Читать онлайн Влюбленные мошенники, автора - Гэфни Патриция, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбленные мошенники - Гэфни Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.95 (Голосов: 109)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбленные мошенники - Гэфни Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбленные мошенники - Гэфни Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэфни Патриция

Влюбленные мошенники

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Если хотите потратить деньги так, чтобы все это заметили, потратьте их на женщину.
Кин Хаббард

«Двое пассажиров дилижанса исчезли сразу же после ограбления, воспользовавшись лошадью арестованного бандита. Речь идет о женщине, изображавшей католическую монахиню с целью незаконного сбора пожертвований, и о мужчине, который назвался Эдуардом Кордовой из Монтерея и по неизвестной причине притворялся слепым. Полиции не удалось с точностью установить связь между пропавшими пассажирами и ограблением. По утверждению…»
– Почему они пишут «изображавшая католическую монахиню»? – возмутилась Грейс, свирепо насадив на вилку кусок бифштекса. Уже во второй раз за этот день она подкреплялась в закусочной «Бэлльз», – Почему они считают, что монахиня была не настоящая? У них же нет никаких доказательств, ни единой улики!
– «По утверждению помощника шерифа Сан-Матео…»
– Это всего лишь догадки.
– «По утверждению…»
– Просто безобразие! – не унималась она. Рубен со вздохом посмотрел на нее поверх газетной полосы. Сообщение было помещено на девятой странице «Дейли экзэминер».
А Грейс все никак не могла успокоиться.
– Я не допускаю ошибок в работе и горжусь этим! И когда какой-то бестолковый помощник шерифа смеет утверждать в газете, будто я «изображала» монахиню, меня это просто возмущает!
– Откуда тебе знать, а вдруг они навели справки об этом твоем ордене Святой Пыли-в-Глаза? – миролюбиво предположил Рубен.
– Святой Надежды, – упрямо поправила его Грейс. – Это был орден Блаженных Сестер Святой Надежды.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что он взаправду существует?
Грейс сунула кусочек мяса в рот и неторопливо прожевала, глядя на Рубена через стол. Он знал, что творится в эту минуту в ее голове: она взвешивала различные возможности, пытаясь решить для себя, стоит ли упорствовать в своем обмане.
– Нет, – созналась она наконец.
– Ну вот видишь!
– Да, они, должно быть, проверили, – неохотно согласилась экс-сестра Августина, – иначе им бы вовек не догадаться. Ведь я ни разу не выпустила вожжи ни на секунду, даже когда этот гнусный недомерок начал меня лапать.
На жаргоне мошенников «выпустить вожжи» означало выйти из роли во время «раздевания» жертвы.
– Я тоже ни разу не выпустил вожжи, – возразил Рубен. – Я же не вылезал из шкуры Эдуарда Кордовы до самого конца! И хоть бы мне кто «спасибо» сказал!
– Это другое дело. С какой стати кто-то должен говорить тебе «спасибо»?
– А почему бы и нет?
– Потому что Пивной Бочонок мог меня убить! Я могла погибнуть, пока ты изображал благородного слепца!
«Опять по новой», – с досадой подумал Рубен, нервно забарабанив пальцами по столу. Она приперла его к стенке и пользовалась своим преимуществом сполна, но… сколько же можно? Судя по всему, она будет предъявлять ему этот счет до скончания века.
– Ладно, читай дальше, – буркнула Грейс, откинувшись на высокую кожаную спинку стула в отдельной кабинке, которую им предоставили для обеда у «Бэлльз». – Что там насчет ограбления?
Кусочек сырого филе, который она в лечебных целях заставила его приложить к заплывшему глазу, отлепился и упал ему на колени. Рубен рассеянно подобрал его и положил на край тарелки, после чего вернулся к чтению.
– «По утверждению помощника шерифа Сан-Матео, из передвижной коллекции китайских древностей было похищено лишь неустановленное число образцов погребальной скульптуры, в частности нефритовый дракон, используемый в качестве сторожевого талисмана в захоронениях династии Вэй, глиняный единорог династии Хань, а также двенадцать фигурок, изображающих знаки Зодиака, династии Мин».
– Одиннадцать, – ревниво поправила Грейс.
– «Бесценные акварели, манускрипты и керамика остались нетронутыми по не выясненным пока причинам. Арестованный китаец упорно отказывается от дачи показаний, и, судя по последним сообщениям, его личность пока не установлена».
Сложив газету и отодвинув ее в сторону, Рубен потянулся за кружкой пива. Он отхлебнул глоток, потом с мучительной гримасой осторожно прижал запотевшее от холода стекло к своей пострадавшей брови. – Стало быть, Пивной Бочонок разговаривать не желает.
– Может, на той бумажке было его имя? – предположила Грейс. – Если так, значит, мы оказали ему услугу, забрав листок.
– М-м-м… Мой друг-антиквар мог бы узнать, что там написано.
На нее это не произвело впечатления.
– Подумаешь! Я могу отнести листок в ближайшую китайскую прачечную и все выяснить сама.
– Мне кажется, это было бы неразумно.
– Это почему же?
– Не стоит посвящать в это дело посторонних, тем более что мы и сами не знаем, о чем идет речь.
– Да какая разница?
