Читать онлайн Мертвы, пока светло, автора - Харрис Шарлин, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мертвы, пока светло - Харрис Шарлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.39 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мертвы, пока светло - Харрис Шарлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мертвы, пока светло - Харрис Шарлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харрис Шарлин

Мертвы, пока светло

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Телефон надрывался. Я натянула на голову подушку. Сейчас трубку снимет бабушка. Но настойчивый звук не прекращался, и я поняла, что бабушка пошла в магазин или работает где-нибудь в саду. Пришлось тянуться к столику, чему я не была рада, но смирилась. Головная боль и полная иллюзия жуткого похмелья (мое было скорее эмоциональным, чем алкогольным) довершили картину, когда я дотянулась дрожащей рукой до трубки.
— Да? — попыталась спросить я, но ничего не получилось. Я прочистила горло и попробовала еще раз. — Алло!
— Сьюки?
— У-гм-да. Сэм?
— Да. Слушай, дорогая, сделай одолжение.
— Какое? — Я и так должна была сегодня работать, и мне совершенно не хотелось работать и за себя, и за Дон.
— Заскочи к Дон, посмотри, что с ней. Сможешь? Она не отвечает на звонки и не появляется. А тут только что пришел грузовик, и мне придется показывать, что куда разгружать.
— Сейчас? Мне надо ехать прямо сейчас? — Никогда старая кроватка не казалась мне такой уютной.
— Не сможешь? — Впервые он уловил мое необычное настроение. Я никогда ни в чем не отказывала Сэму.
— Ну, наверное, смогу, — сказала я, чувствуя себя измученной от одной мысли. Дон была мне не очень симпатична, как, впрочем, и я ей. Она была уверена: я прочла ее мысли и доложила Джейсону, что она о нем думала. И это будто бы привело к их разрыву. Но если бы я принимала столь деятельное участие в романах Джейсона, у меня не оставалось бы времени ни на еду, ни на сон.
Я приняла душ и натянула рабочую одежду, вяло передвигаясь. Вся моя решимость улетучилась, словно газ из газировки, оставленной в открытой бутылке. Я пожевала хлопьев, почистила зубы и, найдя бабушку, сообщила ей, куда собираюсь. Она сажала петунью в вазон, стоявший у задней двери. Похоже, она не поняла, что я имела в виду, но улыбнулась и помахала рукой на прощание. Бабуля становилась все более тугой на ухо, и в этом не было ничего удивительного, ведь ей уже стукнуло семьдесят восемь. Чудесно было, что она по-прежнему бодра и здорова, и ум ее ясен.
Я отправилась выполнять свою нежеланную миссию, думая при этом о том, насколько тяжело было бабуле поднять еще двоих детей после того, как она воспитала своих. Мой отец, ее сын, погиб, когда мне было семь, а Джейсону десять. Когда мне было двадцать три, бабушкина дочь, тетя Линда, умерла от рака. Ее дочь, Хадли, растворилась в той же субкультуре, что породила Раттреев, еще до того, как скончалась тетя Линда. Мы по сей день не ведали, знает ли Хадли о смерти матери. Это причиняло немало горя, но нам бабуля всегда казалась сильной.
Сквозь лобовое стекло я уставилась на три двухквартирных домика, стоявших по одну сторону Берри Стрит, в квартале, расположенном за старой частью делового Бон Темпс. Дон жила в одном из них. Я обнаружила и ее машину, зеленый компакт, на проезде близ одного из домиков, который содержался получше других. Дон уже вывесила перед входной дверью кашпо с бегониями, но они выглядели засохшими. Я постучалась.
Подождала минутку и постучалась еще раз.
— Сьюки, тебе помочь? — Голос был знакомым. Я обернулась и заслонила глаза от утреннего солнца. Рене Леньер стоял возле своего пикапа, припаркованного на улице близ одного из маленьких каркасных домиков, множество которых занимало пространство по соседству.
— Ну, — начала я, не будучи уверенной в том, нужна ли мне помощь, а если и нужна, то сможет ли ее оказать Рене. — Ты не видел Дон? Она не пришла сегодня на работу, а вчера не позвонила. Сэм попросил заскочить к ней.
— Сэму лучше бы самому заниматься своими делишками, — сказал Рене, что заставило меня немедленно встать на защиту шефа.
— Пришел грузовик, и его надо разгружать. — Я повернулась и постучалась еще раз. — Дон, — заорала я. — Да впусти же! — Я посмотрела на бетонный порог. Два дня назад с сосен начала сыпаться пыльца. Порог Дон был желтым. И единственными отпечатками ног были мои. В мозг вонзилась иголочка.
Я едва отметила, что Рене застенчиво стоит у двери пикапа, не зная, остаться ему или удалиться.
Двухквартирный домик Дон был одноэтажным, маленьким, а дверь во вторую его половину находилась всего в футе от двери Дон. Маленькая площадка перед входом была пуста, а на окнах не было занавесок. Похоже, что соседи у Дон пока отсутствовали. Дон была достаточной гордячкой, чтобы повесить занавески, белые с темно-золотыми цветами. Они оказались задернуты, но ткань была тонкой, а Дон не стала закрывать дешевые алюминиевые жалюзи. Я заглянула внутрь и обнаружила, что в гостиной стоит дешевая мебель. На столике близ диванного валика стыл кофейник, а старый диван, покрытый вязаным пледом, был придвинут к стене.
