Читать онлайн Ослепление, автора - Харт Кэтрин, Раздел - ГЛАВА 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ослепление - Харт Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.82 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ослепление - Харт Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ослепление - Харт Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харт Кэтрин

Ослепление

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 13

Андреа осторожно кралась по коридору к своей комнате – по крайней мере пыталась проделывать это настолько осторожно, насколько это можно было совершить в сочащихся влагой комнатных туфлях и мокром платье. Каждый шаг сопровождался отвратительным чавкающим звуком, испускаемым ее подошвами. В довершение всем неприятностям нынешнего вечера, ночью налетела гроза. И где же, позвольте спросить, пребывала она в тот момент, когда небесам было угодно извергнуть из себя потоки воды? Она застряла на чужом балконе, отбиваясь от мерзкого пуделя, который с тявканьем вцепился в ее юбки так, что чуть не сорвал их вовсе! Черт побери, проклятый пес наверняка был кобелем! Она очень надеялась, что он до костей промок там, под дождем, и успел подхватить смертельную простуду, пока вернувшиеся хозяева впустили его в номер, где он и находился до того момента, пока не появилась Андреа, которую он принялся гонять по всему номеру. Бессовестная, злобная тварь!
Конечно, это смешало все ее планы! Не хватало только, чтобы из-за поднятого им визга прибежали соседи! Ей пришлось поскорее уносить ноги, чтобы не быть схваченной, но прежде ей пришлось загнать пуделя на балкон и запереть его там. Только тогда она смогла выскользнуть в дверь в коридор – слава Богу, никем не замеченная. Хорошо еще, что визиты в последующие номера обошлись без подобных приключений, иначе бы ее точно этим вечером хватил удар.
Вставив ключ в замочную скважину своей двери, Андреа пожалела, что не может заказать сию минуту чашку горячего чаю к себе в номер, чтобы хоть немного согреться. Возможно, чай заменит горячая ванна и сухая теплая ночная рубашка – если только она не уснет прямо в ласковой теплой воде, а потом утонет. Она так ужасно устала!
Все эти приятные мысли были внезапно прерваны, так как на ее плечо опустилась мужская рука, возникшая, казалось, ниоткуда. Подскочив на месте, Андреа сдавленно взвизгнула.
– Ах, так это вы, мисс Олбрайт, – произнес стоявший перед нею мужчина, пораженный не меньше ее самой. – Прошу прощения. Мне показалось, что кто-то пытается взломать дверь в ваш номер.
– Святые угодники! – простонала она, подняв руки к горлу и понимая, что перед нею стоит агент Пинкертона. – Ваша выходка стоила мне десяти лет жизни!
Из того конца коридора, где находилась комната Брента, раздался знакомый мужской голос:
– Что-то случилось, Дженкинс?
– Ничего, мистер Синклер. Недоразумение, сэр. Просто мисс Олбрайт вернулась к себе в номер.
– В такое-то время? – возмутился Брент, подойдя поближе и разглядывая бледное лицо Андреа и ее промокшую одежду. – И в таком виде? – добавил он, удивленно подняв брови. – Вы что, гонялись всю ночь за кошками?
Его длинные пальцы прикоснулись к мокрым прядям, свисавшим у нее с висков. Это вывело Андреа из ступора.
– Не прикасайтесь ко мне, грубиян! – прошипела она.
В ответ он не совсем почтительно взял ее за плечо и подтолкнул к двери в номер.
– Вы можете возвращаться на пост, Дженкинс. А мы с мисс Олбрайт намерены разъяснить недоразумение наедине.
– Нет, мы не намерены! – воскликнула она, вырываясь. – Я хочу спать. Доброй ночи, джентльмены, – и она попыталась захлопнуть дверь, чтобы не дать Бренту войти. – Пожалуйста, – взмолилась она, торопливо меняя тон. Ей во что бы то ни стало надо было отделаться от них, пока они не схватили ее вот так, со всеми похищенными вещами, спрятанными в сумочке у нее в руках! – Я устала, и мне сейчас не до выяснения отношений.
– Мне тоже не хотелось бы заниматься этим сейчас, – грозно глядя на нее, согласился Брент. – Но вам придется поговорить со мною, Андреа. Причем немедленно, – и он перешагнул порог комнаты.
– Стойте! Вы же разбудите Мэдди!
