Читать онлайн Ослепление, автора - Харт Кэтрин, Раздел - ГЛАВА 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ослепление - Харт Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.82 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ослепление - Харт Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ослепление - Харт Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харт Кэтрин

Ослепление

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 25

– И что дальше? – спросила Андреа. Они с Брентом вернулись в свой номер в отеле, и теперь она сидела на кровати, приложив к ушибленному локтю пузырь со льдом. Брент бездумно следил за проезжавшими по улице экипажами.
– Не имею понятия, – признался он. – Наверное, мне стоит порыскать по тавернам возле гавани, а ты посидишь здесь и дашь отдых ногам.
– Ты, конечно, можешь проверить таверны, но я не вижу в этом смысла, – сказала она.
Несколько секунд она колебалась, а потом все же высказала то, что не давало ей покоя в течение двух последних дней:
– Брент, как по-твоему, где он может прятать Стиви? Помнишь, тот контролер сказал, что на вокзале Ральф был один, и сегодня на скачках мальчика с ним не было – разве что он нашел с кем его оставить и заберет его позже. Я места себе не нахожу от страха. Если он привез Стиви сюда, то что он с ним сделал? С кем оставил?
Итак, вот и наступил момент, которого Брент так боялся. Он обернулся и виновато посмотрел на Андреа.
– Мы не можем угадать, где сейчас находится Стиви, дорогая. Один из агентов Кена считает, что мальчика потеряли в толпе еще тогда, на рынке. Когда он в последний раз видел Ральфа, то, похоже, Стиви с ним не было… Хотя, конечно, не исключена возможность, что сыщик обознался, а Ральф действительно оставил Стиви у кого-то, прежде чем направиться в Балтимор. Мы просто ничего не знаем наверняка.
– Все это время, – начала она прерывающимся, дрожащим голосом, с ужасом глядя на Брента, – все эти дни тебе было это известно, и ты не сказал мне ни слова!.. Боже правый, Брент! Да как же ты мог? – Ее голос становился все громче, все истеричнее. – Как ты посмел не сказать мне?!
Он подошел было к ней, но она отшатнулась, едва не свалившись с кровати. Ее фиалковые глаза прожигали его насквозь. О, он отдал бы все сокровища мира, только чтобы не стоять вот так под ее уличающим взором.
– Я виноват, Андреа… Кен подумал… Я решил, что лучше не буду зря тебя расстраивать, пока мы не будем знать что-то наверняка – хорошее или плохое.
– Ты подумал. Ты решил. Но кто дал тебе право решать это за меня? – взорвалась она гневной отповедью. – Стиви мой родной племянник! Мой ребенок, поскольку Лилли умерла и оставила его мне! И я имею исключительное право немедленно знать обо всем, что его касается! Ты не смел скрывать от меня такие важные сведения! У тебя нет на это права!
– Все-таки я твой муж, и в этом качестве имею право заботиться о твоих интересах, – возразил он. – И в том числе защищать тебя так, как сочту нужным. И делить с тобою твои неприятности так, словно они – мои собственные. И в данном случае я лишь старался смягчить для тебя очередной удар судьбы – хотя бы временно.
– И на какое же именно время ты бы его продолжал смягчать, Брент? – запальчиво поинтересовалась она. – Ведь, не спроси я об этом сейчас, ты бы продолжал держать меня в блаженном неведении, не так ли? Ты бы продолжал утаивать от меня тот факт, что Стиви, скорее всего, потерян для меня навсегда?! Ведь если он сейчас не с Ральфом и если Ральф не знает, где его потерял, мы уже не сможем разыскать его!
При этих словах у нее брызнули в три ручья слезы – она внезапно с беспощадной ясностью осознала то, что сию минуту произнесла.
