Читать онлайн , автора - , Раздел - Глава 59 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - - бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: (Голосов: )
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

- - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
- - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 59
Шантаж

Этот стульчак для ночного горшка был просто изумителен — редкой красоты отполированный резной орех, в котором внешняя привлекательность сочеталась с практичностью. А в особенности он был практичен в дождливые, холодные ночи вроде сегодняшней. Брианна добралась до него в темноте, изредка прорезаемой вспышками молний за окном, сонно нащупала его крышку, откинула — и села, облегченно вздохнув, когда давление в ее мочевом пузыре наконец-то ослабело.
Явно довольный тем, что пространства для него стало больше, малыш в ее животе тут же начал неторопливо ворочаться, и от этого по поверхности живота Брианны поплыли волны, и фланелевая ночная рубашка заколыхалась. Она медленно встала — она почти все делала очень медленно в эти дни, — чувствуя, как снова погружается в приятную дрему.
Она остановилась перед разворошенной постелью, посмотрела в окно — на ослепительную красоту гор и оголенных деревьев. Оконное стекло было холодным, как лед, с гор тянулись низкие тучи, черные, набухшие, громыхающие… Снег пока не шел, но это была неспокойная ночь, очень неспокойная… А каково же сейчас высоко в горах? Добрались ли они до какой-нибудь деревни, чтобы укрыться от непогоды? Нашли ли они Роджера? Брианна невольно содрогнулась, хотя в камине до сих пор алели горячие угли, в комнате было совсем не холодно. Она почувствовала, что ее неудержимо тянет к себе кровать, обещая тепло и более того — соблазнительные сны, в которых она могла скрыться от неумолчного голоса страха и чувства вины.
Но Брианна пошла к двери и сняла с крючка в углу свой плащ. Из-за нужд организма, вынашивающего младенца, она могла воспользоваться горшком в своей комнате, но категорически не допускала того, чтобы кто-то из рабов выносил этот горшок… по крайней мере до тех пор, пока она сама держится на ногах. Брианна поплотнее закуталась в плащ, достала оловянную посудину из снабженного крышкой ящика и, ступая как можно тише, вышла в коридор.
Было уже очень поздно; все свечи были уже погашены, и над лестницей висел спертый запах воска и фитилей, но молнии снаружи сверкали так ярко, что Брианна без труда спустилась вниз. Кухонная дверь была не заперта — небрежность, за которую Брианна мысленно поблагодарила повара; ей не пришлось производить лишний шум, возясь с тяжелым засовом.
Ледяной дождь ударил ей в лицо, ветер задрал подол ночной рубашки, окатив ноги таким холодом, что Брианна задохнулась. Но когда первый шок прошел, холод доставил ей удовольствие; буйство стихии бодрило, ветер, ветер, трепавший плащ в задиристых порывах, позволил ногам Брианны впервые за много месяцев ощутить прикосновение воздуха.
Она стремительно добежала до нужного домика, опорожнила горшок, потом прополоскала его, подставив под струю, бьющую из водосточной трубы, — и остановилась посреди мощеного двора, с наслаждением ощущая, как свежий ветер овевает ее лицо, как по щекам стекают струйки дождя. Брианна и сама не знала, было ли то искупление или ликование… то ли ей необходимо было разделить испытание дождем, которое, скорее всего, выпало сейчас на долю ее родителей, то ли это был некий языческий ритуал… потребность раствориться в буйстве первичных элементов, слиться с ними… Но в общем ей было неважно, — в чем тут суть; она шагнула под поток, лившийся из водосточного желоба, позволив воде стекать по волосам, по плечам…
Наконец, задыхаясь и отряхиваясь, как промокший нес, она сделала шаг назад — и замерла, уловив краем глаза неожиданную вспышку света. Нет, это была не молния; это был ровный луч, показавшийся на мгновение, и тут же исчезнувший.
Это приоткрылась одна из дверей, ведших в помещения для рабов. Приоткрылась — и сразу захлопнулась. Возможно, кто-то вышел оттуда? Да, в самом деле; Брианна услышала шаги, прозвучавшие по гравию дорожки, и сделала еще шаг, отступая в тень… последнее, чего бы ей сейчас хотелось, так это объяснять кому бы то ни было, что она делает во дворе в такой час.
Ярко полыхнувшая молния отчетливо высветила проходившего мимо Брианны человека, и она без труда узнала его. Лорд Джон Грэй, в наспех наброшенной рубашке, без шляпы… его светлые волосы не были связаны и развевались на ветру, и он явно не замечал ни холода, ни дождя. Он прошел мимо, не заметив Брианну, и исчез под навесом над кухонным крыльцом.
Сообразив, что она рискует остаться снаружи, поскольку дверь кухни вот-вот окажется запертой, Брианна бросилась следом за лордом, шагая неуклюже, но тем не менее быстро. Она ворвалась в кухню, остановилась — и вокруг нее моментально образовалась лужа Лорд Джон при виде Брианны изумленно вытаращил глаза.
— Хорошая ночь для прогулок, — сказала она, с трудом переводя дыхание. — Правда? — Она откинула назад мокрые волосы и, любезно кивнув лорду, проскользнула мимо него к двери. Когда она поднималась по лестнице, ее босые ноги оставляли влажные следы на темном полированном дереве паркета. Добравшись до своей спальни, Брианна прислушалась, но ничьих шагов за своей спиной не услышала.
Она развесила плащ и ночную рубашку перед камином, чтобы просушить, и тщательно вытерла полотенцем волосы и лицо, а потом голышом нырнула под одеяло. Она дрожала от холода, но прикосновение хлопковых простыней к обнаженной кожи вызвало в ней восторженную радость. Брианна потянулась, пошевелила пальцами ног, — а потом повернулась на бок и свернулась клубочком вокруг своего нового центра тяжести; она прислушивалась к тому, как внутреннее тепло пробирается по ее мышцам к коже… и наконец она словно очутилась в нежном мягком коконе.
Брианна заново просмотрела в памяти сцену на дорожке… и постепенно те смутные мысли, что уже много дней зрели в глубине ее ума, оформились, собрались в стройную систему и обрели отчетливый вид.
