Читать онлайн Барабаны осени., автора - Гэблдон Диана, Раздел - Глава 26 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Барабаны осени. - Гэблдон Диана бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Барабаны осени. - Гэблдон Диана - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Барабаны осени. - Гэблдон Диана - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гэблдон Диана

Барабаны осени.

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 26
Мор и чума

Я вышла из дома перед закатом, чтобы навестить моего пациента в амбаре. Ему не стало лучше, но и видимого ухудшения я не заметила; дыхание было все таким же затрудненным, тело пылало жаром. Но на этот раз провалившиеся глаза встретились с моими, когда я вошла в сарай, и не отрывались от моего лица, пока я осматривала несчастного.
Он все также держал амулет из вороньих перьев, крепко зажав его в руке. Я прикоснулась к перышку и улыбнулась больному, потом напоила его. Он пока еще ничего не ел, но выпил немного молока, а потом без возражений проглотил очередную порцию моего жаропонижающего варева. Пока я его осматривала и поила, он лежал совершенно неподвижно, однако когда я потянулась к нему, чтобы положить горячую припарку на его грудь, он вдруг схватил меня за руку.
Другой рукой он ударил себя по груди, как-то странно загудев. На мгновение я застыла в изумлении, но потом поняла, что он имел в виду.
— В самом деле? — сказала я. Взяв пакет с сухими травами для припарки, я высыпала их во влажный лоскут. — Ну что ж, тем лучше. Дай-ка подумать…
Я остановила свой выбор на «Вперед, воины Христовы», и мое исполнение ему, похоже, понравилось; но мне пришлось спеть это трижды, прежде чем он решил, что этого достаточно, и расслабился наконец, слегка покашливая и благоухая камфарой.
Я задержалась перед входом в дом, чтобы тщательно вымыть руки спиртом из прихваченной с собой бутылки. Сама я не боялась заразиться, потому что в детстве мне делали прививку от кори, — но мне совсем не хотелось инфицировать кого-нибудь другого.
— Говорят, по Кросскрику гуляет красная корь, — заметил лорд Джон, выслушав вместе с Джейми мой отчет о состоянии больного. — А правда ли это, миссис Фрезер, что краснокожие по своей природе меньше способны сопротивляться болезням, нежели европейцы, в то время как африканские рабы, наоборот, болеют меньше, чем их хозяева?
— Это зависит от типа инфекции, — ответила я, заглядывая в котел и осторожно переворачивая палкой тыкву, в которой тушилось мясо. — Индейцы более устойчивы к болезням, которые вызывают разные паразиты… ну, к малярии, например… потому что это местные заболевания. А африканцы легче справляются с тропической лихорадкой, поскольку это болезнь их родины, в конце-то концов. Но индейцы не в силах противостоять европейской заразе, такой, к примеру, как оспа или сифилис.
Лорд Джон был явно ошеломлен, и это доставило мне некоторое удовлетворение; он ведь задал свой вопрос явно из простой вежливости, и совершенно не ожидал, что я действительно кое-что знаю.
— Как интересно, — сказал он наконец, и, похоже, действительно заинтересовался. — Вы упомянули о каких-то организмах? Вы имели в виду те, которые описаны в труде мистера Эвана Гунтера о болезнетворных тварях?
Тут уж настала моя очередь удивляться.
— Э-э… не совсем так, нет, — пробормотала я и поспешила сменить тему.
Мы провели достаточно приятный вечер; Джейми и лорд Джон обменивались разными охотничьими и рыболовными историями, а я занялась штопкой чулок.
Вилли и Ян играли в шахматы, и Ян выигрывал, не скрывая своего удовольствия. Его лордство зевнул во весь рот, но, поймав предостерегающий взгляд отца, сделал слабую попытку прикрыть рот ладонью. По его лицу бродила сонная пресыщенная улыбка, и неслучайно: они с Яном после сытного ужина уничтожили еще и здоровенный пирог со смородиной.
Джейми, заметив, что мальчишка уже засыпает, вскинул бровь и посмотрел на Яна, — и племянник тут же послушно поднялся и повел его лордство на ночлег, в сарай, где хранились мои сушеные травы. Минус два, подумала я, решительно отводя взгляд от кровати, — но три в остатке.
Так или иначе надо было решать деликатную проблему сна, и я для себя решила ее, скромно удалившись в сторону кровати и под одеялом переодевшись в ночную рубашку, пока Джейми и лорд Джон сидели, склонившись при свете очага над шахматной доской и допивая остатки виски.
Лорд Джон играл в шахматы куда лучше, чем я, — ну, по крайней мере, я пришла к такому выводу, поскольку партия заняла у них добрый час. Меня Джейми обычно разбивал наголову минут за двадцать. Игроки по большей части молчали, и лишь изредка между ними происходил короткий обмен репликами.
