Читать онлайн Лорд-грешник, автора - Хантер Мэдлин, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Лорд-грешник - Хантер Мэдлин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.84 (Голосов: 55)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Лорд-грешник - Хантер Мэдлин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Лорд-грешник - Хантер Мэдлин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Хантер Мэдлин

Лорд-грешник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Пока Брайд неслась в долину, как будто за ней гнался сам дьявол, упомянутый дьявол наблюдал сверху, как постепенно уменьшается ее фигурка с летящими по ветру рыжими волосами.
Она бежала не от него, он точно знал это. Конечно, ему доводилось быть негодяем с женщинами, но только не сегодня. Он дал ей массу возможностей остановить его, и что же? Она долго и охотно принимала его ласки, чуть с ума его не свела, а потом вдруг решила изобразить из себя оскорбленную девственницу. Это все равно что, открыв дверь, пригласить его переступить через порог, а потом вдруг и захлопнуть дверь прямо у него перед носом.
Медленно утихающее разочарование вылилось в серию проклятий, брошенных ей вслед.
Тем не менее, Эван понимал, что Брайд действовала без всякого расчета. Она уже полностью сдалась, но потом ее что-то испугало – что-то, должно быть, связанное с тем портретом. Может, ей испортили удовольствие мысли о «друге»? Эван подозревал, что Брайд предпочитала идеализировать бывшего любовника, лишь бы не принять унизительную правду. Если так, она будет жить здесь, пока не поседеет, дожидаясь возвращения человека, который распалил ее страсть и потом сбежал от нее. Что ж, такое часто случается с женщинами: это связано у них со странными иллюзиями, которыми они окружают любовные отношения, считая, что физическое удовольствие должно быть чем-то большим, чем просто наслаждением. Уж лучше бы стихотворцы перестали использовать язык религиозных абстракций, когда пишут о страсти. Подобный подход всегда приводит к одним несчастьям.
Когда Эван сел на коня, Брайд уже превратилась в маленькую точку, двигающуюся к дому. Что ж, он еще немного проедется, а после возвращения объяснит все. Он откроет ей великую истину, которую знал сам: чувственное наслаждение украшает жизнь, без него это не жизнь, а лишь жалкое существование, и поэтому незачем бегать от страсти. Занятие любовью замедляет бег времени, создает маленькие вечности полного совершенства, но только если отдаешься чувствам открыто и свободно.
Вряд ли его приезд сюда принесет успех в делах, зато он будет уверен хотя бы в том, что эта молодая необыкновенная женщина не погубит свою жизнь, не похоронит свою женственность, тоскуя по никчемному другу.
Она бежала не от него. Она бежала от себя. Заведя гнедого в конюшню, Брайд увидела там белую кобылу и сразу поняла, что Джоан вернулась.
Она вошла в дом через кухню, где сестры и Джилли собрались вокруг дымохода. Майкл снял рубашку, и женщины как завороженные смотрели на упругие мышцы его спины, пока он чистил палкой трубу.
Как раз в тот момент, когда Брайд закрывала дверь, на голову и плечи Майкла посыпалась сажа, а громадный комок черной соломы упал ему на спину.
Весь покрытый сажей, Майкл повернулся и увидел солому.
– Какого черта она там оказалась? – рыкнул он.
– Это, должно быть, гнездо, – охотно пояснила Мэри.
– Да-да, – подтвердила Джоан. – Какая-то большая птица свила гнездо на верху дымохода, а ветер сдул его вчера в трубу.
– По-моему, на гнездо совсем не похоже. – Майкл поморщился.
– У нас тут есть птицы, которые делают именно такие гнезда, – успокоительно произнесла Анна. – Очень необычные, с голубыми крыльями и серебряными хвостами.
– Серебряными хвостами?
– У них еще красные перья, а величиной они с…
– Джоан, разве ты не видишь, что нашему гостю нужна вода для мытья? – бесцеремонно вмешалась Брайд в эту идиллию. Дай Анне волю, ее воображение украсит неведомую птицу рогами, а затем превратит в заколдованного принца. – Спасибо за помощь, Майкл – без вас мы на несколько дней остались бы без горячей еды.
