Читать онлайн Надеюсь и люблю, автора - Ханна Кристин, Раздел - Глава 16 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Надеюсь и люблю - Ханна Кристин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.52 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Надеюсь и люблю - Ханна Кристин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Надеюсь и люблю - Ханна Кристин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Ханна Кристин

Надеюсь и люблю

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 16

Джулиан проснулся совершенно разбитым, с жуткой головной болью. Его это не удивило. В таком забытом Богом городишке нечего делать, кроме как смотреть один из трех телеканалов и пить. Накануне вечером он убил целых два часа на то, чтобы дозвониться до Вэла. Каждый раз, услышав в трубке сигнал «занято», он отхлебывал виски.
Собрав последние силы, Джулиан повернулся на бок и набрал рабочий номер Вэла. Сьюзен сразу подняла трубку.
– «Лайтнер и компания». Наконец-то! Джулиан с трудом сел.
– Вэл здесь?
– Привет, Джулиан. Минуту.
– Джул? Как дела на холодном севере?
– Куда, черт побери, ты подевался? Я звонил тебе вчера весь вечер.
– Ха, малыш! Если бы мне хотелось отвечать на подобные вопросы, я бы давно женился. – Агент рассмеялся собственной шутке. – Вчера мы снимали «На загадочном озере» – очередное душераздирающее и слезливое детище Аннет Бенинг и Ричарда Гира. А потом мы все… ну, сам понимаешь. Домой я попал только к четырем утра. А что, собственно, случилось?
– Я вчера видел Кайлу.
– Могу себе представить. И как она?
Джулиан постарался облечь в слова свои вчерашние впечатления, но безуспешно. Такого рода искренность никогда ему не удавалась.
– В этом было что-то фатальное, Вэл. Она без сознания, и я не знаю, что делать. Мне сказали, что она реагирует на воспоминания, и я стал говорить с ней о нас. – Он деланно рассмеялся. – Ты меня знаешь, я часто не могу вспомнить, что со мной было вчера. А тут стал вспоминать, как впервые поцеловал ее, и почувствовал… что-то особенное.
– Джули, я слышу в твоих словах благородное стремление добавить некрофилические оттенки к портрету.
– Очень смешно.
– Так в чем дело? Ты хочешь задержаться? Джулиан почувствовал разочарование. Он надеялся, что сможет откровенно поговорить с другом о том, что для него действительно важно.
– Послушай, Вэл, она любила меня. Пожалуй, это единственное, что я по-настоящему помню. Ощущение, что тебя любят.
– Каждая женщина, которая оказывается на твоем жизненном пути, обожает тебя.
– Но ведь это не одно и то же, правда?
Вэл замолчал на минуту, и Джулиан решил, что агент всерьез задумался над его словами.
– Пожалуй, нет. Ну и что же ты намерен делать со своими разросшимися до невероятных пределов чувствами?
Об этом Джулиан не успел подумать. Он был занят самими чувствами, а не их осмыслением.
– Не знаю. Она замужем.
– Она – что?
Джулиан инстинктивно отстранил трубку от уха. Вэл (Так взвизгнул, что это наверняка слышали все городские собаки.
– Ты прекрасно меня расслышал. Она замужем… за доктором, который мне звонил.
В трубке отчетливо раздался характерный звук – Вэл прикуривал сигарету, затем шумно выпустил дым.
– И он любит ее?
– Да. В ее палате теперь сосредоточена вся их совместная жизнь. Сестра рассказала мне, что он сидит рядом с ней дни и ночи напролет с тех пор, как произошло несчастье, а иногда и спит с ней.
– Тогда он серьезный соперник. Романтический супергерой, который любит ее настолько, что позвонил тебе, ее первому мужу, чтобы ты помог ее разбудить. Черт побери, не дай Бог газетчики пронюхают. – Вэл провалился в гробовое молчание, что означало серьезный мыслительный процесс. – Ты будь там поосторожнее, Джул.
Джулиан знал, что его друг прав. Кайла была частью его прошлого. Теперь у нее новая жизнь, к которой он не имеет никакого отношения. Но стоило ему прикоснуться к ней, как он вспомнил ее любовь… и это заставило его почувствовать себя невероятно одиноким.
