Читать онлайн Бегство из Эдема, автора - Гэфни Патриция, Раздел - 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бегство из Эдема - Гэфни Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.3 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бегство из Эдема - Гэфни Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бегство из Эдема - Гэфни Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэфни Патриция

Бегство из Эдема

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

5

– Вот он!
– Да, это он. Его называют Тауэр-Билдинг. Сколько в нем этажей, как ты думаешь?
Майкл добросовестно сосчитал.
– Тринадцать?
Алекс кивнул.
– Вот это да! На чем же он держится?
– Я надеялся, что он задаст мне этот вопрос, – шепнул Алекс, улыбнувшись Саре.
Они стояли, прижимаясь спинами к кирпичной стене банка, и смотрели, задирая головы, на дом номер пятьдесят на другой стороне Бродвея.
– А как ты думаешь, какой толщины должны быть стены, чтобы удержать такое высокое здание?
– Толстые-претолстые!
– Ну а все-таки?
Даже Майкл ясно видел, что в вопросе скрывается какой-то подвох, но в ответ сказал именно то, чего от него ожидали:
– Толщиной в милю!
Алекс засмеялся.
– А вы как думаете? – спросил он у Сары. Она последовала примеру Майкла и тоже высказала невероятное предположение, чтобы доставить ему удовольствие:
– Три-четыре фута?
Алекс с довольной улыбкой покачал головой:
– Всего двенадцать дюймов.
– Но как же это возможно? – спросила Сара.
– Примерно восемь лет назад человек по имени Стерне купил пустующий участок земли как раз на этом месте, чтобы построить здание и сдавать его под конторы. Но при подсчетах выяснилось, что участок слишком мал, и если бы он начал строить обычный дом с каменной кладкой, толщина стен съела бы все пространство. У него не осталось бы достаточно места, чтобы аренда приносила прибыль. И тогда Стерне обратился к одному архитектору – Брэдфорду Гилберту. Целых полгода Гилберт бился над задачей и наконец решил, что лучше всего построить нечто вроде стального моста и поставить его торчком. Тогда стены можно было бы сделать всего в фут толщиной: они все равно не несли на себе никакого веса.
– Но как? Почему эти стены не падают? – недоумевал Майкл. – Что их держит?
– Длинные стальные балки, врытые глубоко в цементный фундамент под землей.
– Это кажется невероятным, – заметила Сара.
– Все так думали. Но Гилберт был уверен в своем проекте и предложил поселиться на верхнем этаже. Если бы здание рухнуло, он погиб бы вместе со своим детищем.
– Все архитекторы такие храбрецы? – насмешливо осведомилась Сара.
– Все до единого, – не моргнув глазом, заверил ее Алекс. – И вот однажды воскресным утром Гилберту представилась возможность доказать, что он неробкого десятка. Строительство небоскреба было уже почти закончено, оставалось только настелить крышу. Угадайте, что случилось.
– Что? – нетерпеливо спросил захваченный историей Майкл.
– Разразился ураган. Стерне и Гилберт примчались взглянуть, что происходит с их небоскребом. Вокруг уже стояла толпа, все кричали, что здание вот-вот обвалится ко всем чер… в тартарары. Ветер дул со скоростью восемьдесят миль в час. Люди стали пятиться – никто не хотел оказаться под обломками.
И Сара, и маленький Майкл слушали его, боясь проронить хоть слово.
– Тогда Гилберт схватил отвес и начал подниматься по лестнице, оставленной рабочими с предыдущего вечера. Стерне последовал за ним. На десятом этаже ему изменила смелость. Он растянулся во весь рост на строительных лесах и начал молиться за свою жизнь. Но архитекторы, как всем известно, сделаны из более прочного материала: Гилберт продолжал подниматься.
Алекс заглянул в лицо Майклу. Мальчик стоял с открытым ртом и округлившимися глазами смотрел на здание напротив. Перед его мысленным взором разворачивалась драматическая сцена.
