Читать онлайн Одинокий волк, автора - Гэфни Патриция, Раздел - ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Одинокий волк - Гэфни Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.28 (Голосов: 87)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Одинокий волк - Гэфни Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Одинокий волк - Гэфни Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэфни Патриция

Одинокий волк

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

– Мистер и миссис Вернон Таттл, Топека, Канзас. Майкл заполнил графу в книге регистрации печатными буквами, стараясь писать как можно аккуратнее и при этом не обращать внимания на человека за мраморной стойкой, следившего подозрительным взглядом за каждым штрихом его пера. Закончив работу, он перечитал написанное, и ему тотчас же захотелось все переделать. Запись выглядела фальшиво: человек за стойкой сразу поймет, что его обманывают.
– Добро пожаловать в «Палмер-хауз», мистер и миссис…
Книга регистрации лежала на круглой вращающейся подставке. Администратор повернул ее к себе и прочитал:
– …Таттл. Из Канзаса. Как поживаете? Как вам погодка нынче утром? Только что приехали?
В мозгу у Майкла не осталось ни единой мысли. Он с трудом выдавил из себя:
– Да. Хорошо. Спасибо. Сидни взяла его под руку и прижалась к нему.
– Скажи ему про комнату, Верн, – проговорила она негромко, но с таким расчетом, чтобы администратор непременно услышал. – Скажи ему, чего бы нам хотелось.
Майкл нервно откашлялся.
– Мы только что поженились, – продекламировал он заранее приготовленный текст. – Мы бы хотели…
– Что ж, поздравляю!
– Да. Спасибо, – сказал сбитый с толку Майкл. Ему пришлось начать все сначала:
– Мы только что поженились и хотели бы получить номер для новобрачных, но мы не заказывали его заранее.
Он осторожно выдохнул воздух, прислушиваясь к отзвуку своих слов и внимательно следя за администратором за стойкой. Не может быть, чтобы этот человек ему поверил. Он не нервничал так сильно, даже когда выпускал животных из зоопарка.
– Ах вот в чем дело! Да, тут могут возникнуть затруднения, – с грустью заметил администратор и начал перечитывать страницы регистрационной книги.
Сидни толкнула Майкла локтем в бок. Он посмотрел на нее в растерянности и лишь через секунду вспомнил, что надо говорить.
– Мы заплатим наличными и пробудем здесь целую неделю.
Администратор смерил его быстрым оценивающим взглядом, и Майкл порадовался, что на нем черный сюртук Филипа, его жилет, рубашка со стоячим воротничком и галстук с восточным орнаментом. Сидни сделала ему пробор посредине, замазала кровоподтек и заставила нацепить одну из запасных пар очков в серебряной оправе, принадлежавших профессору Винтеру. Если его кто-нибудь спросит, чем он зарабатывает на жизнь, он должен был ответить: «Скотоводством».
– Надеюсь, вы сможете нас разместить, – вмешалась Сидни.
Она говорила жеманным, каким-то чирикающим голосом, совершенно не похожим на ее обычный голос, и выглядела очень непривычно в нелепой шляпке с вуалью, позаимствованной у тети. Майкл боялся на нее взглянуть. Он мог бы засмеяться и все испортить.
– Я всегда мечтала остановиться в вашем отеле, – томно продолжала Сидни. – Я уверена, что нам здесь понравится. А потом ты смог бы устраивать здесь свои съезды, Берн. Съезды Ассоциации скотоводов Топеки, – доверительно пояснила она клерку. – Их раньше проводили в «Ришелье», но я нахожу тот отель слишком помпезным. Ему это на пользу не идет. Зато здесь…
Она окинула мечтательным взглядом громадный, гулкий, обильно украшенный живыми растениями вестибюль с колоннами белого мрамора, подпирающими потолок, с фонтаном посредине, шумящим, как настоящий водопад.
– Здесь чувствуется подлинный шик.
Это добило администратора окончательно, хотя Майкл так и не понял, почему это случилось. Не успел он оглянуться, как коридорный в пурпурной униформе подхватил оба их чемодана («Остальное нам пришлют», – с доверительной улыбкой шепнула Сидни администратору) и провел их по затянутому коврами полу к выкрашенной в золотистый цвет клетке. Майкл понял, что это лифт, только когда кабина дернулась и начала подниматься. Хорошо, что ему уже однажды довелось покататься на лифте вместе с Сэмом, а не то он мог бы выкинуть какую-нибудь глупость. Сидни схватила его за руку, и он вспомнил, что она боится высоты. Ее страх заставил его забыть о своем собственном. Майкл обнял ее обеими руками (ну и пусть коридорный смотрит!), а она наградила его благодарной улыбкой.
Их комната оказалась роскошной. Не одна комната, а две, нет, даже целых три, если считать ванную. Сидни сказала коридорному, что они хотят на завтрак, и попросила принести завтрак в номер. Майкл дал ему на чай, и коридорный удалился.
Как только дверь за ним закрылась, они дружно расхохотались. Майкл понимал, что сказывается напряжение: на самом деле ничего смешного не произошло. Они заглянули во все комнаты. Сидни кружилась, раскинув руки, перебирала вещи и поминутно восклицала:
– Смотри, что тут у нас! Ой, еще и это… и еще вот это…
У них была гостиная, заставленная массивной, обитой бархатом мебелью, с картинами на стенах. В ванной стояла огромная ванна – величиной с кровать, и повсюду белый кафель, мраморная раковина с золотыми ручками, толстые, как подушки, полотенца и зеркала на стенах. Спальня была почти такой же просторной, как гостиная, а кровать в ней была необъятного размера.
– Величиной с Канзас, – улыбнулась Сидни, и они опять рассмеялись. Сидни первая пришла в себя.
– Я должна позвонить Филипу, – сказала она и взяла в руки свою сумочку, которую раньше кинула на кровать.
– Ты же оставила ему записку!
– Да, но я хочу сказать ему, что мы здесь, что с нами все в порядке.
– Ты хочешь рассказать ему, где мы находимся?
– Я еще не знаю. Может быть.
– Мне пойти с тобой?
– Нет, оставайся здесь. Ты вообще не должен выходить отсюда, Майкл. Никто не должен тебя видеть.
– Ладно, – торопливо согласился он в надежде, что теперь она перестанет хмуриться. – Вот и хорошо! Сидни взяла ключ от комнаты и вышла. Когда она вернулась, Майкл сразу заметил, что она расстроена, но делает вид, будто все в порядке. Ему пришлось по кусочкам вытягивать из нее всю историю.
– Он не проявил понимания, – неохотно призналась Сидни, опустившись в одно из необъятных бархатных кресел в гостиной. – Он сказал, что я сошла с ума.
Кресло было слишком велико для нее, она показалась Майклу маленькой девочкой, подавленной и разочарованной.
– Поэтому я и не сказала ему, где мы, – продолжала она. – Просто сказала, что в надежном месте, и все. Он стал на меня кричать, и я повесила трубку.
– Ты боишься, что он расскажет полиции?
– Нет, но он может рассказать тете. Майкл кивнул с пониманием: рассказать тете было бы еще хуже, чем рассказать полиции.
– А главное, он непременно приехал бы сюда за мной, чтобы заставить меня вернуться.
