Читать онлайн Дикарь, автора - Хармон Данелла, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дикарь - Хармон Данелла бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.43 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дикарь - Хармон Данелла - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дикарь - Хармон Данелла - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хармон Данелла

Дикарь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Гарет проснулся как от толчка, перед самым рассветом. Сквозь раздвинутые шторы в комнату проникал слабый свет, где-то за окном пел черный дрозд. Он поежился от холода и натянул на себя одеяло, прикрыв плечи. В комнате было пусто, огонь в камине догорел, приятели давно разошлись. «Наверное, после того как я заснул, их выставил Люсьен», — подумал Гарет, не уверенный, благодарить ли за это брата или возмущаться его поступком. Ему вдруг вспомнились слова, сказанные вчера доктором: «Вам повезло, чертовски повезло, милорд. Еще полдюйма — и вы лишились бы ребра, а попади пуля чуть выше — легкого и, вполне возможно, жизни».
Мысль об этом здорово отрезвляла.
Рана оказалась гораздо менее опасной, чем он думал сначала, но он потерял много крови. Да черт с ней, с этой раной, подумал он и застонал. Сейчас его мучила адская боль в голове. «Но виновата в этом скорее не рана, а ирландское виски», — преисполнившись раскаяния, подумал Гарет.
И все же, если бы ему вновь пришлось пережить схватку с разбойниками, он бы поступил так же. Несмотря на жестокое похмелье и пульсирующую боль в области задетого пулей ребра, он был вполне доволен собой. На его лице заиграла глупая улыбка. Приятно, черт возьми, быть героем дня… а уж удовольствие, которое он получил, когда мисс Джульет Пэйдж пришла к нему, чтобы пожелать доброй ночи, и, наклонившись, прикоснулась прохладными губками к его лбу, не описать словами. Он вздохнул, откинулся на подушку и снова улыбнулся довольной улыбкой. Такой знак внимания говорил о том, что его одобряют.
Гарет не привык, чтобы его кто-нибудь одобрял.
Он закрыл глаза. Черный дрозд все еще пел за окном, и он, начиная снова засыпать, представил себе, как Джульет Пэйдж с благоговением смотрит на него, словно он отважный герой, раненный на поле брани, а она — посланный небом ангел милосердия.
Когда час спустя к нему в комнату зашел Люсьен, Гарет крепко спал… и все еще улыбался.


Великий герой проспал завтрак. К тому времени весть о нападении разбойников и отважном поступке Гарета распространилась по всей округе, и в замок начали поступать цветы, записочки и даже стихи, восхваляющие его подвиг.
Дикарь и раньше пользовался успехом среди дам, но никогда еще их восторженное отношение не проявлялось столь бурно, как в то чудесное апрельское утро. Узнав о его подвиге, о том, что он рисковал жизнью, спасая людей, и был «тяжело ранен», все женское население Беркшира пришло в неистовое волнение. Группа краснеющих от робости и хихикающих девиц из деревни принесла ему букет свежей сирени. Полдюжины роз принесли от леди Джейн Сноу, а следом появилась целая дюжина роз от ее сестры леди Энн. Коробку конфет и сочные апельсины прислала мисс Эми Вудсайт. Письма и записочки сыпались десятками. Мисс Салли Чилкот, такая же безмозглая, как и ее братец Нейл, разразилась восторженными стихами.
Люсьена все это раздражало, и, когда в очередной раз лакей вошел с посланием на серебряном подносе в столовую, где все они сидели за завтраком, он потерял терпение.
— Будет ли этому конец? — пробормотал он и в сердцах швырнул послание в кучу писем, растущую на столе перед пустым стулом Гарета.
Взяв чашку с кофе, он снова погрузился в чтение «Джентлменз мэгэзин»
type="note" l:href="#note_2">[2]
.
— Ну вскрой его, Люс, — капризно растягивая слова, сказал Эндрю, намазывая маслом кусочек хлеба. Он вытянул шею, пытаясь разобрать замысловатый почерк. — Посмотрим… Ага! Поэма, посвященная отважному лорду Гарету де Монфору. — Он презрительно фыркнул.
— Что бы там ни было написано, это предназначено только для Гарета! — заявила Нерисса, державшая Шарлотту на коленях. — Ты просто завидуешь Гарету… ведь не тебе уделяют столько внимания.
— Ошибаешься, милая сестричка. У меня есть дела поважнее, чем отбиваться от внимания назойливых особ женского пола.
— Не потому ли это, что назойливые особы женского пола не балуют тебя своим вниманием? — огрызнулась в ответ Нерисса.
— Они просто как дети, — снисходительно пробормотал герцог, не отрываясь от журнала.
