Читать онлайн Рапсодия, автора - Гулд Джудит, Раздел - Глава 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Рапсодия - Гулд Джудит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 2.14 (Голосов: 2711)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Рапсодия - Гулд Джудит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Рапсодия - Гулд Джудит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гулд Джудит

Рапсодия

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 22

Прага
Прага показалась ему волшебной сказкой, чудесным сном, сбывшейся мечтой. Он словно оказался в древних веках. Город, расположенный по берегам Влтавы, соединенный пятнадцатью мостами, завораживал своими прекрасными зданиями, куполами, шпилями и башнями.
Вначале дорога из аэропорта разочаровала Мишу типовыми блочными зданиями, тянувшимися по обеим сторонам. Эти утилитарные жилища рабочих, казалось, переехали сюда прямо из Москвы, из того жуткого района, в котором когда-то их с родителями принудили жить. Какое мрачное напоминание о сорока годах коммунистического правления здесь, в Чехии! Однако как только он увидел сам город, впечатление сразу изменилось. Город остался практически нетронутым. Он прекрасен, в точности такой, как ему описывали.
В аэропорту Мишу встретил молодой человек по имени Карел, посланец Чешского филармонического оркестра. По дороге в город он без остановки говорил о возрождении Праги после падения Берлинской стены и о «бархатной революции».
Миша остановился в прекрасно отреставрированном отеле «Палас». У стойки регистратора его ждал сюрприз — бокал шампанского в подарок от администрации.
— Для пас оставили записку, мистер Левин, — сообщила улыбающаяся девушка за стойкой.
— Спасибо.
Миша взглянул на записку. От Манни. Он прилетел рейсом раньше и теперь вел деловые переговоры. Миша сунул записку в карман. Обернулся к Карелу:
— Спасибо за помощь. С остальным я справлюсь сам. Карел огорченно вздохнул. Он-то надеялся, что сможет поближе узнать знаменитого Майкла Левина.
— Но… как же… вам ведь понадобится гид… переводчик…
— Не обязательно. У меня много работы. Еще раз большое спасибо.
Он, конечно, очень доброжелательный человек, этот Карел, но без посторонних глаз работается гораздо лучше.
— Счастлив был познакомиться, мистер Левин. Если я смогу вам быть еще чем-нибудь полезен, скажите в администрации оркестра. Он повернулся и направился к выходу.
— Ах да, Карел! Тот обернулся.
— Пожалуйста, оставьте машину с шофером. Они мне могут понадобиться.
Карел улыбнулся, кивнул и вышел из отеля.
Машина с шофером значительно ускорит все передвижения. А ему надо многое успеть за короткое время. Прежде всего Концертный зал имени Дворжака. Там он должен играть завтра вечером с Чешским филармоническим оркестром. Теперь он уже знает многие концертные залы мира, однако в Праге не играл еще ни разу. У каждого концертного зала свои особенности. Он должен их изучить перед концертом, чтобы добиться идеального звучания, как и всегда.
Миша поднялся к себе в номер. Дал на чай услужливому мальчику-посыльному. Огляделся. Комнаты просторные, обстановка приятная. Большие мягкие полотенца в ванной, сушка для волос, кабельное телевидение. Похоже, здесь изо всех сил стараются не отстать от Запада.
Он быстро распаковал чемоданы, принял душ. Надел рабочую одежду — черные брюки, свитер с высоким воротом, удобные черные туфли, длинное черное кашемировое пальто, шарф. Взял перчатки, сунул в карман ключ от номера и вышел. По дороге разглядывал город из окна машины. Великолепные улицы и площади, мощенные брусчаткой, неповторимые здания. Готика, ренессанс, барокко и рококо. Но иногда попадаются и шедевры в современном стиле. Через несколько минут они подъехали к дворцу Рудольфинум на площади Яна Палаха, грандиозному зданию в стиле неоренессанс, названному в честь неудачливого кронпринца Майерлинга. Здание украшали статуи композиторов, скульпторов, художников и архитекторов. Неудивительно, что этот дворец называют храмом прекрасного. Миша почувствовал, что и его вдохновляет эта красота.
