Читать онлайн Любящие сестры, автора - Гудж Элейн, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любящие сестры - Гудж Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любящие сестры - Гудж Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любящие сестры - Гудж Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудж Элейн

Любящие сестры

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Энни потянулась за пустой тарелкой. Стопка грязной посуды, которую она удерживала в другой руке, накренилась и зазвенела. В этот критический момент она не сомневалась, что вся груда сейчас рухнет на пол. Но каким-то непостижимым образом ей удалось сохранить равновесие.
– Прошу прощения, – как можно более вежливым и приятным голосом проговорила она, собирая ножи, вилки и прочую сервировку с пластикового столика, за которым толстый посетитель со своей еще более толстой женой доканчивал обед.
– Осторожнее, – раздраженно сказала жена толстяка, потому что Энни случайно задела ее за плечо.
Заметив, что мадам Жиртрест завернула и убрала в сумку два чизбургера с колечками лука и капустой, а также клубничную ватрушку на десерт, Энни подумала:
«Наверно, у нее просто изжога, ведь она столько всего съела». Но затем вспомнила, что старая корова нагрубила ей еще до того, как расправилась со своей порцией, разозлившись, что Энни перепутала ее заказ и принесла салат и помидоры вместо шинкованной капусты.
Обида охватила Энни до глубины души. На лбу выступили капли пота, но руки были заняты, и вытереть лоб она не могла и от этого расстроилась еще больше. Но тут же подумала: «Я сама виновата. Просто я очень плохо работаю». Ее гнев остыл.
Сегодня уже неделя, как она работает в «Парфеноне», но все еще не может освоиться. И самое ужасное, что она, видимо, никогда не освоится. Почему другим официанткам удается хорошо работать? Лоретта, к примеру. Она совсем ненамного старше Энни, но все это для нее так легко! Она будто прогуливается от столика к столику. Да еще и жует резинку!
В первый день Лоретта сказала:
– Между прочим, дорогуша, у меня плоскостопие. Затем, оглядев Энни с головы до ног, втянула внутрь свои прыщавые щеки и добавила:
– Чего я не могу понять, так это что здесь делаешь ты?
И теперь Энни задала себе тот же вопрос. Хотя прекрасно понимала, что ей надо зарабатывать деньги, покупать еду и оплачивать квартиру.
Нет, надо приложить все свое старание, чтобы работать, как другие. Иначе им с Лорел придется ночевать в метро. И уж тогда их непременно заберут в полицию, где Вэл – если он не умер – тут же их найдет.
Эта мысль отозвалась ознобом во всем теле. Вполне вероятно, что он ищет их даже сейчас, в эту самую минуту. Не исключено, что он был в Лос-Анджелесе и выяснил на вокзале, куда они взяли билеты.
– …и тогда я сказала ему: «Если у вас нет более приличных оправданий, молодой человек, можете сами лезть вверх по этим ступенькам и…»
Визгливый голос мадам Жиртрест подействовал на нее так же, как скрип ногтя по меловой доске. Все тело снова облилось потом. Еще нет и полудня, а она уже вся взмокла до безобразия. Вечером снова придется стирать униформу и сушить возле плиты. И один Бог знает, избавится ли она хоть когда-нибудь от этого запаха прогорклого сала, которым провоняло здесь все вокруг. И теперь ее волосы, руки, даже белье пахнут прошлогодним гамбургером. В один прекрасный день ее учует голодная собака и придет откусить кусочек.
Вытерев столик, она повернулась, чтобы уйти, и неловко ударилась об угол. Чашка с недопитым кофе на вершине горы тарелок закачалась и полетела вниз. Сердце у нее остановилось. Она почти поймала ее, но чашка выскользнула из влажных пальцев. И в следующее мгновение Энни в немом ужасе наблюдала, как, словно в замедленной съемке круглая белая чашка катилась ниже и ниже и жирный розовый мазок, оставленный на ободке губами посетительницы, будто ухмылялся ей. Она ударилась о стол, обдав его фонтаном брызг, затем со скоростью пущенного в лунку биллиардного шара пронеслась по поверхности и опрокинулась вместе с остатками своего содержимого па увесистые колени толстой дамы.