Чувствуя себя неуютно, Джульет молча размешивала сахар в чашке с чаем. Она так и не поняла, почему во время вчерашнего разговора герцог так странно обошелся с ней, и до сих пор не знала, намерен ли он принять ее в семью и стать опекуном Шарлотты. Он еще не сказал об этом ни слова, и пока Нерисса не привела ее сюда завтракать, она его больше не видела, а следовательно, не имела возможности спросить об этом. Джульет хотела поговорить с ним с глазу на глаз. Здесь, за столом, в присутствии двух препирающихся друг с другом юнцов, разговор на эту тему казался ей неуместным.
Может быть, после завтрака она попросит уделить ей немного времени.
— Не беспокойтесь, мисс Пэйдж, — дружелюбно сказал Эндрю, не правильно истолковав причину обеспокоенного выражения лица Джульет. — Мы с сестрой живем как кошка с собакой. Боюсь, в нашем доме это в порядке вещей. Со временем вы к нам привыкнете.
Джульет взглянула на герцога. Интересно, уделит ли он ей время? Но он не сказал ни слова, продолжая читать.
— За Эндрю тоже бегали бы девушки, если бы он не сидел, уткнув нос в книги, а обращал побольше внимания на окружающий мир, — сказала Нерисса и добавила, обращаясь к брату:
— Расскажи ей об изобретении, над которым работаешь, Эндрю.
— Это пустяки.
Но Джульет заметила, как у Эндрю зарделись щеки.
— О каком изобретении идет речь? — поинтересовалась она.
Он пожал плечами и, наклонив голову, принялся с особым усердием намазывать маслом второй кусок хлеба.
— Я пытаюсь построить летательный аппарат.
— Летательный аппарат? — Джульет от удивления чуть не уронила чашку с чаем.
— Да, — сказал он, не поднимая головы и краснея еще больше. — Я понимаю, что это кажется безумной затеей, но если летают птицы, летают воздушные змеи, летают даже листья на ветру, то почему нельзя его изготовить?
— Это невозможно, — тихо сказал герцог, не отрываясь от журнала.
— Я так не думаю, — сказал Эндрю.
— Если бы Господь хотел, чтобы мы летали, он дал бы нам крылья, — сказал герцог, перевертывая страницу.
— Да, а если бы он хотел, чтобы мы бороздили моря, то дал бы нам плавники, — подхватила Нерисса. — Но он этого не сделал, поэтому нам пришлось изобрести корабли. Так почему нельзя изобрести летательный аппарат? Я считаю идею Эндрю заслуживающей внимания.
— А я считаю, что она просто смехотворна! — сердито обрезал сестру герцог, даже не потрудившись взглянуть на нее. — Эндрю — один из немногих студентов Оксфорда за последние двадцать лет, которые не предавались бражничеству и распутству, а серьезно учились. И ради чего? Ради изобретения летательного аппарата! Какая пустая трата полученных знаний! Какое никчемное расходование энергии чертовски неплохого мозга!
Глаза Эндрю вспыхнули гневом.
— Люсьен, это жестоко и несправедливо! — воскликнула Нерисса.
— Я говорю правду.
— Если бы люди, подобные Эндрю, не изобретали то, что другие считают невозможным, на свете не появилось бы ничего нового!
Эндрю, с грохотом отодвинув стул, выскочил из столовой, чуть не сбив с ног входившего в дверь слугу. Слуга и бровью не повел, когда Нерисса вскочила и бросилась вслед за рассерженным братом. Герцог же с невозмутимым видом продолжал читать журнал, как будто ничего не произошло. Он даже не сразу заметил слугу, принесшего еще одно послание на серебряном подносе, который держал в одной руке, затянутой в перчатку.
— Для лорда Гарета, ваша светлость.
Ни слова не говоря, герцог бросил записку в растущую гору на столе, и слуга бесшумно выскользнул из комнаты.
Люсьен поднял глаза и увидел Джульет, лицо которой выражало неодобрение.
— Я вижу, вы тоже считаете, что я жесток и бессердечен, — сказал он с печальной улыбкой. — Но Эндрю не может сосредоточить внимание на одном проекте, он разбрасывается, у него есть нехорошая привычка не доводить дело до конца. — Он отхлебнул кофе и ласково взглянул на Джульет. — Если я не буду его поддразнивать и подзадоривать, он никогда не сконструирует свой аппарат.
— Вы умеете манипулировать людьми, ваша светлость.
Вы всегда пользуетесь такими методами, чтобы заставить других вести себя так, как вам желательно?
На его губах снова появилась насмешливая улыбка.
