Читать онлайн Все в его поцелуе, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Все в его поцелуе - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.84 (Голосов: 82)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Все в его поцелуе - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Все в его поцелуе - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Все в его поцелуе

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

– Вы серьезно?
– Вы говорите так, словно совершенно мне не верите. Уверяю вас, я абсолютно серьезен. Список попечителей заведения действительно выглядит весьма солидно. Почему бы мне не пополнить славную когорту благотворителей?
– Как быстро вы стали тщеславным. Пожалуй, тут надо сделать паузу. – Рия действительно сделала паузу. – Ну все, можно продолжать. Видит Бог, какое облегчение!
Он вздернул бровь:
– Вам моя идея пришлась не по вкусу.
– Ваша светлость действительно имеет привычку недооценивать себя и других. Мне ваша мысль ненавистна. Меня, по правде сказать, от нее тошнит.
– Прошу вас, не играйте словами. Говорите именно то, что думаете.
Рия улыбнулась, но как-то совсем невесело.
– Простите меня, – продолжала она. – Простите за то, что терпите мои слова.
– Ну, теперь вы меня недооценили, мисс Эшби. Я не такой неженка. Скажите, почему мне не следует вступать в попечители.
– А зачем? Вы и так имеете значительное влияние на меня как опекун. Или вы хотите полностью взять под контроль данный аспект моей жизни? Ваш отец имел милость не вмешиваться в дела школы.
Уэст сделал над собой усилие и пропустил замечание насчет отца мимо ушей. Он не мог сначала призывать ее к свободному изъявлению мыслей, а потом укорять за неосторожные высказывания.
– Я не хочу на вас давить. Заставлять вас исполнять мою волю. Вы все еще хотите от меня помощи, или я ошибаюсь? Мисс Джейн Петти еще не вернулась в школу, не так ли? Согласно последним запросам, которые я сделал из Лондона, она все еще числится пропавшей.
– Вы наводили справки? У кого?
– Вы заметили как-то, что у меня есть связи в министерстве.
– Да, но…
– Вот я и использовал свои связи, мисс Эшби, от вашего имени. Я сожалею, что мои знакомые пока не смогли помочь найти Джейн, но кое-какую пользу мне все же извлечь удалось. Того, что я узнал, достаточно, чтобы я приехал сюда.
Рия заморгала от неожиданности. Ей вдруг захотелось плакать. Лишь бы только удалось сохранить самообладание и не разреветься перед этим человеком!
– Спасибо, – еле пролепетала она. – Спасибо вам.
– Сберегите свою благодарность до того момента, когда я действительно смогу что-то сделать. – Он склонил голову набок и окинул ее внимательным взглядом. – Я понял, что вы не хотите зависеть от меня. Не хотите, чтобы я слишком совал нос в ваши дела. Но помимо них, есть ли еще какие-то обстоятельства, препятствующие моему вступлению в совет?
– Думаю, нет. Хотя я все равно не могу понять, чего вы добиваетесь.
– Сделайте милость, мисс Эшби.
– Я ведь не приставляла вам нож к горлу, не так ли?
Он захохотал, игнорируя ее попытки заставить его смеяться тише.
– Вот истинное доказательство вашей благотворительности по отношению ко мне! – воскликнул он, отдышавшись.
– Вас могут услышать, если вы будете так громко разговаривать.
Уэст пожал плечами:
– Ну и что? Я – ваш опекун. Нас обвинят в том, что мы устраиваем тайные свидания в ваших апартаментах.
Рия насмешливо поджала губы:
– Вы говорите несерьезно.
– Конечно, нет. Но признаюсь, крайне забавно наблюдать за тем, как бы вы выпутывались. – Уэст мудро решил сменить тему. У Рии слишком воинственный вид. – Мне кажется, я мог бы помочь вам больше, если бы стал попечителем и имел неограниченный доступ к школе, но в качестве опекуна мои действия вызовут кривотолки, тем более что покойный герцог в школе не появлялся.
– Он посещал школу, – возразила Рия. Она видела, как взмыла вверх темно-рыжая бровь. – Однажды.
– Да. Я так и думал.
«Интересно, кто его информировал? – подумала Рия. – Неужели лорд Тенли? Уильям не стал бы делиться с ним такой информацией по доброте душевной». Его бесило, когда герцог уделял ей время.
– Тогда вы должны также знать, что попечители здесь тоже нечастые гости.
– Но они бывают наездами в школе.
– Конечно.
– И если они имеют желание посетить школу, оно приветствуется?
– Разумеется.
– Значит, они могут приезжать, когда им вздумается.
– Да.
– Вот что мне и нужно. Приезжать в любое время, и чтобы мой приезд не комментировался. Так что не пытайтесь меня разубедить. У меня есть свои причины взяться за ваше дело.
– Вы не хотите мне о них рассказать?
– Нет.
– Но…
– Нет, – повторил он. – Вы непредсказуемы. Я не знаю, что вы выкинете, когда узнаете о них. Я еще не забыл о вашей поездке в Лондон без сопровождения, без предварительного заказа гостиницы. Вам хватило лишь вашей веры в то, что я шпион, и странной убежденности в моей помощи.
– И все же вы здесь.