– Он упорно взбирался все выше и выше, – вдохновенно продолжал Алекс, – перекладины лестницы впивались ему в ладони, руки у него немели, ноги отнимались, ветер хлестал в лицо, как последний… в общем, немилосердно. Наконец он достиг тринадцатого этажа и пополз на четвереньках по деревянному настилу вон к тому углу здания. Видишь?
– Да!
– Гилберт вытащил из кармана отвес, покрепче обмотал свободный конец бечевки вокруг своих замерзших пальцев и бросил другой конец со свинцовой гирькой вниз. И что ты думаешь?
– Что?
– Не было ни малейшего отклонения. Дом стоял, как скала в океане.
– Ух ты! – прошептал потрясенный Майкл.
– Когда Гилберт и Стерне спустились на землю, толпа приветствовала их как героев. Они взялись за руки и пошли по Бродвею, распевая «Восславим Господа и милости Его».
Пока Майкл разглядывал Тауэр-Билдинг, напевая гимн себе под нос, Сара тихо спросила у Алекса:
– Мистер Макуэйд, есть ли в вашей истории хоть частица правды?
– Все от первого до последнего слова, миссис Кокрейн. Архитекторы никогда не лгут.
Стоял теплый, но ветреный день, в воздухе пахло дождем. Они двинулись вверх по Бродвею в поисках трамвая, который не был бы набит битком банковскими служащими и биржевыми брокерами, возвращавшимися домой с работы. Этим утром Сара, следуя моде, подобрала к своему бежевому костюму так называемое «колесо телеги» – шляпу с огромными полями, украшенную перьями и цветами – и теперь поняла, что поступила опрометчиво: на каждом шагу ей приходилось хвататься за шляпу обеими руками, чтобы ее не сорвало ветром.
Наконец показался трамвай, в который они сумели втиснуться, хотя им всю дорогу пришлось стоять.
– Смотрите, парад! – воскликнул Майкл, указывая через окно на толпу, двигающуюся им наперерез по Канал-стрит.
Сара выглянула, но с такого расстояния не смогла прочесть, что было написано на плакатах. Это не парад, объяснила она сыну, это пикет: рабочие протестуют против своего нанимателя.
– О-о-о, – протянул Майкл. – Папочка этого терпеть не может, – доверительно шепнул он Алексу.
Тот кивнул, а про себя подумал: «Да уж, могу себе представить».
Они сошли на Юнион-Сквер.
– Куда мы теперь пойдем, – задал Алекс риторический вопрос, – в мою контору или к Дину?
– К Дину, – ни секунды не медля, решил Майкл.
– А ваша контора недалеко отсюда? – спросила Сара.
– Прямо здесь.
Алекс указал на ничем не примечательное пятиэтажное кирпичное здание на углу, являвшееся штаб-квартирой Дрейпера, Огдена и Сноу. Он наклонился и заглянул прямо в глаза Майклу.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что предпочитаешь горячие рогалики и мороженое экскурсии по мастерской настоящего архитектора? – спросил он шутливо-грозным голосом, наклоняясь к мальчику. – Ну ладно, – продолжал Алекс, притворяясь обиженным, – так и быть, я тебя прощаю. Может, как-нибудь в другой раз.
– Я надеюсь, что нам еще представится случай, – заметила Сара, сама себе удивляясь, потому что ее слова, задуманные как дежурная любезность, прозвучали совершенно искренне. – Вы живете где-то неподалеку?
– Да, на Десятой улице.
Она лишь кивнула, услышав это, и ему захотелось узнать, что она на самом деле думает о скромном местоположении его жилища. Хорошо еще, что в письмах и на визитных карточках можно было указать, что его дом находится в западной части города! До поры до времени это место Алекса вполне устраивало: он мог ходить на работу пешком, а его шестидесятилетняя квартирная хозяйка была в него влюблена.
Констанция не желала даже переступить порог его квартиры (она жила на Мэдисон-Сквер, как какая-нибудь герцогиня), но в этом тоже были свои преимущества. В любом случае, как только строительство особняка Кокрейна в Ньюпорте будет закончено, Алекс сможет переехать в любой более фешенебельный район по своему вкусу.
