Читать онлайн Обладание, автора - Хантер Мэдлин, Раздел - Глава 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обладание - Хантер Мэдлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обладание - Хантер Мэдлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обладание - Хантер Мэдлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хантер Мэдлин

Обладание

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 8



По мере приближения к Лондону движение на дороге становилось все оживленнее. Длинные вереницы путешественников вытянулись в обоих направлениях, и их кортежу пришлось выстроиться в длинную линию. Мойра на своей повозке ехала ближе к хвосту, Аддис же возглавлял караван. Мойра отстала от него намеренно.
Четырехдневное путешествие оказалось для нее тихим адом, предзнаменованием ее ближайшего будущего в качестве содержанки лорда. Аддис откровенно проявлял свой интерес, а рыцари и сквайры продемонстрировали свое уважение к нему, игнорируя ее. Они помогали ей почтительно и сдержанно, но никто не заговаривал с ней, по крайней мере, не вел долгих бесед. Их отношение в точности напоминало то, как обращались мужчины с Эдит, когда Бернард оказывался поблизости. Но Мойра помнила и то, как они совершено по-другому относились к ней, когда Бернарда рядом не было.
Иногда она перехватывала взгляд кого-нибудь из рыцарей, и в нем явственно просматривалось, что их отношение к Аддису не простирается настолько далеко, чтобы захватывать и ее. И они терпят ее только потому, что он того пожелал, но все они, да и сама Мойра, прекрасно понимают, кто она есть на самом деле. Следующей ночью такая женщина, как она, запросто может оказаться в другой постели, и не исключено, что именно так и случится, когда она ему надоест. Вот что читала Мойра в этих взглядах.
По большей части Аддис был занят разговорами с сэром Ричардом; впрочем, она и не рассчитывала, что в такой мужской компании он сможет уделять ей много внимания. Ежедневно они обменивались дюжиной-другой слов, и с рассвета до самого вечера, когда они останавливались на ночлег, ничто не отвлекало ее от мыслей о возможных вариантах того, что ожидает ее в конце путешествия.
Если бы он оставил ее в покое, она могла бы чувствовать себя спокойнее, и ей легче было бы принять решение. Но на второй день, проснувшись, она обнаружила, что он лежит в повозке рядом с ней, прижавшись под одеялом к ее боку, обнимая ее. Каждую ночь он приходил и укладывался рядом с ней. В последнюю ночь она крепко прижалась к нему, желая, чтобы это никогда не кончалось, и понимая в душе, что это невозможно. Его мир не допустит такого нарушения устоев, да и сам он никогда даже не намекал на что-либо подобное.
«А потом будет еще хуже, — решительно напомнила она себе, — если только и делать, что ждать». Так протекали ее размышления, пока она, время от времени подхлестывая осла, приближалась на своей повозке к Лондону.
Дорога тем временем становилась все шире, и вдали уже показались городские стены. Она не могла сдержать удивления при виде их бесконечности. Лондон оказался просто огромным. Конечно, она слышала, что это очень большой город, но не ожидала ничего подобного. Город вырос из ограниченного стенами пространства, выплеснулся за их пределы и растянулся вдоль дороги рядами постоялых дворов и домов самых разных видов и размеров. С каждым шагом сильнее становились шум и запахи, и в конце концов все ее органы чувств попросту отказались что-либо воспринимать — столько было народа и такая вокруг царила суета. В конце дороги громоздились массивные рельефные ворота.
Аддис и Ричард приблизились к воротам, и навстречу им вышли несколько охранников. Череда путешественников застряла, несколько телег сцепились осями. Сзади к Мойре подкатила крытая повозка, и сидевший на облучке старик закатил глаза, увидев образовавшийся впереди затор.
— Клятые рыцари, — беззлобно пробормотал он себе под нос.
— А что там происходит?
— Да не любят стражники, когда в город въезжают вооруженные люди, даже если всего-то несколько человек. Тут ведь наш король обитает, и ему не по нутру, когда чересчур много мужчин с оружием шастают у него под носом. Так что придется потерпеть, женщина. Они скоро уберут их с дороги.
