тихо, что он с трудом разобрал ее слова.
— Нет, любовь моя, ни за что. — Он в волнении сглотнул слюну. — Я знаю, что обидел тебя ужасно, но ведь я этого вовсе не хотел. Никогда я не стал бы тебя огорчать по доброй воле.
Наступило продолжительное молчание.
— А что это за угрозы в письме папе? — наконец спросила она решительно. — Какие последствия ты имеешь в виду?
Он на миг задумался, стараясь восстановить в памяти точные выражения из своего письма.
— Я хотел этим лишь сказать, что не позволю ему видеться или иным образом общаться с тобой, пока он не возместит украденное. Ни за что на свете я тебя пальцем никогда не трону, запомни навсегда. Ты моя жена и…
— Ты для того и женился на мне, Брендон? Чтобы отомстить папе за те ужасные прегрешения, в которых ты его винишь? — Голос ее дрожал, лицо было белее снега.
Вне себя от удивления, не в силах произнести ни слова, Брендон лишь тупо смотрел на Лорел. Откуда у нее такие мысли? Или он окончательно подорвал ее доверие к себе? Рассердившись на себя и на Лорел за то, что она смеет так думать, он вдруг вскипел.
— Ты так считаешь, Лорел?
Она медлила с ответом, что еще больше распалило его и пробудило забытые было сомнения.
— А ты, Лорел, почему ты вышла за меня замуж после стольких лет колебаний? Тебя вынудила любовь или страх, что я поймаю твоего папашу с поличным? Ты знала, что он все время ворует скот? Может, и женой моей стала лишь для того, чтобы мне было несподручно вывести на чистую воду собственного тестя?
Лорел повернулась к Брендону и с исказившимся лицом тихо, но твердо сказала:
— Нет, Брендон, ты не вправе так обо мне думать!
— Я и не хочу, но в моих словах есть известная логика.
— Как и в твоих утверждениях, что мой отец ворует скот! — Обида и гнев заставили ее говорить с необычайной резкостью: — Ты никогда не убедишь меня в этом, Брендон, тверди свое хоть миллион лет! У него масса недостатков, но он не вор и не убийца. Не будь ты ослеплен семейной антипатией, тебе и самому это было бы совершенно ясно. А сейчас ненависть застилает твои глаза, и ты видишь лишь то, что хотел бы видеть и что подталкивает тебя к отмщению, превращая Брендона Прескотта в какое-то чудовище!
— С другой стороны, Лорел, может, твоя любовь к отцу мешает тебе видеть вещи в их истинном свете. Но это лишь в том случае, если ты действительно не подозреваешь о его подвигах.
— Мне казалось, что я знаю тебя, Брендон. — В глазах Лорел блеснули непролитые слезы, грозившие ее задушить. — Но теперь я сомневаюсь, понимала ли я тебя на самом деле до конца. Сейчас, во всяком случае, ты мне не особенно нравишься. — После короткой паузы она помягчевшим голосом с сожалением произнесла: — Может, после всего, что произошло, нам лучше разойтись в разные стороны? У меня нет уверенности, что я хочу оставаться женой человека, который так мало уважает меня и моего отца.
Сердце Брендона внезапно замерло в груди. Затем, так же внезапно, начало бешено биться, быстро разгоняя кровь по сосудам.
— Нет! Ни за что! Ты никогда не бросишь меня, Лорел. Можешь любить меня или ненавидеть, можешь ругать, сколько твоей душе угодно, но ты моя, моя, и ничто на земле не сможет это изменить!