В одной из колоннад Концертного зала имени Дворжака его обступила толпа восторженных почитателей. Администраторы, музыканты, дирижеры и просто служащие взирали на него с благоговением, с энтузиазмом выражая свой восторг.
Миша раскланивался, отвечал любезностями, однако много времени тратить на это не стал. Через несколько минут он уже принялся за работу. Вначале проверил свой любимый концертный рояль «Стейнвей», потом поговорил с настройщиком Дэвидом Грегори, который путешествовал вместе с роялем. Слава Богу, здесь проблем никаких. Во всех поездках его всегда страшило, что с любимым роялем что-нибудь случится и тогда придется играть на незнакомом инструменте или, хуже того, на рояле низшего класса. После того как Дэвид покончил с настройкой, Миша для пробы взял несколько звуков, сначала один, потом с оркестром. Наконец началась долгая репетиция.
Через пару часов, выпив несколько чашек крепкого, но восхитительного чешского кофе, он наконец почувствовал, что удовлетворен. Еще одна репетиция завтра утром, и можно считать, что к концерту он готов.
Миша вышел на холодную темную улицу, где ждала машина.
— Отель «Палас», — сказал водителю Яну. Он чувствовал, что совсем выдохся и вдобавок проголодался. Пожалуй, рискнет заказать что-нибудь в номер, а потом — спать. Но ни то ни другое не сбылось. В вестибюле отеля его встретил Манни.
— Ну, старина, как идут дела?
— Нормально. Думаю, к завтрашнему вечеру все будет готово. А где Саша? Он что, не приехал?
— Нет. Слишком много дел в Нью-Йорке. Не знаю толком, что именно. Контракты, наверное, и еще что-нибудь. Ты свободен сегодня вечером?
— Я очень устал, Манни. Закажу что-нибудь перекусить в номер и сразу улягусь в постель.
Манни помрачнел, но лишь на мгновение.
— Послушай, Миша, тут есть один человек, с которым ты обязательно должен познакомиться.
— Да? И кто же это?
На самом деле Мишу это не слишком интересовало, просто захотелось послушать, что скажет Манни.
— Помнишь, мы говорили о том, чтобы привлечь какого-нибудь первоклассного фотографа, для того чтобы сделать снимки на обложки новых компакт-дисков?
— Помню. И что же?
Манни восторженно потирал руки. Глаза его сверкали.
— А вот угадай что, старичок. Произошло невероятное совпадение!
. — Ну говори же, Манни. Я устал и хочу лечь спать.
— В этом же отеле сейчас остановилась… кто бы ты думал? Сирина Гиббонс! Та самая Сирина Гиббонс. Ну, ты знаешь, знаменитый фотограф. Она здесь снимает показ мод.
Миша кивнул. Конечно, он слышал о Сирине Гиббонс. Да и кто о ней не слышал? Он даже видел некоторые ее снимки в журналах. В основном фотографии знаменитостей. Фотографии хорошие, насколько ему помнится. Но о ней самой он ничего не знает.
— Я думаю, — с жаром продолжал Манни, — она именно тот человек, который нам нужен. Да нет, я просто это знаю! Она великолепный фотограф… и очаровательная женщина. Миша, ты ее полюбишь, я уверен.
— Не сегодня, Манни.
— Но она уже ждет нас наверху!
Миша не сводил с него пристального взгляда. В такие минуты ему хотелось задушить Манни своими собственными руками. Однако он не мог не признать, что его энтузиазм заразителен.
— Выпьем по рюмочке и поговорим, не больше десяти минут, — продолжал уговаривать Манни. — Она знает, что у тебя завтра концерт, и не собирается долго тебя задерживать. Ну пойдем же. Всего на десять минут. Ну ради меня!
Миша тяжело вздохнул.
— Ты никак не можешь оставить меня в покое.
— Ну всего каких-нибудь десять минут. Больше я ничего не прошу.
Миша с тяжелым вздохом кивнул:
— Десять минут, и ни секундой больше.
— Прекрасно, старик! Обещаю, ты не пожалеешь.