Он пристально смотрел на нее:
– Я здесь потому, что мне так хочется. И вам бы лучше особенно в мои поступки не вникать, чтобы не делать далеко идущих выводов. Я оказался в довольно запутанной ситуации, и не только я, но и все мои друзья заодно, причем один из них, что называется, влип по-крупному. Вас не должно удивлять, что я решил немного отдохнуть от столицы. Кроме того, пора бы уже мне познакомиться со своими владениями. Лорд Тенли до сих пор живет в Амбермеде, и мне бы хотелось обсудить с ним вопросы нашего дальнейшего сосуществования.
Рия впервые задумалась о том, что Уэст, возможно, вообще никогда не ступал за порог усадебного дома. Будучи на попечении у герцога, она неоднократно бывала там, а вот Уэст – едва ли. Кто бы ему позволил?
– Вы потребуете, чтобы лорд Тенли съехал?
– Нет. Пусть он сам выберет, уезжать ему или оставаться. Я все равно не собираюсь задерживаться в Амбермеде больше чем на пару недель.
– Надо ли мне понимать вас так, что вы намерены стать частым гостем в Гиллхоллоу?
– В городке – нет. Но в школе – да. Я собираюсь при первой возможности нанести визит мистеру Беквиту в Санбери и сообщить ему о своем интересе к академии. Как я понимаю, он пробудет там всю зиму. Посмотрим, как все получится.
– Не думаю, что он придет в восторг от такой чести и пригласит вас·стать членом правления.
– Может, до него еще не дошли вести о том, что я больше не бастард.
– Думаю, во всей Англии не найдется человека, который не слышал бы истории о том, как герцог провозгласил вас своим законным сыном и наследником. – Рия сделала паузу. – Я вижу, что вы снова недооценили сенсационности вашего вступления в наследство.
– Вы правы. – Она улыбалась. Ее рот, крупный, с полными губами, привлек внимание его светлости. Уэст был не против почувствовать вкус ее губ. – Я думаю, мистер Беквит выслушает меня, и, быть может, я смогу его убедить оказать мне содействие. – Он видел, что Рию ему убедить не удалось. – Я настолько сильно внушаю неприязнь?
– Нет, – торопливо возразила она. – Я так не думаю. Просто совет попечителей – очень закрытая организация.
– В самом деле? – Уэст решил, что Рия почти ничего не знала о попечителях академии мисс Уивер. Она знала лишь то, что они хотели показать ей или общественности. – Вы не могли бы рассказать мне о них подробнее.
– Ну, школа – очень старое учреждение, – начала Рия. – Ее основала в 1725 году группа джентльменов из Лондона с прогрессивными взглядами на женское образование. Теперешние попечители – в основном представители второго и третьего поколения тех отцов-основателей. Забота о спонсировании школы передается из поколения в поколение как одно из условий наследования. Вот так все и происходит. Предки вашего отца не входили в число основателей школы. Вот почему, я думаю, они не примут вас в свой круг.
– Возможно, вы и правы. Скажем так, я попытаюсь бросить вызов обстоятельствам, но для меня не впервой стоять под окнами булочной, прижавшись носом к стеклу. Если мне действительно хотелось сладкого, я находил способ попасть внутрь.
– Например, сегодня. – Рия покраснела, осознав, как он мог интерпретировать ее слова, и отвела взгляд. – Я не хотела сказать, что…
– Вы не хотели сказать, что вы и есть то лакомство? – Он засмеялся низким негромким смешком, вполне двусмысленным. – Вы краснеете, мисс Эшби, вам очень идет. Без румянца вы слишком бледны. Однако ваша неловкость настолько ощутима, что я не решаюсь дразнить вас дальше. В будущем, я надеюсь, вы научитесь держать себя в руках, иначе ваша компания будет для меня слишком утомительной.
Она вскинула голову, и зло на него уставилась.
– Какой замечательный ответный ход! Молодец.
– Вы неисправимы.
– Так все говорят, кто хорошо меня знает.
– Надо же, и я пришла к такому же выводу при столь недолгом знакомстве. Выходит, я умная.
Уэст усмехнулся:
– Теперь вижу, вы окончательно обрели почву под ногами, мисс Эшби. – ·Он наклонился вперед, упершись локтями в колени. – Хватит про попечителей. Расскажите мне о парне, которого вы наняли. О… мистере Литтоне. Кажется, так его зовут? Как я понимаю, он свое пока не отработал.
Рия покачала головой. Она больше не сомневалась в способностях Уэста. Удивления она не чувствовала.
– Он меня разочаровал. Вначале я питала какие-то надежды, но теперь я вижу, что сам он сделать ничего не может.
– Но, по-видимому, дело не в нем. Возможно, тут никто ничего сделать не может. Вы должны учитывать такую возможность, мисс Эшби. Мисс Петти, быть может, навсегда для вас потеряна.
– Я рассматривала такой вариант, – призналась Рия, хотя саму мысль, что Джейн не найдется, она не допускала. – Но сегодня одна девочка, по имени Эмми, кое-что рассказала мне, и то, что она поведала, вселяет надежду.
Уэст бросил взгляд на часы. Он отнял у нее куда больше времени, чем намеревался. Он не сожалел о том, что пришел в школу, но в планы его входил лишь поверхностный осмотр помещений школы, а затем он собирался вернуться в гостиницу. Наблюдая за мисс Эммой Блейкли, он решил проникнуть в здание лишь затем, чтобы продемонстрировать Рии, что такое возможно. Он и так сильно злоупотребил ее гостеприимством. Сведения, о которых говорила Рия, свалились на него, словно яблоко, которым Ева дразнила Адама.