— Наверное, мне стоит посмотреть сзади, — сказала я Рене. Он направился через дорогу, словно я дала ему знак, а я спустилась с крыльца. Ноги утонули в пыльной траве, и стало ясно, что перед работой мне придется чистить обувь, а возможно, и менять носки. В сезон сосновой пыльцы все становится желтым. Машины, растения, крыши, окна — все окутано золотистой дымкой. По краям прудов и дождевых луж скапливается желтая пена.
Окно ванной Дон было так высоко, что в него я заглянуть не смогла. В спальне она опустила жалюзи, но не закрыла их плотно. В щелки можно было кое-что увидеть. Дон лежала в кровати на спине. Постельное белье было смято, ноги раскинуты. Лицо распухло и обесцветилось, изо рта вывалился язык. По нему ползали мухи.
Я услышала, как сзади подошел Рене.
— Иди вызови полицию, — сказала я.
— Что ты говоришь, Сьюки? Ты ее видишь?
— Иди вызови полицию!
—  Хорошо, хорошо! — Рене моментально исчез.
Некая женская солидарность заставляла меня избавить Дон от лицезрения ее Рене без ее согласия. А моя сослуживица едва ли могла его дать.
Я стояла спиной к окну и ужасно хотела еще раз посмотреть внутрь в надежде, что в первый раз мне померещилось. Глядя на соседний двухквартирник, едва ли в шести футах, я удивлялась, как его обитатели не слышали ничего в момент гибели Дон, которая явно была насильственной.
Снова появился Рене. Его обветренное лицо сложилось в выражение глубокого участия, а темные карие глаза подозрительно поблескивали.
— Не позвонишь ли заодно и Сэму? — попросила я. Без слов он повернулся и направился к себе. Он был очень любезен. Несмотря на любовь к сплетням, Рене всегда был готов помочь при необходимости. Я вспомнила, как он когда-то помогал Джейсону вешать качели — в давно ушедший день, столь не похожий на сегодняшний.
Двухквартирник по соседству с Дон был точно таким же, как и ее, так что я смотрела прямо в окно спальни. В нем появилась лицо, окно открылось. Высунулась взъерошенная голова.
— Чем это ты занимаешься, Сьюки Стакхаус? — спросил низкий певучий мужской голос. Минуту я смотрела на него, прежде чем наконец опознала лицо, стараясь не слишком пялиться на красивую обнаженную грудь.
— Джи Би?
— А кто же еще?
Мы с Джи Би дю Роне вместе ходили в старшую школу. На самом деле несколько из моих немногочисленных свиданий было именно с ним. Он на удивление симпатичный и настолько же недалекий, так что не заботился о том, прочту ли я его мысли. Даже при сложившихся обстоятельствах я оценила его красоту. Если так долго держать в узде свои гормоны, то не нужно многого, чтобы они сорвались с цепи. Я вздохнула, глядя на мускулистые руки и грудь Джи Би.
— Так что ты тут делаешь? — переспросил он.
— С Дон что-то стряслось, — произнесла я, не решаясь сказать ему все. — Шеф послал меня сюда посмотреть, почему она не вышла на работу.
— Она внутри? — Джи Би просто вылез из окошка. На нем были только шорты.
— Не смотри, пожалуйста, — попросила я, протянув руку, и внезапно разрыдалась. Что-то я слишком увлеклась этим в последнее время. — Она выглядит так ужасно, Джи Би.
— Ох, моя дорогая, — произнес он и — благослови Господь его простую душу — обнял меня и погладил по плечу. Если рядом оказывалась женщина, нуждающаяся в утешении, это становилось для Джи Би самым важным. — Дон нравилась грубость, — пытаясь меня утешить, сказал он, словно это все объясняло.
Может, это и вправду могло кому-то что-то объяснить, но только не мне.
— Какая грубость? — спросила я, надеясь обнаружить носовой платок в кармане шорт. Я посмотрела на Джи Би и заметила, что он слегка покраснел.
— Ну, ей нравилось… ох, Сьюки, тебе вовсе не стоит этого знать.
У меня была репутация ходячей добродетели, что казалось иногда забавным. Но в этот момент она только мешала.
— Мне можно и рассказать, я же с ней работала, — заявила я, и Джи Би важно кивнул, словно в этом заключался какой-то смысл.
— Ну, лапушка, ей нравилось, когда мужчины… вроде… кусают ее или бьют. — Джи Би такие предпочтения Дон казались странными. Должно быть, я состроила гримасу, потому что он продолжил: — Знаешь, можно понять, почему некоторым людям это нравится. — Джи Би, никогда не упускавший возможности поворошить сено, обнял меня обеими руками и продолжал поглаживать меня, сосредоточившись посреди моей спины (проверяя, был ли на мне лифчик) и чуть ниже (я вспомнила, что Джи Би нравились крепкие попки).