Джоан повела Майкла из кухни, но Брайд успела поймать его взгляд, когда он проходил мимо.
– Кстати, гнедому требуется уход. Поскольку сестры нужны мне здесь, вы сделаете это сами.
Джилли поспешно взяла метлу, чтобы вымести солому.
– Это заняло много времени, и ты хорошо придумала с соломой, Брайд.
– Анна, помоги Мэри и Джилли, а когда закончишь, поднимись ко мне. – Брайд быстро взбежала по лестнице в спальню, чтобы хоть несколько минут побыть одной до прихода сестер. Пока ее руки аккуратно складывали рубашку, она старалась привести в порядок мысли, которые не давали ей покоя всю дорогу до дома.
Ну да, она оказалась идиоткой. Несмышленой, бесхитростной дурой. Графу даже не пришлось тратить усилия на ее обольщение. Несколько проникновенных взглядов, немного лести, и вот она уже готова сорвать с себя одежду и прыгнуть в его объятия.
Воспоминания о столь недостойном поведении были настолько мучительными, что Брайд даже захотелось умереть. И, тем не менее, она не могла не признать, что возбуждение от его прикосновений оказалось таким… бодрящим, дрожь восхитительной, а удовольствие – просто неземным.
И вообще все это было чертовски хорошо. Она уже не помнила, насколько удивительными могут оказаться подобные ощущения; их воскрешение обезоружило ее, усыпило бдительность, они сделали ее слабой, безразличной к цене и последствиям, абсолютно безнравственной, откровенной и бесстыдной.
Возможно, Линдейл просто напомнил ей, что она потеряла с отъездом Уолтера. Брайд не могла отрицать, что получала удовольствие, занимаясь любовью с человеком, который потом попросту предал ее, сбежав, а перед этим накормив ложью. Тем не менее, она не могла притворяться, что он лишь использовал ее в постели, – она сама охотно все принимала, будь то любовь или просто вожделение. Пройдя в маленькую спальню Мэри и Анны, Брайд выглянула в окно, выходящее на запад. Отсюда она не могла видеть лорда Линдейла, но, в конце концов, он все равно вернется. И как тогда она посмотрит ему в глаза? Возможно, он сделает вид, что ничего не случилось, – хоть и поздно, но она все же остановила его. Пусть ему это не понравилось, у него нет выбора, и он смирится.
– Что ты здесь делаешь?
Вздрогнув, Брайд обернулась.
– Смотрю, не приехала ли Джоан, – солгала она, заметив любопытство в глазах Анны.
– Джоан скоро вернется. Идем, я покажу тебе, что успела сделать.
Брайд последовала за сестрой в другую комнату, где на письменном столе были разложены десять квадратных листов бумаги.
– И ты оставила все это на виду? – Брайд восхищалась искусством сестры, любила ее, но порой та становилась просто невыносимой…
– Ну и что? Слуга был в кухне, и вряд ли у него хватило бы наглости войти в наши комнаты.
Однако Брайд не разделяла уверенности сестры. Взяв один лист, она поднесла его к свету.
– Безупречно, как всегда.
Анна покраснела.
– Когда лорд Линдейл уедет, мы должны сделать больше. Если Роджер прав насчет платежей, зимой нам потребуется много денег.
Видимо, Брайд все-таки придется ехать в Эдинбург и постараться вернуться до наступления скверной погоды. Прежде она рассчитывала, что сможет подождать до весны, но, похоже, ошиблась.
С лестницы донеслись шаги, и Джоан, войдя в спальню, закрыла за собой дверь. Она была уже в бриджах, и Брайд обратила внимание, насколько быстро Джоан переоделась, вернувшись из города. Обе они любили мужскую одежду, а кроме того, это позволяло сберечь несколько оставшихся у них платьев; но Джоан вообще предпочитала такую одежду женской. Поскольку она ухаживала за лошадьми и скотом, работала в саду, Брайд никак не могла объяснить, почему ей следует носить платье.
