Читать онлайн Мужья и любовники, автора - Харрис Рут, Раздел - Глава VI в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мужья и любовники - Харрис Рут бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мужья и любовники - Харрис Рут - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мужья и любовники - Харрис Рут - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харрис Рут

Мужья и любовники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава VI

Деньги всегда играли огромную роль в жизни Кэрлис. Собственно, не столько деньги, сколько их дефицит. Доходы у отца были скромные, а болезнь матери стоила дорого. Кэрлис росла, вынужденная отказывать себе во многом. Новые платья, поездки во Флориду, красивые золотые браслеты – все это было для других, не для нее. Она всегда подавляла зависть к тем, для кого не существовало проблемы денег, но всегда задумывалась, каково это – не смотреть на бирку с ценами, не колебаться всякий раз, покупать – не покупать. Доныне она так и не знала вкуса настоящих денег и возможностей, которые они дают. Единственное, что оставалось – убеждать себя, что деньги не так-то и важны.
Кэрлис было уже двадцать восемь, приближалась круглая дата. Пора бы повзрослеть и вести себя соответственно. Пора подумать о себе. Помимо всего иного, работа убедила ее в том, что мужчины думают о деньгах, а женщинам нужны комплименты. Мужчины постоянно говорят о заработках, своих и чужих, о том, кто сколько стоит и сколько заработала компания А и насколько опередила она компанию Б. Женщины говорят о том, кто нравится и кто не нравится боссу, их доводят до слез замечания, и они млеют от похвал.
Конечно же, Лэнсинг был поглощен денежными проблемами, хотя и говорил почти исключительно о штучках, которые вытворяет его член. Том, тот вообще приходил в ярость при одной мысли, что кто-нибудь – ровня по должности – зарабатывает хоть на доллар больше, чем он. Питер, узнав, что женщина – начальник канцелярии в другой фирме получает столько же, сколько и он, схватил автомат Калашникова, который, по его словам, он отобрал у русского солдата во время венгерской революции, и трахнул прикладом по бутылке, охлаждавшейся в ведерке со льдом. Даже Серджио, который считал себя Звездой с большой буквы, приберегал самые выразительные свои фиоритуры для переговоров о контрактах и гонорарах.
В каком-то смысле, находила Кэрлис, все это довольно смешно. Они напоминают ребятишек на школьном дворе, доказывающих, чей член длиннее. Но, с другой стороны, рассуждала она, они правы. В делах именно деньги играют решающую роль. В жизни они тоже имеют значение. Деньги означают свободу и возможность выбора; деньги означают разницу между оригиналом и копией; от денег зависит, что о тебе думают; деньги могут определять и то, что сам думаешь о себе. Кэрлис до сих пор не могла отделаться от навязчивого ощущения самозванки. Ладно, банковский счет поможет ей избавиться от этого чувства, решила она. Она сказала Тому, что обдумала его предложение и согласна написать за Лэнсинга книгу. Пятьдесят тысяч долларов – это огромная куча денег. Такой шанс может никогда не повториться, так что надо с толком распорядиться своим богатством. К тому же появился повод обратиться за помощью к Кирку Арнольду.
– Ну ладно, я заставила их принять мои условия, а теперь что делать? – спросила она, позвонив ему как-то утром, в половине девятого. Голова у нее шла кругом, она была буквально в панике. Впервые в жизни Кэрлис удалось добиться своего, и теперь она была в полной растерянности. Голос выдавал ее, Кэрлис и сама чувствовала, что он дрожит.
– Прежде всего успокойтесь и порадуйтесь победе, – дал он совет, которому сам никогда бы не смог последовать. – Ну, а потом наймите адвоката, и пусть он подготовит контракт.
– Адвокат? Контракт? – спросил Том. – Это еще что за чушь? Ты что, не доверяешь нам?
– Я предпочитаю, чтобы этим делом занялся мой адвокат, – вежливо, но твердо сказала Кэрлис.
– О Боже, – простонал Том, но вынужден был согласиться.
Кэрлис попросила Кирка Арнольда порекомендовать ей адвоката, что тот и сделал, предложив обратиться к некоей Джудит Розен.
