Читать онлайн Любящие сестры, автора - Гудж Элейн, Раздел - 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любящие сестры - Гудж Элейн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 10 (Голосов: 10)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любящие сестры - Гудж Элейн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любящие сестры - Гудж Элейн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудж Элейн

Любящие сестры

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

14

– Тебе не нравится, да? – прошептал в темноте Эммет. Энни почувствовала себя виноватой. Взяла и испортила для Эммета их совместный поход на концерт камерной музыки в Сен-Шапель. Над головой и со всех сторон в полумраке готического собора сверкали, словно корона из темных рубинов, знаменитые цветные витражи. В пятне света перед двойными рядами складных стульев виолончелист играл Моцарта, и музыка отдавалась под высокими сводами с чистотой, какую Энни никогда не приходилось слышать. Но она не могла сосредоточиться, ее душа была слишком переполнена другим. Джо…
Прошло уже два месяца. А точнее, два месяца и одиннадцать дней. Долгий срок ему потребовался, чтобы ответить на ее письмо и открытку. И это притом, что он ни разу не позвонил. И наконец сегодня среди утренней почты, которую ее хозяйка мадам Бегбедер оставляет каждый день на скрипучем столике в прихожей у входной двери, между письмами от Лорел и Долли она обнаружила еще одно. Тонкий голубой авиаконверт с каракулями Джо.
В лихорадочном нетерпении распечатывая конверт, Энни случайно оторвала уголок письма. С безумно бьющимся сердцем принялась разбирать неровные строчки. Он счастлив, что она так поладила со всеми у Жирода. И что она так много всего узнала. Красив ли Париж в мае? Побывала ли она в Тюильри? А в торговых рядах Блошиного рынка?
И ни слова о том, что он скучает, не может дождаться, когда она вернется. О себе вообще ничего, кроме того, что очень занят в ресторане и с поставщиками. Да, не забыл еще написать, как сильно бедного Рафаэля покусала одна из его собак.
Энни была так разочарована, что чуть не расплакалась.
И теперь, сидя рядом с Эмметом, который, кажется, в восторге от концерта и которому обычно удавалось рассеять ее тоску по дому, она чувствовала себя беспредельно одинокой, так что ныло все тело. Наверное, само это место и эта божественная музыка усиливали ее тоску. Слишком много удовольствия тоже плохо, как и слишком мало. Особенно, если болит душа.
– С чего ты взял? – шепотом ответила она.
– Хочешь, уйдем?
– Но…
Она хотела напомнить ему, как много он заплатил, за билеты, но почувствовала, что он тянет ее к выходу. Они проскользнули между рядами и затем по узкому проходу. В полумраке Энни споткнулась о неровность старинного каменного пола, и хорошо, что Эммет поддержал ее. Ощущая под своей ладонью его твердую, незыблемую руку, она наполнилась чувством уверенности и равновесия. Даже исходящий от него запах, напоминающий дым костров, сухих осенних листьев, успокаивал ее.
Выбравшись наружу, в небольшой, вымощенный камнем дворик, примыкающий к собору, Энни повернула к нему голову и сказала:
– Эм, тебе абсолютно нет смысла уходить из-за меня. Я вполне способна добраться до дому одна.
– Знаешь, Кобб, у меня есть идея. – Он подмигнул ей и положил на плечо руку. – Тут есть одно кафе… Когда настроение на нуле, Моцарт не идет ни в какое сравнение с перно и плечом, на котором можно поплакать.
– Хватит изображать папу Карло. Ты только усиливаешь во мне чувство вины.
– Хорошо, в таком случае разрешаю тебе заплатить за коктейли.
– Договорились – Она рассмеялась: – Это уже лучше.
Был тихий летний вечер. Они шли вдоль толстых каменных стен, окружающих площадь Правосудия, и чувство собственной эгоистичности в Энни сменилось сознанием того, что все это даже смешно. Наверно, она просто устроила бурю в стакане воды. Разве это так важно, что именно он написал? Важен сам факт – он написал ей письмо. Можно подумать, что ее собственное письмо к нему было очень нежным.
