Читать онлайн Достоин любви ?, автора - Гэфни Патриция, Раздел - 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Достоин любви ? - Гэфни Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.73 (Голосов: 154)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Достоин любви ? - Гэфни Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Достоин любви ? - Гэфни Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэфни Патриция

Достоин любви ?

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

9

Лорд д’Обрэ разжег камин в своей спальне, хотя было не холодно.
— Подойдите сюда, пожалуйста, — приказал он. — Сюда, ближе.
Рэйчел подошла к сыплющему искрами мраморному камину и остановилась, стараясь не касаться своего хозяина даже краем одежды. Не спуская с нее глаз, он отошел к приставному столику и плеснул что-то в рюмку. Ее возмущал его бесцеремонный тон. Точно так же он обратился к ней десять минут назад в библиотеке.
Все еще не одетый, он откинулся на спинку кушетки, той самой кушетки, на которой они только что лежали, пока он… насиловал ее? Нет, не совсем. Соблазнял? Совращал? Тоже нет, хотя именно таков был, наверное, его замысел. Так вот сидя на этой самой кушетке, он спросил:
— И куда это вы собрались?
— В свою комнату, — ответила она, стараясь говорить безучастно.
Но ей не удалось выдержать равнодушный тон, и она язвительно добавила:
— Вы ведь со мной закончили, не так ли?
Медленным, полным томной грации движением он поднялся на ноги, ничуть не стесняясь своей наготы и не отрывая от нее пристального взгляда.
— Ни в коей мере.
И начал одеваться прямо у нее на глазах.
Сейчас он вывел ее из задумчивости, спросив:
— Как вы себя чувствуете, миссис Уэйд?
Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы взглянуть на него. По-мальчишески взъерошенные в пылу недавней возни волосы никак не вязались с обликом крупного и опасного хищника. Он не позаботился застегнуть рубашку; на груди и на животе у него отчетливо виднелись рельефно выступающие мускулы. Тотчас же, прежде чем Рэйчел успела овладеть собой, вернулось непрошеное воспоминание о том, как он обнимал ее, как жестковатые завитки его волос тихонько и мягко царапали ее кожу, когда он заставил ее раздвинуть ноги. Что-то всколыхнулось у нее внутри, но она и сама не смогла бы сказать, что чувствует. Жестокие истязания, которым подвергал ее Рэндольф, безнадежно смешались у нее в памяти с тем, что проделал с ней этот человек. В эту ночь она не смогла бы положиться ни на свое тело, ни на разум, чтобы отличить томление от тошноты, блаженство от боли, а желание от отвращения.
Он протягивал ей рюмку. Рэйчел уже хотела отказаться, но жидкость в рюмке походила на бренди, и она решила, что это поможет ей успокоить нервы. Взяв рюмку, она ответила на его вопрос:
— Неужели для вас это имеет значение?
Его глаза сощурились, губы вытянулись в тонкую линию. Еще совсем недавно такое выражение недовольства могло бы привести ее в трепет, но только не теперь. Она больше не опасалась его прогневать. Худшее было позади, а это фальшивое участие пришло слишком поздно. Она не станет успокаивать его нечистую совесть, не станет даже задумываться над тем, чего он хотел достичь своими расспросами.
И все же до чего все это странно! Вот она стоит посреди его спальни, целая и невредимая, не испытывая боли, потягивая бренди, и разговаривает с ним… ну разве что более натянуто, чем обычно. Может быть, она и поторопилась, сказав себе, что больше его не боится (к тому же она была не так наивна, чтобы считать, что он уже потерял к ней интерес), но первобытный страх перед тем, что он может сделать с ее телом, был преодолен. По крайней мере, на этот час. В каком-то смысле ей стало даже легче: то, чего она с ужасом ждала в течение нескольких недель, наконец-то случилось и закончилось. Она сумела это пережить. И лишь об одном приходилось сожалеть: ей не суждено завязать дружбу с Энни Моррелл, потому что теперь она действительно стала шлюхой лорда д’Обрэ.
Он подошел ближе.
— Я задал вам вопрос. Я жду ответа. — Между ними завязался краткий поединок взглядов, во время которого Рэйчел сделала открытие: глаза у него были двухцветные — голубые в верхней части радужки и зеленые в нижней.
— Как я себя чувствую? — Она сделала вид, что обдумывает ответ. — Я чувствую себя грязной.
Себастьян нахмурился.