– Сидни! – Майкл присел на край низкого столика и заглянул ей в глаза. – Мы правильно поступаем? Ты уверена?
– Да, безусловно, – ответила она с нажимом и для пущей убедительности стукнула кулачком по мягкому подлокотнику кресла. – Это уж точно последнее место на свете, где они стали бы искать дикаря, выпустившего всех животных из зоопарка. Все, что нам надо делать, это оставаться на месте и ждать, пока мистер Хиггинс не найдет твоих родителей. Я понимаю, тебе этот план не покажется слишком удачным, но, если мы будем его придерживаться, нам ничто не угрожает. И ты должен признать, Майкл, что это лучше, чем попасть в тюрьму.
– Но теперь у тебя будут неприятности из-за меня. За то, что ты была со мной, что устроила все это.
– Никаких неприятностей у меня не будет, не беспокойся. Потому что меня здесь вообще нет. Я сейчас в Джолиете. Уехала сегодня утром навестить свою школьную подругу Мэри Кэй Блэйни. В прошлом году она вышла замуж, а я так до сих пор и не познакомилась с ее мужем.
Майкл засмеялся: Сидни явно была довольна собой.
– А на самом деле Мэри Кэй Блэйни существует?
– Разумеется. И в случае необходимости она подтвердит мою историю. Но я уверена, что до этого не дойдет.
Они оба подпрыгнули от неожиданности, когда в дверь дважды громко постучали, но оказалось, что это всего лишь официант с завтраком. Сидни заказала так много еды, что ее пришлось доставлять на столике с колесиками, покрытом белой скатертью.
– Я этим займусь, Берн, – сказала Сидни, вытащив монету из кошелька.
В поезде она заранее проинструктировала его насчет чаевых для носильщика, но сколько давать официанту, он не знал. Если им действительно придется пробыть здесь целую неделю, подумала Сидни, надо будет прочесть ему целую лекцию, как и сколько давать на чай официантам, горничным и другой прислуге.
Яйца, бекон, овсянка и поджаренные гренки никогда раньше не казались Майклу такими восхитительными.
– Когда ты ел в последний раз? – спросила Сидни, глядя, как он стремительно поглощает пищу.
Майкл вовремя вспомнил, что надо сначала проглотить, а потом уж отвечать.
– Не помню.
– Два дня? Три? Вид у тебя такой, словно ты умираешь с гододу.
– Я не умираю. Раньше бывало и хуже. Бывали долгие зимы, когда он действительно умирал с голоду. То, что ему пришлось пережить сейчас, по сравнению с тем временем казалось просто детской игрой. Майкл только надеялся, что она не спросит, что он ел в последний раз. Его ответ мог бы испортить ей аппетит.
Сидни все равно заявила, что у нее нет аппетита, хотя, возможно, она притворялась только для того, чтобы отдать ему всю еду. Она налила себе вторую чашку кофе и откинулась на спинку кресла, продолжая наблюдать, как он ест. Когда на тарелках ничего не осталось, Сидни вновь наполнила чашку Майкла горячим кофе из тяжелого серебряного кофейника, и он выпил, глядя на нее поверх чашки.
– Какой сегодня день? – спросил Майкл.
– Понедельник.
– Я потерял счет времени. Когда мы были в зоопарке?
– В пятницу. Вот как. Значит, он прятался три ночи.
– Я вспоминал о тебе в субботу. Как прошла твоя вечеринка?
Сидни поставила свою чашку и улыбнулась Майклу. У нее были самые красивые глаза на свете, а когда она улыбалась, они начинали лукаво искриться.
– Ужасно!
– Правда?
– Я хотела танцевать с тобой, а тебя не было.
Майклу захотелось встать и поцеловать ее, но руки и ноги у него приятно отяжелели, ему просто не хватило сил. Утреннее солнце освещало сбоку лицо Сидни, выхватывая зеленые искры в глазах и огненные сполохи в рыжих волосах.
– Ты очень красивая. Сидни. Она не покраснела и не отвернулась.
– Ты тоже, – сказала она.
Это его рассмешило. Он опустил чашку на колено и откинулся затылком на спинку кресла. Солнце приятно пригревало его справа. Через открытое окно доносился уличный шум, но голоса людей, стук лошадиных копыт и скрип экипажей сливались в отдаленный монотонный гул. Сидни заговорила о необходимости сделать кое-какие покупки.
– Тебе кое-что понадобится, – сказала она и начала перечислять, что именно.
Майкл слушал ее тихий нежный голос, не различая слов. Бывало, летом он мог уснуть под пение сверчков в кустах. А голос Сидни напоминал шум водопада. Музыку. Вода падала на камни, выбивала музыкальные ноты…
– Майкл! Проснись.
Она взяла пустую чашку из его рук и поставила ее на стол.
– Все, хорошенького понемножку. Подъем!
– Я же не Сэм, – запротестовал он, но повиновался, когда она потянула его за руку и заставила подняться.
Они прошли в спальню, причем Сидни по-прежнему держала Майкла за руку.
– Я могу сам! Но она продолжала делать свое дело, не слушая его: отбросила покрывало, взбила подушку и легко толкнула его на кровать. Она даже сняла с него ботинки.
– Закрой глаза, – скомандовала Сидни. Но когда она сделала попытку отойти, Майкл удержал ее за руку.
– В чем дело? Тебе требуется поцелуй на ночь? Она с улыбкой наклонилась и прижалась губами к его лбу.
– Я же не Сэм, – с укоризной проговорил Майкл. Она подняла бровь. Потом засмеялась и поцеловала его в губы.
– Что ты будешь делать, пока я сплю? – спросил он с закрытыми глазами.
Она начала рассказывать, и опять ее голос зазвучал, как водопад.
* * *
Когда Майкл проснулся, тени на белом потолке сбили его с толку. Он понятия не имел, где находится. Но через секунду память вернулась: он был в отеле «Палмер-хауз». Ключом послужила подушка с монограммой у него под головой и мягкий матрац, на котором он лежал. Сидни уложила его спать в гостиничном номере, и он сделал вид, что ничего особенного в этом нет. Но, насколько он мог припомнить, это было первый раз, когда он уснул на кровати.
Оказалось, что спать в кровати не так уж плохо.
Сколько же он спал? Майкл поднялся, подошел к окну и отодвинул штору. Судя по свету, можно было предположить, что за окном либо поздний вечер, либо раннее утро. В городе, где не было ни росы, ни сверчков, ни птиц, за исключением голубей, он не мог определить точнее.
Майкл расчесал волосы пальцами и попытался, как мог, расправить смятую одежду, потом открыл дверь в гостиную. Открыл очень тихо, на случай если Сидни уснула.
Ее там не было.
– Сидни?
Никакого ответа. Через открытую дверь в ванную было видно, что там ее тоже нет.
Он включил газовый свет и вошел. Во всех зеркалах отражалось его лицо. Вид у Майкла был ужасный. Неудивительно, что ей не особенно хотелось его целовать. Хорошо еще, что щетина не слишком сильно отросла. Перед отъездом из дома он умылся, побрился и привел себя в порядок, чтобы не быть похожим на дикаря при появлении в отеле «Палмер-хауз». Но кожа у него была землистого цвета, кости выпирали, под глазами – темные круги. Сколько бы он ни проспал сегодня, этого было явно недостаточно.