– Скорее всего она и так уже не спит. Хотел бы я знать, как можно было не проснуться после того визга, что вы только что подняли.
– Если бы она не спала, она бы уже явилась сюда и выдворила вас прочь! А теперь, пожалуйста, прошу вас, уходите.
– Если вы так настаиваете, – с неожиданной легкостью согласился он, двигаясь к выходу и увлекая ее за собой, – мы можем перейти для беседы ко мне в комнату, где нам никто не может помешать.
– Брент Синклер! Вы хотя бы отдаете себе отчет в том, что вы себе позволяете?
– Безусловно. Идемте же, Андреа, если вы действительно желаете себе добра.
– Постойте! – прошептала она, прижимая к груди сумочку. – Могу ли я хотя бы переодеться в сухое платье, чтобы не простудиться до смерти?
– Хорошо, – согласился он. – Я останусь здесь и подожду вас. Но не пытайтесь надуть меня, иначе я поволоку вас силой, и черт побери всех, кто увидит или услышит это.
Она бросилась в спальню, причем ее колотила такая дрожь, что она еле держалась на ногах. Запихав сумочку подальше под кровать, она принялась стягивать с себя мокрое платье как можно быстрее, хотя замерзшие пальцы с трудом ей повиновались. В ее мозгу билась тысяча вопросов. Подозревает ли ее Брент в кражах? Не потому ли он ведет себя так необычно грубо, жестоко? Или он все еще находится под впечатлением их вечерней ссоры? Может ли все объясняться так просто? И что вынюхивал в их коридоре этот сыщик от Пинкертона? Господи Иисусе! Ее же чуть было не схватили! Возможно, ей все еще угрожает опасность!
В дверь раздался легкий стук.
– Минуточку! – прошептала она. Плюнув на необходимость надевать нижнее белье, Андреа напялила через голову платье и теперь возилась с пуговицами. Она так спешила, что с разгону споткнулась о валявшуюся на полу груду мокрой одежды и чуть не разбила нос при падении.
– Ну вот! – злобно прошипела она, выскочив наконец в гостиную к Бренту. – Я готова, но только смотрите, чтобы через минуту я уже была снова здесь.
– Что с вами, дорогая? – произнес он, качая головой и внимательно заглядывая ей в глаза, – вы не доверяете мне? – Он пропустил ее перед собой и повел по коридору, тихонько притворив дверь их с Мэдди номера.
В отличие от занимаемых Мэдди и Андреа апартаментов, номер Брента состоял всего из одной, огромной и неуютной комнаты, служившей и спальней, и гостиной. Две боковые двери вели в гардеробную и ватерклозет.
– Присаживайтесь, – пододвинул Брент кресло. – Вы не хотите взять полотенце и высушить волосы? – вежливо поинтересовался он.
После того, как она наотрез отказалась, он взял второе кресло и придвинул вплотную к ней.
– А теперь, моя дорогая мисс Синклер, я хотел бы знать, где вы шлялись нынче ночью, с кем встречались и что делали. И пожалуйста, не оскорбляйте меня новыми попытками отделаться ложью.
Она во все глаза смотрела на него, не в силах собраться с мыслями.
– Я… Я… Да пропади все пропадом! Я вышла из гостиницы, чтобы выкурить сигарету, и меня застал дождь! Теперь вы довольны, жестокое животное?
Ее ответ донельзя удивил Брента. Несколько нескончаемых секунд он разглядывал ее с недоверием, а потом спросил:
– Вы вышли, чтобы сделать что?
– Вы уже слышали, – отчеканила она. Повинуясь необъяснимому побуждению, она постаралась прикинуться гневной: – А что же, по-вашему, я должна была там делать, мистер Синклер?
– Я не верю вам, – наконец решившись, сделал он вывод.
– Меня абсолютно не волнует, верите вы мне или нет, – неприязненно парировала она. – А теперь вы позволите мне уйти? Можно считать инцидент исчерпанным? – и она попыталась было подняться с кресла, но он подтолкнул ее обратно.
– Не совсем. Скажите мне: почему это вам понадобилось выходить наружу, чтобы выкурить сигарету, Андреа? У вас ведь имеется собственная комната.
– И она смежная с комнатой Мэдди, – напомнила она. – И, стоит мне закурить у себя в комнате, дым через щель под дверью запросто попадет в комнату Мэдди. Или им пропахнут занавески, и Мэдди сможет учуять потом. Или это учует горничная, а они все в этом отеле шпионки и доносчицы.
