Читать онлайн Сердце негодяя, автора - Гэфни Патриция, Раздел - 7. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сердце негодяя - Гэфни Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.35 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сердце негодяя - Гэфни Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сердце негодяя - Гэфни Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэфни Патриция

Сердце негодяя

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

7.

На следующий день Джесс вошел в ресторан Жака, когда Кэйди доедала ленч. Машинально, просто по привычке, она улыбнулась ему, даже передвинула стакан и солонку, чтобы освободить для него место за столом, но он коснулся полей шляпы и прошел мимо, направляясь к пустому столику в углу.
Она вспыхнула, как зарево. Мужчины нечасто выказывали ей свое небрежение так открыто. Женщины — да. «Ты это заслужила», — напомнил тихий, но настойчивый внутренний голос. Голос совести. «Заткнись», — ответила Кэйди, разворачивая газету.
Если ей и надо было как-то оправдать свое решение держаться подальше от Джесса Голта, вторая часть интервью, взятого у него Уиллом Шортером, сослужила ей отличную службу.
Ну, разумеется, если только поверить газете, то каждый из них первым хватался за оружие, все, как один, были подонками, карточными шулерами, ворами и выродками, получившими по заслугам. А сам Голт представал жертвой обстоятельств, героем поневоле, случайно втянутым в круговорот событий. Просто ангел мщения с дымящимися шестизарядными «кольтами» в руках.
Кэйди прекрасно помнила, как он предстал перед ней в образе беспощадного и хладнокровного убийцы, готового пристрелить любого, кто придется ему не по вкусу. Когда это было? Неужели всего неделю назад? А потом он позировал перед фотоаппаратом вместе с обалдевшими от такой неслыханной чести жителями города. А в перерывах между съемками возился с Хэмом в пыли. И ослеплял своим обаянием видавшую виды хозяйку салуна…
Она по-воровски скосила на него глаза поверх кофейной чашки. Оказалось, что Джесс тоже смотрит на нее. Он кивнул ей с холодной улыбкой на губах, так и не добравшейся до глаз, и углубился в меню. Поскольку он обедал в этом заведении каждый день, а меню у Жака не менялось с 1878 года, Кэйди поняла, что он притворяется.
Ну и глупо. Вчера они целовались, а сегодня даже словом обменяться не могут?
Дочь Жака Мишель, застенчивая простоватая толстушка, подошла, чтобы принять у него заказ. Джесс сказал что-то такое, отчего она запрокинула голову и расхохоталась в голос. У Кэйди от неожиданности открылся рот. Ей самой почти никогда не удавалось вызвать у Мишель даже улыбку, до того эта девушка была робкой.
Что ж, удивляться нечему. Глендолин с каждым днем все больше сходит с ума по Голту, а теперь и Уиллагейл вступила на тот же путь. Мэгги Маккормик, девушка, которую Кэйди наняла, чтобы менять постельное белье и прибирать в номерах постояльцев, ежедневно спускалась вниз со свежей историей о том, что он ей сказал, как он с ней шутил, как заигрывал. А этим утром даже почтмейстерша Инид Дафф, старая дева без каких-либо надежд или перспектив, попыталась выпытать у Кэйди хоть какие-нибудь сведения о нем. До того дошла, что спросила напрямую, женат ли он!
Но «последней каплей», подточившей терпение Кэйди, стала Лия Чанг, дочь владельца прачечной, та самая, за которой Леви Вашингтон ухаживал, читая книги о Будде.
— Оцень класивый целовек, — призналась она за спиной у отца, передавая Кэйди тюк чисто постиранного белья. — Оцень доблый целовек.
— Добрый? Лия, он же убийца!
— О, нет, — ответила Лия с безмятежной улыбкой, — он не убийса.
— Но он сам так говорит! Он этого не скрывает.
Прелестное, круглое, как луна, личико китаянки осталось невозмутимым. Она промолчала, но у Кэйди сложилось стойкое впечатление, что Лия просто не хочет с ней спорить.
До чего же все это нелепо! Как могут взрослые женщины отбросить здравый смысл только потому, что мужчина хорош собой? Пусть даже он загадочен и чертовски привлекателен, пусть умеет быть веселым и волновать глупое женское сердце, все равно так нельзя.
Улучив момент, пока он намазывал масло на хлеб, Кэйди стала украдкой наблюдать за ним. Ей нравились его волосы. Да, они были слишком длинными, но всегда выглядели опрятно. Блестящие черные волосы, подернутые серебром и скользящие сквозь пальцы, как… как шелковая бахрома на ее кашемировой шали.
И его осанка ей тоже нравилась: он умел, и развалившись, держать свои широкие сильные плечи прямо. Вот сейчас он сидел нога на ногу, и Кэйди глаз не могла отвести от туго натянутого черного шва у него на бедре.