На кончике языка у меня вертелась тысяча вопросов, но они так там и остались. До нас добралась полиция в лице Кении Джонс и Кевина Приора. Когда шеф полиции сделал их напарниками, город решил, что он таким образом продемонстрировал свое чувство юмора. В Кении было следующее: по меньшей мере пять футов одиннадцать дюймов, цвет горького шоколада и стать, способная противостоять урагану. Кевин, возможно, и достигал пяти футов восьми дюймов, был повсюду покрыт веснушками и обладал сухим поджарым телом бегуна. Но как ни странно, эти два К ладили между собой, хотя между ними и вспыхивало несколько памятных ссор.
Но теперь они были просто полицейскими.
— Что случилось, мисс Стакхаус? — спросила Кения. — Рене сообщил, что с Дон Грин что-то стряслось. — Она отсканировала Джи Би, а Кевин осмотрел землю вокруг. Я не знала, зачем, но решила, что тому есть веская полицейская причина.
— Мой шеф послал меня выяснить, почему Дон не пришла на работу вчера и не появилась сегодня, — ответила я. — Я постучала в дверь, она не открыла, но ее машина стоит здесь. Я заволновалась и решила обойти дом, посмотреть, не видно ли что через окна. — Я указала назад, и оба офицера обернулись на окно. Потом переглянулись между собой и кивнули, словно договорились. Кения подошла к окну, а Кевин отошел к задней двери.
Джи Би даже прекратил гладить меня, наблюдая за работой полицейских. Он чуть приоткрыл рот, демонстрируя великолепные зубы. Больше всего ему хотелось заглянуть в окошко, но он не мог смотреть туда поверх плеча Кении, закрывшей собой все пространство.
Мне не хотелось больше думать. Я расслабилась, опустила защиту и прислушалась к чужим мыслям. Из общего шума я попыталась выделить что-то одно и сосредоточиться на этом.
Кения Джонс обернулась и уставилась сквозь нас. Она думала, что должны сделать они с Кевином, чтобы расследование шло как по учебнику. Она вспомнила, что слышала о предпочтениях Дон. Она не удивилась плачевной кончине Дон, хотя и готова была посочувствовать любому, кто кончил жизнь с мухами, ползающими по лицу. Еще Кения жалела, что съела утром лишний пончик, ибо могла сейчас с ним расстаться, а это покрыло бы позором ее как черную женщину — офицера полиции.
Я переключилась на другой канал.
Джи Би думал, что Дон была убита во время грубого секса всего в нескольких футах от него, это было ужасно, но и волнующе, а Сьюки по-прежнему хороша. Вот бы ввинтиться в нее прямо сейчас. Она такая красивая и милая. Он постарался забыть об унижении, которое испытал, когда Дон попросила ударить ее, а он не смог. Давнее унижение.
Я переключилась.
Кевин вышел из-за угла, думая, что ему с Кенией хорошо бы ничего не напортачить, и был рад, что никто не знал, что он спал с Дон Грин. Он был в ярости от того, что кто-то убил женщину, которую он знал, и надеялся, что убийца не был черным, а то это еще больше осложнило бы их и так непростые отношения с Кенией.
Я переключилась.
Рене Леньру хотелось, чтобы кто-нибудь зашел в дом и вынес оттуда тело. Он надеялся, что никто не знал, что он спал с Дон Грин. Мне трудно было точно прочитать его мысли, они были темными и путаными. Иных людей я слышу не очень хорошо. Он был очень возбужден.
Ко мне спешил Сэм, притормозивший, заметив, что ко мне прикасается Джи Би. Я не могла прочесть мыслей Сэма, хотя и ощущала его эмоции (сейчас это была смесь беспокойства, озабоченности и гнева). Это было так неожиданно и приятно, что я освободилась из объятий Джи Би, желая подойти к Сэму, схватить его за руки и, глядя ему в глаза, прочитать его мысли. Тут я вспомнила, как он касался меня, и смутилась. Сейчас он ощущал меня, и хотя он и шел ко мне, его ум ускользал. Несмотря на его приглашение, он не мог знать, что я увижу его не таким, как остальные. Я думала об этом, пока он не заткнул меня.
Никогда не испытывала ничего подобного. Было похоже на захлопнувшуюся железную дверь. Прямо перед лицом.
Я была близка к тому, чтобы инстинктивно подойти к нему, но моя рука опустилась. Сэм намеренно смотрел на Кевина, а не на меня.
— Что случилось, офицер? — спросил Сэм.
— Мы собираемся взломать дом, мистер Мерлотт, если у вас нет запасного ключа.
С чего бы у Сэма быть ключу?
— Он хозяин наших квартир, — сказал мне на ухо Джи Би, и я едва не подпрыгнула.
— Он? — тупо переспросила я.
— Он владелец всех трех двухквартирников.
Сэм пошарил по карманам и добыл связку ключей. Он внимательно перебрал их, остановился на одном, снял его с кольца и протянул Кевину.