– Ох, милостивый Боже! Неужели это правда?.. И вот теперь, в эту самую минуту, он бродит неизвестно где?.. Он даже, может быть…
– Нет! – Брент рванулся к ней и схватил ее за руки, а потом обнял, несмотря на ее сопротивление. – Ты не должна так думать! Кен со своей командой по-прежнему ищут его, Андреа. И, если только он остался в Вашингтоне, они обязательно его найдут. А если он не там, то мы заставим Ральфа сознаться, куда он упрятал его! Ты просто обязана в это поверить, дорогая! И не сомневаться в том, что Стиви будет цел и невредим, когда мы разыщем его!
В ответ она лишь отчаянно зарыдала, не в силах отказаться от утешения, дарованного его объятиями, на широкой груди, которую принялась обильно поливать слезами. Постепенно рыдания перешли в громкие всхлипывания, а он все продолжал обнимать ее, баюкать, шептать, что скоро все устроится лучшим образом, надо только верить. Наконец она подняла к нему заплаканное лицо, сжала руки в маленькие кулачки и принялась молотить его по плечу, изливая остатки отчаяния:
– Никогда впредь ничего не скрывай от меня, Брент Синклер! – предупредила она, прерывая свою речь горестными всхлипами. – Я тебе не какая-нибудь нежная орхидея, которая боится сквозняков. Я взрослая женщина, обладающая достаточной волей и стойкостью, чтобы перенести любые удары судьбы, какими бы тяжелыми они ни оказались. И мне оскорбительно то, что ты не желаешь этого понять!
– А если я соглашусь – ты будешь так добра и перестанешь отбивать на мне дробь? – лукаво спросил он.
Она в замешательстве уставилась на него, и, словно только сейчас поняв, что же, собственно, делает, замерла с поднятыми в воздух кулаками. Брент осторожно взял ее за руки и поднес к губам судорожно сжатые пальчики.
– Прости меня, Андреа. Я сам должен был догадаться, насколько болезненнее для тебя окажется то, что ты не узнаешь правду немедленно. Я позабыл, какая ты упрямая, как умеешь идти к намеченной цели, постоять при необходимости за себя. Не многие женщины способны были бы сделать то, что сделала ты, – даже ради любви к ребенку. И я очень горжусь тобою, ты ведь знаешь.
– А я очень горжусь тобой, – отвечала она, тихонько высвобождая пальцы и погладив его по губам. – И я вовсе не хочу сказать, что ты мне не нужен, Брент. Или что я вполне могу справиться с неприятностями сама, без твоей помощи. О, я так рассчитываю на тебя, на твою силу. На твою любовь. Я уверена, что без тебя не смогу перенести всего этого. Я только хочу, чтобы мы были равными партнерами, союзниками.
– Мы ими и являемся, милая. И если впредь мне взбредет в голову вести себя как самоуверенный тупица-муж и относиться к тебе как к безвольной взбалмошной дамочке, я даю тебе разрешение в назидание надрать мне уши.
– Спасибо, милый, – отвечала она с ехидством, – только на самом деле я не нуждаюсь в твоем разрешении. Драть тебе уши – мое законное право, как твоей супруги, а вовсе не крайняя мера в крайней ситуации.


Через несколько минут в дверь их номера постучали. Это оказался контролер с железнодорожного вокзала.
– Я рад, что сумел разыскать вас, сэр, – сказал он. – Верно, вам будет интересно знать, что тот малый, про которого вы расспрашивали, взял билет на Филадельфию на поезд, что отправляется после полудня. Тот поезд уже ушел, но вы можете успеть на следующий, он идет на три часа позднее. Я виноват, сэр, что раньше не прибег да не рассказал вам про того малого, но мой босс не разрешил мне уйти с вокзала.
Брент поблагодарил контролера и вручил ему двадцать долларов за труды. Закрыв за ним дверь, Брент обернулся к Андреа.
– Итак, любовь моя? Что будем делать дальше? Мы можем или вернуться в Вашингтон, или отправиться в Филадельфию по следам Ральфа.
– Я полагаю, что, если бы стало что-то известно про Стиви, Кен уже известил бы нас, – пустилась в рассуждения Андреа. – Ведь ты связался с ним после того, как мы остановились здесь? То есть он знает, по какому адресу мог бы отправить нам телеграмму?
