Читать онлайн Мужья и любовники, автора - Харрис Рут, Раздел - Глава VIII в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мужья и любовники - Харрис Рут бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5 (Голосов: 16)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мужья и любовники - Харрис Рут - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мужья и любовники - Харрис Рут - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Харрис Рут

Мужья и любовники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава VIII

На Среднем Западе имя Хартли было синонимом традиции и качества. Более семидесяти лет Хартли производили товары из бумаги, предназначенные для застолий и празднеств: бумажные тарелки и салфетки, бумажные скатерти, а также бумажные шляпы и носовые платки. Казалось, Хартли были здесь всегда, без них не обходилась ни одна годовщина, ни один праздник, будь то Рождество или Новый год, день святого Валентина или четвертое июля. Компанией «Хартли» всегда руководил один человек, и в настоящий момент этим человеком был Херб Хартли. Как только появился на свет Барри, Херб стал мечтать о тех временах, когда сын войдет в семейное дело. И вот эти времена настали.
Лишь оказавшись в Форт Уэйне, Джейд поняла, из какой уважаемой семьи происходит ее муж. Имя Хартли встречалось здесь повсюду. По пути из аэропорта домой они проехали мимо большой кирпичной фабрики, принадлежащей компании. Джейд заметила целую вереницу грузовиков, на которых оранжевым по белому было выведено «Хартли», не ускользнула от ее внимания и школьная аудитория, построенная, как гласила мемориальная доска, на средства Хартли; глазная клиника тоже была подарена городу этим семейством.
– А ты и не говорил мне, какая у тебя знаменитая семья, – сказала Джейд с удивлением и восхищением одновременно.
– А мы вовсе не знаменитости, – Барри сжал ей руку. – Мы здесь живем и помогаем людям, чем можем.
Джейд предстояло узнать, что Хартли никогда не демонстрировали своего процветания. Родители Барри жили в симпатичном, но далеко не аристократическом районе, в удобном, но простом деревянном доме, покрытом дранкой, и хотя Херб Хартли и ездил на «кадиллаке», машина была не новая и явно нуждалась в мойке. На Дорис Хартли, жене Херба, был весь дом и хозяйство, а помимо этого – церковь по воскресеньям и кружок по изучению Библии, собиравшийся по четвергам. Они встретили Джейд как родную дочь. Дорис Хартли выделила ей просторную спальню и ходила за ней прямо-таки по пятам, угадывая каждое ее желание. А Херб – так тот просто влюбился.
– Тебе надо восстановить силы, – говорила Дорис, потчуя ее домашним супом и толстонарезанным хлебом домашнего изготовления. – С тобой произошла ужасная вещь, и надо время, чтобы ты могла прийти в себя.
Херб приносил цветы и журналы; он же купил специально для нее телевизор новейшей марки.
– Торопиться некуда, – говорил он в своем обычном грубоватом тоне, но с нежностью. – Ты молода. У тебя все еще впереди.
Джейд постепенно набирала вес, но хотя самочувствие ее становилось лучше и доктор сказал, что физически она совершенно здорова, тоска, охватившая ее в тот момент, когда она очнулась в больнице «Маунт Синай», не проходила.
– Знаешь, что тебя исцелит? Путешествие, – решительно заявил Херб. Я сам себе доктор, любил повторять он, только без диплома. Он был уверен, что знает, кому какие нужны лекарства. – Что скажешь, если я отправлю вас с Барри на Бермуды? На недельку, а? Все мигом пройдет.
Бермуды были прекрасны – яркое солнце, голубое небо и теплое море, но ехать сюда не надо было. Джейд много плавала в прозрачной бирюзовой воде, но Барри из-за гипса не мог и был зол, как сто чертей. Не на Джейд – на целый мир.
– Проклятье! – повторял он. – Было время – я побеждал всех на соревнованиях по плаванию, а теперь я даже ног замочить не могу.
– Но это же не навсегда, – уговаривала его Джейд. – Кость срастется, и все будет в порядке.