Уэст проглотил наживку:
– Кто такая Эмми?
– Эмми тоже учится здесь.
– Ей столько же лет, сколько мисс Петти?
– Эмми восемь.
Уэст разочарованно вздохнул, но постарался взять себя в руки. Рия, по всей видимости, считала Эмми надежным источником информации, и он не хотел разуверять ее.
– Эмми знает, где находится мисс Петти?
Рия покачала головой и начала рассказывать Уэсту, что узнала от Эмми. Уэст слушал не перебивая. Когда Рия упомянула Ферт-стрит, Уэст лишь кивнул.
– Разве я вас не обнадежила? – спросила Рия, не дождавшись от Уэста никаких комментариев.
– Зацепка есть, но ничего обнадеживающего.
Рию больно задел вердикт Уэста.
– Информация скудная и может ни к чему не привести, – произнес он, но, увидев, как изменилась в лице Рия, поспешил добавить: – Я не хотел разрушить ваши надежды, я лишь обрисовал перспективы. Вы получили сведения от ребенка, даже не подростка – маленького, неразумного. У меня нет опыта общения с детьми, который имеете вы, но не всегда стоит полностью доверять тому, что говорят дети.
– Эмми не лгунья.
– Я и не говорил, что она врет. Скорее всего, она сказала то, что действительно считает важным. Я уверен, она не раз прокручивала в памяти разговор с Джейн, терзаемая чувством вины. Представляла, что разговаривает с Джейн. Может, что-то и сама додумала, а потом убедила себя, что именно так оно и происходило. Она могла бы и ухажера Джейн описать в подробностях, только толку от такого описания никакого.
– Я тоже об этом думала, – тихо призналась Рия. – Что мы можем сделать?
– Я завтра сам ее расспрошу. Если она скажет, что Джейн уехала в Гретна-Грин, то мы поймем, насколько она внушаема.
– Тогда мне не следовало называть город?
– Увидим, – ответил Уэст, пожав плечами.
– А как насчет портнихи?
– Вы дадите мне описание Джейн и ее портрет, как можно более близкий к оригиналу. У вас есть ее портрет? Хотя бы маленький, для медальона?
Рия покачала головой:
– Нет, ничего такого Джейн не имела. Но мисс Тейлор учит девочек рисовать акварелью, и она – лучший художник из тех, что есть в нашем распоряжении. Думаю, она уже сделала мистеру Литтону рисунок Джейн – такой же, какой нужен вам. Я попрошу ее сделать еще один.
– Пусть сделает два. И описаний мне тоже надо несколько. Я отправлю одно описание и один портрет в Лондон, а второй экземпляр описания и рисунка оставлю у себя.
– Значит, вы сами не поедете на Ферт-стрит?
– Мисс Эшби, я только сегодня приехал сюда. Я не могу гоняться по всей Англии, словно гончий пес. Кроме того, подобное поручение может выполнить любой человек, обладающий терпением и прилежанием: заходить в каждое ателье и показывать портрет и описание мисс Петти каждой портнихе. У меня для такой работы просто терпения не хватит. А вот расспросить вашу Эмми я смог бы профессионально. Позвольте мне для рутинной работы использовать собственные связи. – Уэст усмехнулся, представив, как обрадуется полковник такой просьбе. Похоже, они поменялись местами. Временами случалось, что один из членов Компас-клуба попадал в немилость к полковнику, но чтобы полковник попал в немилость к кому-то из членов клуба, такое случалось нечасто. Уэст подумал, что Блэквуд мог бы пойти на многое, лишь бы выбраться из того затруднительного положения, в котором оказался. Вот так, узнав о встречах полковника с покойным герцогом и сообщив ему о них, Уэст кое-чего для себя добился. Справедливая компенсация за причиненную обиду!
– Вас что-то позабавило? – спросила Рия, заметив промелькнувшую на лице Уэста улыбку. Ямочка появилась и исчезла, лишь подразнив. Всякий раз, когда она появлялась, Рия ощущала себя мотыльком, летящим на пламя. – Должна признаться, я не нахожу ничего…
Уэст вскинул руку:
– Так, одна мыслишка. Простите за несвоевременность.
Рию в очередной раз обезоружила естественность его поведения. Ее беспокоило, с какой легкостью пробивал он брешь в ее самообороне. Ему даже не требовалось бряцать оружием.
– Когда вы приедете завтра? В котором часу?
Уэст понял, что пора уходить. Он поднялся, слегка расставив ноги, заложив руки за спину.
– Если вам удобно, я бы пришел до полудня.
– Отлично. Вы с нами пообедаете?
Уэст представил себе, каково обедать в окружении пяти десятков юных леди, трех учительниц и директрисы. Картина получалась удручающая.
– Может, в другой раз.
– Знаете ли, попечители обычно остаются с нами обедать. Приезжает ли один из них или несколько, они всегда сидят во главе стола. И знаете, никто из них еще не умер.
Он понял, что она бросает ему вызов.
– Значит, – слегка приподняв бровь, уточнил он, – вы думаете, что я боюсь?
– Вы побледнели, ваша светлость.
– Хорошо, – пробурчал он; – Я согласен, мисс Эшби.
