Читать онлайн Пылкий романтик, автора - Хантер Мэдлин, Раздел - Глава 29 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пылкий романтик - Хантер Мэдлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пылкий романтик - Хантер Мэдлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пылкий романтик - Хантер Мэдлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хантер Мэдлин

Пылкий романтик

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 29

– Значит, это ты рассказала мистеру Найтриджу о нашей находке в шкафу графа? – спросила Пен. Впрочем, слова ее прозвучали скорее утверждением, а не вопросом.
Они с Шарлоттой стояли перед зданием суда, поджидая Джулиана. Любопытствующие уже начинали расходиться, однако многие еще толпились вокруг мальчишки, продававшего бюллетень с последними новостями о неожиданном освобождении Джулиана. Какие-то бойкие журналисты уже успели его отпечатать.
Признание судьей своего поражения не было, правда, последним словом суда по поводу Джулиана. Старый крючкотвор, желая предпринять последнюю попытку реванша, потребовал голосования присяжных. И слава Богу, большинство из них высказалось в пользу невиновности Джулиана. После этого Джулиану осталось лишь пройти пару небольших формальностей, необходимых для того, чтобы получить официальное освобождение. Но скоро он должен выйти. Пен не могла дождаться его.
– Разумеется, – усмехнулась Шарли, – я ему рассказала. Ты не учитываешь, что первый обыск производили сразу же после того, как графа обнаружили мертвым, то есть до того, как ты рассказала всему свету о его нездоровых развлечениях. Неудивительно, что тогда им и в голову не могло прийти, что они могут обнаружить у графа нечто подобное. Стало быть, ничего подобного они и не искали. Теперь же, когда в свете только и разговоров что о проделках Глазбери, я решила, что если Найтридж продемонстрирует всем «игрушки» графа, то твой Джулиан может считать себя свободным.
– Блестящий ход, Шарли! Но согласись, что и Найтридж неглуп. Ловко он все-таки загнал этого судью в угол!
Шарлотта поморщилась.
– Я думаю, судьи не любят его еще больше, чем я, если он каждый раз подобным образом оставляет их в дураках!
Открылась дверь, и из-за нее показалась адвокатская мантия.
– Вот он! – шепнула Пен. – Надеюсь, хоть при нем, Шарли, ты будешь соблюдать приличия! Я все-таки обязана ему освобождением Джулиана!
– Ты преувеличиваешь его роль. По сути дела, он лишь воспользовался тем, что сделали ты, я и сеньора Перес. Без нас Найтридж вряд ли бы смог защитить Джулиана. Признаться, я не ожидала, что сеньора Перес встанет на нашу сторону! Что это вдруг ее подвигло? Слава Богу, муж ее оказался человеком понимающим, если позволил ей выступить с подобными заявлениями перед всем светом.
Пен хотелось еще кое-что оказать о сеньоре Перес, а также с ней поговорить. Но все это она сделает потом. Сегодняшний день она будет только с Джулианом.
Найтридж уже вышел на крыльцо. Рядом с ним стоял Джулиан. Все беды наконец позади!
Джулиан посмотрел на небо, словно наслаждаясь запахом свободы. Он закрыл глаза, очевидно, желая сосредоточиться. Он снова был тем мистером Хэмптоном, каким привык его видеть свет, – холодным, неразговорчивым, замкнутым в себе.
Пока не увидел Пен.
Глядя на нее, Джулиан уже не мог оставаться холодным и бесстрастным. Пен смотрела на Джулиана, читая в его глазах все, что ему пришлось пережить за эти дни: и страх перед казнью, с которым он боролся в тюремной камере, и радость неожиданного освобождения, и твердую решимость спасти Пен, пусть даже ценой собственной жизни.
Найтридж что-то говорил ему, но Джулиан не слышал его слов, не замечал и сотен любопытных глаз, смотревших на него в ожидании каких-нибудь новых сенсаций.
Джулиан уже бежал навстречу Пен, и она побежала к нему.