Наконец лорд Джон после очередного хода выпрямился, словно придя мысленно к какому-то решению.
— Я полагаю, здесь, в вашем горном уединении, вас не особенно беспокоят политические страсти? — небрежным тоном произнес он. И тут же снова склонился к доске, сосредоточенно вглядываясь в фигуры. — Я просто завидую вам, Джейми, поскольку вы ушли от всех этих трудностей, с которыми сталкиваются торговцы и владельцы небольших ферм в долинах. Даже если в вашей жизни есть трудности — а их не может не быть в любом случае, разумеется, — вы все равно отчасти находите утешение в мысли о том, что ваш труд значителен и даже героичен.
Джейми громко фыркнул.
— О, да. Очень даже героичен, можете не сомневаться. И в данный момент от меня требуется максимум героизма, чтобы управиться со свиньей в моей кладовке. — Он кивком указал на шахматную доску, вскинув одну бровь. — Вы действительно хотите сделать этот ход?
Грей, прищурившись, посмотрел на Джейми, потом перевел взгляд на доску, и, поджав губы, изучил положение фигур.
— Да, — наконец ответил он с полной уверенностью.
— Черт побери, — пробормотал Джейми и, протянув руку, опрокинул своего короля, сдаваясь.
Грей засмеялся и потянулся к бутылке с бренди.
— Черт побери! — воскликнул он в свою очередь, обнаружив, что та пуста. Джейми расхохотался и, встав, подошел к буфету.
— Глотните-ка немножко вот этого, — предложил он, и я услышала музыкальное бульканье жидкости, наливаемой в чашку.
Грей поднес чашку к носу, понюхал — и тут же оглушительно чихнув, расплескав часть содержимого чашки по столу.
— Это не вино, Джон, — мягко заметил Джейми. — Это можно пить только для опьянения, ясно? Тут нет ни вкуса, ни букета.
— Это я заметил. Господи, что это за зверское пойло? — Грей снова принюхался, на этот раз куда более осторожно, и сделал крошечный глоток.
Он задохнулся, но храбро проглотил напиток.
— Господи, — сказал он снова. Голос у него сел. Он закашлялся, прочищая горло, и бережно поставил чашку на стол, глядя на нее так, словно она могла взорваться. — Стоп, ничего не говорите, — предупредил он Джейми. — Я попробую сам угадать. Это должно со временем стать шотландским виски?
— Лет через десять или около того, — согласился Джейми, наливая небольшую порцию для себя. Он отпил немного, чуть подержал жидкость во рту, проглотил и покачал головой. — В данный момент это просто спирт, вот и все, что о нем можно сказать.
— Да, пожалуй, — признал лорд Джон, отваживаясь на следующий глоток. — Но где вы его достаете?
— Я его сам гоню, — сказал Джейми со скромной гордостью мастера-пивовара. — У меня уже двенадцать баррелей в кладовой.
Светлые брови Грея взлетели до середины лба.
— Ну, если вы не намерены мыть в нем свои сапоги, то спрашивается, для чего вам может понадобиться двенадцати баррелей вот этого?
Джейми рассмеялся.
— Для торговых операций, — пояснил он. — Когда можно продать — продаю. Торговый налог и лицензия на производство спиртного — это одна из тех маленьких политических проблем, которые меня совершенно не тревожат, в силу удаленности моего жилья, — добавил он с откровенной иронией.
Лорд Джон хрюкнул, глотнул еще капельку и поставил чашку.
— Ну, да, пожалуй, вас и вправду может не беспокоит проблема налогов… ближайший чиновник живет в Кросскрике. Но все равно не могу сказать, что это занятие выглядит безопасным. И позвольте спросить, кому вы продаете это сногсшибательное варево? Не краснокожим, надеюсь?
Джейми пожал плечами.
— Разве что в очень малых количествах… одну-две фляжки, очень редко, да и то не продаю, а дарю или меняю на что-нибудь. Не больше, чем может выпить один мужчина.
— Весьма мудро. Вы, полагаю, слышали истории на эту тему. Я разговаривал с одним человеком, который умудрился уцелеть при резне в Мичилимакинаке, это когда шла война с французами. Резню спровоцировало — ну, отчасти, по крайней мере, — большое количество спиртного, попавшего в руки индейцев в том форте.
— Да, я тоже об этом слышал, — сухо сказал Джейми. — Но мы в очень хороших отношениях с окрестными индейцами, да к тому же их тут и не так много, как пришло тогда в форт. И, как я уже сказал, я всегда проявляю предельную осторожность.
— Н-да… — Лорд Джон глотнул еще чуть-чуть и скривился. — Ну, думаю, этим напитком их можно скорее отравить насмерть, чем довести до желания подраться. — И он сменил тему разговора. — Я слышал в Велмингтоне разговоры о некоей группе бунтовщиков, называемых регуляторами, — они терроризируют окраины колонии и ведут себя как настоящие бунтовщики и мятежники. Вы тут с чем-то подобным сталкивались?
