Читать онлайн Пылкий романтик, автора - Хантер Мэдлин, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пылкий романтик - Хантер Мэдлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.15 (Голосов: 20)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пылкий романтик - Хантер Мэдлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пылкий романтик - Хантер Мэдлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хантер Мэдлин

Пылкий романтик

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Баткин принес чай.
– Спасибо, любезнейший, – проговорила Пенелопа, принимая из его рук чашку. – Прошу простить, что потревожила вас в столь поздний час!
– К вашим услугам, мэм! – кивнул тот.
– Спасибо, Баткин, можешь идти. – В голосе Джулиана звучал явный намек на то, что он не желает, чтобы его разговор с гостьей кто бы то ни было подслушивал. Дворецкий удалился.
Оставшись наедине с Хэмптоном, Пенелопа снова почувствовала неловкость. Не глупо ли? В конце концов, она далеко не первый раз обращается за советом к мистеру Хэмптону. Он ведь их семейный адвокат.
Тем не менее эта встреча казалась Пенелопе почему-то не такой, как предыдущие. Поздний ночной час, интимная обстановка библиотеки, приглушенный свет – все это и кружило ей голову, и смущало. В этот миг Пенелопа чувствовала себя не столько клиенткой, обратившейся за помощью к адвокату, сколько женщиной, заявившейся к мужчине посреди ночи.
Однако в поведении Хэмптона не было ровным счетом ничего, что заставляло бы ее так себя чувствовать. Трудно было сказать, что у него на уме. Лицо Джулиана, во всяком случае, не выражало никаких эмоций/
– Граф прислал мне письмо в Неаполь, – начала она, – оно пришло, еще когда мой брат и Бьянка были там. Возможно, Верджил упоминал вам об этом письме.
– Мимоходом. Но он не говорил, что именно это письмо стало причиной вашего невозвращения в Англию и вы остались в Неаполе.
– Чем же он тогда объяснил, что я там осталась?
– Тем, что вы-де находите тамошнее общество более притягательным для дамы в таком положении, как ваше.
Пенелопа почувствовала, как краска приливает к ее лицу. За обтекаемой формулировкой, в которую облек ее брат, виконт Верджил Леклер, истинную причину ее пребывания в Неаполе, стоял явный намек на общество молодых галантных мужчин, увивавшихся вокруг Пенелопы.
– Но вам ведь действительно нравится тамошнее общество? – прищурился он.
– Не могу отрицать. – Тон Пенелопы предполагал, что они оба отлично понимают, что на самом деле имеется в виду.
– Тогда почему же вы в конце концов все-таки вернулись сюда?
– Как мне показалось, граф хотел выкрасть меня силой. Он явно подсылал ко мне своих людей. Я все равно бы не чувствовала себя там в безопасности.
Джулиан задумался на минуту.
– А что конкретно было в том письме? – спросил он.
– То письмо было не единственным. В первых двух, по сути дела, ничего не было, кроме угроз отказать мне в какой бы то ни было финансовой помощи, если я в Неаполе вдруг сделаю что-нибудь, компрометирующее его доброе имя. Угрозы вполне в духе моего благоверного.
– Кроме этих двух, были еще письма?
– Да, одно. Пришло, когда я почти уже собралась домой с Верджилом и Бьянкой. Граф требовал от меня вернуться к нему как к законному мужу. Грозил, если я не вернусь добром, применить силу. Говорил, что требует от меня наследника. Письмо очень импульсивное, написано в таких выражениях, что сразу видно – граф не шутит.
Облокотившись о колени, Джулиан обхватил подбородок руками. Он оказался так близко к Пенелопе, что она подумала: Хэмптон сейчас ободряюще дотронется до ее плеча, как это было во время их прошлой встречи, тогда она потеряет самообладание.
Джулиан действительно дотронулся до нее, но не до плеча. Рука его коснулась ее руки, лежавшей на колене, и дружески сжала ее. От этого прикосновения по телу Пенелопы словно пробежала теплая волна.
Джулиан убрал руку, но Пенелопе показалось, что пальцы его все еще сжимают ее руки.