– Конечно, и я еще раз поинтересуюсь на почте, прежде чем мы уедем.
– Тогда, мне кажется, лучше всего постараться прижать Ральфа к стенке и заставить его выложить все, что ему известно. Ведь не исключено, что он оставил Стиви у какого-нибудь приятеля в Вашингтоне. Или все же выполнил свою угрозу и продал кому-то. Пока мы не схватим Ральфа, мы не сможем быть ни в чем уверены. Я уповаю лишь на то, что мы сумеем раздобыть сведения достаточно быстро. Эта неизвестность и гадания на кофейной гуще становятся просто пыткой!
– Ты считаешь, что он отправился на выставку? – спросил Брент. – Что он решил сам обогатиться там, где так повезло тебе?
– Если только это так, я надеюсь, что молодчики Дженкинса упрячут его в одну камеру с Дуганом Макдональдом. А потом пусть они потеряют ключ от камеры, и чудная парочка будет предоставлена сама себе.
– А как же Ширли Каннингем?
– Для восстановления полной справедливости она тоже должна составить им компанию, – согласилась Андpea.


Их поезд сделал большую остановку в Уилмингтоне. Брент воспользовался ею и успел опросить всех железнодорожных служащих, каких застал на вокзале, чтобы быть уверенным: Ральф не сошел с поезда здесь и продолжил свой путь на север. Ведь нельзя было исключить возможность того, что он просто совершил ложный маневр, предоставив им преследовать пустоту, а сам тем временем вернулся в Вашингтон. Однако никто из опрошенных не дал утвердительного ответа, из чего Андреа с Брентом могли сделать вывод, что Маттон направился прямиком в Филадельфию.
По прибытии в город они направились в знакомый им отель «Континенталь». Управляющий персонально проводил мистера и миссис Синклер в их апартаменты.
– Мы просто счастливы, что вы так скоро соблаговолили вновь почтить нас своим посещением, – причитал он. – В ту же минуту как нам доставили телеграмму о вашем прибытии, мы забронировали для вас самые лучшие апартаменты в нашем отеле, и вовсе не ради денег. Считайте это нашей компенсацией за то, что миссис Синклер была похищена, как говорится, прямо у нас из-под носа. – Он на мгновение умолк, но все же решился спросить: – А как дражайшая миссис Фостер? Смею надеяться, она уже оправилась от того ужасного удара по голове?
– Она здорова, благодарю вас. Я не забуду передать ей, что вы беспокоились о ее здоровье, – уверила Андреа.
– К чему бы вся эта суета? – недоумевающе взглянула она на Брента, когда управляющий наконец их покинул. – Боже милостивый, я уж думала, он падет на колени и примется целовать нам ноги!
– Я полагаю, что это связано с тем фактом, что я – адвокат, – с самодовольной улыбкой отвечал Брент, – и мы явились после всех наших неприятностей в их отель, чтобы устроить шумный процесс по возмещению убытков – а это наверняка их разорит.
– Ах, да ведь это просто смешно! Они абсолютно не виноваты в том, что Макдональду было угодно прибрать к рукам меня, или Ширли Каннингем – тебя, или что эта парочка негодяев спелась против нас.
– Конечно, но Мэдди была ранена именно в их отеле, ей стукнули по макушке именно их вазой. И, коль скоро им угодно чувствовать себя такими виноватыми, что они за полцены предоставляют нам номер-люкс, я не собираюсь смотреть в зубы дареному коню!
– Ничего себе! И после этого у тебя хватает наглости обзывать меня воровкой! – с мрачным юмором заметила Андреа. – Вы бы лучше поискали вора в зеркале, мистер Синклер, – возможно, там обнаружится мой коллега!


Дженкинс был явно обрадован тем, что снова встретился с ними.
– Представьте себе, – сообщил он, – с того дня, как вы покинули город, у нас снова воцарилась тишь да гладь. И загадочные кражи тут же прекратились.