— Я делаю это только тогда, когда необходимо, мисс Пэйдж. А теперь сделайте одолжение, отнесите эти письма Гарету. От их запаха у меня начинает болеть голова.


Джульет удалось найти среди бесчисленных комнат и коридоров широкую лестницу, ведущую наверх. Поднявшись на верхнюю площадку, она остановилась. Дверь в комнату Гарета была приоткрыта. Она ухватилась рукой за резные перила и с некоторым удивлением заметила, что ее сердце бьется вдвое быстрее, чем следует. Почему она так нервничает от того, что предстоит войти в его комнату? У нее немало других причин для беспокойства, более серьезных, чем примитивная женская реакция на необычайно красивого лорда Гарета де Монфора.
Например, планы герцога Блэкхитского.
Странно, что он послал ее с этим поручением, когда было бы более разумно — и, разумеется, более прилично! — поручить это одному из слуг. Это ее тревожило, потому что она подозревала, что герцог что-то затевает, хотя и не знала, что именно. Она своими глазами видела, как герцог Блэкхит дергает за веревочки и как люди, сами того не желая, танцуют под его дудочку. Она видела, как он манипулирует Эндрю, умышленно поддразнивая его и заставляя рассердиться. И с ней он проделал почти то же самое во время их беседы прошлой ночью. Герцог сам сознался в этом, но какими соображениями он руководствовался, Джульет не знала, да, по правде говоря, и не хотела знать. У нее не было ничего, что могло бы представлять интерес для Люсьена, ничего, что он мог бы хотеть получить от нее…
Пройдя по коридору, она остановилась возле приоткрытой двери и прислушалась. Тихо. Джульет робко толкнула дверь, с облегчением заметив, что она не скрипнула на хорошо смазанных петлях. Что греха таить, она нервничала. Крепко держа пачку писем во взмокшей "ладони, Джульет собралась с духом и бесшумно скользнула в комнату.
В комнате было неестественно тихо. Она огляделась вокруг, отыскивая место, чтобы положить письма, и старательно избегая смотреть в сторону кровати. На полу валялась подушка, чуть подальше — другая, третья. Наверное, Гарет сбросил их в беспокойном сне. Видимо, у него были сильные боли. Подняв глаза чуть выше, она увидела переливающийся золотым блеском полог, перехваченный малиновым шнуром с кистями, резное изголовье кровати, а на подушке — голову мужчины со встрепанной шевелюрой. Гарет был прикрыт одной тонкой простыней.
У Джульет запылали щеки. Она поспешно отвела взгляд, чувствуя, что вторглась туда, куда не следует, — в спальню мужчины! Надо поскорее положить куда-нибудь эти письма, хотя бы на комод, и бежать отсюда без оглядки!
Она уже двинулась в направлении комода, но подумала, что раненому придется встать с постели, чтобы взять их. Нечего делать, придется положить корреспонденцию на столик возле кровати. Только бы он не проснулся!
Она была готова задушить герцога Блэкхитского собственными руками за то, что он поставил ее в такое неловкое положение.
Прикрыв глаза рукой, как будто заслоняясь от солнца, Джульет осторожно двинулась к кровати, глядя вниз на носки своих туфелек, чтобы не смотреть на мужчину, который лежал в постели.
Краешком глаза она уже видела покрывало на кровати и старалась не поднимать глаз, но, как Пандору, открывшую запретный ларец, ее одолело любопытство, и она украдкой взглянула туда, куда ей глядеть совсем не следовало. На расстоянии вытянутой руки она увидела изгиб мускулистого плеча, обнаженный торс, перевязанный чистым белым бинтом, и очертания бедер и ног, ясно видные под легкой простыней…
В это мгновение он вздохнул и перевернулся на другой бок. Джульет замерла на месте, моля Бога, чтобы он не проснулся и не обнаружил здесь непрошеную гостью, которая, широко раскрыв глаза, наблюдала за ним. О Господи, только бы он не проснулся!
Она на цыпочках подошла ближе и положила пачку писем на мраморную столешницу прикроватного столика. Но она так нервничала и спешила, что задела рукавом письма, и они с тихим шелестом разлетелись по полу.
Мужчина, лежавший на постели, открыл глаза.
Джульет судорожно глотнула воздух.
Лорд Гарет улыбнулся и, сразу же заметив ее смущение, дал ей время прийти в себя. Он преувеличенно громко зевнул и пробормотал:
— М-м-м… вы все еще здесь… Хорошо…
— Хорошо? — ошеломленно переспросила она, мучительно покраснев и в замешательстве попятившись от кровати.