— И для парадной, и для задней? — спросил Кевин. Сэм кивнул. Он по-прежнему не смотрел на меня.
Кевин пошел к задней двери, скрывшись из виду, но мы сохраняли такое молчание, что услышали, как ключ повернулся в замке. Вот он оказался в спальне с мертвой женщиной, и мы заметили, как скривилось его лицо, когда он почувствовал запах. Прикрыв рукой рот и нос, он склонился над телом и прикоснулся к шее пальцами. Потом посмотрел в окно и покачал головой своей напарнице. Кения кивнула и пошла к машине воспользоваться рацией.
— Слушай, Сьюки, не хочешь ли сегодня поужинать со мной? — спросил Джи Би. — Все это слишком тяжело для тебя, стоит чем-то взбодриться.
— Спасибо, Джи Би. — Я прекрасно сознавала, что Сэм нас слушает. — Спасибо за предложение. Но, похоже, мне придется сегодня работать сверхурочно.
На секунду красивое лицо Джи Би побледнело. Затем он начал понимать.
— Да, Сэму придется нанимать еще кого-нибудь, — отметил он. — Моей кузине в Спрингхилле нужна работа. Может, я звякну ей. Теперь мы сможем жить по соседству.
Я улыбнулась ему, пусть слабо, стоя плечом к плечу с человеком, с которым проработала уже два года.
— Прости, Сьюки, — тихо сказал он.
— За что? — Я говорила так же тихо. Понимал ли он, что только что произошло между нами — или, точнее, не произошло?
— За то, что я послал тебя проверять, что случилось с Дон. Надо было сделать это самому. Я был уверен, что она просто нашла себе нового дружка и забыла, что ей нужно работать. Прошлый раз, когда я приехал за ней, она так орала на меня, что мне совершенно не хотелось выслушивать это снова. Так что я как последний трус послал тебя, а ты застала ее вот так…
— Ты переполнен неожиданностями.
Он не обернулся ко мне и не ответил. Только сжал мои пальцы в своих. И так мы стояли несколько секунд на солнце, держась за руки, а люди суетились вокруг. Его рука была горячей и сухой, а пальцы — сильными. Я почувствовала, что поистине связана с другим человеком. Но тут его пальцы расслабились, Сэм шагнул, чтобы побеседовать с детективом, который выбирался из машины, а Джи Би стал расспрашивать меня, как выглядела Дон. Словом, мир соскочил в свою обычную колею.
Контраст был разительным. Я почувствовала себя изможденной и снова вспомнила предыдущую ночь в таких подробностях, какие мне вовсе не хотелось бы помнить. Мир казался злым и отвратительным, все его обитатели — не внушающими доверия, а сама я — ягненком, бредущим с колокольчиком на шее по долинам смерти. Я вернулась к своей машине и, открыв дверцу, боком устроилась на сиденье. Настояться сегодня успею, пока можно — лучше посидеть.
Джи Би пошел за мной. Теперь, открыв меня заново, он не намерен был отставать. Вспомнилось вдруг: бабушка питала надежды на то, что наши отношения перерастут в нечто серьезное, когда я еще училась. Но разговоры с Джи Би, чтение его мыслей были настолько же интересны, как детсадовские листки взрослому читателю. Одна из шуток Господа — поместить немой мозг в красноречивое тело.
Он встал передо мной на колени и взял меня за руку. Я питала надежду, что явится некая симпатичная богатая леди, которая выйдет замуж за Джи Би, станет заботиться о нем и наслаждаться тем, что он может предложить. Это будет недурная сделка.
— Где ты теперь работаешь? — спросила я, чтобы отвлечься.
— На отцовском складе, — ответил он.
Эта работа была его последним прибежищем, к которому Джи Би возвращался всякий раз после того, как его отовсюду выгоняли за какую-нибудь глупость, прогул или смертельное оскорбление кого-нибудь из начальства. У отца Джи Би был склад автозапчастей.
— Как твои?
— Нормально. Слушай, Сьюки, нам надо что-нибудь сотворить на пару.
«Ох, не искушай меня», — подумала я.
В один прекрасный день мои гормоны разыграются, и я сотворю что-нибудь, о чем потом буду жалеть. Тут можно найти и менее удачный вариант, чем Джи Би. Но пока я подержусь и поищу кого-нибудь получше.
— Спасибо, милый, — сказала я. — Наверное. Но сейчас я как-то расстроена.
— Ты что, влюблена в этого вампира? — прямо спросил он.
— С чего это ты взял?
— Дон говорила. — Лицо Джи Би омрачилось, когда он вспомнил, что Дон мертва. Я прочла в уме Джи Би, что именно сказала Дон: «Этот новый вампир интересуется Сьюки Стакхаус. Но я бы подошла ему больше. Ему нужна женщина, способная быть сильной. Сьюки заверещит, если он к ней притронется».
Было бесполезно злится на мертвую, но я извинила себя за это.
Затем к нам подошел детектив, Джи Би встал и удалился. Детектив занял его место, присев передо мной на корточки. Похоже, я неважно выглядела.