Джейми хмыкнул.
— Терроризируют что? Белок? Это же настоящая окраина, Джон, вокруг необжитые места, сплошной лес. Неужели вы не заметили отсутствие жилья, пока добирались к нам?
— Да, я заметил нечто в этом роде, — признал лорд Джон. — Однако до меня дошли и некие слухи, касающиеся вашего пребывания здесь… и отчасти в них утверждалось, что именно благодаря вам сдерживается растущее в этих краях беззаконие.
Джейми рассмеялся.
— Думаю, тут еще не скоро проявится такое беззаконие, которое следовало бы подавлять. Хотя, впрочем, я недавно врезал тут одному фермеру-немцу, который вздумал оскорблять молодую женщину на мельнице, там, на реке… Ему с чего-то почудилось, что она его обвесила при помоле, — хотя ничего подобного не было, и я не смог убедить его в обратном. Но это была моя единственная попытка установить общественный порядок.
Грей искренне развеселился и поднял лежавшего на доске короля.
— Рад это слышать. Не окажете ли мне честь еще одной партией? Думаю, впрочем, что во второй раз мой фокус не пройдет.
Я перевернулась на бок, лицом к стене, и сонно уставилась на бревна. Отсветы пламени, горевшего в очаге, играли на оставленных топором отметинах, бегущих вдоль каждого бревна с равномерностью песчаных волн на пляже.
Я постаралась отвлечься от разговора, продолжавшегося за моей спиной, вместо того пустившись в воспоминания о том, как Джейми снимал кору со срубленных деревьев, о том, как я засыпала в его руках под защитой недостроенных стен, чувствуя, как дом растет вокруг меня, охватывая меня теплом, защищая, и объятия дома сливались с объятиями Джейми. Я всегда успокаивалась, вспоминая эту картину, и даже когда я бродила в одиночестве по горам, я знала, что меня охраняет дом, построенный для меня. Но сегодня и это не помогло.
Меня на самом деле просто мучила ревность; это было чувство, которого я не испытывала много лет, и которое меня испугало. Я перевернулась на спину и закрыла глаза, стараясь не слышать разговор мужчин.
Лорд Джон был просто вежлив со мной. Более того, он человеком весьма интеллигентным… и весьма обаятельным, честно говоря. И слушая, как он разговаривает с Джейми — интеллигентно, умно, очаровательно, — я внутренне сжималась в комок и стискивала кулаки, укрытые одеялом.
«Ты идиотка, — яростно твердила я себе. — Какое тебе дело?» Я попыталась расслабиться, глубоко дыша носом и крепко зажмурив глаза.
Конечно, отчасти причиной был Вилли. Джейми вел себя очень осторожно, но я заметила, с каким выражением он смотрел на мальчика в тот момент, когда думал, что никто этого не заметит. Не только лицо или глаза, но и все его тело выражало радость и гордость, смешанные с чем-то еще… и меня словно ударили прямо в сердце.
Ему не удалось посмотреть вот так на Брианну, своего первого ребенка. И он никогда вообще не увидит ее. Вряд ли он был в этом виноват — но мне все равно все это казалось несправедливым. И в то же время я не вправе была ревновать его к его сыну… и не буду, твердо заявила я себе. Но на самом-то деле взгляд Джейми пробудил во мне желание и самой уставиться на мальчика и не сводить с него глаз, — на это дерзкое, красивое лицо, так похожее на лицо его сестры… но это было моей личной проблемой. Она не имела отношения ни к Джейми, ни к Вилли. И ни к Джону Грею, привезшему мальчика сюда.
Но зачем он его привез? Об этом я думала непрерывно с того самого момента, когда слегка опомнилась от первого шока при его появлении, и об этом я продолжала думать теперь. Какого черта этот человек задумал?
История о плантации могла быть чистой правдой, а могла быть и просто подходящим поводом. Но даже если это и правда, все равно им пришлось сделать уж слишком большой крюк, чтобы появиться в Фрезер Ридже. Чего ради он подверг себя таким трудностям? И такому риску? Вилли был настолько похож на своего отца, что даже Яну это бросилось в глаза, — но если бы этого сходства не было? Или для Грея было так уж важно напомнить Джейми о том, что ему, лорду Джону, тут кое-чем обязаны?
Я повернулась на другой бок и с трудом разлепила веки, чтобы увидеть мужчин все так же склоненными над шахматной доской, — огненная голова и светловолосая голова, — оба полностью поглощены игрой. Грей сделал ход слоном и выпрямился, потирая шею, улыбаясь тому эффекту, который произвел его ход.
Он был интересным мужчиной; стройный, хорошо сложенный, с энергичным чисто выбритым лицом и прекрасным чувствительным ртом, без сомнения, привлекавший внимание женщин.