Пен пригласила Джулиана в свой дом.
Он, казалось, все еще не осознавал до конца своей свободы. События повернулись как-то совсем уж неожиданно. Джулиан был как в бреду. Ощущение свободы кружило ему голову. К тому же он чувствовал себя очень уставшим, не столько физически, сколько морально.
Пен усадила его за стол и приказала слугам принести бренди, а затем приготовить ванну.
– Надеюсь, – усмехнулась она, наливая себе и Джулиану, – ты никому не расскажешь, что я пью такие крепкие напитки? Мне просто надо прийти в себя после всего того, что я пережила.
Джулиан осушил бокал и почувствовал, что понемногу приходит в себя. По жилам его разливалось блаженное тепло. Он понял, что снова вернулся в нормальный мир.
Пен сидела на диване и потягивала бренди маленькими глотками. Она выглядела очень спокойной и счастливой.
Джулиану вдруг пришло в голову сказать Пен одну вещь. Он не был уверен, стоит ли. Но на всякий случай решил оправдаться.
– Пен, – произнес он, – надеюсь, ты веришь, что на самом деле я ни разу не был у сеньоры Перес, тем более той ночью?
– Разумеется, верю, Джулиан! – поспешила уверить она его.
– И я понятия не имею, что вдруг заставило ее выступить с подобными показаниями. Она мне ровным счетом ничем не обязана, а тут вдруг взялась защищать меня.
– Может быть, – прищурилась Пен, – она просто влюблена в тебя? – Пен поставила бокал на столик и подошла к Джулиану. – Как бы то ни было, я благодарна этой женщине. Чувствую себя обязанной выразить ей свою благодарность лично. Но не сегодня. Сегодняшний день я хочу посвятить немножко другим вещам. – Она игриво посмотрела на него. – Иди ко мне, Джулиан!
Пен взяла его за руку и вывела из комнаты.
– Куда мы идем? – удивился он.
– Туда, где я о тебе позабочусь. И не говори мне, что это неприлично. Сегодня я хочу быть нехорошей девочкой!
– Что ж, – усмехнулся Джулиан, – ведь о нашем романе знает целый свет! И в этом тоже, оказывается, есть свои преимущества. Поскольку и так уж все всё знают, мы можем ничего не бояться и позволить себе все, что хотим!
– Я это давно поняла.
Пен привела Джулиана в свою спальню.
Неприличным было то, что Пен предлагала заняться любовью среди бела дня, когда слуги не спят и догадываются обо всем. Но об этом он скажет ей позже. Сейчас Джулиану самому хотелось забыть на время обо всех приличиях, законах и правилах.
Ванну Пен распорядилась поставить прямо в спальне, у камина. Под нее подстелили большую холстину, чтобы не намочить ненароком ковер.
– Я думаю, тебе хотелось бы принять ванну, – сказала она, – чтобы смыть, так сказать, все неприятные воспоминания прошлой недели.
Джулиану и самому казалось, что он все еще пахнет тюрьмой. Если не в прямом, то по крайней мере в переносном смысле. Правда, в последнем случае ванна ему мало поможет, но принять ее все равно было бы приятно.
Джулиан сел и начал снимать ботинки.
Щелкнул замок. Джулиан обернулся. Нет, Пен не ушла. Заперла дверь изнутри.
Пен подошла к нему и положила руки на грудь, под фрак.
– Я сказала, что я хочу позаботиться о тебе. Ты, наверное, решил, что буду заботиться, как мать?
– Нет, – улыбнулся он, – я понял, что ты имела в виду. Скажем так, это немножко другое!
– Это тоже будет, – пообещала она. – Но сначала я все-таки позабочусь о тебе, словно мать.
Она стянула с него фрак и начала развязывать галстук.
Джулиан закрыл глаза и положил голову на роскошную грудь Пен. Ласки ее рук уже начинали возбуждать его.
Под тонкой тканью платья прорисовывался возбужденный сосок. Джулиан поцеловал его. Улыбнувшись, Пен начала расстегивать пуговицы его жилета.