— Он спит, в чем мать родила, — поделилась Мэгги Маккормик последними новостями с ней и Уиллагейл нынешним утром. Кэйди открыла рот, чтобы спросить «Откуда ты знаешь?», но передумала. Она не хотела знать.
Теперь он сидел, поставив локти на стол, сплетя пальцы «домиком» и уставившись в пространство. Виду него был… о, Кэйди понимала, что это глупо, но… вид у него такой, словно он тосковал в одиночестве, но не хотел этого показывать. Вот это ее и подкупило. Джесс бесцельно выровнял приборы на столе, поднял свой пустой стакан, изучил фабричную марку на донышке и поставил его обратно. Сложил руки на краю стола и глубоко задумался.
Кэйди вспомнила его извинения, принесенные прошлой ночью. «Беру свои последние слова назад. Все это не всерьез. Забудь, что я это говорил». То, что он сказал, причинило ей боль. Но он не хотел, чтобы она переживала. Не прошло и полминуты, как он одумался и взял свои слова назад.
Она встала из-за стола. Судя по тому, как быстро Джесс поднял голову и посмотрел на нее, Кэйди поняла, что он следил за ней все это время. Несколько человек посмотрели ей вслед, пока она шла к его столику. Что же ему сказать? Она сама не знала, пока не заговорила.
— Вчера вечером я неловко выразилась и невольно ввела тебя в заблуждение.
Он отодвинул стул и поднялся на ноги: Кэйди не привыкла к подобным проявлениям вежливости.
— Честно говоря, — нервно добавила она, — я совершенно сбила тебя с толку.
— Это не имеет значения, — беспечно отмахнулся Джесс.
Но его серые глаза пронзили ее насквозь. Кэйди все еще держала в руках газету.
— Я читала о тебе. О твоей жизни. Обо всех этих людях, которых ты…
Ей показалось, что говорить об этом вслух стыдно, и она оставила фразу незаконченной.
Джесс усмехнулся, глядя на нее.
— Здорово захватывает, верно?
— По-моему, это варварство.
Его лицо вытянулось.
— Даже если сделать скидку на преувеличение и хвастовство…
— Я не хвастал! — обиженно перебил ее Джесс. — И я никогда не преувеличиваю.
— Тогда дела обстоят еще хуже. Я считаю женщину, которая захочет иметь дело с Джессом Голтом, просто сумасшедшей.
Бросив сложенную газету на стол, Кэйди постучала по ней костяшками пальцев, словно хотела сказать: «С таким Джессом Голтом».
— Нет, погоди! Ты же знаешь, что нельзя верить всему, что пишут газеты!
— Ну это уж тебе виднее, что тут написано: правда или нет!
Он почесал затылок и поглядел на нее исподлобья, сквозь опущенные ресницы.
— Да, конечно. Все это правда, я же говорил. И все-таки…
— Все-таки?
Кэйди оглянулась и понизила голос;
—Джесс, ты убиваешь людей!
— Ну да, все верно, но…— Джесс запустил пальцы себе в волосы и потянул такой силой, словно пытался подобным образом вытащить мысли наружу.
— Черт возьми, Кэйди, я же не собираюсь убивать тебя!
У нее от удивления открылся рот. Джесс склонил голову, пробуя на ней силу своей мальчишеской улыбки, стараясь заставить ее улыбнуться в ответ.
— Никогда в жизни, — заметила Кэйди, чопорно выпрямляясь, — у меня не было более странного разговора.
— Подожди. А может, я хочу вступить на путь исправления? А, Кэйди? Погоди, не уходи! Задержись на минутку. Давай это обсудим.
Но она поспешила к своему столу, оставила на нем деньги для Мишель и вышла из ресторана, не оглядываясь и ни с кем не прощаясь. Ей нужен был свежий воздух, пыльная улица под ногами — словом, повседневная реальность.
Он слишком хорош собой: должно быть, все дело в этом. Ведь — пусть на долю секунды — его слова «Я же не собираюсь убивать тебя» показались ей вполне разумными. Нет, от Джесса Голта надо держаться подальше! В сравнении с ним заряженный револьвер мог бы показаться невинной игрушкой?
На следующий день мысли Кэйди были по-прежнему заняты Джессом Голтом. Она сидела за столом в своем тесном, как спичечный коробок, кабинете, уставившись в пространство, хотя ей следовало составить список необходимых закупок и проверить счета. Этими делами она всегда занималась по субботам и обычно управлялась с ними к полудню, однако в этот день столбики цифр расползались, словно муравьи, всякий раз, как она пыталась сосредоточить на них взгляд. Наконец Кэйди оставила свои бесплодные усилия и предалась грезам наяву, рассеянно поглаживая у себя на коленях урчащего во сне Страшилу.
— Мисс Кэйди?
Она подняла голову и улыбнулась Хэму, радуясь возможности отвлечься. На его чистенькое личико с широко распахнутыми, полными детского любопытства глазами всегда приятно было смотреть. За два года работы в салуне Кэйди всем сердцем привязалась к сынишке Леви.
— В чем дело? Давай заходи. Что ты на этот раз задумал, проказник?
— Папа велел пойти и сказать вам.
Подобравшись к ней боком, Хэм заглянул в бумаги.
— Платите по счетам?