Грейс подозрительно прищурилась.
– Ты что-то задумал, не так ли? Только не Говори мне, будто нас могут заподозрить в сговоре с Пивным Бочонком. У тебя на уме что-то другое.
Вместо ответа Рубен поставил локти на стол и доверительно наклонился к ней поближе.
– Сколько денег у тебя украли, Грейс? – спросил он самым вкрадчивым тоном, на какой только был способен.
– Я же сказала; тебя это не касается.
– Да ладно тебе, – принялся уговаривать он. – Я же тебе выложил всю правду о Крокерах, разве не так? Сам я потерял почти две тысячи долларов, а раздобыть мне надо четыре с половиной, к с следующему вторнику. Как видишь, я во всем признался. Чего тебе еще надо?
Она кокетливо расстегивала и застегивала пуговички на манжете своего нового платья из индийского шелка цвета бургундского вина, видимо, любуясь эффектным сочетанием насыщенного бордового оттенка ткани с белой, изящно удлиненной кистью руки. Помимо платья, Грейс обзавелась еще и новым плащом – черным с кремовой атласной подкладкой. Сейчас он висел на крючке у нее за спиной. Рубен надеялся, что она вспомнит, в какую сумму обошлось ему ее «приданое»: платье, плащ и новые высокие башмачки на пуговицах. А ведь он и глазом не моргнул, когда ему назвали цену. Более того, когда она приглядела этот роскошный туалет в салоне готового платья мадемуазель Жоли и вышла к нему из примерочной, он расстался с деньгами, даже не пикнув.
Эти деньги были заработаны нелегким трудом. В поте лица, можно сказать. Прежде чем отправиться к мадемуазель Жоли, они посетили четыре почтовых отделения в разных частях города, где Рубен собрал недельную выручку со своих многочисленных деловых начинаний. «Не густо», – заметила Грейс, и ему пришлось признать, что его дела в последнее время и впрямь идут не блестяще.
По мнению самого Рубена, при таких обстоятельствах ей тем более следовало бы оценить его щедрость по достоинству. Разумеется, речь шла лишь о ссуде под процент, о котором он еще не успел упомянуть, до того момента, как муж переведет ей деньги в ответ на телеграмму, отправленную ему еще с утра. И все же, как ни крути, именно Рубен и купил ей новую одежду, и оплатил обед, который она поглощала в настоящую минуту В эту ночь ей опять предстояло спать в его постели Даже согласно ее весьма искаженным представлениям о справедливости он заслуживал честного ответа на свой вопрос.
– Ну ладно, – наконец уступила Грейс, – так и быть, скажу Но только при одном условие – И при каком же?
– Обещай, что не присвистнешь от удивления. Рубен опустил унылый взгляд на неаппетитную смесь мясного фарша, приправленного яблочным соусом, и картофельного пюре у себя в тарелке.
– Я не то что свистеть, даже жевать толком не могу.
После встречи с Крекерами у него расшатался один из коренных зубов.
Окинув бдительным взглядом полупустой ресторанчик, Грейс наклонилась вперед и одними губами прошептала:
– Четыре.
– Четыре?
Она откинулась на спинку стула, видимо, считая свой ответ исчерпывающим.
– Четыре чего? Сотни?
Она закатила глаза с видом человека, вынужденного выслушивать всякий вздор.
– Четыре тысячи? Четыре тысячи долларов?
– Ш-ш-ш!
Глубочайшее изумление, написанное у него на лице, явно пришлось ей по вкусу. Она с довольным видом отхлебнула глоток кофе.
– И все это ты добыла, изображай сестрицу Августину?
Грейс лишь усмехнулась в ответ. – И долго ты этим занималась?
– Около трех недель. Рубен разразился ругательствами на незнакомом ей языке.
– Значит, я до сих пор только даром терял время, – простонал он, придя в себя и недоверчиво качая головой. – Боже всемогущий, мне надо было изображать священника!
– Три недели кропотливой, изнурительной работы, – напомнила Грейс. – Не надо думать, что стоит только нацепить «собачий ошейник»
type="note" l:href="#note_12">[12]
, как люди начнут забрасывать тебя деньгами со всех сторон. Тут требуется индивидуальный подход. Это целое искусство.
– Только не морочь мне голову со своим подходом! Я же видел, как ты доила в дилижансе беднягу Суини! Он полез за бумажником еще до того, как ты начала строить ему глазки.
– Я и не думала строить ему глазки! – возмутилась Грейс. – Я этим вообще не занимаюсь.
– Да уж мне-то можешь не заливать. Она умела не только строить глазки, но и краснеть, лить слезы, надувать губки и выпячивать грудь, когда считала, что это поможет ей достигнуть желаемой цели.
– Мы уклоняемся от темы, – сухо напомнила она. – Я тебе сказала, сколько у меня украли. Ты намерен что-то предпринять по этому поводу?
– А тебе действительно нужны эти деньги?
– Знаешь, у тебя ужасные манеры! Что за несносная привычка – отвечать вопросом на вопрос!
Рубен скрестил руки на груди, терпеливо ожидая ответа.
– В отличие от тебя я не барахтаюсь по уши в долгах. Тебя ведь именно это интересует? Никто не устроит мне «темную», если я их не верну.