– Джулиан? Ты ведь возвращаешься, да? Завтра у тебя встреча с…
Не дослушав, актер повесил трубку. Голливуд и собственная карьера в шоу-бизнесе вдруг показались ему такими далекими и несущественными, как черно-белые снимки проб по сравнению с цветной широкоформатной пленкой. Он закрыл глаза и невольно оказался во власти болезненных воспоминаний давно ушедших лет…
Его мать, Маргарет Джеймсон Этвуд Коддингтон, давным-давно сказала ему, что на нем лежит проклятие, и, похоже, оказалась права. Отец умер, когда Джулиану исполнилось восемь месяцев. Маргарет не упускала случая напомнить сыну о том, что никогда не хотела быть матерью. Она велела называть ее «мэм» и приучила вести себя так, чтобы его всегда было видно, но никогда не было слышано. Как только он немного подрос, она отправила его в школу-интернат в Швейцарию, где он и воспитывался, пока ©на занималась своими бесконечными мужьями, пластическими операциями и великосветской жизнью. Она часто посылала ему чеки, но никогда – письма.
Когда ему исполнилось шестнадцать, он сложил пожитки и отправился в Америку, надеясь найти какую-нибудь работу в Лаббоке, штат Техас.
В возрасте девятнадцати лет он уже представлял очертания своего будущего. Разумеется, оно пришло к нему в образе женщины. Он до сих пор помнил ее ошеломляющую красоту. Она подобрала его, как кошелек, валяющийся на дороге, мимо которого невозможно пройти. «Я возьму его», – сказала она себе. Позже он обнаружил, что она знаменитая актриса, и не успел оглянуться, как стал сниматься в фильме с ее участием, а потом оказался в Голливуде. И сразу стал сенсацией сезона. Тогда он изменил свое имя и образ жизни. Вэл занялся его карьерой и придумал ему прошлое, включающее безвременно погибших родителей. Именно Вэл назвал его Джулианом Троу.
Джулиан долгие годы провел в ожидании того, что кто-нибудь раскопает его настоящие корни и отыщет его реальное прошлое. Но напрасно.
Кайла была единственной, кто настаивал на том, чтобы знать его истинное лицо, а не то, что было растиражировано в прессе. Джулиан рассказал ей о себе всю правду, но скрыл настоящее имя.
– Господи, ну вот я уже и вспомнил о своей матери! Хватит! – Джулиан спустил ноги с кровати, поднялся и нетвердыми шагами направился в ванную.
Он принял душ в крошечной душевой кабинке, надел потертые джинсы и черную майку. Сверху натянул куртку, которую приобрел накануне в местном «доме моды» – магазине Зика. Выйдя в холл, он постучал в дверь комнаты, где жил его шофер:
– Поехали!
Когда он сбегал вниз по лестнице, навстречу ему из кухни вышла Лиззи. Она была похожа на обвалянную в муке плюшку, которую вот-вот засунут в печь.
– До свидания, мистер Троу. Вы вернетесь к ленчу?
– Не знаю. Пока, Лиззи.
Он открыл входную дверь и заметил стайку молоденьких девчушек, толпящихся у забора. Стоило ему появиться, как они хором закричали его имя. Казалось, в этом городке новости разносятся быстрее ветра.
– Здравствуйте, леди. Рад вас видеть, – слащаво улыбнулся Джулиан.
Они сгрудились вокруг самой смелой своей подружки, хихикая и стесняясь голых ног в коротких юбках.
– Что у нас здесь? Приветственный комитет от городской мэрии? Какие хорошенькие девушки! Я польщен.
Шофер выглянул из окна.
– Я сейчас спущусь, мистер Троу.
– Не торопитесь, – беззаботно махнул он рукой.
– Вы не дадите мне автограф, мистер Троу? – попросила одна из девушек. Ее кругленькие щечки вспыхнули ярко-красным румянцем.
– Для меня это большая честь. – Привычным движением он достал из кармана джинсов ручку и стал раздавать автографы. Девчонки затараторили все разом, подталкивая друг друга локтями для смелости.
– Сегодня вечером будет зимнее представление, мистер Троу… Может, вы захотите взглянуть? – вымолвила самая смелая, вызвав смех остальных.