Грей, пожалуй, владел своим лицом даже лучше, чем Джейми; я ни разу не заметила, чтобы он бросил хоть один подозрительный взгляд. Впрочем, на Ямайке такое однажды случилось, и тогда у меня не осталось ни малейших сомнений относительно тех чувств, которые лорд Джон испытывал к Джейми.
С другой стороны, у меня не было и сомнений по части того, как отнесся к этому Джейми. Ком, застрявший где-то под моим сердцем, слегка размяк, и я глубоко вздохнула. Неважно, что они просидят полночи за шахматами, напиваясь и болтая, — все равно Джейми придет в мою постель.
Я разжала кулаки, и только когда потерла ладони о бедра, осознала, почему я так безумно испугалась появления лорда Джона.
Мои ногти оставили крошечные полумесяцы вмятин на ладонях, тоненькие пульсирующие половинки лун. Многие годы подряд я растирала точно такие же полумесяцы на своих ладонях после каждой вечеринки, после каждого обеда в гостях, каждый раз, когда поздно вечером Фрэнк «задерживался в конторе». Долгие годы я подолгу лежала одна в двуспальной кровати, широко раскрыв глаза в темноте, крепко стиснув кулаки, ожидая, когда же он наконец вернется…
И он возвращался. К его чести надо сказать, он всегда возвращался до рассвета. Иногда я просто поворачивалась к нему спиной, обливая ледяным презрением, а иногда бросала ему яростный вызов, требовательно прижимаясь к нему всем телом, молчаливо требуя, чтобы он избавил меня от подозрений, доказал собственную невиновность собственным телом, — так сказать, испытание битвой. Чаще всего он принимал вызов. Но мне это не помогало.
И ни один из нас никогда не заговаривал об этом при свете дня. Я просто не могла; я не имела права. А Фрэнк молчал; это была его месть.
Иногда между такими эпизодами проходило несколько месяцев, иной раз даже год или больше… и мы мирно жили вместе, не ссорясь. Но потом это случалось снова; таинственный телефонный звонок, слишком подробное объяснение отсутствия, бессонные ночи. Никогда я не замечала ничего столь явного, как запах чужих духов или следы губной помады на его воротнике, — нет, он был очень осторожен. Но я всегда ощущала призрак другой женщины, кем бы она ни была; просто безликая, не имеющая особых примет Она.
Я знала, что ее личность не имеет ровно никакого значения… тем более, что их было несколько. Важно было лишь то, что это была Она, а не я. А мне оставалось только лежать в темноте, стискивая кулаки так, что на ладонях у меня оставались глубокие красные отпечатки ногтей, маленькие болезненные полумесяцы…
Голоса, гудящие у очага, начали понемногу замирать, разговор шел с большими паузами; теперь я по большей части слышала лишь негромкий стук шахматных фигур при очередном ходе.
— Вы довольны своей нынешней жизнью? — спросил вдруг лорд Джон.
Джейми ответил не сразу. Но потом наконец произнес тихо:
— У меня есть все, чего может пожелать мужчина. У меня есть земля и честная работа. Моя жена рядом со мной. И я знаю, что мой сын живет в безопасности и о нем хорошо заботятся. — Он поднял голову и посмотрел на Грея. — И у меня есть хороший друг. — Он протянул руку, на мгновение сжал пальцы лорда Джона и тут же отпустил их. — Мне нечего желать.
Я решительно закрыла глаза и принялась считать овец.
* * *
Еще до рассвета меня разбудил Ян, склонившийся над кроватью.
— Тетя, — негромко сказал он, положив руку мне на плечо, — тебе бы лучше пойти туда; тот человек в амбаре, ему, похоже, очень плохо.
Я машинально вскочила, еще не до конца проснувшись, набросила плащ и босиком выбежала из дома следом за Яном, прежде чем мое сознание начало нормально функционировать. Впрочем, в данном случае особое искусство диагноста было и ни к чему; я услышала глубокое прерывистое дыхание еще с расстояния в десяток футов от больного.
Юный граф маячил в дверном проеме, и его тонкое лицо выглядело бледным и испуганным в серых рассветных сумерках.
— Убирайся отсюда, — резко прикрикнула на него я. — Тебе нельзя подходить к нему, и тебе, Ян, тоже… марш оба в дом, принесите мне горячей воды из котла, мой ящик и чистые тряпки.
Вилли мгновенно сорвался с места, страстно желая оказаться как можно дальше от ужасных звуков, доносившихся из сарая. Ян помедлил немного, и лицо у него было встревоженное.
— Я не думаю, что ты сумеешь как-то ему помочь, тетя, — негромко сказал он. Он посмотрел мне прямо в глаза, и в его глазах я увидела совсем не юношеское глубокое понимание.
— Вполне возможно, и не сумею, — ответила я тем же словом. — Но я не могу оставаться не у дел.
Он глубоко вздохнул и покачал головой.
— Да… Но я думаю… — Он слегка замялся, но я ободряюще кивнула, и он продолжил: — мне кажется, тебе не следует мучить его лечением. Он ведь умирает, тетя; мы ночью слышали, как сова ухала… и он тоже наверняка ее слышал. А это для индейцев верный знак смерти.