* * *
У Дина почти не осталось посетителей: час уже был слишком поздний для чая. Сара это знала, но в то же время понимала, что уговор есть уговор. Майкл, конечно, ничего в рот не возьмет за обедом, а миссис Драм оседлает своего любимого конька, подумала она устало. Ну ничего: зато Бен уже, наверное, в Чикаго и пробудет там целых десять дней. При мысли об этом она приободрилась и заказала к кофе «детские палочки», любимое бисквитное печенье Майкла, послав заботы о фигуре ко всем чертям.
Они заняли маленький столик у окна, откуда удобно было наблюдать за пешеходами. Сара почти забыла далекий Лондон, но иногда сравнивала лондонский час пик – такой чинный и даже напоминавший похоронную процессию из-за обилия черных зонтиков – с нью-йоркским, внутренне удивляясь тому, насколько здесь больше шума, суеты и какого-то первобытного варварства. Этими словами можно суммировать все, что ей нравится и что не нравится в Америке, вдруг пришло в голову Саре.
Если посмотреть на город, где ей теперь приходилось жить, она потеряла, пожалуй, не меньше, чем приобрела. И то же самое в личной жизни. Она потеряла невинность и надежды на счастье, но взамен получила Майкла. Правда ли, что люди получают именно то, чего заслуживают? Ответа она не знала. Сара добавила сливок в кофе и спросила мистера Макуэйда, что он думает о так называемом стиле модерн в архитектуре.
Он начал рассказывать. Понуждаемый ее умелыми расспросами и искренним, неподдельным интересом, отбросив осторожность даже вопреки собственной воле, он рассказал ей все, что думает. Он даже поведал ей о том, что его раздирают противоречия, чего никогда раньше не делал.
Пока Майкл поглощал ванильное мороженое и глазел в окно на прохожих, Алекс обосновал свою главную, самую выстраданную претензию к современной американской архитектуре. «Города Америки, – сказал он, – наводняются архитектурными подделками и имитациями. Куда подевалась оригинальность, откуда берется это рабское преклонение перед греческими фронтонами и ложной готикой, все эти бесчисленные подделки под романский стиль, французский или итальянский Ренессанс, эпоху королевы Анны
type="note" l:href="#note_11">[11]
, даже под Византию? Где же гармония, простор, свобода? Вся страна утопает в колоннадах, средневековых башенках и шпилях, бельведерах и балюстрадах, мансардных крышах, витражах, коньках и арках. Какое-то всеобщее помешательство. Америка – молодая и демократичная страна. Так где же здания, выражающие ее сущность?» – возмущенно вопрошал Алекс.
– Во всяком случае, в Ньюпорте их нет, – кротко улыбнулась в ответ Сара.
Это заставило Алекса умолкнуть. Он окинул ее настороженным взглядом. Как она так быстро и безошибочно ухватила самую суть вопроса?
– Почему вы согласились выполнить заказ моего мужа, если презираете этот архитектурный стиль?
– Я его не презираю, – торопливо возразил Алекс.
– Нет? Прошу прощения, мне казалось, что вы – модернист. Вам нравится небоскреб, который мы сегодня осмотрели, и вы…
– Нет-нет, все не так просто. Мне нравится инженерное решение, но попробуйте вообразить себе город, состоящий из одних небоскребов! Жуткая картина, не правда ли? Теснота, скученность, мертвечина. Я бы не хотел жить в таком городе.
Но ее не так-то легко было увести от сути вопроса: ей хотелось говорить о нем, а не о его философских взглядах. Алекс чувствовал себя до крайности неловко, но в то же время ему польстил ее интерес.
– Так что же вы собираетесь делать? – продолжила расспросы Сара. – Где найдете «золотую середину»? Существует ли компромисс?
– Может быть, и существует, но только я его пока не вижу, – чистосердечно признался Алекс.
– Но что же в таком случае вы намерены делать? – настойчиво поинтересовалась она.
Ее невозможно было сбить со следа. Алекс решил искать убежища в цинизме.