Джудит Розен приближалась к шестидесяти, но по ней этого нельзя было сказать. В Джудит было все, чего Кэрлис могла только желать: женственность, ум, решительность, надежность, сексуальность. Том возненавидел ее.


Кэрлис отправилась в Чарлстон и провела там три месяца, сочиняя книгу «Как заработать первый миллион» в уютном кабинете городского дома Лэнсинга. Книга составилась из смеси старых газетных выступлений, лекционных стенограмм и записанных на пленку бесед, в ходе которых Кэрлис выпытывала у Лэнсинга суть его экзотических теорий. Работа оказалась нелегкой, но, как большинство работ, осуществимой. В общем, действительно все это походило на сочинение пятидесяти пресс-релизов, скрепленных воедино. Разумеется, новая, здравомыслящая Кэрлис не собиралась говорить об этом Тому. Она работала по двенадцать часов в день, и хуже всего было то, что написанное никак не запоминалось. Каждое утро приходилось перечитывать сделанное накануне. Сегодня одно, завтра совсем другое, – сплошной туман; это нервировало Кэрлис.
– Слушай, у тебя было что-нибудь в этом роде, когда ты писала книгу о биоупражнениях? – спросила она как-то Мишель по телефону, опасаясь, что у нее просто поехала крыша.
– И когда писала книгу о красоте – тоже, – сказала Мишель, вспоминая темпераментную пьянчужку хозяйку салона красоты, которая подтягивала кожу на груди и заднице, тщательно скрывая это ото всех. – Главное, – говорила она Мишель, – чтобы люди считали, что лишь благодаря упражнениям я сохранила такую прекрасную фигуру.
Словом, Мишель хорошо понимала, каково приходится Кэрлис.
– Возиться с таким дерьмом – это все равно что отплясывать чечетку на песке. Стараешься изо всех сил, а толку что – ничего не слышно. Плюнь и думай о деньгах.
Будущая книга широко рекламировалась через почтовые каналы, чтобы потенциальные потребители удовлетворяли свои инстинкты к обогащению в тиши дома. В конце концов, доля Кэрлис выразилась в шестидесяти тысячах долларов. У нее и шести тысяч никогда не было, не говоря о шестидесяти.
– Шестьдесят тысяч долларов, – повторяла она, не в силах поверить, что это наяву. Совершенно в своем духе она спрашивала всех и каждого, что ей делать с такими деньгами.
– Займитесь биржевыми операциями, – посоветовал Лэнсинг. – Делайте, как я, и заработаете целое состояние.
Зная, на чем Лэнсинг основывает свои предсказания, зная и то, что ошибается он ничуть не реже, чем оказывается прав (о чем пресса старательно умалчивала), она скептически отнеслась к его рекомендациям.
– Предоставь это мне, – сказал Уинн, желая быть полезным. – Я найду выгодное вложение.
Она уже готова была так и сделать, но Норма отговорила ее – так, пожалуй, никогда от него не отделаешься.
– Спасибо, конечно, – ответила она, наконец, Уинну, – но я ничего не смыслю во вложениях, даже если кто-то делает их за меня.
Не привыкший к отказам, Уинн дулся целый месяц.
– Мой тесть – гений в таких делах, – сказал Том. – Если хочешь, я попрошу, и он найдет, во что вложить твои тысячи.
Кэрлис была незнакома с его тестем, и мысль о том, что ее деньгами будет распоряжаться чужой, претила ей.
– Положи их в банк, – посоветовал Джейкоб, как-то позабыв о депрессии, которая почти выключила его из жизни. – Это надежно.
– Потратьте их, – не задумываясь, сказал Кирк Арнольд. – Деньги для этого и существуют.
– Думаю, отец прав, – сказала она Норме. Просто потратить – Кэрлис нашла это легкомысленным. Ведь было так трудно заработать эти деньги. О том, что случай может повториться, она даже не задумывалась. – Да, пожалуй, положу их в банк.
– Не будь дурой, – сказала Норма. – У тебя хорошие костюмы и хорошая работа. Ты полностью переменилась, только живешь по-прежнему в той же хибаре. Пора и от нее избавиться. Почему бы не купить себе приличную квартиру?