— Мисс Стакхаус, — начал он негромким, но выразительным голосом, к которому прибегают профессионалы в случае кризиса. — Меня зовут Энди Бельфлер. — Бельфлеры жили в Бон Темпс, сколько он существовал. Мне не слишком нравился мужчина с фамилией «прекрасный цветок». Глядя на груду мускулов, которую представлял собой детектив Бельфлер, я не понимала, кому вообще могло бы такое понравиться. Этот член семейства окончил школу до Джейсона, а я на год отставала от его сестры Порции. Он тоже вспомнил мое место в классификационной таблице.
— У вашего брата все хорошо? — спросил он спокойно, но уже не так отстраненно. Похоже, у него бывали стычки с Джейсоном.
— Насколько мне известно, все в порядке, — ответила я.
— А бабушка?
Я улыбнулась.
— Этим утром она сажала цветы.
— Это прекрасно, — сказал он, искренне покачав головой, что, видимо, должно было показать его удивленное восхищение. — А вы, насколько я понял, работаете у Мерлотта?
— Да.
— Как и Дон Грин?
— Да.
— Когда вы видели Дон в последний раз?
— Два дня назад. На работе. — Я уже чувствовала себя изможденной. Не передвигая ног, стоящих на земле, и оставив руки на рулевом колесе, я облокотила голову на подголовник водительского сидения.
— Вы говорили с ней тогда?
Я попыталась вспомнить.
— Не думаю.
— Вы были близки с мисс Грин?
— Нет.
— Почему же вы сегодня заехали сюда?
Я объяснила, что работала за Дон вчера, и рассказала про утренний звонок Сэма.
— Рассказал ли вам мистер Мерлотт, почему не хочет приехать сам?
— Да, нужно было разгружать грузовик. Сэм должен был показывать, куда что ставить. — Сэм обычно и сам принимал участие в разгрузке, чтобы ускорить процесс.
— Как вы думаете, у мистера Мерлотта были какие-то отношения с Дон?
— Он был ее шефом.
— Я имею в виду, кроме работы.
— Нет.
— Вы очень уверены.
— Да.
— А у вас есть какие-то отношения с Сэмом?
— Нет.
— Тогда как же вы можете быть уверены?
Хороший вопрос. Сказать, что я иногда слышала мысли Дон, из которых было ясно, что она его недолюбливает, если не прямо ненавидит? Едва ли слишком умно говорить такое детективу.
— Сэм предпочитает, чтобы все в баре было профессионально, — сказала я. Прозвучало это неубедительно, даже на мой взгляд. Но в этом заключалась и правда.
— Вы знали что-нибудь о личной жизни Дон?
— Нет.
— Вы не были дружны?
— Не особенно. — Мои мысли расползались, а детектив наклонил голову в задумчивости. По крайней мере, это так выглядело.
— Почему?
— Думаю, что у нас не было ничего общего.
— Приведите пример.
Я тяжело вздохнула, раздраженно надув губы. Если у на сне было ничего общего , как можно привести этому пример?
— Ладно, — медленно произнесла я. — Дон вела активную жизнь, вращалась в обществе, ей нравилось бывать с мужчинами. А проводить время с женщинами ей не нравилось. Ее семья из Монро, так что здесь у нее нет родственных связей. Она выпивала, а я нет. Я много читаю, а она нет. Достаточно?
Энди Бельфлер посмотрел мне в лицо — проверить, не издеваюсь ли я. Должно быть, мой вид его разубедил.
— Итак, вы не встречались за пределами работы.
— Совершенно справедливо.
— Не кажется ли вам странным в таком случае, что Сэм Мерлотт именно вас послал проверить, что с Дон.
— Вовсе нет, — решительно ответила я. По крайней мере, теперь, после того, как Сэм рассказал мне о вспышке раздражения Дон. — Мне было по пути, и у меня нет детей, как у Арлены, другой официантки из нашей смены. Так что мне было легче всего. — Такое заявление показалось мне достаточно убедительным. Скажи я, что Дон накричала на Сэма, когда он был здесь в прошлый раз, это было бы понято превратно.
— Что вы делали после работы два дня назад, Сьюки?
— Я не была на работе. У меня был выходной.
— И в этот день вы…
— Загорала, помогала бабушке убирать дом, принимала гостей.
— Кто бы это мог быть?
— Это мог быть Билл Комптон.
— Вампир.
— Да.
— Как долго мистер Комптон оставался у вас в доме?
— Не знаю. До полуночи, а может, до часу.
— И как он вам показался?
— Показался славным.
— Раздраженным или раздражительным?
— Нет.
— Мисс Стакхаус, нам придется еще поговорить в участке. Как вы понимаете, это займет некоторое время.
— Понимаю.
— Вы сможете подойти через пару часов?
Я посмотрела на часы.
— Если не понадоблюсь Сэму на работе.
— Знаете, мисс Стакхаус, это куда важнее, чем ваша работа в баре.
Вот так меня попытались унизить. Не тем, что он думал, будто расследование убийства важнее, чем прийти на работу вовремя, в этом я готова была с ним согласиться. Дело было в невысказанном предубеждении против моей работы.