– О, я надеюсь заработать кучу денег. Брошу свои способности на подражание классическим формам, постараюсь удержаться на гребне волны, пока она не разбилась о берег, а потом быстро поплыву назад, чтобы догнать следующую.
Его ответ не только не шокировал Сару, но даже заставил ее рассмеяться.
– Если бы я поверила всем этим словам, я вряд ли отнеслась бы к вам с большой симпатией, мистер Макуэйд.
Алексу очень понравился такой поворот разговора.
– А как вы ко мне относитесь сейчас?
– Пожалуй, немного лучше, чем вы заслуживаете.
– Вы считаете, что я не заслуживаю хорошего отношения? Я в отчаянии.
На самом деле он был чрезвычайно доволен. Впервые за все время знакомства ему удалось немного продвинуться вперед в их отношениях.
– А вот я к вам отношусь очень даже хорошо, – с важностью подал голос Майкл. Он наконец-то уловил смысл слов, хотя и не понял, что разговор между взрослыми ведется в шутку. – Мне кажется, вы очень добрый.
Все засмеялись. Алекс сказал, что это взаимно и что Майкл ему тоже очень нравится. После этого никому не захотелось возобновлять серьезный разговор.
Когда они покинули кондитерскую Дина, в воздухе уже сгущались сумерки, но было по-прежнему тепло, а дождь так и не начался, поэтому тринадцать кварталов, отделявших их от 32-й улицы, было решено преодолеть пешком. Сара заверила Алекса, что ему нет нужды их провожать: они благополучно доберутся до дому сами, тем более что ему с ними не по пути. К тому же она пообещала, что пришлет его чертежи, которые по рассеянности забыла захватить с собой на эту встречу, в контору с нарочным завтра же с утра. Но он ни о чем не хотел слышать.
По возвращении домой Майкл почти без подсказок со стороны матери поблагодарил Алекса за чудесный день, после чего ему было ведено отправляться наверх. Сара нашла футляр с чертежами у дверей – в том самом месте, где оставила его перед уходом, – и отдала ему.
– Бену понравились внесенные вами изменения, он сказал, что все выглядит отлично. Он хочет знать, когда вы намерены приступить к строительству.
– Я ждал только его окончательного одобрения. Теперь смело могу отправляться в Ньюпорт, чтобы отдать распоряжения о рытье фундамента. К тому же мне придется подыскать место для служебного помещения на время строительства.
– Понятно. Полагаю, это означает, что в ближайшем будущем мы вас не увидим.
Она сумела сохранить внешнее самообладание, хотя и ощутила в душе сильнейшее разочарование.
– Да, на какое-то время. Но к двадцать седьмому я непременно вернусь: надеюсь, вы не забыли, что пригласили меня на обед?
– Нет, я не забыла, но я опасалась… – На стене у нее за спиной зазвонил телефон. Сара вздрогнула, но тут же со смехом извинилась.
– Никак не могу привыкнуть: телефон для меня все еще в новинку. Прошу вас, подождите одну минутку.
Она сняла трубку. Алекс из деликатности отошел на несколько шагов, чтобы она могла поговорить без помех, но сразу же вернулся, услыхав тревогу в ее голосе.
– Что? Я не… Таша, я тебя не понимаю, говори по-английски. Что? Напал? Что ты хочешь сказать?.. О господи… Тебе нужен врач? Ты обратилась в полицию?
Наступило долгое молчание. Дважды Сара пыталась прервать его, повторяя:
– Таша… Таша, я знаю, но…
Наконец, сделав над собой заметное усилие, чтобы голос звучал спокойно, она спросила:
– Где ты находишься? Нет, я не знаю, где это. На какой это улице? Таша, на какой улице? Ну хорошо, оставайся там, никуда не уходи, я за тобой приеду. Ты уверена, что тебе… не нужен доктор? Ну хорошо, оставайся на месте и обязательно дождись меня, я сейчас приеду. Оставайся там… ты меня слышишь, Таша? Не трогайся с места, не выходи на улицу. – Еще одна пауза.
– Я знаю, – горестным, почти плачущим голосом сказала Сара. – Мне очень жаль. Я скоро приеду, обещаю.