– Купить? – ошеломленно спросила Кэрлис. Самой купить квартиру, чтобы жить в ней? Она одинока. И кто она такая, чтобы покупать квартиру? Разве можно себе это позволить? А с мебелью как быть? Что, если она ей не понравится? И что будет, если она познакомится с кем-нибудь? Сама мысль о покупке квартиры приводила ее буквально в паническое состояние.
– Боюсь, – промямлила она и сама споткнулась о слово, вылетевшее у нее изо рта. Боязнь? Да нет, то был ужас.


Кэрлис жила в своей каморке уже больше пяти лет, и она все еще была наполовину пустой. Односпальную кровать, обеденный стол, черно-белый переносной телевизор она перевезла сюда из родительской квартиры. Ни дивана, ни письменного стола у нее не было. Точно так же, как и ночного столика, кресла, штор и даже платяного шкафа. Свои платья, юбки и нижнее белье она держала на книжных полках, доставшихся ей в наследство от прежнего арендатора. Тонкие оконные занавески, которые нашлись в подвале дома, где жила Норма, укрывали ее от любопытства соседей. Постельное покрывало из индийского хлопка переехало сюда из ее старой комнаты на Уэст-Энд-авеню, а складными стульями когда-то пользовались сиделки матери. Из года в год Кэрлис говорила себе, что уж теперь-то она обязательно купит полки и поклеит обои. Так, чтобы, «когда она познакомится с кем-нибудь», квартира выглядела пристойно. «Теперь» так никогда и не наступило, да и «знакомства» не произошло.
– Верно, – согласилась Норма. – Тебе и впрямь страшно, только боишься ты не покупки квартиры. Ты боишься связать себя.
– Вовсе нет, – сказала она, едва ли не в первый раз разозлившись на Норму. В конце концов, я-то как раз хочу, как ты говоришь, связать себя. Это Уинн не хочет.
– А ты все никак не можешь отделаться от него, – заметила Норма.
На сей раз Кэрлис промолчала. На сей раз она ничего не сказала и задумалась над словами Нормы.
Быть может, она и права, неохотно признала Кэрлис. И не только по части квартиры. Годами Кэрлис обвиняла в своих бедах. Уинна и его нежелание сказать решительное слово. А может, и ты боишься его сказать, впервые задалась она вопросом. Конечно, легче было все валить на Уинна и видеть в нем причины своих несчастий, чем признать собственную ответственность.
Слова Нормы глубоко задели Кэрлис, и чем больше она размышляла, тем вернее склонялась к мысли, что Норма, скорее всего, права. Может, она и говорила и думала одно, а делала другое? Может, и впрямь, она-то сама и боится связать себя? Не хочет рубить концы? Возможно, думала она. Весьма возможно. Но сначала нужно заняться неотложными делами. На той же неделе Кэрлис поговорила с тремя квартирными маклерами.
Месяц спустя Кэрлис купила за двадцать две тысячи долларов квартиру на Семьдесят пятой улице, рядом с Третьей авеню. Еще десять тысяч или около того она потратила на мебель у «Лорда и Тейлора»: Выдержанная в голубых и кремовых тонах, квартира выглядела чистой, уютной и тихой. Кэрлис была счастлива как никогда в жизни.
Норме квартира тоже понравилась.
– Вот теперь, – сказала она, – ты не только являешься, но и выглядишь преуспевающей женщиной.
Уинн, наоборот, только фыркнул:
– Кто же теперь покупает мебель у «Лорда и Тейлора»? Все солидные люди предпочитают «Блумингдейл».
– Весьма вероятно, – спокойно сказала Кэрлис. – Но мне правится эта.
Уинн уставился на нее. Он был слишком тщеславен, чтобы позволить себе стоять с отвисшей челюстью, но самочувствие у него было как раз такое. Он и слова не мог вымолвить.
Отец сказал, что она рехнулась.
– Тебя-то как раз и поджидали, – сказал он. – Эту квартиру объявили к продаже уже два года назад, и с тех пор четыре раза снижали цену. Тут ты как раз и подвернулась. Надо было положить деньги в банк.