— Да, хорошо. Видите ли, ночью мне приснилось что-то странное. Мне приснилось, будто у моего брата есть милая маленькая дочь, в которой он продолжает жить.
Что прекрасная молодая женщина пришла в мою спальню и наблюдала за мной, пока я спал. Что Люсьен ее не отослал отсюда. — Он улыбнулся, глядя на нее теплым взглядом. — Теперь я понимаю, что, возможно, мне это и не приснилось.
— Я… я должна идти, — прошептала смущенная Джульет.
— Уже? Но я только что проснулся. Если вы уйдете, я могу обидеться. — Он сел в постели, опираясь спиной на подушки, потянулся, разминая мускулы, и снова с неподдельным удовольствием громко зевнул.
Потом он улегся на подушку, заложив руки за голову и открыв взору Джульет тренированные мускулы, что окончательно смутило Джульет. Она, покраснев, отвела взгляд.
— Как вам показался Люсьен, а?
— Ну, как сказать… Он довольно… — замялась она.
— С ним трудно говорить?
Она улыбнулась и пожала плечами, не желая отзываться плохо о брате Гарета.
— Он деспотичен? Груб, жесток, вспыльчив, неприятен?
Она заметила озорные искорки в его глазах.
— Да, но мне не хотелось бы говорить это.
— Почему бы и нет? Ведь все это правда. — Остатки сна слетели с него, взгляд стал острее. — Что он сказал относительно Шарлотты? Он намерен стать ее опекуном?
— Я не знаю. Он даже не намекнул, каковы его планы.
Гарет выругался вполголоса.
— Во время завтрака он не сказал ни слова, а лишь поддразнивал лорда Эндрю, а потом попросил меня отнести вам эти письма. Я старалась не разбудить вас, но… — Она покачала головой. — Мне очень стыдно.
— Почему?
— У меня нет привычки прокрадываться в спальню мужчины, тем более когда он там спит!
— Прошу вас, мисс Пэйдж, не уходите. Мне так приятно ваше общество.
— Но это неприлично!
— Неужели? Мне скучно. Надоело лежать. И мне больше не с кем поговорить.
— Вам не следует разговаривать со мной. Особенно когда вы лежите голый под этой простыней и…
Он удивленно приподнял брови:
— Как вы узнали, что я голый, мисс Пэйдж?
— Я не смотрела на вас, если вы это подумали!
— Напротив, вы смотрели… я имею в виду — в моем сне.
— Лорд Гарет!
Он рассмеялся, в голубых, как небо за окном, глазах запрыгали озорные искорки. Джульет смутилась, заметив неприкрытое влечение в его взоре, и отвела взгляд, почувствовав, как по телу прокатилась приятная теплая волна. Сама того не желая, Джульет улыбнулась. Ей нравился лорд Гарет. И она нравилась ему. Ей было приятно и то, что он сказал правду, и пылкое влечение этого мужчины к ней, которое она почувствовала.
— Скажите, чем вы занимаетесь? — спросила она, чтобы сменить тему на более безопасную.
— Занимаюсь?
— Да. Я имею в виду, что Чарльз был офицером, Эндрю мечтает стать изобретателем, Люсьен — герцог, а вы?
— Я? — Он, кажется, на мгновение растерялся. Разве могла она знать, что он подумал: «Я бесполезный прожигатель жизни. Паршивая овца. Позор семьи. Чем я занимаюсь? Бездельничаю». — Я… развлекаюсь, — сказал он, взглянув на нее из-под густых ресниц таким невинным взглядом и одарив такой обезоруживающей улыбкой, что она не могла не рассмеяться.
— И это все, что вы обычно делаете?
— Пока да. Хотя должен признаться, лежать в постели мне, наверное, быстро наскучит. Поэтому вы просто обязаны ежедневно навещать меня, мисс Пэйдж. Клянусь, я не буду скучать, если вы пообещаете приходить и развлекать меня.
Она рассмеялась, взяла пачку писем и легонько постучала ими по его бесстыдно обнаженной груди.
— Держите. Если вам скучно, то, надеюсь, это поможет вам скоротать время.
— Но у меня нет настроения их читать. Думаю, они все похожи. Достаточно прочесть одно, чтобы знать, что написано во всех остальных.
— Вы прочитали хоть одно?
— По правде говоря, нет. Во сне я многое могу делать, но только не читать.
Он все еще лежал, заложив руки за голову, и с игривой улыбкой смотрел на нее.
Она отвела взгляд в сторону и увидела, что комната полна цветов. Цветы были на комоде, на подоконнике, на письменном столе. Взглянув на них и на пачку писем, оставивших запах духов на ее ладони, Джульет почувствовала то, что можно было назвать ревностью, если бы для такого чувства были причины. Она едва знала лорда Гарета. И то, что ее связывали близкие отношения с Чарльзом, еще не давало ей права претендовать на какие-то особые отношения с его братом.