– Почему же вы не сообщили мне об этом раньше? – спросил он. – Написали бы письмо, в конце концов.
– Вы, кажется, как-то сказали, – немного рассеянно проговорила она, – что не верите в его угрозы. Вы считаете, что он на это не пойдет – слишком много потеряет.
– Признаться, – покачал он головой, – мне действительно в это не верилось.
– Но, как оказалось, мы оба недооценивали, на что он способен. Должно быть, граф очень хочет наследника, ради него готов и на скандал.
Все беспокойство прошлых недель вдруг снова ожило в Пенелопе. Она нервничала. Не в силах оставаться на месте, вдруг поднялась и заходила по комнате.
–После этого письма я предпочла остаться в Неаполе, наивно полагая, что буду там в безопасности. Но через некоторое время я начала замечать, что за мной явно шпионят. Чем еще объяснить, что мне несколько раз, причем в разных местах, куда бы я ни пошла, попадался на глаза один и тот же человек? Судя по внешности, араб.
–Может быть, просто совпадение? Или игра болезненного воображения? Я все-таки продолжаю сомневаться, что у графа хватит нахальства похитить вас.
–Да, помню, помню, – закивала она, – вы еще несколько лет назад, когда мы с вами обсуждали наш план, говорили, что по закону даже муж не имеет права похитить жену.
Джулиан нахмурился, вспоминая тот разговор. Помнится, тогда он сказал графине и кое-что еще... что даже законный муж не имеет права силой принуждать жену к сексу.
– Возможно, – снова кивнула она, – мне это и впрямь просто почудилось. Но, как бы то ни было, я перестала чувствовать себя свободной и в Неаполе.
Пенелопа, не осознавая, что делает, вдруг опустила вуаль и осторожно подошла к окну.
Ночь. Камни мостовой, освещенные тусклым светом фонаря. Никого. Неужели у нее действительно начинается мания преследования?
– И что же вы собираетесь делать, графиня? Вернуться к нему?
Пенелопа резко повернулась, ошарашенная вопросом Джулиана.
– Никогда! – решительно заявила она. – Честно говоря, Я здесь проездом, собираюсь уехать. В Америку. Там он меня никогда не найдет. Полагаю, в этой огромной стране не так уж трудно будет раствориться.
– Нет! – вдруг произнес он со всей решимостью. На минуту Пенелопа онемела от такого крика.
– Я не вижу иного выхода, сэр! – словно оправдываясь, залепетала она.
– Я бы вам этого не советовал, – столь же категорично изрек Джулиан.
–Посоветуйте мне иной вариант, который смог бы защитить меня от его преследований, – фыркнула Пенелопа. – В противном случае я покидаю Англию навсегда!
Джулиан молчал. Уж ему, профессиональному юристу, было лучше знать, что все его уверения на самом деле не стоили выеденного яйца. Увы, все законы на стороне Глазбери. Единственное, что удерживало графа до сих пор, – это боязнь скандала. А теперь, похоже, и это не пугает.
– Мистер Хэмптон, – заявила Пенелопа, – я хотела бы, чтобы вы отправились к моему брату и попросили у него денег, на которые я смогла бы уехать в Америку.
– Может быть, вам лучше это сделать самой?
– Нет. Я не хочу, чтобы Леклер знал, что я здесь. Иначе ему придется лгать, если граф станет на него давить. Пусть думает, что я по-прежнему в Неаполе, просто просила вас похлопотать обо мне. Как только я получу эти деньги, я смогу...
Хэмптон подошел к ней вплотную.
– Ваш брат не дурак, графиня, – произнес он. – Вы полагаете, если я сделаю так, как вы просите, он ничего не заподозрит? Да он не оставит меня в покое, пока не выпытает у меня всю правду.
– Леклер не должен знать о планах Энтони, иначе у него хватит ума вызвать графа на дуэль! А это не даст нам ничего, кроме еще большего скандала.
– Насколько я знаю вашего брата, он не из тех, кого может остановить какая-то огласка. Во всяком случае, сам он ведет жизнь весьма публичную и сомнительную.