Лорд Джон всегда обращался с ней внимательно и уважительно… и зачастую весело или восторженно… но во всем этом чего-то не хватало. Брианна не в состоянии была дать определение этому впечатлению, и поначалу даже не осознавала его… но теперь она поняла, в чем тут дело, и ни малейших сомнений у нее не осталось.
Как и все эффектные женщины, Брианна привыкла к открытому восхищению мужчин, так что и восторги лорда Джона она приняла как должное. Но за этим восхищением у других представителей сильного пола всегда крылось нечто куда более глубокое, некая вибрация, похожая на далекий звон колокола, нечто задевающее изнутри, заставляющее Брианну чувствовать себя женщиной. И при первой встрече с лордом Джоном ей показалось, что и в нем она ощутила нечто подобное… но это чувство исчезло при последующих встречах, так что Брианна пришла к выводу, что и в первый раз она ошиблась.
Брианна подумала, что могла бы и раньше догадаться; она ведь уже сталкивалась с таким вот внутренним безразличием на многочисленных вечеринках. Но лорд Джон весьма умело скрывал его; Брианна вряд ли скоро догадалась бы, в чем тут фокус, не встреть она его нынче ночью во дворе. Ведь когда он вышел из помещений для слуг, на его лице было такое выражение, что все стало ясно. С равным успехом лорд Джон мог бы заявить о своих пристрастиях и во весь голос.
Брианна мельком подумала, знает ли об этом ее отец, но тут же отмела подобную возможность. После того, что случилось с ним в Вентвортской тюрьме, он вряд ли мог с такой теплотой относиться к человеку со столь нестандартными склонностями; а Джейми, насколько было известно Брианне, относился к лорду Джону именно очень тепло.
Она легла на спину. Гладкая хлопчатая ткань простыми скользнула по обнаженной коре грудей и бедер, лаская. Брианна почти не заметила этого ощущения, однако ее соски вдруг затвердели, и она машинально подняла руку и коснулась груди… и в ее памяти мгновенно возникли грубые руки, тискавшие и терзавшие ее, доводящие ее до бешенства… Она быстро перевернулась на живот, сложив руки под грудью и зарывшись лицом в подушку, сжав ноги, стиснув зубы в тщетной попытке отогнать видение…
Младенец уже здорово подрос, лежать на животе Брианна уже почти не могла, это было слишком неудобно. Едва слышно выругавшись, она снова перевернулась и выскочила из постели, из-под этих предательских, соблазнительных простыней.
Не одеваясь, она прошла через слабо освещенную комнату и остановилась у окна, глядя на непрерывно льющий дождь. Ее влажные волосы упали ей на спину, а оконное стекло пропускало холод, и вся кожа Брианны — и руки, и бедра, и живот, — покрылись крошечными пупырышками. Но она даже не шелохнулась, не желая ни накинуть на себя что-нибудь, ни вернуться под одеяло, а продолжала стоять у окна, положив ладонь на увеличившийся живот, глядя в ночь.
Уже очень скоро выйдет срок… Брианна знала это уже тогда, когда они уезжали… и ее мать тоже это знала. Но ни одна из них не хотела признаться в этом другой; они обе делали вид, что Роджер вернется вовремя, что он и Брианна сядут на корабль и поплывут на Испаньолу, и найдут путь через каменный круг, и вернутся домой… вместе.
Брианна прижала другую ладонь к стеклу; и сразу же вокруг ее пальцев осел легкий туман, очертив их дымчатой линией. Было уже начало марта; может быть, осталось три месяца, а может быть, и меньше. Чтобы добраться до побережья, нужна неделя, максимум две. Но ведь все равно ни один корабль не рискнет выйти в марте в опасные воды между материком и Гаити. В лучшем случае это может случиться в начале апреля. А сколько времени нужно, чтобы доплыть до Вест-Индии? Две недели, три?
Значит, конец апреля. И еще несколько дней на то, чтобы добраться в глубь острова и отыскать пещеру; пожалуй, поход через джунгли будет медленным, а малышу уже будет больше восьми месяцев… И еще ведь это опасно, хотя в данном случае это уже неважно.
Но все это — если бы Роджер уже был здесь. А его не было. И он мог вообще не вернуться, хотя такую возможность Брианна просто не желала рассматривать.
Если она не станет воображать себе все те причины, по которым он может умереть, он не умрет; это было одним из символов ее веры.
И еще Брианна твердо верила в то, что до сих пор Роджер жив, и что ее мать вернется до того момента, когда младенец решит уже выбраться на свет. Что касается отца… в душе Брианны снова вскипел гнев, как и всегда, стоило ей подумать о нем… о нем и о Боннете… ну, она постарается как можно меньше и реже думать о них обоих.
Конечно, Брианна молилась, так горячо, как только умела, — но она не была создана для молитвы и ожидания. Она была рождена для действия. Если бы только она могла поехать с ними на поиски Роджера!
Но у нее не было выбора. Брианна стиснула зубы, ее ладони прижались к животу. У нее во многом нет выбора, во многом… Но одно она решила, сделав свой выбор, — сохранила своего ребенка… и теперь должна жить, приняв последствия этого решения.
Брианна постепенно начала дрожать от холода. И вдруг отвернулась от окна, за которым бушевала буря, и подошла к камину. Крошечный язычок пламени танцевал на одном из черных поленьев, с той стороны, где на его поверхности еще светились янтарем угольки. Янтарные, золотые, испускающие тепло…
Она опустилась на коврик перед камином и закрыла глаза; тепло, исходящее от углей, постепенно согрело ее застывшую кожу, лаская, как нежная рука. На этот раз ей удалось прогнать все мысли о Боннете, она отказалась вспоминать его грубые объятия, яростно сосредоточившись на тех немногих драгоценных мгновениях, что провела с Роджером…
…держи руку на моем сердце. Скажи мне, если оно остановится… Она слышала его голос, как наяву, она слышала его дыхание, прерывистое от смеха и страсти…
Откуда, черт побери, ты знаешь это? И ощущение жестких вьющихся волос под ее ладонью, и его гладкие, крепкие плечи, и биение пульса на его шее, сбоку, — когда она прижала его к себе, и коснулась его губами, и ей захотелось укусить его, попробовать его на вкус, впитать в себя соль и пыль с его кожи…
И еще тайные, темные уголки его тела, которые она познала только на ощупь… это вспоминалось как некая мягкая тяжесть, округлая и чувствительная в ее руке, неохотно уступавшая ее испытующим пальцам… (о, господи, не останавливайся… только поосторожнее… Ох!) И странный сморщенный шелк, который становился все более упругим и гладким, наполняя ее ладонь, восставая… безмолвный и невероятный, как стебель ночного цветка, что открывается прямо у тебя на глазах…