У Андреа захватило дух при мысли о том, что он скажет после этого сообщения. Чувствуя, что душа у нее ушла в пятки, а колени дрожат и подгибаются, она услышала:
– Я долго думал об этом. По времени это случилось сразу после ареста дамочки по фамилии Каннингем и ее шотландца. Вам не кажется, что они могли быть сообщниками не в одном, а во многих преступлениях?
Андреа с Брентом обменялись многозначительными взглядами.
– Вот это да, Дженкинс! – воскликнул Брент с преувеличенным оживлением. – Какое интересное соображение! Мне никогда не приходило связать эти факты воедино. Однако, как я помню, миссис Каннин-гем была в числе жертв. У нее и ее приятельниц тоже украли все драгоценности, не так ли?
– Да, но ведь это могло быть лишь уловкой, чтобы сбить нас со следа, – предположил сыщик. – И к тому же она получила назад свои побрякушки, так же как и ее подруги – за день или два до того, как вы уехали. Им вернули все до последней булавки – по почте!
– Ах, да, кажется, я слышал что-то подобное, но не придал этому значения, так как захлопотался по. поводу свадьбы, – сказал Брент. – Как вы объясните столь необычный поворот событий? Если, согласно вашему предположению, Дуган и Ширли и были ворами, зачем им было подвергать себя такому риску – только с тем, чтобы все вернуть владельцам?
– Я пока не в состоянии этого сделать, – признался Дженкинс, сосредоточенно шевеля бровями. – Но я непременно проверю правильность моей версии и сообщу вам, если приду к положительным выводам.
– Непременно. А тем временем, не окажете ли вы нам определенную услугу в решении некоторых личных проблем, с которыми столкнулась Андреа? – и Брент предъявил Дженкинсу одну из переданных ему Кеном листовок и рассказал разработанную ими специально на такой случай версию происшедшего – как Ральф якобы потребовал у Андреа денег за Стиви, как Брент снял эти деньги со своего собственного счета и как попытки схватить преступника кончились неудачей. – Теперь ребенок вовсе скрылся из нашего поля зрения, а Ральф направился в Филадельфию, вот почему мы и вернулись сюда так быстро. Нам нужна некоторая помощь, чтобы установить его местонахождение.
– Я присмотрю за этим, – пообещал Дженкинс, – и передам остальным нашим агентам вашу просьбу. Если этот малый Маттон действительно здесь, мы разыщем его.


Надо сказать, что Андреа чувствовала себя весьма неловко, попав снова в места, ставшие сценой для ее самых выдающихся подвигов в качестве преступницы. И уж совсем странно она себя почувствовала, когда поняла, что их поместили в те самые апартаменты, которые когда-то занимала итальянская графиня со своим любовником. В те самые апартаменты, откуда она вынуждена была бежать через балкон и по решетке – в ту ночь, когда Брент преследовал ее до самого театра и упустил, угодив в неожиданную ловушку. Это было ее последнее преступление – ведь на следующее утро Брент уличил ее с помощью злополучного обрывка черного шарфа.
– Ирония судьбы, не правда ли? – констатировал Брент. – Мы вернулись туда, откуда начали.
– Ощущение такое, словно попал во многократно повторяющийся кошмар, – кивнула Андреа. – Те же места, те же люди. До сих пор не могу поверить, что Мэдди вот-вот не войдет сюда.
– Ну, что до меня, так я этому только рад, – откровенно заявил Брент. – Мне как-то спокойнее на душе, когда я могу не опасаться одного из тех шокирующих сюрпризов, которыми ей угодно было меня осыпать.
– Ах, да! – сочувственно рассмеялась Андреа. – Прелести рыцарского турнира и пояса целомудрия! У Мэдди явная Слабость к средневековью, не правда ли? Интересно знать, почему?
– Возможно, в своем предыдущем рождении ее сожгли на костре именно в средние века. Ты ведь знаешь, что тогда весьма опасались ведьм. Не могу сказать, что испытываю неприязнь к нашей милой старушке, но временами ее оригинальность кажется мне чрезмерной!


