Читать онлайн Чертовски богат, автора - Гулд Джудит, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Чертовски богат - Гулд Джудит бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.79 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Чертовски богат - Гулд Джудит - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Чертовски богат - Гулд Джудит - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гулд Джудит

Чертовски богат

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

Маккензи Тернер стремительной походкой шла на работу. На ногах у нее были трехцветные кроссовки. Помешанная на пунктуальности, она бы и побежала, но так наверняка вспотеешь, а даме это не пристало, особенно если служишь в таком почтенном заведении, как «Бергли».
«Черт бы побрал этого Чарли Ферраро!» – сквозь зубы пробормотала она, чувствуя, как при каждом шаге больно колотится о ребра кожаная сумка. Она никуда и никогда не опаздывает – никогда!
Дождавшись зеленого света на перекрестке, Кензи увидела в квартале отсюда здание «Бергли». Это был своего рода музей-самозванец, где произведения живописи не выставляют, а продают. Пожирая глазами величественное здание, Кензи вдруг почувствовала, как внутри у нее что-то затрепетало – так заточенная в клетку птица пытается вырваться из плена. Впервые предстоящий рабочий день вызывал у нее смутное беспокойство.
Новый хозяин.
Что это может означать? Увольнения? Более строгую дисциплину?
Впрочем, какой смысл гадать, рассудительно сказала себе Кензи, расправляя плечи. Скоро все и так выяснится.


Занимая в длину и ширину целый городской квартал, «Бергли» располагался в самом сердце одного из наиболее роскошных торговых кварталов всего западного мира. Его шестиэтажное здание из белого мрамора в духе неоренессанса, казалось, притягивало словно магнитом большие деньги. По обе стороны остроугольной, охряного цвета крыши возвышаются похожие друг на друга как две капли воды жилые тридцатичетырехэтажные Аукционные башни.
Обе башни имеют отдельный вход с улицы, собственную охрану, подземный гараж и обслугу.
Вход же в сами аукционные галереи представляет собой величественные двойные двери из резного стекла, почти, но все-таки не вполне достигающие второго этажа. Венчаются они причудливой лепниной – дурной копией с Дворца дожей в Венеции.