Ванна – вот что ему было нужно. Майкл начал наполнять ванну горячей водой. Он думал, что она сейчас кончится или остынет, как всегда бывало в ванной у Винтеров, но тут ничего подобного не случилось. Вода из крана шла горячая, как кипяток, пока он не завернул кран. Пришлось добавить холодной воды перед тем, как влезать в ванну.
– А-а-ах, – Майкл медленно, дюйм за дюймом опустился в ванну, блаженно постанывая.
От горячей воды его усталые плечи заныли поначалу, но это была приятная, расслабляющая боль. Когда Майкл погрузился в воду целиком, ему наконец пришлось признать простую истину: жизнь в мире цивилизации теперь была ему больше по душе, чем жизнь в девственном лесу.
Он чуть не уснул прямо в ванне, когда услыхал, как в гостиной открылась и снова закрылась дверь. Майкл сел в ванне, напряженно прислушиваясь и затаив дыхание, но тут же успокоился, услыхав тихий голос Сидни:
– Майкл?
– Я здесь.
Дверь он оставил не запертой. Сидни просунула голову внутрь, увидела его и отпрянула назад, больно ударившись о дверную ручку.
– Ой, извини.
Перед тем как она скрылась за дверью, он успел заметить, что ее лицо заливается ярко-розовой краской. Майкл сам не знал, почему это маленькое происшествие его рассмешило. По правде говоря, он почувствовал себя счастливым. У Сидни был немножко глуповатый вид, но дело было не в этом. Просто на этот раз они как будто поменялись местами: обычно именно он делал глупости и попадал в дурацкое положение.
– Я купила тебе кое-что из одежды, – самым небрежным тоном объявила она из-за двери. – Оставлю на кровати.
– Спасибо. Я сейчас выйду.
– О, можешь не спешить.
Но он в спешке вымылся и вымыл голову, потому что теперь, когда она вернулась, лежать в горячей ванне одному было уже не так интересно.
В спальне Майкл сбросил с себя влажное полотенце и надел одежду, которую она ему купила: темные брюки из какой-то мягкой ткани, белую шелковую рубашку и такую свободную вязаную штуковину. И еще она купила пижаму и домашние тапочки из мягкой кожи. Точно такие же были у Филипа. Майкл осмотрел себя с головы до ног в длинном зеркале на дверце гардероба и удивленно покачал головой. Он действительно выглядел как человек. Обычный человек.
– Ты выглядишь замечательно! – горячо воскликнула Сидни.
Она сидела на диване, поджав под себя ноги и развернув на коленях газету. Она была так красива, хотя и выглядела усталой.
– Ты хорошо поспал?
– Да. Какой сегодня день?
– Все еще понедельник, – засмеялась Сидни. Значит, сейчас поздно, а не рано. Теперь, когда он знал наверняка, небо за окном показалось ему бесспорно вечерним небом: оно отливало жемчужным блеском, а по краям отсвечивало розовым.
– Я попросила подать обед в номер.
– Когда ты успела договориться? Майкл представил себе, как она стоит на лестничной площадке и кричит вниз, заказывая обед.
– На каждом этаже возле лифта есть внутренний телефон, чтобы можно было позвонить администратору и заказать все, что нужно. – Вот это да, – протянул Майкл изумленно. Сидни засмеялась, и он понял, что говорит в точности как Сэм. – Все это чертовски забавно, – добавил он, на этот раз подражая Филипу. Ему очень хотелось в один прекрасный день научиться разговаривать по-своему, никому не подражая, нo пока это ему никак не удавалось. – Я купила вечернюю газету. Сидни указала на диван, приглашая Майкла сесть рядом с собой. Он сел. – От тебя хорошо пахнет. Сказав это, она отвернулась и опять покраснела. Майкл провел рукой по зачесанным назад волосам. Ему тоже стало неловко.
– Откуда у тебя этот синяк?
Она подняла руку и указала на кровоподтек у него на щеке. После ванны синяк потемнел и выглядел особенно живописно. – Мне уже не больно. – Как это случилось? – В зоопарке. Охранник ударил меня палкой. Сидни долго смотрела на него молча, потом открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала и лишь тяжело вздохнула. Майкл опустил глаза и увидел свою фотографию на первой странице газеты.
– Мой бог, – прошептал он. – О, нет…
– Не волнуйся, Майкл, на самом деле это очень хорошо, что они опубликовали твою фотографию.
Он не мог с ней согласиться. Это была одна из фотографий, сделанных на следующий день после того, как 0'Фэллон стрелял в него. На снимке он выглядел обезумевшим опасным дикарем. Сам-то он знал, что это выражение в его глазах вызвано страхом, но кто угодно другой мог бы решить, что это жестокость. Майкл отвернулся от газеты, ему не хотелось больше на себя смотреть.
– Что обо мне пишут? – спросил он, хотя знать ему тоже не хотелось.
– Все то же самое, что писали вчера и позавчера.
– Там, где я был, газет не было, – напомнил он. – Так что расскажи мне подробнее.
– Они пишут о том, в какую сумму обойдется замена пропавших или погубленных животных и кого из сбежавших им удалось вернуть. Какие меры безопасности они предпримут в будущем и все такое прочее. И еще о том, что, несмотря на все усилия, тебя до сих пор не удалось задержать. Майкл…
–Да?
– Хочешь поговорить об этом? О том, что случилось?
– Им удалось поймать волков?
–Что?
– Ты сказала, что некоторых животных снова поймали и посадили в клетку. Волки среди них были?
Сидни заглянула в газету и вновь подняла глаза на Майкла.
– О волках ничего не говорится.
Значит, хоть одно он сделал правильно, подумал Майкл, глядя прямо перед собой и машинально расправляя на коленях новые брюки. Он навлек неисчислимые несчастья на голову людей, которые были ему дороги, но хоть одно все-таки сделал правильно.
–Ты хочешь…
– Нет. Прости, но я не хочу говорить об этом прямо сейчас.
Она молча кивнула. Майкл обрадовался, когда несколько минут спустя официант принес обед.
Они ели, наблюдая, как темнеет небо за окном их гостиной. Оба почти не разговаривали. Майклу хотелось спросить, почему она вдруг притихла. Может, она уже жалеет, что привезла его сюда?
Когда обед закончился, Майкл подошел к окну.
– Иди сюда. Посмотри, как хорошо, – позвал он, распахивая окно шире. – Так красиво на улицах, когда люди расходятся по домам. Тихо, спокойно.
Сидни подошла и встала рядом с ним.
– Это не самый оживленный перекресток на свете, – продолжал Майкл, вспомнив, что рассказывал ему Сэм. – Самый оживленный перекресток – это угол Стэйт-стрит и Мэдисон-авеню.
– Отлично, – засмеялась Сидни. – Но ты можешь увидеть Мэдисон-авеню прямо отсюда.
–Где?
– Вон там. – Она указала, не подходя ближе. – В одном квартале к северу.
– Ты не любишь высоты, – вспомнил он.
– Да. Не знаю почему: никто в семье, кроме меня, этим не страдает.
– Я ничего не имею против высоты, когда она стоит на месте, – сказал Майкл, указывая на окно. – Мне не нравится, когда она движется. Сидни едва заметно вздрогнула, и он понял, что она вспоминает «чертово колесо». Они опять замолчали. Потом Сидни сказала:
– Лето уже кончилось. Днем все еще жарко, но в воздухе уже чувствуется осень.
– Это потому, что дни становятся короче. Даже птицы уже поют другие песни. Она вздохнула.
– Сидни?
–Гм?
– Ты жалеешь, что привезла меня сюда?
– Нет.
– Тебе страшно?