— Красивые цветы, — сказала она, чтобы что-то сказать, и украдкой вытерла ладонь о юбку, чтобы избавиться от запаха духов. — Вы, кажется, весьма популярны у дам, лорд Гарет?
— Вы так думаете?
— А вы?
Он пожал плечами, скромно признавая, что, мол, да, так оно и есть, но в данный момент это не имеет никакого значения.
— А ваш брат тоже пользовался успехом у дам? — спросила она.
— Кто? Чарльз?
— Ну конечно.
Он обвел ее лицо еще более потеплевшим взглядом:
— Видимо, он пользовался успехом по крайней мере у одной прекрасной леди.
У нее вспыхнули щеки, и она опустила глаза, пряча улыбку.
— У Чарльза, конечно, были поклонницы. Но он был человеком честолюбивым, целиком отдавая себя сначала учебе, потом военной карьере, так что бегать за юбками ему было некогда. По крайней мере он так говорил. Все дело в том, что наши родители — и, конечно, Люсьен — безупречно организовали его жизнь, а он был не из тех, кто восстает из одного лишь духа противоречия.
— Понимаю… Герцог намекнул, что Чарльз был обещан кому-то другому.
— Он был обещан еще до того, как появился на свет.
., Но это, разумеется, не означает, что у него были какие-то чувства к этой девушке.
— А как насчет вас? Будучи предполагаемым престолонаследником, вы тоже связаны, каким-то обязательством?
Он усмехнулся:
— Дорогая мисс Пэйдж, я как раз отношусь к тем людям, которые восстают из одного лишь духа противоречия. Если я когда-нибудь женюсь, то это будет мой выбор, а не Люсьена.
— Понятно… Я почему-то не могу себе представить, что вы послушно следуете курсом, который проложил для вас Люсьен или кто-нибудь другой.
— Еще бы! Но это еще не значит, что он не пытается настоять на своем. — Гарет все еще нежно смотрел на нее, но улыбка постепенно угасла, сменившись выражением сочувствия и понимания. — Вы все еще тоскуете по нему, да?
Улыбка на ее лице тоже завяла. Она задумчиво посмотрела в окно на зеленые холмы.
— Мне кажется, я всегда буду горевать о нем, лорд Гарет. — Джульет помедлила, обратив взгляд к молочно-голубому горизонту, и унеслась мыслями в Бостон, к тому ужасному дню в апреле прошлого года. — Я все еще отчетливо помню ту ночь, когда в последний раз видела его живым. Какое радостное было у него лицо, когда я сообщила ему, что жду ребенка, а он опустился на одно колено и попросил меня выйти за него замуж! Я так и запомнила его стоящим передо мной на одном колене со склоненной головой при свете свечи, который отражался в его золотистых волосах.
— Приятно, что последнее воспоминание о нем так красиво.
— Я знаю. Иногда я даже благодарна судьбе за то, что мне не пришлось видеть его мертвым. Хотя иногда это тяжелее… понимаете, как будто не поставлена последняя точка. Мне так и не пришлось поплакать над его телом, попрощаться с ним. И это до сих пор вызывает боль.
Страшно тяжело утратить любимого человека, но еще тяжелее, когда теряешь его внезапно, даже не имея возможности попрощаться с ним.
— Да… я понимаю, что вы имеете в виду. — Он на мгновение замолчал, погрузившись в свои печальные мысли, созвучные ее воспоминаниям, горюя о брате, чего не смог, а возможно, не пожелал сделать ни один человек по другую сторону Атлантики.
Это неожиданно сблизило ее с ним. Сроднило.
— Вам тоже его не хватает…
— Постоянно.
— Вчера ваша сестра поместила меня в его комнате.
Вам, наверное, покажется глупым, но я думала… надеялась, что каким-нибудь образом почувствую его присутствие там.
— И почувствовали?
— Нет, — призналась она, задумчиво глядя в пол.
— Не знаю, утешит ли это вас, — помедлив, сказал он, — но я тоже никогда не чувствовал там его присутствия.
— Значит, и вы бывали там в надежде снова приблизиться к брату?
— Много раз, — ласково улыбнувшись, ответил он. — Должен сказать, мисс Пэйдж, я очень рад за своего брата, любившего женщину, которая и через год после его смерти остается верной его памяти. — Взгляд его погрустнел. — Это, конечно, хорошо для Чарльза, но не для женщины, которую он покинул. Вы должны продолжать жить, мисс Пэйдж. Уверен, что он сам хотел бы этого.