БЕРГЛИ
Основан в 1719 году


Медная, до блеска отполированная табличка особо в глаза не бросалась: такое учреждение в гигантских буквах не нуждается. В окнах, поднимающихся чуть ли не от самого тротуара, красовались увеличенные фотографии предметов ближайших торгов: разбрызгиватель розовой воды, полотно Ренуара, позолоченный самовар, настольная лампа в виде стрекозы от Тиффани...
Обычно Кензи подолгу рассматривала эти витрины, но сегодня не было времени и для беглого взгляда на них. Привратника в безупречно отутюженной униформе, с которым Кензи, как правило, останавливалась поболтать, поразило, с какой скоростью она пронеслась мимо и даже двери ему не позволила открыть – сама распахнула.
Оказавшись в огромном вестибюле, Кензи небрежно помахала вооруженным охранникам и поспешно прошла к крутой лестнице, ведущей на второй этаж, где сейчас размещались собрания французской мебели, гобеленов, предметов обихода, часы и многое другое из объявленного на завтрашние торги.
Чего тут только не было – глаза разбегались при виде мраморных ящичков для сигар, шкафчиков с позолотой, этажерок красного дерева, позолоченных пристенных столиков, величественных бюро, письменных столов, комодов и такого множества стульев, что жизни не хватит на них посидеть, – подобное изобилие тем более удивительно, что аукционы такого рода на этой всемирной свалке старины проводятся раз в две недели, и если есть деньги, то за один присест здесь можно накупить вещей, чтобы обставить целый дворец.
Распахнув дверь с надписью «Посторонним вход воспрещен», Кензи нырнула «за кулисы» – так в «Бергли» называют помещения, доступ в которые обычной публике закрыт. Перепрыгивая через две ступеньки, она поспешно взлетела по пожарной лестнице и помчалась узким, с ковровой дорожкой коридором в свой крохотный кабинетик, расположенный в дальнем углу здания.
Глянув на бегу на часы, она чуть не упала от ужаса. Опоздала-таки! Мало сказать, опоздала: целых сорок две минуты прошло, как она должна быть на месте! И надо же было такому случиться именно в день, когда сюда вполне может зайти новый владелец контрольного пакета акций!
Кензи, задыхаясь, влетела в кабинет – крохотную комнату без окон, которую она делила еще с двумя сотрудниками отдела картин и рисунков старых мастеров. Здесь едва хватало места для трех металлических столов, стонущих под тяжестью увесистых томов справочной литературы и каталогов; над каждым в стену был вделан экран для исследования в рентгеновских лучах увеличенных изображений работ, подлинность которых вызывала сомнения.
Первым бросилось Кензи в глаза отсутствие на рабочем месте ее давней врагини Бэмби Паркер. Ну а друг, Арнольд Ли, присутствовал.
– Ага! – приветствовал он ее с неподражаемым китайским акцентом, что свойственен официантам из ресторанов на вынос. – Блудная дочь наконец явилась. – Ли крутанул вращающийся стул и широко улыбнулся.
– Явилась, явилась, да только опоздала безбожно. – Кензи рывком вытащила нижний ящик стола, в котором держала туфли-лодочки.
– Опоздала? – Стройный и привлекательный, Арнольд был полукровкой: отец – китаец, мать – откуда-то с Кавказа. Евразиец, одним словом. Что еще сказать? Веселый. На редкость сообразительный.