Я посмотрела в темную глубь сарая, закусив губы. Дыхание уже стало поверхностным и свистящим, и между вздохами тянулись пугающе долгие паузы. Я снова посмотрела на Яна.
— Что индейцы делают, когда кто-то находится при смерти? Ты знаешь?
— Поют, — просто ответил племянник. — И еще шаман рисует на лице умирающего, да, и поет, чтобы душа благополучно выбралась из этого мира, чтобы ее не ухватили по дороге демоны.
Я колебалась; моя внутренняя потребность делать хоть что-нибудь вступила в противоречие с убеждением, что любые действия сейчас уже не имеют смысла. Имею ли я право лишить этого человека покоя в момент смерти? Хуже того, вправе ли я позволить ему испугаться того, что его душа потеряется где-то из-за моего вмешательства?
Ян не стал ожидать окончательного результата моих внутренний борений. Он наклонился и наскреб пальцами немного влажной земли, плюнул на нее и растер между пальцами. Не говоря ни слова, он обмакнул указательный палец в эту жижу и провел вертикальную линию посередине моего лба по переносице.
— Ян!..
— Тсс! — прошипел он, сосредоточенно хмурясь. — Да, думаю, примерно так. — Он добавил еще две линии, горизонтальные, на скулах, и волнистую на подбородке. — Примерно так, насколько я помню. Я только один раз такое видел, да то издали.
— Ян, но это же не…
— Тсс! — снова предостерег меня он, сжимая мою руку заставляя замолчать. — Иди к нему, тетя. Он тебя не испугается, он тебя уже знает, привык, ведь так?
Я стерла каплю грязи с кончика носа, чувствуя себя полно и абсолютной идиоткой. Но времени на споры у меня просто не было. Ян слегка подтолкнул меня, и я повернулась к двери сарая. Я шагнула в полутьму пустого амбара, подошла к индейцу, наклонилась над ним и прикоснулась к его руке. Кожа у него была горячая и сухая, рука висела безвольно, как тряпка.
— Ян, ты можешь поговорить с ним? Спросить его имя, объяснить, что все будет в порядке?
— Ты не должна называть его имени, тетя. Это привлечет злых духов.
Ян слегка откашлялся и произнес несколько слов на мягком щелкающем языке, причем голос у него вдруг начал выходить откуда-то из самого низа живота. Рука, которую я осторожно сжимала в своих пальцах, едва заметно шевельнулась. Мои глаза уже привыкли к темноте, и я увидела, что на лице индейца отразилось легкое удивление, когда он увидел полосы грязи на моей физиономии.
— Пой, тетя, — тихо, но очень настойчиво произнес Ян. — Хотя бы «Tantum ergo», это будет немножко похоже на то, что нужно.
В конце концов, мне все равно ничего больше не оставалось. И я, чувствуя себя совершенно беспомощной, начала:
Tantum ergo, sacramentum
Через несколько секунд мой голос окреп и я уселась на собственные голые пятки, медленно выводя слова и держа при этом индейца за руку. Его лицо расслабилось, и в глазах появилось нечто похожее на покой… ну, во всяком случае, мне так показалось.
Я много раз видела смерть — смерть от несчастных случаев, от ран на поле боя, от болезней или просто от старости, и знала, что у людей было к ней весьма разнообразное отношение — от философского или религиозного смирения до яростного, безумного протеста. Но я никогда не видела, чтобы человек умирал так, как этот краснокожий.
Он просто ждал, глядя на меня, пока я не допела до конца свою песню. Потом повернулся лицом к двери, и когда солнечный луч коснулся его, дух покинул тело, не шевельнувшее ни единой мышцей, не испустившее последнего вздоха.
Я сидела рядом с ним, застыв как неживая, держа его вялую руку, пока вдруг не заметила, что почему-то сдерживаю дыхание…
Воздух вокруг меня показался мне странно неподвижным, и время как будто бы остановилось на несколько мгновений. Но это ведь и в самом деле так, подумала я, заставив наконец себя вздохнуть. Время остановилось для этого индейца, остановилось навсегда.
* * *
— Но что нам теперь полагается с ним делать?
Для нашего гостя мы уже сделать ничего не могли, так что в данный момент оставался только один вопрос: как лучше всего обойтись с его бренными останками?
Я тихонько переговорила с лордом Джоном, и он, забрав Вилли, отправился вместе с ним наверх, к самому гребню, собирать позднюю землянику. Пока что смерть индейца оставалась для мальчика неким слегка печальным событием, не более того, и я не хотела, чтобы Вилли увидел тело. Это могло оказаться слишком тяжелым зрелищем для ребенка, совсем недавно, всего несколько месяцев назад, видевшим смерть своей матери. Да и лорд Джон казался несколько расстроенным… вот я и подумала, что солнечный свет и свежий воздух помогут им обоим.