Пока она говорила, Брент извлек из кармана пиджака портсигар. К ее смущению, он вынул две сигареты, зажег их обе и протянул одну Андреа.
– Вот, возьмите, дорогая, – пропел он. – Курите, сколько угодно вашему сердечку. Я не проболтаюсь ни единой душе, пока вы не рискнете сделать это публично. А этого просто не может произойти, конечно.
– Что-то не так, любовь моя? – поддразнил он, видя ее замешательство. – Я осмелился предложить не тот сорт табака? Но именно эти сигареты самые популярные в Нью-Йорке.
Понимая, что, раз уж назвался груздем, придется лезть в кузов, Андреа взяла сигарету и неловко зажала ее между двумя пальцами, стараясь изобразить то, что видела на рекламных афишах. Осторожно она поднесла конец сигареты к пересохшим губам и попыталась сделать затяжку. Дым заполнил ее рот и нестерпимо защипал в носу, но она изо всех сил старалась сделать вид, что ей это нипочем.
– Ну же, Андреа, – издевательски рассмеялся Брент. – Разве так курят? Вы даже не смогли изобразить это достаточно похоже. Вы делайте как положено. Наберите дым в легкие.
Он раскусил ее. И они оба прекрасно это понимали. Но, загнанная в угол, что еще она могла сделать? Она сделала еще одну, более глубокую затяжку, но поперхнулась дымом и забилась в кашле. Брент наклонился и заботливо похлопал ее по спине.
– Я заберу у вас сигарету, чтобы вы больше не мучались, – произнес он с мрачным юмором. – Вы никудышний курильщик, любовь моя.
– Н… Нет! Я просто совсем недавно начала это делать, – пропыхтела она, стараясь подавить желание собственного желудка сию минуту вывернуться наизнанку. Невольно она провела рукой по губам, стараясь удалить прилипшую сигаретную бумагу и табак.
Он нежно отвел ее руку и сам стал делать это, медленными осторожными движениями касаясь ее губ. Ее глаза заворожило золотистое пламя его загадочного, испытующего взгляда.
– Скажите же мне правду, Андреа, – мягко промолвил он. – Вы были снаружи с тем человеком, не правда ли?
Она инстинктивно хотела провести языком по пересохшим губам, но наткнулась на его пальцы. От этого ее мысли пришли в полное смятение, так что она не сразу поняла смысл вопроса.
– Каким человеком? – переспросила она.
– С тем малым, который танцевал с вами весь вечер. Кажется, его зовут Хендерсон? – подсказал он.
– Я не была с ним. Нас с Мэдди проводил в номер один из ее приятелей.
– А потом вы выскочили наружу, чтобы повстречаться с ним, так? – настаивал он.
– Нет. Вы ошибаетесь. Я была совершенно разбита после ссоры с вами. И не могла заснуть. И я подумала, что сигарета поможет мне успокоиться.
Он наконец обратил внимание на продолжавшие дымить сигареты и затушил их в стоявшей на низком столике пепельнице. А потом обернулся к ней и с чувством произнес:
– Вы лгунья, Андреа. Красивая, бессовестная лгунья. Скольким мужчинам вы вскружили голову так, что они безоглядно поверили вам? Скольких несчастных вы опутали вашими сетями? Ведь наверняка я не первая жертва, не устоявшая перед источаемым вами обаянием, перед вашими сладкими речами.
– Вы не правы, Брент.
Он поднялся на ноги, нависая над ее креслом, словно загоняя ее в угол.
– А скольким счастливцам удалось выиграть приз? Получить награду за преданную службу и недалекость?
– Прекратите! – возмутилась она, снова напуганная его странным поведением. – Я не имею ни малейшего понятия, что вы хотите сказать.
– Да неужели? – съязвил он. – Что ж, позвольте мне объяснить. До нынешнего вечера я имел неосторожность увериться в том, что ваши упоительные поцелуи являются знаком расположения ко мне – ко мне одному. Но теперь вижу, что вы обладаете такой изворотливостью, о которой я не смел и помыслить. Так просветите же меня, сколько мужчин возлежали между ваших ног и наслаждались вашим телом? Или их так много, что вы потеряли им счет?