Охранник жестом показал Аддису и Ричарду, чтобы они отошли в сторону, к стене укрепления.
— Так что, стражники могут не пустить их в город? — поинтересовалась она, медленно продвигаясь вперед вместе с вереницей путников.
— Смотря кто они такие. Сначала они выяснят, что да зачем, а потом уже и будут решать. Так что попросту их немного поспрошают.
У ворот появилась новая смена охранников. Из-за общей суеты на дороге действительно образовался большой затор. Мойра посмотрела на Аддиса, которого охранники забрасывали вопросами. Ее охватило ослепляющее желание. Эмоции, которые она сдерживала полжизни, едва не заставили ее развернуть ослика. Она не сводила с Аддиса глаз, запечатлевая картину в памяти, позабыв обо всем в приступе болезненного сожаления.
Лишь толчок проезжавшей мимо телеги вырвал ее из забытья. Пока она смотрела на Аддиса, ее окружили путешественники, отделив от воинов, и вереница повозок тронулась к воротам.
Она заставила себя оторвать взгляд от Аддиса и посмотрела на прямоугольник ворот, за которым ее ожидала свобода. Рыцари и сквайры съезжали с дороги, присоединяясь к Аддису и Ричарду. Она же не свернула, позволяя толпе увлечь ее с собой, прочь от него и его притягательной и разрушительной страсти.
Тень ворот упала на Мойру, и она подняла голову навстречу охраннику, но его внимание больше привлекала перебранка под стеной, чем какая-то торговка корзинами. Он махнул рукой, показывая, чтобы она скорее проезжала, и Мойра оказалась внутри городской стены.
Ее ошеломила открывшаяся за воротами невероятная картина, и в первое мгновение она едва не развернула повозку, чтобы вернуться к Аддису. Огромное количество людей, улиц, магазинов, животных. Кричащие дети, визжащие свиньи, лающие собаки сновали повсюду, не давая ей проехать. Разноцветные вывески качались над головой, над ними возвышались громады домов, некоторые из которых были высотой в три, а то и четыре этажа. Телеги и ларьки ломились от продуктов, выращенных в садах и огородах или приготовленных в печи, от товаров ремесленников и изделий из кожи; оживленная торговля большей частью проходила на перекрестках, где переулки поменьше вливались в главную улицу.
Она тут же потеряла ориентацию, не понимая, что творится вокруг, и вздохнула с облегчением, заметив высокий шпиль, вздымающийся над крышами зданий. В Солсбери кафедральный собор отмечал центр города, возле него всегда располагалась рыночная площадь, и Мойра предположила, что в Лондоне должно быть точно так же.
Ближе к собору улица стала шире. На площади оказалось полно торговцев и самого разнообразного люда. Кто-то торговался, кто-то просто пришел пошататься и провести время. Она спрыгнула с повозки и начала пробираться сквозь толпу, внимательно оглядываясь по сторонам в поисках дружелюбного лица.
Толстая женщина, торгующая корзинами, окинула взглядом ее повозку и нахмурилась:
— Только не рядом со мной, выбирай другое место. Мойра посмотрела на простой, но добротный и аккуратно сделанный товар.
— Не волнуйтесь, я сегодня торговать не собираюсь. Любопытство взяло свое, и толстая женщина, выйдя из-за своей телеги, с интересом заглянула в повозку Мойры.
— Красивое плетение. Интересно. Вот эта не совсем круглая, и я таких еще ни разу не видела. — Она достала корзину из повозки и перевернула вверх дном. — А как ты делаешь краски? Красную и пурпурную?
— Из ягод. Выдавливаю сок, разбавляю водой, потом замачиваю в ней тростник.
— Э-эх! В Лондоне ягоды не растут, это уж точно, да и в округе на несколько миль тоже, разве что в королевских охотничьих угодьях. А то, что растет, тут же поедается. Да, с таким товаром смотри, не продешеви. Тебе бы лучше отправиться в Вестминстер, там много придворных дам появляется. Сюда они тоже заглядывают, но не больно часто, в основном, тут жены купцов. Они заплатят цену, которую ты назовешь, но если тебя интересует мое мнение, то это корзины для настоящих леди.