– Скандалы, на которые он идет по собственной воле, – это его личное дело. Но совесть моя будет неспокойна, если он пойдет на это ради меня. В конце концов, почему он должен расплачиваться за ошибки своей сестры? Просто я вышла замуж не за того человека, хотя никто меня к этому не неволил. Так что извольте исполнить мою просьбу, мистер Хэмптон!
Джулиан молчал, пристально глядя на нее. Лицо его по-прежнему было холодным, как маска, лишь в глазах что-то светилось, но что именно, Пенелопа не могла разобрать.
Она знала, что женщины всегда находили холодность Хэмптона интригующей. Не одна леди много бы отдала, Чтобы узнать о мистере Хэмптоне побольше, чем он сам это позволял. Бушуют ли за этим каменным фасадом огненные страсти, или душа этого таинственного мизантропа так же холодна, как и вечное выражение его лица?
– Я правильно поняла ваше молчание как отказ? – уточнила она.
– Я не стану лгать своему лучшему другу даже ради вас, графиня. Но это не значит, что я отказываюсь помочь вам.
– Вы знаете какой-то другой способ раздобыть деньги, сэр?
– Ни в какую Америку вы не поедете, – отрезал он.
– Извините, но решаю здесь я, сэр.
– Послушайте, черт побери, у вас там ни семьи, ни друзей – никто не сможет защитить вас...
– Но там я буду в безопасности от него.
– Может быть, графини, вы просто склонны преувеличивать опасность? Нам нужно хорошенько разузнать, что на самом деле у графа на уме. Готов взять это на себя.
– Пока вы будете это узнавать, он уже схватит меня! Мое решение твердо, сэр. Я умру, но не вернусь к нему!
– Решения, графиня, нужно принимать, исходя из ситуации. Разузнаем, что у него на уме, а там уж и будем думать, что делать.
– Но если окажется, что иного и впрямь не остается? – Пенелопа разрывалась между отчаянием и надеждой. – Вы поможете мне бежать в Америку, мистер Хэмптон?
– Графиня, я обещаю вам, что приложу все усилия, чтобы помешать вам вернуться к графу Глазбери, – уклончиво произнес он. – Как я уже сказал, постараюсь узнать все подробности о настроениях графа. А пока нужно подыскать вам какое-нибудь более безопасное место для укрытия, чем гостиница «Майвертс».
– Благодарю вас, сэр, но сомневаюсь, что такое место существует. Мне кажется, я нигде не буду чувствовать себя в безопасности!
– Такое место есть. Во всяком случае, недельку-другую там вполне можно отсидеться... С вашего позволения, графиня!
Не дав ей опомниться, Джулиан вышел.
Пенелопа онемела и стояла, пораженная предложением Джулиана. Нет, она не может принять предложение мистера Хэмптона! Если Энтони станет известно, что его жена жила в доме Хэмптона, Джулиану конец.
«А впрочем, – подумала она, – как он об этом узнает? Хэмптон всегда отличался трезвым взглядом на вещи. Уж он-то, полагаю, сумеет устроить все так, что ни одна живая душа, не догадается...»
Снова вошел Джулиан.
– Да, – разговаривая не столько с Пенелопой, сколько с самим собой, проговорил он, – нужно подыскать вам какое-нибудь укромное местечко. Как бы то ни было, эту ночь вам так или иначе придется провести у меня. Выбора нет. А завтра подумаем.
– Диана вполне сможет приютить меня, сэр.
– С такой кучей народу: она, да Сент-Джон, да их многочисленный выводок. Вряд ли можно рассчитывать; что ваше присутствие в их доме удастся продержать в секрете хотя бы день. Кто-нибудь из них наверняка проболтается. К тому же Сент-Джон скорее всего будет настаивать, чтобы о вашем местонахождении непременно стало известно и вашим братьям.
– В конце концов, вы тоже живете в этом доме не один, сэр!
– Вы имеете в виду моих слуг? Что ж, миссис Таттл, моей экономке, придется раскрыть ваш секрет. Но кроме нее да Баткина, о вас никто не будет знать. В моем доме есть несколько комнат, которыми никто не пользуется. Они годами на замке, слуги туда и не заходят. В данный момент Баткин как раз готовит вам постель в одной из них. Вы можете жить в ней сколько угодно, и ни единая душа...