– Я презираю вас, чудовище! – вскричала она, стараясь отпихнуть от себя Брента. – Я никогда не возлежала ни с одним мужчиной! И уж определенно не намерена проделывать это сейчас, с вами!
А в это время его сильные руки обвились вокруг нее, прижимая локти к бокам. Он подхватил ее и понес к кровати.
– Подумайте хорошенько, моя прелестная искусительница. Вы ведь превратились сейчас из охотницы в дичь, и я не собираюсь отпускать вас прежде, чем удовлетворю свою страсть.
– Вы сошли с ума! – воскликнула она с диким ужасом во взоре – и чем-то еще, совершенно неуловимым. – Отпустите меня, прежде чем вы не опозорили нас обоих! Пожалуйста!
– Очень скоро вы станете умолять меня кое о чем ином, – пропыхтел он, швыряя ее на кровать и наваливаясь сверху, чтобы не дать вырваться. – Вы будете умолять о том, от чего мы воздерживались все то долгое время, пока вам было угодно разыгрывать ваши кошачьи игры.
И его рот накрыл ее губы, заглушив возглас протеста, его язык прорвался между ее губ, словно раскаленная рапира. Андреа ощутила вкус табака, бренди и… Брента. На какой-то миг она поддалась знакомому очарованию его поцелуев. Но тут одна его рука стиснула ей грудь, а другая полезла под юбку, и она извернулась, мотая головой из стороны в сторону, чтобы избежать его поцелуев, так волновавших ее когда-то.
– Не делай этого, Брент! – взмолилась она. – Ты пьян. Утром ты сам возненавидишь себя, но это не будет даже сотой долей той ненависти, которую ты возбудишь во мне!
– Все еще занимаетесь глупостями, невзирая на поздний час? – с насмешкой спросил он.
– Нет, это правда. Пожалуйста, поверьте мне.
– Когда вы прожигаете меня насквозь огнем своих фиалковых глазок, мне очень хочется сделать это, – сообщил он. – Какие чары вы успели наслать на меня, что я по сей час готов принять ваши отговорки за правду?
– Все мои чары заключаются в искренней любви к вам, – тихонько созналась она, не в силах сдержать слез, превративших ее глаза в огромные аметисты. – Так не убивайте же ее, силой стараясь взять то, что могло быть отдано вам с радостью…
Он опустил свою темноволосую голову так, что уперся своим лбом в ее. Он глубоко и прерывисто вздохнул.
– Я люблю вас, Андреа. Да простит мне Всевышний мои слова, но я так люблю вас, что готов отказаться от всех благ мирских и духовных! Я чуть не удавился, когда увидал вас на балу в объятиях других мужчин, и я пришел в ярость, когда представил вас в постели с каким-нибудь Хендерсоном.
Она высвободила одну руку и легонько погладила его каштановые волосы.
– Я знаю. Я сама чуть не вцепилась в волосы этой самой вдовы Каннингем прямо там, на балу. Вот почему я поспешила удалиться, Брент. Мне непереносимо было видеть вас таким веселым, в окружении всех этих красивых, милых дам, которые увиваются вокруг вас.
Она слегка приподнялась и нежно поцеловала его в губы.
– Я люблю вас, Брент Синклер, как никогда не любила в жизни ни одного мужчину, я даже не предполагала, что такая любовь возможна.
И снова он припал к ней в поцелуе, на сей раз это был осторожный, ласковый поцелуй. Их губы слились, языки коснулись друг друга в радостном приветствии. Между ними проскочила искра страсти, мгновенно разросшаяся в пламя желания. Его губы скользнули по ее лицу и двинулись вниз, к шее, покрывая кожу легкими жгучими поцелуями, его теплое дыхание заставляло трепетать все ее тело. Желая воздать ему должным образом за его ласки, она влажным, шелковистым языком прошлась по раковине его уха и радостно засмеялась, почувствовав его ответный трепет.
Вытащив из ее волос все шпильки, он запустил трепетные пальцы во влажные пряди, заставляя их рассыпаться по ее плечам сверкающим потоком. Его руки нерешительно застыли на верхних пуговицах ее платья, словно ожидая команды для последующих действий.
– Я сгораю от желания прикоснуться к вам, – прошептал он, и глаза его светились любовью, словно два золотистых самоцвета. – Я хочу насладиться вашей красотой.