Как только она повесила трубку, ее охватила нервная дрожь, но Сара решительно двинулась к двери.
– Мне придется срочно уйти, кое-что произошло. – Увидев свое отражение в зеркале, Сара остановилась, отколола от волос свою кокетливую шляпу и бросила ее на стол.
– Извините, я спешу. Надо найти кэб, кучер слишком долго будет закладывать карету.
– Позвольте мне вам помочь. Что случилось?
– Одна моя знакомая попала в беду. На нее напал мужчина. Я должна поехать и помочь ей,
– Да, это я понял. – Алекс открыл для нее дверь. – Я поеду с вами. Где она?
Сара колебалась всего секунду.
– Спасибо, я буду рада, если вы поедете со мной. – Они вместе вышли из дома и направились на восток к Мэдисон-авеню. На широком проспекте не было видно ни одного экипажа.
– Нам лучше воспользоваться надземкой. Моя подруга сейчас в Ист-Сайде, где-то на Хьюстон-стрит.
Алекс взял ее под руку, и они поспешили в сторону Третьей авеню. Поезд, направлявшийся в восточную часть города, как раз подходил к платформе, когда они поднялись по крутым ступеням. Они сели в последний вагон, к этому времени почти пустой, и одновременно ухватились за спинку сиденья перед собой, когда поезд дернулся вперед с головокружительной скоростью. Под стук колес Сара рассказала Алексу всю историю о Наташе Эминеску и незнакомце, который ее преследовал.
Они вышли из поезда на Бауэри-стрит и торопливо миновали несколько многоквартирных домов, дешевых мюзик-холлов, какой-то сомнительный ресторанчик и бандитский на вид ирландский салун. На углу Хьюстон-стрит им пришлось повернуть налево, в сторону Ист-Ривер. К этому часу уличные торговцы с тележками в большинстве своем уже разошлись, палатки на рыночной площади опустели. Булыжная мостовая была покрыта грязью, ветер гнал мусор по тротуару.
– Вы работаете где-то поблизости? – спросил Алекс, не в силах скрыть свое изумление.
– Да, на Форсайт-стрит, – рассеянно ответила Сара. – Таша ждет меня в каком-то кафе, думаю, в этом квартале.
– Как оно называется?
– Названия она не знала. Она говорит, что это русская чайная, но их здесь так много… Давайте заглянем вот сюда.
Единственное окно деревянного здания, на которое указала Сара, было закрыто и задернуто шторами, а на вывеске красовалась надпись только на русском языке. Внутри было темно и так накурено, что они с трудом различали, что творится в помещении.
– Ее здесь нет, – сказала Сара, оглядев несколько столиков, за которыми расположились преимущественно одни мужчины, но Алекс тронул ее за плечо и указал куда-то вглубь:
– А там?
Щурясь от густого дыма, Сара заглянула в самый дальний и темный угол и наконец увидела Наташу. Девушка сидела одна у столика, понурив голову, глядя себе под ноги и зажав стиснутые руки между колен.
– Таша! – ахнула Сара и пошла к ней навстречу. Алекс остался на месте, даже не пытаясь подслушать их тихий разговор. Никто, включая владельца чайной, перепоясанного белым фартуком, не обращал на него никакого внимания. Он с любопытством рассматривал девушку по имени Наташа Эминеску. Насколько можно было судить, она была очень молода, возможно, моложе двадцати. Черные волосы, томные черные глаза с поволокой, чувственные губы. Очень щедрая, можно даже сказать, пышнотелая фигура, но при этом непропорционально маленькие ручки с короткими плебейскими пальцами. Ответив на торопливые приветственные объятия Сары, Наташа опять потупилась, съежилась и за все время разговора ни разу не подняла головы.
– Где это произошло? Таша, я знаю, что это тяжело, но ты должна мне все рассказать. Прошу тебя, – Сара ласково провела рукой по щеке девушки, – не молчи.
Еле ворочая языком и не глядя на Сару, Наташа ответила:
– Это было в переулке позади моего дома, где я живу.