– Тогда зачем тебе столько денег?
– Чтобы оплатить медицинские счета, – слишком быстро ответила она.
– По виду не скажешь, что ты тяжко больна. Ему хотелось окинуть ее убийственным взглядом, но ничего не вышло: рассеченная бровь не хотела слушаться, а саркастическая усмешка превратилась в страдальческую гримасу.
– Вообще-то это не твое дело, но мой муж… Грейс опустила взгляд, издала тяжелый вздох и вновь посмотрела на Рубена.
– Мой муж… – Голос у нее дрогнул. – У него порок сердца.
Да, следовало отдать ей должное: сыграно было здорово. Настолько здорово, что Рубен даже не мог с полной уверенностью определить, лжет она или нет.
– Ты имеешь в виду Анри? Того, что занимается предпринимательством?
– Занимался предпринимательством. Я забыла тебе сказать, что он отошел от дел.
– Ах вот как! – Если она и лгала, то делала это мастерски.
– Да, именно так! – огрызнулась Грейс. – Давайте-ка вернемся к сути дела, мистер Джонс. Почему вас так волнует мое финансовое положение? Что вы задумали на сей раз? Какие козни породил ваш корыстный умишко?
Рубен галантно поклонился, словно услышал комплимент.
– На сей раз мой замысел чрезвычайно прост, мадам Руссо. Впрочем, вы так умны, что наверняка уже обо всем догадались наперед.
– Очень может быть.
Она одарила его столь ослепительной улыбкой, полной лукавого дружелюбия, что он на мгновение забыл, о чем шла речь. Пришлось отхлебнуть большой глоток пива, чтобы вернуть себе способность мыслить здраво.
– Я считаю, что мы не должны сидеть сложа руки. Наши общие потери составляют шесть тысяч долларов. Предлагаю объединить усилия для их возвращения.
В ее глазах внезапно вспыхнул и тотчас же погас огонек. Рубен понял, что его предложение не стало для нее неожиданностью. Она оттолкнула в сторону свою тарелку и оперлась подбородком на сплетенные пальцы.
– Каким образом?
– Для начала обратимся за консультацией к моему другу доктору Слотеру. Это тот самый антиквар, о котором я уже говорил. Для меня он просто Док.
– Доктор Слотер? – переспросила Грейс, издав смешок. – Странное имя для антиквара.
– Тем не менее его так зовут. Он держит антикварный магазинчик на Пауэлл-стрит. Я мог бы сходить туда завтра, показать ему тигра и…
– Ты хочешь сказать, мы могли бы сходить к нему.
– Извини, я просто оговорился. Приятно сознавать, что ты проявляешь такое внимание к моим словам.
– С тобой всегда приходится держать ухо востро.
– Ну хорошо, мы покажем ему тигра и послушаем, что он скажет. Даже если эта штуковина сама по себе ничего не стоит, для обладателя остальных одиннадцати фигур она, несомненно, представляет большую ценность.
– Это ведь как набор шахмат без ферзя, верно?
– Совершенно верно. Кроме того. Док Слотер располагает связями в Китайском квартале. Он подыщет кого-нибудь, кто за плату сделает для нас перевод письма, найденного у Пивного Бочонка, и будет при этом держать язык за зубами.
– А откуда у него связи в Китайском квартале? Я бы хотела узнать поподробнее, что он вообще собой представляет, этот Док Слотер.
– Пошли домой. Гусси. Я все тебе расскажу дома. Рубен сделал знак рукой, чтобы им принесли счет.
– Думаю, мы можем смело предположить, что Пивной Бочонок решил надуть своего нанимателя и присвоить фигурку тигра. Так сказать, вор у вора дубинку украл. Ты согласна со мной? То ли он хотел толкнуть ее от своего имени, то ли придержать у себя и потом сбыть своему патрону по более высокой цене.
– Мы даже не знаем, есть ли у него патрон. А может, в этой троице каждый работал на себя?
– Возможно, но мне почему-то в это не верится. Задумчиво хмурясь, Грейс сложила салфетку аккуратным квадратиком.
– Я тоже так не думаю.
– Наконец-то мы хоть в чем-то пришли к согласию.
Они встали из-за стола. Рубен снял с крючка ее плащ и помог ей одеться. В этот вечер она сделала высокую прическу, но несколько закрученных штопором золотистых локонов ненароком выбились из-под шпилек и упруго покачивались у щек, придавая ей бесхитростный и невинный вид. По крайней мере Рубену хотелось надеяться, что это вышло ненароком. Имея дело с Грейс, ничего нельзя было утверждать наверняка.
– Мне так нравится мое новое платье! – воскликнула она, бросив на него через плечо искрящийся весельем взгляд. – Спасибо, что купил.
Он сразу понял, что она пытается снизить процент в их грядущей сделке, но ее благодарная улыбка показалась ему такой трогательной, что он не смог устоять.
– Можешь не благодарить. Смотреть на тебя в этом наряде – истинное наслаждение. Другой награды мне не нужно, – с рыцарским великодушием провозгласил Рубен. – Ты, конечно, понимаешь, что я выражаюсь фигурально, – торопливо добавил он, проходя следом за нею между столиками к выходу. – Не следует понимать мои слова буквально!