Его громадные влажные глаза наполнились сочувствием: он знал, что она терпеть не может эту работу.
— Нет, пока нет. Как от тебя вкусно пахнет малыш! Ты что, ванну принял?
Кэйди обняла его и даже украдкой поцеловала сладко пахнущую детскую шейку. Хэм сделал вид, что смутился, но она знала, что ему это нравится.
— Так что ты должен мне сказать?
— Ах да. Джо Редлиф вернулся. Сказал, хочет вас видеть.
— Джо? Он здесь?
— Угу. В костюме, как у банкира.
— Боже милостивый!
Кэйди вскочила из-за стола, стряхивая с платья соринки от ластика и поправляя волосы.
— Он вам нравится? — ревниво спросил Хэм, наблюдая за ее торопливыми прихорашиваниями.
— Ну конечно!
Она пощекотала Хэма под подбородком, но сказала вслух то, о чем подумала: «Но не так сильно, как я сама ему нравлюсь».
— Джо!
Он стоял у бара и разговаривал с Леви, но, услышав ее возглас, обернулся. Его сильное, всегда серьезное лицо расплылось в одной из редких улыбок. Кэйди подбежала и от души обняла его, однако, когда он попытался поцеловать ее в губы, засмеялась и подставила ему щеку.
— Ну-ка дай на тебя посмотреть! Мы с тобой не виделись… дай подумать… с Рождества! О, ты замечательно выглядишь!
Она держала его на расстоянии вытянутой руки, окидывая долгим оценивающим взглядом с головы до ног. Он возмужал и уже ничем не напоминал прежнего мальчика. И он действительно был в костюме, хотя и не походил на банкира: рукава потерлись, воротник выносился. Стало быть, куплен в магазине подержанной одежды. Но почему-то это придавало Джо еще больше солидности.
— Нет, это ты выглядишь замечательно, — возразил он с чувством.
Кэйди опять засмеялась, купаясь в жарких лучах его восхищения, к которому уже успела привыкнуть, но тем не менее никогда не воспринимала как нечто само собой разумеющееся. Она вдруг поняла, что соскучилась по Джо.
Взяв Джо под руку, Кэйди повела его к свободному столику.
— Леви, — бросила она через плечо, — принеси Джо пива, а мне лимонаду.
И, вновь повернувшись к Джо, спросила:
— Давно ты дома?
— Со среды.
— Со среды?
— А в понедельник опять придется ехать.
— О-о-о, — разочарованно протянула Кэйди. — А как поживают твои родители?
Джо закатил глаза.
— Все так же.
Теперь стало понятно, почему он пробыл в городе три дня, но до сих пор так и не зашел ее навестить. Редлифы жили в отчаянной нищете, но при этом отличались неприступной гордостью и питали непомерные надежды на будущее своего сына. У Джо были такие блестящие способности, что они его даже побаивались. По совести Кэйди не могла их винить за то, что они не пришли в восторг, когда два года назад, в восемнадцатилетнем возрасте, их ненаглядный сыночек без памяти влюбился в нее, девушку из салуна. Правда, теперь она стала владелицей салуна, но в глазах Редлифов это не возвысило ее ни на дюйм. Напротив, они стали думать о ней еще хуже.
— Они знают, что ты здесь? — спросила она.
Джо пожал плечами, что означало «нет».
Леви принес им напитки, и Кэйди подняла свой стакан.
— За тебя, Джо. За старых друзей,
— За старых друзей.
Его темные глаза пожирали ее; этот жадный взгляд мог бы ее смутить, если бы она не знала его так хорошо.
— Расскажи, как тебе тут жилось, Кэйди.
— О, моя жизнь скучна, как стоячая вода. Лучше расскажи о себе, о колледже. Ты по-прежнему отличник по всем предметам?
Он кивнул, старательно делая вид, что все это ерунда, хотя Кэйди знала, как много значат для него хорошие отметки. Он был обязан учиться на «отлично», потому что иначе лишился бы своей стипендии в Беркли
l:href="#note_20" type="note">[20]
. Когда-нибудь он станет адвокатом и воплотит свою мечту: будет защищать бедных, а в особенности индейцев. В жилах самого Джо текла только одна шестнадцатая индейской крови (как-то раз в минуту откровенности он рассказал ей об этом), но по духу он был куда большим индейцем, чем самые стопроцентные краснокожие.
— Значит, тебе нравятся предметы и преподаватели? Разве у вас и летом есть занятия?
Джо начал объяснять. Пока он говорил, его лицо менялось на глазах у Кэйди: тонкий налет возмужалости и светскости, свойственной образованному человеку, становился все прозрачнее. И пяти минут не прошло, как он превратился в прежнего Джо — милого, наивного, восторженного парня, все принимающего болезненно близко к сердцу. За шесть месяцев он вырос и раздался в плечах. Густые черные брови, сросшиеся над орлиным носом, придавали ему грозный вид, но аккуратно подстриженные и расчесанные на прямой пробор волосы смягчали впечатление. С такой прической, да еще в очках со стальной оправой он походил на серьезного молодого человека с ясной целью в жизни. Таким он и был.
— Так расскажи мне об этом Голте, — вдруг попросил Джо.