В ответ маленькие дрожащие пальчики коснулись его рук и стали руководить его движениями, пока не была расстегнута последняя пуговица. Если он и был удивлен тем, что под платьем у нее ничего не было надето, то предпочел промолчать об этом. Он лишь осторожно приподнял ее за плечи, освобождая их от одежды. В следующее мгновение перед ним предстала ослепительная первозданная нагота.
Андреа лежала затаив дыхание, боясь шевельнуться и лишь молясь о том, чтобы он нашел ее достаточно прекрасной для его изысканного вкуса. От напряжения она даже прикусила нижнюю губу. Он нежно улыбнулся и осторожно освободил эту губу, тихонько погладив ее пальцем.
– Вы восхитительны, – заверил он ее. Затем его каштановая голова склонилась над ее телом, затрепетавшим под его горячим дыханием. Груди ее напряглись, соски затвердели, и тут же его влажный, жадный язык коснулся вершины сначала одной, затем другой груди, лаская их чудесные розовые венцы.
Невольно Андреа вся потянулась к нему. Ее пальцы запутались в его мягких кудрях, притягивая его голову, заставляя опять и опять припадать к ее грудям. Она не могла отказаться от этих ласк, как не могла отказаться дышать. И он с готовностью повиновался, он охватил губами нежный венчик. И стал сосать его. Захватил его в теплую ловушку своего рта, где мягкий, влажный язык довершил возбуждающую ласку.
Андреа чуть не лишилась чувств в этой буре новых для нее ощущений. Жидкий огонь разлился по ее груди, в животе, между бедер. Каждый дюйм ее тела словно родился заново и трепетал от столь сильного наслаждения, что, казалось, она не перенесет его и умрет в сей же миг. Сладострастный, замирающий стон сорвался с ее губ, невольно поощряя ее любовника к новым ласкам.
И он ответил на ее призыв, снова целуя в губы. Их языки переплелись в безумии разбуженного желания, их дыхание замедлилось, а сердца бились в унисон в бешеном, вдесятеро ускоренном ритме. Ее пальцы вцепились в ворот его рубашки и теребили его до тех пор, пока пуговицы не полетели на пол. Ее нетерпеливые руки потянулись к его груди, она принялась ласкать ее, погружая пальцы в мягкие завитки росших там волос.
На мгновение оторвавшись от ее губ, он простонал:
– Не останавливайся, любовь моя. В твоих прикосновениях заключено райское блаженство. Да, небеса и преисподняя слились для меня воедино.
Даже сквозь одежду Андреа почувствовала его отвердевшую, требовательную плоть, давившую на живот. Она находилась так близко от ее жаждущих любви чресл – и в то же время так далеко!
– Я хочу тебя, – прерывисто прошептала она.
Его голова приподнялась, и сияющие глаза испытующе погрузились в фиалковую бездонность ее взгляда.
– Ты уверена?
– Я не уверена, что должна это делать, но тем не менее я хочу тебя. Отчаянно хочу, – тихонько прошептала она, не в силах скрыть правду.
Его рука скользнула ей под юбку, ладонь поползла вверх по бедру, и тут раздался стук в дверь. Андреа не смогла подавить испуганный, виноватый вскрик. Брент застонал и издал сдавленное, полное ярости проклятие:
– Черт возьми!
Однако требовательный, настойчивый стук не прекращался, и Брент вскочил с кровати так резко, что распахнулись полы его рубашки.
– Оставайся тут, – приказал он девушке. – Я мигом вернусь.
Он буквально чуть не сорвал дверь с петель, когда раскрыл ее сильным ударом, даже не потрудившись вначале поинтересоваться, кто находится по ту сторону.
Андреа не успела сразу заметить, кто же это стучал, а потом у нее исчезла эта возможность, поскольку Брент постарался захлопнуть дверь сразу же, как только вышел в коридор. Она лишь могла различить эхо двух мужских голосов по ту сторону толстой дубовой панели, причем в интонациях голоса Брента явно были слышны растерянность и гнев.
Стоявший в коридоре Брент испытывал сильное замешательство, слушая, как Дженкинс рассказывает про вновь обнаруженные кражи. Всего их было четыре. Одна в их отеле, две в «Джерард-Хаузе», отеле на противоположной стороне улицы, и последняя немного дальше вниз по улице, во «Франклин-Хаузе». Причем на сей раз воришка оставил весьма любопытные следы.