На ранчо Мигуэля новобрачные вернулись в довольно подавленном настроении. Все вокруг удивленно пожимали плечами. Но ведь, как известно, милые бранятся — только тешатся, испокон веков мужья и жены ни с того ни с сего ссорятся, а потом так же легко мирятся.
Мигуэль попытался вывести Брендона из уныния.
— В нашем раю не все в порядке? — улыбнулся он. — Вы, видно, не теряли там времени даром.
— Боюсь, дело серьезнее, чем может показаться, — со вздохом ответил Брендон. — Не исключено, что я испортил все навсегда, а это для меня страшнее смерти. Знай я выход из тупика — головы бы не пожалел.
— Так, может, стоит извиниться? — предложил Мигуэль.
— Лорел примет только одно извинение: если я полностью откажусь от обвинений в адрес ее отца и тем позволю ему и дальше грабить всю округу. Но моя совесть не позволяет мне этого. Я должен жить в мире с самим собой.
— Но и с Лорел тоже. Вы должны прийти к какому-нибудь согласию, иначе будете глубоко несчастны.
— Время, мой друг, — лучший лекарь, — вздохнул Брендон и потрепал друга по плечу. — Может помочь только время и… чудо, если оно произойдет.


Брендон решил, что правильнее всего дать Лорел время разобраться в своих чувствах, и старался не оказывать на нее давления. В последующие несколько дней он вел себя крайне сдержанно. Был с ней мил и внимателен, но, лежа каждую ночь рядом в постели, не дотрагивался до нее, хотя это давалось ему ценой титанических усилий. Его тело изнывало от тоски по ней, но холодность Лорел не располагала к тому, чтобы предаваться любви. Он твердо решил не давать ей больше поводов к тому, чтобы она прониклась к нему презрением.
Лорел, между тем, страдала в эти дни не только от шока, каким явилось для нее письмо Брендона, и высказанного Брендоном в запальчивости недоверия к ней, но и от его воздержания. Прежде он не мог оторвать рук от ее тела, а теперь всячески старался не коснуться его. Лорел была в смятении. Почему он не хочет любить ее? Она, конечно, сердится, полна обиды и разочарования, но желает его с прежней силой. Ее тело томилось по Брендону с неожиданной для нее самой страстью.
И она не могла совладать не только с ним, но и с неразумным сердцем, которое продолжало испытывать нежность к Брендону. Как она ни старалась, возненавидеть мужа она не смогла. Правда, она еще и не простила его окончательно, но не любить его было не в ее силах. Это чувство жило в ней по-прежнему, как неизлечимая болезнь, от которой нет лекарств.
— Дура я, дура — и все тут! — уговаривала себя Лорел. — Слабая, испорченная дура!
Брендон же, опасаясь, что жена может попытаться покинуть его, приказал не пускать ее ездить верхом и даже просто выходить за пределы ранчо без сопровождения. Когда Лорел впервые явилась рано утром в конюшню, желая прокатиться верхом, конюх вежливо, но твердо отказал ей. Обычно уравновешенная, Лорел вскипела. С горящими глазами она бросилась на поиски Брендона.
Он в это время рассматривал с Мигуэлем отобранные на продажу скот. Лорел кинулась к нему.
— Брендон, почему ты запретил мне ездить верхом? — в сердцах воскликнула она. — Я требую, чтобы мне немедленно вывели лошадь.
Наступила тишина — все, кто был рядом, навострили уши, с интересом прислушиваясь, что же ответит Брендон на дерзкие слова, обращенные к нему всего лишь женщиной.
Зная, что на них направлены все взоры, Брендон был вынужден проявить подобающую случаю твердость.
— Требовать бесполезно, Лорел. Мое распоряжение останется в силе. Одна ты кататься не будешь. Хочешь сесть на лошадь — найди себе кого-нибудь в спутники.
Кипя от ярости, Лорел даже разрешила себе топнуть ногой.
— Я езжу одна с двенадцати лет, спутники мне ни к чему.
— Тогда ты вообще не будешь ездить, — отрезал Брендон.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
— Но это не довод!
— А для меня довод.
Подбоченясь и гневно сверкая глазами, Лорел воскликнула:
— Черт бы тебя побрал, Брендон!
— Вид у тебя больно грозный, точь-в-точь бешеная бентамская
type="note" l:href="#note_4">[4]
наседка, — насмешливо улыбнулся он.
Лорел упрямо вздернула подбородок и обдала Брендона ледяным взглядом.
— Да? В таком случае заруби себе на носу: бентамские петухи без хвоста — уже не петухи, и тебе в один прекрасный день выщиплют все перья.
Брендон рассмеялся от всего сердца, и его смех звучал в ее ушах, пока она шла к Инес, чтобы пригласить ту на утреннюю прогулку. Ей как никогда было необходимо проехаться, чтобы разрядиться. Лорел казалось, что если она благодаря быстрой езде не выпустит из себя пары злости, то наверняка взорвется.