— Знаю… Мне это вполне удавалось, пока я не встретила вас, — призналась она. — Ваше необычайное сходство с ним всколыхнуло во мне воспоминания.
— Но между мной и Чарльзом существует только внешнее сходство, — сказал Гарет, снова одарив ее своей теплой улыбкой, от которой появлялись ямочки на щеках, а у нее замирало сердце. — Если вы узнаете меня получше, мисс Пэйдж, то поймете, что я совсем не похож на Чарльза.
Натянув на себя простыню, он попытался взять стакан и бутылку, стоявшие возле пачки писем на мраморной столешнице. Не дотянувшись до стакана примерно четырех-пяти дюймов, он поморщился и, побледнев, снова откинулся на подушку.
— Позвольте помочь вам, — сказала, испугавшись за него, Джульет.
— Со мной все в порядке, просто немного болит бок, — усмехнувшись, сказал Гарет. — Наверное, действие ирландского виски прошло. Все начинает болеть.
Она подобрала разбросанные по полу подушки.
— Вижу, вы провели беспокойную ночь.
— Бывало и хуже. Иногда случалось просыпаться и от более сильной боли, чем сейчас. Извините, мисс Пэйдж, не нальете ли вы мне немного виски? Мне самому трудно…
— Да, да, конечно, — засуетилась она, ругая себя за то, что не сообразила сделать это и ему пришлось тянуться самому. Она до краев наполнила стакан, пытаясь загладить оплошность, и подала ему. Их пальцы случайно соприкоснулись. Он улыбнулся, а Джульет непроизвольно вздрогнула, наблюдая, как он привычным движением опрокидывает в себя крепкий напиток. Допив до конца, он вернул ей стакан. Щеки его немного порозовели.
— Уже лучше. Спасибо.
Она снова наполнила стакан.
— Не хотите ли, чтобы я взбила подушки?
— Еще бы! Очень хочу.
Джульет собрала с пола остальные подушки и осторожно подсунула их под его левый бок. Гарет, стараясь помочь ей, наклонился вперед, чтобы она могла подложить пару подушек ему под спину. Взбивая подушки, она не могла удержаться и взглянула на его словно созданную скульптором спину с рельефными мускулами и широкими плечами. Как только он начал укладываться на подушки, она поспешно отдернула руку, опасаясь, что прикосновение к его теплой коже вызовет в ее теле вспышку возбуждения.
Опустившись на взбитые подушки, он глубоко вздохнул от удовольствия. Она протянула ему полный стакан, и глаза его вспыхнули благодарностью. Но было в его взгляде еще что-то такое, отчего Джульет покраснела.
Сейчас, когда уже не решался вопрос жизни и смерти, как прошлой ночью, когда закончился разговор о Чарльзе и внимание хочешь не хочешь сосредоточилось на них двоих, между ними возникла какая-то неловкость. Так случается, когда двоих людей влечет друг к другу, но они недостаточно хорошо знают друг друга, чтобы открыто признать это.
По крайней мере с ней все происходило именно так.
А вот Гарет, кажется, чувствовал себя совершенно свободно, и это не зависело от того, находился ли он под воздействием виски или нет.
— Мне, наверное, пора идти, — сказала Джульет.
— Очень жаль. — Он поднес к губам стакан и внимательно поглядел на нее поверх его края. — Нельзя ли уговорить вас остаться?
— Нет. Но, если хотите, я зайду к вам позднее. Принесу вам ужин или еще что-нибудь…
— Правда? Мне очень хотелось бы этого. Ведь скука может заставить меня читать эти письма, тогда как я, мисс Пэйдж, предпочел бы провести время с вами, — улыбнулся он, — и с Шарлоттой, если вы ее принесете.
— Я принесу ее.
— Отлично. Буду рад познакомиться поближе с моей племянницей и с ее очаровательной мамой. Когда придете, вы мне расскажете об Америке, о своем путешествии через океан и обо всем прочем. И еще я хочу получить подробный отчет о том, как обращается с вами Люсьен.
— Вы его получите, лорд Гарет. — Она отобрала у него пустой стакан и поставила на стол. — Но не сейчас.
Сейчас вам нужно отдохнуть.
— Да… боюсь, что у меня нет выбора, учитывая то, как на меня подействовало виски. Обычно, чтобы так развоеваться, мне недостаточно трех стаканов, но во всем виновата потеря крови. Я почти лишился сил…
— Откуда мне знать? — улыбнулась она и осторожно натянула простыню на его грудь. Он улыбнулся ей сонной улыбкой, довольный тем, что она суетится вокруг него, благодарный за внимание, как и подобает мужчине, чувствующему себя легко и свободно в компании женщины.