Они уже три дня торчали в Филадельфии, повсюду расклеивая листовки с портретами Ральфа и Стиви, расспрашивая прохожих, обыскивая каждый дюйм необъятного пространства выставки в своих бесконечных поисках. Даже несмотря на то, что им помогал добрый десяток агентов Пинкертона, Ральфа Маттона и след простыл.
– Это безнадежно, – утомленно решила Андреа, пытаясь откинуть со лба влажные пряди волос. Немилосердная летняя жара измучила ее, и все казалось ей теперь бесцельным и никчемным. Просто удивительно, что даже в эти часы на выставке было полно посетителей. – Нам ни за что не разыскать Ральфа здесь, посреди этой толпы народа.
Брент уселся подле нее на скамейку, стоявшую между двумя главными павильонами, где журчавший фонтан приносил некоторое облегчение.
– Даже если мы и схватим его, слишком велика вероятность того, что он либо не захочет, либо попросту не сможет сказать нам, где теперь Стиви, – подтвердил он. – Все больше и больше я склоняюсь к мысли, что Кен был прав: Стиви на самом деле потерялся на рынке. А это означает одно: мы без толку гоняемся за Ральфом.
– Наверное, нам стоит просто собрать вещи и вернуться в Вашингтон, – сказала Андреа, – чтобы приложить максимум усилий к розыску Стиви там. Я не сомневаюсь, что Кен делает все, что в его силах, но не могу избавиться от чувства…
– Что тебе тоже необходимо быть там? – закончил за нее Брент, так как Андреа не смогла договорить из-за подступивших к горлу рыданий.
– Да. Довольно глупо с моей стороны, не так ли? – Внезапно она выпрямилась на скамейке и настороженно огляделась. – Наверное, это так же глупо, как и то странное ощущение, что за нами следят. Я в течение всего дня то и дело чувствую на себе чей-то взгляд.
– Ты просто устала. Эта жара кого угодно доведет до умопомрачения, – возразил Брент, в то же время не удержавшись от того, чтобы самому внимательно оглядеться, дабы увериться в правоте своих слов. Ни одного знакомого лица, ничего такого, что могло бы показаться подозрительным.
– Брент, – спросила она едва слышно, закусив нижнюю губу, – Дуган Макдональд по-прежнему сидит за решеткой, правда? Мне меньше всего хотелось бы узнать, что он сбежал и таскается за нами по пятам, подкарауливая момент, чтобы снова упрятать меня в сундук и увезти к себе в Шотландию.
Невзирая на жару, она вздрогнула, словно от озноба, и Брент покрепче прижал ее к себе.
– Дорогая моя, я уверен, что он не получит свободы еще много-много лет. Однако если это поможет тебе успокоиться, я наведу справки, как только мы вернемся в отель.
– Правда? О, я понимаю, что выгляжу глупой гусыней, но ничего не могу с собой поделать.
– Означает ли это, что мне следует остановить первый попавшийся экипаж? – с улыбкой осведомился он. – Я так устал, что не пройду пешком и шагу.


Приняв продолжительную прохладную ванну и переменив белье, Андреа почувствовала себя немного лучше, как душой, так и телом. Чтобы окончательно развеять опасения Андреа, к ним с Брентом во время ужина присоединился Дженкинс. Он в подробностях рассказал, что в данный момент Дуган Макдональд благополучно пребывает в тюрьме и не скоро оттуда выйдет.
– Вот так, любовь моя. Одним поводом для беспокойства меньше, – сказал ей Брент со снисходительной улыбкой.
– Мне кажется, я смогла наконец укротить свое буйное воображение, – согласилась она, чувствуя себя немного нелепо и даже смешно из-за своих непонятных страхов. – И теперь я уже не думаю, что будет большой вред от того, что мы задержимся здесь еще на пару дней и продолжим поиски. Кто знает, может, мы что-то сможем обнаружить. Мэдди, к примеру, убеждена, что чудеса временами случаются на земле и по сей день.