Нет, он не пожалел. Ни на одну секунду. Сирина Гиббонс оказалась самой прекрасной, самой обворожительной женщиной, какую он когда-либо видел в своей жизни. Лицезреть ее — истинное удовольствие. Если бы он увидел ее на улице, решил бы, что она ультрамодная фотомодель. Никак не подумал бы, что она первоклассный фотограф и работает по другую сторону фотокамеры. Высокая — почти шесть футов ростом на каблуках, — с длинным торсом, длинными изящными ногами, роскошными иссиня-черными волосами, спадающими ниже плеч, с безупречной, слегка загорелой кожей, составляющей разительный контраст с этими темными как ночь волосами. Огромные карие глаза искрятся озорством, любознательностью, живым интересом. Полные «чувственные губы, высокий лоб, лебединая шея. Лицо словно выточено искусным резцом: выдающиеся скулы, чуть удлиненный прямой нос, идеальной формы подбородок. И на удивление, на этом лице почти нет косметики. Во всяком случае, он ее не заметил.
В отличие от многих красивых женщин она словно и не замечала свою красоту. Носила ее с легкостью, как удобное платье, и, по-видимому, совсем над ней не работала. А возможно, и не сознавала, насколько она обворожительна. Наблюдая за тем, как она легко двигается по своему номеру, готовя для них напитки, Миша подумал, что в детстве она наверняка вела себя как мальчишка-сорванец. Эти быстрые точные движения, эти крупные шаги совсем не девичьи и не подобают леди. Однако самая завораживающая ее черта — и самая будоражащая воображение — заключалась в чем-то таком, чего Миша не мог бы точно определить. Ее окружала какая-то аура… атмосфера почти осязаемой физической чувственности, удивительным образом сочетавшейся с внутренней интеллигентностью.
В ходе их знакомства, которое растянулось от первоначальных десяти минут до двух часов, Миша открыл в Сирине Гиббонс множество других, еще более удивительных качеств, каких никогда бы не мог заподозрить в женщине, да еще столь прекрасной.
Во-первых, она оказалась на редкость земным существом, порой даже приземленным, приниженным. Никакой деланности, никакой претенциозности, характерной для многих красивых женщин. И что еще более поразительно, она оказалась на удивление честным человеком, как с самой собой, так и с другими. Редчайшее качество, удивительное и завораживающее. Как и все в ней.
Теперь он понял, почему она приобрела такую популярность в качестве фотографа. Она обладала редким внутренним чутьем, составлявшим часть ее внутренней интеллигентности, которую он сразу ощутил. Опираясь на это чутье, она и смотрела на окружающий мир. Сирина сразу сообщила, что образование ее оставляет желать лучшего, однако Миша с первых слов распознал в ней природный ум и редкостную восприимчивость. Она почти ничего не понимает в классической музыке, честно призналась Сирина, но очень хочет научиться понимать, если это возможно.
— Если мы решим, что я буду вас снимать, — произнесла она своим притягательным хрипловатым голосом, — то вам придется заняться моим образованием.
Сирина сделала глоток зеленого чая с женьшенем и медом. Миша не сводил с нее глаз.
— И как вы себе это представляете?
— Ну, для начала я бы послушала вашу игру. Стыдно признаться, — добавила она совсем тихо, — но я ни разу вас не слышала.
— Ничего страшного, Сирина. Не все должны быть поклонниками классической музыки.
— Я очень рада, что вы так думаете. В любом случае мне надо знать, каких композиторов вы предпочитаете, какой тип музыки. Ну, например, Баха или Бетховена? Какие ваши любимые концертные залы?
— Но зачем вам все это знать? Вам же нужно будет всего-навсего сделать несколько фотографий.
Сирина улыбнулась, обнажив идеальные белые зубы.
— Это же очевидно. Я должна узнать о вас как можно больше. Только так я смогу сделать по-настоящему хорошие фотографии. Чем лучше я вас узнаю, тем лучше получатся снимки. По крайней мере таков мой опыт.
Миша кивнул:
— Да, в этом есть смысл. Но это ведь гораздо сложнее, чем просто прийти в студию, сесть перед фотоаппаратом и улыбнуться. Ну, или, например, принять задумчивый или грустный вид.
Сирина рассмеялась. Какой необыкновенный смех!.. Горловой, чувственный, волнующий.