Тонкий серп едва народившейся луны низко висел в безоблачном темно-синем небе. С вершины холма можно было увидеть в бухте темные очертания острова Алькатрас и далекие мигающие огоньки на мысе Марин. Тротуары в старинном квартале, где жил Рубен, все еще были деревянными, и Грейс споткнулась, попав каблуком в трещину между досками. Рубен подхватил ее под руку и не отпустил, даже когда покрытие стало ровнее.
Он постепенно все замедлял шаг, на Юнион-стрит начал прихрамывать, а на Филберт-стрит навалился на нее всей тяжестью, вместо того чтобы ее поддерживать.
– Тебе нехорошо? – забеспокоилась Грейс, бросив на него взгляд из-под ресниц.
Рубен ответил вымученной улыбкой и мрачно кивнул. Теперь они уже тащились еле-еле. Он даже сделал вид, что задыхается.
– Ребра все еще болят?
– Ничего страшного. Давай остановимся на минутку и полюбуемся, – тяжкий вздох, – этим прекрасным видом.
Он прислонился к стволу чахлого, искривленного кленового деревца, мужественно сдерживая стон, и схватился свободной рукой за бок. «Прекрасный вид» представлял собой пустырь по соседству с шорной мастерской. В скудном свете уличного фонаря Грейс стала с тревогой всматриваться в него, но так ничего и не сказала.
– Тебе было удобно прошлой ночью? – осведомился Рубен как бы между прочим. – Хорошо выспалась?
Она растерянно заморгала.
– Да, я спала как убитая. А ты?
– Более или менее сносно.
Хороший ответ. Полный сдержанного достоинства и в то же время неопределенный. Рубен выдержал небольшую паузу, прежде чем продолжить.
– Когда я был помоложе, мне удавалось заснуть где угодно.
Он снова умолк, а потом рассмеялся с едва скрытой горечью.
– Дело в том, что из этого дивана торчит пружина, причем как раз… ты не поверишь, но как раз на уровне ребер! Так и вонзается прямо вот сюда, – он похлопал себя по жилетному карману. – Представляешь, что меня ждет?
Она сказала:
– Гм-м.
Рубен выдержал еще одну паузу.
– Ну, пожалуй, пора двигаться дальше. Я думаю, нам сегодня следует лечь пораньше и хорошенько отдохнуть. Ведь завтра нам понадобится вся наша смекалка. Верно?
– Вообще-то я вряд ли сумею выспаться как следует на этом проклятом диване.
Улыбка ему удалась – стоически мужественная, но в то же время добродушная. С кряхтением оторвавшись от ствола дерева и опять взяв ее под руку, Рубен возобновил свой путь к дому, все так же с трудом волоча ноги. На углу Напье-стрит он вдруг остановился как вкопанный.
– Погоди! Я, кажется, кое-что придумал.
– Интересно, что?
Ему не понравился ее пристальный сверлящий взгляд, но отступать уже было некуда.
– Да просто я подумал… – Он как будто опомнился. – Нет-нет, извини, это все вздор.
– И все-таки?
– Не стоит об этом говорить. Я и сам не знаю, как это мне в голову взбрело.
– Нет уж, скажи мне, – настаивала она, догадываясь, что Рубен имеет в виду.
– Могу себе представить, каков будет твои, отрет. – Он опять деланно рассмеялся.
– Сейчас же говори, в чем дело!
– Ну, в общем-то, ничего нового, просто я подумал, что мы могли бы разделить… гм… ну как бы это сказать?
– Ну как бы это сказать – постель?
– Вот видишь, какая дурацкая идея! Полная нелепость. Забудь о ней.
Еще полквартала они миновали в полном молчании. Проходя под фонарем на углу своего переулка, он рискнул скосить глаза и заглянуть ей в лицо. Ее лоб был озабоченно нахмурен. Рубен еще сильнее повис на ней, пока доставал ключи из кармана.
Он отпер дверь, но Грейс остановила его на пороге.
– Рубен, – тихо окликнула она его.
На миг сердце у него замерло: она впервые назвала его по имени.
– Да, Грейс?
– Я…
– Да?
– Мне больно думать, что ты так мучаешься. Для меня это просто невыносимо.
Она высвободила свою руку и тут же, к его величайшему изумлению, сунула ее ему под полу сюртука. Когда она начала поглаживать его ребра кончиками пальцев, он совсем перестал дышать.
– Мне кажется, я уже достаточно хорошо тебя знаю и могу тебе доверять.
– Конечно, ты можешь мне доверять!
– Если ты действительно этого хочешь, можешь спать со мной.
– Я…
Ему пришлось проглотить ком в горле, мешавший говорить.
– Я очень этого хочу.
– Тогда я согласна. Я, конечно,' полагаюсь на твою порядочность.
– Грейс, вздохнул Рубен, закрыв глаза, – ты ангел милосердия.
Это прозвучало как молитва. Воздух со свистом вырвался у него из груди, когда ангел милосердия несильным, но точным ударов заехал ему в бок, как раз по самому болезненному месту.
– Будешь спать со мной, когда в аду мороз грянет, – отчеканила она и плавной походкой вошла в дом, оставив его хватать ртом воздух.