– Вот. – Джоан протянула купюру. – Холланд не желал с ней расставаться, даже зная, что тут ее почти невозможно разменять, так что я с трудом его уговорила. Он прямо-таки вцепился в нее.
– Думаю, он никогда еще такой не видел, как и большинство людей здесь. – Развернув пятидесятифунтовую купюру, Брайд передала ее Анне, и та принялась внимательно изучать подпись.
– Господи! Боюсь, ты права, Брайд.
– Вы представляете мое потрясение, когда Холланд на прошлой неделе с восторгом махал ею передо мной.
– Такая небрежная работа непростительна. У них что, совсем нет гордости? – поинтересовалась Анна.
– Нет даже намека, – пробормотала Джоан. – Любой дурак, видевший банкноты того времени, мог бы сразу определить, что подпись кассира подделана.
– Большая часть купюр тридцатилетней давности уже вышла из обращения, – угрюмо произнесла Брайд. Ей хотелось бы верить, что эта не предвестник несчастья, которого она так боялась.
Джоан потерла пальцем сигнатуру.
– Разве она не будет возвращена в Английский банк для обмена на серебро? Может, одна и не…
– Сомневаюсь, что это единственная. Но, в конце концов, и одна вернется для обмена на серебро, – все так же мрачно ответила Брайд.
– Купюра даже плохо состарена, – покачала головой Анна, возмущаясь низкопробной подделкой и поднося ее к свету. – Хотя водяные знаки довольно хорошие – линии близки к оригинальным.
Все молча стояли, словно не веря своему открытию. Наконец Джоан задала вопрос, на который Брайд не хотелось отвечать.
– Это с пластины отца?
– Есть лишь один способ узнать наверняка. – Брайд открыла деревянный ящик, столь ловко унесенный Мэри из-под носа у Линдейла, достала с самого дна несколько купюр с подписью Английского банка и нашла пятидесятифунтовую. Как на любой новой купюре, предназначенной к выпуску, места для заполнения от руки оставались пустыми. Она положила ее рядом с фальшивкой Холланда, и сестры начали тщательно сравнивать технику гравировки.
– Боже мой! – воскликнула Анна.
– Да, боюсь, мы обречены, – пробормотала Джоан.
– Проклятие, – чуть слышно процедила Брайд.
Направив коня на север, к побережью, Эван ехал не спеша, а когда пересек вторую долину, поднялся на высокий холм. Чистый воздух бодрил его.
В такие дни, как этот, с ярким солнцем и ожидающей тебя дома сухой постелью, в северной Шотландии жить просто чудесно. По возвращении в Лондон он обязательно наведет справки о собственности Линдейла: возможно, среди прочего там есть и шотландское поместье. Впрочем, охотничий домик тоже хорошо – он бы с удовольствием приехал сюда для развлечений, а не по обязанности.
Перевалив через гребень холма, Эван начал спускаться. После того как Брайд ускакала, он не встретил ни души и лишь сейчас заметил внизу вереницу людей, домашний скот и мулов, тянувших большие повозки, нагруженные скарбом. Увидев его, люди приветственно замахали руками, дети возбужденно запрыгали, а женщины стали что-то кричать ему.
Сперва Эван намеревался лишь пересечь дорогу, но, в конце концов, из любопытства подъехал к ним.
Голоса тут же смолкли, и женщины стали окидывать его презрительным взглядом. Только молодой человек, замыкавший процессию, улыбнулся ему и пожал плечами.
Эван поехал рядом с ним.
– Ваши друзья были разочарованы, когда получше рассмотрели меня.
– Они вас не за того приняли, тупые увальни.
– Как вас много. И куда вы направляетесь?
Парень снова пожал плечами.
– Большей частью на побережье. А я вот собрался в Новую Шотландию, если устроюсь на корабль. По мне, лучше быть нищим там, чем торчать у моря, пытаясь стать рыбаком. Я арендатор и думаю, что если не разбогатею, так хоть с голоду не помру. В Канаде, говорят, всегда можно найти, чем прокормиться.
Эван оглядел идущих впереди людей. Должно быть, это семьи, которых согнали с их земель. Не об этом ли говорили сестры вчера за обедом? Впрочем, по сравнению с другими его собеседник выглядел на удивление энергичным…
– И за кого же меня приняли?