— Согласна, это намного сложнее. Если, конечно, хочешь получить по-настоящему хорошие снимки.
Она взглянула на его пустой стакан.
— Давайте я вам еще налью. И себе тоже. А вам, Манни?
— Нет, спасибо.
Миша наблюдал за ее быстрыми решительными движениями. Вот она поднялась на ноги, взяла его стакан, широкими шагами прошла к мини-бару. Облегающие кожаные брюки обрисовывали ее тугие ягодицы, черный свитер не скрывал упругую полную грудь. Да, несмотря на изящную худощавость, все изгибы и выпуклости у нее на месте. Это точно.
Манни поймал его взгляд. Подмигнул. Чувственные вибрации, возникшие между Сириной и Мишей, от него не укрылись.
Не обращая на него внимания, Миша снова перевел взгляд на Сирину.
— Могу я вам чем-нибудь помочь?
— Нет, спасибо, я справлюсь. Ах, черт!.. — Она рассмеялась своим хрипловатым чувственным смехом. — Пролила виски!
Миша поспешно вскочил с места, прошел к мини-бару. Взял полотенце и начал вытирать лужицу на ковре.
— Дайте мне. Это же я сделала.
— Все нормально.
Миша яростно тер ковер. Через минуту выпрямился, внимательно осмотрел то место, где была лужа.
— Все, пятна нет.
Он отдал ей полотенце, коснувшись своими длинными музыкальными пальцами ее руки. Сирина непроизвольно вздрогнула. Миша испуганно вскинул глаза и увидел, что лицо ее вспыхнуло яркой краской под легким загаром.
Она почувствовала то же самое, что и он… То же захватывающее ощущение, предвещающее… Что? С самого первого взгляда его потянуло к ней. Она влечет его, как сирена. Он чувствует себя беспомощным перед ее очарованием. Словно околдованный. Это чисто физическая реакция, уговаривал он себя. Но такой он еще не испытывал ни с кем.
Они вернулись обратно за стол. Манни взглянул на Мишу. Подавил зевок. Поднялся с места.
— Надеюсь, вы меня извините. У меня завтра рано утром деловая встреча. — Он протянул руку Сирине. — Счастлив был познакомиться.
Она тоже начала подниматься с места. Манни остановил ее:
— Нет-нет, не вставайте. Я сам могу дойти до двери. — Он обернулся к Мише: — Продолжайте без меня. А я — в кровать. Завтра у меня трудный день.
Миша поднял на него глаза. Повернулся к Сирине. Она ответила понимающим взглядом, улыбнулась.
— Ну хорошо. — Он не сводил глаз с Сирины. — Выспись как следует, Манни.
Манни вышел из номера, тихонько прикрыв за собой дверь. Миша подошел к дивану, на котором сидела Сирина.
— Не возражаете? — Он указал на подушку рядом с ней.
— Пожалуйста.
Он сел, положил руку на спинку. Повернулся к ней.
— Хорошо, что мы остались одни.
Он ощущал возбуждающий аромат, исходивший от нее, чувствовал, как участился ее пульс. Она кивнула:
— Да… это хорошо.
Он заметил выжидательное выражение на ее лице. Осторожно обнял за плечи, привлек к себе, глядя в ее глаза. Она отреагировала моментально. Прижалась к нему, не спуская с него глаз. Губы их встретились. Они целовались все более яростно и страстно, с каждой секундой ощущая все больший голод. Им показалось, что предвкушение продолжалось целую вечность, однако уже через несколько минут они лихорадочно раздевали друг друга у нее в спальне. Сбросили одежду на пол. Стояли друг перед другом обнаженные, впитывая красоту собственных тел. Однако желание оказалось слишком сильным. Долго выдержать они не могли. Опустились на постель, слившись в объятии, сплетя руки, впившись губами в губы. Ласкали друг друга руками, губами, языком.
Он вошел в нее стремительно и в то же время нежно. У Сирины перехватило дыхание. Она притянула его к себе. Он проникал в нее все глубже и глубже. Услышал стон наслаждения, сорвавшийся с ее губ. Ощутил, как в глубине его существа нарастает мощный шквал. Почувствовал себя всемогущим. Он в состоянии дать ей наслаждение, он ее завоевал, он обладает этим удивительным существом. Он вонзался в нее изо всех сил. Дрожь сотрясала ее тело. Она извивалась под ним, словно в судорогах.