Мойра решила приберечь ее совет на потом. Их сближало общее занятие, и женщина производила довольно приятное впечатление.
— Вы мне не посоветуете постоялый двор, где можно было бы снять комнату?
— Чего-чего, а постоялых дворов хватает и в Лондоне, и за мостом в Саутворке. Надо только знать, чего тебе надо. Некоторые из них для леди, некоторые для простых путешественников, некоторые — так, что-то среднее.
— Мне бы хотелось найти чистое место, чтобы можно было снять отдельную комнату. И чтобы хозяева были честные люди.
— Тогда, если ты не с пустыми руками, можешь заглянуть в постоялый двор, что содержит жена мастера Эдмунда. Он дубильщик, и там немного попахивает, потому что его мастерская там же, только, если ты заметила, тут весь город воняет, так что… Она богобоязненная женщина и хорошо следит за гостиницей. Обычно там останавливается знать, когда приезжает в город, но ты и ходишь, и разговариваешь, как леди, так что можешь попытать счастья. Если уговоришь, они тебя пустят.
Мойра расспросила торговку, как добраться до постоялого двора мастера Эдмунда.
— Только смотри в оба, — предупредила женщина на прощанье. — В этом городе такой симпатяшке, как ты, надо быть начеку. Тут полно волков, которые не прочь поживиться нежным цыпленочком вроде тебя.
Не прошло и часа, как Мойра уже поселилась в маленькой, непритязательной комнатке, которую ей сдала жена мастера Эдмунда. Повозку с корзинами хозяйка попросила оставить в конюшне на заднем дворе. Эдмунд заверил Мойру, что там все будет в целости и сохранности, поскольку пойманных в городе воров тут же вешают, так что совсем не многие отваживаются промышлять нечестным ремеслом. Усевшись на соломенный матрас, Мойра попыталась собраться с мыслями. Она сомневалась, что Аддис пустится на ее поиски, а если и так, ему ни за что не разыскать ее в таком огромном городе. Так что прятаться ей не обязательно; может, день-другой стоит держаться подальше от главных улиц и рынков — просто так, на всякий случай. Ей не хотелось бы видеть его лицо, когда он поймет, что она сбежала. Как он отреагирует? Яростью, как и обещал? Удивится? Отнесется с полным равнодушием? Скорее всего, последнее. Сейчас его мысли должны быть заняты Барроуборо, а что касается женщин, то в этом городе найти такую, которая согласилась бы разделить постель рыцаря, труда не составит.
Ветер доносил через открытое окно комнаты городской шум и гам, и в ее сознании все же возникло лицо Аддиса. Не разъяренное или безразличное, а такое, каким она его запомнила, когда он склонился, чтобы поцеловать ее, со светящимся в глазах теплом. Оглушительная пустота ошеломила ее. Сладостная мечта — делить его дружбу, быть объектом его страсти, чувствовать его душу. А он — воспринимал ли он их отношения точно так же? И если да, то понимает ли он, что она отказалась от рая, чтобы избежать ада? Мойра сомневалась в этом. Мужчины редко понимают, какую цену должны впоследствии платить женщины, — возможно, по той причине, что им никогда не приходится расплачиваться самим.
Пустота накрыла ее волной страха и одиночества. Никогда прежде она не оказывалась в столь плачевном состоянии из-за собственного благоразумия.
Снизу донесся голос хозяйки, Элзбет, которая приглашала ее отведать эля. Радуясь, что можно хоть как-то отвлечься, Мойра спустилась в кухню.
— Значит, вы планируете жить здесь? — спросила Элзбет, разливая эль по кружкам.
— Да.
— Тогда, надеюсь, вы захватили с собой больше денег, чем я видела. Это плохой город для чужаков, для тех, кто не еще стал законным гражданином, и еще хуже в нем приходится одинокой женщине. Лавочки для тебя закрыты. Если думаешь торговать корзинами, придется продавать их прямо на улице.