— Да что о нем говорить, — уклончиво засмеялась она. — Весь город только о нем и шумит,
— Он уголовник, — безапелляционно заявил Джо. — Говорят, он крутится вокруг тебя днем и ночью.
— Это неправда!
Кэйди возмущенно прищелкнула языком.
— «Днем и ночью». Какая нелепость! Кто тебе это сказал?
Уголовник. Именно об этом она твердила всем и каждому, особенно потерявшим голову дамам, поклонницам Голта, коих в Парадизе развелось неслыханное множество. Так почему же ей захотелось его переубедить?
— Слухом земля полнится.
Но он невольно скосил глаза к стойке бара, где Леви как ни в чем не бывало перетирал стаканы. Родители Джо не одобряли его дружбы с Леви (а уж его влюбленности в Кэйди и подавно!), но ему нравилось называть себя «краснокожим», а поскольку Леви безусловно был чернокожим, Джо считал, что их связывает некое братство.
Кэйди опять прищелкнула языком.
— Он здесь остановился, вот и все. Время от времени я на него натыкаюсь.
— Почему ты разрешаешь ему тут оставаться?
— Это же свободная страна.
— Если бы Том Ливер не был таким трусом, он давным-давно выставил бы этого мерзавца вон из города.
— Но, Джо, он же ничего не сделал!
— Кто его нанял? Уайли?
— Безусловно, нет.
— Тогда кто?
— Думаю, никто его не нанимал.
— Если бы этот город не населяли трусы, его бы выгнали отсюда в два счета!
— Очень демократично!
— Что это значит? — нахмурился Джо.
— Ну я же сказала: он ничего плохого не сделал! Разве это ничего не значит?
— Ты его защищаешь?
— Я…
— Змею убивают, не дожидаясь, пока она укусит. — Он упрямо выдвинул челюсть — это означало, что спорить с ним бесполезно.
— Кто хозяин чалой кобылы?
Знакомый негромкий голос.
Кэйди вздрогнула от неожиданности. Легок на помине! Джесс стоял в пятне солнечного света, опираясь локтями на низкие вращающиеся двери и оглядывая полупустой салун.
— Это он? — спросил Джо недоуменным шепотом.
Его замешательство не удивило Кэйди. Если не считать черной повязки, Джесс в этот день ничуть не походил на наемного стрелка. Выглядел он отлично, но не опасно. «Кольты» при нем, он, как всегда, в черном, но сдвинутая на затылок ковбойская шляпа необъяснимым образом изменила его облик. К тому же он снял шпоры. А то и взрослых мужчин бросало в дрожь, когда он — топ-дзинь, топ-дзинь — проходил по умолкшему салуну.
Словом, сегодня он выглядел… как обычный посетитель. Какой-нибудь десятник с ранчо. Крепкий, неглупый и дружелюбный. Он безусловно не походил на хладнокровного убийцу. Кэйди уже хотела улыбнуться и сказать «Привет», но вовремя спохватилась.
Она же больше не собиралась иметь с ним ничего общего!
Джо не спеша отодвинул стул и встал.
— Хозяин чалой — я. А тебе-то что?
Джесс отпустил двери и направился к ним. Его улыбка угасала по мере того, как он подходил ближе.
— Она красавица, — ответил он тихо, остановившись возле стула Кэйди. — Похоже, чистокровка.
Он бросил взгляд на нее, на Джо. Потом на два стакана, стоявших между ними на столе. Выгнул бровь и саркастически усмехнулся. Джо спросил:
— Долго ты намерен торчать в Парадизе, Голт?
В ту же самую минуту Кэйди сказала:
— Джо, познакомься, это Дж… мистер Голт. — Получилось так, что «Голт» они произнесли одновременно.
Ни тот, ни другой больше не обращали на нее внимания. Ей не понравилось, как они мерят друг друга взглядами.
— Мистер Голт, — упрямо продолжала она, — это мой друг Джозеф Редлиф. Джо учится в Калифорнийском университете. Он изучает…
— А тебе-то что? — откликнулся Джесс на вопрос Джо, как будто ее вообще не было в зале.
Кэйди встала, чтобы напомнить им обоим о своем существовании. С таким же успехом она могла в кабинете проверять счета.
— Он изучает… — повторила она, но на этот раз ее перебил Джо:
— Нам не нравится, когда такие типы, как ты, сшиваются поблизости.
— Кому это «нам»?
— Погодите! — воскликнула Кэйди с нервным смешком и протянула руку через стол, чтобы, коснуться рукава Джо. — Послушайте, давайте…
Но он отмахнулся от нее и пошире расставил ноги.
— Порядочным людям, — ответил Джо в наступившей напряженной тишине.
Улыбка вернулась на лицо Джесса. Теперь она казалась воплощением зла.
— Да что ты говоришь? — произнес он своим замогильным шепотком, от которого у Кэйди волосы шевельнулись на голове. — А тебе есть чем подкрепить свои слова, щенок? Или ты умеешь только тявкать?
— Погодите, погодите, — она, заикаясь, попыталась встать между ними.
— Если ты хочешь знать, есть ли у меня оружие, ответ утвердительный.
— Джо, ради всего святого! Джесс… мистер. Голт, — торопливо поправилась Кэйди, — прекратите немедленно. Давайте сядем. Леви, принеси…
— Я не вступаю в перестрелку с малолетками, — прошептал Джесс.
Джо вспыхнул румянцем и стиснул кулаки.