И нежность, бесконечная нежность его прикосновений… (Боже праведный, как бы мне хотелось видеть твое лицо, я хочу знать, каково это для тебя, хорошо ли тебе… Вот так хорошо? Скажи мне, Бри, говори со мной…) А она исследовала его тело, и ее губы касались его сосков… Брианну снова охватило изумление от его силы, как в тот момент, когда он совсем забылся и сжал ее, и поднял так, словно она ничего не весила, и уложил спиной на солому, и взял ее… с некоторым колебанием, потому что помнил о совсем недавно нарушенной девственности… но она требовательно вонзила ногти ему в спину, и он яростно овладел ею, заставив забыть все прежние страхи (когда-то ей казалось, что это должно быть похоже на казнь… ну, когда человека сажают на кол…), и она приняла его счастливо, самозабвенно, и последние преграды между ними рухнули, и они соединились навсегда в потоке пота и мускусного запаха, крови и семени…
Брианна громко застонала и замерла в неподвижности, слишком ослабев, не в силах даже шевельнуть рукой. Ее сердце билось сильно и очень медленно. Ее живот натянулся, как барабан. Но вот наконец ее отпустил спазм, сжавший бедра… Половина тела Брианны была освещена углями камина, другая половина была холодной и темной…
Через мгновение-другое она поднялась на четвереньки и отползла в сторону. Потом заставила себя забраться в постель… она была словно раненный зверек, забившийся в нору… и еще долго она лежала, ошеломленная, не обращая внимания на волны тепла и холода, поочередно пробегавшие по ее телу.
Наконец Брианна пошевелилась, натянула на себя стеганое одеяло и уставилась в стену, сложив руки на животе, оберегая своего ребенка. Да, уже было слишком поздно. Все чувства и сожаления следует отставить прочь, вместе с любовью и гневом. Она должна запретить и телу, и уму вспоминать о прошлом. Это необходимо. И она это сделает.
Брианне понадобилось три дня, чтобы убедить себя в осуществимости ее плана, справиться с угрызениями совести и, наконец, выбрать подходящее время и место, захватить его одного, врасплох. Но она не торопилась, она была терпелива; ведь у нее была еще масса времени — почти три месяца.
И вот во вторник ей наконец подвернулась такая возможность. Джокаста заперлась в своем кабинете с Дунканом Иннесом и счетными книгами, Юлисес — бросив короткий непроницаемый взгляд на закрытую дверь кабинета. — отбыл на кухню, чтобы проследить за приготовлением очередного обильного обеда для его светлости лорда, а Брианне удалось избавиться от Федры, отправив ее верхом в Ягодную Поляну, чтобы забрать книгу, которую ей обещал дать Макнейл.
В свежем голубом камлотовом платье, так подходившем к ее глазам, и с сердцем, колотившимся в ее груди как отбойный молоток, Брианна пустилась по следу своей жертвы. Она нашла лорда Джона в библиотеке — он читал «Размышления» Марка Аврелия, сидя возле французского окна, и лучи утреннего солнца заливали его голову и плечи, заставляя гладкие светлые волосы лорда сиять, как маслянистую конфету.
Когда Брианна вошла, лорд Джон поднял голову от книги и посмотрел на нее; пожалуй, сердито подумала Брианна, даже бегемот мог бы ступать более изящно, и тут же от волнения зацепилась юбкой за столик, на котором стояли всякие безделушки… но лорд Джон поспешно отодвинул столик подальше и, вскочив, грациозно склонился над рукой Брианны, после чего предложил ей кресло.
— Нет, я не хочу садиться, спасибо, — она резко качнула головой. — Я хотела… ну вот что, я собиралась прогуляться немного. Вы не составите мне компанию?
Нижние секции французского окна затянуло морозным узором, над домом свистел холодный ветер, а в библиотеке-были мягкие кресла, бренди, огонь в камине… Однако лорд Джон был настоящим джентльменом.
— Я ничего большего и желать бы не мог, — галантно заверил он Брианну и тут же отложил Марка Аврелия, даже не бросив ему прощального взгляда.
День был холодным, но абсолютно ясным. Закутавшись в толстые плащи, Брианна и лорд Джон повернули к огороду, поскольку его высокие стены давали некоторую защиту от ветра.
На ходу они обменивались короткими пустыми замечаниями относительно чистого неба, клялись друг другу, что им совсем не холодно, и вот наконец прошли под невысокой аркой ворот в укрытый кирпичными стенами садик, где выращивались пряные травы. Брианна огляделась по сторонам; они с лордом Джоном были совершенно одни, и она могла быть уверена, что обязательно заметит любого, кому вздумалось бы пойти в их сторону. И тем не менее терять время понапрасну было незачем.
— У меня к вам предложение, — заявила она.
— Я уверен, что любое ваше желание должно быть немедленно удовлетворено, — с легкой улыбкой ответил лорд Джон.
— Ну, не знаю, не знаю… — Брианна глубоко вздохнула. — Но — к делу. Я хочу, чтобы вы женились на мне.
Лорд Джон продолжал улыбаться, видимо, ожидая продолжения шутки.
— Я это серьезно, — твердо сказала Брианна.
Улыбка не исчезла с лица лорда Джона, но она изменилась. Брианна не могла понять, то ли лорд ужасается ее бестактности, то ли изо всех сил сдерживает смех. Но скорее было похоже на второе.
— Мне не нужны ваши деньги, — заверила она лорда Джона. — Я даже подпишу соответствующий документ. А вам совершенно незачем жить со мной, хотя, возможно, для меня и было бы неплохо уехать с вами в Вирджинию, по крайней мере на какое-то время. А что касается того, что я могу для вас сделать… — Брианна замялась, понимая, что это как раз самая не-проработанная часть вопроса. — Ну, я сильная, только для вас это не имеет значения, поскольку у вас достаточно слуг. Я неплохой управляющий впрочем… умею вести счета, и мне кажется, понимаю, как управлять фермой. Я могла бы присматривать за вашей плантацией в Вирджинии, когда вы уезжаете в Англию. И… у вас ведь есть юный сын, правда? Я могла бы и за ним присматривать; я стану ему хорошей матерью.
Лорд Джон стоял во время этой горячей речи, как приросший к месту. Когда Брианна умолкла, он осторожно, неторопливо прислонился спиной к кирпичной стене и возвел очи к небесам, как бы ожидая от них ответа.