— У меня есть деньги. Не так уж много, но, думаю, достаточно, — кожаный мешочек с рубином лежал в повозке, в корзине для шитья. Эдмунд видит всех, кто входит в конюшню, так что там рубин в более надежном месте, нежели в комнате. — Ваш гостиный двор мне нравится. И сколько может здесь стоить такой дом? Элзбет заерзала на табурете.
— Вы подумываете о том, чтобы купить дом? Должно быть, ваш муж неплохо зарабатывал.
— Джеймс торговал шерстью в Солсбери.
— Шерстью он торговал или еще чем, сомневаюсь, чтобы оставшихся после него денег хватило на покупку такого дома. Сто пятьдесят фунтов мы выложили, вот сколько. Мужу пришлось копить чуть ли не всю жизнь, около двадцати лет.
Мойра полагала, что цена рубина окажется достаточно высокой для покупки. Она всегда намеревалась использовать камень, чтобы помочь Брайану встать на ноги. Ее намерения были довольно просты. При Рэймонде он пройдет необходимую подготовку, чтобы стать рыцарем, а она снабдит его деньгами на приобретение коня и необходимой амуниции, когда он пройдет посвящение. Теперь же рубин послужит для того, чтобы помочь ей самой обосноваться в Лондоне, и покупка недвижимости представлялась ей самым благоразумным вложением капитала. Для потенциального мужа постоялый двор, приносящий регулярный доход, наверняка покажется более привлекательным, чем неизвестно сколько стоящий маленький красный камешек.
— Если говорить о ремесленных лавках в северной или восточной части города, то можно сторговаться, наверное, и за полсотни. Мы рядом с рекой, а это имеет большое значение. А если хотите принимать путешественников, то лучше всего подыскать что-нибудь на том берегу, в Саутворке. Там обычно останавливаются путники по пути в Кентербери.
— Я знала одну женщину, которая приехала сюда несколько лет назад. Она говорила, что собирается устроиться на работу в таверне для пилигримов, которая принадлежит ее кузине. Это, наверное, тоже на том берегу реки?
— Наверняка. Город не особенно любит пилигримов и старается не пускать их внутрь. В основном они остаются в Саутворке.
Мойра намеревалась заняться поисками Элис после обустройства на новом месте, но, если найти ее не составляет труда, может быть, это стоит сделать сразу же. И на тот случай — что, впрочем, маловероятно, — если Аддис найдет ее, свидетельство Элис, которая присутствовала, когда Бернард предоставил Мойре и ее матери свободу, окажется весьма кстати. Пусть они с Элис никогда не были близкими подругами, все-таки приятно увидеть знакомое лицо в этом шумном и странном городе.
— Вы приехали, чтобы найти мужа? — обратилась к ней с прямолинейным вопросом Элзбет. — Если так, то здесь полно мужчин, которые ищут себе подходящих жен. А если у вас еще и деньги водятся или имущество какое, то можно даже найти и вольного горожанина, гражданина. Для таких приданое обычно не меньше ста фунтов, но у вас, во-первых, и ремесло свое имеется; к тому же вы миловидны, так что можно рассчитывать на сумму поменьше.
— Я мужа не ищу, — Мойра сама удивилась решительности собственного ответа. Дело обстоит как раз наоборот. Ищет, — за тем как раз и приехала в Лондон! Однако признаться в цели, которую она преследует, означало бы привлечь в дом бесконечную череду кандидатов в мужья. Одна только мысль об этом, оскорбительность того, что означал брак с совершенно незнакомым человеком, мгновенно вызвали отвращение. Она всегда полагала, что сможет лечь в одну постель с очередным мужем точно так же, как делала это с Джеймсом, но теперь… Нет, сначала она разыщет Элис, потом приобретет дом, наделает корзин на продажу. А уже после этого выставит себя на брачный рынок. Может быть, к тому времени Аддис не будет больше значить для нее так много…
Уставшая, но полная ожидания, она вернулась к себе в комнату. Все получится, уверяла она себя. В Солсбери же получалось? Пусть Солсбери даже в подметки Лондону не годится, но ведь получалось же! Она прилегла на кровать отдохнуть и разобраться с планами на завтрашний день. Поневоле в памяти возник образ Аддиса у городских ворот. Интересно, впустили его в город или нет?