Он хитровато прищурился:
– Любовью, наверное, занималась?
– Да оставь ты свои дурацкие шуточки, надоело! – огрызнулась Кензи. – Вот черт!
Она плюхнулась на стул и растерянно посмотрела на туфли. Последовал поток ругательств, сопровождающийся ударами подошвы по столу.
– Ого! – Арнольд оставил свой ернический тон. – В чем беда?
– Вот в этом. – Последовал очередной удар по крышке стола. – Совершенно забыла, что еще вчера подошва отлетела. – Ну и что теперь прикажете делать? – захныкала она.
– Оторви и вторую, – хладнокровно посоветовал Арнольд, – и все будет в порядке. Два сапога пара, слышала такое присловье?
– А ты... ты хоть представляешь, сколько они стоят? – накинулась на него Кензи.
Арнольд внимательно посмотрел на ее ноги.
– В таком случае кто тебе мешает надеть кроссовки?
– Как бы не так. «Мисс Тернер, сколько можно повторять? – Она очень похоже передразнила секретаршу Шелдона Д. Фейри мисс Боткин. – Кроссовки – отличная обувь для спортивного зала, но у нас, в „Бергли“, они совершенно неуместны, более того – оскорбительны!»
Арнольд рассмеялся, Кензи же продолжала трагически взирать на целую подошву. Поколебавшись немного и нарочно отвернувшись в сторону, она протянула туфлю Арнольду.
– Держи. Сам отрывай. Я не могу.
Кензи принялась возиться со шнурками кроссовок. Услышав резкий звук, она вздрогнула.
– Ну вот, все в порядке. – Арнольд поднялся и торжественно водрузил туфлю на стол. – Можешь носить.
– О-о-очень смешно! – Жалобно сморщившись, Кензи сунула ноги в то, что еще вчера было ее лучшей парой туфель, на которые она ухнула свою недельную зарплату. – Слушай, а с чего это ты сегодня веселишься?
– А почему бы нет?
– Ну... Разве нам не предстоит выстроиться в шеренгу и приветствовать нового хозяина или что-нибудь в этом роде?
– Да нет, насколько мне известно. – Арнольд откинулся на спинку стула и развернул пакет с завтраком. – Не дергайся. – Он надкусил бутерброд и принялся сосредоточенно жевать. – Единственное, что ожидается, так это визит ее королевского величества.
– Ее величества? – Кензи вздернула подбородок. – Кого же именно? Королевы Елизаветы? Королевы Сирикит? Королевы Беатрикс? Королевы Нур?
Арнольд искоса посмотрел на нее.
– Холодно. Но королева Голдсмит ничем не хуже.
– О-о-о! – Мгновенно нахмурившись, Кензи ткнула пальцем в сторону пустого стола. – А где, позволю себе спросить, мисс шлюха?
– Мне-то откуда знать? – Арнольд неопределенно пожал плечами. – Да и тебе что за дело? Вот уж не думал, что тебе может не хватать Бэмби.
– Да я не о том. – Кензи поджала губы и задумалась. – Просто мне кажется весьма странным, что ее нет на месте... особенно в такой день. Ты же сам прекрасно знаешь, что она всегда липнет к начальству. Во всех смыслах.
– О чем ты? – Арнольд в притворном ужасе закатил глаза и выпрямился на стуле. Искусственная кожа заскрипела. – Зачем наговаривать на человека? На нашу Бэмби Паркер?!
Кензи вновь остановила взгляд на пустующем столе.
– В общем-то мне, конечно, наплевать, и все-таки интересно... где же пропадает мисс Паркер – Само Совершенство?