Она взглянула на Эммета. На нем были серые выходные слаксы и темный блейзер, из-под которого выглядывала белая рубашка с пуговицами. Он выглядел очень красивым. Его можно было принять за начинающего адвоката или маклера, если не смотреть на ноги. Энни ни разу не видела его без этих старых ковбойских сапог, которые так потерлись, что приобрели вид гладкого мореного дерева. Носы стали почти белыми, каблуки стоптались. Эти сапоги придавали ему не только оригинальность, которая ей так нравилась, но и известную долю независимости – казалось, он этим говорил: «Я здесь проездом, на меня можете не рассчитывать».
Она ощутила прилив благодарности к Эммету за его дружбу… за то, что он не сделал ни одной попытки перейти на интим. Уже несколько недель они работали рядом и ходили вместе обедать в прокуренное бистро, но он ни разу даже не поцеловал ее перед расставанием. Нравился ли он ей? По временам ей казалось, что между ними возникает что-то… словно сгусток энергии… огонь.
Но чаще она не могла понять его чувств. Ясно только, что ему нравится быть в ее обществе.
Они перешли через Сену по мосту Сен-Мишель. Какой-то старик, торгующий открытками, послал Энни воздушный поцелуй. И она задумалась – а что, если бы Эммет поцеловал ее? И с внезапной остротой ощутила теплую весомость его руки, придерживающей ее за плечи.
«Господи, что со мной! Мне кажется, это Джо, а не Эммет».
Приятная прогулка по мосту Сен-Мишель привела их в маленькое кафе на площади Сен-Мишель. Столы и стулья тесно стояли под зубчатым зелено-розовым навесом. Люди сидели все вместе, болтая и жестикулируя, словно здесь происходил какой-то чудесный, шумный праздник. Энни и Эммету пришлось даже подождать минуту или две, пока они не заметили уходящую пару и скорее проскользнули на их еще теплые места.
– Ну что, отлегло немного? – спросил Эммет.
– Вполне, – ответила она и с удивлением почувствовала, что это правда.
– Может, расскажешь мне, в чем дело?
– Не стоит.
– Что, так серьезно?
– Не то чтобы серьезно… скорее, глупо. Нечего даже рассказывать.
– Хочешь, угадаю? Высокий, темноволосый, симпатичный.
Энни почувствовала сквозняк в воздухе и одновременно покраснела от внутреннего жара.
Она кивнула, глядя на пару за соседним столиком. Мужчина как раз нагнулся, чтобы зажечь даме сигарету. Их взгляды замкнулись. В тот момент, как зажженная спичка дотронулась до сигареты, женщина положила ладонь на его протянутую руку.
– Только две вещи на свете невозможно преодолеть – волю женщины и сердце мужчины, – изрек Эммет со своим техасским акцентом, который всегда пускал в ход, когда хотел вывести ее из дурного настроения.
Энни взглянула на него. Он спокойно улыбнулся, голубые глаза смотрели цепко, пытаясь прочесть ее мысли. Но за этой улыбкой скрывалось нечто большее. И она вдруг придвинулась к нему, как к огню костра в холодную ночь.
– У него нет никакой причины… абсолютно никакой причины грустить только из-за того, что я уехала, а он остался, – произнесла она твердым голосом, стараясь убедить не столько Эммета, сколько самое себя. – Я знаю, что мы просто друзья, давние хорошие друзья. С чего он вдруг станет писать мне любовные письма, если у него нет любви ко мне?
– Зато у тебя есть, – утвердительно сказал Эммет. Он все также не спускал с нее взгляда, в котором читался легкий вызов.
– Нет! То есть… может быть. Господи, Эммет, я теперь и сама не знаю. Сколько времени можно любить человека, который тебя не любит?
Он сощурился. От уголков его глаз, словно лучики, разбежались морщинки. Казалось, он глядит на слепящее солнце.
– Я думаю, долго.
Она поняла, что он говорит не только о ней. Но прежде чем успела ответить, появился шустрый официант, и Эммет сделал заказ.
Слушая его, Энни уже который раз удивилась его правильному французскому. Он сказал, что в школе его не изучал, просто наслушался там и сям, в основном от каджунов,
type="note" l:href="#n_20">[20]
с которыми много общался в Новом Орлеане. А Энни, хотя четыре года просидела в частной школе, на французском языке едва могла произнести правильно слово «croissant»
type="note" l:href="#n_21">[21]
и не вывихнуть язык.