– Не будет, – упрямился Барри, и его квадратная челюсть становилась все тяжелее.
– Но врачи говорят, что будет, – Джейд прекрасно понимала, каково ему сейчас, и старалась изо всех сил поднять настроение.
– Врачи ошибаются. Я спортсмен. Я знаю свое тело. Нога уже никогда не будет действовать, как раньше.
Каждый вечер, на закате, они пили пунш, ездили в Гамильтон покупать в беспошлинном магазине кашемировые кофты; и всякий раз, при виде молодой пары с детьми, у Джейд подступали слезы. Она еще сильнее хотела ребенка. Ну почему именно с ней случилось все это? Ведь она знает, как сделать детей счастливыми, так почему же ее собственному ребенку она не смогла дать жизнь?
– Все забудется, когда ты снова будешь беременна, – уверял Барри.
– Ты думаешь? – с надеждой спрашивала она, так и впитывая его слова. Барри, чувствовала она, знает все. И она всегда ему верила.
– Ну, конечно, – твердо говорил он. – Я совершенно уверен.
– Ты всегда умеешь успокоить, – с облегчением отзывалась Джейд.
– Надеюсь, – он нежно улыбался. – Ведь я люблю тебя.
И все же по возвращении в Форт Уэйн тоска с новой силой овладела ею. Она не могла забыть дорожное происшествие и все время думала только о том, как можно было избежать его. Если бы она не остановилась по дороге у рекламного отдела посмотреть на воскресные образцы, ушла бы с работы на десять минут раньше, ничего бы не случилось. Если бы остановилась у прилавка с духами и попробовала запах «Диорессенс», которыми так замечательно благоухала племянница Эффи, ушла бы с работы на пять минут позже, то все еще была бы беременна и ребенок тепло шевелился бы внутри нее.
Время шло, душевные раны должны были бы исцелиться, а ничего не менялось. Настроение у нее было мрачное, и выглядела Джейд так, будто из нее уходила жизнь. Она никак не могла понять, что же с ней происходит. Да, она потеряла ребенка, и это ужасно. Но ведь и с другими такое случается, и все-таки они поправляются, продолжают жить, забывая прошлое и глядя в будущее.
Другие – но не Джейд. Она никак не могла оправиться, хотя казалось, что мешало ей нормально жить, ждать новой беременности, которая завершится более счастливо? Муж был от нее без ума. Денег у них было достаточно. Жила она в прекрасном доме с любящими свекровью и свекром, была молода и здорова, и доктор уверял, что выкидыш не оставит никаких последствий. У нее могут быть еще дети. И все-таки что-то было не так. В конце концов, Джейд поняла, что именно, – во всяком случае, так ей показалось.
– Ты ведь знаешь, как я люблю твоих родителей, – шепнула как-то Джейд, когда они уже засыпали. Комната, где они находились, некогда была спальней Барри, здесь стояли две двуспальные кровати, спинки которых были облеплены картинками, – их приклеил Барри, когда еще учился в школе. Может быть, дело было в близости родительской спальни или в том, что все здесь напоминало о детстве, – так или иначе эта комната словно подавляла все желания. Джейд и вспомнить не могла, когда они с Барри в последний раз любили друг друга. Даже когда у Барри сняли гипс, он редко хотел этого, да и она, как выяснилось, тоже. – И все-таки я думаю, что жить вместе нам не стоит. Лучше было бы отделиться.
– Ну конечно, – немедленно согласился Барри. – И как это я сам не подумал?
Барри хотел только одного – чтобы Джейд была счастлива. В ней всегда было что-то необычное – он заметил это сразу, еще в Корнеле, когда впервые встретился с ней. Она так и излучала энергию, от нее исходила какая-то неиссякаемая жизненная сила, которая и ему помогала жить. Видеть ее грустной и несчастной было выше его сил. Барри обожал жену и готов был сделать все, чтобы заставить ее снова улыбнуться.