– Я так не считаю, – сказала она твердо, хоть и без вызова. – Мне квартира нравится. Я прямо без ума от нее. Я думаю, что поступила правильно.
Подобно Уинну Розье, Джейкоб Уэббер не привык к такой самостоятельности. Он помолчал немного, а потом произнес так ласково, что у Кэрлис слезы на глазах выступили:
– Ну что же, если ты так считаешь, дорогая… Я ведь только одного хочу – чтобы ты была всегда счастлива.
Деньги не стали единственной наградой. Джошуа Хайнз поставил Кэрлис во главе канцелярии; Том Штайнберг получил долгожданное место вице-президента. Повсюду заговорили, что Кэрлис Уэббер ждет завидная карьера. В ближайшие три месяца ей было сделано уже три деловых предложения. Одно – от Объединенной информационной службы крупной медицинской корпорации, два других – от соперников «Бэррона и Хайнза». Том позаботился о том, чтобы зарплата у нее была не ниже, чем предлагали другие, и она осталась. В качестве дополнительного аргумента он предложил ей кабинет с прекрасным видом из окна. Раньше, все шесть лет, она ютилась в клетушке без окна.
– Обстановка – на твое усмотрение, – сказал Том в обычной барской манере. Он был вице-президентом, а она всего лишь начальником канцелярии. Прежняя иерархия сохранилась, а уж Том-то знал, как вести себя с подчиненными. В общем, он обращался с ними как «хороший» рабовладелец со своими рабами. Ему бы родиться на старом Юге. – Мы хотим, чтобы у наших служащих был свой стиль.
На взгляд Кэрлис, у служащих «Бэррона и Хайнза» было слишком много стилей. Она, не колеблясь, отправилась к Ноллю и выбрала изящный письменный стол со стулом, два удобных кресла для посетителей, небольшой диван и кофейный столик. Пол она покрыла красивым светло-коричневым ковром, на окна повесила гладкие занавески, а на стену изящное светло-голубое стеганое полотно. В учреждении, где об индивидуальности сотрудников надсадно кричали письменные столы с убирающейся крышкой, парикмахерские кресла, музыкальные автоматы, старинные предметы и пробитые пулями манекены из полицейских участков, кабинет Кэрлис выглядел извращенно-деловым.
– Ты уверена, что именно это тебе надо? – спросил Том, стараясь уберечь ее от ошибки. Он-то обставил свой кабинет тяжелой старинной мебелью. Канделябры и копии картин «старых мастеров», купленные в магазинах на Третьей авеню, завершали убранство. Тихий еврейский мальчик из Ист-Сайда, Том стал на котурны английского лорда. Кэрлис, которая сама была наполовину еврейка, всегда удивлялась, что этот еврей находит в англосаксах. А также наоборот. – Мне кажется, ты могла бы выразить свой стиль.
– Я и так выразила свой стиль, – решительно сказала Кэрлис. Том пожал плечами и оставил этот вопрос.
– Знаете, – сказал как-то Джошуа Хайнз, иногда заглядывавший к Кэрлис, – это единственный кабинет во всей конторе, который выглядит по-деловому.
Он хотел сделать комплимент, и Кэрлис так и восприняла его слова.


Кэрлис не просидела в своем кабинете и шести месяцев, когда однажды утром, в половине девятого у нее на столе зазвонил телефон. Так рано мог звонить только один человек.
– Мне надо встретиться с вами в «Ридженси» прямо сейчас, сию минуту, – сказал Кирк Арнольд.
– Я бы с удовольствием, но, к сожалению, не могу, – сказала Кэрлис. На девять было назначено общеагентское совещание по маркетингу, связанное с выпущенной Челлини партией дорогих писчебумажных товаров, а затем – летучка по поводу предстоящего турне Серджио по семи канадским городам. А самое главное, в одиннадцать Кэрлис предстояла важная встреча с составителем спортивных телепрограмм, которому нужны были новые агенты по связям с общественностью.
– Сию минуту никак. И даже потом – тоже никак, я все утро занята. Увы, не могу.