Мадам Жиртрест издала вопль. Затем принялась ожесточенно тереть пятно, разлившееся по ее лимонно-зеленым синтетическим брюкам.
– Ты, глупая дрянь! Посмотри, что ты наделала! Это теперь ничем не очистить!
– Простите, – сказала Энни.
Не помня себя, она схватила скомканную салфетку и стала вытирать пятно. Но преуспела только в том, что добавила к нему мазок кетчупа.
Мадам Жиртрест с яростью оттолкнула ее руку.
– Управляющего сюда! Я требую управляющего! – Она поглядела на мужа. – А ты что сидишь, как неживой? Делай что-нибудь!
Энни казалось, что на все последующее она смотрит из-под воды. Открывался и закрывался резиновый рот посетительницы, будто выброшенный на сушу карп. Затем на ноги тяжело поднялся толстый муж. Уши наполнял шум низвергающейся воды, и свет, просачивающийся сквозь запотевшее зеркальное стекло окна, странно колебался.
Наконец по залу пронесся Ник Димитреу, босс, и все, кто был в зале, замерли с вилками на весу, глядя на Энни. А она хотела только одного – провалиться сквозь землю. Сердце тяжело билось, и пот ручьями тек по шее и позвоночнику.
Но она выстоит! Ее не так просто запугать. Она не ребенок, который падает от первого удара. Но, Боже мой, Ник, видимо, готов описаться от страха. Его широкие брови сдвинулись к переносице, его темные глаза пылают!
– Уходи, уходи, – прошипел он. – Подожди в кухне. Я поговорю с ними. А потом мы поговорим с тобой.
Энни с горящими щеками отнесла грязные тарелки в кухню и сложила их в большой резиновый бак для судомойки. Слезы, словно грозовые тучи, собирались где-то в глубине за глазными яблоками. Но она не позволит им пролиться! Только не на виду у Лоретты, Джей-Джей и Спиро. Она искоса глянула на облако пара, поднимающееся от раковины, где взлохмаченная Джей-Джей чистила необъятный котел. В другом конце кухни на сковороде промышленных размеров что-то немилосердно жарилось, наполняя уши треском, похожим на отдаленную автоматную очередь.
Неожиданно Лоретта дотронулась до ее руки. Энни поняла, что она все видела.
– Не волнуйся, – сказала Лоретта, и в ее выцветших голубых глазах появилось сочувствие. – Ник может взбеситься на какое-то время, но ненадолго. Притом ты не виновата. Со всяким может случиться.
Но Энни знала, что это одни слова. С Лореттой никогда бы не случилось такого.
Что и говорить, Лоретта никогда не изучала ни французского, ни тригонометрии, но что касается работы официантки – тут она гений по сравнению с Энни.
Внезапно перед ее внутренним взором возник длинный в испанском стиле обеденный стол в Бель Жардэн. И дородная Бонита в белом с черным форменном платье, с сияющим смуглым лицом протягивает ей огромное блюдо ростбифа с таким видом, словно предлагает некий чудесный дар.
А ведь я считала это само собой разумеющимся. Мне и в голову не приходило, как тяжела ее работа.
Острая боль потери охватила ее. Она сама не ожидала, что так сильно скучает по Бель Жардэн. Горячие слезы были готовы хлынуть из глаз. Сейчас хотелось только одного – уткнуться лицом в посудное полотенце и зарыдать в голос. Но разве это возможно? Лорел ждет ее в пустой квартире. В холодильнике ничего нет, кроме пачки молока и половины банки консервированного тунца. Этого едва хватит и кошке. Если у нее не будет сегодня чаевых, придется попросить у Ника аванс и купить по дороге домой немного овощей.
Но когда в крутящихся дверях появилось плечо босса, Энни затрясло с ног до головы. До чего же она была глупа, до чего наивна, когда думала, что легко справится с работой официантки!