— Боже милостивый… — произнес он наконец. — Надо же было дожить до такого… чтобы услышать подобное предложение! — Он опустил голову внимательно, пристально посмотрел на Брианну. — Вы, очевидно, сошли с ума?
— Нет, — ответила она, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. — Это абсолютно разумное предложение.
— Мне приходилось слышать, — осторожно заговорил лорд Джон, косясь на живот Брианны, — что женщины в интересном положении иной раз… ну, бывают как бы легко возбудимыми, и это просто следствие их состояния. Но я все же боюсь, что мой личный опыт по этой части слишком невелик, и… я хочу сказать… возможно, мне следует послать за доктором Фентманом?
Брианна резко выпрямилась во весь рост, оперлась ладонью о стену и придвинулась к лорду Джону, подчеркнуто глядя на него сверху вниз, пугая его своими размерами.
— Нет, вы не пошлете за доктором, — размеренно произнесла она — Послушайте меня, лорд Джон. Я не сумасшедшая, я не кокетничаю с вами, и я вовсе не хотела бы причинять вам какие-либо неприятности… но я говорю абсолютно серьезно.
Бледная кожа лорда порозовела от холода, а на кончике благородного носа поблескивала капелька влаги. Лорд вытер нос полой плаща, глядя на Брианну с выражением, средним между любопытством и ужасом. И при этом он смеялся. Но наконец его смех иссяк.
Брианна чувствовала легкую тошноту, но она должна была это сделать. Она надеялась, что этого можно будет избежать, но теперь ей стало ясно, что другого выхода нет.
— Если вы не согласитесь жениться на мне, — сказала она, — я вас выдам.
— Вы… что сделаете?
Привычная маска любезности в один миг слетела с лица лорда Джона, оставив неприкрытое изумление и наконец-то возникшую тревогу.
Брианна перед прогулкой надела шерстяные рукавички, но все равно у нее начали мерзнуть пальцы. И все тело застыло, только в глубине живота остался теплый комок ее дремлющего малыша.
— Я знаю, чем вы занимались… той ночью, в комнатах рабов. Я всем об этом расскажу; и своей тете, и мистеру Кэмпбеллу, и шерифу. Я напишу письма, — продолжила она, хотя ее губы онемели, когда она произносила эту невероятно глупую угрозу. — Губернатору здешней колонии, и губернатору Вирджинии. Они тут ставят п-педерастов к позорному столбу, мне мистер Кэмпбелл рассказывал.
Лорд Джон нахмурился так сильно, что его брови почти сошлись у переносицы; но они были такими светлыми, что их почти не было заметно на фоне кожи, когда лорд стоял на солнце. И эти брови напомнили Брианне о Лиззи.
— Если вам нетрудно, перестаньте нависать надо мной, — сказал вдруг Грэй.
Он обхватил Брианну за талию и дернул к себе. Лорд был невысок, но куда сильнее, чем могла предположить Брианна, и она впервые за время их разговора вдруг немного испугалась возможных последствий своего поступка.
Грэй крепко взял ее под локоть и потащил за собой, в сторону от дома. Брианне вдруг пришло в голову, что он, может быть, хочет увести ее к реке, подальше от возможных свидетелей, и потом попытается утопить.
Но она тут же решила, что такое вряд ли возможно, и тем не менее невольно сопротивлялась ему, и наконец повернула назад, к выложенным квадратными плитками дорожкам огорода.
Лорд Джон не стал упорствовать, а просто пошел за ней, хотя это и означало шагать против ветра. Он не произнес ни слова, пока они не повернули еще раз и не добрались до укрытых на зиму грядок с луком.
— Я испытываю немалое искушение, я почти готов принять ваше оскорбительное предложения, — сказал наконец лорд Джон, и уголок его рта дернулся… то ли от ярости, то ли от смеха, Брианна не могла бы сказать. — Это было бы интересно. Это наверняка понравилось бы вашей тетушке. И разозлило бы вашу матушку. И научило вы вас, что это такое — играть с огнем, уверяю вас.
Брианна уловила странный блеск в его глазах — блеск, заставивший ее вдруг усомниться в собственных выводах относительно его сексуальных предпочтений. И отшатнулась от лорда.
— О… я даже не подумала об этом… что вы можете… ну, я имею в виду, с женщинами…
— Я был женат, — напомнил ей лорд Джон с нескрываемым сарказмом.
— Да, но я думала, что это был брак… ну, вроде того, какой я вам предлагаю сейчас… чисто формальный, я имею в виду. Именно об этом я и подумала сразу, как только поняла, что вы… — Брианна умолкла, нетерпеливо взмахнув рукой. — Или вы станете утверждать, что вам нравится делить постель с женщинами?
Лорд Джон приподнял одну бровь.
— А что, это может внести существенные изменения в ваши планы?
— Ну… — неуверенно протянула она. — Ну, да. Да, это так. Если бы я это знала, я не стала бы вам ничего предлагать.
— Предлагать! — процедил сквозь зубы лорд Джон. — Угроза публичного осмеяния! Позорный столб! Это — предложение?
Лицо Брианны так покраснело и разгорячилось, что она не удивилась бы, если бы от него пошел пар, учитывая царивший вокруг холод.
— Мне очень жал, — пробормотала она. — Я бы все равно этого не сделала. Вы должны верить мне. Я бы ни за что никому ни слова не сказала. Просто когда вы засмеялись, я подумала… ну, неважно, это не имеет значения. Если вы захотите спать со мной, я все равно не смогу тогда выйти за вас замуж… это было бы ошибкой.
Он крепко зажмурился и стоял так с минуту, не меньше. Потом один его светло-голубой глаз открылся и посмотрел на Брианну.
— А почему? — спросил лорд.
— Из-за Роджера, — ответила она, и одно то, что она вслух произнесла его имя, привело ее в бешенство. Но еще большая ярость охватила Брианну, когда она почувствовала, как по ее щекам побежали горячие слезы. — Черт! — вскрикнула она — К черту все, ко всем чертям! Я даже думать о нем не желаю! — Она сердито вытерла слезы и стиснула зубы, чтобы совладать с собой. — Ну, может, вы и правы, — решила она наконец. — Может, все это из-за беременности. Я постоянно плачу, вообще без причины.
— Что-то я сомневаюсь, что без причины, — сухо откликнулся лорд Джон.
Брианна глубоко вздохнула, холодный воздух наполнил ее грудь. Что ж, ей осталось разыграть только одну карту, последнюю.
— Даже если вам нравятся женщины… я не могу… я имею в виду, я не хочу ложиться с вами в постель. Но я ничего не имею против того, чтобы вы спали, с кем вам захочется… хоть с женщинами, хоть с мужчинами…