Пенелопе хотелось заплакать от смущения и благодарности. С минуту она крепилась, но слезы, словно прорвав некую плотину, хлынули ручьем. Должно быть, сказалось нервное напряжение. Сколько всего ей пришлось пережить за несколько последних дней? Хорошо все-таки иметь надежного друга, к которому всегда можно обратиться в минуту несчастья, зная, что за ним будешь чувствовать себя как за каменной стеной.
Джулиан обнял ее, утешая будто ребенка.
–Ну-ну, перестаньте... – повторял он, – Все будет хорошо! Выпьем-ка лучше еще чаю. А пока расскажите мне про Неаполь.
Пенелопа рассказала ему про Неаполь: про красоты залива, про горы, про остров Капри, про королевский двор, про оперу, про балы... Но это было далеко не все.
Джулиан понимал, о чем именно она умалчивает. Он заметил, что ни один мужчина не был упомянут дважды. Графиня не хотела, чтобы у него возникло впечатление, что кому-то из них она отдает предпочтение. Джулиан так и не узнал, кто этот счастливец, но готов был дать голову на отсечение, Что кто-то явно был.
Об Уидерби Пенелопа тоже ни разу не упомянула. Интересно, знает ли она вообще, что Джулиану все известно об их бурном, но кратком романе? Впрочем, с ее стороны наивно было бы полагать, что Джулиан ни о чем не догадывался. Нужно быть слепым, чтобы не заметить: твой лучший друг неравнодушен к женщине, к которой сам давно пылаешь страстью. По перемене в настроении друга Джулиан почувствовал, что его ухаживания увенчались успехом. Уидерби не рассказывал о своей победе Джулиану, но Джулиан мог назвать даже дату, когда именно это произошло.
Конец этого романа стал настоящим ударом для Пенелопы. Она успела привязаться к своему любовнику, но неожиданно узнала о его предательстве. Это известие потрясло ее.
– Так что, мистер Хэмптон, – закончила она свой рассказ, – я полагаю, теперь вы видите и сами, почему я поначалу предпочла остаться в Неаполе. Погода, интересное общество, обстановка.
Ни в одной женщине Джулиан еще не встречал столько открытости и естественности. В последнее время они с Джулианом были уже не столь близкими друзьями, как в былые годы, но это не привносило холода в ее мягкую, дружескую манеру.
Лицо Пенелопы было таким же открытым, как и раньше. Оно казалось округлым, даже, пожалуй, немного полноватым, но широкие скулы делала этот недостаток почти незаметным. Черные как ночь волосы приятно контрастировали с небесно-голубыми глазами.
– Не тяжело было прощаться с Неаполем? – спросил он. – Ведь уезжая, я думаю, вы понимали, что это навсегда.
–Да, мне было тяжело принять это решение. Но, как я уже сказала, иного выхода я просто не вижу.
– А вы не подумывали о том, чтобы вообще остаться там жить?
Пенелопа пожала плечами:
–Разумеется, я прикидывала в уме те или иные варианты. Но я все равно так или иначе собиралась вернуться в Англию до зимы. У меня есть здесь несколько дел, которые я должна закончить.
Джулиан не стал интересоваться, что именно за дела, но он не смог удержаться от следующего вопроса, чувствовал, что просто не в силах его не задать:
– И у вас совсем не осталось в Неаполе друзей, о разлуке с которыми вы жалеете?
Пенелопа, разумеется, поняла, каких друзей он имеет в виду. Стараясь, чтобы голос ее звучал безразлично, словно речь идет о какой-нибудь совершенно обыденной вещи, Пенелопа произнесла:
– Я никогда больше не стану сильно переживать о разлуке с мужчиной, мистер Хэмптон.
В этот момент в дверях показался Баткин. Всего на несколько мгновений он задержался, кинув на хозяина молчаливый взгляд, и снова удалился.
– Ваша комната готова, графиня. – Джулиан поднялся сам и помог подняться Пенелопе. – С вашего позволения, я провожу вас.