– Расскажи мне, что случилось.
– Я поздно вернулась домой, потому что не успела закончить работу в срок… И вот я задержалась, а этот человек… он ждал меня в темноте. Прятался в переулке. – Она опять умолкла и замерла, горестно понурившись. – Он… схватил меня. Зажал мне рот рукой крепко-крепко, чтобы я не могла закричать.
Наташа осторожно провела пальцами по губам, словно они болели. Когда она начала плакать, Сара обняла ее за плечи.
– Ты его разглядела?
– Нет, было слишком темно. Он сбил меня с ног и потом он… сделал это. А когда все кончилось…
Она запнулась и умолкла. Сара еще крепче обняла ее. Остальное Наташа досказала шепотом:
– Он сказал, что это только начало. Что он будет приходить снова и снова, сколько захочет… – Закрыв лицо руками, Наташа разрыдалась. Сара подняла голову, ища глазами Алекса, и он тотчас же подошел к ней. Она взяла его за руку и крепко сжала ее, стараясь успокоиться.
– Таша, – сказала Сара, поглаживая склоненную голову девушки, – это мистер Макуэйд, он мой друг.
Наташа упорно отводила глаза.
– Он привез меня сюда, а сейчас он проводит домой нас обеих.
Услыхав такие слова, Наташа вскинула голову.
– Я не могу туда возвращаться! Прошу вас, мне так страшно… Я не могу…
– Нет-нет, тебе не придется туда возвращаться! Ты поедешь вместе со мной ко мне домой и останешься у меня, пока мы не придумаем, что делать дальше.
Огромные черные глаза Наташи наполнились слезами. Она схватила руку Сары и поднесла ее к губам.
– О, миссис Кокрейн… – начала она и тотчас же перешла на смесь языков, которых Сара не понимала.
Излияние благодарности оказалось столь бурным и продолжительным, что ей стало неловко. Отняв у Наташи руку, Сара заговорила почти сурово:
– Все, Таша, довольно. Идем, надо выбираться отсюда. – Она поднялась и, повернувшись к Алексу, спросила:
– Вы не могли бы найти для нас кэб?
Он отрицательно покачал головой. Ни за что на свете ему не хотелось оставлять женщин одних в таком месте.
– Нет, не думаю. Только не в этом районе. Идемте все вместе, мы что-нибудь найдем на Третьей авеню.
Наташа с трудом встала. Сара поддержала ее, обхватив за талию. Женщины вышли из кафе, Алекс последовал за ними.
Ни одного кэба на Третьей авеню не оказалось. Они долго ждали на оживленном, кишащем людьми перекрестке, глядя на юг. Наташа подавленно молчала, Сара и Алекс изредка обменивались отрывочными замечаниями. Наконец, отчаявшись отыскать наемный экипаж, они воспользовались конкой. Путь к дому Кокрейнов прошел в полном молчании.
Оказавшись дома, Сара сказала Алексу, что хочет поскорее отвести Наташу наверх.
– Вы были очень добры, даже не знаю, как вас благодарить. Если хотите, я позвоню вам…
– Я подожду.
– Нет, честное слово, нет никакой…
– Я предпочел бы подождать.
Она была ему несказанно благодарна.
– Ну хорошо. Не знаю, точно, сколько времени это займет. Спасибо вам большое.
В конце коридора появилась горничная. Сара попросила ее подняться наверх, приготовить комнату для гостьи и наполнить ванну.
– Налейте себе чего-нибудь выпить, мистер Макуэйд, и вообще… будьте как дома.
Она продолжала быть любезной хозяйкой, но ее мысли уже витали далеко.
– Обо мне не беспокойтесь, – с легкой улыбкой заверил ее Алекс.
Она чуть было не улыбнулась в ответ, но поспешно отвернулась, чтобы помочь продолжавшей упорно молчать Наташе подняться по лестнице. Алекс направился по коридору к голубой гостиной, включая по пути свет. Он вспомнил, где находится лакированный шкафчик тикового дерева – безвкусная подделка под стиль рококо, скрывавшая в своих недрах спиртное, – и налил себе щедрую порцию шотландского виски.