Но Эммет во всем такой, это она уже заметила. Он захватывает и людей, и знания с такой легкостью и естественностью, как бродячая собака ловит блох. Однажды они встретили в Тюильри женщину, кормившую голубей. Через несколько минут Эммет уже знал всю ее историю – про мужа, который был во время войны в Сопротивлении и умер от столбняка; про трех сыновей, которых она пережила; про ревматизм, который мучает ее в холодные ночи; про голубей, которых она приходит кормить каждое утро, и даже завела среди них любимцев, которых называет именами прославленных французских генералов. А потом старая дама в черной шали, тронутая вниманием Эммета, показала ему необычного голубя, с оперением рыжевато-терракотового цвета, и воскликнула: «А это вы», выразив таким образом желание назвать его в честь Эммета. Возвращаясь назад, Эммет засмеялся и сказал:
– Что ж, быть голубем – это еще не самое обидное. Чувствуя, что перно уже ударило ей в голову, Энни внезапно сказала:
– Я наврала тебе, что не знаю, люблю ли я Джо. Я люблю его. Но почему в этом так трудно признаться? Почему у меня такое чувство, словно я признаюсь в каком-то страшном преступлении? – И слезы, которые она только что с таким трудом подавляла, снова прихлынули к глазам.
– Потому что ты боишься остаться в дураках, – сказал он. – Но ты не одна такая, Кобб. Большинство людей скорее согласятся броситься под автобус, чем позволят себе оказаться в дураках. Особенно в любви.
– Если бы я только знала о его чувствах… я бы… – Она пожала плечами и слегка лукаво улыбнулась: – Тогда ты не сидел бы здесь, выслушивая, как я корчу из себя дурочку.
– Ты уверена, что это он тормозит? Может быть, ты сама? – Склонив голову набок, он с любопытством глядел на нее, в то же время поглаживая широкими мозолистыми пальцами ножку фужера. Его волнистые волосы в янтарном свете старомодного уличного фонаря приобрели цвет медяка пенни, стертого до гладкости прикосновением бесчисленных рук.
Чувствуя, что его слова попали в точку, Энни молчала, глядя вниз, в свой пустой фужер. На дне его темный кружок казался входом в далекий, но все приближающийся туннель. С некоторым чувством смущения она поняла, что слегка запьянела. Господи, вполне подходящее состояние, чтобы свалять еще большего дурака.
– Мне, кажется, пора идти, – сказала она. – Не знаю, как ты, но для меня подъем в пять утра каждый день означает, что к десяти вечера я превращаюсь в вареную репу. Он засмеялся:
– Уж если тебе хочется сравнений с овощами, то ты выглядишь как апельсин.
Через несколько минут, когда они перешли реку по мосту, ее вдруг уколола мысль, что осталось меньше месяца до возвращения в Нью-Йорк. Она уедет, а Эммет… Кто знает, где он будет? Может быть, они никогда уже не встретятся. Почему-то сразу заболело сердце, и она поскорее отогнала эту мысль прочь. Сейчас он здесь, и она благодарна ему. За дружбу, за то, что терпеливо выслушал ее инфантильное нытье.
Когда они остановились полюбоваться на баржу, скользящую под мостом в волшебном свете фонарей, Энни, повинуясь внезапному импульсу, запрокинула голову и быстро поцеловала Эммета в губы.
И тут же оказалась в его объятиях. Его поцелуй не был ни осторожным, ни ласковым, но сильным и полным, почти болезненным. Его губы были тверды и сладки, с анисовым привкусом перно. Одна рука сжимала ей талию так крепко, что она не смогла бы вырваться, если бы даже хотела. Но она ни за что не хотела. «Господи Боже, что же я делаю?! Другая рука охватила ей затылок, и кончики пальцев слегка надавливали на основание головы, так нежно, так ласково, словно он укачивал новорожденного младенца.
Энни чувствовала, как острое, тянущее желание нарастает внизу живота. Казалось, вся кровь отлила от головы, золотые искры закружились под закрытыми веками глаз. Поднимающийся снизу огонь завладел всем пространством под грудной клеткой. Господи, как она могла… как это было бы чудесно, если бы вместо Эммета сейчас был Джо!
А Эммет, хочет ли он ее? Или его тоже кто-нибудь ждет дома, о ком он не стал ей говорить?
Отпустив ее, Эммет, казалось, слегка покачивается. Неужели он так пьян? Интересно, если бы они оба были трезвые, могло бы такое случиться или нет? Она вглядывалась в его лицо, оно было совсем близко от ее глаз.
Его горячее частое дыхание касалось ее щеки. И вдруг ей стало совершенно ясно, что она хочет этого, ей необходимо это, и уже очень давно. Может, ей просто не хватало уверенности в нем… так же, как не хватает уверенности в Джо? Доказательств, что она любима, желаема, единственна?
– Господи, – пробормотал он, потирая подбородок. – Куда же мы теперь пойдем?