– Спасибо, мистер Хэмптон, я действительно предпочла бы, чтобы это сделали вы. Ваш дворецкий, кажется, не очень рад моему появлению в этом доме.
– Не обращайте на него внимания. И не думайте, что он воспринимает ваше появление как-нибудь не так. И он, и миссис Таттл знают, что вы мой хороший друг и пришли ко мне потому, что у вас какие-то проблемы.
Широкая юбка изумрудно-зеленого платья Пенелопы грациозно обрисовывала ее ноги при каждом шаге, когда она поднималась по лестнице в сопровождении Джулиана. Джулиан заметил, что платье это удивительно ей идет. Узкий корсет, заниженная талия и широкие рукава подчеркивали достоинства ее фигуры. Накинутая на плечи шаль скрывала очертания груди, но пылкое мужское воображение живо дорисовало Джулиану скрытые детали.
Взгляд Пенелопы скользнул по обстановке жилища Джулиана, пытаясь уловить самые мельчайшие подробности.
– Какой, однако же, огромный у вас дом, мистер Хэмптон! – проговорила она. – Признаться, мы все были удивлены, когда вы вдруг переехали сюда!
– Что здесь удивительного? – пожал он плечами. – Дом на площади Рассел – это весьма удобно для человека, которому по долгу службы часто приходится бывать в лондонском Сита!
Темные пряди волос Пенелопы, выбившись из-под шляпки, оттенили ее лицо, немного уставшее от недавнего путешествия и пережитых волнений, но все равно прекрасное.
– С таким домом, – проговорила она, – я полагаю, вам самый резон жениться и иметь семью!
– Вы говорите точь-в-точь как леди Леклер, графиня! – улыбнулся он.
Пенелопа рассмеялась. Джулиану нравился ее смех еще с тех пор, как они были почти детьми. На минуту она показалась ему прежней Пенелопой, словно и не было всех этих лет тревог и волнений.
– Бьянка, я думаю, занята тем же и подыскивает вам жену? – усмехнулась она.
– Вы угадали. Она еще больше не дает мне покоя с того момента, как женился ваш брат Данте. Видимо, она решила, что раз уж Данте нашел себе жену, то нет на свете такого мужчины, которому нельзя было бы подобрать супругу. Так что борьба за меня продолжается.
– Она ведет эту борьбу в одиночку?
– Что вы! У нее, можно сказать, целая толпа помощниц: и герцогиня Эвердон, и миссис Сент-Джон. Сама жена Данте, полагаю, не участвует в их играх лишь потому, что сейчас ей не до них – она ждет ребенка.
– Бедняга! – усмехнулась она. – В смысле вы бедняга, а не жена Данте. Нелегко вам, должно быть, приходится, если на вас ополчилась подобная армия – и София, и Диана. Хотя я и сама, возможно, присоединилась бы к этой армии, если бы думала остаться здесь. Благодарите Бога, мистер Хэмптон, что я собираюсь уехать в Америку. Если бы за дело взялась я, то, уж поверьте, недолго вам пришлось бы ходить в холостяках!
– Ну, это мы еще посмотрим, кто кого. Впрочем, если бы я вдруг действительно надумал жениться, то, возможно, был бы не против, если бы спутницу жизни подобрали мне вы. Вашему вкусу, графиня, я вполне доверяю.
Пенелопа задержалась на ступеньке, обернувшись к нему.
– В самом деле? – удивилась она. – Вы так высоко цените мое мнение?
– Я не шучу, графиня.
– Рада это слышать, Джулиан!
«Джулиан»... Давно уже она не обращалась к нему по имени. Целую вечность...
Сам же он отлично помнил тот день, когда из Джулиана вдруг превратился для Пенелопы в мистера Хэмптона. Это был тот день, когда она впервые обратилась к нему за советом по поводу графа. Может быть, в той ситуации это было и естественно. Графиня предупреждала, что между ними может быть только официальное, формальное общение. Выслушав тогда ее просьбу, Джулиан вдруг с горечью осознал, что вряд ли теперь уже Пенелопа когда-нибудь снова будет обращаться к нему в прежней неформальной манере.