Джулиан прижал руку к сердцу. Господи, как он любил поклонниц!
– Готов поклясться, что у такой симпатичной девушки уже есть кавалер!
– Ну что, Серена? – закричала другая девица. – У тебя ведь и в самом деле есть кавалер. А как насчет того, чтобы пойти со мной, мистер Троу?
Джулиан собирался отшутиться, но вдруг заметил еще одну девушку. Она стояла позади всех, улыбалась, но не хихикала и не просила автограф. Сердце замерло у него в груди.
Она была по-настоящему красива, традиционной голливудской красотой – высокая, худая, темноволосая девушка с глазами цвета растаявшего шоколада. Великолепные волосы в полумраке казались пропитанными чернилами. Это, должно быть, она…
Джулиан неправильно написал свое имя и протянул клочок бумаги рыжей девушке, которая рассмеялась, обнажив ряд зубов с корректирующими пластинками.
Он протиснулся сквозь толпу девочек и подошел к темноволосой красавице. Его сердце учащенно билось.
– Как тебя зовут, дорогая?
– Джейси.
Джулиана Селеста. Джей Си.
Его дочь. Он был поражен. Впервые она предстала перед ним не как бессловесный младенец в колыбели, а как взрослая девушка, выросшая без его участия, вдали от него. Вряд ли он закрыл глаза в этот момент, но на какой-то миг перед его внутренним взором возник образ из далекого прошлого: они с Кайлой в постели, а между ними лежит запеленутый младенец.
«Разве она не прекрасна?» Так спросила тогда Кайла…
Джулиан взглянул в глаза дочери.
– Мистер Троу, что вы делаете в Ласт-Бенде? – мило улыбнулась она.
– Я здесь по делам фонда «Загадай желание»… навещаю больных в клинике.
– У меня больна мать. Она в коме. Вы могли бы навестить ее.
– Я готов, мистер Троу! – раздался за его спиной голос шофера.
Девушки тут же отпрянули, выказывая ему такое уважение, к которому он не привык в Голливуде. Все, кроме Джейси. Она осталась стоять на месте, глядя на него своими печальными глазами.
Джулиан пристально смотрел на дочь, стараясь запечатлеть в памяти ее образ. Через минуту он уже направлялся к лимузину. Ему стоило огромных усилий не оглядываться, но когда он сел в машину, то не выдержал и в последний раз взглянул сквозь дымчатое стекло. Новое, странное чувство наполнило сердце Джулиана, стеснило его дыхание.
Это был стыд.
Ночь упала на землю, как внезапная слепота, поражающая человека, и стерла последние розовые лучи заходящего солнца. Лайем отвернулся от окна и посмотрел на дочь.
Джейси стояла перед огромным, в человеческий рост, зеркалом и любовалась своим отражением. Ее волосы были подняты кверху и забраны в пучок. Шелковое платье подчеркивало контуры тела. Она казалась такой взрослой. Лайему вдруг стало грустно, как будто он потерял свою маленькую дочку. Слезы задрожали у нее на ресницах, и он догадался, что она думает о своей матери.
– Мама гордилась бы тобой, – сказал Лайем. – Ты такая красавица.
– Спасибо, папа.
– Знаешь, что я сейчас вспомнил? Твой первый Хэллоуин в Ласт-Бенде. Тебе было пять лет, и у тебя был костюм волшебницы. Майк объездила весь Беллингхем, чтобы найти подходящую ткань. А потом она нашила целую тысячу блесток на него. – Лайем приблизился к дочери, и на какой-то миг она показалась ему прекрасной маленькой принцессой в алмазной диадеме. – Мы с Майк тогда еще не были женаты. Но в ту ночь ты спросила, можно ли тебе называть меня папой.
– Да, я помню.
– Если бы здесь сейчас была твоя мать…
– Я знаю. – Она сжала его руку.
– Да, миледи, нам пора, – улыбнулся он. Взявшись за руки, они спустились вниз. Через пару минут Роза ввела в гостиную Марка. На нем был голубой смокинг, кружевная сорочка и галстук. Курчавые волосы были забраны назад.
– О, Джейси, ты прекрасно выглядишь.
– Спасибо, Марк, – улыбнулась она.
Сверху, перегнувшись через перила, Брет закричал изо всех сил:
– А вот и невеста, толстая и румяная…
– Прекрати немедленно! – осадил его отец.