— Благодарю за такую щедрость, — пробормотал лорд Джон, но Брианна не обратила внимания на его слова, ей хотелось только одного: довести дело до конца, покончить со всем этим.
— Но я понимаю, что вам может захотеться иметь собственного ребенка. И это было бы вполне справедливо, если бы вы от меня его потребовали. И я думаю, я смогу… — Она опустила взгляд на свой живот и обхватила его руками. — Все говорят, что я просто создана для деторождения, — твердо продолжила она, уставившись в землю. — Я… ну, как только я рожу, конечно. Вы можете включить это условие в контракт… мистер Кэмпбелл знает, как все оформить.
Лорд Джон энергично потер лоб, явно подвергшись приступу сильной головной боли. А потом взял Брианну за руку.
— Давайте-ка где-нибудь сядем, дитя мое, — негромко предложил он. — Вам лучше рассказать мне всю правду, от начала и до конца, черт бы вас побрал.
Брианна со свистом втянула воздух, чтобы набраться сил.
— Я не дитя, — сердито огрызнулась она.
Лорд Джон посмотрел на нее — и, похоже, его мнение о Брианне изменилось.
— Нет, конечно же, нет… да помоги Господь нам обоим. Но прежде чем вы доведете Фархарда Кэмпбелла до удара, изложив ему свои идеи относительно составления брачного контракта, умоляю, посидите со мной где-нибудь и расскажите, какие процессы протекают в вашем в высшей степени примечательном уме. — И он уверенно повлек Брианну к арке, выводящей в декоративный садик, который невозможно было увидеть из окон дома.
Садик поблек, но содержался в полном порядке; все сухие прошлогодние стебли были выдернуты или срезаны, клумбы укрыты плотным слоем мелко искрошенной старой листвы. И лишь круглая клумба у выключенного фонтана подавала признаки жизни; зеленые ростки крокусов пробились сквозь землю, словно крошечные боевые тараны, живые и непреклонные.
Они сели, но Брианна не в силах была оставаться на месте. И смотреть в лицо лорду Джону. Он встал вслед за ней и пошел рядом, не прикасаясь, но шагая в ногу. Ветер трепал светлые волосы лорда, а он все слушал и слушал, не произнося ни слова, пока она не рассказала ему почти все.
— Вот я теперь все думаю и думаю, — жалобно закончила она — И не могу ни до чего додуматься. Вы понимаете? Мама и… и па… они где-то там! — Брианна махнула рукой в сторону далеких гор. — С ними могло случиться что угодно… и с Роджером давным-давно могло случиться что угодно. А я сижу тут, и все распухаю и распухаю, и ничегошеньки не могу сделать!
Она посмотрела чуть вниз, на лорда Джона, и вытерла варежкой мокрый нос.
— Я не плачу, — заверила она Грэя, хотя на самом деле плакала.
— Разумеется, нет, — согласился он. Взяв руку Брианны, он сунул ее себе под локоть. — Все кругом и кругом, — пробормотал он, глядя на тропинку, по которой они, как безумные, кружили у фонтана.
— Да, все кругом и кругом под шелковичным деревом, — согласилась Брианна. — А потом — хлоп! И на голову прыгнула куница. Через три месяца или около того. Я должна что-то предпринять, — с отчаянием закончила она.
— Можете верить мне или не верить, — серьезно сказал лорд Джон, — но в данном случае ожидание — это и есть действие, хотя я должен признать, что так оно не выглядит. И почему вы не хотите просто подождать и выяснить, не окажется ли поход вашего отца успешным? Или в вас заговорило чувство чести и вы не хотите родить ребенка без отца? Или…
— Мое чувство чести тут ни при чем, — перебила его Брианна. — Это его чувство. Роджера. Он… он последовал за мной. Он… он бросил все и пошел за мной, когда я отправилась сюда, чтобы найти своего отца. Я знала, что он может это сделать, он и сделал. Но когда он узнает об этом… — Брианна скривилась, накрыв ладонью выпуклый живот, — он женится на мне; он будет чувствовать себя обязанным сделать это. А я не могу этого допустить.
— Но почему?
— Потому что я люблю его. Я не хочу, чтобы он женился на мне только из чувства долга. И я… — Она крепко сжала губы, чтобы не сказать лишнего. — Я не хочу, — закончила она твердо. — Я так решила, я не хочу.
С реки донесся очередной порыв сильного холодного ветра, и лорд Джон поплотнее запахнул плащ. Ветер принес запахи льда и сухих листьев, и еще в нем была особая свежесть; весна приближалась.
— Понимаю, — сказал лорд. — Ну, я вполне согласен с вашей тетушкой в том смысле, что вам необходим супруг. Но почему именно я? — Он вскинул одну светлую бровь. — Из-за моего титула или из-за моего богатства?
— Ни то, ни другое. Просто потому, что я уверена: вам не нравятся женщины, — ответила Брианна, даря лорда искренним взглядом.
— Мне нравятся женщины! — сердито бросил лорд Джон.
— Я восхищаюсь ими и уважаю их, и к некоторым из представительниц прекрасного пола я даже весьма привязан… и ваша матушка в их числе… хотя я и сомневаюсь, что мои чувства взаимны. Но тем не менее — нет, я не ищу наслаждения в их постелях. Я высказался достаточно прямо?
— Да, — кивнула Брианна, и тонкие морщинки на ее лбу растаяли, как по мановению волшебной палочки. — Я так и думала. Видите ли, было бы нечестно выйти замуж за мистера Макнейла, или за Бартона Маклахлана, или за какого-то другого мужчину, потому что мне придется тогда обещать нечто такое, чего я не могу им дать. Но вам именно это и не нужно, так что за вас я вполне могу выйти, тут нет помех.
Лорду Джону отчаянно захотелось стукнуть лбом в кирпичную стену; он едва удержался, чтобы не сделать этого.
— Есть помеха, и очень серьезная.
— Что?!
— Можете не сомневаться, что как только ваш отец узнает об этом — он моментально свернет мне шею!
— За что? — нахмурившись, резко спросила Брианна. — Вы ему нравитесь; он говорит, вы один из его лучших друзей.
— Я имею честь пользоваться его уважением, — покачал головой лорд Джон. — Однако это уважение растает во мгновение ока, если только Джейми Фрезер обнаружит, что его дочь служит прикрытием и племенной кобылой для чертова выродка-содомита.
— Да откуда он это узнает? — сердито спросила Брианна.
— Уж я-то ему точно этого не скажу! — Но она тут же вспыхнула, встретив его бешеный взгляд, и вдруг взорвалась хохотом, и лорд Джон беспомощно присоединился к ней. — Ну, извините, выходит, вы уже ему сказали! — Брианна наконец немного успокоилась, села на скамью и вытерла полные слез глаза полой плаща.