— Вы можете не считать мою работу особо важной, но это то, что я делаю хорошо и что мне нравится. И я достойна уважения не меньше, чем ваша сестра, юрист, Энди Бельфлер, запомните-ка это. Я не дура и не потаскуха.
Детектив медленно покраснел.
— Я приношу свои извинения, — с трудом проговорил Энди. Он все еще пытался отрицать старые связи, школу, знакомство наших семей. Ему казалось, что лучше быть детективом в чужом городе, где он сможет обращаться с людьми так, как следует офицеру полиции.
— Нет, здесь вы будете куда лучшим офицером, если только сможете преодолеть свои предубеждения, — заявила я. Его серые глаза в шоке распахнулись, а я по-детски порадовалась, что мне удалось его зацепить. Я знала, что рано или поздно поплачусь за это. Так всегда бывало, когда я давала людям знать о своем недостатке.
Как правило, никто не мог быстро отойти после того, как я прочла его мысли. Но Энди Бельфлер был совершенно околдован.
— Так это правда, — выдохнул он, словно мы были где-то наедине, а не сидели посреди проезда близ сдающегося внаем двухквартирника в сельской Луизиане.
— Нет, забудьте, — быстро сказала я. — Мне иногда удается догадаться о чужих мыслях по тому, как люди себя ведут.
Он умышленно подумал о том, как расстегивает на мне блузу. Но я была начеку, в обычном состоянии осажденной на баррикадах, и лишь улыбнулась.
— Когда будете готовы, заезжайте в бар. Мы сможем поговорить в кладовке или в конторе Сэма.
Когда я добралась до бара, он гудел. Сэм позвонил Терри Бельфлеру, если не ошибаюсь, троюродному брату Энди, чтобы тот присмотрел за баром, пока сам он толкует с полицией у Дон. Терри участвовал во Вьетнамской войне, а теперь скромно жил на государственное пособие. Он был ранен, попал в плен и содержался там два года. Теперь его мысли были такими пугающими, что я соблюдала особую сверхосторожность, когда он был поблизости. Жизнь Терри была непроста, и ему было даже сложнее, чем мне, вести себя нормально. Слава Богу, он не пил.
Сегодня я чмокнула его в щеку, пока отдраивала руки и брала свой поднос. Через окно кухноньки я видела, как повар Лафайет Рейнольд переворачивает бургеры и опускает в масло корзину с картофелем. У Мерлотта подают несколько видов сэндвичей, да и все. Сэму хочется держать не ресторан, а бар, в котором представлен небольшой выбор еды.
— Весьма польщен, но с чего такая честь? — спросил Терри, приподняв бровь. Терри был рыжеволосым, но когда он не брился, становилось заметно, что виски у него седые. Терри много времени проводил на свежем воздухе, но никогда не был загорелым. Его кожа становилась грубой и красноватой, а шрам на левой щеке становился еще более заметным. Похоже, это не особенно его волновало. Как-то, когда Арлена выпила, она провела с ним ночь, а потом рассказывала мне, что у Терри множество шрамов похлеще того, что на щеке.
— С того, что ты здесь, — ответила я.
— Про Дон — это правда?
Лафайет поставил две тарелки на раздаточную крышку. Он подмигнул мне, взмахнув длинными накладными ресницами. На Лафайете всегда немало макияжа. Я так к нему привыкла, что обычно не задумывалась об этом, но сейчас тени на его веках напомнили мне того мальчика, Джерри. Я без слов позволила ему уйти с тремя вампирами. Возможно, это было и неправильно, но реалистично. Я не смогла бы остановить их. И не смогла бы вызвать полицию, чтобы их вовремя поймали. Все равно он умирал и пытался прихватить с собой как можно больше людей и вампиров. Да и сам он уже был убийцей. Я заявила своему сознанию, что это наш последний разговор о Джерри.
— Арлена, бургеры! — позвал Терри, вернув меня к действительности. Арлена подошла и взяла тарелки. Она посмотрела на меня, давая знать, что при первой возможности выкачает всю информацию. С нами работала Чарлси Тутен. Она появлялась, когда кто-то из постоянных официанток заболевал или прогуливал. Я надеялась, что она займет место Дон. Она мне всегда нравилась.
— Да, Дон мертва, — сказала я Терри. Он не возражал против моего долгого молчания.
— Что с ней произошло?
— Не знаю, но какое-то насилие. — Я видела на простыне кровь, пусть и немного, но все же.
— Маудет, — сказал Терри, и я сразу поняла.
— Может быть, — ответила я. Было вполне возможно, что кто бы ни сделал это с Дон, это был тот же человек, что убил Маудет.
Конечно, все жители округа Ренард сегодня собрались здесь — не для еды, так для полуденного пива или чашечки кофе. Если они не могли выкроить время среди рабочего дня, то заходили на обратном пути с работы. За месяц убиты две девушки? Несомненно, люди хотели это обсудить.
Сэм вернулся около двух. От стояния на месте преступления, во дворе без тени, он сам источал жар, и пот капал с его лица. Он сообщил мне, что Энди Бельфлер собирается вскоре прибыть, чтобы поговорить со мной.