К вечеру этого же дня, едва Лорел вышла из ванны и потянулась за полотенцем, как дверь их комнаты распахнулась. Жадным взглядом Брендон окинул ее голое тело, и на лице его появилось выражение такого свирепого голода, что Лорел даже вздрогнула.
В полном молчании Брендон, не отрывая от нее глаз, тихо закрыл за собой дверь и повернул ключ в замке. Последние лучи вечернего солнца позолотили невытертые капли на ее коже. Лорел вся как бы светилась под струйками воды, сбегавшей по ее стройному телу, и обрисовывавшей контуры, по которым так стосковались его руки. Кремовые полукружия грудей поднимались и опускались в такт взволнованному дыханию, розовые соски заманчиво торчали. В этот миг он подумал, что второго такого соблазнительного существа не найти в целом свете.
Он сделал шаг вперед, и очарование сразу нарушилось. Лорел поспешно схватила полотенце и закрылась им.
— Не надо! — выдохнул Брендон, шагнул еще раз, мягко, но решительно вырвал полотенце из ее рук и бросил на пол. Жестом, исполненным скорее благоговения, чем страсти, он провел кончиками пальцев по ее телу, приводя его по пути их следования в трепет.
— Ты так прекрасна, ты само совершенство!
— Брендон! — только и смогла она выдохнуть полураскрытым ртом.
Он обхватил руками талию Лорел, прижал ее бедра к своим, давая ощутить силу его желания. Горячие губы целовали ее плечо, но затем переместились к шее, где было слышно лихорадочное биение пульса.
А ее пальцы непроизвольно нашли пуговицы мужской рубашки, расстегнули и высвободили его широкую грудь для ласки. Тонкие пальцы Лорел углубились в чащобу каштановых волос, отыскивая и нежно гладя затерявшиеся в их глубине плоские соски.
Он помог ей, сбросив с себя рубашку, и снова заключил в свои объятия, прижав нежные женские груди к своей твердой груди, где ее соски погрузились в мягкий волосяной покров, щекотавший их при малейшем движении.
— Никогда ничего не хотел я так сильно, как сейчас хочу тебя, — пробормотал он.
Стон слетел с его уст, он с нетерпеливой жадностью впился в ее рот. Лорел отвечала так же пылко и под натиском его дерзкого языка раздвинула губы. Теплые, огрубевшие от работы руки гладили ее бедра и спину. Она прижималась все теснее к Брендону, не замечая, что твердая пряжка поясного ремня врезается ей в живот. Их бедра сошлись, губы сомкнулись в сладком поцелуе. Он погрузил пальцы в высокую прическу Лорел, распустил ее, разбрасывая вокруг шпильки, и блестящие серебристые волны волос потекли по ее спине. Брендон расчесывал их пальцами, которые застревали в густых прядях, словно те в ожидании ласки не желали их отпускать.
У Лорел закружилась голова от смертельной истомы, о которой со стоном шептали ее губы, прижимавшиеся к его рту. Разъяв объятия, Брендон наклонился, чтобы поднять Лорел на руки.