На следующее утро, они отправились в контору «Вестерн-Юнион», полные радужных надежд. Грейс прочла лаконичную телеграмму от Генри, юлой кружась на месте, так, как Рубен все время пытался заглянуть ей через плечо.
«Нетерпением жду подробностей приключения. Никому не доверяй. Немедленно возвращайся домой. Мне уже лучше. Целую. Генри».
Сумма, переведенная вместе с телеграммой, вызвала у нее жестокое разочарование. Расплатившись с Рубеном – с учетом чудовищного ростовщического процента, от которого она все никак не могла опомниться, Грейс убедилась, что у нее практически ничего не осталось.
Они покинули контору «Вестерн-Юнион» и отправились в антикварную лавку Дока Слотера в самом мрачном настроении.
Мимо магазина «Древности Старого Света» в ничем не примечательном квартале на Пауэлл-стрит она вероятно, прошла бы, не повернув головы, если бы Рубен не направил ее к Дверям, взяв под руку. Вывеска так потускнела, что ее невозможно было прочесть, а витрина оказалась маленькой, темной и почти непрозрачной от пыли и грязи. Щурясь изо всех сил, Грейс едва сумела рассмотреть за стеклом какой-то хлам, вываленный грудой на лоскут порыжелого от времени бархата. Лишь в порыве буйной фантазии его можно было окрестить антиквариатом.
Когда они открыли дверь, над головой звякнул колокольчик. Им пришлось остановиться на тесном квадратике свободного пространства, со всех сторон окруженного разной дребеденью, почти неразличимой в тусклом свете, который с трудом пробивался сквозь запыленное окно.
– Есть тут кто-нибудь? – крикнул Рубен. Из-за черного занавеса в дальнем конце комнатушки послышался негромкий певучий голос:
– Будьте добры минутку подождать.
– Это Док, – пояснил Рубен, подмигнув Грейс с видом заговорщика. – Ну, как тебе здесь нравится? Правда ведь это нечто?
– Да, это нечто, – согласилась Грейс. Трудно было найти более подходящее определение, особенно в глубоком сумраке, почти скрывавшем помещение от глаз. Будучи по природе своей большой поклонницей чистоты и порядка, Грейс ощутила неодолимое желание атаковать «Древности Старого Света», вооружившись тряпкой и метлой.
– Скоро ты привыкнешь к полутьме. Рубен углубился в изучение предметов, сваленных на длинном столе посреди комнаты, словно ища что-то. Грейс наконец удалось рассмотреть груды пришедших в негодность светильников, какие-то поломанные табакерки, старинные фолианты с изъеденными плесенью переплетами, набор черепаховых гребней и головных щеток, музыкальные шкатулки, заржавленный дуэльный пистолет.
– Интересно, а где же… ах, вот она! Взгляни-ка, Грейс.
– Что это?
Рубен показал ей обыкновенную деревянную шкатулку – грубо сколоченную, непокрашенную, с вырезанным на крышке полумесяцем и небольшой деревянной ручкой.
– Открой.
Грейс открыла шкатулку и улыбнулась, очарованная раздавшимися при этом мелодичными звуками «Прекрасной мечтательницы», но ее улыбка тотчас же угасла, как только она разглядела внутри резную фигурку ухмыляющегося лысого толстяка, сидящего на толчке со спущенными к лодыжкам штанами. Она захлопнула крышку и сунула шкатулку обратно в руки Рубену.
Его ответная ухмылка показалась ей не менее глупой, чем у толстяка из шкатулки.
– Какой тонкий юмор! Как раз в твоем духе, – отрезала она, бросив на него испепеляющий взгляд.
– Никак не пойму, почему ее до сих пор никто не купил, заметил Рубен, качая головой с искренним недоумением, и вернул шкатулку на место. – Как ни зайду, она все еще здесь.
– Вот уж в самом деле необъяснимая загадка! Какое-то движение справа от нее привлекло внимание Грейс.
– Ой, смотри! Зяблики!
Сперва ей показалось, что множество зябликов перепархивают с жердочки на жердочку в большой клетке из ивовых прутьев, но, приглядевшись внимательнее, она насчитала всего девять прелестных птичек с оранжево-серым оперением.
– Какие милые! В детстве у меня был попугайчик.
– На ранчо? – тотчас же осведомился Рубен. – Это было еще, до, того, как у Мариэлены появились стигматы, или уже после?
Грейс усмехнулась, не находя подходящего ответа. ОН стоял слишком близко, запах лавровишневой воды дразнил ее, пробуждая желание обернуться, и вдохнуть всей грудью.
Прошлой ночью она долго лежала без сна. Ее преследовали картины того, что могло бы – нет, того, что должно было случиться, если бы она сделала вид, будто верит в сказку Рубена о больных ребрах, и позволила ему лечь вместе с ней в одну кровать. И сейчас она с досадой почувствовала, как волнующие образы – такие четкие, уже хорошо знакомые, будоражащие – нахлынули на нее вновь, – Добрый день! Чем могу служить? Опять этот голос – низкий, но звучный. Он раздался за спиной так неожиданно, что Грейс резко обернулась, задев грудью рукав Рубена. Мужчина стоял позади них в глубокой тени. Бледный, тощий как щепка, он был так высок ростом, что Грейс не доставала макушкой даже до его острого, торчащего вперед, кадыка. Она видела его только в профиль и в полутьме прикинула, что ему сильно за пятьдесят. На нем был свободный. свитер и пара мешковатых вельветовых штанов, и то и другое неопределенного коричневато-серого цвета, а на ногах – мягкие шлепанцы. Теперь стало понятно, каким образом ему удалось возникнуть столь незаметно. Его суровые черты смягчились, когда он увидел Рубена, на губах появилась улыбка, обнажившая длинные, потемневшие от табака зубы.