Брет рассмеялся и поскакал вниз через две ступеньки, чтобы оказаться рядом с сестрой.
– Спасибо за комплимент, оборвыш.
Брет взглянул на нее. Роза сама умывала его, и сегодня он выглядел вполне сносно.
– Ты такая красивая!
– Спасибо, малыш.
Марк протянул Джейси прозрачную пластмассовую коробочку. Внутри оказалась белая орхидея, обмотанная яркими лентами.
– Это тебе. Норма из магазина сказала, что это высший класс. – Марк постарался открыть коробку, но у него ничего не вышло, и он протянул ее Джейси.
Она вынула цветок и надела его на запястье.
– Спасибо. Бабушка, достань, пожалуйста, бутоньерку Марка из холодильника.
Роза поспешила на кухню и через минуту вернулась с гвоздикой в руках, лепестки которой пожухли.
– Вот она.
Наступила неловкая тишина. Лайем хотел нарушить ее, но словно онемел. Он хотел было обернуться к жене и сказать: «Взгляни на нее, разве она не прекрасна?» Но рядом никого не было. Лайем надеялся, что Джейси не заметит его смущения.
– Ну, дети, давайте сфотографируемся. Марк недовольно простонал.
– Прекрати, – тряхнула его Джейси за плечо и подвела к роялю.
– Думайте о сексе! – прокричал Брет из-за дивана и захихикал.
Лайему уже приходилось фотографировать для журнала «Город и деревня». Сейчас он невольно тянул время – ему казалось, что Микаэла в любую минуту войдет и займет свое место в группе снимающихся.
– Скорее, папа. Оркестр уже, наверное, играет второй танец. – Джейси оставила Марка и подошла к Лайему. – Маме наверняка захочется увидеть все, поэтому я беру с собой сумочку – буду фотографировать.
Лайем обнял дочь и крепко прижал к себе.
– Повеселись на славу, – сказал он с улыбкой. Джейси поцеловала Розу и Брета на прощание и скрылась за дверью.
Через кухонное окно Лайем видел, как она уехала на машине. «Вот она и уехала, Майк», – сказал бы он, обнимая жену за плечи и привлекая к себе. Она наверняка расстроилась бы и заплакала. Тогда Лайем подошел бы к роялю и сыграл что-нибудь нежное и грустное, что соответствовало бы моменту, в который их дочь переступает границу между детством и взрослостью.
Но ему в одиночестве приходится наблюдать, как пустеет их дом, как он лишается теплоты и нежности, которые заберет с собой Джейси, уходя во взрослую жизнь.
И в этот трудный момент рядом нет никого.
Лайем тяжело вздохнул, вернулся в гостиную и включил телевизор.
Джулиан понимал, что поступает неправильно, но не мог бороться с собой. Если честно, он даже и не пытался. Самоконтроль всегда был его слабым местом. Он не мог бы ответить самому себе, почему согласился пойти на представление. Ему просто этого хотелось, вот и все. Остальное было не важно.
Он тщательно выбрал одежду, как будто собирался на вручение премии «Оскара», а не на обычный школьный бал. Черная шелковая майка и черные джинсы от Армани. Он решил не беспокоить шофера и прошел три с половиной квартала до школы пешком. Добравшись туда, он почувствовал, что замерз как собака. Глаза слезились, и ужасно хотелось курить.
Он прошел длинным коридором, то и дело останавливаясь у стенных шкафов, где под стеклом хранились экспонаты школьного музея.
Перед дверью большой аудитории он помедлил, прежде чем войти, и глубоко вздохнул. Глаза не сразу привыкли к темноте, но вскоре он увидел, что обычный школьный спортзал превращен в экзотический тропический рай. Золотистое ковровое покрытие, напоминающее морской пляж, ярко-зеленые ветви искусственных пальм, под которыми мальчики во фраках и девочки в бальных платьях дожидались своей очереди сфотографироваться. Оркестр наяривал веселую мелодию без конца и начала, которая показалась Джулиану знакомой.
Он чутко уловил момент, когда его узнали. Оркестр внезапно оборвал музыкальную фразу, танцы прекратились, в зале воцарилась гробовая тишина. Дети расступились перед ним, образуя проход к центру.