С каждым новым ее прикосновением страсть Джулиана разгоралась все сильнее.
Расстегнув жилет и сняв его с Джулиана, Пен принялась за манжеты и ворот его рубашки.
Джулиан с восхищением посмотрел на Пен. В глазах ее играли лукавые огоньки. Ей явно нравилось раздевать его.
– Извини, дорогой, – улыбнулась она, – тебе придется встать, иначе я не смогу —
Пьянящее ощущение обретенной свободы усиливало страсть Джулиана. В том, что Пен раздевала его не только и не столько для ванны, не было уже никакого сомнения.
Пен начала расстегивать пуговицы его брюк, но ей мешало то, что Джулиан был уже возбужден до крайней степени.
– Тебе помочь? – спросил он.
– Не надо, сама справлюсь. Я столько дней, пока ты сидел, мечтала об этом, что теперь меня уже ничто не остановит.
Наконец все пуговицы были расстегнуты. Брюки скользнули вниз.
– Тебе точно не нужна моя помощь? – усмехнулся он.
– Ну хочешь, поцелуй меня. Это мне поможет. А то я вес же немножко стесняюсь. Мне хотелось быть бесстыжей соблазнительницей, а вместо этого я краснею, словно девственница, которой предстоит в первый раз...
Он притянул ее к себе и поцеловал.
– Что касается соблазнительности, Пен, то здесь ты можешь быть спокойна! Ты возбуждаешь меня до крайней степени!
Он снова поцеловал ее. Но если первый поцелуй был нежным, почти робким, то второй – страстным, хотя, разумеется, не грубым. Язык его скользил у нее во рту, проникая в самые укромные места. Джулиан едва мог побороть искушение подхватить Пен на руки и отнести на кровать, но он не стал пока этого делать хотя бы потому, что со спущенными брюками ему было трудно идти.
Они едва перевели дыхание после долгого поцелуя, как уже губы Пен начали скользить по шее Джулиана, по груди, спускаясь все ниже. Джулиану казалось, что от каждого прикосновения ее губ по его телу пробегали электрические искры.
Пен вдруг встала перед ним на колени. Это поразило Джулиана. Пен, в конце концов, дочь виконта и вдова графа. И по своей воле вряд ли когда-нибудь встала на колени перед кем бы то ни было, разве что, может быть, перед королем.
– Я польщен, моя леди! – воскликнул он.
Пен начала целовать его ногу, бедро и, наконец, поцеловала его так, что Джулиану показалось, будто весь мир взорвался мириадами искр. Взяв ее за руки, Джулиан помог ей подняться. Затем он вошел в ванну.
– Не остыла еще? – спросила Пен.
– Нет. Впрочем, – усмехнулся он, – если бы и остыла, не беда. От нашей страсти она наверняка бы не то чтобы нагрелась, но, боюсь, раскалилась!
Джулиан начал намыливаться. Знала бы Пен, как подействовал на него ее последний поцелуй!
Пен склонилась над ванной, чтобы помочь ему.
– Ты намочишь платье!
– Пускай. Я не думаю, что вода и мыльная пена его испортят.
– Лучше все же не экспериментировать.
Пен, разумеется, поняла: Джулиан хочет, чтобы она сняла платье. И отнюдь не потому, что беспокоится за его сохранность. Потянувшись к ней, Джулиан начал одну за другой расстегивать пуговицы на платье.
– Ты, кажется, хотела быть соблазнительной, Пен! – усмехнулся он. – Так будь!
Пен оказалась без платья. Она поднялась, чтобы расстегнуть корсет.
– Если не хочешь, чтобы твоя одежда намокла, разденься там, где лежит моя одежда. – Он указал на стул.
Пен поняла, что Джулиан опять же не столько беспокоится за ее одежду, сколько хочет полюбоваться ею.
Джулиан смотрел на нее. Пен действительно выглядела весьма соблазнительно, расстегивая корсет.