Понимая, что он должен одеться, с тем чтобы следовать за своим, пусть и временным, коллегой, Брент не мог не колебаться между долгом и желанием. Проклиная про себя своего ночного посетителя, он заявил ему, чтобы тот отправлялся пока без него, Брента, который присоединится к расследованию как только приведет себя в порядок.
Возвратившись в комнату, Брент обнаружил, что решение уже принято без него. Андреа была одета, застегнута на все пуговицы, и теперь нервическими движениями расправляла скомканное одеяло у него на кровати. Она неловко отвела глаза в сторону в ответ на его безмолвный вопрос.
– Я должна идти, – прошептала она прерывающимся, замирающим голосом, – пока Мэдди не проснулась и не заметила, что меня нет в номере. Пока…
– Пока мы снова не позволили нашим чувствам взять верх над рассудком? – ласково спросил он.
– Да, – и на ее щеках зарделся слабый румянец. Она двинулась в сторону двери.
Когда она проходила мимо него, Брент поймал ее руку и тихонько заставил повернуться к себе. А потом едва прикоснулся губами к ее лбу и произнес:
– Вам нечего стыдиться, Андреа. Я люблю вас. И никогда не перестану любить. И не думаю, что вообще способен прожить без вас.
– Я надеюсь на это, – горячо прошептала она, словно в молитве, снова во власти недавних чудесных мгновений. – Я тоже люблю вас, – и с этими словами, испугавшись, что ее решимость поколеблется и она не устоит, Андреа торопливо выскочила из комнаты.


Разыскиваемый Брентом любитель чужих драгоценностей, хотя и по-прежнему хитрый и везучий, похоже, начал-таки делать ошибки. Он становился все более бесшабашен, что следовало из нагло обкраденных им четырех разных мест за одну ночь. Кроме того, он совершает промахи при выборе жертвы, ведь он не учел наличия собаки в одном из номеров. Когда хозяева вернулись, они обнаружили, что их пудель все еще заперт на балконе, а в его зубах застрял клочок темной ткани. Следовательно, воришка чуть было не получил по заслугам, хотя самое тщательное обследование номера не обнаружило следов крови, подтвердивших бы, что ему как следует досталось от собаки.
В самых дальних от их отеля комнатах Брент с интересом разглядывал четкий отпечаток мокрой грязной подошвы, оставшийся на отполированном до зеркального блеска полу номера. Поскольку никто из постояльцев не имел такой маленькой ноги, а со времени последней уборки в номер не заходил никто из посторонних, оставалось предположить, что этот след оставлен именно вором.
– Я готов заложить свой чемодан, что это была женщина, – заметил коллега Дженкинса.
– А может, мальчишка, у которого такие маленькие ноги? – возразил Брент.
– Может быть, но я сомневаюсь. Если бы отпечаток принадлежал мальчишке или низкорослому мужчине, мы нашли бы отдельный след от каблука. А этот след по очертаниям больше напоминает подошву каких-то домашних туфель, что ли, – ну, знаете, такие туфли на мягкой подошве и без каблука, какие иногда надевают дамы.
– Женщина-вор… – пробормотал Брент в несказанном удивлении. – Да, она должна быть весьма хитроумной особой.
– Пройдохой она должна быть, Синклер, – отвечал детектив с сухим смешком. – Да и я все еще до конца не уверен, что это женщина. Нам постоянно подкидывают то один сюрприз, то другой.
– Ведь этот след мог оставить и мужчина небольшого роста, который специально напялил дамские туфли на мягкой подметке, чтобы производить как можно меньше шума, – пояснил Дженкинс. – А с другой стороны, не удивлюсь, если скоро мы узнаем все. Наш воришка становится беспечен. Он – или она – вот-вот угодит в ловушку.
Однако это служило Бренту в данный момент слишком слабым утешением, особенно беря во внимание то, что один из обокраденных нынешней ночью джентльменов приехал из Нью-Йорка и был одним из самых уважаемых постоянных клиентов фирмы «Синклер и сыновья»!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ослепление - Харт Кэтрин



Мне понтавился сюжет, его предугадать невозможно, вроде всё разрешается и тут новый поворот событий. но больше чем на 7 из 10 поставить не могу, читала и лучше, на 1 раз пойдет.
Ослепление - Харт КэтринКатеринка
1.05.2013, 6.56








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100