Они не спеша покончили с трапезой, радуясь тому, что им не надо никуда спешить после столь утомительного дня. Было уже довольно поздно, когда они наконец-то добрались до своего номера. Чувствуя во всем теле легкую истому, они не без приятности представили, как сейчас вместе отправятся в кровать, насладятся нежной, неторопливой любовью и забудутся сном в объятиях друг друга.
Брент повернул в замке ключ и перешагнул порог гостиной, как вдруг замер на месте. Его рука резко толкнула Андреа к нему за спину.
– Как странно, светильник погашен, – прошептал он. – Я голову дам на отсечение, что зажег его, когда мы уходили.
У Андреа волосы встали дыбом.
– Может быть, это горничная заходила сюда, чтобы поменять простыни, и выключила свет?
Она завороженно наблюдала, как Брент сильным движением настежь распахнул дверь, чтобы в номер проникло хоть немного света из коридора. То, что представилось его взору, повергло в ужас. В гостиной царил полный хаос. Словно здесь пировала орда каннибалов. Мебель валялась перевернутая, повсюду виднелись клочья безжалостно разодранной обшивки дивана и кресел. Безделушки с каминной полки – вернее, то, что от них осталось, смешались в немыслимую кашу с осколками ваз и ошметками стоявших в них цветов, размазанную по полу. Посреди этой лужи горкой лежали изуродованные книги. Даже крышка с небольшого письменного стола в углу была отодрана и брошена на пол.
– Немедленно беги к портье и прикажи ему вызвать сюда Дженкинса, – хладнокровно сказал Брент. Он вынул и кармана пистолет и осторожно двинулся вглубь комнаты.
– Брент! Не смей входить туда один! – неистово зашептала она, вцепившись в полы его смокинга. – Ведь он может все еще сидеть здесь, поджидая тебя!
– У меня есть пистолет. Ступай же. Сделай, как я сказал.
– Нет! Я никуда и шагу не сделаю без тебя! – К полному конфузу, ее зубы начали звонко отбивать дробь. – Я боюсь! – призналась она.
– Ну ладно, – отвечал он. – Тогда ты стой снаружи, возле двери, пока я не проверю, есть ли кто внутри.
Она лишь промычала что-то маловразумительное, что он решил счесть за согласие. Едва не падая от страха, она смотрела, как Брент вошел в гостиную и быстро зажег газовый светильник, висевший на стене: преступника здесь не было.
Брент продолжал двигаться к спальне, дверь в которую была полуотворена, осторожно ступая между обломками стекла, усеявшими ковер, стараясь производить как можно меньше шума. Словно позабыв про его приказ, Андреа следовала за ним по пятам, едва переступая ногами от сковывавшего ее ужаса.
Спальня представляла ту же бедственную картину. Света, падавшего из гостиной, было достаточно, чтобы разглядеть сброшенную на пол постель и вспоротые матрац и подушки. Повсюду летали выпотрошенные из них перья, словно снежными хлопьями усеявшие разметанную по полу одежду. Ни одна вещь в комнате не осталась нетронутой. Даже коробки с пудрой и пузырьки с духами были сметены с туалетного столика и растоптаны.
Молча, с решительным мрачным лицом Брент проверил тесный ватерклозет, хотя и не особо ожидал, что кому-то хватит ума спрятаться там. Как ему казалось, неизвестный просто отвел душу, изничтожив все, что только ему попалось под руку, и удалился, когда увидел, что крушить больше нечего.
Держа наготове пистолет, Брент смотрел, как в спальню вошла Андреа – фиалковые глаза на ее бледном лице казались невероятно огромными. Зажав рукою рот, она словно в трансе наклонилась и подняла с пола обломки расчески. Он хотел было предупредить ее, что ничего нельзя трогать до тех пор, пока сюда не явится полиция и не осмотрит место происшествия, но не успел открыть рот, как раздался громкий металлический скрежет. Шум раздавался со стороны соседней веранды! Двумя секундами позже они услышали хриплый стон и хруст ломаемых веток.