— О, Майкл… О, Майкл! Я… я…
Она громко вскрикнула. С глухим стоном Миша изаерг в нее свое семя. Обессиленный, опустился на нее, покрывая поцелуями, прижимая ее к себе так, словно не собирался отпускать никогда.
Потом они лежали молча, глядя друг на друга в тусклом свете. Длинные пальцы Миши гладили ее прекрасное тело. Он целовал ее волосы, лицо, шею. Сирина никогда еще не чувствовала себя такой желанной. И сама никогда раньше не испытывала такого желания ни к кому. Она гладила его длинные черные волосы, сильные плечи и грудь, отвечала на его поцелуи, вдыхая неповторимый мужской запах. Заглянула ему в глаза.
— Это было похоже на мазурку.
— Престиссимо.
— Да, что-то вроде. Уж слишком стремительно. Закончилось, не успев начаться.
— Ты разочарована?
Он сжал ее плечи. Знал, что она не разочарована. Страсть захватила ее с такой же силой, как и его.
— О нет! Это было чудесно. — Рука ее скользнула вниз по его животу, вниз, к тому, что составляло его мужскую гордость. — Просто чудесно.
Миша заглянул в ее карие глаза, даже сейчас, при тусклом ночном свете, горевшие страстью.
— На этот раз мы не будем торопиться. — Пальцы его тронули ее соски, моментально напрягшиеся. — На этот раз мы пойдем намного медленнее. Это будет адажио.
Губы его приникли к ее груди. Сирина застонала, почувствовала, как ожил в ее руке его член.
Вечный танец начался снова, на этот раз гораздо более медленный. Они без устали познавали друг друга.
Насытившись, ощущая восхитительное утомление, очи лежали, не выпуская друг друга из объятий. Разговаривали, смеялись. Теперь они познавали друг друга уже на другом уровне: расспрашивали один другого о профессиональной жизни, семье, друзьях, о том, кто что любит и чего не любит.
— А знаешь, ты играл на моем теле, как на музыкальном инструменте, — внезапно проговорила Сирина, прежде чем их обоих сморил сон.
— В самом деле? И что же это за инструмент?
— Я не знаю. Но ты великолепный музыкант.
— А ты, Сирина Гиббонс, самый великолепный инструмент, на котором я когда-либо играл.
Он поймал губами ее палец. Она заглянула ему в глаза:
— Только, пожалуйста, запомни: мазурка — это хорошо, адажио — просто сказка, а вот ноктюрны я не люблю. Так что, пожалуйста, не надо ноктюрнов. От них мне становится грустно.
Он крепче прижал ее к себе.
— Обещаю, что никогда не буду играть тебе ноктюрны.
Выступление в Концертном зале имени Дворжака принесло Мише оглушительный успех. И публика, и критики превозносили его до небес. Сам же он чувствовал, что никогда еще не играл с такой страстью. Раньше он планировал вернуться в Нью-Йорк перед следующим концертом, но теперь решил остаться в Праге и отпраздновать успех вместе с Сириной.
Глазами влюбленного он видел Прагу еще более прекрасной и сказочной. Они вместе прошли по улицам, мощенным брусчаткой, от Вацлавской площади до Старого Города. Остановились полюбоваться знаменитыми астрономическими часами пятнадцатого века, из окошек которых один за другим появлялись сначала Христос, потом апостолы. Через час, когда скелет Смерти переворачивал стекло, они исчезали. После этого появлялся петух, взмахивал крыльями и кукарекал.
Сирина взглянула на Мишу с легкой гримасой:
— Жутковато, правда?
— Да, не очень веселое напоминание, это уж точно. Забыв про калории, они зашли в знаменитую кофейню и от души наелись восхитительной выпечки.
— Мне теперь придется снимать это длительной пешей прогулкой, — виновато проговорила Сирина. Миша взял ее руку.
— Прекрасная мысль.