Потягивая крепкий напиток, он огляделся по сторонам. В дальнем конце комнаты находилась открытая дверь. Прежде она была закрыта, и Алекс подумал, что там стенной шкаф, но теперь стало видно, что за дверью скрывается комната. Захватив с собой стакан, он решил ее осмотреть.
На стене не было электрического выключателя, только старомодное бра с газовым светом. Алекс зажег его. Комната оказалась крошечной – чуть больше обычной кладовки. Всю мебель составляли небольшой письменный стол, задвинутый в оконную нишу между двумя книжными шкафами, вращающееся кресло с подлокотниками, скамеечка для ног и изящный торшер. Персидский ковер в ярких рубиновых и вишневых тонах покрывал почти весь пол.
Стена, не занятая высокими, уходящими под потолок книжными шкафами, была увешана картинами и фотографиями. На всех фотографиях был только Майкл, многие из них представляли собой не слишком умелые, любительские снимки. Картины показались Алексу любопытными и по своему содержанию, и по разнообразию. Более половины полотен были подписаны «Л. Хаббард», и он с улыбкой вспомнил эксцентричную на вид подругу Сары, с которой познакомился в воскресенье. Тут были и пейзажи, и обнаженная натура, и натюрморты, и портреты, явно свидетельствующие о том, что художница еще не нашла своей истинной темы в искусстве.
Все картины Лорины Хаббард отличались буйством фантазии и чисто мужским пренебрежением к условностям. Однако, кроме них, тут были еще два небольших, но изумительных пейзажа Коро, а также несколько полотен Мане, Сезанна и Дега. Алекс знал, что такие картины нечасто встречаются в домах американских нуворишей, где почетное место традиционно отводилось «старым мастерам» с солидной, устоявшейся репутацией.
Он пододвинул кресло поближе к книжному шкафу, с удобством расположился в нем, не выпуская стакана из рук, и принялся изучать книги. Еще одна причудливая коллекция: Диккенс, Золя, Твен, книги на французском по садоводству, сборники итальянской поэзии, сонеты Шекспира, все романы Джейн Остин, потрепанные томики Генри Джеймса. Все книги выглядели читанными и перечитанными, но Алекс улыбнулся, увидев последний экземпляр дамского журнала мод, забытый в открытом виде на столе. Он наугад извлек с полки старый номер «Скрибнера»
type="note" l:href="#note_12">[12]
и начал его перелистывать.
– Итак, вы меня разоблачили.
Алекс удивленно поднял голову и увидел, что Сара стоит, прислонившись к дверному косяку. Он не слыхал, как она вошла. Она выглядела усталой, но успела поправить прическу и привести себя в порядок: опять у нее был вид невозмутимой и уверенной в себе светской дамы.
– Вы же сказали, что я могу быть как дома, – напомнил Алекс.
– Совершенно верно.
– К тому же вам все равно не удалось бы скрыть от меня потайную комнату: я же архитектор.
– Я этого не учла.
Он повел рукой вокруг:
– Мне нравится эта комната. Больше всех остальных в доме.
– Мне тоже.
– Я знаю.
Удерживая ее взгляд, Алекс медленно поднялся с кресла и подошел к ней. Сара отступила назад.
– Позвольте мне налить вам что-нибудь, – любезно предложил он и прошел мимо, не коснувшись ее в дверях.
– Да, спасибо.
– Шерри?
– Да, лучше шерри.
Сара вернулась в гостиную вслед за ним.
– Как она? – спросил Алекс.
– Приняла ванну и заснула. Уснула мгновенно, как младенец, – удивленно добавила Сара.
– Это защитная реакция организма.
– Да. Хорошо, что у нее это есть, – в голосе Сары послышалась легкая зависть.
– Вы уже позвонили в полицию?
– Нет. Я вызвала доктора, но не полицию.
– Хотите я их вызову? – предложил Алекс.
– Спасибо, но… нет, не нужно. Я думаю, лучше подождать до завтра. Да и что они могут сделать сейчас? Только расстроили бы ее еще больше. Таша говорит, что даже не видела его лица и не сможет его описать.