– Немножко. Но не сейчас, не в эту минуту. В сгущающемся сумраке ее светлая кожа белела, как цветочные лепестки. Ему хотелось дотронуться до нее, но он не смел. Сейчас все вокруг неуловимо изменилось. Сидни нервничала, и Майкл тоже. Он не мог с уверенностью сказать, что она хочет. Если им суждено прикоснуться друг к другу, пусть она начнет первая, решил он.
– Я опять устал, – честно признался он. – Всякий раз, как поем, сразу чувствую себя усталым. Мне кажется, я хотел бы еще поспать. Если ты не возражаешь.
– Нет, я не возражаю.
– Прошу меня извинить, – произнес он заученную фразу. – Спокойной ночи, Майкл.
– Спокойной ночи.
В спальне Майкл надел голубую пижаму в полоску, которую она ему купила. Ни для кого другого он бы этого не сделал: пижама казалась ему дурацким одеянием, непригодным ни для какой практической цели, и он был уверен, что не сумеет в ней заснуть. Но эту пижаму ему подарила Сидни, и поэтому он ее наденет.
Лежа в постели и уже засыпая, Майкл вдруг подумал: а где же будет спать Сидни? Прямо здесь, рядом с ним? Ему бы очень хотелось лежать рядом с Сидни на этой мягкой кровати. Но в гостиной была кушетка, может быть, она будет спать на ней? Нет, это, наверное, ему следует спать на кушетке. Может быть, стоит встать и спросить? Но, с другой стороны, тогда она сама может прийти и лечь здесь, если он не будет ничего спрашивать. Он просто сделает вид, что ему в голову не пришло спросить. Да, надо просто ждать. Мало ли что может случиться? Все, что угодно.
Майкл заснул с надеждой, что это случится очень скоро.
* * *
Принимая ванну, вытираясь и надевая ночную рубашку, Сидни тоже думала о том, где ей лечь спать. Это был вопрос далеко не праздный: в каком-то смысле от ответа на него зависело все.
Внезапно связавшая их близость – например, общая ванна – волновала и в то же время пугала ее. Сидни прекрасно понимала, к чему это может привести. Уже привело. Вопрос в другом: понимает ли это Майкл? Пять дней назад она сказала ему, что это нехорошо, что им нельзя быть вместе. Будучи человеком бесхитростным, он принял ее слова на веру. Но с тех пор многое изменилось, и прежде всего она сама, хотя Майкл этого не знал. Откуда ему было знать? Ей не хватило смелости ему сказать. Или хотя бы намекнуть.
Сидни почистила зубы, расчесала волосы и тихонько прокралась в спальню. Майкл оставил зажженную лампу. Для нее? Она на цыпочках подошла поближе, чтобы посмотреть на него. Он спал, свернувшись, на боку, подтянув ноги к животу и обхватив себя руками, словно защищаясь от возможного нападения. И хотя он спал крепко, в его позе все равно чувствовалась настороженность, готовность к броску, словно грань между сном и бодрствованием была для него тоньше лезвия бритвы.
Очень медленно и осторожно Сидни опустилась на край кровати. Во сне темные волосы Майкла растрепались, на затылке образовался забавный вихор, делавший его похожим на птичку-кардинала. Она разгладила вихор пальцами, внимательно следя за его вздрагивающими веками. Похоже, ему снился сон. До чего же он красив! Неправдоподобно красив!
Сидни тоже устала: прошлой ночью не сомкнула глаз, да и накануне почти не спала. Глупо спать на кушетке, когда есть такая удобная кровать. Они оба без сил, и ничего страшного не произойдет, если они уснут в одной кровати.
В эту минуту Майкл повернулся и раскинул руки и ноги, вытянувшись во весь рост. Для нее еще осталось полно места. Если это не приглашение, решила Сидни, то она не знает, как еще это назвать.
Она погасила свет и осторожно легла рядом с ним, накрывшись одеялом. Приятно было ворочаться в постели, устраиваясь на теплом месте, только что нагретом его телом. Сидни чуть подвинулась, чтобы их руки могли соприкоснуться. Ноздри щекотал запах его пижамы – приятный чистый запах хлопка, запах обновки, только что принесенной из магазина. Сидни вдруг подумала о Спенсере. Ей всегда было приятно чувствовать его присутствие в постели. Это давало ей ощущение безопасности. Она наслаждалась этим всего год… вполне достаточно, чтобы навсегда уверовать в то, что без этого чудесного ощущения невозможно обойтись. И никто не должен без него обходиться. Спать одной – это неправильно, сонно подумала она. Ее мысли стали разбредаться. Тетя Эстелла каждую ночь спала в одиночестве. Неудивительно, что она чувствовала себя несчастной и была вечно чем-то недовольна. Люди должны находить друг друга. Так назначено природой… И Сидни сейчас была там, где назначено… Здесь ее место…
Обхватив себя руками, она перекатилась на бок, поближе к Майклу. Она уснула, касаясь коленом его бедра и прижимаясь лбом к его плечу, вдыхая свежий запах его новой пижамы.
* * *
– Как только ты вспомнил, что это не было кораблекрушение, Майкл, мистер Хиггинс прекратил копаться в списках утонувших на Великих озерах.
Сидни придвинулась ближе к столу с завтраком, чтобы утреннее солнце не било ей в глаза.
– Он начал проверять охотничьи и рыболовные экспедиции, причем ограничился районом южных берегов Онтарио. И там он действительно нашел одного Макнейла, который случайно застрелился, когда чистил ружье во время охотничьей вылазки на Дождевом озере в 1876 году. Но остальные обстоятельства все равно не совпадали: никто не утонул, а среди членов его группы не было маленького мальчика. Майкл кивнул. Он так напряженно и внимательно услушал, что даже позабыл про шоколад, остывавший в чашке.
– Тогда мистер Хиггинс сосредоточился на туристических походах и увеселительных экскурсиях в районе бухты Эхо – там, где тебя нашли. Ничего. Но когда он расширил зону поиска на восток до Садбери и Георгианской бухты, ему повезло.
Она сложила руки на столе и наклонилась ближе, йчувствуя его волнение и сама заражаясь им.
– Тебе знакомо имя Макдермот? Его взгляд, прожигавший ее насквозь, затуманился всего на секунду и вновь обрел свою прежнюю ясность. – Мой дядя, – прошептал он.
– Верно, Дункан Макдермот…
– И тетя Кэт.
– Да. Они числятся пропавшими без вести, равно как и их проводник, человек по фамилии Хэсти.
Майкл крепко зажмурился, потом покачал головой. Он не мог вспомнить проводника.
– Все подумали, что ты тоже утонул. В архиве записано: «Дункан Макдермот, его жена Кэтрин и их племянник Майкл Макнейл, младший из Олдернов».
Он отодвинул тарелку и подошел к окну, загородив спиной еще невысокое солнце.
– Хиггинс послал телеграмму твоим родителям в Инвер гордон, и теперь нам остается только ждать их ответа. Возможно, он уже пришел. Позже я позвоню Филипу и узнаю. Майкл? О чем ты думаешь?
Он не ответил. Сидни встала из-за стола. Майкл успел одеться, а она все еще была в халате поверх ночной рубашки – шаг весьма вольный, мелькнуло у нее в голове, но все дело было в том, что официант, доставивший им завтрак этим утром, пришел неожиданно рано.
– Ты же не думаешь, что тебя на самом деле отослали из дому? Находка мистера Хиггинса доказывает, что все было не так. Ты просто отправился в путешествие с дядей и тетей.