– Браво. Вы не посрамили честь мундира. Крепки как кремень.
Рия не почувствовала, что перешла грань, и осознала сделанное, лишь когда Уэст, мгновенно преодолев разделявшее их расстояние, схватил ее за талию и прижал к себе. От неожиданности она запрокинула голову. Его лицо оказалось так близко от ее лица, что, когда он заговорил, дыхание его защекотало ей губы.
– Может, проверим вас на крепость, мисс Эшби?
Она инстинктивно напряглась, сразу осознав, что у него на уме. Он тоже бросал ей вызов. И ответом на него стало не сопротивление, а отсутствие такового. Она замерла и опустила ресницы.
Он коснулся губами уголка ее губ совсем едва, без всякого нажима. Затем скользнул вдоль. Она ощутила контакт, теплый и влажный. Рот ее сам приоткрылся, в ответ получив вознаграждение – кончик языка вошел в него.
Руки Рии повисли вдоль тела, она не пыталась его оттолкнуть. Она не боялась его действий, если ответит ему взаимностью. Она боялась себя. Он прав, подозревая, что она доверяет ему, но не себе.
Уэст поднял голову и медленно отстранился. Он продолжал удерживать ее в объятиях, одна ладонь лежала у нее на спине, другой он поглаживал шелковистые волосы. Она не дрожала, но и прочно на ногах тоже не держалась. В ее реакции заключалось нечто большее, чем сладкая невинность. Она своим поведением как бы дарила обещание страсти, удерживаемой на коротком поводке.
Он улыбнулся. В очертаниях его губ появилось что-то по-настоящему дьявольское. Улыбнулся и снова склонил голову, чтобы поцеловать ее. Ему не пришлось ее подбадривать. Она загорелась как свечка. Он не держал ее крепче, ладонь его так и оставалась на ее спине. Она сама потянулась к нему, вцепившись в плечи, прилипла как пиявка, сама подставила ему рот. Теперь он уже держал в объятиях не привидение, а женщину, пусть легкую и стройную, как тростинка.
Уэст закрепил преимущество и углубил поцелуй. Он прошелся языком по ее верхней губе, скользнул внутрь, по кромке зубов. Она чуть прикусила его, и Уэст почувствовал, как она вздрогнула в ответ на усилившееся давление на ее живот.
На сей раз Уэст решительно отстранил ее от себя и больше не делал попыток удержать ее на ногах.
– Не знаю, что случилось – избыточная храбрость или глупость, но я вам обещаю вторично перчатку не бросать.
Она заморгала. Равновесие, душевное и физическое, нарушилось в ней до такой степени, что она уже не могла скрывать, как он ранил ее самолюбие.
– Конечно, – с похвальным достоинством произнесла она. – Я буду рассчитывать на то, что вы продемонстрируете достаточно здравого смысла и благоразумия, которые вполне естественно мне, вашей подопечной, ожидать от вас, моего опекуна.
– Прямое попадание, мисс Эшби. – Удар настолько прямой и точный, что кровь как-то сразу отхлынула от того места, где уже явственно виднелась солидная припухлость. Он тоже получил урок. – Нижайше прошу у вас прощения. – Не дожидаясь принятия извинений, Уэст, забрав пальто и шляпу с перчатками, покинул комнату. Он задержался на пороге лишь для того, чтобы напомнить ей о необходимости закрыть дверь на задвижку, и ушел.
* * *
В гостинице Гиллхоллоу боролись за клиентов, предоставляя дополнительное обслуживание, и одна из девушек, в обязанности которых входила особая забота о клиентах, забралась к Уэсту в постель. Он позволил ей приласкать себя и руками, и языком, отплатив ей той же монетой, но забираться на нее не стал. Отказ разозлил девушку, ибо она справедливо рассчитывала на заработок. Уэсту не захотелось объяснять ей, что в его намерения не входит улучшать демографическую ситуацию ни в этом графстве, ни в каком-либо другом, плодя бастардов. В конце концов, она выпорхнула из его номера. Техника у нее неплохая, но мастерством его уровня она не обладала.
Слуга разбудил его в условленный час, и Уэст несколько раз выругался, хотя без особого желания. Как обычно, Флинч страдал молча, давно решив для себя, что плохое настроение Уэста по утрам – его крест, который ему придется нести до тех пор, пока он служит у него.
– Вы хотите остаться здесь еще на сутки? – спросил Флинч.
Он вытер шею и подбородок Уэста от остатков пены и тщательно осмотрел плоды собственных усилий.
Уэст снял полотенце, повязанное вокруг шеи, и протянул его слуге.
– Ты ведь не перерезал мне горло, Флинч?
– Как всегда, я избежал искушения.
– Молодец. – Уэст встал и накинул халат. – Мы не останемся здесь еще на одну ночь, Флинч. Я бы предпочел отправиться в Амбермед. А ты сообщи остальным, что мы уезжаем из Гиллхоллоу, скорее всего вечером. Я поеду в школу верхом. Я еще не решил, возьму ли с собой мою подопечную, но на всякий случай подготовься к тому, что она поедет с нами.
Флинч если и удивился, то постарался скрыть свои чувства. Разве что моргнул лишний раз.
– Разумеется. Я принесу грелки для ног. Уэст искоса взглянул на слугу:
– Лучше позаботься о том, чтобы и ее багаж поместился в карете. Хотя твоя мысль насчет грелок довольно интересна. Я дам тебе знать, если они действительно понадобятся.