— Может, ты просто трус, — бросил он. Кэйди хотелось зажать ему рот ладонью. Джесс лишь усмехнулся в ответ, и у нее мурашки пошли по коже от его зловещей ухмылки.
— Ты так думаешь?
— Нет, он так не думает, он это сгоряча брякнул, это просто…
— Мы могли бы уладить этот спор другим способом, — предложил Джесс через ее голову.
Они собираются схватиться в рукопашную. Кэйди мысленно застонала, но колени у нее подогнулись — от облегчения.
— Ладно, только не здесь, — сказала она. — Мне не по карману…
— Ты усидишь на своей чалой, щенок?
Джо наконец перестал разминать пальцы.
— Ну да, если ветра не будет и если папаша поможет мне взобраться в седло. Что ты задумал?
— Скачку.
— Расстояние?
— Как насчет мили? Или четверть мили? Решай сам, мальчик из колледжа. Может, взглянешь для начала на моего коня? А то как бы ты потом не передумал.
Джо засмеялся ему в лицо.
— Да я-то не передумаю; не беспокойся. — Его темные глаза заблестели от возбуждения.
— Какая ставка?
— Проигравший едет дальше без остановки. Уезжает из города, оставив всех этих порядочных людей в покое.
— Нет, послушайте, — опять начала Кэйди, не зная, что еще сказать.
Джо уже приходилось участвовать в любительских состязаниях: никто и никогда не мог за ним угнаться. Если он выиграет, а Джесс сдержит слово…
— Это дурацкое пари, — заявила она, стараясь говорить шутливо. — Послушайте, у меня идея. Почему бы нам всем не выпить пива? Я угощаю. Давайте…
— Когда ты хочешь устроить скачку?
— Почему бы не сейчас?
— Верно, почему бы и нет?
— Пошли.
Они дружно направились к выходу. В дверях произошла небольшая заминка: оба пытались выйти одновременно. Джессу удалось опередить соперника, но Джо едва не наступил ему на пятки.
* * *
…Новость облетела город подобно смерчу. И десяти минут не прошло, как все население Парадиза — мужчины, женщины и дети (за исключением разве что грудных) — высыпало на Главную улицу. Ничего более интересного в городе не наблюдалось с прошлой осени, когда здесь проходил съезд членов религиозной секты «возрожденцев»
l:href="#note_21" type="note">[21]
.
Нестор Эйкс взял на себя обязанности секунданта Джесса: рассказал ему о всех препятствиях и подвохах, ожидавших участников скачки по ходу выбранного ими трехмильного маршрута со стартовой и финишной чертой на углу пересечения Главной улицы с Сосновой, а потом стал принимать у всех желающих поучаствовать в пари ставки из расчета пять к одному на лошадь Джесса — великолепного вороного жеребца по кличке Пегас.
Нестор хорошо разбирался в лошадях, и его вера в вороного заставила горожан серьезно призадуматься. Но они уже раз двадцать видели, как Джо Редлиф на своей чалой кобыле неизменно выходил победителем! И вообще, разве они могли поставить на чужака против одного из своих?
Оказалось, что кое-кто смог. Кэйди видела собственными глазами, как по крайней мере четверо мужчин, включая Стоуни Дерна и Гюнтера Дьюхарта, украдкой сунули деньги Нестору, что-то шепча и кивком указывая на Пегаса.
— Без седла? — изумился Джесс, глядя, как Джо проводит свою расседланную чалую к «стартовому столбу» — воображаемой линии между лавкой готового платья и универсальным магазином Дигби.
— Так ездят настоящие мужчины, — заявил в ответ Джо презрительным, официально вежливым тоном, к которому прибегал в тех случаях, когда верх в нем брала одна шестнадцатая индейской крови.
Он не только снял седло с лошади, но и сбросил с себя рубашку и сапоги, а голову повязал красное косынкой, низко надвинутой на высокий умный лоб. Кэйди догадалась, что Джо хочет походить на индейца, но, поскольку он оставил на носу очки в стальной оправе, попытка вышла не слишком убедительной.
— Нестор, снимите с Пега седло, — скомандовал Джесс, продолжая улыбаться, как если бы все это было шуткой.
Он притворялся; Кэйди ясно видела, что он возбужден не меньше Джо. Казалось бы, взрослые мужчины, а ведут себя как дети малые! Но они хоть не стали стреляться, и на том, как говорится, спасибо.
— Хэм, поди сюда, — позвала она. — Живо! Не путайся у них под ногами.
Неохотно мальчик подошел к ней. Кэйди поставила его впереди себя и обняла обеими руками, прижимая к своим юбкам и чувствуя, как его худенькие плечики вздрагивают от волнения.
— Кто победит, мисс Кэйди? Как вы думаете?
—А кому ты желаешь победы?
Он повернул голову и ответил шепотом:
— Мистеру Голту.
— Вот те на! Я думала, ты будешь за Джо, — возразила она тоже шепотом.
— Да, он мне нравится, очень нравится! Но мистер Голт такой добрый! И теперь мы с ним друзья.
— Ясно.
Джо Редлифа он знал всю свою жизнь, а Джесса Голта всего десять дней. Вот вам детская логика плюс пара подаренных четвертаков.
— А вы на кого ставите, мисс Кэйди?