– Смотри-ка, – восхищенно прошептала Бэмби. – Уже на изготовку!
Она привычно дернула молнию на широченных брюках Роберта А. Голдсмита, нащупала прорезь в мешковатых шелковых трусах и растегнула застежки.
Хрякоподобный мужчина, так и просящийся на блюдо, откинулся на мягком сиденье мышиного цвета. Дело происходило в его просторном черном «кадиллаке» с предусмотрительно задернутыми шторками на плотно закрытых окнах, отделяющих пассажиров от суеты и шума внешнего мира.
Дождавшись, пока Бэмби устроится в специально приготовленном гнездышке, Голдсмит бросил шоферу и по совместительству телохранителю:
– Вперед. Покрутись где-нибудь вокруг. Далеко можешь не отъезжать.
Так шофер и поступил – принялся кружить вокруг «Бергли», останавливаясь у каждого светофора.
Бэмби Паркер отлично знала свое дело. Три недели практически ежедневных сеансов сделали ее настоящим экспертом по части сексуальных вкусов Роберта А. Голдсмита.
Они познакомились в разгар переговоров о приобретении почтенной компании, и Фейри, руководитель аппарата сотрудников «Бергли» и одновременно главный аукционист, расстелил перед потенциальным шефом ковровую дорожку. В ходе осмотра помещения они задержались в главном выставочном зале, где рабочие под бдительным оком Бэмби Паркер как раз разворачивали экспозицию картин старых мастеров.
Одаренная несравненным периферийным зрением, Бэмби мгновенно уловила краем глаза появление миллиардера. И понимая, что ей выпал один шанс из тысячи, времени зря терять не стала. Как бы непроизвольно – якобы затем, чтобы убедиться, что портрет Ромни висит правильно (в действительности он и висел, как надо), она сделала шаг назад, потом еще один и еще, пока не уткнулась прямо в живот своей жертве.
– Ой! – Глаза ее расширились в притворном ужасе, ладонь взлетела ко рту. Обернувшись, она выдохнула своим хорошо поставленным голосом примерной девочки: – Ой, ради Бога, извините.
Голдсмит отнюдь не был слепцом и хорошо разглядел ожившую куклу Барби двадцати четырех лет. Высокая, пышнотелая, отлично ухоженная, Бэмби Паркер будто сошла с картинки: кожа, лицо, фигура, белоснежные, словно ламинированные, зубы и плюс ко всему умение похлопать длинными золотистыми ресницами перед тем, как скромно потупить очи.
В общем, это была овеществленная мечта Голдсмита – голубоглазая, бесподобно сложенная блондинка.
Взаимное разглядывание растянулось секунд на пятнадцать.
Если Голдсмит видел перед собой ожившую куклу Барби, то Бэмби Паркер – толстяка, приволакивающего при ходьбе кривые ноги сорок шестого размера. Но это не имело никакого значения. У него было то, с чем не могли бы поспорить несравненные красавцы, – власть.
Быстро была достигнута молчаливая договоренность, и Роберт А. Голдсмит, абсолютный профан в живописи, которому было совершенно наплевать на самого гениального художника, обнаружил неожиданно острый интерес к старым мастерам. Он любезно отпустил Фейри, дипломатично заметив, что в качестве «эксперта отдела» Бэмби (тогда еще «мисс Паркер») отлично справится с обязанностями гида.
Фейри, которому вовсе не хотелось портить отношения с человеком, который, как он предполагал (и совершенно справедливо), скоро станет его шефом, быстро сообразил, что к чему, и исчез со сцены.
Едва он вышел из зала, как Голдсмит сказал с плотоядной улыбкой, обращаясь к Бэмби:
– У меня предчувствие, что вы многому можете научить меня, юная леди.
– А у меня предчувствие, что вы окажетесь примерным учеником. – Бэмби хихикнула и энергично захлопала ресницами.
По прошествии недолгого времени они оказались на заднем сиденье его автомобиля, где Бэмби в первый раз предъявила свои верительные грамоты специалиста в области сексуальных наук.
Какое-то время Роберт, тяжело дыша и не открывая глаз, полулежал на сиденье. Бэмби тем временем устроилась рядом и поспешно занялась косметикой. Вскоре ее лицо сделалось похожим на палитру с господствующими ярко-оранжевыми и перечными тонами.
– Ну что же, Роберт, – деловито сказала она, – я всегда в твоем распоряжении. Всегда! – Бэмби со значением посмотрела на него.
Выходя из машины, она улыбнулась и помахала рукой.
– Пока, – прошептала она голосом примерной девочки.
Голдсмит рассеянно кивнул, откинул шторки с окон и опустил матовую перегородку, отделяющую его от переднего сиденья.
– В контору, – коротко бросил он шоферу-телохранителю, бывшему боксеру со сплюснутым носом.
На пути к Уолл-стрит Голдсмит открыл кейс, извлек из него проект отчета о деятельности «Голдмарт» в третьем квартале и, прежде чем погрузиться в его изучение, бегло обозрел свои взаимоотношения с Бэмби Паркер.
Пожалуй, ему не следовало бы так откровенно проявлять свои чувства, но дело в том, что секс ему нужен, как и всякому, возможно, даже больше, чем всякому. А в этих бумагах и отчетах нет ничего, что могло бы сравниться с сеансом секса, который дает ему зарядку на целый день.
Ну да ладно, с глаз долой – из сердца вон. Голдсмит зашелестел бумагами.