Джулиан отвел Пенелопу в спальню на третьем этаже. Опочивальня самого хозяина дома находилась там же, но в другом конце коридора. Та спальня, которую он предложил гостье, была не лучшей в доме. О том, чтобы разместить ее в лучшей, примыкающей к его собственной, в которой, как он думает, ни одна женщина никогда не поселится в качестве хозяйки этого полупустого дома, разумеется, не могло быть и речи.
Джулиан сделал шаг в сторону, чтобы пропустить даму вперед, но Пенелопа задержалась на пороге.
– Желтый, белый, зеленый... – проговорила она, оглядывая комнату. – Похоже на сад, полный нарциссов!
Когда Джулиан приказывал Баткину убрать эту спальню для гостьи, ему легко было ее «оформить», ведь вкус Пенелопы он знал хорошо.
Пенелопа с восхищением оглядывала резную мебель из сливового дерева.
– Ох, – проговорила она, заметив лежавшую на кровати, ночную рубашку. – Я полагаю, вашему дворецкому явно пришлось побеспокоить экономку, чтобы она подыскала мне какую-нибудь одежонку на ночь. А вы еще уверяли меня, что я не доставлю вашим слугам никаких хлопот.
– Не стесняйтесь, графиня! – улыбнулся он. – Мои слуги почтут за честь услужить вам. Я уже послал Баткина в гостиницу за вашими вещами. Можете не беспокоиться, мэм, он сумеет все сделать так, что об этом никому не будет известно.
В ясных голубых глазах Пенелопы читалась некая тревога. Джулиану хотелось найти какие-то слова, чтобы утешить ее, но, не находя их, он молча стоял в дверях.
– Спасибо за радушный прием, мистер Хэмптон, – проговорила она. – Вы очень любезны! Я доставила вам столько хлопот.
– Ну что вы, – улыбнулся он, – право же, не стоит.
Джулиан улыбнулся еще раз, мысленно. Обманывать Пенелопу он, может быть, и мог, но не будет же он обманывать себя! Конечно, его помощь гостье не бескорыстна. Даже если Пенелопа проведет в его доме всего одну ночь, для него этот дом навсегда сохранит ее запах, а все вокруг будет вечно хранить ее голос, ее смех... Джулиан знал, что позволить Пенелопе остаться в его доме хотя бы на одну ночь будет для него искушением, побороть которое ему вряд ли удастся.
– Представляю себе, – словно прочитав его мысли, усмехнулась она, – какой будет скандал, если кому-нибудь, не дай Бог, станет известно, что я провела ночь в вашем доме!
–Ну, скандал будет не такой уж и большой. Думаю, не больше, чем после того случая с рыбацкой лодкой.
Лицо и шея Пенелопы порозовели. Она брезгливо поморщилась.
– Так-так-так! – проговорила она. – Стало быть, вам уже известно об этом?
– Как видите, да. Несмотря на то, что офицеры на судне, спасшем вас, хранили молчание, как истинные джентльмены, кое-кто из матросов оказался не столь щепетилен...
– И теперь об этом судачит вся Англия?! Очень мило.
– Ну, не знаю, как насчет всей Англии, но, если об этом стало известно мне, полагаю, что пол-Англии как минимум.
– Так вот, – нахмурилась она, – я не знаю, о чем вам рассказывали и кто, мистер Хэмптон. Но если мне вы все-таки верите больше, чем всем этим сплетникам, то знайте: я лично себя виноватой не считаю. Мы пали жертвой коварства. Могли ли мы знать, что этот лодочник вдруг отчалит со всей нашей одеждой, очевидно, прельстившись ею, и оставит нас почти в чем мать родила?
Дальнейшие подробности Джулиан уточнять не стал, но версия, которую слышал он сам, практически совпадала с той, что сейчас рассказала Пенелопа: отвезя женщин в некий уединенный грот, где они хотели искупаться, лодочник отплыл с их одеждой.