— Разреши мне любить тебя, дорогая! — молил он, неся ее к кровати и покрывая поцелуями.
Она откликнулась на эту просьбу тем, что, уже лежа на простыне, расстегнула пряжку его ремня. Он быстро выскользнул из одежды. Лорел ощутила на себе горячие руки и губы и ответила на них пылкими трепетными прикосновениями. Она обнимала Брендона и кончиками пальцев чувствовала тепло его кожи. Ее любящие руки отыскали и погладили его мужское естество, заставляя Брендона зарычать от вожделения.
Лорел трепетала и извивалась в его руках, испытывая внутри себя отчаянный позыв, который могло удовлетворить только его тело, слившись с ней воедино.
— Так давно, так давно мы не были вместе! — стонала Лорел. — О Брендон! Пожалуйста! Люби меня сейчас!
Он вступил в нее с нетерпением, с каким изголодавшийся человек накидывается во время банкета на угощение, со всей силой долго сдерживаемого чувства. Это было нечто дикое, необузданное и в то же время чудесное. Страсть пылала между ними огненным вихрем, уносившим их, закручивая, в какую-то даль. Им было не до нежности — их тела сплелись в одно целое, настоятельно добиваясь полного удовлетворения. Тяжело дыша прямо в ухо Лорел, Брендон погрузил руки в ее волосы, покусывая ее в шею и плечо. Она же мертвой хваткой вцепилась в мускулистые плечи Брендона, а когда настал миг оргазма, ее тонкие пальцы, скользнув по его спине, оставили на ней царапины. Их громкие стоны слились в один торжествующий вопль, затем воцарилась тишина. Бездыханные, они припали друг к другу телами, еще трепетавшими в последних судорогах экстаза, уносившего их в прекрасную долину легких бризов и нежных вздохов.
— Я так скучал по тебе, любимая, — шепнул Брендон в копну спутанных волос.
Слезы застлали ее лавандовые глаза, придав им сходство с сиренью, покрытой каплями росы. Она с нежностью погладила его плечи и притянула голову к себе.
— Я тоже, родной. Мне до смерти хотелось быть с тобой. Я уж думала, что ты охладел ко мне. — Рыдания не дали ей продолжать.
— Я никогда не охладею к тебе, Лорел. Пусть я упрям, а ты и того больше, пусть многое нам мешает, ты всегда будешь мне нужна, как воздух, которым я дышу, или дождь после продолжительной засухи.
Слезы Лорел омочили его щеку, он поднял голову и поцеловал ее ресницы.
— Я люблю тебя, милая.
— И я люблю тебя, Брендон! Но нас разделяет столько препятствий, что я пугаюсь. Мне все кажется, будто между нами стоит шаткая скала, готовая в любой момент обрушиться. И тем не менее я люблю тебя всем своим существом. И не хочу, чтобы скала рухнула и погребла под своими обломками нашу любовь.
— Мы сдвинем ее в сторону, дорогая, — обещал он. — Наша с тобой любовь осилит ее.
— Надеюсь, — прошептала она. — Надеюсь всей душой. Помоги нам, Господи.