– Мисс Тернер!
Голос был тонкий, но господин, просунувший голову в полуоткрытую дверь кабинета, еще субтильнее.
– Не помешаю?
– Мистер Споттс! – хором воскликнули Кензи и Арнольд, одновременно откатываясь от столов и вскакивая на ноги.
– Стало быть, вы вернулись! – радостно воскликнула Кензи, и все трое заключили друг друга в объятия.
Споттс поцеловал Кензи в лоб и отеческим жестом растрепал Арнольду волосы. Затем, внимательно рассмотрев обоих поверх очков, сидящих на самом кончике носа, сказал:
– Да, я вернулся. По крайней мере пока, мои дорогие, пока... – Он прикрыл ладонью рот и откашлялся. – Но об этом позже.
Разговаривая со Споттсом, Кензи приходилось задирать голову. Роста он, при своем тщедушном телосложении, был высокого. Правда, из-за сильного остеопороза ему приходилось сутулиться. Глаза у него были цвета влажного топаза, череп – лысый, несколько длинных прядей седых волос он зачесывал назад, а кожа на темени просвечивала, как у всех стариков. Одет он был, как всегда, превосходно: сшитый на заказ тесно-серый шерстяной костюм, светлая рубашка в полоску, безупречно завязанный бордовый галстук в мелкую горошину и в тон ему платок, выглядывающий ровно настолько, насколько положено, из верхнего кармана пиджака.
Какое-то время все трое стояли молча, просто наслаждаясь обществом друг друга. Несмотря на более чем пятидесятилетнюю разницу в возрасте, ладили они великолепно.
– Здорово, что вы вернулись, теперь дела войдут наконец в свою колею! – радостно сказала Кензи, снова обнимая почтенного старца.
– Ну так как? – заговорил Арнольд. – Что сказали врачи?
Споттс поцокал языком:
– Жить, говорят, буду.
– Тогда откуда это вытянутое лицо? – спросила Кензи. – Есть, что ли, и плохая новость?
– Есть, и очень плохая, – со слабым вздохом ответил Споттс.
– А что такое? – Кензи обеспокоенно посмотрела на Арнольда.
Мистер Споттс снова вздохнул, сдул с рукава несуществующую пылинку и усадил очки на переносицу, словно перекрывая канал, по которому распространяется боль.
– Плохо то, что я не смогу больше работать, – негромко проговорил он.
Кензи с Арнольдом безмолвно уставились на него.
– То есть как это? – Арнольд первым обрел дар речи.
– Эти чертовы эскулапы уговаривают меня не волноваться. Выходите, говорят, на пенсию и наслаждайтесь жизнью. Ничего себе! – Он покачал головой, при этом отвислая кожа на подбородке задрожала от ярости. – Как, скажите на милость, могу я наслаждаться жизнью, если лишить меня занятий искусством? Ведь это и есть моя жизнь!
– О, мистер Споттс, – простонала Кензи. Вид у нее был совершенно несчастный.
Споттс поднял бледную шишковатую руку.
– Довольно об этом. Мои кардиологические проблемы – последнее, о чем сейчас хотелось бы говорить. А теперь к делу. Видите ли, мисс Тернер, нынче вечером я приглашен к принцу Карлу Хайнцу фон унд цу Энгельвейзену. Как вы знаете, это один из самых наших уважаемых клиентов. Раньше я всегда обслуживал его лично, поэтому вряд ли вы встречались.
Кензи покачала головой.
– Мне приходилось видеть его фотографии в газетах.
– Тем более пора вас ему представить. Если у вас нет ничего более интересного, пойдемте вместе.
– Вы хотите, чтобы сегодня вечером я была вашей девушкой? О, мистер Споттс, как это замечательно!
– Не девушкой. – Споттс строго посмотрел на Кензи поверх очков. – Вообще-то я терпеть не могу такие мероприятия и обычно избегаю их. Но в данном случае... – Споттс красноречиво пожал плечами.
– В любом случае огромное спасибо! – пылко сказала Кензи.
– Отлично. Да, и надо одеться как подобает, это официальный прием. Впрочем, поговорим об этом позже. А пока, если у вас есть время, может, пообедаем вместе? – Он перевел взгляд с Кензи на Арнольда и обратно.
– Прекрасная мысль! – Кензи так и подпрыгнула.
– Просто отличная! – поддержал ее Арнольд.
– Ну и слава Богу. Я угощаю. – И, махнув рукой на прощание, Споттс вышел. Судя по тому, как уныло побрел он в сторону своего кабинета, было ясно, что он просто собирается очистить стол от своих вещей.
– Бедный мистер Споттс, – с чувством сказала Кензи, усаживаясь на стул и разворачиваясь в сторону Арнольда. – Отставка убьет его, – тихо добавила она.
– Точно, – откликнулся Арнольд. – «Бергли» всегда был для него родным домом. Дай ему волю, он бы здесь дневал и ночевал.
– Не могу представить, как здесь будет без него.
– Не только ты.
И верно, А. Дитрих Споттс был сам по себе целое учреждение – единственный в нью-йоркском филиале, кто работал здесь с того самого дня, как впервые распахнулись его двери, а было это сорок два года назад. И уже более трех десятков лет он возглавлял отдел картин и рисунков старых мастеров, и обоим – Кензи и Арнольду – было совершенно ясно, что с его уходом здесь все будет иначе.
– Здорово, ребята! – Печальный разговор прервало звонкое чириканье. В комнату ворвалась Бэмби Паркер, с ходу швырнув на стол свою роскошную сумку.
Буркнув что-то в ответ, Арнольд и Кензи вернулись к работе.
– Я что, опоздала? – Бэмби невинно округлила глаза. – Должно быть, часы остановились. – Сдвинув брови, она постучала ногтем по золотым часикам и прижала их к уху.
Арнольд закатил глаза; Кензи против воли опустила взгляд на изящные туфли своей соперницы. Сидели они как влитые, и Бэмби это знала. Оно и понятно – подошвы у нее никогда не отрываются, как никогда не спускаются петли на колготках из тончайшего шелка, и никогда не ломаются отполированные до блеска ногти.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Чертовски богат - Гулд Джудит



детектив, интрига, любовь все впечатляетrnудовольствие получила несомненно
Чертовски богат - Гулд Джудитарина
25.02.2012, 21.13





Действительно захватывающий роман, до последних страниц держит в напряжении и сложно предугадать чем закончится. Ну и конечно ЛЮБОВЬ! rnЧитать стоит!
Чертовски богат - Гулд ДжудитЛили
28.02.2012, 12.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100