Пен вышла из пенных волн, блистая красотой, словно Афродита в день своего появления на свет. Повисшие на длинных ресницах капли воды мерцали на солнце подобно драгоценным камням. Намокшая тонкая ткань соблазнительно обрисовывала ее грациозные плечи, взволнованно вздымавшуюся грудь и...
–Я надеюсь, вы согласитесь, мистер Хэмптон, что наше желание искупаться в том гроте было немного легкомысленным, авантюрным, немного...
Она запнулась, подыскивая слова.
– Вызывающим? – подсказал он.
– Возможно. Но уж никак не скандальным!
– Я смею надеяться, графиня, – улыбнулся он, – что вы все-таки поверите мне, если я поклянусь, что сам я никому ничего не рассказывал и никогда не расскажу об этом случае.
– Я и не сомневалась в том, что вы истинный джентльмен, сэр!
Повисло молчание. Пенелопа явно чувствовала себя неловко. Не от того, что Джулиану, как оказалось, известно о ее конфузном приключении, а от того, что она вынуждена прибегнуть к помощи Джулиана, ночевать в его доме.
Джулиан молчал, как можно дольше не желая говорить «спокойной ночи», словно ему и не предстояло снова увидеть Пенелопу утром.
– Спокойной ночи, графиня! – проговорил наконец он.
– Спокойной ночи, мистер Хэмптон!
– Джулиан! Сэр Джулиан, спасите меня! Крики исходили из башни.
– Я здесь, сэр Джулиан. Помогите!
– Я иду, моя леди! – Джулиан сильнее сжал свой деревянный меч.
Сверху, с зубчатой крепостной стены Леклер-Парка, слышались звуки скрещивающихся мечей. Там шла схватка между Верджилом и Данте за овладение замком.
Джулиан собирался присоединиться к Верджилу, вместе одолеть Данте и спасти даму сердца от ее сурового охранника, сэра Милтона. Но Верджил в конце концов мог справиться с Данте и один, а дама звала на помощь именно его, Джулиана.
Джулиан мчался через лужайку, перепрыгивая через камни, коих встречалось много в этих средневековых руинах. Он промчался мимо маленькой Шарлотты; которой после ее долгих и настойчивых просьб позволили наконец участвовать в игре в качестве оруженосца Верджила. Стоя в безопасном месте и сжимая в руке поводья воображаемой лошади, Шарлотта своими криками подбадривала Верджила.
Оказавшись внутри башни, Джулиан прислонился к стене, прислушиваясь. Крик леди Пенелопы о помощи раздался вновь. Звонкий девичий голос эхом отдавался в этих мрачных замшелых стенах. Джулиан различил еще один звук – шаги тяжелых ботфортов. Коварный охранник спускался вниз.
Шаги затихли. Прикрываясь своим деревянным щитом, Джулиан поспешил вверх по винтовой лестнице.
Милтон стоял на полпути вниз, сжимая свои щит и меч, готовясь к бою. Джулиан прикидывал, с какой позиции лучше всего атаковать его.
– Подходи, подходи, – коварно ухмылялся Милтон. – Эта винтовая лестница нарочно построена так, что стоящему сверху удобнее орудовать мечом, чем тому, кто находится снизу.
– Что ж рискну, – усмехнулся Джулиан, – выбора у меня нет. В темных глазах Милтона горел азартный огонь. Будучи старшим сыном виконта Леклера, Милтон обладал к тому же самой привлекательной внешностью. Он был, пожалуй, даже привлекательнее юного красавчика Данте. У Милтона и Джулиана было много схожих черт – оба они были тихие, задумчивые, более склонные к внутренним размышлениям, чем к пустой светской болтовне. Поскольку Джулиан посещал Леклер-Парк в качестве друга Верджила, Милтон считал его родственной душой.
– Подумай, – усмехнулся Милтон, – стоит ли награда риска, Джулиан!
–Я пришел не за наградой, Милтон. Я пришел освободить даму.
Конструкция лестницы давала Милтону преимущество, но он защищался не очень хорошо. В подобных играх ему всегда больше нравились моменты, когда нужно было действовать умом и хитростью, а не силой и умением драться.