Увидев, что Майкл не отвечает, Сидни обогнула стол и подошла к нему.
– Когда они узнают, что ты жив, они с ума сойдут от радости. Они назовут это чудом. Она положила руку ему на плечо и заставила его повернуться лицом к себе.
– В чем дело?
– Было что-то такое… они говорили, а я нечаянно услышал. Я не должен был этого слышать, Сидни. Не помню точно всех слов, но мне кажется… Мне кажется, они радовались моему отъезду.
– О нет, не может быть!
Майкл опять крепко зажмурился, пытаясь вспомнить.
– «Мир и покой» – вот что говорил мой отец. А мать засмеялась. Они хотели, чтобы я уехал. Но я не могу вспомнить… – Он открыл глаза, полные боли и смятения. – Не могу вспомнить, что я сделал плохого.
Сидни обняла его.
– Да нет, все в порядке. Это было так давно… Но я хотел, чтобы ты знала: очень может быть, что они не обрадуются. Не назовут это чудом.
– Ну тогда они тебя не стоят, – голосом, полным обиды, прошептала она. А потом обхватила руками голову Майкла и поцеловала его. Потом еще и еще раз. Первый поцелуй предназначался в утешение, потому что Майкл был ее дорогим другом и ему сейчас было больно. Второй и третий были предприняты исключительно ради собственного удовольствия. Сидни действовала не спеша. Его губы смягчились под ее поцелуями, она чутко прислушивалась к его изменившемуся дыханию. Теперь она знала, что все посторонние мысли оставили его. Теперь, когда решающий час наконец настал, Сидни поразилась своему самообладанию. Страха больше не было. Она чувствовала себя спокойной и уверенной, она знала, чего хотела больше всего на свете.
Глядя ему прямо в глаза, Сидни решительным и неторопливым движением вытащила рубашку у него из брюк и провела дрожащими от волнения пальцами по обнаженной спине, чтобы у него не осталось никаких сомнений относительно ее намерений. Какая гладкая, нагретая солнцем, тонкая и гладкая кожа, сильные бугорки позвоночника, легкое подрагивание твердых, словно отлитых из бронзы мускулов.
– Майкл… – прошептала она. – В прошлый раз я все испортила. Я сказала, что это неправильно, хотя на самом деле я так не думала. Я была не права.
Жилы на шее у Майкла были напряжены. Она захватила его врасплох, он ничего подобного не ожидал.
– Это все из-за тети, – догадался он. – Ты потому мне так сказала?
Воспоминание о собственной трусости, проявленной в тот день, не доставило ей радости.
– Да. Я испугалась, струсила.
– Но сейчас ее здесь нет.
Кожа на его спине под ее рукой была похожа на атлас. Только она была горячей.
– Безусловно, ее здесь нет, но дело не в этом. Я поступила так глупо! Только теперь я понимаю, что могла потерять тебя навсегда!
Майкл ласково погладил ее щеку.
– Ничего, я понимаю. Я тоже боюсь твою тетю. Сидни накрыла его руку своей ладонью и еле слышно проговорила:
– Я хочу заниматься с тобой любовью. Прямо сейчас. Я только об этом и думаю. Я не могу больше ждать. Ты хочешь этого, Майкл?
Он закрыл глаза, пытаясь сдержаться, пытаясь поверить тому, что услышал.
– Это эвфемизм?
–Что?
Майкл открыл глаза. Что-то неуловимо изменилось, неужели это его вопрос разрушил все?! И все же, не зная, как исправить положение, Майкл мужественно продолжал:
– Филип мне так сказал. На самом деле я не знаю, что это значит. Она снова улыбнулась.
– Это можно считать эвфемизмом, только если люди занимаются любовью, не любя друг друга.
– Я люблю тебя, Сидни. Она коснулась пальцами его губ.
–Я тоже тебя люблю. Он поцеловал ее, как она его научила – долгим нежным поцелуем. А его сердце между тем готово было разорвать грудь, оно становилось огромным. Она его любит! Сидни никогда не обманывала его. Она любит его! Майкл прошептал ее имя, держа ее в объятиях, крепко прижимая к себе, чтобы всем телом почувствовать ее тело, все целиком – грудь, живот, ноги… На ней почти не было одежды, и, когда его руки прошлись по тонкой ткани ее халата, он ощутил под ней все: округлости ягодиц, изгиб бедер, тонкую талию, хрупкие лопатки.
– Мы будем заниматься любовью? – прошептал он, все еще не смея поверить в осуществление мечты.
– Я этого хочу. Вся дрожа, она отстранилась от него, высвободилась из кольца его горячих, требовательных рук.
– Майкл, – спросила Сидни, сама удивляясь тому, как глухо звучит ее голос, – ты когда-нибудь… – она нервно засмеялась, – ты когда-нибудь делал это раньше?
– Нет. Но я видел, как это делается. Она заморгала. Краска стала заливать лицо Майкла.
– Ты это видел? Майклу пришлось сознаться.
– Мы с Филипом… – начал он и тут же умолк, не смея поднять на нее глаза.
Опять Филип! Сидни твердо решила, что непременно всерьез разберется со своим братцем.
– Скажи мне только одно: я должна тебе показать, как это делается? – Да, – ответил Майкл после небольшого раздумья. – Пожалуй, будет лучше, если ты мне покажешь.
Сидни откинула голову и заглянула ему в лицо, чтобы убедиться, что он не шутит. Его глаза светились потаенным светом, губы дрожали от возбуждения.
– Я счастлива, – сказала Сидни. – Счастлива, как никогда в жизни. – Вот и хорошо, – откликнулся Майкл. – Всю свою жизнь я ждал тебя, Сидни. А теперь… – Теперь ты меня получил. Они сами не заметили, как оказались в спальне и Сели на кровать. Поняв, что должна взять инициативу на себя, Сидни прижалась губами к теплой впадинке на его груди.
– Первым делом… – прошептала она, кончиком языка проводя по его шее, – первым делом надо снять одежду. Но я думаю, это тебе уже хорошо известно.
Майкл не поднимал глаз, ничего не говорил, он лишь прерывисто дышал. Когда он потянулся к верхней пуговице на своей рубашке, Сидни взяла его за руку и направила ее в другую сторону.
– Иногда бывает приятно, если мы при этом… помогаем друг другу.
Майкл улыбнулся, вспоминая, как девушка в витрине у миссис Бэрч раздевала мужчину. То, что проделывала пара в витрине, было ненастоящим. У них с Сидни все будет по-другому. Он заглянул ей в лицо, пока развязывал бантик у воротника ее халата и расстегивал пуговицы. Никогда раньше ему не приходилось видеть такое выражение в ее потемневших от страсти глазах. В них горели любовь и желание. Ему понравилось раздевать ее. Но как же все это выдержать, если они и дальше будут двигаться так медленно?
На ее рубашке тоже были пуговицы. Бесконечное количество – до самого подола. Но когда он наконец дошел до талии, Сидни проворно высвободила руки из рукавов, и рубашка соскользнула на пол. Боже, как она была прекрасна! Майкл знал, что так оно и будет, и все же, увидев ее без одежды, почувствовал, как у него перехватывает дыхание. Какая красавица! Его обнаженная красавица…
– Можешь до меня дотронуться, – прошептала она.
Но Майкл побоялся. Его руки обвели в воздухе контур ее безупречной груди, так и не коснувшись ее. Потом его ладонь случайно задела ее розовый сосок, и тут Майкл не выдержал и обхватил рукой ее грудь.