— Я сделал вам больно? Отвечайте! — Он схватил ее за отворот халата, чтобы не дать ей отодвинуться.
— Вы хотите знать, не сделали ли вы мне больно? — недоверчивым шепотом переспросила Рэйчел.
— Я имею в виду телесную боль, — уточнил он.
В какой-то краткий миг она сумела различить неуверенность, промелькнувшую в его глазах. Неуверенность в себе, вечную спутницу нечистой совести.
— Мое тело перенесло случившееся, милорд. Вроде бы даже без особого ущерба. Если вас смущает только это, можете не беспокоиться.
Заметив явственное недовольство, промелькнувшее в его улыбке, она ощутила укол того самого страха, который только что так самонадеянно считала преодоленным.
— Вы сняли камень с моей души, — язвительно сказал он. — Раздевайтесь, миссис Уэйд. Ложитесь в мою постель.
Кровь горячей волной прилила к ее щекам. — Я не хочу, — пролепетала она в ужасе.
— Да, я знаю. Это придает ситуации определенную остроту, перед которой я не могу устоять.
— Чудовище.
— Давайте обойдемся без перебранки. — Он отвернулся, чтобы зажечь еще две свечи от той единственной, уже почти догоревшей, которую принес из библиотеки, потом скрестил руки на груди.
— Я жду.
— Будьте вы прокляты. Вы не сможете мне навредить.
— От всей души надеюсь на это.
— Зачем я вам нужна? — воскликнула она в отчаянии.
Себастьян задумался.
— Я и сам не раз задавал себе этот вопрос с первой нашей встречи и до сих пор не нашел ответа. Прошу вас, разденьтесь для меня, миссис Уэйд. Я хочу посмотреть на вас. Уж теперь-то нам с вами нечего стесняться друг друга.
Как же ей было ненавистно слышать неизменное «миссис Уэйд» из его уст! Из-за этого издевательского обращения все его поступки по отношению к ней выглядели еще более расчетливыми и жестокими. Рэйчел замерла в мучительной растерянности. Все в ее душе восставало против того, к чему он ее принуждал, но последствия непослушания могли оказаться еще более ужасающими.
— Скажите мне вот что: ваш муж заставлял вас раздеваться перед ним?
Она молча смотрела на него, не в силах дать ответ.
— Ответьте мне. Если он это делал, я не буду настаивать. Да или нет?
Сгорая от стыда, Рэйчел не могла даже кивнуть. Всех ее душевных сил хватило лишь на то чтобы не отвести взгляд.
Отвернуться пришлось ему самому. Себастьян провел рукой по волосам, ему вдруг понадобилось перевести дух. На мгновение привычная самоуверенность изменила ему; маска холодной светскости спала, и Рэйчел увидела живого человека, но лишь на секунду. Он с решительным видом обернулся к ней и скомандовал:
— Повернитесь кругом.
Она все еще медлила, и Себастьян сам повернул ее, взяв за плечи. Стоя у нее за спиной, он проворно развязал кушак ее халата, стянул его с плеч и перебросил через спинку стула, потом тотчас же вернулся к ней и таким же образом принялся расстегивать пуговицы ночной рубашки. Наверное, он считает, что делает ей одолжение, подумала Рэйчел: раздевает ее сам, да еще из-за спины. Что ж, в каком-то смысле так оно и есть, но если он ждет от нее благодарности, то напрасно. Она опустила голову и стала смотреть на его длинные ловкие пальцы, вспоминая, как он прикасался к ней совсем недавно. У нее возникло странное ощущение под ложечкой — не то беспокойство, не то предвкушение чего-то. Его невозможно было объяснить.
Медленное скольжение рубашки по плечам и спине невольно заставило ее задрожать. Рэйчел закрыла грудь скрещенными руками, но на этот раз вопреки ожиданиям, никакие воспоминания о прошлом не нахлынули на нее, грозя затопить с головой. Она стояла неподвижно, ощущая у себя на спине взгляд Себастьяна, а потом и его пальцы, легко пробегающие вниз по ее позвоночнику. Он погладил ягодицы, и она почувствовала, как при каждом прикосновении его рук ее охватывает легкая дрожь.
Но неожиданно поглаживание прекратилось; он крепко держал ее за бедра. Рэйчел попыталась повернуться к нему лицом, но Себастьян силой ей помешал. Тогда она оглянулась через плечо. На его лице появилось странное выражение.
— Не двигайтесь, — приказал он. Потянувшись назад, Себастьян взял одну из зажженных свечей. Рэйчел почувствовала тепло огня у себя на спине, потом на бедрах. Вдруг он в сердцах выругался вслух, и она поняла, что он увидел.
Это ее немного удивило. Ей казалось, что он заметил шрамы еще раньше, в библиотеке. Наверное, там было слишком темно, и он каким-то образом пропустил небольшой рубец у нее на левом бедре, единственный, который еще можно было обнаружить на ощупь.