— О, мне совершенно все равно. У кого лошадь резвее, тот и…
— Ах, Господи, Господи, — причитала Уиллагейл справа от нее.
— Ух ты, — мечтательно и протяжно вздохнула Глендолин, стоявшая слева.
Проследив за их взглядами, Кэйди поняла, что привело их в такое смятение: Джесс Голт снимал рубашку.
— Нет, ей-богу, — пробормотала она, качая головой, — совсем с ума свихнулись.
Что ж… кто сказал, что женщины умнее мужчин? Просто и те и другие сходили с ума по-разному. Джесс бросил свою черную рубашку на тротуар и начал стаскивать сапоги от каблука к носку, держась за коновязь. «Большой, как глоток воды в жаркий день», — неожиданно для себя подумала Кэйди. Когда-то давным-давно она подслушала эту фразу у своей матери. Кожа у него была не такой загорелой, как у Джо, и бицепсы не выпирали пушечными ядрами. Он казался суше, стройнее, изящнее, если можно так выразиться, рассуждая о мужском теле. Он был… красивее.
Он прошел босиком к своему скакуну, погладил длинную, лоснящуюся черным атласом шею, что-то шепнул в чутко вздрагивающее ухо. Кэйди с откровенным интересом изучала его красивую спину, лопатки, стройную колонну позвоночника. Он снял пояс с револьверами. Штаны из «чертовой кожи» низко сидели на бедрах: она проследила взглядом намеченную словно пунктиром линию позвонков, исчезающую под черной тканью. Вдруг Хэм обернулся и вопросительно взглянул на нее, вытянув шейку. Кэйди смутилась, сообразив, что напевает себе под нос. Она только чтопротянула «м-м… м-м-м…» прямо вслух.
Погода стояла как по заказу: на небе ни облачка, голубой воздух чист и свеж без особой жары. Горожане вытянулись по двое, по трое в ряд вдоль Главной улицы до самого пансиона Элизабет Уэйман на восточном конце города. Маршрут скачки представлял собой овальную петлю протяженностью примерно в три мили и пролегал по старой проселочной дороге от Парадиза до Бродяжьей реки и обратно.
Этим же самым путем — по плоскогорью, мимо ее собственного рудника и рудника Уайли, к скалистому берегу и к Речной ферме, а потом домой по лесистым холмам на западе — ездила по пятницам сама Кэйди. Ее тревожило, что Джесс совсем не знает местности, в то время как Джо исходил ее с детства. Интересно, сдержит ли Джесс свое слово, если проиграет? Неужели он поедет дальше, не останавливаясь, и никогда больше не вернется? Неужели она видит его в последний раз? — Джесс!
Он обернулся. Все обернулись. Кэйди стала пунцовой. Она вслух назвала его по имени!
Он улыбнулся ей, и сердце у нее замерло на две секунды. Джесс сдернул с головы шляпу и, расшаркавшись в пыли, отвесил ей шутовской босоногий поклон. Ее охватило безумное, совершенно нелепое желание заплакать.
— Желаю удачи! — задыхающимся от подступающих слез голосом крикнула Кэйди. — И тебе, Джо! — добавила она, спохватившись.
Тут Сэм Блэкеншип скомандовал: «По коням!», и участники скачки взлетели на своих лошадей.
— На старт! Приготовиться!
Хэм начал подпрыгивать от нетерпения и наступил ей на ногу в тот самый момент, когда Сэм крикнул: «Марш!», поэтому момент старта Кэйди пропустила и увидела лишь галопирующие зады вороного и чалой, исчезающие в облаке пыли в конце Главной улицы. В несколько мгновений волнение улеглось, шум и крики затихли. Интересно, все чувствуют себя глупо или только она?
Люди бесцельно бродили кругами, не зная, чем себя занять. И тут случилось чудо: в кои-то веки Глендолин пришла в голову отличная мысль.
— Давайте поднимемся и посмотрим, не видно ли их с балкона.
—Да! — вскричал Хэм, начиная приплясывать. — Можно, мисс Кэйди? Можно?
Кэйди благоразумно попятилась от него.
— Конечно, можно, хотя вряд ли мы… — Никто ее больше не слушал. Глен, Уиллагейл, Хэм, даже Леви — все со всех ног помчались к «Бродяге».
— …сумеем что-нибудь разглядеть, — закончила Кэйди, обращаясь исключительно к себе самой; подхватив подол, она побежала следом.
Правда, с балкона мало что можно разглядеть, но зато открывалась рассеянная даль до горизонта. К тому же с балкона они могли увидеть участников скачки, как только те покажутся из-за деревьев в дальнем западном конце города.
— Скоро они вернутся? — спросил Хэм.
— Думаю, минут через десять-пятнадцать, — предположил Леви.
— Десять минут? — Хэм никак не мог опомниться. — Десять минут, чтобы проскакать три мили? Я думал, не меньше часа…
— Нет. Минут двенадцать-пятнадцать. Я как-то раз видел скачку в Санта-Барбаре. Один жеребенок пробежал милю ровно за две минуты. Его звали Равный.
Хэм, сидевший на плечах у отца, надул губки и попытался присвистнуть.
— Но это происходило на настоящей скаковой дорожке, и ехал на жеребенке такой ма-а-ахонький парнишка — с тебя ростом, не больше. И на нем были такие блестящие штаны из желтого шелка.