– Не ко мне. – Она коротко, судорожно усмехнулась. – Мадам Бегбедер просто выкинет нас вон, – произнесла она, охваченная безрассудством мгновения.
– Значит, ничего не выйдет, да? – Он отступил на шаг и, взяв ее за руку, сильно сжал.
Прежде чем она успела что-либо сообразить, они были уже в такси и неслись по бульвару Сен-Жермен к площади Виктора Гюго, где жил Эммет.
Энни была одновременно и возбуждена и странно покорна… словно взобралась на аттракцион «американские горки» и теперь нет иного выхода, кроме как испытать все до конца.
Скоро они оказались возле массивной деревянной калитки с кнопкой, затем во дворе и, наконец, в вестибюле с запахом прачечной. Эммет повел ее вверх по винтовой лестнице и на каждой площадке нажимал большим пальцем кнопку, от чего на верхнем этаже вспыхивал свет. Но к тому времени, как они добирались до этого этажа, свет гас.
– Это таймер, – объяснил он, зная, что в частном доме, где Энни снимала комнату, такого устройства нет. – Как видишь, при такой системе никому не удастся забыть выключить за собой свет. Остроумно, да? Это только мы, бестолковые американцы, считаем, что свет, бензин и газ льются на нас с неба.
Как он может быть таким спокойным? Колени у нее дрожали, сердце стучало, она едва могла идти.
«Зачем я пришла? Надо немедленно вернуться… сию минуту…»
Но ноги продолжали идти вверх. Они вошли в высокую дверь с медной ручкой и очутились в узком холле с высоким потолком. Наверно, хозяйка этого дома не сдержала бы улыбки, если бы увидела сейчас Эммета, огромного и лохматого, прихрамывающего в своих ковбойских сапогах среди пухлых диванчиков с атласной обивкой и гнутых стульев в стиле ампир, мимо крошечного круглого столика, накрытого шалью с бахромой и уставленного фигурками из севрского фарфора и семейными фотографиями в серебряных рамках.
Впрочем, хромота совсем не мешала Эммету двигаться на удивление проворно. Он обошел комнату, зажигая лампы, нисколько не стесняясь беспорядка. Глядя, как он поправил картину, слегка скривившуюся набок, Энни вспомнила даму с голубями в парке, вспомнила, как бережно он помог ей подняться со скамейки.
И снова возник безотчетный вопрос: «Зачем я здесь? Я же не люблю его!»
В то же время ее неудержимо влекло к нему. Тянущее чувство в животе, возникшее на мосту, когда он поцеловал ее, теперь перешло в подавленный трепет желания. Она представила себе, как все будет – Эммет снимет с нее одежду, будет целовать все ее тело, держать ее своими жесткими горячими руками. Нет, она не любит его… Но, черт бы его побрал, она хочет его! Хочет сейчас же, скорее, не оглядываясь на доводы рассудка и возможные последствия, – как голодный хочет есть.
Эммет, словно чувствуя ее смущение, подошел и положил руки ей на плечи, поцеловал в лоб. Она отпрянула в сторону, и он улыбнулся… словно это показалось ему нелепым… детским, наверно.
Энни смутилась, чувствуя досаду и на себя, и на него. – Эммет, я не должна была идти сюда. Это… сумасшествие какое-то. Я не люблю тебя. И ты не любишь меня.
– А ты, конечно же, не из тех, кто станет спать с мужчиной ради развлечения, правда? – будто насмешливо сказал он.
Ах, он дразнит ее?
– Гораздо лучше, если мы с тобой навсегда останемся друзьями.
– Ты о нас с тобой беспокоишься или о том парне, который ждет тебя дома?
Джо. Это имя стояло в душе словно щит. Ей хотелось заполнить им все пространство, тишину которого нарушало только тиканье часов.
– Нет, – солгала она. – Я сейчас не думаю о нем. Он пожал плечами и отступил с тихим, покорным смешком:
– Черт возьми, Кобб, ты можешь уйти отсюда сию минуту, и я обещаю, что все будет по-старому.
– Эм…
– С другой стороны, – добавил он ласково, приложив к ее подбородку загрубевший от тяжелой работы палец, – если ты останешься, обещаю, тебе будет в тысячу раз лучше.
Он снова поцеловал ее, и на этот раз сквозь все ее тело прошла молния. В пламени счастья, вспыхнувшего вслед за тем, вновь возникло имя Джо и сразу растворилось в ощущении торжества: она больше не нуждается в нем.