— Кто это сделал?
Рэйчел едва не рассмеялась вслух. Неужели он не догадывается?
— Тюремная стража? — предположил он, повернув ее лицом к себе.
Его лицо побледнело и оттого стало еще более грозным.
— В тюрьме секут мужчин, но не женщин. Это против правил. Для нас они находили другие методы устрашения.
— О Господи. — Он заглянул ей в глаза, словно ища чего-то. — Простите. Мне очень жаль, что вам пришлось через это пройти.
— А мне нет. Эти шрамы спасли мне жизнь. Если бы не они, никто бы мне не поверил. То, что он со мной делал и о чем вы так жаждете от меня услышать… это было настолько чудовищно, что судьи не поверили бы мне на слово без доказательств.
Казалось, Себастьян лишился дара речи. В его глазах появилось какое-то новое выражение, которое Рэйчел могла бы назвать состраданием, если бы не знала его лучше. Одна лишь мысль о сочувствии со стороны лорда д’Обрэ привела ее в такое замешательство, что она вновь повернулась к нему спиной.
Себастьян задул только что зажженные свечи, оставив только одну, и, неожиданно бережным движением взяв Рэйчел под руку, подвел ее к постели. Он даже откинул для нее покрывало. Она горько усмехнулась про себя. Никакая заботливость на свете не могла смягчить низости его побуждений, а насилие нельзя было замаскировать даже самой изысканной деликатностью манер.
Но на этот раз она не оказала сопротивления. Она была измучена и хотела поскорее со всем покончить.
Простыни оказались шелковыми — как и следовало ожидать. Рэйчел натянула верхнюю до самой шеи, опираясь плечами о мягкую гору подушек. Себастьян сел рядом с ней и несколько минут смотрел на нее в молчании, а потом начал снимать рубашку. В его задумчивом лице не было ни жестокости, ни издевки. Он отвернулся и перестал смотреть на нее. Поэтому Рэйчел с некоторой долей любопытства сама стала разглядывать его. Его движения всегда были такими ленивыми и томными, что только теперь, увидев его обнаженным, она убедилась, в какой он великолепной форме. Мускулистый, могучий, вовсе не изнеженный. Рэйчел не находила в нем никаких изъянов; со всей присущей ей честностью она не могла не признать, что он очень хорош собой. Просто прекрасен. Как странно! Рэндольф тоже был недурен собой, и тело у него было подтянутым и стройным для его возраста. Но после первой же ночи, проведенной с ним, от одного лишь вида его тела ей становилось дурно. Ее начинало тошнить.
Себастьян поднялся, чтобы снять брюки, и тут уж ей пришлось отвернуться. Через секунду она почувствовала, как прогибается матрац: он лег рядом. Долгое время между ними царило молчание. Рэйчел хотелось узнать, о чем он думает, хотя это само по себе казалось странным. Почему он вообще до сих пор вызывает у нее любопытство? Почему она не испытывает к нему ненависти за то, что он сделал, за то, что собирается проделать снова?
На этот вопрос у нее не было ответа. Но она понимала, почему ее страх перед ним уменьшился: ей удалось убедиться на личном опыте, что он не такое чудовище, как ее покойный муж. Правда, он утверждал, что ее нежелание придает ситуации остроту, и у нее не было причин сомневаться в том, что он действительно находит положение пикантным, но… он все-таки не причинил ей боли, и в глубине души она была уверена, что никогда не причинит. Применяемые им способы принуждения были куда более тонкими, а следовательно — пусть это софизм, но у нее не было причин его оспаривать, — и более человечными. Теперь, после того, как мужчины использовали ее тело и варварски-жестоким, и иным, не таким грубым образом, она могла с уверенностью сказать, что обращение с ней Себастьяна куда предпочтительнее.
Он опять начал наблюдать за ней, повернувшись на бок, потом принялся изучать ее руку при свете свечи, оставленной на ночном столике, хмурясь и поглаживая огрубевшую ладонь. Волосы, распадясь на две части, обрамляли с обеих сторон его вытянутое книзу, породистое лицо. Он поднял взгляд и задумчиво посмотрел на нее.
— Вы хоть раз испытывали удовольствие в постели с мужчиной?
Его негромкий голос звучал мягко и непринужденно, словно он спрашивал, не приходилось ли ей бывать в Уэльсе в летнее время. Но вопрос, который он ей задал, был далеко не праздным, а промелькнувшая в глазах искра, которую он не успел скрыть под полуопущенными ресницами, в полной мере выдала его жадное любопытство.