— Потому что он жокей, да, папа?
— Верно.
— Жокей… — мечтательно вздохнул Хэм. Леви подмигнул Кэйди. Они одновременно подумали об одном и том же: Хэм нашел новую цель в жизни, с ковбоем или морским капитаном покончено. Теперь он будет месяцами рассказывать им о карьере жокея.
Минуты ползли улиткой. Кэйди стало жарко, а на балконе ни клочка тени. К тому же ей приходилось, слушать бесконечную трескотню Уиллагейл и Глен о фигуре Джесса, и это ее раздражало. Можно подумать, что они впервые увидели голого по пояс мужчину.
— А почему вы называете его Джессом? — вдруг спросил Хэм, прервав беспорядочный ход ее мыслей.
Уиллагейл и Глен умолкли. Даже Леви повернул голову и посмотрел на нее.
Что она могла ответить?
— Так его зовут. Он мне сам сказал.
— Он тебе сказал? —переспросила пораженная Глендолин.
— Джесс, — повторила Уиллагейл, задумчиво улыбаясь и словно пробуя слово на вкус. — Джесс Голт. Джесс… Да-а-а…
— Едут, едут!
Леви чудом успел подхватить Хэма за ноги, пока тот не ухнул вниз, слишком резко подавшись вперед. Все столпились на левом конце балкона, поднимаясь на цыпочках и вытягивая шеи.
— Кто впереди? Они идут голова в, голову! Нет, Джо на ноздрю впереди… Нет, это мистер Голт… Я не вижу, кто это!
—Джесс впереди! — закричала Кэйди. Ее голос потонул в воплях и свисте, раздавшихся снизу. Не помня себя, она колотила кулаками по деревянным перилам и кричала во весь голос:
— Давай, давай, давай!
И вдруг, увидев кровь, в ужасе схватилась за голову. Вороной жеребец летел мимо в облаке пыли, опережая чалую на целый корпус, но Кэйди не стала дожидаться финиша. Молнией метнувшись к выходу, она проскочила по темному коридору, одним духом слетела по лестнице, вырвалась из салуна на улицу и, задыхаясь, бросилась по гулкому дощатому тротуару к финишной черте.
Его окружали ликующие зрители. Кэйди видела, как деньги переходят из рук в руки, слышала, как мужчины кричат: «Вот черт!» Выяснилось, на Джесса ставили гораздо больше, чем она могла предположить. Ей удалось мельком увидеть его со спины, пока он не соскользнул с коня. Десятки рук протянулись со всех сторон, чтобы его поддержать, и он исчез из вида.
— Пропустите меня. Пожалуйста, пропустите. — Настойчивость помогла ей проложить дорожку, и она побежала к нему.
— Джесс! Джесс, ты ранен?
— Да нет. Напоролся на сук, не успел пригнуться. Все в порядке.
Нестор тряс ему руку, словно это была ручка водокачки, хлопал его по плечу, по спине. Джесс обхватил рукой взмыленную шею коня. Сначала Кэйди подумала, что это жест любви, и тут же заметила, что колени у него подгибаются. Она взвизгнула, попыталась его подхватить, но он медленно сполз на землю. Стукнулся он при этом довольно крепко, однако на лице отразилось только удивление. Пегас вежливо отступил на два шага вбок, и Джесс опрокинулся на спину.
Откуда ни возьмись появился Док Мобайес.
— Отойдите, — скомандовал он, — ему нужен воздух.
Все повиновались, кроме Кэйди: она опустилась на колени и склонилась над Джессом, ломая руки.
— Это поверхностная рана, — проворчал Док, ощупывая голову Джесса. — Только кожа рассечена. Такие раны обычно сильно кровоточат, — пояснил он.
Док воспользовался своим носовым платком, стер кровь со лба Джесса, и Кэйди с огромным облегчением, от которого подломились колени, убедилась, что рана и близко не подходит к правому глазу. Значит, ее постояльцу не грозит частичная слепота.
Джесс пришел в себя, пока они несли его в «Приют бродяги». Весил он куда больше, чем можно было предположить по виду, поэтому тащили его втроем, причем одним из «санитаров» был Джо. Они вошли в салун и даже успели добраться до лестницы, решив, что ему будет удобнее у себя в комнате, когда он очнулся и стал уверять, что с ним все в порядке; и пусть его, удобства ради, посадят прямо тут, у стойки бара, который он в этот вечер намерен опустошить в одиночку, но, если остальные готовы ему в этом помочь, он платит за всех.
Док Мобайес наконец дал согласие, поддавшись на уговоры двух десятков мужчин. Через минуту Джесс уже сидел за угловым столиком рядом с пианино и заказывал две кружки пива: одну для себя, другую для Джо.
— Все-таки вы пропахали на голове здоровенную борозду, — заметил Док. — Я должен вас заштопать.
— Прекрасно, давайте прямо здесь.
Кто-то услужливо сбегал за чемоданчиком Дока, и на глазах у сорока посетителей, предлагавших свой бесплатные советы, он зашил рану Джесса. Уиллагейл оказалась отличной сестрой милосердия. Кэйди хотела сама помочь Доку, подержать Джесса за руку, но при первом же уколе иголки ей пришлось покинуть помещение.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сердце негодяя - Гэфни Патриция