Саутворк оказался совсем не похожим на Лондон. Даже настроение в нем, казалось, было преходящим, непостоянным, словно никто из проходивших по улицам людей не родился здесь и не собирался задерживаться надолго. Грязные и тощие пилигримы ошивались вокруг бездельничающих оруженосцев и подмастерьев, надеясь на дармовую выпивку. Мойре понадобилось совсем немного времени, чтобы понять, каким ремеслом промышляют большинство женщин, медленно прохаживающихся по улочкам или сидящих у окон некоторых домов.
Элзбет объяснила, что на самом деле Саутворк — не часть Лондона, а отдельный город, причем в нем царят вольные законы и репутацией он пользуется не самой лучшей. Она уговаривала Мойру не ходить туда совсем, а когда увидела, что Мойра все-таки собирается, посоветовала ей подальше спрятать кошелек. Думая, что в действительности все окажется не так страшно, Мойра на всякий случай решила взять с собой всего лишь несколько пенсов.
Ей казалось, что разыскать Элис будет проще простого. В конце концов, сколько таверн ей придется посетить? Как выяснилось, несколько дюжин. Она выскочила из очередного заведения поздним вечером, жалея, что приступила к поискам слишком поздно. Правда, она не решилась выйти с утра, опасаясь, что в это время вероятность наткнуться на Аддиса или кого-нибудь из его людей гораздо выше.
Кроме того, дорога в Саутворк заняла больше времени, чем она ожидала, отчасти по той причине, что Мойра то и дело останавливалась, чтобы получше рассмотреть тот или иной дом, который сгодился бы в качестве постоялого двора. Теперь же, когда она вышла на улицу из таверны, на город уже спускались сумерки. Значит, придется вернуться завтра.
Она зашагала назад к длинному каменному мосту, протянувшемуся над рекой, и едва успела проскочить в ворота, которые охранники уже собирались закрывать на ночь.
Погрузившись в неторопливые размышления, она спокойно возвращалась к постоялому двору, не обращая особого внимания на то, что творится вокруг, замечая разве что темноту и тишину. И потому, когда она свернула за угол и вышла прямо в круг ослепительно яркого света, у нее от неожиданности вырвался испуганный возглас.
У стены здания стояли, оживленно болтая, трое мужчин с зажженными факелами. Они повернулись на голос.
— Та-ак. И что мы делаем тут в такое время? — протянул один из них.
Она попыталась обойти их, но они перегородили ей путь.
— Возвращаемся с работы?
— Что-то далековато занесло тебя от Коклейн, красотка, — вставил другой.
Она растерянно переводила взгляд с одного лица на другое. Они же, суровые и официальные, разглядывали ее в свете факелов. У Мойры возникло мрачное предчувствие.
— Пожалуйста, позвольте мне пройти.
— Нет, никак не положено. Наша задача — патрулировать этот район и следить за тем, чтобы такие, как ты, оставались в местах, которые город отвел специально для вас. Ты, когда проходила через ворота, знала, чем рискуешь, если попадешься, — заявил первый.
— Я просто ходила в Саутворк. А живу я в городе.
— Правда? Охранникам будет очень интересно. Вот им и расскажешь. Проституткам в городе запрещено появляться где-либо, кроме Коклейн, — он крепко взял ее за руку.
Так что, они приняли ее за… нет, это какое-то недоразумение! За сегодняшний день она перевидала достаточно проституток, чтобы понимать — она даже отдаленно не напоминает женщину свободного ремесла.
— Добрые люди, вы ошибаетесь. Я просто возвращаюсь на постоялый двор, где снимаю комнату.
— Ого! Она, оказывается, из тех, что умеют красиво говорить. Наверное, она даже к нему сама бегает, а не ждет, пока он к ней заявится.