– Как пожелает ваша светлость.
В реакции слуги он не заметил даже намека на приятное волнение, но Уэст готов был поклясться, что Флинч взволнован и приятно удивлен.
– Ты продолжаешь меня удивлять, Флинч.
– О, надеюсь, что не так. Свою задачу я вижу в том, чтобы вы могли всегда на меня положиться. Удивление идет в противоречие с ней, ибо свидетельствует, что я не смог адекватно реагировать на ситуацию.
Две глубокие вертикальные складки легли между бровями Уэста. Он замер с сюртуком, наполовину надетым, и подозрительно окинул взглядом дородную фигуру слуги.
– Один из них тебя надоумил, – медленно проговорил он. – Так? Один из них стал твоим кукловодом, а ты – его марионеткой.
– Я представить не могу, о чем говорит ваша светлость. Лицо Уэста прояснилось, когда он все понял. Уэст рассмеялся:
– Отрицай, Флинч, или нет, тебе не поможет. Я и представить себе не мог, что ты умеешь говорить таким несносным тоном, до тех пор, пока на меня не свалился треклятый титул. Будь он неладен! Когда я представлялся просто Эваном Марчменом, ты вел себя по-другому. Я прошу тебя вернуться к себе прежнему. Я не могу изменить ход твоих мыслей, но не выражай свои мысли вслух, пожалуйста. Итак, кто из них заплатил тебе за то, чтобы сделать из меня человека?
– Я не мог бы сказать, ваша светлость.
– Конечно, нет. Но если я угадаю, ты мог бы дать мне знак. Моргнуть, например, или кивнуть. Подмигни, в конце концов.
Флинч прочистил горло и тем же тоном, каким высказывал все свои прочие соображения – совершенно лишенным эмоциональной окраски, – проговорил:
– Я уверен, что вы бы не хотели, чтобы я вам подмигивал.
– Тут ты прав. Тогда кивни.
Слуга кивнул.
– Нортхем? – Когда реакции не последовало, Уэст сделал другое предположение: – Нет, вероятно, Нортхем слишком сноб для такого рода штучек. Истлин? – И снова никакого кивка. – Верно, Истлин сам весь в проблемах, едва ли он стал бы взваливать на себя еще и мои. Остается Саут. Он-то от всей души веселился, глядя, как я раскачиваюсь на виселице, что соорудил для меня покойный папаша. – Флинч и глазом не повел. – Так в чем тут дело – ни один из них не замешан, или ты не хочешь реагировать?
Флинч выразительно кивнул.
Уэст всплеснул руками, и неизвестно, чего больше заключалось в жесте – раздражения или признания поражения. Но если превалировало последнее, то лишь временно.
– Я узнаю, Флинч. А пока держись. Уверен, что тебе хорошо заплатили за то, чтобы ты мне досаждал.
– Я бы так не сказал, – заметил Флинч. – Из всех странных идей, что приходят в голову знатным господам, последняя – далеко не худшая.
Уэст закатил глаза к потолку и взял шляпу.
– Пока, Флинч. – Он быстро вышел, удивляясь тому, что сумел оставить за собой последнее слово.


Академия мисс Уивер располагалась в солидном особняке из серого камня в двух милях от городка. Лесистую местность, приятную для глаз весной и летом, в полной красе представляли серебристые березы, каштаны с раскидистыми кронами, заматерелые дубы и высокие сосны. Однако зимой голый лес выглядел мрачновато. Садовник следил за тем, чтобы живая изгородь выглядела аккуратно постриженной, а небольшая отара овец так же усердно следила за состоянием лужайки, лениво пощипывая траву у кромки дороги, по кольцу огибавшей школу. Они с трудом разыскивали зеленые, не покрытые снегом островки. При появлении всадника лишь немногие животные подняли свои шерстяные головы и без энтузиазма заблеяли. Садовник сразу признал в Уэсте человека солидного и почтительно поздоровался с ним.
В свете дня Уэст имел больше возможностей разглядеть расположение школы, тем более он обозревал окрестности с более высокой точки, сидя верхом на верном Драко. Уэст направил арабского скакуна с посыпанной толченым камнем дорожки к восточному крылу школы. Стремянка все так же стояла прислоненной к стене, но сейчас ею пользовались рабочие, и Драко боязливо дергался, когда с крыши летели куски шифера, с грохотом приземляясь у его копыт. Уэст быстро отъехал в сторону, извинившись за беспокойство перед двумя рабочими, трудившимися на крыше.
Объехав вокруг школы, он пришел к выводу, что каретная и конюшни намного больше, чем ему показалось вначале. Сколько же народу должно работать здесь, помимо учителей и садовника? Конюхи, кучера, горничные, повара, поварята и кухарки. И над ними всеми, вероятно, есть управляющий. По-видимому, и сами студентки делают кое-что по хозяйству, но он не мог представить, чтобы юные леди скребли полы или опорожняли ночные горшки.
Уэст подъехал к конюшне, возле которой имелся и загон для выездки. Получше разглядел лошадей, среди которых он не увидел чемпионов, но и совсем уж никчемных кляч тоже. За загоном в поле у стогов с сеном сгрудились коровы. Из курятника во двор высыпали цыплята. Снег припорошил их пушистые крылышки, и замерзшие малыши поспешили назад, в тепло и уют, к доброй кормушке.