– Укройся! – скомандовал Брент шепотом, а сам в тот же миг ловко распахнул настежь балконную дверь. И тут в уши им ударил душераздирающий скрип, словно кто-то вилкой водил по стеклу, сопровождаемый глухим стуком и громким, болезненным вскриком.
Этот шум говорил сам за себя. Андреа теперь могла в подробностях описать, что происходит там, снаружи. Она услышала окрик Брента:
– Стой, стрелять буду! – и тут же маленький пистолет выстрелил.
Андреа поспешила на балкон. Она успела заметить темную мужскую фигуру, бегущую вдоль стены здания по направлению к улице.
– Это ведь был Ральф, правда? Ты подстрелил его?
– Надеюсь, что мне повезло хотя бы на сей раз. Этот дурацкий пистолетик годен лишь для стрельбы в упор, а негодяй успел развить такую скорость в момент выстрела, что я едва поймал его на мушку! – проворчал он недовольно.
– Может, ты все-таки ранил его. Он бежал как-то неловко.
– Он наверняка повредил ногу, когда обломилась решетка. А падать ему пришлось с изрядной высоты.
– Я знаю, – она покосилась на обломки решетки и растерзанные кусты роз под балконом. – Я могла бы предупредить его, что одна из перекладин не выдержит его веса. Она едва выдержала мой. Честно говоря, скорее всего это я надломила эту ржавую решетку в нескольких местах в ту ночь, когда удирала с этого самого балкона. И свалилась с перекладины, подломившейся в самом низу.
– Я тоже помню ту ночь, – подтвердил он. – Я услышал, как затрещала решетка, и увидел, как ты свалилась на спину. Мне казалось, что тут-то я тебя и схвачу, но ты вскочила и унеслась прочь быстрее лани.
– Точно так же, как это сделал сегодня Ральф. Ведь это был он?
– Да. Похоже, отныне мы поменялись с ним ролями. Ты была совершенно права, когда твердила, что за нами следят. Он, наверное, прошелся за нами до самого отеля, выяснил, где именно мы остановились, и дождался, пока мы отправимся ужинать, чтобы обыскать номер.
– В надежде найти выкуп, который я собиралась предложить ему за освобождение Стиви, – продолжила его мысль Андреа.
– Ну, если быть точным, он не терял времени даром, пока не обнаружил его, – с тяжким вздохом заключил Брент.
– Ха, ему действительно пришлось немало потрудиться, разнося наш номер в клочья, однако он так и не мог его найти! – самодовольно сообщила Андреа. – Уж коли я берусь что-то спрятать, оно так и остается там, где я его положила.
– Боже правый, женщина! – воззрился на нее изумленный Брент. – Да он же действительно разнес наш номер в клочья! Куда же ты ухитрилась спрятать деньги?
– Прямо вот сюда, – и Андреа приложила ладонь к груди. – Они у меня в бюстгальтере. Я сочла его самым надежным местом, ведь никто, кроме тебя, не рискнет сунуть туда нос!
Брент начал смеяться, да так, что вскоре чуть не корчился в судорогах от хохота. Он привалился было к балконным перилам, но тут же опасливо подался назад, так как металл испустил очередной душераздирающий скрип.
– Идем же, моя дорогая дьяволица, – произнес он, легонько обнимая ее и провожая обратно в комнату. – Самое время сообщить этим сонным владельцам отеля о последнем курьезе. Я не удивлюсь, что они постараются вежливо дать понять, что с радостью расстались бы с нами, и чем скорее, тем лучше. Верно, им кажется, что нам свойственно привлекать на свою голову неприятности не хуже, чем библейскому Ионе.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ослепление - Харт Кэтрин



Мне понтавился сюжет, его предугадать невозможно, вроде всё разрешается и тут новый поворот событий. но больше чем на 7 из 10 поставить не могу, читала и лучше, на 1 раз пойдет.
Ослепление - Харт КэтринКатеринка
1.05.2013, 6.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100