Подавив неудержимое стремление выбежать через заднюю дверь, она заставила себя стоять с высоко поднятой головой, и только одна мысль билась в мозгу: «Мне нельзя потерять работу».
Она твердо шагнула навстречу боссу, жилистому греку с сизым шрамом от правого глаза до подбородка. До того, как он скопил деньги и смог открыть собственное дело, по словам Лоретты, он работал грузчиком. И однажды конец лопнувшего такелажного троса отскочил ему в лицо. Шрам задел уголок рта, придав ему неизменное злодейское выражение.
Энни замерла. Она смотрела на босса прямым взглядом. «Никаких слез, никаких жалобных объяснений, – приказала она себе. – Муся никому не позволяла хныкать в своем присутствии, а от нее самой вообще никто не слышал ни одной жалобы, как бы ни была она больна и несчастна».
– Я очень сожалею, что так получилось, – сказала Энни. – Я старалась сделать, как лучше.
Его лицо несколько смягчилось. Он покачал головой:
– Я понимаю. Но видишь ли… мне надо, чтобы дело шло без проблем. Я готов простить одну ошибку, ну, две. Но ты, Энни… наверно, чересчур стараешься. Поэтому все и валится у тебя из рук. Ты мне все портишь. Эта дама – моя постоянная клиентка. Она требует, чтобы я заплатил за испорченную одежду. Я, естественно, улыбнулся и сказал: «Николас Димитреу всегда отвечает за свои ошибки». Но такой способ вести дело меня не устраивает. Поэтому, прошу прощения, но тебе придется уйти.
Он повернулся и отошел.
– Подождите! – крикнула ему вслед Энни.
Она не должна унижаться, но и позволить себе потерять работу она тоже не может. Сдавленное рыдание сотрясло ей грудь, отчего голос стал тонким и дрожащим.
– Я заплачу за эта. Запишите мне долг. Мистер Димитреу, мне очень нужна эта работа, правда! Пожалуйста, ну, в последний раз!
В этот отчаянный момент все закачалось и вспыхнуло у нее перед глазами. Показалось, что она не выдержит и разразится рыданиями, как последняя дура.
Изувеченный рот Ника сложился в печальную улыбку.
– Я дам тебе совет, Энни. Наша работа не для таких девушек, как ты.
Энни замерла глядя, как он быстро вышел через крутящуюся дверь.
К ней подошла Лоретта и обняла за плечи.
– Тебе это тяжело сейчас принять, но, поверь мне, он прав. Ты слишком нежная для этой помойки. Мне почему-то кажется, что ты актриса или фотомодель, у которой полоса невезения. Что, скажешь, не угадала?
Водянисто-голубые глаза Лоретты приобрели тоскующее выражение. Однажды она призналась Энни, что самое худшее в их работе – это необходимость каждый вечер пропускать телесериал «Дни нашей жизни».
Энни, тщательно избегавшая каких бы то ни было откровенных разговоров, почувствовала себя польщенной. Ей сейчас так не хватало сочувствия! Но черные мысли, собиравшиеся на горизонте сознания, уже надвинулись на нее. Как она найдет другую работу? Как заплатит за квартиру? Как прокормит себя и Лорел?
У нее осталось всего сорок два доллара и семьдесят два цента – чаевые, заработанные с таким трудом, и остаток от продажи драгоценностей. Этого, если прибавить недельный заработок в «Парфеноне», едва хватит, чтобы протянуть до конца месяца. И то, если они будут очень-очень экономны. А потом…
«Господи, что же я буду делать!» Трясясь от страха, как в ту последнюю ночь в Бель Жардэн, Энни взяла конверт со своим жалованием, приготовленный для нее мистером Димитреу, и ушла.
На Восьмой авеню, проходя мимо овощного магазина с пучками салата, помидоров и яблок на витрине, она вспомнила эпизод из фильма «Унесенные ветром», где Скарлетт, которую рвет от редиски, грозит кулаком в небо и клянется: «Я больше никогда в жизни не буду голодать».
Размышляя о том, насколько киношная ситуация походила на ее собственные затруднения, Энни горько усмехнулась: «Как же теперь быть?»
Надо что-то придумать. Обязательно.