Сделав круг; Уэст подъехал к парадному входу и спешился. Конюх, мужчина лет на тридцать старше Уэста, с согбенной от возраста спиной и дружелюбной беззубой улыбкой, подошел, чтобы увести Драко в конюшню. Уэст усмехнулся. Похоже, сюда не брали на работу мужчин в расцвете сил – слишком сильное искушение для обеих сторон. Если бы здесь работали ребята помоложе и побойчее, такие происшествия, как с Джейн Петти, случались бы чаще.
Уэст стремительно поднялся по ступеням. Дверь открылась перед ним до того, как он успел дотянуться до ручки. Полная женщина в белом чепце и фартуке сделала перед ним реверанс. Что-то в ее смущенной улыбке и в том, какие она бросала на него взгляды, внушило Уэсту уверенность, что она бы с радостью оказала ему персональный и куда более теплый прием, чем принято здесь оказывать посетителям. Уэст подозревал, что ее порыв здесь бы не одобрили, и посему не стал давать авансы, а напротив, ответил ей улыбкой весьма холодной, по образному выражению Саутертона, способной заморозить в зародыше ростки надежды.
– Мисс Эшби ожидает вашу светлость. – Толстушка в чепце взяла у него из рук шляпу и пальто. – Сюда, пожалуйста. Я вас провожу.
Уэст подумал, что она проводит его до апартаментов Рии, и двинулся в направлении лестницы, но вовремя спохватился, сделав вид, что его внимание привлек портрет на стене холла.
– Наверное, портрет одного из основателей академии? – спросил он.
Миссис Олдхэм подошла поближе:
– Да, это сэр Энтони Беквит.
– Беквит. – Уэст тихо повторил имя. – Он имеет какое-то отношение к тому Беквиту, который сейчас находится в числе попечителей школы?
– Да, он его родственник. Вы имеете в виду мистера Джонатана Беквита?
– Его. Кажется, его резиденция находится в Санбери?
– Да. Он, говорят, живет у себя в поместье по шесть месяцев в году. Мистер Джонатан Беквит приходится сэру Энтони внучатым племянником, их разделяет несколько поколений.
– Разумеется. – Уэст внимательно рассматривал портрет. Сэр Энтони напоминал дохлую рыбу – глаза холодные, безжизненные, лицо словно стянуто брезгливой гримасой. Как будто он позировал, сжав зубы. – Он похож на мистера Джонатана Беквита?
Домоправительница ответила не сразу, глядя на портрет.
– Похожи лишь глаза и рот.
«Черт побери!» – подумал Уэст. Беседа с таким господином обещала стать не слишком приятной. Он отвернулся, но прежде успел окинуть взглядом другие висящие на стене портреты. Ему показалось, что каждый из бывших или нынешних попечителей академии хоть раз да позировал художнику для парадного портрета. Проходя вслед за домоправительницей по коридору, он увидел портрет самого Джонатана Беквита. Он, как и его предок, позировал на фоне мраморной колонны, с тем же напряженно-значительным выражением лица, которое могло быть у человека, У которого скулы свело то ли от чего-то очень кислого, то ли от страха. Впрочем, у Уэста самого чуть скулы не свело от страха, когда его привели в просторную столовую, где двадцать девять девочек стоя дожидались его появления. Когда он появился на пороге, Рия и еще три учительницы, сидевшие во главе стола, тоже встали. В зале стояла полная тишина.
Уэст ничего не мог с собой поделать – в памяти живо возник обеденный зал в Хэмбрик-Холле. Он помнил, что испытывал во время обедов, когда школу посещали попечители и так называемые друзья школы. В такие дни он заодно с остальными мальчишками смертельно боялся издать какой-нибудь неподобающий звук Трудно сдержать смех при воспоминании.
Но он сумел напустить на себя достойный вид.
– Мисс Рия, – обратился он к директрисе, – спасибо, что пригласили меня.
Рия быстро вышла из-за стола и подошла к двери, сделав перед ним красивый реверанс. Позади нее все девочки немедленно повторили реверанс.
– Ваш визит – большая честь для нас. Мы очень благодарны, что вы согласились посетить нашу скромную школу.
Надо же, какая тихоня, подумал он, глядя на нее. Он не слышал, что она говорит, зато слишком живо помнил свой ночной визит в ее апартаменты. Уэст не заметил, чтобы она порозовела и тем самым дала бы ему повод полагать, будто она думает об их ночном поцелуе. Пришлось скрепя сердце признаться себе в том, что ее самообладание его задевало.
– Спасибо.
Рия провела его во главу стола и представила миссис Абергаст, мисс Тейлор и мисс Вебстер, затем повернулась к девочкам и представила Уэста им.
– Вы не хотите ничего сказать ученицам? – спросила она. – Уверена, они высоко оценят те советы, что вы для них подготовили.
– А я уверен в обратном, – бросил Уэст едва слышно. Итак, он понял, какое она заготовила для него возмездие. Блестяще разработанный план, Не придерешься. Нельзя ее недооценивать. Выйдет себе дороже. – Но я попытаюсь произвести впечатление. – Он увидел мелькнувшее в ее глазах сомнение. Она отчасти побаивалась, опасаясь с его стороны непредвиденного поступка. Дед Нортхема для таких случаев имел целый набор речей, и Уэст успел выслушать их все, пока учился в школе. Уэст решал, стоит ли прочесть им проповедь о том, что распутная жизнь плохо кончается, или напомнить об обязанностях жены по отношению к мужу.