– Как поживаете, Рубен? Давненько не виделись! Я уж было подумал, что вы позабыли о своем перстне. – Рад вас видеть. Док. Нет-нет, конечно, я не забыл, просто времени не было заскочить за ним. Дела, знаете ли. Все время приходится мотаться с места на место.
Судя по всему, доктору эти оправдания показались не более правдоподобными, чем самому Рубену, однако ни того, ни другого это ничуть не смутило. Глядя, как они жмут друг другу руки и обмениваются шуточками, Грейс убедилась, что они скорее приятели, чем близкие друзья. Они уважали друг друга, не испытывая при этом особого доверия.
Когда Рубен наконец спохватился и представил Грейс как свою «старую знакомую», Док Слотер отвесил ей старомодный почтительный поклон. Запах табака окружал его невидимым облаком.
– Очень рад нашему знакомству, миссис Руссо, – Произнес он своим задушевным голосом. – Друзья Рубена – мои друзья.
Она ответила дежурной любезностью и вдруг застыла на месте, когда он повернулся к окну левой щекой, до сих пор остававшейся в тени. Словно ощутив ее испуг, Док Слотер опять ушел в тень, подальше от солнечного света, в тусклых лучах которого плясали пылинки. Но было уже слишком поздно: она успела заместить грубые лиловые рубцы, покрывавшие всю левую сторону его лица от брови до самой челюсти. Ее испуг тотчас же сменился сочувствием, но времени не хватило выразить его словами или даже взглядом: пробормотав что-то невнятное насчет перстня Рубена, Док Слотер повернулся к ней спиной и исчез за занавесом.
– Матерь Божья, – прошептала Грейс. – Рубен, какой ужас! Наверное, теперь он думает, что я его боюсь? Я ничего не могла с собой поделать! Мне кажется, я даже подскочила, когда увидела его лицо. Почему ты меня не предупредил? Что с ним случилось?
– Несчастный случай много лет назад. Прости, я должен был тебя предупредить, но мне просто в голову Не пришло. Я сам так привык к этим шрамам, что даже не подумал… – Рубен ласково сжал ее плечо. – Ладно, Грейс, не волнуйся, он на тебя не в обиде.
И в самом деле, когда Док Слотер вернулся, вид у него был совершенно невозмутимый. Он зашел за ряд высоких стеклянных полок, служивших прилавком в правом углу магазина, и расчистил среди коллекции бутылок цветного стекла место для обтянутой черным бархатом подставки.
– Взгляните на перстень, – пригласил он, даже не пытаясь на этот раз скрыть свое уродство.
Он открыл маленькую коробочку, вынул перстень и выложил его на квадратик черного бархата. Это было гладкое золотое кольцо, украшенное полудюжиной плоских гранатов, уложенных полукругом, – изящное, но ничем не примечательное.
Однако Рубен пришел от него в восторг.
– Бесподобно! – воскликнул он, примерив перстень на безымянный палец правой руки. – Именно то, что мне нужно. Тебе нравится, Грейс?
– Да, оно очень красивое.
– А знаешь, для чего оно?
– Для чего?
Рубен загадочно улыбнулся.
– Давайте-ка его проверим, – предложил он Доку Слотеру.
Тот молча наклонился и вытащил из-под прилавка колоду игральных карт. Грейс зачарованно следила, как Рубен тасует карты и раздает по пять ей и себе;
Док тем временем раскурил папироску и прислонился спиной к стене, наблюдая за его манипуляциями.
– Во что играем? – спросила она.
– Предлагаю партию в покер. Играем в долг. Делай ставку.
Она критически оценила свои карты.
– Я начну с тысячи долларов.
– Принимаю и поднимаю до пяти. Сколько карт?
На руках у Грейс была одна мелочь. Она попросила три карты.
– Три для дамы, сдающий берет две. Ваша ставка? – Гм… Пять тысяч.
– – Ставлю в пять раз больше.
– Принимаю. Вы просто блефуете, Джонс!
– А вот посмотрим. Открываемся. Грейс перевернула на прилавке свои карты: у нее была пара валетов.
– Три карты старше двух. Обыграл тебя на тройняшках, – торжествующе провозгласил Рубен, открывая три двойки. – Тасуй колоду.
– Начнем по новой?
– А зачем?
Он отобрал у нее колоду, как только она стасовала карты.
– Хочешь, я вытащу эти три двойки вслепую? На что спорим, Гусси?
Сообразив, что у него на уме, Грейс не стала спорить и одарила его коварной улыбочкой.
– Я – пас.