— Не понимаю, зачем, — сказала я несколько мрачно. — Я никогда не общалась с Дон. Они сказали, что с ней случилось?
— Кто-то избил ее, а потом задушил, — ответил Сэм. — На ней тоже были старые отпечатки зубов. Как и на Маудет.
— Существует много вампиров, Сэм, — ответила я на его невысказанный комментарий.
— Сьюки… — Его голос был тих и серьезен. Это заставило меня вспомнить, как он держал мою руку у дома Дон, а потом — как он захлопнул передо мной свой мозг, зная, что я заглядываю в него, зная, как от этого избавиться. — Милая, Билл славный, но он не человек.
— Тогда и ты тоже, милый, — сказала я очень тихо, но очень резко. И повернулась к Сэму спиной, не желая думать, почему я злюсь на него, но все равно давая ему знать об этом.
Я работала как черт. Каковы бы ни были недостатки Дон, работала она хорошо, а Чарлси просто не могла держать такую скорость. Она старалась, и я была уверена, что она поймает ритм бара, но пока нам с Арленой пришлось взять основной удар на себя.
Я заработала кучу денег на чаевых, когда выяснилось, что именно я обнаружила тело. Я просто сохраняла торжественное выражение лица, не желая обижать посетителей, которые лишь хотели знать то, что желал знать весь город.
По дороге домой я позволила себе немного расслабиться. И меньше всего ожидала увидеть Билла Комптона на проезде, который вел через лесок к нашему дому. Он ждал меня, прислонившись к сосне. Я немного проехала, почти решив не замечать его, но потом все же остановилась.
Он открыл мою дверцу. Не глядя ему в глаза, я выбралась из машины. Ему было хорошо в ночи, как мне никогда не будет. Слишком много детских табу о ночи и темноте, что дают о себе знать. И если подумать, одно из них — это Билл. Ничего удивительного, что он чувствовал себя прекрасно.
— Ты собираешься всю ночь смотреть на свои ноги или все-таки поговоришь со мной? — спросил он едва ли не шепотом.
— Случилось кое-что, о чем ты должен знать.
— Расскажи. — Он пытался сделать со мной что-то, я ощущала, что вокруг клубятся его чары, но я отогнала их прочь. Он вздохнул.
— Не могу больше стоять, — устало сказала я. — Давай сядем на землю или куда-нибудь еще. Ноги гудят.
В ответ он поднял меня и посадил на капот машины. А сам встал передо мной, скрестив руки и ожидая.
— Расскажи.
— Дон убили. Совсем как Маудет Пикенс.
— Дон?
Внезапно мне стало чуть легче.
— Официантку из нашего бара.
— Рыжую, которая так много раз была замужем?
Мне стало гораздо легче.
— Нет, темноволосую, которая все толкала бедром твой стул, чтобы ты ее заметил.
— Ах, эту… Она приходила ко мне.
— Дон? Когда?
— Прошлой ночью, после того, как ты ушла. Той ночью, когда у меня были вампиры. К счастью, она разминулась с ними. Она была очень уверена в своих способностях справиться с чем угодно.
Я посмотрела на него.
— Почему это к счастью? Ты бы ее не защитил?
Глаза Билла в лунном свете казались совершенно темными.
— Не думаю, — ответил он.
— Ты…
— Я вампир, Сьюки. И я думаю не так, как ты. Я не принимаю на себя заботу о людях автоматически.
— Но ты защищал меня.
— Ты — другое дело.
— Да? Я же официантка, как и Дон. И я из простой семьи, как Маудет. В чем же разница?
Я внезапно пришла в бешенство. Я знала, что из этого выйдет. Его холодный палец коснулся моего лба.
— Разница в том, — ответил он. — Ты иная, чем мы. Но и иная, чем они.
Во мне вспыхнула такая ярость, что ее можно было бы назвать священной. Я вытянулась и ударила его, что было делать совершенно глупо. Все равно что стукнуть грузовик. В мгновенье ока он снял меня с машины и прижал к себе. Мои руки оказались прижаты к бокам.
— Нет! — вскрикнула я. Я брыкалась и извивалась, но с тем же успехом могла и поберечь силы. Наконец я повисла на нем.
Мое дыхание было учащенным, как и его, но, думаю, по разным причинам.
— Почему ты решила, что мне надо знать про Дон? — Он говорил так разумно, словно никакой схватки и не происходило.
— Что ж, Князь Тьмы, — прорычала я. — У Маудет были на бедрах старые следы укусов, а полиция сказала Сэму, что у Дон были такие же следы.
Если можно охарактеризовать тишину, то она была задумчивой. Пока он размышлял — или что уж там делают вампиры, — его объятия ослабли. Одной рукой он начал меня поглаживать, словно я была поскуливающим щенком.
— Ты намекала, что они умерли не от укусов.
— Нет. Их удушили.
— Значит, то был не вампир. — Его тон не терпел возражений.
— Почему?
— Если на этих женщинах кормился вампир, они были бы доведены до крайнего истощения, а не удушены. Он не стал бы так тратить их.