– Я поговорю с папой, – сказал он, перебираясь к ней в постель. Барри тесно прижался к жене, впитывая ее тепло и запах; он просто умрет, если кто-нибудь или что-нибудь отнимет ее у него.
Выяснилось, что неподалеку, менее чем в пяти милях, есть земля, издавна принадлежащая Хербу.
– Я дарю вам ее, дети, – сказал он, подписывая дарственную, и в глазах его сверкнул озорной огонек. – Деньги на строительство дома я одолжу. Я знаю одного местного строителя. Не прогадаете, об этом я позабочусь. – Тут он подмигнул Джейд. – А ты позаботься о том, чтобы моя сделка оказалась удачной, идет?
– Постараюсь, – ухмыльнулась Джейд, не вполне понимая, что он имеет в виду. При мысли о том, что теперь они заживут своей семьей, у нее сладко защемило сердце. – О чем, собственно, речь?
– Ну, как же, – хитровато подмигнул Херб. – Семь фунтов девять унций. Как, выдюжишь?
– Уж как-нибудь, – заговорщически ответила Джейд. Ей нравилось, как Херб поддразнивал ее, и нравилось отвечать ему в тон.
К тому же тогда она и впрямь так думала.
Через три месяца Джейд и Барри въехали в симпатичный трехкомнатный дом. Джейд прямо не могла на него насмотреться. Обставила она его простой сосновой мебелью, которую нашла в окрестностях Форт Уэйна. Часами она сидела на лужайке позади дома, приводя столы, кровати, буфеты в порядок, счищая с них грязь и восстанавливая изначальный голубоватый оттенок и изящные формы.
– Выглядит потрясающе! – восхищенно заявил Херб. У него был хороший вкус, и он всегда следил за тем, чтобы за свои деньги получать товар высшего качества. Поэтому на него произвело сильное впечатление то, как Джейд сумела красиво обустроить целый дом.
– Да, женился ты здорово, ничего не скажешь, – он с одобрением посмотрел на Барри. – Смотри в оба, а то как бы тебе не пришлось ревновать к собственному отцу.
Дорис дала Джейд домашние рецепты, и она научилась готовить любимые блюда Барри.
– Я, разумеется, никогда не скажу этого маме, – заметил как-то Барри, доедая вкуснейшую запеканку в уксусе, – но мне кажется, ты готовишь даже лучше, чем она.
Джейд улыбнулась. Ну почему же, почему, спрашивала она себя, ей так плохо – ведь все вокруг любят и ценят ее. Прошел почти год, а она все еще не могла забеременеть. Ей говорили, чтобы она не волновалась, и она старалась следовать совету. В конце концов, впереди еще столько времени, и к тому же главное – это любовь, не так ли?
Но любовь странным образом становилась для нее утомительной. Отчего бы это, спрашивала себя Джейд. Может быть, оттого, что этой любви было слишком много. Барри обволакивал ее любовью и вниманием, и у нее не оставалось времени побыть наедине с собою, кроме тех часов, что Барри проводил на работе. Ему сделали несколько болезненных операций на колене, после которых он начал хромать. И, видимо, это заставило его сильно перемениться. Подобно тому, как Джейд оплакивала своего нерожденного ребенка, Барри оплакивал утрату силы и подвижности. Теперь он все время хотел проводить с Джейд, все вечера, все праздники. Он уже больше не ходил по субботам и воскресеньям в бассейн или на теннисный корт; лыжи отнес в комиссионный, а клюшки для гольфа забросил в гараж. Теперь, когда они переехали в собственный дом, сексуальная энергия, казалось, вернулась к Барри. Он любил ее каждую ночь и говорил, что ему и этого недостаточно.
– Мне надо все время быть с тобой и в тебе, – говорил он. – Ты для меня – все.
Она впервые задумалась над тем, как воспринимал женитьбу ее отец. Может, и для него любовь была слишком утомительной? Может, мать требовала больше того, чем он мог дать? Может, и ему чаще хотелось побыть одному? Трудно сказать.