Хотя теперь они более не сердились друг на друга, но все же в их отношениях сохранялась какая-то неловкость. Они все еще не оправились от первого серьезного удара, нанесенного их браку, и оба держались настороженно. Даже предаваясь усладам страсти, они чувствовали невысказанную напряженность, и их признания в вечной нетленной любви звучали несколько сдержанно, как если бы они не знали, что делать дальше или в каком направлении идти. Раны начали затягиваться, но для полного исцеления требовались время и хороший уход, а прежде всего — постепенное восстановление взаимного доверия.
Надо отдать им должное — оба всячески старались преодолеть натянутость в их отношениях. Мало-помалу их беседы приняли более естественный характер, они снова начали непринужденно шутить, смеяться, улыбаться, поддразнивать друг друга.
Вот в этот переходный период Брендон однажды прибежал домой взволнованный и еще с порога громко окликнул Лорел.
— Ради Бога, что случилось? В чем дело? — Лорел не на шутку перепугалась.
— Выйди во двор и посмотри. Клянусь, ты не пожалеешь! — Он схватил ее за руку и с энергией расшалившегося мальчика потащил во двор.
Чтобы поспеть за Брендоном, Лорел пришлось бежать, но она не возражала, настолько было возбуждено ее любопытство. Таким она еще Брендона не знала, и ей хотелось как можно скорее увидеть, чем же вызвано столь необычное поведение.
Добежав до Мигуэля, Брендон произнес одно-единственное слов:
— Смотри!
Мигуэль держал у себя на коленях существо, поразительно походившее на лисенка, с той разницей, что шерсть у него была не обычного красноватого, а удивительно светло-серебристого цвета. Щенок был очень мал — может, пяти или шести недель от роду, — то есть, скорее всего, грудник. Он не переставая дрожал нервной дрожью, в ярких глазах цвета янтаря стоял ужас.
Лорел немедленно влюбилась в маленький комочек меха.
— Какая прелесть, Брендон! Откуда он?
Она наклонилась, чтобы погладить лисенка, и Мигуэль с готовностью протянул его ей.
— Мы с Мигуэлем ехали по тропе, и вдруг моя лошадь ни с того ни с сего заржала. Я остановился, огляделся и заметил малыша. Он был один, мать или бросила его, или потеряла, перебираясь в другую нору.
— Мы искали ее, но так и не нашли, — подхватил Мигуэль. — Что ж было делать? Решили взять его с собой. Лисята редко родятся в эту пору года. Обычно к осени они вырастают настолько, что в состоянии самостоятельно добывать себе корм. А этот одиночка не жилец на белом свете.
— При таком росте он очень скоро станет добычей хищной птицы, — поддакнул Брендон. — Сдается мне, мамаша не будет против, если ты его усыновишь.
Лорел вспыхнула от удовольствия.
— Правда? — вскинула она глаза на Брендона. — Я могу его взять?
— Если хочешь. — Знай Брендон, что Лорел так обрадуется и с такой нежностью улыбнется своему мужу, он бы уж принес не одного лисенка, а отыскал целый выводок.
— А когда мы поедем в Сан-Франциско, что тогда?
— Возьмем с собой. Обычно лисята хорошо приживаются в домашних условиях. Обучению поддаются не хуже собаки, да и нрав у них добродушный.
Лорел взглянула на комок серебристого пуха на своих коленях.
— Совсем крошка, но мех восхитительный. Никогда не видела лису такой расцветки.
— Да, это редкость, — сказал Мигуэль, — но время от времени черные и серебристые лисы все же встречаются. Кстати, найденыш под стать вашим волосам, Лорел. Брендон, наверное, потому и решил взять его для вас.
— Точно, Лорел, — сказал Брендон. — Увидев его. я сразу подумал о тебе.
Лорел улыбнулась и покачала головой.
— Оба вы заблуждаетесь. Его мех повторяет оттенок глаз Брендона, когда он чем-нибудь особенно доволен.
Брендон выразил сомнение в ее правоте, а Мигуэль внимательно вгляделся в лицо друга и секунду спустя кивнул головой.
— Действительно. В таком случае он подходит вам обоим. Вам на роду написано усыновить его. — Все рассмеялись.
— А как ты его назовешь? — поинтересовался Брендон.
— Он такой крошечный. Тайк
type="note" l:href="#note_5">[5]
, пожалуй.
— Тайк Прескотт! Звучит! — одобрил Брендон. — А ты как находишь?
И все трое снова рассмеялись.
Таким образом Тайк стал членом семейства Прескоттов. Лорел взяла его под свое покровительство, и немного времени спустя маленькая серебристая лисичка привязалась к своей хозяйке и неотступно следовала за ней по пятам, словно домашний щенок.
Самым замечательным было то, что появление Тайка помогло сузить трещину, возникшую между Лорел и Брендоном. Чудо в самом деле произошло, приняв вид маленького комочка серебристого меха.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Шелк и сталь - Харт Кэтрин



"Довольно неплохой сюжет. Читать было интересно."
Шелк и сталь - Харт КэтринНИКА*
2.05.2012, 10.14





Тянущий роман, но весьма неплох. Можно почитать
Шелк и сталь - Харт КэтринЛале
21.02.2013, 21.32





Не нравится, то что в аннотации уже все написали кто родится,и в каких обстоятельствах. То, что были раскрыты карты убивает весь интерес. rnсамому Роману ставлю 8
Шелк и сталь - Харт КэтринДи.
6.03.2013, 15.41





Вроде бы как и не плохой роман,но уж очень утомительный.Да и героиня меня напрягала,все эти ее сомнения,бегства,так и хотелось закричать остановись ДУРА!Но на вкус и цвет друзей нет.3
Шелк и сталь - Харт Кэтринс
28.02.2015, 14.15








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100