— О, черт… ну да, я сказал. — Он рассеянно отвел прядь волос, попавшую в рот, и снова вытер нос рукавом. — Черт, ну почему у меня нет носового платка? Да, я сказал, потому что это правда. Да к тому же ваш отец и без моих слов все понял.
— Вот как? — Брианна откровенно удивилась. — Но я думала, он…
Она внезапно замолчала, заметив мелькнувший неподалеку желтый фартук; одна из кухонных девушек вышла в соседний с их садом огород. Лорд Джон, не сказав ни слова, встал и предложил Брианне руку; она тяжело поднялась, и они поплыли между коричневыми волнами сухих мертвых клумб, лавируя в сторону ворот, и плащи полоскались вокруг них, как паруса.
Каменная скамья с высокой резной спинкой, стоявшая под ивой, в это время года вовсе не выглядела так привлекательно, как летом, но она по крайней мере позволяла хоть немного укрыться от порывов ледяного ветра, дувшего с реки. Лорд Джон подождал, пока сядет Брианна, потом сам сел рядом — и громогласно чихнул. Брианна распахнула плащ и достала из-за лифа скомканный носовой платок, о котором только теперь вспомнила, — и с извинениями протянула его лорду Джону.
Платок был теплым и пахнул запахом Брианны — это был непередаваемый запах молодого женского тела, чуть отдающий гвоздикой и лавандой.
— Что-то вы такое говорили… насчет того, что я пойму, что такое играть с огнем, — сказала Брианна — Что вы имели в виду?
— Ничего, — коротко ответил лорд Джон, но теперь пришла его очередь покраснеть.
— Вот как? Ничего? — По лицу Брианны скользнуло нечто вроде иронической улыбки. — Просто однажды я уже слышала эту угрозу.
Лорд Джон вздохнул и еще раз вытер лицо ее носовым платком.
— Вы были откровенны со мной, — казал он. — Так что нам незачем больше смущаться друг друга. Ну, да… я полагаю… да, это была угроза. — Он чуть развел руками, показывая, что окончательно сдается. — Вы очень похожи на своего отца, вы разве не понимаете?
Брианна слегка нахмурилась, но было очевидно, что его слова ровно ничего для нее не значат. А потом вдруг в ее глазах мелькнуло понимание… Она резко выпрямилась, уставившись на лорда Джона.
— Нет, вы… только не па! Он не мог бы!
— Верно, — согласился лорд Джон, весьма сухо. — Он не мог бы. Но ваше потрясение едва ли мне льстит. Однако я мог бы, воспользовавшись вашим предложением и взяв с вас клятву, сделать вид, что принял вас за него… ну, это такая же грязная угроза, как ваша, насчет того, чтобы выставить меня на позор.
— А где вы… встречались с моим отцом? — осторожно спросила Брианна, на мгновение забыв о тревоге под напором любопытства.
— В тюрьме. Вы ведь знаете, что он сидел в тюрьме после восстания Стюарта?
Брианна кивнула, слегка нахмурившись.
— Да, знаю. Ладно. Оставим это… я лишь добавлю что много лет испытывал особую привязанность к Джейми Фрезеру, но всегда скрывал это. — Лорд вздохнул — И тут вдруг являетесь вы, и предлагаете мне свое великолепное тело, так похожее на его плоть… и еще добавляете, что готовы обещать мне ребенка, в котором бы смешалась моя кровь и кровь Джейми Фрезера… и все это лишь потому, что ваша честь не позволяет вам обвенчаться с человеком, которого вы любите, или любить человека, за которого вы выйдете замуж… — Лорд умолк на полуслове и опустил голову на ладони. — Детка, вы могли бы заставить рыдать даже ангела… но я-то, видит Бог, не ангел!
— Моя мама думает, что да.
Он поднял голову, пораженный.
— Она думает… что ?
— Ну, возможно, так далеко в своих определениях она и не заходит, — признала Брианна, все еще хмурясь. — Но она говорит, что вы добрый и хороший человек. Я думаю, вы ей очень нравитесь, хотя она в этом и не признается. Конечно, теперь я это понимаю; полагаю, она должна знать… ну, что вы… э-э… чувствуете к… — Брианна закашлялась, стараясь скрыть смущение.
— Ч-черт, — пробормотал лорд Джон. — Ох, черт побери, будь все проклято! Мне категорически не следовало выходить с вами из дома. Да, она знает. Хотя, по правде говоря, я не совсем понимаю, почему она относится ко мне с подозрением. Это ведь не может быть ревностью, это просто глупо.
Брианна покачала головой, задумчиво закусив нижнюю губу.
— Я думаю, это потому, что она боится, как бы вы не причинили ему вреда, так или иначе. Она боится за него, вы же понимаете.
Лорд Джон удивленно посмотрел на нее.
— Повредить ему? Но как? Неужели она думает, что я могу совратить его, или как-то унизить его достоинство?
Он говорил беспечно, однако тут в глазах Брианны сверкнуло нечто такое, от чего слова застыли у него в горле. Он крепче сжал ее локоть.
Брианна сжала губы, потом вежливо высвободила руку и коснулась колена лорда Джона.
— Вы когда-нибудь видели моего отца без рубашки?
— Вы имеете в виду шрамы на его спине?
Брианна кивнула.
Лорд Джон беспокойно постучал пальцами о колену; если бы не плотная ткань плаща, подумала Брианна, раздался бы дробный звук…
— Да, я видел эти шрамы. Это моих рук дело.
Голова Брианны резко откинулась назад, глаза расширились, кончик ее носа был ярко-розовым от холода, но все лицо при этом побледнело так, что казалось, будто яркие волосы и брови высосали из нее всю жизнь.
— Не все, конечно, — продолжил лорд Джон, уставившись на клумбу с сухими штокрозами. — Он и до того подвергался бичеванию, так что их с каждым разом становилось все больше… но он ведь знал, что делает, когда делал это.
— Делал… что? — едва шевеля губами, спросила Брианна. Она осторожно передвинулась на скамье, отдаляясь от лорда Дона и в то же время поворачиваясь к нему лицом… она двигалась, как облако, меняющее свои очертания на ветру.
— Я был комендантом Ардсмурской тюрьмы; он вам не говорил? Нет, думаю, не говорил. — Лорд Джон сделал нетерпеливый жест, отводя волосы, снова упавшие ему на лицо. — Он был офицером, джентльменом, единственным офицером там. Он говорил от имени всех пленников-якобитов. Мы обедали с ним вместе, у меня на квартире. Мы играли в шахматы, обсуждали книги. У нас было много общих интересов. Мы… мы стали друзьями. А потом… потом перестали ими быть.
Лорд Джон замолчал.
— Вы хотите сказать… вы хотите сказать, что подвергли его наказанию потому, что он не захотел…