Его удивил ее вздох. Она откинула голову набок и опустила ресницы. Вид у нее был такой, словно ей снился прекрасный сон. Майкл коснулся губами нежной кожи у нее на шее, вдохнул ее запах, продолжая удерживать ладонями томительную тяжесть груди.
– Какая ты красивая, – вздохнул он, жалея, что не знает других слов, чтобы выразить свое восхищение.
Его волосы упали ей на грудь. Сидни погрузила в них пальцы и ласково отвела назад, за уши. Такое острое желание пронзило ее в эту минуту, что ей пришлось стиснуть зубы и крепко сомкнуть колени. Она заставила Майкла поднять голову, нашла его рот и принялась осыпать его нетерпеливыми, жадными поцелуями, совсем позабыв о нежности, которой сама же научила его раньше. Она умирала от жажды. Он разжал руки и отпустил ее.
Послышался треск рвущейся ткани, пуговицы посыпались на пол. Майкл сорвал с себя рубашку и толкнул Сидни на постель. А она не могла больше дожидаться ни минуты, ей так хотелось ощутить на себе его тело, почувствовать его тяжесть. Когда Майкл накрыл ее тело своим, глубокий вздох радости и облегчения вырвался из ее горла. Но абсолютная естественность этого ощущения поразила ее. Сидни увернулась от одного из его голодных поцелуев. Ей хотелось замереть, просто обнять его и не двигаться. Она не хотела, чтобы все произошло слишком быстро.
– Майкл, – прошептала она, задыхаясь, – погоди, не спеши. Давай подождем.
– Почему?
– Потому. Так будет лучше, поверь мне. – Сидни сдунула попавшую в глаза прядь волос. – И давай все же снимем с себя одежду.
Майкл откатился на бок, расстегнул брюки, одним движением сорвал их с себя и швырнул на пол.
– Ну и ну, – усмехнулась Сидни, – вот это скорость!
Наклонившись над ней, опираясь на локоть, Майкл сжал в кулаке ткань ее ночной рубашки и потянул книзу, обнажив ее живот.
– Ты по-прежнему утверждаешь, что никогда раньше не занимался любовью? – спросила Сидни с улыбкой.
– Сними с себя все, Сидни. Я хочу видеть тебя всю. Я так долго этого ждал!
– О, Майкл… – пролепетала смущенно Сидни. Нашла время стесняться! Но она ничего не могла с собой поделать. Ей хотелось, чтобы сейчас, когда у них все было в первый раз, стояла ночь, а не ясный белый день. Собрав воедино всю свою храбрость, Сидни вы скользнула из ночной рубашки и отбросила ее в том же направлении, куда запустил свои брюки Майкл. Они придвинулись друг к другу, стоя на коленях, и крепко обнялись. Майкл никак не мог насытиться ощущением ее обнаженных ягодиц, без конца проводил ладонями по теплой гладкой коже, сжимал и гладил ее тело. Сидни положила голову ему на плечо, щекоча его шею языком.
Майкл откинулся назад, чтобы рассмотреть получше ее тело. У Сидни, как и у него, были соски, таинственная впадинка пупка, темные волосы внизу живота, но на этом сходство заканчивалось. Его тело было твердым, а тело Сидни – мягким. Там, где его тело было плоским, у нее были округлости. И кожа у нее была совсем другая: как нежные лепестки цветов, как теплая вода. Майкл положил руки на ее бедра, поглаживая большими пальцами кожу на внутренней стороне, слегка касаясь колечек волос посредине. Ему хотелось дотронуться до нее там, прижаться к этому месту лицом, но он боялся что-либо предпринять, пока она сама ему не скажет, боялся совершить ошибку, испугать Сидни.
Он поднял голову и уловил в ее глазах выражение, которого не ожидал увидеть. Она попыталась улыбнуться, но это была ненастоящая улыбка.
– Что случилось. Сидни?
– Ничего.
– Нет, что-то есть. Я что-то не так сделал? Тебе больно? Она покачала головой, но теперь он ей не поверил.
–Прости, что я так поторопился.
– Дело не в этом. Сидни тоже откинулась назад, но когда Майкл попытался убрать руки, удержала их на месте.
– Все дело в этом, – сказала она. – И в этом. И в этом. И в этом.
Легкими, как перышко, прикосновениями она провела кончиками пальцев по шраму у него на груди, по длинному рубцу, пересекавшему живот, по мелким шрамикам на ребрах. У него были и другие, он весь был покрыт ими с головы до ног, но она не коснулась остальных. Майкл отвернулся.
– Это уродство. Тебе неприятно, да? – Нет-нет! О, Майкл, не надо так смотреть! Сидни обняла его и притянула к себе, принялась покрывать поцелуями его щеки, отчаянно желая, чтобы он понял.
– Когда я думаю о том, сколько всего тебе пришлось пережить, как тебе было тяжело, как одиноко, как долго ты страдал, я не могу этого вынести. Мне делается больно. Просто больно.
Неудержимое рыдание вырвалось у нее. Сидни ненавидела себя за то, что ударилась в слезы в такую минуту, но захлестнувшее ее чувство оказалось слишком сильным.
– Все было не так уж плохо. – Майкл улыбнулся ей, пытаясь вызвать ответную улыбку. – Ш-ш-ш, Сидни, не надо плакать. Не надо грустить, только не сейчас. Давай сделаем это прямо сейчас.
Его настойчивая нежность помогла ей опомниться. Она засмеялась прерывистым всхлипывающим смешком и вытерла слезы.
– Ты прав. Давай сделаем это прямо сейчас. Они вытянулись посреди постели лицом друг к другу. На первое время им хватало простых прикосновений, любовной игры, исследований и открытий. Майкл был очарован ее грудью, но никак не мог постичь одного из главных правил эротической игры, и Сидни, устав ждать, пока он сам поймет, была вынуждена пуститься в объяснения.
– Вот самые чувствительные места, – сказала она. – Вот здесь… и здесь.
С подобными словами она ни за что на свете не смогла бы обратиться к другому человеку, даже к Спенсеру, если бы ему был нужен такой урок. Но Майклу она могла это сказать, потому что… ну просто потому, что это был Майкл. И все, что они делали, ему ужасно нравилось.
– Здесь, – повторил он, хмурясь от усердия и внимательно глядя, как ее сосок вздувается и темнеет под его жадными пальцами.
– Да… вот здесь…
– Животные так не делают, – заметил Майкл. – Насколько мне известно.
– Они сами не знают, от чего отказываются.
– У самки соски предназначены только для того, чтобы кормить малышей. После того, как у нее появятся детеныши, – уточнил он.
Сидни улыбнулась с закрытыми глазами:
– У людей все не так.
– И у мужчин тоже? – спросил Майкл.
– Давай проверим.
Сидни пощекотала его левый сосок мизинцем, припав губами к его груди, легонько прикусила его сосок губами.
– Ого! Его глаза удивленно округлились.
– Вот видишь, как интересно. Но… на женщин это действует сильнее, хотя я не знаю, почему. И еще…
Нет, это невозможно. Как она могла сказать такое? Но она все-таки сказала:
– Ты знаешь, как детеныши животных пьют молоко из материнской груди? Они его высасывают.
– Высасывают, – повторил Майкл. – Правильно, они так делают.
Для него это было новое слово. И он опять возобновил игру с ее соском.
– Дело в том, – глухо произнесла Сидни, уткнувшись лицом в плечо Майкла, – что когда мужчина берет в рот грудь женщины… как будто высасывает молоко… это доставляет ей большое удовольствие… когда они занимаются любовью. Как мы сейчас.