Джейми хмурился и то и дело тер ладонью подбородок. Он еще не брился, и щетина под его рукой чуть слышно шуршала.
— Мы ведь должны его похоронить, правильно? — задумчиво сказал он.
— Ну, полагаю, мы и вправду не можем оставить его просто лежать в амбаре, да, но не станут ли его соплеменники возражать против того, чтобы мы похоронили его где-то тут? Ян, ты что-нибудь знаешь о том, что они делают со своими покойниками?
Ян выглядел слегка бледновато, но на удивление хорошо владел собой.
— Не то чтобы я много знал, тетя… Но один раз я видел, как умер индеец, я ведь говорил тебе. Они его завернули в оленью шкуру и понесли вокруг деревни, это была целая процессия, и при этом пели. Потом отнесли тело в лес, положили на такую специальную платформу, подвешенную довольно высоко, и оставили его там, чтобы оно высохло.
Джейми, похоже, совсем не был очарован идеей иметь в окрестностях собственной фермы мумифицированный труп, висящий где-то в лесу среди ветвей.
— Знаешь, я думаю, может, нам как следует завернуть тело, чтоб прилично выглядело, и отвезти в его деревню? Пусть бы его родственники и соплеменники сами сделали все, что полагается в таких случаях.
— Нет, ты не можешь этого сделать. — Я достала противень с только что испеченными булочками из духовки, отломила тонкий прутик от метлы и проткнула одну из булочек. Прутик оказался совершенно сухим, булочки пропеклись как следует, так что я поставила противень на стол и сама наконец села. И рассеянно уставилась на миску с медом, светившимся нежным золотом в лучах утреннего солнца. — Проблема в том, что труп инфицирован, почти наверняка. Ты до него не дотрагивался, Ян? — Я посмотрела на племянника, и он отрицательно покачал головой. Вид у него был грустный.
— Нет, тетя. После того, как он тут у нас заболел — нет, не дотрагивался. А до того — не помню. Мы же все вместе охотились.
— А корью ты в детстве не болел. Черт, пропади все пропадом… — Я запустила пальцы в волосы. — А ты? — спросила я Джейми. К моему облегчению, он кивнул.
— Да, болел, когда мне было лет пять или около того. А ты говоришь, человек не может заболеть этой болезнью во второй раз. Значит, со мной ничего не случится, если я дотронусь до тела?
— Нет, ничего, и со мной тоже. Но беда-то в том, что мы не можем отвезти его в деревню. Я не знаю, как долго сохраняет жизнеспособность бактерия кори… ну, это такой микроб… он ведь может остаться в одежде или на самом трупе, но разве мы сумеем объяснить индейцам, что они не должны прикасаться к покойному, и что даже подходить близко к нему нельзя? А разве мы можем рисковать, что вся деревня заразится?
— Что меня лично беспокоит, — внезапно вмешался Ян, — так это то, что он совсем не из Аннэ Оока, он из какой-то деревни дальше к северу. Если мы тут его просто закопаем по-своему, его сородичи могут прослышать об этом и подумать, что мы сами каким-то образом довели его до смерти, и закопали, чтобы скрыть это.
Подобная устрашающая возможность мне даже и в голову не приходила, так что от слов Яна меня пробрало холодом, как будто чья-то ледяная рука вцепилась в мою шею.
— О, нет, ты же не думаешь, что такое действительно может случиться!
Ян пожал плечами, разломил горячую булочку и, зачерпнув ложкой меду, вылил его в горячую, исходящую паром сердцевину.
— Люди Накогнавето доверяют нам, но Майерс говорил как-то, что к другим индейцам это вряд ли относится.
Учитывая то, что основная часть племен тускара была истреблена во время жестокой, кровопролитной войны с поселенцами Северной Каролины около пятидесяти лет назад, я подумала, что у индейцев, пожалуй, есть все основания к недоверию. Но это ничуть не могло помочь в решении насущных проблем в данный момент.
Джейми проглотил последнюю булочку из своей доли и удовлетворенно вздохнул.
— Ну, ладно. Думаю, мы можем завернуть беднягу в нечто вроде савана и положить его в ту маленькую пещеру, что выше по склону. У меня заготовлены столбики для изгороди вокруг конюшни, мы их вобьем там, на поляне, чтобы до него зверье не добралось. А потом Ян или, может, я сам прогуляемся до Аннэ Оока, объясним все самому Накогнавето. Может, он пошлет кого-нибудь к нам, чтобы осмотреть тело и удостовериться, что никто из нас их парня не убивал… ну, а потом можно будет и похоронить его.
Прежде чем я успела хоть слово ответить на это предложение, я услышала, как кто-то подбежал к двери. Я оставила ее открытой, чтобы проветрить дом. Я обернулась — и увидела бледного и растерянного Вильяма.
— Миссис Фрезер! Пожалуйста, не могли бы вы пойти со мной? Папе плохо…
* * *