– Мне нравится, как ты смотришь на меня, Джулиан, – проговорила она. – Когда ты на меня так смотришь, мне начинает казаться, что я и впрямь чертовски соблазнительна!
Пен нарочно, чтобы подразнить Джулиана, снимала корсет и нижние юбки как можно медленнее. Джулиан смотрел, как дюйм за дюймом обнажается ее крепкая молочно-белая грудь. Сколько раз, пока он был разлучен с Пен, в своих мечтах он целовал эту грудь! Изящная, гибкая талия, округлые бедра. Наконец-то Пенелопа стояла перед ним совершенно нагой, если не считать белых шелковых чулок. Это было прекрасное видение самой женственности.
Реакция Джулиана на ее прелести, явственно читавшаяся в его глазах, придавала Пен смелости. Легкой эротичной походкой Пен прошла к ванне. До сих пор Джулиану казалось, что он возбужден до крайности. Теперь же он с удивлением обнаружил, что это еще не предел. Когда она подошла к нему ближе, Джулиан взял ее за руку и притянул к себе.
Пен ответила на его поцелуй с такой страстностью, словно много лет не целовала его.
Она обняла его за плечи. Грудь ее была всего в нескольких дюймах от него. Он поцеловал сначала одну, потом вторую, языком лаская розовый сосок. У Пен перехватило дыхание. Это очень нравилось Джулиану.
– Джулиан! – прошептала она. – Теперь я, пожалуй, всю ночь не засну, вспоминая, как мы с тобой занимались любовью!
Она дотронулась до его лица, останавливая его.
– Джулиан, готова целоваться с тобой хоть до бесконечности, но я, кажется, обещала о тебе позаботиться! К тому же я еще не совсем разделась.
Пен поставила ногу на край ванны, рядом с плечом Джулиана, и медленно начала стягивать чулок.
Джулиан уже был возбужден настолько, что малейшее промедление стало бы для него пыткой. Не дожидаясь, пока Пен стянет чулки, он притянул ее к себе, и, раздвинув ее ноги, коснулся губами трепещущей розовой плоти.
Целый фейерверк приятных ощущений взбудоражил все ее существо.
– Ты чертовски соблазнительна, Пен! – повторил он.
– В данный момент скорее ты соблазняешь меня. Хочешь поцеловать меня там?
– Да. Это тебя шокирует?
– Немного.
Поцелуй продолжался недолго. Поднявшись во весь свой рост, даже не потрудившись вытереться полотенцем, Джулиан подхватил ее, словно пушинку, и понес на кровать. Бережно опустив ее, Джулиан с минуту смотрел на ее восхитительное нагое тело, казавшееся еще привлекательнее в лучах приглушенного света, лившегося из окна. Но вскоре уже он был рядом, он был в ней. Их тела двигались в древнем, как мир, ритме. В целом мире словно не было никого и ничего – только двое и их всепоглощающая страсть.
Пен проснулась в объятиях сильных и нежных рук Джулиана. За окном едва брезжил рассвет. Пен не спешила вставать. Она неподвижно лежала, прислушиваясь к ровному, словно обволакивающему ее какой-то пеленой дыханию Джулиана, мерному биению его сердца.
Улыбнувшись про себя, Пен подумала о том, что в сексе с Джулианом каждый раз для нее было что-то новое. И каждый раз это было связано с пьянящим чувством свободы. Так было в день их первой близости. Тогда вокруг были только небо и море. Так было и вчера. Этот день принес им полную и долгожданную свободу, вслед за ним наступила восхитительная ночь.
Впрочем, дело было не только в этом. Вчера они впервые занимались любовью ради любви. Не ради утешения Пен, как тогда в гостинице. Не ради того, чтобы спровоцировать графа Глазбери на развод. А просто потому, что они любили друг друга.