– Можете, можете. Все очень просто. Вы встаете из-за стола, надеваете пальто и выходите на улицу, – сказал он и повесил трубку, не дав ей возразить.
Какое-то время Кэрлис просидела в нерешительности, гадая, позвонить ли Норме или, может, зайти к Мишель, если она уже здесь. Затем, впервые, раввины и священники признали свое поражение. Решительно, ясно отдавая себе отчет в том, что делает, Кэрлис поднялась, подхватила пальто, вышла наружу и двинулась в сторону «Ридженси».


Всесильные брокеры – все эти Феликсы Ройтаны, Хью Кэрисы, Рои Коны и Роберты Леввиты – отправились по своим делам – менять облик города, страны и всего мира, и в большой уютной гостиной царила приятная тишина. Кирк Арнольд сидел в одиночестве за просторным угловым столом. Одетый в темный костюм в елочку, безукоризненно причесанный, загорелый, Кирк Арнольд выглядел как человек, родившийся с двумя макушками, пожизненной подпиской на журнал «Таун энд Кантри» и навечно свободный от каких бы то ни было забот. Он был на редкость красив, хотя, казалось, ничуть не придавал значения своей внешности, и всякий раз, встречаясь с ним, Кэрлис едва ли не физически ощущала исходящие от него флюиды силы и уверенности в себе.
– А, Кэрлис, – улыбаясь, сказал Кирк Арнольд, – выглядите вы сегодня потрясающе.
Она вспыхнула и села.
Физическое присутствие Кирка она ощущала, но совершенно не отдавала себе отчета в том, что и сама может производить впечатление. Ее чудесная кожа, за которой она так любовно и мастерски ухаживала, буквально светилась, а в больших ясных глазах отражались ум и отзывчивость. В то утро на ней был отлично сшитый костюм и шелковая блузка изумрудного цвета. Золотые серьги в форме ракушек, которые она как-то купила у Картье в обеденный перерыв после долгой мучительной борьбы с собою, переливались теплыми цветами радуги, удачно оттеняя золотистые пряди волос. С деловым чемоданчиком производства «Челлини», в дорогих туфлях и массивных часах на запястье, она уже не выглядела самозванкой, – напротив, смотрелась как женщина, которая вот-вот войдет в круг избранных.
На столике стояла серебряная вазочка с розовым бутоном, а Кэрлис уже ожидал стакан апельсинового сока. Она была заинтригована, польщена, взволнована – словом, выглядела так, как, по ее убеждению, он и хотел. Она улыбнулась – по-настоящему, а не униженной улыбкой дяди Тома, которую так хорошо изображала Мишель, и выжидающе посмотрела на него.
– Итак, вы решились, – сказал он, встречаясь с ней взглядом.
– Решилась на что? – спросила она, переводя взгляд на шрам, пересекавший его левую бровь, и гадая, уже не впервые, откуда он взялся. Может, на яхте случайно ударило ланжероном? Или свалился с лошади, которая понесла на лисьей охоте? В общем, решила она, это был несчастный случай, происшедший в романтической обстановке. Она прямо-таки видела, как на перила яхты падают капли его крови или как спотыкается, беря барьер, лошадь и шляпа летит у него с головы.
– Разделались, – отрывисто сказал он. Он нарочно дразнил ее загадками. Ему нравилось держать ей в своей власти, а ей нравилось подчиняться. За их репликами молчаливо и настойчиво ткалась сложная паутина незаданных вопросов и невысказанных ответов, поступков и реакции на поступки.
– Разделалась с чем? – спросила она, начиная испытывать легкое волнение. Она решила, что он имеет в виду один из ее отчетов.
– Со своей работой, – серьезно сказал он. – Или, вернее, я разделался с ней. Том Штайнберг уже в курсе – я позвонил и все сказал ему.
– Вы что – с ума сошли? – воскликнула Кэрлис, едва не опрокинув стакан с соком.
– Отнюдь, – сказал он, удерживаясь от улыбки.
– Вы разделались с моей работой? – повторила Кэрлис, решив, что она просто не поняла его.
– Ну да, – спокойно сказал он. – Теперь вы будете отвечать за связи с общественностью в отделе сбыта «Суперрайта».