— Почему вы считаете, что имеете право задавать мне такие вопросы?
В ее собственном голосе — слишком тонком, слишком громком, предательски задрожавшем — прозвучала паника. Собственное поведение показалось ей жалким и донельзя глупым. В самом деле, вот они лежат в постели бок о бок в чем мать родила, а ее, видите ли, смущает неприличный предмет разговора!
Жестокий рот Себастьяна искривился в легкой усмешке.
— С моей стороны, это невежливо, — сухо признал он, — но все же ответьте. Я хочу знать, доводилось ли вам когда-нибудь получать удовольствие в постели.
— Зачем?
— Вы пребываете в заблуждении, миссис Уэйд. Согласно правилам этой игры вы должны отвечать на мои вопросы, но я не обязан отвечать на ваши.
— Правила…
— …несправедливы, я знаю. Вот потому-то я их и придумал.
Она повернулась лицом к стене.
— Я вам ничего не скажу.
Он промолчал, и в затянувшейся тишине собственные слова показались Рэйчел зловещими.
Вот так отвечает пленный на допросе, готовясь к расстрелу. Наконец послышался тихий шелест шелковых простыней («Голос роскоши», — подумала Рэйчел), но она не обернулась, решительно уставившись в стену. Стену украшали несколько писанных маслом миниатюр, явно принадлежавших кисти одного мастера, подпись которого оказалась для нее неразборчивой. Пейзажи. Совсем не то, что она ожидала увидеть над кроватью в спальне повесы. А впрочем, откуда ей знать? Может быть, козлоногие сатиры и вакханки вышли из моды? Рэйчел принялась разглядывать пасторальную сцену, стараясь не обращать внимания на то, что творилось у нее за спиной.
У нее ничего не вышло. Послышался звук выдвигаемого ящика, и страх пополз по ее коже, словно гадюка. О Боже, нет! Что он делает? Что он оттуда достает? Раздался какой-то стук: это закрылся ящик. Неприятный привкус во рту у Рэйчел превратился в тошноту; она закусила губу, чувствуя, как по всему телу выступает холодный пот.
Матрац опять прогнулся: Себастьян боком сел на постель, повернувшись к ней лицом, легко касаясь коленом ее бедра, и вопросительно окликнул ее по имени, но она не шевельнулась, окаменев от ужаса. Когда он тронул ее за плечо, она подскочила на месте.
— В чем дело? — спросил он озадаченно. — Вы побелели как полотно.
Он провел пальцами по ее щеке, и ее охватила неудержимая дрожь. Еле слышный хрип вырвался из ее груди:
— Ради всего святого…
Себастьян перевел полный недоумения взгляд на то, что держал в руке. Сама Рэйчел не могла решиться на это взглянуть, у нее все переворачивалось в животе.
— Что вас так напугало? Вот это? — Он протянул руку прямо к ее глазам, и сквозь вздрагивающие от испуга ресницы Рэйчел разглядела у него в пальцах маленькую стеклянную баночку. Вот и все. Просто маленькую баночку. Ее сердце замедлило свой безумный бег.
— Что… — ей пришлось перевести дух, — что это?
Многозначительно ухмыляясь самой коварной из своих усмешек — медленно, одним уголком рта, — он открыл баночку, поднес ее к носу и с удовольствием вдохнул с закрытыми глазами.
— Попробуйте, — с этими словами он протянул баночку ей.
Рэйчел опасливо принюхалась. Прозрачное содержимое баночки, какая-то мазь или притирание, пахло… она не могла определить чем. Цветами? Но запах не казался душистым, он был терпким, пряным, каким-то тревожным.
— Что это? — повторила она уже более спокойно.
Вместо ответа Себастьян все с той же лукавой улыбкой стащил простыню с ее обнаженной груди. Рэйчел тихо вскрикнула и попыталась прикрыться, но он заставил ее вытянуть руки по бокам.
— Не двигайтесь. Замрите.
Как только он отпустил ее руки, она, вопреки приказу, скрестила их на груди, стараясь смотреть в одну точку и не показывать ему, как ей страшно.
Несколько мгновений Себастьян молча наблюдал за ней скорее озадаченным, чем рассерженным взглядом.
— А знаете, что бы я сделал с превеликим удовольствием? — задумчиво проговорил он наконец. — Привязал бы ваши руки к столбикам кровати, миссис Уэйд. Когда-нибудь я непременно так и сделаю. Ну а пока, раз вы не желаете говорить о зверствах вашего покойного супруга, мне ничего иного не остается, как предположить, что связывание тоже входило в число блюд, включенных в его разнообразное меню. И будучи, вне всякого сомнения, мерзавцем и сукиным сыном, он не приложил никаких стараний, чтобы сделать эту пикантную закуску удобоваримой для своей молодой жены. Поправьте меня, если я ошибаюсь. Ну хоть моргните, если я прав.