– Не поверишь, – сказала как-то Джейд, когда они с Барри уже прожили в Форт Уэйне почти год, – но мне не хватает Мэри Лу. – Ей было стыдно, что она уехала из Нью-Йорка, даже не попрощавшись с ней. Конечно, после выкидыша она была ужасно слаба, не хватало сил даже поднять трубку. И все равно, чем дальше, тем более виноватой она себя чувствовала перед Мэри Лу. Ведь она так ни разу и не позвонила, и не написала ей.
– Ну что за ерунда, Джейд, – сказал Барри, вытирая посуду.
Таких мужей, как он, – один на миллион: Барри и впрямь помогает по дому. Каково же было отталкивать эту помощь? И все же Джейд хотела, чтобы хоть на кухне ее оставляли одну.
– Нет человека, которому бы могло не хватать Мэри Лу.
– Нет, серьезно. Я действительно по ней скучаю, – повторила она, вспоминая всегдашнюю энергию Мэри Лу и то, с каким нетерпением она ожидала новых поступлений, новых фасонов, новых эскизов. Джейд все последнее время чувствовала себя такой усталой, словно всю энергию свою, вместе с кровью, испугом и болью она оставила на Сорок третьей улице. – Мне кажется даже, что я скучаю по самым привередливым покупателям. Из тех, что норовят возвратить платье все в пятнах из-под кофе, клянясь, что никогда не надевали их.
– Может, тебе просто одиноко, – озабоченно сказал Барри. Он так хотел видеть ее прежней – бодрой и оживленной, и старался ей всячески помочь в этом. – Я ведь целый день на работе, а ты тут одна. Может, будешь ходить с матерью в ее библейский кружок. Компания появится. Женщины там интересные, они тебе понравятся.
Женщины действительно были интересные и милые и очень ей понравились. Да только беда была в том, что большинство из них были целиком поглощены своими детьми. И слушать, как они болтают о мокрых пеленках, лекарствах, о том, как трудно вскакивать посреди ночи, было для нее просто невозможно. Чего бы только Джейд не отдала, чтобы кормить своего ребенка в два часа ночи и раздражаться по пустякам, и вообще, чтобы было все то, на что жалуются молодые матери.
– Я хочу ребенка, – все повторяла и повторяла она.
Это стало ее навязчивой идеей, смыслом существования, единственной заботой.
– Ты прямо помешалась на этом, – говорил Барри, стараясь не раздражаться от ее постоянных разговоров о ненаступающей беременности. Разве его самого ей мало? Был теплый ноябрьский полдень, суббота, они сажали нарциссы, которым предстояло расцвести весной. Скорее всего, он прав, думала Джейд, но как избавиться от этих мыслей? Нет, ни о чем другом она думать не могла.
Вероятно, несчастный случай, лишивший его былой подвижности, стал виной тому, что Барри как-то постарел и превратился в домоседа. Жизнь протекала однообразно. Ровно в восемь пятнадцать он уходил на работу и ровно в половине седьмого возвращался. Обед уже ждал его на столе. Барри обожал Джейд, он не уставал повторять, что она лучшая жена на свете. Ему так хотелось, чтобы Джейд приспособилась к жизни в Форт Уэйне. Ему не нравилось, что она носит привезенные из Нью-Йорка мини-юбки, не нравилась модная там бледная помада, а также густые тени. Кто-то из его друзей сказал, что она похожа на ведьму. Другие, поддразнивая, говорили, что он женился на хипповой девчонке.
– На тебя глазеют, – сказал он как-то, стараясь не обидеть Джейд, а она поняла, что вид ее несколько шокирует консервативный Форт Уэйн. – Ты моя жена, и я хочу, чтобы тебя уважали.