— Нет, черт побери, нет! — Лорд Джон схватил платок Брианны и сердито высморкался. Потом бросил платок на скамью между собой и Брианной и уставился на девушку. — Да как вы вообще могли такое подумать!
— Но вы сами сказали, что те шрамы…
— Он сам это сделал!
— Невозможно высечь себя самого!
Лорд Джон хотел было что-то ответить, а потом язвительно фыркнул. И, все еще сердясь, посмотрел на Брианну, вскинув одну бровь; но в целом он уже совладал со своими чувствами.
— Черта с два невозможно. Вы только этим и занимаетесь уже несколько месяцев, судя по тому, что вы мне рассказали.
— Мы говорим не обо мне!
— Именно о вас.
— Нет, черт вас побери! — Брианна наклонилась к лорду Джону, сведя к переносице густые брови. — Какого черта вы тут болтаете, как это он сам сделал?
Ветер дул из-за спины Брианны прямо в лицо лорду Джону. От этого у него защипало глаза, они наполнились слезами, и лорд был вынужден отвернуться.
— Что я тут вообще делаю? — пробормотал он едва слышно. — Я, наверное, сошел с ума, раз говорю с вами вот в такой странной манере!
— Меня не заботит, сошли вы с ума или нет, — рявкнула Брианна и схватила лорда Джона за рукав. — Вы мне расскажете, что там случилось!
Он крепко сжал губы, и на мгновение Брианне показалось, что он твердо решил молчать. Но он уже сказал слишком много, чтобы останавливаться, и сам понимал это. Плечи лорда Джона приподнялись под плащом, потом опустились… он сдался.
— Мы были друзьями. А потом… потом он понял, какие чувства я к нему испытываю. И наша дружба прекратилась, но это было его решение. И ему хотелось довести дело до полного и окончательного разрыва. Поэтому он намеренно создал ситуацию настолько отчаянную, что она должна была изменить наши отношения раз и навсегда, без малейших шансов на возобновление дружеских отношений между нами. И ради этого он солгал. Когда во время обыска в камере нашли кусок клетчатого пледа, Джейми публично заявил, что этот плед принадлежит ему. Обладание подобными вещами тогда считалось противозаконным… да и сейчас считается, в Шотландии.
Лорд Джон глубоко и очень осторожно вздохнул. Он избегал взгляда Брианны, упорно глядя на неровный ряд голых деревьев по другую сторону реки, отчетливо вырисовывавшихся на фоне бледного весеннего неба.
— Я был комендантом тюрьмы, я был обязан выполнять повеления закона. Я ничего не мог сделать. Моим долгом было подвергнуть его бичеванию. И он чертовски хорошо это знал. — Лорд Джон оглянулся назад и задумчиво посмотрел на резную спинку каменной скамьи. И прикрыл глаза, защищая их от ветра. — Я мог простить его за то, что он не хочет меня, — с горечью продолжил лорд. — Но я не мог простить ему то, что он использовал меня подобным образом. Он ведь не просто вынудил меня причинить ему боль, но заставил еще и лишить его звания. Ему недостаточно было просто отказаться от моих чувств; он должен был их разрушить до основания, уничтожить… А это было уж слишком.
Ветер нес всяческий мусор; его порывы бросали на сидящих мелкие сухие ветки, щепки от разбитого лодочного корпуса, валявшегося где-то на берегу… Лорд Джон сложил руки на коленях, и ладонь Брианны сочувственно накрыла его пальцы. У Брианны руки были крупнее, чем у Грэя, и ее ладонь была теплой, поскольку до этого момента скрывалась в плотных складках плаща…
— Это были всего лишь обстоятельства. Вы тут ни при чем. И он мог бы просто объяснить вам все, если бы захотел. Но вы все равно простили его, — тихо сказала Брианна. — Почему?
— Поневоле пришлось. — Лорд Джон посмотрел в глаза Брианне, прямо и твердо. — Я ненавидел его сначала, и довольно долго. Но потом я осознал, что любовь к нему — это… это просто часть меня самого, к тому же одна из лучших моих частей. А если бы я не сумел простить его, я не смог бы и дальше его любить, и эта часть меня просто погибла бы. Но мне не хотелось это терять. — Лорд Джон едва заметно улыбнулся. — Так что, как видите, и тут у меня были чисто эгоистические мотивы. — Он сжал руку Брианны, встал и помог подняться ей. — Идемте, дорогая. Мы просто превратимся в глыбы льда, если задержимся здесь еще хоть ненадолго.
Они медленно вернулись в дом, не обменявшись по дороге ни словом. Но они шли рядом, рука об руку. Когда же они наконец миновали сад и огород, лорд Джон внезапно заговорил:
— Я думаю, вы правы. Жить с тем, кого ты любишь, зная при этом, что с его стороны это всего лишь отношения, вызванные долгом… нет, я бы такого не вынес. Брак должен заключаться при уважении с обеих сторон, только тогда это честный и правильный союз. И пока обе стороны честны друг с другом… — Его губы чуть дернулись, когда он взглянул в сторону комнат для рабов. — Да, тогда нет поводов для стыда… у обоих супругов.
Брианна посмотрела на него — сверху вниз — и осторожно, словно боясь спугнуть лорда Джона, отвела свободной рукой прядь волос, упавшую ей на лоб.
— Так вы принимаете мое предложение? — Но в груди у нее при этом возникла странная пустота, совершенно не похожая на чувство облегчения, которого она ожидала.
— Нет, — прямо и резко ответил он. — Я могу простить Джейми Фрезера за то, что он сделал в прошлом… но он никогда не простит меня, если я женюсь на вас. — Лорд Джон улыбнулся Брианне и похлопал ее по руке, лежавшей на его согнутом локте. — Но я могу предложить вам защиту от ваших поклонников и вашей тетушки… вы получите отсрочку, а со временем все утрясется. — Он посмотрел на дом, обвел взглядом окна. — Как вы думаете, на нас сейчас кто-нибудь смотрит?
— Можете не сомневаться, наверняка таращатся, — мрачно усмехнулась Брианна.
— Очень хорошо. — Сняв перстень с сапфиром, бывший на его руке, лорд Джон торжественно повернулся к Брианне лицом и взял ее за руку. Он сам снял ее шерстяную варежку и церемонно надел перстень на мизинец Брианны — на другой палец кольцо не надевалось. Потом приподнялся на цыпочки и поцеловал ее в губы. И, не давая Брианне времени опомниться, снова сунул ее руку себе под локоть и с нахальным выражением на лице повернулся к дому. — Итак, моя дорогая, — сказал он, — идемте, объявим всем о нашей помолвке.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману -



Отлично
- Кэтти
30.09.2009, 17.51





отличная книга
- оксана
8.01.2010, 19.50





Очень интересная и жизненная книга. Очень понравилось.
- Natali
30.01.2010, 8.55





Цікаво,яку ви книжку читали, якщо її немає???
- Іра
28.08.2010, 18.37





класно
- Анастасия
30.09.2010, 22.13





мне очень нравится книги Тани Хайтман я люблю их перечитывать снова и снова и эта книга не исключение
- Дашка
5.11.2010, 19.42





Замечательная книга
- Галина
3.07.2011, 21.23





эти книги самые замечательные, стефани майер самый классный писатель. Суперрр читала на одном дыхании...это шедевр.
- олеся галиуллина
5.07.2011, 20.23





зачитываюсь романами Бертрис Смолл..
- Оксана
25.09.2011, 17.55





what?
- Jastin Biber
20.06.2012, 20.15





Люблю Вильмонт, очень легкие книги, для души
- Зинулик
31.07.2012, 18.11





Прочла на одном дыхании, несколько раз даже прослезилась
- Ольга
24.08.2012, 12.30





Мне было очень плохо, так как у меня на глазах рушилось все, что мы с таким трудом собирали с моим любимым. Он меня разлюбил, а я нет, поэтому я начала спрашивать совета в интернете: как его вернуть, даже форум возглавила. Советы были разные, но ему я воспользовалась только одним, какая-то девушка писала о Фатиме Евглевской и дала ссылку на ее сайт: http://ais-kurs.narod.ru. Я написала Фатиме письмо, попросив о помощи, и она не отказалась. Всего через месяц мы с любимым уже восстановили наши отношения, а первый результат я увидела уже на второй недели, он мне позвонил, и сказал, что скучает. У меня появился стимул, захотелось что-то делать, здорово! Потом мы с ним встретились, поговорили, он сказал, что был не прав, тогда я сразу же пошла и положила деньги на счёт Фатимы. Сейчас мы с ним не расстаемся.
- рая4
24.09.2012, 17.14





мне очень нравится екатерина вильмон очень интересные романы пишет а этот мне нравится больше всего
- карина
6.10.2012, 18.41





I LIKED WHEN WIFE FUCKED WITH ANOTHER MAN
- briii
10.10.2012, 20.08





очень понравилась книга,особенно финал))Екатерина Вильмонт замечательная писательница)Её романы просто завораживают))
- Олька
9.11.2012, 12.35





Мне очень понравился расказ , но очень не понравилось то что Лиля с Ортемам так друг друга любили , а потом бац и всё.
- Катя
10.11.2012, 19.38





очень интересная книга
- ольга
13.01.2013, 18.40





очень понравилось- жду продолжения
- Зоя
31.01.2013, 22.49





класс!!!
- ната
27.05.2013, 11.41





гарний твир
- діана
17.10.2013, 15.30





Отличная книга! Хорошие впечатления! Прочитала на одном дыхании за пару часов.
- Александра
19.04.2014, 1.59





с книгой что-то не то, какие тообрезки не связанные, перепутанные вдобавок, исправьте
- Лека
1.05.2014, 16.38





Мне все произведения Екатерины Вильмонт Очень нравятся,стараюсь не пропускать ни одной новой книги!!!
- Елена
7.06.2014, 18.43





Очень понравился. Короткий, захватывающий, совсем нет "воды", а любовь - это ведь всегда прекрасно, да еще, если она взаимна.Понравилась Лиля, особенно Ринат, и даже ее верная подружка Милка. С удовольствием читаю Вильмонт, самый любимый роман "Курица в полете"!!!
- ЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.10.2014, 21.54





Очень понравился,как и все другие романы Екатерины Вильмонт. 18.05.15.
- Нина Мурманск
17.05.2015, 15.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100