Он с удивлением заглянул ей в глаза, и Сидни пришлось собрать всю свою силу воли, чтобы не спрятать лицо в подушку. Озадаченно хмурясь, Майкл наклонил голову, захватил губами ее сосок и легонько втянул в рот. Сидни тихонько вскрикнула.
– Тебе нравится?
–Да… Он сделал это еще раз, и она застонала.
– Это здорово. Сидни!
– И не говори!
Майкл опрокинул ее на спину и перешел ко второй груди, посасывая, покусывая, лаская языком, – он оказался способным учеником, все схватывает на лету! – с силой втягивая в рот ее твердеющий сосок и заставляя ее стонать еще громче. Какое облегчение – перестать отдавать распоряжения и пустить дело на самотек! Да и что еще она могла ему сказать? Все остальное он и сам знал. Он был подобен буре, обрушившейся на нее. Сидни с радостью отдалась на милость этой нетерпеливой стихии.
Но Майкл сдерживался. А ей хотелось большего, ей хотелось всего и сразу. Он должен был знать, что следует дальше! Но нет, он не желал продолжать без ее разрешения. И хотя сейчас он доводил ее до исступления, именно это она в нем больше всего любила: животную дикость, которую он умел обуздывать своей бесконечной человеческой добротой. Каким бы испытаниям ни подвергалось его терпение – будь то жестокость 0'Фэл-лона, эксперименты ее отца или даже его собственная страсть к ней, – всякий раз он сдерживал свои инстинктивные побуждения усилием воли. Ей пришла в голову странная мысль – из всех мужчин, которых она знала, Майкл – самый цивилизованный.
Сидни не могла удержаться и не прикоснуться к нему, хотя это могло бы ускорить дело и привести к преждевременному финалу. Она этого вовсе не хотела, но Сидни жаждала близости полной, без преград. Шепча его имя, Сидни просунула руку между их телами и нащупала ладонью его бархатистую плоть. Майкл дернулся всем телом и судорожно втянул воздух сквозь зубы. Она сжала его игриво, совсем легонько, но не смогла успокоить.
– Ты тоже можешь меня потрогать, – дрожащим шепотом предложила Сидни, от души надеясь, что не придется объяснять – где. Не пришлось. Но пришлось сказать:
– Тише, тише, не так сильно!
Майкл тотчас же ослабил нажим, его пальцы раскрыли ее бережно, как хрупкую раковину, как бутон цветка.
– О, Майкл, Майкл, Майкл… – Тебе это нравится! – с восторгом воскликнул он, чрезвычайно довольный собой.
В эту игру должны играть двое.
– А тебе вот это понравится.
Сидни начала поглаживать его внизу, слегка растягивая мягкую, как будто замшевую кожу. Он вскрикнул. Она сразу же перестала, испугавшись, что зашла слишком далеко и достигла большего успеха, чем сама хотела.
– Не сейчас, – шепнула она, – еще не время. Сперва ты должен войти в меня.
– Я хочу войти в тебя.
– Знаю. Но еще не время.
– Почему?
– Ш-ш-ш…
Она еще немного помучила и себя, и Майкла, дразня его медленными прикосновениями пальцев, которые вдруг стали необыкновенно ловкими, чуткими, умелыми, как никогда раньше. Всякий раз, когда Сидни замирала, Майкл начинал очень бережно исследовать ее, а она, затаив дыхание, следила за его лицом. Глаза у него были опущены, на губах застыла сосредоточенная полуулыбка. Приятно было сознавать, что он никогда раньше так не прикасался к женщине. Эта мысль дарила ей сладкое, непереносимо волнующее ощущение собственной удачливости и власти над ним.
– Сидни!
На щеке у него ритмично подергивался мускул. Он дошел до края, да и она, пожалуй, тоже. Но ей стало немного грустно, когда она поцеловала его в губы и приняла на себя весь его вес, потому что в этот раз ей удалось подойти так близко… совсем близко.
Не медля больше ни секунды, Майкл раздвинул ей ноги коленями и, помогая себе рукой, проник внутрь. Дыхание вырвалось у него из груди долгим вздохом, пока он погружался все глубже и глубже. Потом, к удивлению Сидни, он замер, оставаясь совершенно неподвижным. Слов не требовалось, не было никаких причин говорить вслух «Я люблю тебя», и уж тем более никаких причин для слез. И все же тихие, светлые слезы навернулись ей на глаза. Сколько бы ей ни суждено было прожить, что бы с ней дальше ни случилось, она знала, что навсегда запомнит эту минуту.
В конце концов ей опять пришлось взять инициативу на себя. Она начала двигаться, медленно вращая бедрами и увлекая его за собой ласковыми поглаживаниями. Ощущать его внутри… нет, это было неописуемо. Он был подобен щедрому глотку воды в жаркий день. Сидни знала, что долго это чудо продолжаться не может. Судя по знакомым ей признакам, Майкл был уже на грани. Но ей хотелось отдать ему себя в подарок, все остальное не имело значения. Сама она еще сумеет получить удовольствие.
Во всяком случае, ей так казалось. Все стало меняться медленно, постепенно, поначалу совсем незаметно, но… не успела она оглянуться, как кое-что приобрело значение для нее самой. Она не могла противиться этой настоятельной потребности, не могла сделать вид, будто с ней ничего не происходит. Захваченная совершенно новым для себя переживанием, Сидни растерялась, позабыла все, что было ей раньше известно и хорошо знакомо. Она летела по воздуху, судорожно цепляясь за Майкла и всем телом, каждой своей клеткой умоляя его не останавливаться. В конце концов ей пришлось сказать об этом вслух.
– О господи, не останавливайся… – прошептала она, прижимаясь лицом к горячей влажной впадине на его груди.
Если бы он остановился, она бы просто умерла.
Страсть лишила Майкла речи, но не языка. Его хриплые гортанные стоны – откровенные, ничем не стесненные – еще больше подогрели Сидни. Прерывисто и тяжело дыша, как и она сама, он еще крепче притянул ее к себе, зарылся лицом в ее волосы. Варварский ритм древней, как мир, любовной игры пульсировал у нее в крови. Ее тело жаждало освобождения.
– Давай, давай, давай скорее…
Ее поразила неистовая чистота ощущений. Стремительно возносясь вверх по спирали наслаждения, Сидни испустила торжествующий крик, когда достигла вершины. Сквозь захлестнувшую ее волну пьянящей радости она услыхала ответный крик Майкла – протяжный низкий вой, полный животного удовлетворения. Этот звук мгновенно проник ей в сердце и в мозг, стал частью блаженства, его апофеозом.
Когда все кончилось, Сидни утеряла способность двигаться. У Майкла осталось больше сил.
– Мне хочется кричать на весь мир о своей радости, – признался он, – или перевернуть этот мир вверх ногами.
Майкл непременно хотелось знать, всегда ли это бывает так прекрасно – заниматься любовью.
– Конечно, нет, – ответила Сидни. Она не сомневалась в своей правоте. С ней самой ничего подобного раньше не происходило.
– Почему нет? – спросил он с задумчивым видом, обводя одним пальцем хрупкую развилку ее ключиц. – Всегда должно быть так, если люди занимаются любовью.
С этим она была согласна.
– Должно быть, но не всегда бывает. Майкл наклонился и поцеловал родинку у нее на левой груди.
– Проверим, – улыбнулся он.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Одинокий волк - Гэфни Патриция