Рука об руку они пересекли Карлов мост. Вдоволь насладились видом храма Святого Вита с его многочисленными часовнями, двориками и картинными галереями.
— Похоже на грандиозные декорации к какому-нибудь фильму правда? — спросила Сирина.
— А ты — как кинозвезда в этом фильме.
Она смущенно улыбнулась. Похоже, что он говорит это искренне. Не то что другие мужчины, с которыми она встречалась раньше.
Наконец она почувствовала утомление от прогулки и от множества впечатлений.
— Может быть, вернемся в отель, выпьем чего-нибудь и примем душ перед обедом? Что скажешь?
— Я боялся, что ты никогда об этом не спросишь. Он поцеловал ее в лоб.
В отеле Миша заказал бутылку шампанского в номер. Вначале они пили в гостиной. Потом взяли бутылку в спальню. Быстро сняли с себя одежду, сплелись в тесном объятии, оставив шампанское выдыхаться на столике, упиваясь друг другом всю оставшуюся часть дня. Вечером они пошли в знаменитый ресторан «У художников». Ели копченую форель, баранину, мороженое.
— Мне не следовало все это есть, — тяжело вздохнула Сирина. — Но это так вкусно.
— Завтра оба сядем на диету.
Сирина внезапно нахмурилась. Завтра… Завтра утром они расстанутся. Он поедет в Нью-Йорк перед следующим этапом своего турне, она уедет на очередные съемки, на этот раз в Париж.
Миша заметил выражение ее лица. Потянулся к ней, взял за руку.
— Что случилось, Сирина? Она вздохнула:
— Так не хочется уезжать! Он сжал ее руку.
— У нас еще вся ночь впереди.
— Да, я знаю. Но не могу не думать о том, что будет… после.
Сирина смотрела на него каким-то ищущим взглядом. Она и в самом деле чувствует себя несчастной от того, что они должны расстаться! Его захлестнула волна радости. Нет, ему вовсе не хотелось видеть ее несчастной, и все же… Она чувствует то же самое, что и он!
Он обнял ее за плечи, привлек к себе. Заглянул в глаза.
— Мы сможем встречаться. Мы это как-нибудь устроим. Обязательно устроим. Либо в Нью-Йорке, между поездками, либо… в пути.
— Мы будем как корабли, проплывающие мимо в ночи. Мы оба так много путешествуем.
— Послушай, мы обязательно что-нибудь придумаем. Например, если я буду в Лондоне, а ты в Париже, один из нас может быстренько махнуть туда и обратно. Вот мы и увидимся.
— Надеюсь, что это так и будет.
— А я в этом уверен. Поэтому верни обратно улыбку на свое прекрасное лицо.
Она заставила себя улыбнуться. Однако он говорил так уверенно, что глаза ее загорелись при мысли о новых возможностях. Кажется, она для него не просто случайная знакомая, которую он скоро забудет.
— Ты только подумай, Сирина, мы с тобой можем любить друг друга в любой точке земного шара.
Их разбудил пронзительный телефонный звонок, прервав короткий сон после долгой и страстной ночной акробатики. Этой ночью они занимались любовью с лихорадочным жаром, сознавая, что наутро им придется расстаться. Даже зная о том, что рано утром их разбудят телефонным звонком, они никак не могли оторваться друг от друга. Всепоглощающая тяга друг к другу словно поработила их.
— Хочешь принять душ? — спросил полусонный Миша, не выпуская ее из объятий.
— Нет. Я хочу сохранить твой запах до самого Парижа, — шепнула она ему в ухо.
Он заговорщически усмехнулся:
— Тогда и я не буду.
Они быстро оделись. Миша настаивал на том, что довезет се до аэропорта.
— Это совсем необязательно.
— Не возражай. Я хочу все оставшееся время быть с тобой, до последней минуты.
Она яростно сжала его в объятиях.
— Ты такой хороший, что даже не верится.
— И ты тоже.
Едва они приехали в аэропорт, как объявили посадку на ее рейс.
— Ну, я пошла.
Она никак не могла выпустить его руку.
— До свидания, Сирина. Мы очень скоро увидимся снова. Она невесело засмеялась.
— Да, уж пусть это так и будет. Он наклонился, поцеловал ее в губы.