– Барух ата адонай, элохейну мелех хаолам…
type="note" l:href="#n_3">[3]
Энни закрыла глаза, и поющий голос Ривки, молящейся при свечах, успокоил ее.
Втихомолку присоединившись к молитве, Энни добавила про себя:
«Господи, помоги мне, пожалуйста, найти работу! Что-нибудь такое, с чем я бы справилась… чтобы я была там на месте».
Открыв глаза, Энни взглянула на Ривку, с ее аккуратно завитыми темными волосами, в цветастом платье с длинными рукавами, сидящую напротив мужа за обеденным столом, окруженную многочисленным семейством, между Лорел и Сарой. Затем непонятные слова молитвы на еврейском языке подхватили все остальные, но на этот раз хор вел мистер Груберман. Голоса накладывались один на другой. Нежные высокие тона Сары, Лии и четверых младших братьев сливались с вибрирующим самоуверенным контральто тринадцатилетнего Мойши. Неожиданно Энни услышала рядом с собой тонкий голосок Лорел, подтягивающей то одну, то другую фразу. Оглянувшись на ее клетчатый сине-белый джемпер и курточку с матросским воротником, Энни еле слышно ахнула от удивления. Когда Лорел успела запомнить слова?
Ривка, видимо, тоже заметила это. Улыбнувшись Лорел, она сказала:
– Молодец, шейнинке. А хлеб освящать ты мне поможешь?
Лорел смущенно кивнула, и Ривка подала ей хлебный нож. В широком лезвии отразились колеблющиеся язычки зажженных субботних свечей, стоящих на буфете в серебряных подсвечниках.
– Барух ата адонай, – начали вместе Ривка и Лорел. Затем Ривка замолчала и кивнула Лорел, предоставляя ей продолжать. Лорел запнулась, ее бледные щеки зарделись. Подняв глаза, она бросила пугливый взгляд на сидящих за столом, но, поняв, что никто не собирается над ней смеяться, глубоко вздохнула и, запинаясь на каждом слове, закончила:
– …элохену… мелех… хаолам… хамон… лехем… мин хаоре…
Счастливо улыбнувшись, Лорел сняла белоснежный плат с большой плетеной халы и подождала, пока Ривка отрежет от нее край и передаст ей. Затем, следуя указаниям Ривки, отщипнула от этого хлеба небольшой кусочек и положила в рот, передав остальное Энни. Один за другим каждый из сидящих за столом отломил свой кусочек халы и съел, и таким образом был разделен весь отрезанный Ривкой ломоть.
Это было уже второе празднование субботы, на которое Ривка пригласила своих квартиранток. Вечером в прошлую пятницу было точно так же – зажженные свечи, молитвы над вином и хлебом. Но тогда Лорел сидела молча во время пения, не поднимая глаз от своей тарелки. А теперь она подпевает, да еще по-еврейски!
Энни всегда знала, что сестра быстро усваивает все новое – так бывало, например, с карточными играми. И теперь ей оказалось достаточно двух недель общения с Ривкой, чтобы научиться прекрасно готовить. Энни была поражена. На что еще способна эта девочка?
Ривка, Сара и Лия поднялись из-за стола и стали носить из кухни горячие блюда с жареными цыплятами, картофелем, спаржей, лапшой. Мальчики переговаривались между собой на идише. Лорел наклонилась к Энни и спросила:
– Тебе понравилась хала? Это я готовила.
– Ты!
– Да. Обычно я только помогала. Но для этой халы я месила тесто, а потом плела ее. Видишь, она сверху блестит – это из-за яичного белка.
– Яичного белка? – повторила Энни, внимательно глядя в лицо сестры и замечая, как сильно она повзрослела за последнее время. В глазах Лорел появилась уверенность и какое-то воодушевление. Даже прическа изменилась. Больше не было ни косичек, ни «конского хвоста». Волосы свободно ниспадали сзади на шею.
Вчера вечером, вернувшись из «Парфенона», пропахшая горелым жиром и потом, голодная и до такой степени измученная, что едва держалась на ногах, она застала Лорел в их маленькой кухне за приготовлением обеда. На столе уже поджидала кулебяка с печеной картошкой и слегка увядшие листья салата. И хотя кулебяка подгорела с одного края, а картошка чуть-чуть не дошла, Энни сглотнула все в один момент. И нисколечко не покривила душой, когда призналась сестренке, что ничего более вкусного никогда в жизни не ела.