Джулиан двинулся вперед по этому живому тоннелю, «стены» которого перешептывались и пожирали его восхищенными взглядами. Он давно научился так проходить сквозь толпу поклонников – на губах таинственная улыбка, голова приподнята, глаза блуждают по лицам, не задерживаясь ни на ком конкретно.
Оркестр опомнился и заиграл другую мелодию – любовную тему из «Титаника».
Актер остановился возле Джулианы. «Джей Си», – поспешно поправил он себя.
– Могу я пригласить вас на танец? – Он протянул ей руку.
Все вокруг замерли. Ее спутник, долговязый симпатичный парень в дешевом твидовом костюме, выглядел смущенным.
– Ты не против? – обратилась к нему Джейси.
– Н-нет.
Джулиан подхватил ее и закружил в танце. Их обступили плотным кольцом. Возбужденный шепот заглушал оркестр.
– Почему вы пригласили меня? – спросила она.
– Почему бы и нет? – улыбнулся он. – А теперь, принцесса с волосами цвета ночи, расскажите мне о себе. Вы хорошо учитесь? Много ли у вас друзей? Как вы относитесь к безопасному сексу?
Она рассмеялась глубоким гортанным смехом, совсем как Кайла.
– Вы похожи на моего папу. Разве что он никогда не интересуется моей сексуальной жизнью.
То, как она произнесла слово «папа», хоть и с некоторой иронией, затронуло какие-то тонкие струны его сердца. Странно, но до сих пор он никогда не вдумывался в смысл этого слова – значительного, весомого, обязывающего. Даже теперь, танцуя с собственной дочерью, Джулиан не мог вообразить, что является чьим-то отцом.
– Мистер Троу, вы слышите меня?
– Простите, я задумался. Так как же развлекается молодежь в вашем городе?
– Как обычно, – пожала плечами она. – Верховая езда, боулинг, катание на коньках и лыжах. Летом ездим на озеро Ангела купаться и загорать.
Такое времяпрепровождение вовсе не было обычным для молодежи Лос-Анджелеса. Если бы его дочь выросла с ним, ей пришлось бы провести юность за чугунными воротами, за которые можно выйти только в сопровождении телохранителей. Она никогда бы не узнала простых человеческих радостей, например, сесть на велосипед и проехать пару кварталов до магазина, чтобы купить кофе или содовой.
Впервые в жизни он понял, чего, собственно, всегда хотела от него Кайла. Она хотела нормальной жизни для своей дочери, но не смогла найти верных слов.
Джулиан никогда не понимал жену. Но теперь, держа в объятиях свою и не свою дочь, он задумался, а не слишком ли дорого заплатил за славу. Это осознание потрясло его, заставило понять, насколько все это время ему не хватало дочери. Казалось, он вошел в знакомую комнату, но, против ожидания, нашел ее пустой.
Ему бы следовало давно понять, что в конце концов так и будет – ведь не мальчик уже.
Он не ощущал себя отцом Джейси. Дома ее ждал человек, который любил ее, который знал, что она носит кружевные трусики и сопит во сне, который готов был поддержать ее, если она вдруг оступится.
Джулиан дал ей жизнь, но не воспитал; он не сделал ничего для того, чтобы она выросла в такой красивый, соблазнительный цветок, который он теперь сжимал в своих объятиях. Но как он мог взрастить другого человека, если ему нужно было так много солнечного света для себя одного?
И хотя он понимал, что никакая сила на свете не заставит эту девушку считать его своим отцом, он не мог перестать мечтать о несбыточном.
Песня подошла к концу. Джулиан склонился и поцеловал ее в щеку. А потом сделал единственное, что можно было в этой ситуации, – он ушел.
Лайем сидел в гостиной, потягивая виски с содовой, когда услышал звук подъезжающего автомобиля. Он напрягся. Он сидел здесь уже много часов при свете единственной лампы, вспоминая свой разговор с Джулианом. Ji чем дольше он думал о том, насколько безрассудно и опасно скрывать правду, тем страшнее ему становилось. Они живут в крохотном городке, где слухи распространяются с той же скоростью, с какой пчела перелетает с цветка на цветок. Выдумка Джулиана насчет фонда «Загадай желание» даст эффект лишь на какое-то время. Но он, похоже, не понимает всей серьезности ситуации. Человек, который может сказать, что сначала мы были влюблены друг в друга, а потом разлюбили, вряд ли разбирается в любви или испытывал сердечную боль.