Рэйчел вспыхнула и отвернулась. Себастьян оставил свой шутовской тон.
— Опустите руки, — сказал он почти ласково. — Я вас свяжу, не задумываясь, если вы меня вынудите, но мне бы очень хотелось этого избежать. По крайней мере в этот раз.
«Ах ты, ублюдок», — подумала Рэйчел. Но вслух, конечно, ничего не сказала и, проведя несколько минут в яростной и молчаливой борьбе, заставила себя положить руки вдоль тела.
— Вот и отлично. А теперь, как я уже говорил, не двигайтесь.
Не отрывая от нее взгляда, словно завороженный, Себастьян взял со стола баночку.
— Какая у вас красивая грудь, миссис Уэйд. Просто прелесть.
— Что вы собираетесь делать?
— Ш-ш-ш, тихо!
Он обмакнул пальцы в баночку. При этом его взгляд стал мечтательным, но рот остался сурово сжатым. В воздухе запахло мускусом.
— А как по-вашему, что я собираюсь делать? — спросил он с тихой насмешкой.
Этого она не знала. Не знала наверняка до тех самых пор, пока он не поднес скользкие пальцы к ее левой груди и не начал покрывать сосок загадочным бальзамом. Рэйчел ахнула и едва не села на кровати, но что-то удержало ее на месте.
— Вот и хорошо, — бормотал Себастьян. — Лежите, прошу вас. Не надо двигаться.
Все ее нервные окончания были словно обнажены. Но, несмотря на все старания, ей не удавалось не впускать Себастьяна в свое сознание, как она научилась не впускать Рэндольфа — умственным усилием. Это была последняя уловка, изобретенная ею в минуту крайнего отчаяния. Надо было перестать дышать и мысленно опустить занавес между собой и окружающим миром. Она попыталась прибегнуть к испытанному средству сейчас, и оно вроде бы сработало, но лишь до той минуты, пока первая беззаконная искра чувственности не проскользнула за возведенный разумом барьер. Рэйчел поняла, что ей не больно. Что бы ни делал с ней Себастьян, он не причинил ей боли.
Бальзам таял мгновенно, едва соприкоснувшись с теплой кожей; ни на что не похожий запах стал таким сильным и острым, что у нее закружилась голова. Себастьян снова зачерпнул из баночки и опять, как в первый раз, вдохнул терпкий аромат, поднеся пальцы к носу.
— Эвкалипт, — пояснил он все так же тихо, с напускной небрежностью в голосе, и Рэйчел заметила, как сильно и часто пульсирует жилка у него на шее. — А еще лавр и лимон. С добавлением сандалового масла, если не ошибаюсь. Вам нравится?
Он вновь поднес пальцы к ее левой груди и принялся медленными, сводящими с ума круговыми движениями наносить мазь вокруг соска, зачарованно наблюдая за предательским изменением в выражении ее лица. Ей хотелось зарыться головой в подушку, только бы не дать ему смотреть на себя.
Когда он выпрямился, у нее в груди на краткий миг вспыхнула безумная надежда, что теперь он оставит ее в покое. Как бы не так. Он снова погрузил пальцы в баночку с мазью и на этот раз лизнул их языком. И опять эта проклятая улыбочка!
— Мне нравится, — объявил Себастьян. Теперь он принялся повторять процедуру с ее правой грудью. Все так же медленно, старательно, любовно. У Рэйчел невольно сжались пальцы ног. Она не могла получать удовольствие от этого!
Она ненавидела интимную близость с мужчиной и все то грубое, жестокое, унизительное, что было неразрывно с этим связано. Она могла это вытерпеть, но наслаждаться — нет, ни за что. И пусть люди сколько угодно твердят, будто это приносит радость. Для нее их слова не имели значения. Она твердо знала, как это бывает на самом деле. И все же, когда Себастьян прижался губами к ее груди, возбужденной его прикосновениями и разгоряченной его дьявольским снадобьем, ее тело пронзил укол такого острого наслаждения, что она застонала, и чем дольше он дразнил и мучил ее своими ласками, тем невыносимее становилось охватившее ее ощущение блаженства.
— Перестаньте! — закричала она, и, к ее несказанному изумлению, Себастьян повиновался.
Он склонился над ней. В его голубых глазах, как в костре на ветру, сверкали искры, губы у него влажно блестели и сделались ярче от поцелуев.
— Ну постарайтесь не пугаться так сильно, — прошептал он, едва сдерживая собственное возбуждение. — Дайте волю чувствам.