— Что за глупости вы говорите! Неужели я похожа… на…
— В темноте все женщины выглядят одинаково. Кому-кому, а тебе это наверняка хорошо известно.
Дело принимало совершенно абсурдный оборот.
— Послушайте… — начала было Мойра, теряя терпение.
— Нет, это ты послушай, — перебил ее один их мужчин. — Ты бродишь по улицам в одиночестве после наступления комендантского часа, нарушаешь установленные городом законы, и, на мой взгляд, этому существует только одно объяснение. Так что не миновать тебе тюрьмы Тан.
Тюрьма!
— Думаю, вы шутите!
Державший ее за руку мужчина посмотрел на нее более внимательно. Помедлив, он пожал плечами:
— Свою историю ты расскажешь завтра мировому судье. Мое дело — очистить улицы от ночных бродяг и проституток, а ты — и то, и другое, как мне кажется. Так что идем. До тюрьмы Тан отсюда далековато.
— Вы же шутите, правда? — воскликнула она, когда он потянул ее за руку.
— Веди себя спокойно, иначе будет хуже.
— Отпустите руку, — тихо произнесла она. — Я пойду сама. И не смейте больше прикасаться ко мне.
Охранник оглянулся на своих спутников и рассмеялся:
— А она хороша. Очень хороша. И язык у нее здорово подвешен, честное слово. Бьюсь об заклад, и стоит она страшно дорого.
Мойра посмотрела в глаза, блестящие в отблесках факела. Глаза принадлежали главному охраннику тюрьмы Тан — круглой крепости, в которую со всего Лондона приводили тех, кого арестовывали за ночные преступления. Охранник окинул ее оценивающим взглядом и приказал отвести в отдельную камеру без окон, а не в ту, куда швыряли всех подряд.
Благодарная хотя бы за такое снисхождение и участие, она приняла эль, которым он ее угостил, и, утолив жажду, принялась объяснять ему, как и почему она оказалась на улице после наступления комендантского часа.
— Я рассказала ночному констеблю про Элзбет и попросила его послать за ней, — сказала она в заключение. — Элзбет знает, что я только что приехала в город и потому не знакома с местными правилами и законами.
— Ну, он передаст ей, если разыщет вашу Элзбет. Правда, это не означает, что она появится, согласитесь. Есть у вас тут родственники или знакомые? Кто-нибудь, кто мог бы поручиться за вас или принести деньги, чтобы вас выпустили под залог?
Скорее она сгниет в этой камере, чем попросит разыскать Аддиса. Кроме того, его вообще могли не пустить в город.
Охранник оперся спиной о стену за скамейкой и задумчиво похлопал себя по объемистому животу.
— Весь фокус в том — и ведь забавно, согласитесь, — что женщины, которых сюда приводят, на самом деле редко оказываются проститутками. Ночь за ночью город совершает одну и ту же ошибку, дюжины женщин оказываются запертыми в тюремных камерах, и у каждой, говорю вам, у каждой — история вроде вашей. Мне горестно даже думать о том, что ожидает их утром, — тех, кто не сможет выбраться до утра.
— А что их ожидает?
— Ну, если мировой судья не поверит им — а он по какой-то причине почему-то никогда им не верит, — женщину усаживают на телегу и везут по улицам через весь город для публичного осмеяния. До самого Ньюгейта, а это в противоположном конце города. И, я вам скажу, толпа временами ведет себя не очень добродушно. А потом ее оставляют за воротами на Коклейн вместе с другими проститутками.
Что ж, наказание не показалось Мойре слишком суровым. Гораздо хуже было бы подвергнуться публичной порке или же отсидеть срок в несколько месяцев в этой промозглой, насквозь провонявшей тюрьме.