В то же время Лайем не хотел обманывать Джейси. Обман, по его мнению, никому не приносит пользы. Теперь же, каждый раз, глядя на нее, он ощущал темную непроницаемую пелену вранья, которую сам создал.
Входная дверь отворилась, и Джейси ворвалась в комнату. Ее щеки горели, а глаза сверкали. Лайем понял, что не может рассказать ей всю правду сейчас, в этот вечер, полный волшебных воспоминаний.
– Привет, папа, – сказала она, ласково обвив его шею томным жестом балерины.
– Ну, как все прошло? – спросил он, беря камеру и Делая несколько снимков для Майк.
– Грандиозно! – воскликнула она, оставляя на его Щеке воздушный поцелуй, легкий, как взмах колибри. – Я сделала кучу фотографий.
Лайем поднял на нее глаза. Сердце защемило от любви и нежности.
– Она будет рада посмотреть на тебя и твоих друзей, – сказал он.
Джейси рассмеялась, сорвалась с места и побежала к лестнице. Лайем последовал за ней, гася по пути свет. У двери своей комнаты она задержалась и лукаво обернулась к нему.
– Угадай, что произошло.
– Ну, говори, – улыбнулся он.
– На вечере был Джулиан Троу. Он пригласил меня танцевать. Меня! И еще он назвал меня принцессой с волосами цвета ночи. Я навсегда запомню этот день.
– Но… – Лайем хотел погладить ее по волосам, но его рука застыла в воздухе.
– Спокойной ночи, папа. – Не дожидаясь ответа, дочь чмокнула его в щеку и скрылась за дверью.
Лайем долго стоял неподвижно, затем нерешительно постучал в дверь. Когда Джейси отозвалась, он заставил себя улыбнуться и вошел.
– Мне только что позвонили из госпиталя. Но это не из-за мамы, просто вызывают на работу. Скоро вернусь.
– Ладно. Поезжай осторожно, – рассеянно отозвалась она, словно и не слышала его вовсе.
Лайем кивнул и вышел. Ярость клокотала в его жилах. Он опрометью бросился к гаражу и вскочил в машину.
Джулиана он увидел перед входом в гостиницу. Тот снова был одет в джинсы и майку, идиот, дрожал от холода и жадно затягивался сигаретой.
Лайем затормозил так резко, что машину занесло. Высунувшись из окна, он вдохнул полной грудью колючий морозный воздух.
– О чем, черт побери, вы думаете?
– Я должен был ее увидеть, – ответил Джулиан. Он выглядел весьма жалко в своей не по погоде легкой одежде.
Лайем почувствовал, что приступ ярости прошел, оставив его беззащитным. Он даже испытывал сочувствие к Джулиану, в глазах которого залегла глубокая печаль, как у человека, вынужденного смириться со своим поражением. Разумеется, он должен был ее увидеть.
– Она стала очень красивой, Лайем. Точная копия Кайлы… ничего от меня.
Лайем не знал, что ответить. Он предполагал, что Джулиан никогда прежде не испытывал отцовских чувств к своему ребенку и даже не догадывался, что это такое – вырастить дочь.
Джулиан затянулся в последний раз и бросил окурок в сугроб. Тот зашипел и выпустил тонкую струйку дыма.
– Я ничего не сказал ей. Даже не представляю, как это сделать.
– Почему? – спросил Лайем, выходя из машины.
– Вряд ли вы меня поймете, – вздохнул Троу, пуская изо рта облачко белого пара. – Я ломаю все, к чему прикасаюсь. – Он грустно улыбнулся. – Только теперь я понял это со всей очевидностью. И мне не хочется причинять боль Джейси.
Лайем вдруг проникся жалостью к Джулиану, в душе которого, оказывается, было место искреннему чувству.
– Прошу вас, Лайем, не говорите ей ничего.
– Хорошо, – отозвался тот. Позже он много раз спрашивал себя, что заставило его так ответить – неподдельная боль в глазах Джулиана или боязнь ранить нежное сердце Джейси.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Надеюсь и люблю - Ханна Кристин