– Он ее изнасиловал?
Сара быстро подняла голову, в ее глазах было смятение. Но Алекс смотрел сочувственно и доброжелательно; она успокоилась и кивнула.
– Да.
Допив шерри, Сара сразу же протянула ему свой бокал. Он молча налил ей еще шерри, а себе виски. После всего того, что случилось, им обоим не хотелось разговаривать, но Сару нисколько не тяготило наступившее молчание. Напротив, она находила в нем утешение и поддержку. Она подошла к окнам, задергивая гардины на каждом по очереди.
– Просто ума не приложу, что бы я стала делать, если бы вас здесь не было, мистер Макуэйд.
– Полагаю, вы прекрасно справились бы и без меня.
– Да нет, я так не думаю… Вы, должно быть, с голоду умираете, почему бы вам не остаться на обед?
– Спасибо, но… нет, мне пора.
– Вот как? Ну да, конечно, у вас есть свои дела… – Она умолкла. Ни один из них не двинулся с места.
– Когда вы уезжаете в Ньюпорт?
– Скорее всего в четверг.
Ей хотелось спросить, «Когда я снова вас увижу?», – но она промолчала.
– Если будут какие-нибудь вопросы, можете звонить мне по телефону. Сама я на них ответить не сумею, но смогу перезвонить Бену. Или… – эта мысль только что пришла ей в голову, – вы могли бы позвонить ему сами, пока он в Чикаго. У вас есть его номер?
– Да.
– Хорошо.
Она наконец повернулась и прошла впереди него в холл, к входным дверям.
– Еще раз спасибо вам за вашу доброту.
Алекс скрипнул зубами, устав выслушивать слова благодарности. Он вдруг понял, что уже привык к ее очарованию, к ее прелестному лицу, к глазам, хранившим живое тепло, несмотря на внешнее спокойствие и невозмутимость. Ему казалось, что он уже узнал ее гораздо лучше, чем позволяло то краткое время, что они провели вместе. Оставить ее сейчас, просто повернуться и уйти, отделавшись на прощание вежливой улыбкой и несколькими ничего не значащими словами… какое оскорбительное лицемерие!
Больше всего на свете Алекс мечтал к ней прикоснуться. Позволит ли она? Ему хотелось взять ее длинные белые пальцы и держать их, пока они не потеплеют, не оживут, не задвигаются в его руках. Хотелось обнять ее оцепеневшие от усталости гордые плечи. Просунуть пальцы под этот чопорный белый воротничок, плотно облегавший шею. Услыхать, как она вздыхает. А потом расстегнуть пуговицы на ее жакете и прикоснуться к ней сквозь тонкий кремовый шелк блузки.
Сара протянула руку, и он пожал ее. Что-то промелькнуло в ее глубоких глазах, оттененных густыми черными ресницами, но она сказала только одно:
– Доброй ночи, мистер Макуэйд.
– Доброй ночи, миссис Кокрейн.
– Желаю вам благополучно добраться до Ньюпорта.
– Спасибо.
Их руки расцепились. Алекс помедлил еще две секунды, потом повернулся, бегом спустился по ступеням крыльца и ушел.
Сара еще на минуту задержалась в дверях, провожая его взглядом, пока он не скрылся из виду. Она не была наивна и прекрасно поняла ход мыслей мистера Макуэйда. Во всем этом не было ничего необычного или шокирующего: в конце концов, она и раньше не раз становилась предметом мужского восхищения. Иногда она находила такое внимание приятным, порой – утомительным, но оно ничего для нее не значило. Так что же произошло на этот раз? Не желая заниматься бесплодными размышлениями, Сара захлопнула входную дверь и поспешила наверх, чтобы посидеть с Ташей до прихода врача.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Бегство из Эдема - Гэфни Патриция

Разделы:
123.45678910111213141516171819202122

Ваши комментарии
к роману Бегство из Эдема - Гэфни Патриция


Комментарии к роману "Бегство из Эдема - Гэфни Патриция" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100