— Э-э, на самом деле, это гораздо хуже, чем может показаться на первый взгляд. Подвергнуться такому унижению!.. То есть, по сути, на всю оставшуюся жизнь получить клеймо проститутки. Весь город любуется ею, видит ее лицо. И про архивы забывать не стоит. Этот город обожает вести архивы. Записывается все! До Ньюгейта отсюда неблизкий путь, и временами мужчины ведут себя непристойно, особенно молодые, хотя, на мой взгляд, женщины обычно выглядят не лучшим образом. Кроме того, они больше не могут вернуться в город. А если ее поймают в городе за своим ремеслом еще раз, то перед следующей поездкой на телеге ей бреют голову наголо, — он посмотрел на нее блестящими глазами. — Нам, охранникам, которые работают тут, так неприятно все это видеть. Мы помогаем беднягам, как можем.
Мойра не пропустила мимо ушей прозрачный намек на возможность договориться.
— Вы сказали, некоторые женщины выбираются из тюрьмы ночью. Как это им удается?
Он взглядом выразил ей признательность за понимание.
— Иногда ночью приходит человек, который готов поручиться и заплатить штраф. С нашей точки зрения, такое решение проблемы избавляет город от лишних расходов и хлопот.
— И каков же штраф? — спросила она. Вся ее наличность составляла три пенса.
— Для вас я назначил бы два шиллинга. Два шиллинга!
— Судя по вашему виду, вы и стоите дорого. Так что назовите мне имя вашего мужчины, и я пошлю за ним. Думаю, он заплатит за вас. Это же его обязанность, верно? Какой смысл иметь дело с мужчиной, который не может заплатить, когда возникает необходимость?
Значит, он не поверил ни единому слову из того, что она рассказала. Дверь в камеру была закрыта, но едкие тюремные запахи, казалось, проникали сквозь стены. У Мойры от тошноты свело живот, на нее обрушилось чувство полной беспомощности.
— У меня нет мужчины. Я не проститутка, — сказала она, пряча лицо в ладонях.
Отчаявшись, она покорно ждала, пока он вызовет охранников, чтобы те увели ее. Лишь бы хватило сил пережить эту ночь и завтрашний день.
— Ну и ладно, — произнес охранник успокаивающим, ласкающим тишину голосом. — Если монет у вас нет, как вы говорите, и за своим мужчиной вы посылать не хотите, есть другой способ. Вы выглядите как настоящая леди, у вас такое тело, о котором многие мужчины могут только мечтать. Вполне возможно, что оно стоит двух шиллингов.
Ее пустой желудок свело от отвращения. С трудом подавив приступ тошноты, она подняла голову:
— Нет!
В свете факела мелькнули две искры похоти. Если охранник решит взять ее силой, ей некуда будет деваться. Собравшись с силами, она бросила в его сторону взгляд, которым в свое время славилась Клер. Мойра переняла у нее этот взгляд, и на протяжении многих лет он выручал ее с самыми разными мужчинами, но она испугалась, что охранника, мечтающего оказаться в постели с леди, такое поведение может только раззадорить.
На его лице мелькнуло обиженно-рассерженное выражение, но оно быстро угасло. Поднявшись, он взял ее за руку и потащил к двери.
— Как хочешь, женщина, тебе решать. Посмотрим, сколько гордости в тебе останется, когда тебя выкинут на Коклейн.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обладание - Хантер Мэдлин



Вот что бесит - так это отталкивать свое счастье, отрицать свои чувства из=за каких-то предрассудков, или "Ой, что люди скажут!" А что бы не говорили! Никто, кроме тебя не знает. что ты думаешь и испытываешь лучше тебя самого. И никого нельзя винить за чувства. Будь то любовь или ненависть. Вот поступки - это осознанно. Подлость, предательство. Часто затянутая книжень - но думать заставляет.
Обладание - Хантер МэдлинKotyana
7.09.2012, 18.32





Не очень понравилась героиня.сирадалица. вот этот разок трахнусь и все. Ой нет. Этот последний раз будет.а герой молодец. Как танк гел к своей цели,герою 7 баллов
Обладание - Хантер МэдлинЛилия
4.07.2015, 1.08





Не очень понравилась героиня.сирадалица. вот этот разок трахнусь и все. Ой нет. Этот последний раз будет.а герой молодец. Как танк гел к своей цели,герою 7 баллов
Обладание - Хантер МэдлинЛилия
4.07.2015, 1.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100