Разделы:
1.2.3.4.5.7.8.9.10.11.12.13.14.15.

Ваши комментарии
к роману Сердце негодяя - Гэфни Патриция



отличный роман, но не самый лучший этого автора
Сердце негодяя - Гэфни Патрицияарина
28.04.2012, 20.58





Да он просто суперски очаровательный роман, самый мой любимый, приводящий в восторг, очень романтичный, душевный, страстный и чувственный, читаеться легко на одном дыхании! Восхитительный роман красивый яркий, оригинальный, с изюменкой, уникальный и неповторимый!
Сердце негодяя - Гэфни ПатрицияНаталья Сергеевна
1.09.2012, 17.52





Милый аферист, американский О. Бендер, Одурачил весь заштатный городок и первую красавицу - хозяйку салуна. У читателя легкая улыбка на устах. Ни кто не убит, не избит, не похищен. Не снят ни один скальп. Душа и сердце отдыхает.
Сердце негодяя - Гэфни ПатрицияВ.З,.67л.
11.08.2015, 12.21





Девушки, помогите вспомнить исторический роман!)) действие происходит в Америке. Главная героиня- детектив отправляется на поиски ушедшего из дома мужчина ( она думает, что любит его) и по дороге встречает его брата, который не открывает ей своего настоящего имени. Они вместе продолжают поиски и между ними зарождается любовь))) буду ОЧЕНЬ благодарна, если кто-то подскажет название или автора))
Сердце негодяя - Гэфни ПатрицияЛина
19.09.2015, 12.12





Лина, ваш роман "Когда сердце манит" Грегори Джил.
Сердце негодяя - Гэфни Патриция---
19.09.2015, 13.23





Спасибо Вам огромное!)))))
Сердце негодяя - Гэфни ПатрицияЛина
19.09.2015, 15.44





Прекрасный роман!!! Читайте. 10/10
Сердце негодяя - Гэфни Патрициямэри
20.09.2015, 13.44





Миленький романчик, но не более.
Сердце негодяя - Гэфни ПатрицияЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
19.02.2016, 13.47








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100