Джейд хотела быть хорошей женой, ведь ей повезло, что у нее был любящий муж, который к тому же спас ей жизнь Барри был прямой противоположностью ее отца, она почувствовала это с самого начала. Он любил ее и не боялся показать свою любовь. Она тоже любила его и не хотела этого скрывать. Она стала одеваться скромнее и меньше пользоваться косметикой. Теперь она была похожа на всех и говорила себе, что счастлива, потому что делает Барри счастливым. Теперь при посещении супермаркетов она убеждала себя, что ей не нужны пи «Сакс» ни «Бонье». Но у нее появилось новое желание – она хотела работать. Слишком скучно и слишком одиноко было сидеть целыми днями дома. Ждать, пока Барри вернется с работы, как бы она его ни любила – а любила она его сильно, – этого ей было мало.
– Вот если бы мне найти работу, – грустно сказала она как-то мужу. – Но ведь в Форт Уэйне нет больших магазинов.
– А почему бы тебе не поработать на Хартли? – спросил Барри к ее удивлению.
Она так и уставилась на него.
– Ты это что, серьезно?
– А почему бы и нет? Отец прямо без ума от тебя. Я уверен, что он ухватится за эту идею. На следующий день она пошла к свекру.
– Я всегда думал о семейном деле, – расплылся в широкой улыбке Херб. Это был коротконогий, тучный и лысый человек. Но за такой внешностью и простыми манерами скрывался острый ум и неукротимый соревновательный дух. – Пробовал уговорить Дорис, но ей это неинтересно.
– А чем бы я могла заняться? – спросила Джейд.
– Походи вокруг, осмотрись, – он сделал широкий приглашающий жест. – Может, найдешь себе что-нибудь по вкусу.


– Для начала я хотела бы пройти курс по управлению, – сказала Джейд свекру неделю спустя, осмотрев все и подумав. – В основу ляжет тот курс, который я прослушала у Савенна. Так я пойму, чем вы тут занимаетесь, и найду то, к чему лучше всего приспособлена.
Джейд прошла недельную практику во всех отделах, которые были в компании: в отделе закупок, поступлений, дизайна, рекламы, продаж, распространения и общественных связей.
– Пожалуй, я остановлюсь на дизайне, – сказала Джейд Хербу, завершив круг. – В конце концов, по образованию я искусствовед. Так что хотелось бы начать с отдела оформления.
– Пустая трата времени, – отрезал Херб, не желая выслушивать никаких возражений. – Я ведь наблюдал за тобой. Это была хорошая идея – поработать на всех местах. Отличная идея. Так следовало поступить всем нашим управленцам. Иначе у них не будет полного представления о деятельности компании.
– Спасибо, – сказала Джейд, – но это не моя идея. Я просто использовала программу Савенна, приспособив ее к местным условиям.
– Вот этим ты и должна заняться, – решительно заявил Херб. – Я хочу, чтобы ты разработала учебную программу. Наша компания расширяется с каждым годом. Нам понадобятся новые люди, а их надо учить.
– Отец считает, что ты способна луну с неба достать, – гордо сказал Барри восемь дней спустя, когда у Джейд появились первые выпускники.
Она улыбнулась, но за улыбкой скрывалось смятение. Придя на работу в компанию, Джейд увидела мужа в ином качестве – и причиной тому был свекор. Херб Хартли демонстративно одергивал сына, поправлял его, спорил с ним в присутствии сотрудников и едва ли ни презрительно отметал все его предложения. Поведение Херба возмущало Джейд, ей безумно хотелось защитить Барри.
– Надо запустить три типа поздравительных карточек ко дню святого Валентина, – предложил Барри. – Красно-белую, красно-розовую и бело-розовую. В прошлом году люди охотно покупали разноцветные, если, конечно, их удавалось достать. Так что пусть выбор будет как можно шире. Думаю, не прогадаем.
– По-моему, прекрасная идея, – сказала Джейд, которая уже успела просмотреть отчеты о рыночном спросе. – Скажи отцу.
– Лучше ты скажи, – в последнее время Барри привык перекладывать на нее переговоры с отцом. – Как только дело доходит до продаж, он только тебя и слушает.