Лорел еще не знает, что ее вышибли с работы. Пока что у нее не хватает смелости признаться в этом. Особенно Ривке. Интересно, что сделает Ривка, если в следующий месяц Энни не сможет заплатить за квартиру, – оставит их из милости? Вряд ли. Совершенно ясно, что Груберманы при таком количестве детей переживают тяжелые времена и сами едва сводят концы с концами. Им необходимы деньги от сдачи квартиры наверху.
Нет, Энни просто обязана найти работу… и как можно скорей!
Но сейчас… какое же удовольствие сидеть здесь, вдыхая чудесный запах, идущий от полных блюд и чаш, расставленных на столе, наслаждаясь теплом и единодушием, царящими в этой комнате. Даже перепалки между младшими Груберманами не нарушают общего очарования.
– Ма, а чего Хайм пинается под столом!
– Хайм, прекрати, – тихо отзывается Ривка, не поднимая глаз от тарелки с цыпленком, которого режет на мелкие кусочки для Шейни. Малышка сидит на высоком стульчике рядом с матерью.
– Что такое, Йонки, – продолжает Ривка, – почему ты кладешь спаржу в салфетку, а не в рот?
Энни взглянула на пятилетнего Йонкеля в ермолке, косо сидящей на коротко остриженных кудряшках, на его сразу порозовевшие круглые щеки. Покорно развернув салфетку, он вытряс измятую спаржу обратно в тарелку.
– А я не хочу спаржу, – заявил тонкий, как трость, Мойша.
Он казался намного моложе своих тринадцати лет. И только подбородок, опушенный, словно персик, подтверждал его возраст. От пара, идущего от тарелки, в которую он наложил себе картошку, его квадратные очки с толстыми стеклами сразу запотели.
– Я же не знаю – а вдруг там клоп? – объяснил он.
– Какой еще клоп? – быстро спросила Ривка, оглянувшись на него.
– Ну… я, конечно, никакого клопа не видел… но если я его съем по ошибке, то он размножится у меня в желудке.
– Кто это тебе сказал?
– Рабби Мандельбаум.
– Что ж, если Рабби Мандельбаум придет к нам обедать, пускай самолично моет каждую стрелку спаржи. Но покуда здесь готовлю я, ты будешь есть, что тебе дают. – Голос Ривки звучал с возмущением, но все лицо выдавало ее веселое настроение.
– Посмотри, Йонки, я ем спаржу, – подбадривающим тоном сказала Лорел и, набрав на вилку как можно больше, отправила все в рот. – Правда, очень вкусно!
Все, кроме Лорел и Энни, разразились смехом.
– Ты-то можешь есть все, что хочешь, – хихикнула пятнадцатилетняя Лия, темноглазая, розовощекая, с гладкими коричневыми волосами, уложенными, как у мальчика-пажа, – более яркая копия своей старшей сестры Сары. – Ты же не еврейка!
– Мойша не ест спаржу не потому, что он еврей, – рассудительно ответила Лорел. – Он ее просто не любит.
Улыбнувшись и одобрительно глядя на Лорел, Ривка сказала:
– Умница, девочка!
И Энни снова преисполнилась уважением к младшей сестренке. Подумать только, брошенная в дебри незнакомого города, все равно что куда-нибудь в Венгрию, к людям, с которыми у нее нет ничего общего, она каким-то непостижимым образом нашла свое место в этой ситуации, сумела извлечь из нее все лучшее… хотя бы то, что узнала много нового и полезного. И вполне возможно сама научила чему-то окружающих.
Бремя заботы о сестренке, тревога о ее и своем будущем вдруг показались легче, чем все последнее время. А может, это не Лорел целиком зависит от нее, а она сама, пусть в малой степени, но зависит от Лорел?




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любящие сестры - Гудж Элейн

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ I

12345678910

ЧАСТЬ II

11121314151617181920212223242526

ЧАСТЬ III

27282930313233343536Эпилог

Ваши комментарии
к роману Любящие сестры - Гудж Элейн



Хороший роман. Советую прочесть.
Любящие сестры - Гудж ЭлейнИрина
1.12.2014, 17.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100