— Я люблю тебя.
У нее перехватило дыхание.
— И я тебя люблю.
Она отвернулась и быстро пошла в туннель, чтобы он не заметил слезы на ее глазах.
Миша долго смотрел ей вслед, пока она совсем не скрылась из вида. По дороге из аэропорта до Праги он смотрел в окно невидящим взглядом. Думал только о ней. Он уже ощущал сосущую пустоту внутри, невиданный всепоглощающий голод, который ничем не унять. Как это могло произойти? Внезапно он осознал, что познакомился с ней всего два дня назад. Всего два дня… Два коротких дня. А кажется, будто он знает ее всю жизнь. Он с изумлением поймал себя на том, что уже планирует их будущие встречи.
Вещи упакованы. Все готово к отъезду в аэропорт на вечерний рейс. Осталось еще только одно дело. Он сел в машину, сказал Яну, куда ехать. Пражское гетто. Вчера он подумал о том, чтобы поехать туда вместе с Сириной, но потом решил, что это место он должен посетить один.
Из окна машины он смотрел на улицы гетто, на дом, где жил знаменитый раввин Ло. У Старого еврейского кладбища попросил Яна остановиться. Вышел из машины, с изумлением оглядел разбросанные в беспорядке древние могильные плиты. Двенадцать тысяч могил на таком небольшом пространстве. Некоторые почти одна на другой, некоторые ушли под землю, многие плиты разрушились. Он прошел немного вперед и остановился. Дальше идти не хотелось.
Он объехал практически весь мир. Чего только не повидал за это время. Однако это место потрясло его больше всего на свете. Оно словно не хотело его отпускать. Сердце наполнилось великой печалью. Нахлынули воспоминания. Бабушка Мария, дедушка Аркадий… Их давно уже нет в живых. Где их могилы? Навещает ли их хоть кто-нибудь? А ведь он сам столько времени о них даже не вспоминал, об этих редкостных, драгоценных людях. Все эти годы он жил в погоне за славой и успехом, в погоне за ночными удовольствиями, одержимый всем этим настолько, что почти забыл своих первых учителей и наставников. С чувством жгучего стыда Миша вспомнил, что долгое время не то что не целовал свою мезузу, но даже забывал взглянуть на нее.
Он прошел еще немного в глубь кладбища. Снова остановился. Склонил голову. Глаза наполнились слезами.
«Дедушка Аркадий, — шептал он, — прости меня. Прости за то, что забыл о вас с бабушкой Марией. Теперь я к вам вернулся. Сейчас мне больше чем когда бы то ни было нужно твое благословение. И твоя помощь. Дедушка, кажется, я нашел свою женщину. Ту, единственную. И она должна быть моей».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Рапсодия - Гулд Джудит



Очень хочу прочитать,но не получается скачать
Рапсодия - Гулд ДжудитКсения
15.07.2011, 14.43





Хоть и не было комментариев , захотелось прочитать.И знаете,получила огромнейшее удовольствие.Этот роман не похож на остальные.Читаешь на одном дыхании.Нельзя сказать ,что с ГГ кто-то хорош,а кто-то нет.Без одной из гг сюжет был бы уже не тот.А так -не добавить ,не отнять.Читайте-не пожалеете!!!
Рапсодия - Гулд ДжудитСветлана
3.03.2016, 13.29





Откликнулась на комментарий Светланы,удивилась, -"Почему 2700 голосов,а отзыв всего один?"Действительно, на обычный любовный роман не похож, скорее психологическая драма!! Как будто "Преступление и наказание"Достоевского в упрощенной форме прочитала...Теперь понимаю,почему нет комментариев-хорошее не пишут,плохое рука не поднимается написать!!Роман не читается на одном дыхании!!!Интерес у меня появился лишь на 25 главе))С кем же останится гл.герой??rnННо с рейтингом 2 не согласна-7,5 за серьезность.Дамы,девочки,леди и просто красавицы НЕ РЕКОМЕНДУЮ читать,отвлечься от забот повседневных не удасться, только заморочитесь!!!
Рапсодия - Гулд ДжудитТ.Ж.
5.03.2016, 22.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100