— Он что, подхватил заразу от индейца? — спросил Джейми. Он, нахмурившись, всматривался в лорда Джона, которого мы уже раздели до пояса и уложили на кровать. Лицо лорда то бледнело, то вспыхивало жаром, — но ведь то же самое было с ним и вчера, однако я отнесла все на счет эмоционального расстройства…
— Нет, от индейца он не мог подхватить. У кори инкубационный период от недели до двух. Где вы с ним были… — Я повернулась к Вилли, но тут же махнула рукой, давая мальчику понять, что ответ не нужен. Они ведь проделали долгий путь; и теперь нельзя было с уверенностью сказать, где именно Грей подхватил инфекцию. Обычно на постоялых дворах этой эпохи путешественники спали по несколько человек в одной кровати, а одеяла менялись очень редко; любой мог запросто оказаться бок о бок с больным, и утром встать с любой болезнью, от кори до гепатита.
— Вы говорили, что в Кросскрике началась эпидемия кори, верно? — Я положила руку на лоб Грея. У меня был немалый опыт, я давно научилась определять лихорадку с одного прикосновения, и теперь могла с уверенностью утверждать, что температура у лорда Джона — градусов тридцать девять, не меньше. Плохо.
— Да, — хрипло ответил он. — Что, у меня корь? Вы должны держать Вилли подальше от меня.
— Ян… уведи Вилли на улицу, если тебе нетрудно. — Я отжала лоскут, смоченный в настое цветков бузины, и обтерла его лицо и шею. На коже лорда Джона пока что не видно было сыпи, но когда я заставила его открыть рот, то увидела отчетливое высыпание внутри, на слизистой.
— Да, вы подхватили корь, — сказала я. — Вы давно чувствуете недомогание?
— У меня заметно кружилась голова вчера вечером, когда я ложился спать, — ответил он и снова кашлянул. — И я проснулся с жуткой головной болью посреди ночи, но подумал, что это просто из-за так называемого виски, которым меня напоили. — Он с трудом улыбнулся Джейми. — Ну, а утром… — Он чихнул, и я поспешно схватила свежий носовой платок и приложила к его носу.
— Ну, хорошо. Попытайтесь немного поспать. Я сейчас приготовлю настой ивовой коры, он должен немного облегчить головную боль. — Я выпрямилась и жестом показала Джейми, чтобы он вышел со мной наружу. — Нельзя допустить, чтобы Вилли находился рядом с ним, — сказала я, понизив голос, потому что Вилли с Яном находились неподалеку, у лошадиного загона, нагружая сеном кормушки. — Или Ян. Он сейчас очень опасен в смысле заразности.
Джейми нахмурился.
— А, ну да. Но ты говорила еще и об инкубационном…
— Да, верно. Ян мог уже заразиться от покойного индейца, а Вилли мог подхватить заразу там же, где и лорд Джон. Они оба и в самом деле могут быть уже больны, просто болезнь еще не проявила себя. — Я посмотрела на двух парнишек; оба они выглядели отменно здоровыми, как и лошади, которых они кормили. — Знаешь, я думаю… — я несколько замялась, мысленно формулируя смутно прорезавшуюся у меня идею. — Я думаю, что тебе, пожалуй, лучше пока устроиться вместе с мальчиками вне дома… вы могли бы ночевать в сарае с травами, или устроить шатер в роще. Надо выждать день или два; если Вилли; заразился — то есть если он подхватил инфекцию там же, где и лорд Джон, — он скорее всего за это время уже сляжет. Если не заразился — за два дня и это прояснится. Если же с ним все в порядке, тогда ты сможешь взять его с собой в Аннэ Оока, чтобы рассказать Накогнавето об умершем индейце. И Вилли окажется вне опасности.
— А Ян может остаться здесь, чтобы помогать тебе? — Джейми нахмурился, размышляя. — А, да, полагаю, так и надо сделать.
Он повернулся и посмотрел на Вилли. Хотя Джейми умел хранить абсолютно бесстрастное выражение лица, когда того хотел, я все-таки достаточно хорошо его знала, чтобы заметить проблеск чувств, мелькнувших в его глазах.
В складке между его бровями читалась тревога — тревога за Джона Грея, и, пожалуй, за меня и за Яна. Но было и еще что-то, совсем другое… некое любопытство, смешанное с опасением, подумала я, — и это уже относилось к перспективе провести несколько дней наедине с мальчиком.
— Если он до сих пор ничего не заметил, то вряд ли и теперь это случится, — мягко сказала я, кладя руку на его плечо.
— Да, — буркнул он, отворачиваясь от Вилли. — Да, я думаю, это ничем не грозит.
— Ну, не зря же говорят, что нет худа без добра, — сказала я. — Ты сможешь поговорить с ним обо всем на свете, и это не покажется странным. — Я немного помолчала. — Но до того, как вы отправитесь, надо сделать еще одно дело.
Джейми прикрыл ладонью мою руку, все еще лежавшую на его плече, и улыбнулся, глядя на меня сверху вниз.
— Да, и что же это за дело?
— Выгони свинью из кладовой, очень тебя прошу!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Барабаны осени. - Гэблдон Диана