Эффектным жестом фокусника Рубен перевернул колоду так, что она исчезла в его ладони, потом появилась снова. Он распустил ее веером и вытащил три карты одну за другой, выложив их рубашкой вверх на обтянутую черным бархатом ювелирную подставку. Грейс открыла их и ничуть не удивилась, увидев двойки. Наколки – крошечные, как след от булавки, точечки – были сделаны не на белом поле, а всякий раз на черном или красном очке. Заметить их было невозможно, если только не искать специально. На обратной стороне оставалась легкая шероховатость от прокола, но, чтобы ее обнаружить, надо было обладать сверхъестественно чувствительными пальцами.
– Можно взглянуть на перстенек? – попросила Грейс.
Подмигнув Доку Слотеру, Рубен стянул перстень с пальца и положил ей на ладонь.
Разгадка фокуса далась ей не сразу: сперва она пыталась нажимать на каждый красный камень по очереди, но безрезультатно. Только нажав на два крайних камня одновременно, Грейс заметила крошечную иголочку, показавшуюся из золотой филиграни между двумя центральными камешками.
В полном восторге от хитроумного приспособления, она рассмеялась вслух.
– Вы сами это смастерили?
Прошедшим вечером Рубен рассказал ей о многочисленных талантах Дока Слотера, в число которых входили скупка, переделка и перепродажа краденого, но ни словом не упомянул о том, что тот владеет ремеслом ювелира. Док не дал прямого ответа на ее вопрос, лишь застенчиво улыбнулся и сделал жест рукой, как бы отмахиваясь от комплимента, но для Грейс этого было достаточно.
– Великолепное изобретение, – похвалила она, – настоящее чудо. Вы просто мастер.
Док затянулся и выпустил тонкую струйку дыма.
– Спасибо на добром слове.
Рубен многозначительно откашлялся.
– Предлагаю двадцатку, а остальное завтра. Грейс тактично отошла в сторонку, чтобы не мешать мужчинам улаживать деловые вопросы с глазу на глаз. Но как только деньги перешли из рук в руки, а Рубен спрятал перстень в карман, она вновь подошла к прилавку.
– Можете уделить нам еще несколько минут, Док? – спросил Рубен.
– Разумеется.
– Мы просим вас взглянуть на одну безделушку. Давай ее сюда, Грейс.
Она уже успела открыть купленный вчера ридикюль из гобеленовой ткани, идеально подходивший, по ее мнению, к новому платью, и извлечь на свет Божий тигра, бережно завернутого в салфетку вместе с китайским посланием. Док нащупал в кармане свои очки, разложил трофеи все на; той же черной бархатной подставке я принялся внимательно их изучать. Поворачивая в руках тигра, он что-то промычал себе под нос, но Грейс так и не поняла, что это должно означать. Затем Док перенес фигурку поближе к окну, где было больше света. Опять последовало какое-то невразумительное мычание. Она бросила вопросительный взгляд на Рубена.
– Глазурованный фарфор, – изрек Док Слотер, возвращаясь к ним. – Династия Мин, если только не подделка.
– Это не подделка, – заверил его Рубен. – А когда правила династия Мин?
– С четырнадцатого по семнадцатый век.
– Стало быть, этой штучке…
– От двухсот до пятисот лет. Больше ничего сказать не могу, мне пришлось бы показать ее специалисту, чтобы определить точную дату изготовления.
– И сколько она может стоить?
– Возможно, это деталь комплекта, вставила Грейс.
Рубен пригвоздил ее к месту грозным взглядом, Напоминая, что вести переговоры будет он.
Док Слотер наконец оторвался от созерцания статуэтки.
– Все зависит от покупателя. Какое любопытное совпадение: только вчера я прочел в газете о похищении китайских древностей с дилижанса «Уэллс-Фарто», а сегодня, Рубен, вы приходите ко мне с этой фигуркой. Насколько мне помнится, налет совершили какие-то бандиты в масках.
– Да неужели? Это сообщение прошло мимо меня. Кажется, я вообще не читал вчерашних газет. Эта фигурка досталась мне в наследство от моей покойной бабушки.
Грейс показалось, что тонкие губы Дока Слотера дрогнули в усмешке при этом известии.
– Может, оставите ее у меня?
– Конечно. Но вообще-то времени у нас не так уж много. Можете разузнать что-нибудь к завтрашнему утру?
– Попробую.
Док поднял и развернул записку.
– А это что такое?
– Вот об этом мы тоже хотели бы спросить у вас. Слотер, хмурясь, стал всматриваться в листок.
Дым от папиросы, свисавшей у него изо рта, попал прямо ему в глаз, но он даже не моргнул.
– Откуда вы это взяли?
– Это мне дал один китаец. На сей раз Док не улыбнулся.
– Вы знаете, что это такое?
– Если бы знал, стал бы я…
– Вот это, – Слотер постучал указательным пальцем по цветку, выведенному тушью в углу страницы, – это белый лотос.
– Ну и что? Что это значит?
– Я что-то об этом слышала, – вмешалась Грейс. – Это ведь китайская религиозная секта, не так ли?
– Пятьсот лет назад так оно и было, подтвердил Док. – Речь идет о тайном обществе, состоявшем главным образом из буддистов, целью которого было свержение монгольской тирании. Со временем секта себя изжила, но расцвела вновь на короткий срок в конце восемнадцатого века, только на этот раз ее целью было изгнание маньчжуров и восстановление династии Мин.