Здоровский роман! Всплакнула в паре мест! До конца держит в ожидании и переживании!
Надеюсь и люблю - Ханна КристинМила
4.04.2013, 21.44





После чтения этого романа начинаеш смотреть на любимого другой стороной... учить понимать друг друга...учить быть терпиливым... Читайте не пожелаете!!!
Надеюсь и люблю - Ханна КристинС
18.10.2013, 20.15





Очень трогательный,пронизывающий роман.Читайте.
Надеюсь и люблю - Ханна КристинИнна
24.12.2013, 12.51





Очень трогательный,пронизывающий роман.Читайте.
Надеюсь и люблю - Ханна КристинИнна
24.12.2013, 12.51





Какая книга!!! Читайте,, любите!
Надеюсь и люблю - Ханна КристинStefa
17.01.2014, 20.02





Достойный прочтения роман. Есть о чем подумать.
Надеюсь и люблю - Ханна Кристинren
1.08.2014, 23.40





Достойный прочтения роман. Есть о чем подумать.
Надеюсь и люблю - Ханна КристинЕлена
13.02.2016, 8.47





Очень неприятное впечатление от романа какие-то многолетние страдания.И как может женщина мать двоих детей мечтать о каком-то мудаке
Надеюсь и люблю - Ханна КристинГюльджан
16.05.2016, 1.02





Замечательный роман.
Надеюсь и люблю - Ханна КристинИрина Р.
27.09.2016, 18.19





Роман не плохой -но плохо верится, что имея такую чудесную семью, можно ещё думать о каком-то идиоте.По моему автор тут точно что то намудрила...
Надеюсь и люблю - Ханна КристинЕва
29.09.2016, 19.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100