Пен поняла, что Джулиан неизменно любил ее все эти годы! Можно сказать, всю жизнь. Он был влюблен в нее еще с подросткового возраста. Любил безмолвно, безропотно. Другой бы на его месте отослал эти письма по назначению, добиваясь ее любви, предлагая ей бурный роман, соблазнительный своей запретностью. Или сделал бы эти стихи достоянием всего света, изображая из себя несчастного влюбленного с пылким сердцем. Джулиан не сделал ни того ни другого. И это, как ничто иное, говорило об искренности его чувств. Пожалуй, это было самое приятное открытие для нее.
Джулиан мог бы давно обратить внимание на какую-нибудь другую женщину, которая ответила бы ему взаимностью. Он предпочел остаться безмолвным платоническим рыцарем, защищающим свою даму, не требуя ничего взамен.
Джулиан слегка поморщился от солнечного луча, попавшего на его лицо. Рука его потянулась к Пен. Он неосознанно пытался убедиться, что это не мираж и что она действительно рядом с ним.
Через пару секунд он уже вполне проснулся. Во всяком случае, глаза его были открыты и смотрели на Пен; тем не менее объятий он не разжимал, да Пен и сама не хотела этого.
Джулиан поцеловал ее в лоб.
– Ну что? – ласково спросил он. – Каковы твои планы на сегодня?
Кое-какие планы у Пен были. Но все это может и подождать, решила она. Ей так хотелось понежиться хотя бы еще немного в объятиях Джулиана.
Впрочем, Пен отлично понимала, что на самом деле вопрос Джулиана касается не текущего момента, и даже не сегодняшнего дня. Джулиан явно спрашивал ее о том, как собирается Пен распорядиться своей свободой, неожиданно обрушившейся на нее.
– Сегодня, – проговорила она, – я хотела бы поблагодарить женщину, которая спасла тебя. Потом я хотела бы поехать с тобой за город, а прямо сейчас я хотела бы заняться с тобой любовью. Мне с тобой так хорошо, так спокойно.
И они занялись любовью, медленно, спокойно, наслаждаясь друг другом. Потом Пен послала служанку в дом Джулиана с запиской Баткину, чтобы тот прислал хозяину чистых рубашек. Джулиану хотелось переодеться во что-нибудь свежее. Был уже полдень, когда они сидели в гостиной, пили кофе и просматривали почту – газеты и письма.
Одно письмо было из Франции.
– Смотри!– воскликнула Пен. – Это от Кэтрин! Она пишет из Марселя, собирается пересесть там на другой корабль. Благодарит меня за помощь, которую я оказала ей. Джулиан пробежал письмо глазами.
– Сохрани его, Пен, – посоветовал он, – это письмо – твое алиби. Если будут еще вопросы, ты можешь предъявить его как доказательство, что той ночью была не у мужа, а ездила в порт провожать Кейт. Не думаю, правда, что этот старый идиот, судья, снова начнет подозревать тебя. Найтридж так блестяще загнал его в угол! Но вдруг, не дай Бог.
Пен открыла следующий конверт. Это письмо она получила еще два дня назад, но, узнав почерк на конверте, открывать до сих пор не решалась.
– Похоже, – проговорила она, прочитав письмо, – мне придется встретиться с мистером Рамфордом, адвокатом графа. Оказывается, покойный мне кое-что завещал. Некое небольшое имение в Нортумберленде. Я даже там никогда не была.
Джулиан знал об этом имении. Знал, пожалуй, даже больше самой Пен. Как ее семейный адвокат он просто вынужден быть в курсе подобных вещей.
– Я знаю, какой оно приносит доход, – сказал он. – В принципе достаточный, если будешь жить в нем.
– Ты хочешь сказать, – прищурилась она, – что в Лондоне на такие гроши не проживешь?
– Именно так, – усмехнулся он.
– Что ж, – задумчиво проговорила Пен, – оказывается, муженек все же позаботился обо мне – завещал-таки захудалое именьице. Впрочем, я ни на что не претендую. В конце концов, фактически я не была его женой.
– Надеюсь, Леклер тебе поможет с деньгами. Помогал же до сих пор.