Сумев обойти Милтона, Джулиан ринулся наверх, в комнату дамы. Играя свою ролъ очень естественно, Пенелопа кинулась в его объятия.
Но триумф отважного рыцаря длился недолго. На пороге, довольно ухмыляясь, возник Милтон. Прикрывая собой Пенелопу, Джулиан приготовился к новой схватке.
Пенелопа держалась за плечи Джулиана, прижимаясь к его спине. Джулиану кружила голову ее близость, от прикосновений Пенелопы по всему его телу разливалось блаженное тепло.
Милтон взмахнул мечом. Время словно остановилось на мгновение.
Джулиан обернулся, посмотрев на Пенелопу. Та смотрела на него огромными испуганными глазами.
От этого взгляда Джулиан вдруг забыл и о башне, и о Милтоне, и о его занесенном мече. Он застыл на месте, глядя на Пенелопу и ведя с ней безмолвный разговор, для которого они оба не знали слов.
Наконец, Пен сделала шаг в сторону, глядя мимо него. Посмотрев туда же, куда и она, Джулиан увидел Милтона, наблюдавшего за ними. Взгляд Милтона был непонятный, туманный и многозначительный.
– Дама спасена, Джулиан. Башня твоя. Поздравляю! Милтон разжал руку, и меч упал на пол. Через мгновение за ним полетел щит.
Милтон направился к дверям. На пороге он обернулся.
– Последний раз я принимаю участие в игре, Джулиан. Я уже не ребенок, чтобы продолжать подобные игры.
Джулиан лежал на своей постели. Пенелопа находилась в спальне в противоположном конце коридора. Но для Джулиана это было все равно, как если бы она лежала рядом с ним. Память его снова и снова возвращалась к воспоминаниям того далекого дня. То прикосновение Пенелопа было далеко не первым. Сколько раз она обнимала Джулиана, когда тот «спасал» ее в играх. Они так любили играть в том старом заброшенном замке! Но вплоть до того дня Джулиан не придавал этим объятиям какого-то особого значения.
Тот день словно изменил для него все. Джулиану тогда было четырнадцать. Разумеется, он и раньше возбуждался, но это не было связано с какой-то конкретной женщиной...
Этот день также стал тем рубежом, с которого начался какой-то новый период в их дружбе, Милтон, как он и сказал, с тех пор больше не принимал участия в их играх. Но лишь через много лет после того дня Джулиан понял, что истинной причиной тому был взгляд, которым он, Джулиан, смотрел тогда на Пенелопу.
И вот сейчас Милтона уже нет в живых. Пенелопа замужем, а он, Джулиан, лежит одиноко в постели и думает о чужой жене, до которой всего несколько шагов, но, как говорится, близок локоть...
Чтобы заставить себя переключиться на что-то другое, Джулиан начал думать о том, чем он может помочь Пенелопе. Закон целиком и полностью на стороне ее мужа. Но может быть, есть какой-то способ обойти закон, обхитрить его служителей? Как просто было в детских играх, когда все решало умение владеть мечом и щитом... Но детство, увы, прошло, и деревянный меч безвозвратно остался в том далеком счастливом времени.
Джулиан знал это и не тешил себя иллюзиями, Но он знал и то, что, пока он, Джулиан Хэмптон, жив и в состоянии ходить по земле, он сделает все, что в его силах, чтобы граф Глазбери не причинил Пенелопе никакого зла.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пылкий романтик - Хантер Мэдлин



Неплохая серия.
Пылкий романтик - Хантер МэдлинKotyana
16.09.2012, 16.51





Слегка не дочитала.Затянуто,нудновато.
Пылкий романтик - Хантер МэдлинАня
26.06.2014, 13.48





Не верю я в любовь по 20.он её любил.она не знала и т.д. герой понравился больше чем героиня.возможно тема насилия мне не Импонирует .больше 6 баллов поставить не могу
Пылкий романтик - Хантер МэдлинЛилия
24.07.2015, 16.19





Не очень. Местами глупый роман. 7/10
Пылкий романтик - Хантер МэдлинВикки
25.09.2015, 23.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100