Уэст окинул взглядом учениц за тремя дубовыми столами, вежливо смотрящих ему в рот. Он по собственному ученическому опыту знал, что девочки лишь считают секунды, когда наконец смогут сесть.
– Леди, личный опыт подсказывает мне, что обед, который задерживают, остывает и не становится от этого лучше. Вы не хотите присесть и приняться за еду?
Девочки с такой радостной поспешностью опустились на скамейки, что Уэст едва сдержал смех. Он проиграл битву с самим собой, и улыбка, мальчишеская, озорная, озарила его лицо. На щеке появилась ямочка, на другой еще одна, но не такая заметная. Где-то за девчачьим столом на каменный стол упала ложка, следом раздался шепоток, один, другой… Большинство девочек успели заметить его улыбку до того, как Уэст ее спрятал.
Он слышал, как рядом с ним вздохнула Рия.
– Что такое? – спросил он, присаживаясь.
– Вы даже не представляете, какой посеяли хаос.
Уэст взял ложку и зачерпнул дымящуюся чечевичную похлебку.
– Вы не могли ожидать более эрудированной речи от того, у кого не оставалось времени на подготовку. Чего нельзя добиться помпезностью, добиваешься состраданием.
Рия улыбнулась мисс Тейлор, заметив, что та смотрит на нее с каким-то озабоченным видом, и, понизив голос, ответила:
– Я не о вашей речи говорю.
– Нет? Тогда о чем же?
– Не нужно бросать на них такие взгляды.
– Какие именно?
– Скалиться, словно вы солнце проглотили.
Он одарил ее той самой светозарной улыбкой, но спросил:
– Вы бы предпочли, чтобы я смотрел на них волком?
– Именно, – с нажимом в голосе проговорила она и не смогла справиться с собственной улыбкой.
Уэст зачерпнул еще ложку супа, размышляя над сказанным.
– Может, когда я стану одним из ваших попечителей, вы объясните мне свою логику. Должен признать, что нахожу ваш подход странным. Я что-то не заметил, чтобы вы смотрели на них волком. – Он тихо засмеялся, глядя, как она борется с собой.
Ей очень хотелось ответить ему как подобает, но она не могла – столько глаз смотрели на них. Рия оказалась, на перепутье. Перед ней открывал ось две возможности – то ли отдаться дьяволу, то ли упасть в глубокое синее море. Продемонстрировать свое раздражение означало бы встревожить учителей и учениц.
– Суп прекрасный, – похвалил он. – Вы знаете, что говорят об обеде, который задерживается?
– Я знаю, вы уже сказали.
– Приятно сознавать, что вы меня слушали. Скажите мне, как, вы думаете, приняли мою незаконнорожденную речь?


– Вы уверены, что адекватно себя чувствуете? – осведомился Уэст за столом. – Мне показалось, что вы смотрите на свой суп так, будто он может вас задушить.
Она бы с радостью его задушила. Вопрос Уэста, заданный как бы невзначай, прозвучал именно в тот момент, когда она собралась проглотить очередную ложку супа. Она закашлялась, прижала салфетку к губам, чтобы не обрызгать супом весь стол, а он между тем с удовольствием шлепал ее по спине, будто помогая справиться с удушьем. В столовой вдруг снова наступила гробовая тишина, если не считать тех звуков, что издавала директриса. Уэст взял на себя труд уверить собравшихся, что с ней все будет в порядке, ни на минуту не прекращая стучать ее по спине открытой ладонью.
– Вы стучите по мне, как по барабану, – известила она.
– Не дождетесь извинений – такое средство самое эффективное. Может, я спас вам жизнь.
Рия так на него посмотрела, что он проглотил все приготовленные слова. Она не стала напоминать ему о том, что спасать ее не пришлось бы, если бы он воздержался от двусмысленного комментария, заставившего ее подавиться супом. После еды Уэст и Рия отправились в директорский кабинет. Он придержал для нее дверь и вошел следом.
В коридоре уже слышался тоненький голосок Эмми Нэш.
– Миссис Абергаст сейчас приведет сюда Эмми. Вы бы хотели, чтобы я вышла, пока вы будете с ней беседовать?
– Нет, я думаю, что девочка будет чувствовать себя комфортнее, если вы останетесь. Но я прошу вас говорить как можно меньше. Я не хочу, чтобы она искала у вас помощи для ответов на мои вопросы или пыталась давать те ответы, которые, по ее мнению, вам хотелось бы услышать. – Он оглядел кабинет и остановил взгляд на весьма потрепанном стуле в углу. – Вы сядете там, когда мы начнем. Мы с Эмми будем сидеть здесь. – Он указал на директорский стул и тот, что стоял напротив.
Рия не стала возражать, хотя ей казалось, что Эмми почувствует здесь себя не слишком уютно и отвечать на вопросы человека, сидящего напротив нее за директорским столом, ей будет трудно.
– Вот и она, – улыбнулась Рия и пригласила Эмми в кабинет. – Спасибо, миссис Абергаст. Я пришлю за вами, когда вы понадобитесь.