– Ах, вот как?
– Помимо значительно высокой зарплаты, у вас будет больше общественного веса, больше ответственности, ну и, – тут он впервые позволил себе улыбнуться, – больше шишек. – А теперь пейте свой апельсиновый сок.
Взволнованная, шокированная, заинтригованная, перепуганная, счастливая – всего понемножку, – Кэрлис поднесла к губам бокал. Выяснилось, что это не просто апельсиновый сок – он был смешан с шампанским.


– Если ты думаешь, что я буду вставать на уши или на колени, чтобы упросить тебя остаться, – ошибаешься, – сказал Том, когда Кэрлис вернулась на работу. Он был вне себя от ярости, еще чуть-чуть, и начнет все крушить вокруг себя. – И вообще, что это за штучки? Напускать на нас Кирка Арнольда, чтобы уволиться?
– Это не штучки, – сказала Кэрлис, все еще пребывавшая наполовину в шоковом состоянии. – Я и сама не знала, что он задумал.
– Не вешай мне лапшу на уши, – крикнул Том. Щеки его пылали, а глаза, казалось, готовы были выскочить из орбит. Он наклонился и пристально посмотрел на Кэрлис. – Слушай, между тобой и Кирком есть что-нибудь?
– Не валяйте дурака, Том, – ответила Кэрлис, оскорбленная, но не удивленная, что Том пришел к такому заключению. Когда речь шла о женщинах, у Тома был на все один ответ и один резон – секс. – Кирк Арнольд и я? Почему тогда не Берт Рейнольдс и я?
– Ага. Ну, ладно, – отрывисто сказал он и знаком отпустил ее. Он все еще был вне себя, совершенно утратив свое привычнее добродушие. Кэрлис – рабыня, а где это видано, чтобы рабы вот так запросто уходили?


– Ты ведь это не всерьез, верно? – спросил Том Штайнберг двумя днями позднее. Он успокоился и после встречи с явно недовольным Джошуа Хайнзом решил задобрить Кэрлис и уговорить ее остаться. Она стала буквально незаменимой: справлялась с самыми капризными клиентами и прекрасно выполняла свою работу. Ко всему прочему, Лэнсинг грозился уйти, если ее не будет.
– Да нет, почему же, вполне всерьез. – Ей уже не терпелось уйти. Она считала минуты, чуть ли не секунды, в ожидании, когда перейдет в «Суперрайт» и сможет видеться и разговаривать с, Кирком Арнольдом ежедневно. – Я поработаю еще две недели и подготовлю замену. И все, потом перехожу в «Суперрайт».
– Мы готовы платить тебе столько же, – предложил Том. Замена? Где это, черт возьми, найдет он такого же сильного и такого же безропотного работника? Она же вроде безотказного механизма. Работает по двадцать четыре часа в сутки, никогда не выходит из строя, никогда не дает сбоев. Ее послал Тому сам Бог, и вот вам, пожалуйста, – уходит.
Кэрлис покачала головой.
– Дело не в деньгах, – сказала она.
Том закурил старомодный, без фильтра, «Кэмел», глубоко затянулся и выдохнул дым прямо Кэрлис в лицо.
– Так называемый Прекрасный Принц просто сошел с ума. Это безумец. Совсем потерял мозги. Ты хоть понимаешь это, Кэрлис? – сказал он, готовя мегатонную бомбу, которую держал про запас для подобных крайних случаев.
Она промолчала, а Том продолжил:
– Ты слышишь меня, Кэрлис? Остерегись. Держись от него подальше. Обаяние и все такое – это же только с виду. Кирку Арнольду место в больнице для психов.
– Ладно, Том, оставьте это. Что из того, что он уволился за меня? – сказала она. Том был буквально в отчаянии; и даже ей это было видно. – Я признаю, что он ведет себя не совсем, как принято. Но это еще не значит, что он сумасшедший. Он такой же нормальный человек, как мы с вами.
– Да? Я, например, не был в психушке. Надеюсь, и ты тоже.
– Ну, разумеется, нет!