Его лицо было совсем близко, она ощущала его горячее дыхание, а его взгляд проникал ей прямо в душу. Он смотрел на нее, не мигая, и одновременно проводил длинным скользким пальцем черту от ее груди к животу, стягивая при этом вниз шелковую простыню. Тело Рэйчел вытянулось и напряглось, она старалась вжаться в матрац. Себастьян положил ладонь ей на живот и принялся гладить и разминать сведенные судорогой мышцы. Этому не было конца. Ей хотелось крикнуть: «Не тяните, кончайте с этим поскорее!» Но его дьявольский план, по всей видимости, состоял в том, чтобы не просто заставить ее сдаться, но и свести с ума своими бесконечными растленными ласками. Когда он отдернул простыню, обнажив полностью ее тело, она уже напоминала туго натянутую струну, готовую вот-вот лопнуть.
Увы, человек не знает предела своему терпению, пока не подвергнется испытанию. И Рэйчел еще предстояло узнать, как долго она сможет выдержать. Прихватив с собой баночку с мазью, Себастьян соскользнул вниз на постели и прижался бедром к ее бедру. Ноги Рэйчел были плотно сжаты, словно сведены судорогой.
— Вы же знаете, чего я хочу, — сказал он тихо.
Если бы даже она не знала, направление его взгляда подсказало бы ей верный путь.
— Полагаю, не стоит еще раз заводить разговор о том, что я могу вас связать?
Она не двинулась, только мотнула головой на подушке.
— Могу лишь добавить, что, хотя я с огромным удовольствием привязал бы вас за руки, возможность привязать вас за ноги импонирует мне еще больше. — Его глаза сверкали, как голубые алмазы. — Мне бы хотелось привязать их, широко разведя по разным углам. Распластать вас, понимаете? Раскройтесь передо мной.
Дыхание вырвалось из ее груди мучительной икотой. Звук вышел нелепым, но Себастьян не стал над ней смеяться.
— Раздвиньте ноги, — приказал он тихо, но властно. — Ну же, давайте! Не заставляйте меня это делать.
Но она не могла. Пыталась, но не могла. С тяжелым вздохом Себастьян крепко взялся обеими руками за ее щиколотки.
О беспомощности и неспособности двигаться, о подчинении женщины мужчине Рэйчел знала все. Он не мог сделать с ней ничего такого, чего бы ей не доводилось терпеть раньше. Почему же ей так тяжко именно сейчас? Почему это безболезненное совращение рвет ей душу на части, уничтожает что-то сокровенное у нее внутри?
Отчетливым и ясным голосом она произнесла:
— Не делайте этого.
Он вскинул голову и взглянул на нее с настороженным любопытством. Молчание затянулось надолго, у нее даже вновь зародилась надежда, что он сейчас остановится, оставит ее в покое. Но он лишь спросил:
— Да теперь-то какая разница? Мы уже делали это раньше. Почему бы не повторить еще раз?
Рэйчел в отчаянии провела языком по пересохшим губам. «Потому что мне страшно. А вдруг мне понравится?» — подумала она с ужасом, но вслух сказала только:
— Вы же знаете.
Себастьян взвесил эти слова и наконец кивнул:
— Да, я знаю.
Он опустил голову и задумчиво поглядел на свои руки, все еще сжимавшие ее щиколотки. Потом его взгляд скользнул вверх. Она затаила дыхание, комкая обеими руками простыню, на которой лежала. Он посмотрел ей в глаза. А в следующую секунду развел ее ноги широко в стороны и опустился на постель между ними, чтобы не дать им сомкнуться.
Рэйчел заплакала. Она лежала, глядя в потолок, а слезы стекали по ее вискам и пропадали в волосах. Себастьян коленями шире раздвинул ее ноги. Она почувствовала его дыхание у себя на животе, его прохладные волосы защекотали кожу у нее на бедрах. Ловкие пальцы неспешно проникли в курчавые заросли на лобке, тихонько раздвигая края узкого лона, и она опять услышала его учащенное дыхание, а потом ощутила быстрое скольжение его языка. Он что-то шептал, но слов она не могла разобрать. Одной рукой он удерживал ее в неподвижности, а другой воспользовался, чтобы нанести свое чертово притирание на ее тело. Не жалея бальзама, он покрыл ее всю щедрыми скользкими мазками и забрался глубоко-глубоко внутрь.
Это продолжалось бесконечно. Рэйчел не могла вырваться, не могла даже перевести дух. Несколько раз она говорила: «Нет», «Прекратите», но он не останавливался. Он сказал: «Смотрите на меня», держа пальцы у нее внутри, а другой рукой нанося бальзам на свой собственный орган, огромный, вздувшийся, торчащий вперед, как пистолет. Вот он, ее злейший враг. Ей хотелось убить его… ей хотелось ощутить его у себя внутри. Она прошептала: «Делайте, что хотите», и он накрыл ее своим телом, вошел в нее длинным, плавным, скользящим движением подобно кораблю, вплывающему в гавань. Он подтянул ее руки кверху и заставил взяться за деревянные завитушки в изголовье кровати, крепко сжимая вокруг них ее пальцы, а сам в то же время скользил у нее внутри, лаская и проникая все глубже, заполняя ее целиком — такой большой, сильный, гладкий. Его лицо изменилось до неузнаваемости, он был как будто в забытьи, и от этого ее страх перед ним немного ослаб: если он забудется, то утратит власть и над ней.