Эммет уже вел ее в спальню. Массивный подголовник кровати с украшениями из золоченой бронзы, словно кремовые розы на свадебном пироге, казалось, занимал все пространство. Словно во сне, Энни легла и позволила Эммету раздеть ее. Его мозолистые руки были шершавы, но в то же время удивительно нежны и сведущи. Никакого замешательства с пуговицами и застежками. Он совершенно точно знал, как со всем этим обходиться и где дотронуться до нее. Его поцелуи в губы, в виски, в шею и затем, когда он расстегнул лифчик, – в грудь вызывали в ней чудесную дрожь и заставляли покрываться гусиной кожей. Ее уже раздевали прежде, еще в школе – Стив, а позже – Крэг Генри, но это никогда не доставляло ей такого наслаждения. Сердце ее металось, словно она была на грани какой-то тяжелой болезни.
Глядя, как Эммет, сидя на краю постели, принялся снимать сапоги, она думала, как подействует на нее вид его увечной ноги.
Когда же увидела развороченную кожу и странно скрюченные пальцы, ощутила жгучий прилив нежности. Осторожно коснувшись, спросила:
– Болит?
– Только если я вздумаю пойти туда, куда не следует, – подколол он ее и улыбнулся.
– Как сейчас?
Он пожал плечами:
– Пожалуй. Я ведь тоже немного боюсь. Не против, если мы будем со светом?
Он провел шершавым пальцем по ее животу, и на нежной коже остался еле заметный красный след. Она вздрогнула. И тогда, нагнувшись к ней лицом, он дотронулся до ее тела кончиком языка, теплым и легким, затем двинулся ниже… Господи, он не должен делать этого… и никто не должен… но разве можно отказаться? Мягкие завитки его волос так нежны, гораздо нежнее, чем можно вообразить; они касались ее бедер, продвигаясь все ниже… И вдруг его язык, легко, словно перышком, коснулся…
Огонь пронзил ее тело. Ей казалось, она умрет от этого огня. Пожалуйста, о, пожалуйста… Я же не вынесу…
Я сойду с ума!
Эммет поднялся, снял рубашку и трусы. Она удивилась, что волосы на его груди и ниже не рыжие, а темные. Мускулы крепки и толсты, как канаты. И веснушки по всему животу. Сразу видно, что большую часть жизни он провел на открытом воздухе: руки ниже локтей намного темнее, чем все тело. Но больше всего ее поразило, насколько невозмутимо он разделся перед ней. Будто это была самая обыденная вещь – быть вдвоем голыми.
Но когда он лег рядом, она ощутила его силу и желание. Он был напряжен почти до дрожи. И снова принялся ласкать и дразнить ее, обнаруживая даже такие места на ее теле, о которых она и не подозревала, как они сладостно чувствительны. Нижние полукружия грудей, впадинки под коленями, кожа между пальцев…
И все же, несмотря на всю сладость этих ощущений, ей хотелось свернуться в клубок, защититься от этой агонии желания. Эммет гладил ее осторожно, успокаивающими движениями, и она вдруг раскрылась ему навстречу, изогнувшись и пропуская его внутрь. Да… теперь да…
Она ощутила только тяжелый пресс, налегший на нее, внедрившийся в нее. Она взглянула из-за его плеча на лунное пятно, застывшее на стене, и увидела, как оно вспыхнуло ярче, разлилось по всей стене и по всему пространству, и она сама стала лунным светом, внутри этого света, его белым огнем, сжигающим ее.
Боже! Едва сознавая, что делает, Энни укусила его за плечо. Острый, солоноватый привкус. Она слышала его короткий вскрик, и вслед за тем глубоко пронзили ее несколько мощных, яростных ударов.
Она держала его до тех пор, пока не высох смешанный пот их горячих тел. Уткнувшись лицом в ее шею, он прошептал: «Энни».
Энни. Он никогда не называл ее иначе чем Кобб. А теперь произнес ее имя. Что это значит? Чего еще он ждет от нее?
Она задрожала, снова теряя контроль. Словно «американские горки», которые она проехала как будто до конца, вдруг превратились в бесконечный спуск, грозящий унести ее за край земли. А Джо? Почему, хотя она ничего ему не должна, у нее такое чувство, что это предательство?
– Господи, Эм, что же это такое! Мне пора уходить, – растерянно пробормотала она.
Гладя ее волосы и шею, которая все еще горела от щетины его небритого подбородка, он ласково ответил:
– Тебе не нужно никуда уходить, Энни. Ты уже пришла.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Любящие сестры - Гудж Элейн

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ I

12345678910

ЧАСТЬ II

11121314151617181920212223242526

ЧАСТЬ III

27282930313233343536Эпилог

Ваши комментарии
к роману Любящие сестры - Гудж Элейн



Хороший роман. Советую прочесть.
Любящие сестры - Гудж ЭлейнИрина
1.12.2014, 17.20








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100