– Замечательная идея! – с воодушевлением воскликнул Херб, когда Джейд предложила выпустить ко дню святого Валентина разноцветные открытки.
– Да, только это не моя идея, – осторожно заметила Джейд. – Это Барри придумал.
– Ты умница, что говоришь так, только Барри в жизни не придумал ничего стоящего. – Херб словно делился с Джейд тайными сведениями о сыне. Привыкший считаться только со своими чувствами, Херб даже не замечал, насколько смущена – и возмущена – его словами Джейд. Он продолжал расточать ей похвалы, которые ей слушать было неприятно.
– Это замечательно, что ты так верна ему. Умница девочка.


Джейд всегда пыталась поддержать Барри.
– Ты – отличный бизнесмен, – сказала она ему, когда он нашел способ предварительной упаковки тарелок, салфеток и ножей, не повысив при этом себестоимости.
– А то я не знаю, – сказал Барри. – Вот только старик не хочет этого признавать.
– Теперь признает, – ответила Джейд. – Надо только сказать ему, что ты придумал.
– Да говорил я.
– Ну и… – Джейд считала, что Хербу никуда не деться, ему нужно только помочь понять, какой способный человек его сын.
– Он сказал, что любой бы справился с этим, – голос Барри звучал глухо и горько. – Ну, я послал его куда подальше.
– Барри! Это же твой отец!
– Плевал я на него. Он просто задавака, и я больше не намерен с этим мириться.
Однако же он примирился, а когда Джейд вновь заговорила на эту тему, Барри заметил, что в один прекрасный день компания перейдет к нему и смирение – не такая уж большая плата.
Впервые на памяти Джейд Барри упомянул о том, что он наследник дела. Прозвучало это так, будто он только и ждет, чтобы его отец умер. Слова Барри заставили Джейд содрогнуться.


По мере того как Джейд росла в глазах отца, Барри становился к ней все внимательнее. Утром он отвозил ее на работу, днем заходил вместе выпить кофе, вечером привозил домой. Повторялась история с «Савенном», но тогда они только поженились, и Джейд наслаждалась вниманием мужа, а теперь оно начинало казаться ей назойливым. Однажды, выходя от парикмахера, Джейд увидела машину Барри. Он дожидался ее.
– Я отвезу тебя на работу, – предложил он, открывая дверь.
– Мне хотелось бы прогуляться, – раздраженно ответила Джейд. Она повернулась к нему спиной и быстро зашагала прочь. Джейд знала, что он обиделся, чувствовала неловкость, но, в конце концов, может она немного побыть одна – пусть хоть по пути на работу.
– Почему ты меня оттолкнула, что я сделал тебе? – заговорил Барри в тот вечер. Выглядел он печальным, в глазах затаилась боль. – Мало того что старик смешивает меня с дерьмом. А теперь и ты… Ты ведь знаешь, что без тебя мне не жить.
– Извини. Извини, пожалуйста. – Джейд виновато обняла Барри. С одной стороны – хромота, с другой – постоянное недовольство отца, со всех сторон плохо, и Джейд искренне сочувствовала мужу. – Но, право, иногда так хочется побыть одной. Неужели ты не понимаешь?
– Конечно, понимаю, – нежно сказал он. – Но ты нужна мне. Действительно нужна, поверь мне.
Джейд и не сомневалась, и этот разговор они закончили в постели.
Она начала подумывать о том, что, может, им лучше уехать из Форт Уэйна и зажить совсем отдельно, подальше от Хартли и компании «Хартли». Но когда она вскользь упомянула об этом, Барри мгновенно ощетинился.
– Никогда! – Он прямо побелел от ярости. – Никогда! Настанет срок, и компания перейдет ко мне. Это мое наследство. И я никогда от него не откажусь.
И Джейд отступила – ведь она любила его, она была верна ему и, выходя замуж, обещала ему всегда быть вместе с ним.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мужья и любовники - Харрис Рут


Комментарии к роману "Мужья и любовники - Харрис Рут" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100