— Спасибо, — пробормотал он, закрывая глаза. — Надеюсь увидеть во сне… что-нибудь приятное.
Она покраснела, поняв, на что он намекает, и, не сказав больше ни слова, направилась к двери.
— И еще, мисс Пэйдж, — добавил он вслед, — в этом доме… довольно угнетающая атмосфера. Мне ли не знать, что за человек Люсьен и как одиноко вы себя, должно быть, чувствуете вдали от всех и всего, знакомого и любимого. Запомните, если вам вдруг станет здесь невыносимо и захочется бежать на край света от всего этого, вы знаете, где меня найти.
Его слова тронули ее до глубины души. Она поняла, что в этом странном чужом доме она нашла первого настоящего друга, и едва сдержалась, чтобы не расплакаться.
— Спасибо, лорд Гарет.
— М-м… не стоит благодарности, мадам, — засыпая, пробормотал он.


Гарет проспал время ужина, но не только потому, что отдых требовался раненому для восстановления сил, а прежде всего потому, что он влил в себя такое количество виски, которое могло бы уложить наповал любого привычного к попойкам английского джентльмена.
Вечером, когда он наконец открыл глаза, в полумраке комнаты было тихо и только одинокая фигура человека вырисовывалась на фоне опускающихся за окном сумерек.
— Ага. Вот и наш доблестный рыцарь просыпается.
Гарет чертыхнулся и протер глаза.
— Люсьен!..
— Надеюсь, ты чувствуешь себя лучше?
— Я чувствую себя хорошо. — Он зевнул, лениво потянулся, но вдруг, что-то вспомнив, резко спросил:
— Где она?
Люсьен театральным жестом обвел комнату, где, казалось, каждая плоская поверхность, словно клумба, расцвела цветами.
— Где кто?
— Не играй со мной в свои игры. Ты, черт возьми, прекрасно знаешь, о ком я говорю.
— А-а, ты, наверное, имеешь в виду мисс Пэйдж. Она внизу, в Золотой гостиной с Нериссой и Эндрю. Они играют с Шарлоттой. Ай-ай-ай, Гарет! Неужели ты подумал, что я ее прогнал?
— Почему бы мне так не подумать? С тебя станется.
— Может быть, — кротко улыбнулся Люсьен.
— Что за дьявольскую игру ты затеял на сей раз? — пробормотал Гарет, садясь в постели и хватаясь руками за пульсирующие от боли виски. — Ты намерен напугать ее, чтобы она сама уехала? Чтобы она без оглядки бежала отсюда в Бостон? Или, может, ты задумал что-нибудь похуже?
Люсьен поднял брови, изобразив на физиономии святую невинность и удивление.
— Ах, Гарет, Гарет! Ты обижаешь меня недоверием.
Не такое уж я чудовище, как ты считаешь. Посмотри, я даже сам принес тебе чай.
— Ты играешь людьми, Люсьен. Я не позволю тебе проделать это с ней.
— Мой дорогой мальчик, я не планирую ничего подобного. — Герцог щелчком сбил пылинку с безупречно чистого черного бархата рукава. — К тому же эту девушку не так-то просто запугать. Ты это сам знаешь.
— Ты не можешь отослать ее отсюда.
— Если придется, я сделаю это.
— Я этого не допущу.
— У тебя не будет выбора. Я не слепой, Гарет. Я вижу, как ты бросаешься на ее защиту, и мне кажется, что ты уже наполовину влюблен в нее. Не пойми меня не правильно. Мне нравится эта девушка. Мисс Пэйдж природа одарила и красотой, и смелостью, но она провинциалка низкого происхождения, а ты — предполагаемый престолонаследник в герцогстве, хотя я и не перестаю горевать из-за этого. — Он испустил нарочито тяжелый вздох. — О, как бы было хорошо, если бы вместо тебя следующим претендентом на герцогский титул был Эндрю!
— Не читай мне нотаций, Люсьен. Я не в настроении их выслушивать.
— Ничего другого я и не ожидал. У тебя для этого никогда не бывает настроения. Но у тебя будет над чем поразмыслить, пока ты валяешься в постели со своей пустяковой царапиной и пожинаешь незаслуженные лавры героя, отличившегося на поле брани. — Он не обратил ни малейшего внимания на проклятия Гарета. — Отошлю ли я назад мисс Пэйдж, мой дорогой мальчик, зависит от тебя.
— О чем, черт возьми, ты говоришь?