– За волшебника. – Молодой человек хихикнул и покачал головой. – Прошлой ночью женщины не спали, все дожидались чуда. Я мог бы сказать им, что никакого волшебника нет, но потом подумал: если это поможет им надеяться и ждать, то особого вреда не будет.
– Неужели они думают, что волшебник вернет им их дома?
– Нет, но он придет и даст им немного денег. Такие глупые небылицы рассказывают в холмах годами. К примеру, когда сгорают несколько церковных приходов, ночью появляется волшебник и дает людям деньги, чтобы у них было с чем начать жизнь заново.
– Этот волшебник, должно быть, очень богат, если он переселяет целые приходы…
Однако молодой человек явно не понял мрачного юмора Эвана.
– Он много не дает – только чтоб хватило купить инструменты, заплатить аренду и все такое. Людям не хочется начинать с долгов – ростовщики только и ждут, когда можно будет содрать с них шкуру. – Молодой человек поднял голову и улыбнулся. – Я мог бы сказать, что всадник не тот, кто им нужен, – вы ведь не волшебник, и теперь не ночь…
Да, не волшебник, но Эвану очень хотелось быть им. Он пошарил в жилетном кармане и выругался, нащупав там всего несколько монет.
– Ты вроде бы честный парень. Сожалею, но это все, что у меня есть. Возьми, этого хватит, чтобы купить им еду.
Приняв монеты, юноша кивком выразил свою благодарность, и Эван, развернув коня, поехал к холмам.
– Если увидите волшебника, укажите ему на эту дорогу, – крикнул вслед Эвану его новый знакомый. – Я мог быть не прав, а женщины – правы.
– Значит, нам грозят большие неприятности? – вздохнула. Анна ушла, чтобы помочь Джилли с обедом, а она из сочувствия осталась.
– Да. – Брайд расстроенно шмыгнула носом. – Кто бы ни украл пластины, я всегда молилась только об одном – чтобы их поскорее переплавили. Как-никак медь ведь дорога сама по себе…
Она хорошо помнила тот день, когда они пошли в город на празднество, оставив дома Уолтера. После возвращения они увидели, что в доме побывал вор, и у нее упало сердце; но пропажа кое-каких денег и ожерелья матери оказалась мелочью. На следующий день, открывая по какому-то делу сундук, где хранились пластины отца, Брайд обнаружила, что он наполовину пуст.
Кроме обычных пластин, в сундуке хранились также специальные медные пластины, которые отец сделал еще до ее рождения, – с них печатались гравюры, демонстрирующие высоты его непревзойденного мастерства. К несчастью, там находись также свидетельства его слабости и гордыни.
Все специальные пластины были подделками, и среди них копии гравюр старых мастеров, а также имитации произведений художников эпохи Возрождения, известные специалистам, но считавшиеся утерянными.
Гравюры Каральо, так восхитившие лорда Линдейла, тоже были подделкой ее отца, предназначенной расширить серию «Любовь богов», но опасность, связанная с этими пластинами, была сущей мелочью по сравнению с тем, что сейчас волновало Брайд. Ее отец великолепно подделывал также пластины, с которых печатались банкноты, а кроме того, печатал их и пользовался ими.
Брайд, увы, тоже не удержалась от этого соблазна, хотя пользовалась пластинами редко и с величайшей осторожностью – ведь до недавнего времени наказанием за это преступление была смертная казнь. Теперь фальшивомонетчиков ссылали на каторгу в Новый Южный Уэльс, но и это было слабым утешением.
– Воры наверняка сразу поняли, что именно попало к ним в руки. – Брайд насупилась и посмотрела в окно. – Они либо сами печатают деньги, либо продали опасные пластины тому, кто умеет это делать. Мало того, что для этого требуется станок и довольно трудно подделать бумагу, но надо еще найти человека, способного безупречно имитировать сигнатуру.
– На мой взгляд, подпись просто безобразная. Но может, банкноты еще находятся в обращении? – с надеждой произнесла Джоан.