– Разумеется, я очень ему благодарна, но так устала все время зависеть от него! Больше не хочу ни от кого зависеть. Ничего, проживу как-нибудь.
Джулиан опустил глаза, делая вид, что углублен в газету, а на самом деле просто не желал встречаться взглядом с Пен.
– Что ж, – проговорил он, – в таком случае и я не стану тогда предлагать тебе помощь. Хотя вполне мог бы. Так что если все-таки надумаешь, знай – я к твоим услугам.
После этой фразы в гостиной воцарилась тишина. Многое, слишком многое оставалось недосказанным. Пен поняла, что рано или поздно придется все обсудить.
Но сейчас ей не хотелось говорить об этом. Прежде чем начинать разговор о будущем, надо покончить с прошлым. А с прошлым нельзя было покончить, не получив ответа на некоторые вопросы. Точнее, на один.
Словно прочитав ее мысли, Джулиан оторвался от газеты.
– Здесь как раз статья о нашем процессе, – произнес он. – Пишут, что «неожиданное решение суда оставляет у наблюдателя массу вопросов».
– Что ж, – вздохнула Пен, – от этого уж никуда не деться. Думаю, всякие наблюдатели еще долго будут ломать голову, кто же все-таки убил графа Глазбери: неверная жена или ее любовник?
– Да уж не без этого! – невесело усмехнулся Джулиан. – Пен, письмо от Кейт тебе лучше показать народу. Тогда по крайней мере у тебя будет достаточно серьезное алиби. А вот у меня даже алиби нет, кроме этих странных показаний сеньоры Перес.
Пен промолчала. Это было в духе Джулиана – отводить от нее беду, пусть даже ценой собственного благополучия. Вот и сейчас он снова готов взять на себя вину за совершенное не им убийство, но уже не перед официальным судом, а перед судом общественного мнения.
– А ты, Пен? – спросил вдруг он. – Ты-то меня не подозреваешь?
Пен шокировал не столько даже сам вопрос, сколько спокойный тон Джулиана, словно речь шла о чем-то совершенно незначительном.
– Господь с тобой, Джулиан! Неужели думаешь, что я способна тебя заподозрить? Я знаю, что ты не убивал его. Знаю точно так же, как то, что это не я.
– Знать наверняка ты не можешь.
– Я знаю, что ты не такой человек, Джулиан!– Ты слишком высокого мнения обо мне. Я сам за себя не могу поручиться, что, будь он сейчас жив, я не убил бы его. Сколько раз мне хотелось это сделать!
– Хотелось – это другое. Я все равно не верю, что ты смог бы это сделать!
Пен вспомнила слова Верджила о том, что Джулиан, может быть, и мог бы убить Глазбери, но никогда бы не стал травить его или, скажем, наносить удар в спину из-за угла. Джулиан бы вызвал графа на открытый и честный поединок.
Джулиан молчал.
«Неужели, – подумала она, – он всю жизнь будет терзаться предположениями, что я все-таки подозреваю его?»
Жить с этим было бы невыносимо. Но Пен надеялась, что Джулиан все-таки лучшего мнения о ней и не станет подозревать ее.
Впрочем, зачем гадать? Визит к сеньоре Перес должен окончательно расставить все точки над i. Пен была уверена в этом. Она собралась нанести этот визит прямо сейчас.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пылкий романтик - Хантер Мэдлин



Неплохая серия.
Пылкий романтик - Хантер МэдлинKotyana
16.09.2012, 16.51





Слегка не дочитала.Затянуто,нудновато.
Пылкий романтик - Хантер МэдлинАня
26.06.2014, 13.48





Не верю я в любовь по 20.он её любил.она не знала и т.д. герой понравился больше чем героиня.возможно тема насилия мне не Импонирует .больше 6 баллов поставить не могу
Пылкий романтик - Хантер МэдлинЛилия
24.07.2015, 16.19





Не очень. Местами глупый роман. 7/10
Пылкий романтик - Хантер МэдлинВикки
25.09.2015, 23.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100