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1Глава 2

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 3Глава 4Глава 5

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

Глава 14Глава 15Глава 16

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

Глава 17Глава 18

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

Глава 19Глава 20Глава 21Глава 22Глава 23Глава 24Глава 25Глава 26Глава 27Глава 28Глава 29

Ваши комментарии
к роману Барабаны осени. - Гэблдон Диана



а где продолжение????
Барабаны осени. - Гэблдон Диананаталья
21.05.2014, 15.06





льлшщь
Барабаны осени. - Гэблдон Дианаооо
7.09.2014, 17.26





Продолжение книги "Стрекоза в янтаре" идёт книга под названием "Путешественница". Её на этом сайте пока нет.
Барабаны осени. - Гэблдон ДианаLena
28.10.2014, 10.57





Произведение захватывает историческими событиями Шотландии и все, что связано с историей того периода времени....(быт, культура, традиции, межличностные отношения. Очень интересный и впечатляющий роман, но хотелось бы большей последовательности в книгах. Читала с интересом, но не зная, какая книга идёт за предыдущей?
Барабаны осени. - Гэблдон ДианаОЛЬГА
11.03.2015, 9.20





Последовательность книг (каждая книга имеет 2 части):rn1.чужестранкаrn2.стрекоза в янтарьrn3.путешественница rn4.барабаны осени rnrnОстальные книги еще не переведены
Барабаны осени. - Гэблдон ДианаМария
25.02.2016, 6.57





Переведены все книги , ищите на других сайтах . А можете посмотреть сериал , очень интересно . Очень достоверный , но жестоко .
Барабаны осени. - Гэблдон ДианаMarina
25.02.2016, 7.09





Пишут , что в фильме много несоответствий книге , так это проблема всех фильмов . В целом весь фильм по книге , если сильно не придираться . Мне понравился .
Барабаны осени. - Гэблдон ДианаMarina
25.02.2016, 7.16








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100