– Мелкие деньги могут обращаться, пока не истреплются. К сожалению, крупные банкноты люди обычно меняют в банке на серебро, а уж банк обязательно проверит номер, сигнатуру и бумагу. Возможно, у них есть запись о человеке, которому первоначально выдана купюра с таким номером.
– Остается надеяться, что фальшивомонетчики достаточно осторожны и подделают настоящую купюру этого года, – предположила Джоан. – Они повторят номер, и, если одна вернется на обмен, банк может счесть ее настоящей.
– Фальшивомонетчик, небрежно относящийся к подписи, вряд ли будет внимателен к другим деталям. Его непременно схватят и узнают, откуда у него пластины. Ворам нет смысла покрывать нас, а значит, мы окажемся их сообщниками.
– Может, они сделали всего несколько штук?
Брайд ухватилась за эту возможность, как утопающий за соломинку. Конечно, они поняли опасность своего предприятия, когда пустили в обращение первые банкноты. Даже самый наглый фальшивомонетчик, если он не дурак, осмелится выпустить в месяц одну или две пятидесятифунтовые купюры, а Брайд так вообще не решалась их выпускать.
К несчастью, преступники часто глупы, поэтому их ловят. А если они попадутся, то могут указать пальцем на этот дом.
– Похоже, Уолтер не нашел воров. – Джоан стала складывать бумаги в ящик. Судя по ее тону, она считала, что он даже не пытался.
Но Брайд как раз этого и опасалась. Уолтер поклялся вернуть пластины или уничтожить их, и если он нашел людей, желающих разбогатеть таким образом, то подверг себя большой опасности.
Брайд молила Бога, чтобы оказалось, что Уолтер солгал ей и просто бросил ее, но пластины он так и не нашел.
– А что с этими? Будем использовать? – Джоан собрала законченные Анной листы.
Брайд внимательно изучила верхний лист. Пятифунтовая купюра, подпись безупречная – такую могла сделать только Анна. Совсем не редкий денежный знак; такие бакалейщики и торговцы видят ежедневно, и пятифунтовиком хозяин гостиницы уж точно не станет хвастаться друзьям и гостям.
Все пластины отца для печатания денег были совершенны, но пяти – и десятифунтовые не попали к ворам, поскольку находились в мастерской.
– Если нас когда-нибудь поймают, то не из-за этих, – решила наконец Брайд. – Мы столько лет ими пользовались, и ни у кого они не вызывали подозрений. Я заберу их в Эдинбург и сделаю как всегда. А что касается этой фальшивки, мы даже не знаем, как она попала к тем охотникам из гостиницы Холланда. Теперь нам остается лишь молиться, чтобы банкнота оказалась единственной находящейся в обращении. Дай Бог, чтобы воры поняли опасность своей затеи.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Лорд-грешник - Хантер Мэдлин



Неплохой роман, хотя с первых страниц ясно, кто "злодей" и чем все закончится: 5/10.
Лорд-грешник - Хантер Мэдлинязвочка
26.07.2013, 12.38





нудистика с гравюрами ,а в принципе читать можно .
Лорд-грешник - Хантер Мэдлинnatali
10.10.2014, 23.02





Если бы не нуднятина-тягомутина с зтими пластинами, роман бы уложился в 50 стр. Даже мне в мои 66 с первых строк было ясно (в отличие от этих глуповатых деревенских простушек), кто спер пластины. Позитивно отсутствие образа испуганной старой девы-девственницы. Главная героиня далеко не девственница, да еще секс-крикунья, которая кричит как резанная не только в процессе, но и прелюдии. Так и представляется, как в доме графа заполненном слугами, сестрами ГГ-ни (одна из них-подросток!),тетей и симпатичным Майклом, раздаются вопли Бориши. Эх! Хрущовки-хрущовки!
Лорд-грешник - Хантер МэдлинВ.З.,66л.
22.12.2014, 9.59





Сколько всего связано с гравюрами.нужно.6 баллов
Лорд-грешник - Хантер МэдлинЛилия
25.06.2015, 23.49








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100