Продолжая непрерывно двигаться внутри ее, он заставил ее подняться выше, прижал к резной спинке кровати, и она ощутила кожей прохладное и твердое дерево. Пот блестел у него на лице и на груди, срывался каплями с его увлажнившихся волос и падал ей на грудь. Он начал целовать ее, глубоко проникая языком ей в рот в том же ритме, в каком двигался у нее внутри. Она знала, чего он добивается, знала, что он не остановится, пока не получит от нее желаемого. Ей тоже этого хотелось, но это было невозможно, просто недостижимо. Он заставил ее обхватить себя ногами, и она покорилась, крепко обвила его талию и тоже начала двигаться, увлекаемая его лихорадочными, все убыстряющимися толчками.
— Не сопротивляйтесь, — прохрипел он, покрывая поцелуями ее плечо и шею, даже легонько покусывая ее зубами. — Дайте себе волю.
Он просунул руку ей под спину и провел ладонью вниз, к ягодицам. Его пальцы, обильно увлажненные бальзамом, добрались туда, где плоть раздваивалась. Рэйчел выкрикнула ругательство и попыталась вырваться, но Себастьян пригвоздил ее к месту, деваться было некуда. Его палец легко скользнул вдоль стенки второго отверстия и проник внутрь, не глубоко, но достаточно, чтобы привести ее в бешенство. Она начала отчаянно вскидываться, ударяясь об него всем телом, но он не хотел, не хотел, не хотел ее отпускать, не хотел останавливаться. Вдруг из его горла вырвался громкий стон. На какой-то бесконечный миг он замер, цепляясь за нее изо всех сил, потом его тело стало безудержно содрогаться. Рэйчел обнимала его, принимая на себя всю тяжесть его могучего тела и неистовую силу мужского высвобождения. Теперь уже сам Себастьян начал испускать ругательства, и она не знала, кого он при этом проклинает: ее или себя самого.
Наконец-то все кончилось! Наконец ли? Грудь у нее разрывалась от противоречивых чувств. Она испытывала облегчение, но в то же время ее душили гнев и обида, вызванные только что пережитым ощущением бесконечного, душераздирающего разочарования. Разочарование — это было совершенно новое чувство, раньше с ней такого не случалось. Что ж, у нее появился лишний повод возненавидеть Себастьяна. Рэйчел выбралась из-под его влажного от пота, обессилевшего, задыхающегося тела и отодвинулась к самой стене, подальше от него.
* * *
Она покинула его в серый предрассветный час. Он почувствовал, как она поднялась и выскользнула из постели, думая, что он спит. Услышал тихий шорох хлопковой ткани, когда она стала надевать рубашку и халат, снятые им много часов назад и брошенные на стул. Он вытянулся на животе, бессильно свесив голову с подушки и отвернувшись к стене, всей кожей ощущая холодок ее отсутствия, хотя они лежали, не касаясь друг друга. Без нее он показался сам себе совсем одиноким, брошенным, но не двинулся с места, хотя и знал, что она смотрит на него. Он легко мог себе представить, как выглядит ее лицо, как она хватается за талию в поисках потерянного кушака халата. До этого момента она дважды пыталась его оставить, и оба раза он удерживал ее, притягивая к себе и шепча, что она не должна уходить. И вот теперь он явственно ощущал на себе взгляд ее прозрачных глаз, но, сколько ни старался, не мог себе представить, о чем она думает.
Он не слышал, как переступают по ковру ее легкие ноги в домашних туфельках, и понял, что ее уже нет в комнате, лишь когда скрипнули дверные петли и щелкнул язычок замка. Он еще какое-то время пролежал в неподвижности, пытаясь в последний раз уловить в воздухе ее ускользающий запах. Не аромат эвкалиптового бальзама, а истинный запах Рэйчел. В рассеивающейся предрассветной мгле он провел рукой по постели в том месте, где еще ощущался остывающий след оставленного ею тепла. Сожаление горьким привкусом наполняло его рот, глухой тошнотой ворочалось в животе. Он закрыл глаза. Впервые за всю эту долгую и бурную ночь его тело повиновалось ему. Он провалился в сон.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Достоин любви ? - Гэфни Патриция