замечательный роман)странно что никто его еще не откомментировал.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияЕкатерина
9.12.2011, 17.25





отличный роман,советую прочесть.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияМарго
10.12.2011, 18.43





даа!!! роман стоит внимания!!!! очень интересный, не похожий на другой...мужчина девственник))) это интересно!!! сказка конечно, и может гг слишком мягок, но все равно интересно.. ЧИТАЙТЕ с удовольствием...но на 10 не тянет...9
Одинокий волк - Гэфни Патрицияещё наталья
11.12.2011, 1.28





легкая сказка, но на 8
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияТатьяна
21.01.2012, 16.59





замечательная вещь,после такого романа как - то становится тепло на душе
Одинокий волк - Гэфни Патрицияарина
19.04.2012, 20.30





Обалдеть!!! такого я еще не читала!10 баллов.
Одинокий волк - Гэфни Патрициякатя
17.10.2012, 15.28





отличный роман!! замечательный!!!!!
Одинокий волк - Гэфни Патрициялия
17.10.2012, 21.31





Потрясающий роман!!! Первые несколько глав немного скучны, но дальше невозможно оторваться. Я раньше не читала ничего подобного, просто супер! Очень оригинальный сюжет. Это стоит прочесть. Советую. 10 +
Одинокий волк - Гэфни Патрициямария
19.10.2012, 7.34





Замечательный , милый роман.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияКсения
23.02.2013, 20.24





Мне очень понравился роман, необычный сюжет,в начале первые 2 главы дались трудновато, но в остальном роман прелесть)))
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияНастёна
13.12.2013, 7.53





интересный сюжет, очень необычный, добрая, наивная сказка.
Одинокий волк - Гэфни Патрицияолга
28.02.2014, 18.39





Я под впечатлением!!!! Думаю, что буду перечитывать.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияВалентина
15.05.2014, 10.16





Очень добрая книга! оригинальный сюжет. располагающий персонаж, интрига. спокойный, приятный язык повествования. можно назвать сказкой, но прелести своей от этого не теряет, и в неё приятно верить.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияИринка
26.06.2014, 8.16





Довольно интересная история и написано хорошо.Симпатичные гл.герои, ситуации кажутся реальными,возможно так оно и могло быть.Финал немного слащавый.А так ,весь роман читала не отрываясь.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияЧертополох
23.09.2014, 23.12





Мне тоже понравилась книга, хотя были моменты, когда думалось, что это чушь. Но если бы не было таких мелочей, не было бы и романа. Этот роман напомнил трилогию "Тарзан", которым в детстве все зачитывались. И еще был роман в котором мальчика выкормила медведица, помоему даже белая. Помню очень понравился тоже и книга ходила по всему классу. Названия не помню. В общем, читайте, вспоминайте незабываемые школьные годы!
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
12.11.2014, 20.54





Давно не восклицала - просто потрясающий сюжет! Отличный роман о силе человеческого духа, о красоте, об эволюции и цивилизованности! Отлично выписанные ГГ-ии, второстепенные персонажи, прекрасно рассказано о США в к. 19 века! Читайте, умная, хороша книга! 10 из 10!
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияКирочка
9.02.2015, 19.14





Очень интересный сюжет! Думаю, что перечитаю и не один раз! 10б.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияОльга
20.06.2015, 18.56





Klass +10
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияAnya
24.03.2016, 15.18





отличный сюжет)) я его уже 129 раз читаю
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияОдинокий Волк
20.05.2016, 14.01





Роман понравился очень. Местами,конечно,очень наивно,но все равно хорошо. Не пожалела,что прочитала.
Одинокий волк - Гэфни ПатрицияНадежда
16.11.2016, 15.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100