– Они явно не добились своей цели, – заметила Грейс.
Ей было известно, что у власти в Китае находится маньчжурская династия.
– Да, подпольная секта была разгромлена, ее членов маньчжурские правители объявили вне закона.
– Так что же это такое, в конце концов? – нетерпеливо вмешался Рубен, потрясая листком. Его не интересовали экскурсы в историю Китая.
Док выдохнул дым через нос. Несколько секунд он молчал, собираясь с мыслями.
– Если хотите узнать, это обойдется вам в некоторую сумму. Может быть, даже более значительную, чем вы можете себе позволить. – Это еще почему? – ощетинился Рубен. –Все, что нам нужно, это перевод. Сколько он может стоить?
– Недешево, так как любой знакомый мне китаец побоится даже взглянуть на белый лотос.
– Побоится? Но почему?
– Возвращайтесь завтра, тогда и узнаете. И захватите побольше денег.
Док обнажил свои длинные желтые зубы в зловещей улыбке: впечатление было такое, словно ухмыльнулся череп. Грейс показалось, что он нарочно хочет нагнать на них страху. Рубен еще немного поворчал, но вскоре сдался. Между ним и Доком явно существовало гибкое деловое соглашение, учитывающее любые непредвиденные обстоятельства.
– Подождите минутку, не уходите! – окликнул их Док Слотер, поднимая кверху костлявый, пожелтевший от табака палец. – Я на секунду.
Он опять исчез за занавесом и через полминуты появился вновь.
– Рубен получил свой перстень, – пояснил он, выложив на прилавок маленькую бархатную коробочку. – А вот кое-что для леди.
Открыв футляр, Грейс увидела серебряную брошку на подушечке темно-синего бархата.
– Какая прелесть! – воскликнула она из вежливости, прежде чем до нее дошло, что брошка действительно прекрасна. – Это же ангелочек!
Она бережно взяла украшение кончиками пальцев, поражаясь тонкости работы. Это и в самом деле была фигурка ангела в профиль с распростертыми крыльями и длинными волнистыми волосами, словно летящими по ветру. Нечто похожее она однажды видела в альбоме рисунков Уильяма Блейка
type="note" l:href="#note_13">[13]
.
– Это дивная вещь, просто изысканная, у меня слов нет. Но я не могу принять такую дорогую брошь.
– Но я дарю ее вам, – ласково возразил Док. – Вы непременно должны ее принять.
– Но…
– Не спорь, Грейс, – одернул ее Рубен, глаза которого горели алчным блеском. – Это же подарок!
В конце концов она согласилась, растроганная поступком, в котором не было никакой корысти, одна лишь доброта. Не будучи циничной по натуре, Грейс тем не менее не сомневалась, что сумела бы распознать двойную игру, если бы хозяину антикварной лавки вздумалось ее вести, однако, даже когда Док заверил ее, будто вспомнил о брошке в ту самую минуту, как увидел ее в своем магазине, она не усомнилась в бескорыстности его побуждений.
Когда они вышли на улицу, солнечный свет показался обоим ослепительным. Рубен повлек ее за собой решительным шагом: бедной Грейс приходилось чуть ли не бежать, чтобы за ним поспеть.
– Куда ты меня тащишь? – спросила она, с трудом переводя дух и провожая взглядом наемный кабриолет, повернувший с Пауэлл на Буш-стрит.
– Играть в карты, Грейс.
– Да, но куда?
– Вон туда, – ответил он, указывая пальцем.
– «Золотой самородок», – прочитала она над входом в длинное, обшитое досками строение, расположенное на другой стороне улицы. – Надо же, какое оригинальное название!
– Зато там идет честная игра.
– И на что ты собираешься играть? – ехидно спросила она.
– На деньги, разумеется! У меня хорошие отношения с крупье по «блэк джеку», и, когда хозяин отвернется, мне разрешают немного поиграть в кредит.
– С какой стати?
– Да говорю же тебе: по дружбе.
Взяв ее под руку, Рубен сошел с тротуара и решительно направился через дорогу к «Золотому самородку».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Влюбленные мошенники - Гэфни Патриция



Очень интересный роман! С юмором, приключениями, и счастливым хэппи-ендом. В общем, читать!10/10
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияКатрин
25.02.2013, 18.41





Очень даже неплохо. Герои адекватные, умные, "с изюминкой", веселые. К жизни относятся реально. были очень смешные моменты.
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияЮлия
26.06.2013, 21.08





Начало понравилось, но вот я уже на 7 главе, и мне не очень хочеться продолжать чтение... Кто знает, может отложу пока на время, а там от скуки дочитаю.
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияЮлия^^
11.07.2013, 19.23





Мило. Вечерок скоротать можно.
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияКристина
22.01.2014, 14.12





Очень,очень недурно. Не заежанный сюжет,с юмором и долей интриги. Без длинных описании интимных сцен. Читате не пожалеете.
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияКарина
13.08.2014, 22.15





Очень хорошо , отлично однозначно читать и перечитывать забираю в копилку
Влюбленные мошенники - Гэфни ПатрицияПривет
13.05.2016, 21.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100