Как только мне становилось хорошо с Биллом, он обязательно говорил что-нибудь так холодно, так по-вампирски, что мне приходилось начинать сначала.
— Тогда, — устало сказала я, — либо тут действовал могучий вампир с потрясающим самообладанием, либо кто-то, решивший убивать женщин, которые бывали с вампирами.
— Хм-м-м.
Мне самой не нравился ни один из этих вариантов.
— Думаешь, я способен на такое? — спросил он.
Вопрос был неожиданным. Я изогнулась в объятиях, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Ты так долго пытался доказать мне, насколько ты бессердечен, — напомнила я. — Чему же мне верить?
Не знать было чудесно. Я почти улыбалась.
— Я мог бы убить их, но не здесь и не сейчас, — сказал Билл. В лунном свете он казался бесцветным, кроме темных озер его глаз и темных дуг бровей. — Я собираюсь здесь остаться. Мне нужен дом.
Вампир, тоскующий по дому. Билл посмотрел мне в лицо.
— Не стоит жалеть меня, Сьюки. Это было бы ошибкой. — Похоже, он хотел, чтобы я посмотрела ему в глаза.
— Билл, ты не сможешь меня загипнотизировать — или что ты там делаешь. Ты не сможешь очаровать меня, чтобы я стащила с себя футболку, а ты стал бы меня кусать. Ты не сможешь убедить меня, что тебя здесь не было. Ты не сможешь ничего из того, что делаешь обычно. Со мной тебе придется быть нормальным или действовать силой.
— Нет, — сказал он, и рот его почти касался моего. — Я не хочу действовать силой.
Мне пришлось бороться с желанием поцеловать его. Но я по крайней мере знала, что это мое собственное желание, а не навязанное мне.
— Итак, это не ты, — сказала я, старательно придерживаясь выбранной темы. — Значит, Маудет и Дон знались с другими вампирами. Маудет ходила в вампирский бар в Шривпорте. Может, и Дон тоже. Возьмешь меня туда?
— Зачем? — спросил он только из любопытства.
Я не могла объяснить ему, что нахожусь в опасности из-за того, кто стоит за этим. Во всяком случае, по ночам.
— Не уверена, что Энди Бельфлер докопается до истины, — солгала я.
— Здесь по-прежнему живут Бельфлеры, — произнес он, и в его голосе прозвучало нечто . Его руки сжали меня почти до боли.
— Да, — подтвердила я. — Их множество. Энди — полицейский. Его сестра Порция — юрист. Их троюродный брат Терри — ветеран и бармен. Он подменяет Сэма. Есть и много других.
— Бельфлер…
Он был на грани того, чтобы переломить меня.
— Билл, — пискнула я почти в панике.
Он тут же ослабил хватку.
— Прости, — формально произнес он.
— Мне пора спать, — сказала я. — Я вправду устала.
Он легко поставил меня на дорожку. И посмотрел на меня.
— Ты сказал другим вампирам, что я принадлежу тебе, — сказала я.
— Да.
— Что именно это означает?
— Это значит, что если они попробуют покормиться на тебе, я их убью, — ответил он. — Это означает, что ты — мой человек.
— Вынуждена сказать: рада твоим словам, но по-прежнему не совсем понимаю их значение. Что следует из того, что я — твой человек? — осторожно спросила я. — Не помню, чтобы ты спрашивал, устроит ли это меня.
— Пожалуй, это в любом случае лучше, чем участвовать в вечеринке с Малкольмом, Лиамом и Дианой.
Он не собирался отвечать мне прямо.
— Возьмешь меня в бар?
— Когда у тебя очередной выходной?
— Две следующие ночи.
— Я заеду за тобой на закате.
— У тебя есть машина?
— А как, по-твоему, я иначе куда-то добираюсь? — На его сияющем лице появилась улыбка. Он повернулся, чтобы раствориться средь леса. И сказал через плечо:
— Сьюки, окажи мне честь.
Я осталась стоять с открытым ртом.
Окажи ему честь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Мертвы, пока светло - Харрис Шарлин

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Мертвы, пока светло - Харрис Шарлин



Я прочитала всю серию про Сьюки и жду продолжения. А произошло это после того как я просмотрела сериал "Настоящая кровь". Первое впечатление что сценаристы просто гении раз решили из этого сделать фильм. Потом вчиталась и получила массу удовольствия. ...О, Эрик Нортман...
Мертвы, пока светло - Харрис ШарлинКира
18.04.2012, 13.57





О да) Эрик просто божественый)) хотя Квин тоже крут) был... Кхе.. Кхе... Книги все суперские) жаль только что на этом сайте всех нет) всего написано 11 книг из серии.. Есть маленькие рассказы дополнения, как например эльфийская пыль. Вся серия про Сьюки очень динамична, интригующая) даже после прочтения 11 книги остаются вопросы. И на сколько я знаю всего книг будет 13)) жду с нетерпением
Мертвы, пока светло - Харрис ШарлинЭлли
25.06.2012, 14.25








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100