Тон Люсьена утратил свою насмешливость и стал более жестким:
— Тебе известно, как я относился к намерению Чарльза жениться на женщине значительно ниже его по происхождению, и можешь догадаться, что я чувствую, когда вижу, что ты тоже готов влюбиться в эту девушку. Я позволю остаться в Блэкхите ей и ребенку. Но если я замечу, что ты провожаешь ее взглядом, когда она выходит из комнаты, или бегаешь за ней по пятам, словно какой-нибудь молокосос, я отошлю ее прочь. — На его губах снова появилась кроткая улыбка. — Разумеется, я сделаю это ради твоего же блага.
— Пропади ты пропадом, Люсьен, какое ты имеешь право указывать, что я могу, а что не могу делать! Мне уже двадцать три года, а не пятнадцать лет!
— Как раз с этим связана вторая часть моего условия, — невозмутимо продолжил герцог.
— Разве не достаточно первой?
— Не достаточно. — Герцог встал — собранный, возмутительно спокойный. — Как ты сам только что изволил заметить, дорогой мальчик, тебе двадцать три года.
Пора бы тебе вести себя в соответствии со своим возрастом. Я хочу, чтобы отныне ты вел себя как подобает образованному молодому джентльмену, основному претенденту на герцогский титул, — вкрадчиво продолжал он. — Больше не должно быть никаких дурацких выходок, никаких ребяческих проказ, пьяных дебошей или прочего вздора.
Стоит тебе сделать один неверный шаг, Гарет, и девушка уедет. Я предупреждаю тебя. Ты меня понял?
Люсьен впился взглядом своих черных глаз в помрачневшие глаза Гарета.
— Иди ты к дьяволу, — угрюмо пробормотал Гарет.
— Хорошо. Вижу, ты все понял. В таком случае доброй ночи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Дикарь - Хармон Данелла



Очень понравилась книга. легко читать. не х
Дикарь - Хармон ДанеллаВалентина
27.08.2012, 12.53





Супер!!! Очень понравилось, такие романы очень редко удается найти. Спасибо автору. 10+.
Дикарь - Хармон Данелламария
28.08.2012, 14.43





Легко читать но ничего особого 8/10
Дикарь - Хармон ДанеллаVita
21.03.2014, 18.32





PS влюбленный холостяк и убежденный холостяк тоже из этой серии
Дикарь - Хармон ДанеллаVita
21.03.2014, 18.43





НАЧАЛО ЗАИНТРИГОВАЛО, ЗАГЛЯНУЛА В ЭПИЛОГ..ЧИТАТЬ РАСХОТЕЛОСЬ СРАЗУ ПОСКОЛЬКУ НЕТ ПРОДОЛЖЕНИЯ(((((
Дикарь - Хармон ДанеллаВАЛЕНТИНА
21.03.2014, 20.12





В целом книга ничего,легкий язык и слог, но вот...остался осадок, что-ли...Все думаю, что дальше???? Г-ня родила от погибшего брата г-я, вышла за г-я, он же младший брат погибшего, и в итоге погибший брат жив....Ну и как теперь быть-то, как дочке объяснять, что этот папа-не папа, а родной дядя-это папа. А если не объяснять, то жаль Чарльза - он лишился дочки, хотя в любом случае лишился. Винегрет какой-то, не мой сюжет.Уж лучше бы Чарльз оставался погибшим, либо не спал с Джульет. Всю книгу отдыхала, а тут в конце - такой облом((((
Дикарь - Хармон ДанеллаПесня
21.03.2014, 21.45





Вроде бы книга нормальная , хотя есть неувязки.В самом начале , когда гл.герой спас пассажиров , с чего вдруг героиню попросили поехать с ними к герцогу.Понятно , что без этого не продолжилась бы сюжетная линия , но можно же было как - то логичнее и правдоподобнее свести их.И что за нелепое окончание ? Если есть продолжение , тогда еще ладно . Иначе идиотскую концовку ничем не оправдать .
Дикарь - Хармон ДанеллаДиана
22.03.2014, 12.50





Вроде бы книга нормальная, хотя есть неувязки.В самом начале, когда гл.герой спас пассажиров, с чего вдруг героиню попросили поехать с ними к герцогу.Понятно, что без этого не продолжилась бы сюжетная линия, но можно же было как - то логичнее и правдоподобнее свести их.И что за нелепое окончание? Если есть продолжение, тогда еще ладно. Иначе идиотскую концовку ничем не оправдать. rn rnДианаrnпредыдущий комментарий исправлен
Дикарь - Хармон ДанеллаBlood
22.03.2014, 13.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100