Разделы:
123456789101112131415161718192021

Ваши комментарии
к роману Достоин любви ? - Гэфни Патриция



Очень неплохо, советую вс , кто любит властных мужчин
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияира
18.03.2012, 21.42





Начало романа заинтересовывает,но с 5 главы становится скучно читать.
Достоин любви ? - Гэфни Патрициятая
30.03.2012, 10.54





Очень интересный роман,читайте обязательно.
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияангелок
15.04.2012, 13.06





удивительно оригинальная история, с такой еще не встречалась, прочла с удовольствием
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияарина
17.04.2012, 20.31





На этот роман стоит обратить внимание то, что сюжет необычный это точно.
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияирина
4.08.2012, 0.16





Мне очень понравилось,необычно.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЕлена
5.08.2012, 16.34





Неплохо
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЮЮЮ
10.08.2012, 13.23





Читайте и наслаждайтесь! Этот роман из тех, которые хочется время от времени перечитывать. Великолепный слог, умные и тонкие диалоги, трогает за душу история гл.героини, чувственна и красива любовная линия романа. Да, любовь способна творить чудеса!
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияNataly
29.09.2013, 19.32





Не впечатлило
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияНИКА*
20.10.2013, 8.05





Если честно, первую половину романа было даже не приятно читать, просто бросать недочитанным не в моих правилах. А так... вообще не понятно что двигало главного героя так издеваться над человеком? На любителя в общем...
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияEvangelin
6.12.2013, 14.28





Без сомнения,роман достоин внимания!rnПрочла с большим удовольствием.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияАнастасия
11.12.2013, 1.40





Без сомнения,роман достоин внимания!rnПрочла с большим удовольствием.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияАнастасия
11.12.2013, 1.40





Роман достоин внимания, но скорей не как любовный. Здесь так много душевной боли, так четко описаны человеческие пороки. Немного тяжеловато, но лично мне понравилось. Главный герой мужчина из реальной жизни, но здесь любовь его изменила!
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияsvet
7.09.2014, 19.15





Как этот роман не любовный? Да он весь пропитан любовью. Именно любовь к женщине изменяет главного героя. Делает его чище и лучше.Не только душевных мучений пришлось испытать гл.героине,но также и физических. А переживания гл.героя очищают ему душу.Умные диалоги,четкая последовательность действий. Да и любовные сцены на высоте. Нет пошлости.Процесс чтения захватывает. И награда читателям - красивый хэппи энд.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияNataly
7.09.2014, 20.42





мне очень понравилось
Достоин любви ? - Гэфни Патрициятатьяна
12.09.2015, 16.25





Позитива - ноль
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияелена:-)
13.09.2015, 18.31





Позитива - ноль
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияелена:-)
13.09.2015, 18.31





Хорошая серия книг) rn1)Любить и беречь (Грешники в раю) - Кристиан Моррелл и Энниrn2)Достоин любви? - Себастьян д'Обрэ и Рейчелrn3)Тайный любовник - Софи Дин и Коннор Пендарвис
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЗарина
13.02.2016, 8.56





Не в восторге.когда герой мучал героин,но при этом он испытывал себя. А первый секс героя о героиня? Что за бред.чем это не насилие?! А после он изменился...почему не стал сразу вести так? Короче еле дочитала
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЛилия
26.02.2016, 8.16





Роман достоин прочтения. Автор рассматривает тему насилия физического и психологического,а также -восстановления тела и души. Довольно драматическое произведение,дает возможность о многом задуматься.
Достоин любви ? - Гэфни Патрицияelku
16.04.2016, 21.32





100 баллов. О том как любовь делает человека чище и добрее , залечивает старые душевные раны.
Достоин любви ? - Гэфни Патрициянастасья 85
17.04.2016, 18.15





Замечательно. ггой очистился , поднялся через любовь к главной героини, ну а Ггя вообще женщина достотойная уважения , она закалилась как благородная сталь , пройдя через испытания , и при этом спасла и облагородила героя
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияПривет
27.04.2016, 12.26





Он познал все виды извращений...похоже отношение к Рейчел было еще одним новым придуманным им извращением. Потом исправился. Но никто из читательниц уже им не восторгается. Печалька !(шутка).
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЧертополох
27.04.2016, 23.47





В целом роман понравился,но какой-то неприятный осадок остался.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияНа-та-лья
29.04.2016, 19.22





Этот роман стоит прочитать! Он не похож ни на один до этого прочтённый мною. Очень глубокий, сильный, честный. Здесь многие обвиняют главного героя- почему же? Ведь он "дитя" того развращенного времени, кошшмарной семьи, где не было ни капли любви. Поэтому очень естественно его поведение по отношению к главной героине, поиск всё новых ощущений. Но как же круто было наблюдать за его преображением! Короче, очень крутой роман!!! Не ищите в нём дешевого, шаблонного сюжета, здесь всё намного глубже, но безумно интересно!!! 10 баллов!
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияМари
5.05.2016, 9.59





Роман понравился , но все как-то грустно .
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияMarina
6.05.2016, 22.16





Первый раз мне встретился ЛР роман на такую тему.конечно,почитать стоит,интересно наблюдать,как героиня постепенно старается вернуться к нормальной жизни.но мне кажется слишком растянуто все это,да еще и ггерой все время подливал "масла в огонь",что бы вывести ее на какие-то эмоции.впечатлениеrnот романа осталось не очень приятное,второй раз я бы не осилила.
Достоин любви ? - Гэфни ПатрицияЮстиция
24.05.2016, 10.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100