– Ну а Кирк Арнольд был, – сказал Том, взрывая бомбу, которая должна была все разнести вокруг. Он еще раз глубоко-глубоко затянулся и откинулся в кресле назад с таким видом, какой бывает после оргазма.
– То есть как это? Как он туда попал? – спросила Кэрлис, соображая, просто ли Том болтает или, может, есть в его словах хоть малая доля правды. Она вспомнила – и зябко поежилась от этого воспоминания – свою реакцию на сообщение Кирка, что он уволился за нее. «Вы что, с ума сошли?» – спросила она тогда. Слова эти автоматически сорвались у нее с губ. Может, бессознательно она знала то, что знать вообще-то не могла? Но это же невозможно. И все же изнутри ее что-то жгло, как крапива, а несмотря на внешнее спокойствие, она ощущала, как все в ней переворачивается. Том пожал плечами:
– Спроси его про Ковингтон.
Ковингтон? У Кэрлис в колледже была приятельница, у которой случился нервный срыв, и какое-то время все только и говорили о том, в какую лечебницу ее послать и какую терапию пройти. Да, Кэрлис приходилось слышать о Ковингтоне, а также о других больницах – Бриггз, Силвермайн, Меннингер. Но она просто отказывалась верить, что такой человек, как Кирк Арнольд, мог оказаться в психиатрической больнице.
– Он познакомился там со своей женой, – со значением сказал Том.
С женой? Кэрлис почувствовала, как у нее остановилось и упало сердце. Хотя в общем-то она все время подозревала, что Кирк Арнольд женат. Такие люди не бывают холостяками. Впрочем, своих чувств она никак не показала, решив, что у нее будет еще время разобраться в них, и продолжала беседу.
– Я вам не верю, – сказала она, зная, что Том любит оговорить людей. Она вспомнила, с каким жестоким наслаждением он говорил о Леннарде Бэрроне и его пристрастии к бутылке. Знала она и то, что Том едва не вылетел из агентства, когда под руководством Кирка Арнольда «Бррон и Хайнз» затеял реорганизацию. Том, наверное, ненавидел Кирка и, чтобы отомстить, средств не выбирал. – Я просто вам не верю, – упрямо повторила она.
– Ну что ж, не верь, – раздраженно сказал Том. – Будем считать, что я просто морочу тебе голову, только бы ты осталась.
– Если бы все было действительно так, компания вроде «Суперрайта» никогда не взяла бы его советником, – сказала Кэрлис, пытаясь ввести разговор в разумные рамки. – Точно так же, впрочем, как «Бэррон и Хайнз». Кирку Арнольду поручаются исключительно ответственные задания. Он имеет дело с миллионами долларов и крупнейшими корпорациями. И серьезные деловые люди никогда бы к нему не обратились, если… если бы он был нездоров.
Том пожал плечами, в очередной раз затянулся и попробовал новый подход:
– Тебе там будет скучно, поверь мне. Большие американские корпорации – это же тоска. К тому же у них всех там комплекс мужского превосходства. О женщин они ноги вытирают.
– И все же я попробую, – устало произнесла Кэрлис. Воздержавшись от комментариев по поводу комплекса мужского превосходства самого Тома, она вышла из его кабинета.
Том прикурил от окурка новую сигарету и проводил Кэрлис взглядом. Окутавшись клубами дыма, он подумал, что, пожалуй, недооценил маленькую мисс Уэббер. Маленькая мисс Уэббер не так проста, как он думал. Он поверил, когда она сказала, что у них с Кирком Арнольдом ничего нет. Даже ничуть не усомнился в ее словах, ведь он точно знал, что Кэрлис никогда не лжет. Но почему же тогда она так упрямо и слепо встает на его сторону, не желая даже подумать, что Том говорит правду. Тем более что это действительно правда.
Том неожиданно вспомнил, как Кэрлис впервые вышла к ним на работу. Даже слепой заметил бы искру, которая пробежала между нею и Кирком Арнольдом, а Том слепым не был. Теперь он решил сложить два и два. Кирк Арнольд и Кэрлис Уэббер? А почему бы, собственно, нет?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мужья и любовники - Харрис Рут


Комментарии к роману "Мужья и любовники - Харрис Рут" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100