Учительница кивнула и удалилась.
Рия хотела взять девочку за руку, но перехватила взгляд Уэста и вновь представила ему Эмми. У нее широко распахнулись от удивления глаза, когда она наблюдала за тем, как Уэст галантно поклонился девочке и поднес ее руку к губам. Своим поступком Уэст расположил к себе Эмми настолько, что она бы сделала для него все, что угодно. Признаться честно, и сама Рия почувствовала то же самое. Извинившись, она тихо, как мышка, удалилась в угол. Эмми даже ни разу не взглянула в ее сторону.
– Ну что же, дитя мое, почему бы тебе не присесть? – спросил Уэст. – Или ты хочешь, чтобы я изобразил для тебя лягушку? – Он тут же опустился на корточки, поравнявшись с Эмми глазами. – Должен признаться, для меня весьма неудобная поза. Может, ты меня пожалеешь и присядешь в кресло мисс Эшби?
Эмми захихикала и радостно приняла предложение. Обогнув стол, она вскарабкалась на высокое, с прямой спинкой кресло директрисы. Резная спинка кресла, его подлокотники, скругленные в виде морской раковины там, где должны лежать руки, ножки, выполненные в виде птичьих лап, вцепившихся в шары, представляли гордое великолепие, которое весьма помогало воображению сделать самый незначительный скачок и перенести Эмми на трон.
– Можно? – Спросил Уэст, указав на стул у себя за спиной.
– Прошу вас, – кивнула Эмми так, как могла бы кивнуть королева.
Уэст отметил недюжинные актерские способности девочки. Она вполне могла бы научить кое-чему ведущую актрису королевской оперы, игравшую Елизавету.
– Насколько я понимаю, вы·потребовали моего присутствия, чтобы рассказать мне об исчезновении Джейн. Я прав?
– Да, так. – Эмми целиком вошла в роль. Отвечала она с подобающей королеве серьезностью. Поза у нее тоже напоминала королевскую. – Так я могу начинать?
– Конечно.
Эмми кивнула и начала говорить. Закончив, она спросила:
– Так теперь вы ее найдете?
– Вы приказываете?
– Да.
– Тогда я не могу вам отказать начать поиск, но я не могу обещать, что все разрешится быстро.
– Ничего, мы потерпим. – Эмми окончательно почувствовала себя королевой, даже говорить о себе начала во множественном числе.
– Приятно слышать.
Стараясь говорить тоном, не позволяющим рассматривать сказанное как выходящее за рамки вежливого интереса, Уэст спросил:
– А как насчет средств передвижения джентльмена? Джейн сообщила вам, что он отвезет ее на Ферт-стрит. Каким транспортом, вы думаете, он мог бы ее туда доставить?
– В карете, конечно.
– А не верхом?
Эмми покачала головой:
– Джейн не умеет ездить верхом. Она боится лошадей.
– Понятно. Значит, вы не знаете, есть ли у джентльмена карета, знаете лишь, что он не повезет ее в Лондон верхом.
– Я знаю, что у него есть карета. Джейн сказала, что он будет ее ждать в карете. – Эмми, обронив последнюю фразу, заерзала от беспокойства. – Я, кажется, не говорила о карете раньше, да?
– У вашего высочества слишком много всяких дел, разве упомнишь все мелочи.
Эмми перестала ерзать на кресле.
– Вы правы.
Уэст продолжал задавать Эмми вопросы еще минут двадцать, пока не понял, что она действительно здорово устала. Но, строго придерживаясь нейтрального тона, он сумел добиться от девочки большего, чем до него Рия. И что самое важное, Эмми ни разу не упомянула Гретна-Грин. Уэст посчитал, что Эмми не более внушаема, чем среднестатистический ребенок ее возраста.
Когда Рия вернулась к себе, после того как проводила Эмми в класс, Уэст уже успел перебраться в гостиную и устроился на диване.
– Надеюсь, вы не собираетесь здесь спать;
Уэст приоткрыл один глаз. Она стояла над ним. Ноги чуть расставлены, руки на бедрах – настоящая классная дама.
– Вчера я лег довольно поздно. – Он закрыл глаз и прикрылся рукой от ее пронзительного серо-голубого взгляда. В него закралось смутное ощущение, что он несправедливо поступил по отношению к ней, позволив горничной в гостинице ублажить его плоть.
Не то чтобы он обязан хранить ей верность. Между ними ничего не было, кроме поцелуя. Даже Рия, с ее острым чувством справедливости, не могла бы винить его в том, что он воспользовался ситуацией. В конце концов, ему всего тридцать два и он ни с кем не помолвлен. Мужчина его возраста и положения имел все права наслаждаться женской лаской в любое удобное для него время, не утруждая себя чувством вины.
Если он и должен что-то конкретно мисс Эшби, то регулярно выплачивать поквартальное содержание. Он избавил себя от подобных хлопот, поручив их своему поверенному. Деньги к мисс Эшби будут поступать бесперебойно. И сейчас он явился к ней предложить свою помощь, хотя совсем не обязан так поступать, а она… Что она? Она лишь выбранила его за то, что явился без предварительного уведомления, упрекнула за то, что он добился расположения ее студенток, а теперь еще и отказывала ему в нескольких минутах приятного расслабления.
Если не считать поцелуя, она поступала по отношению к нему с вопиющей неблагодарностью.
– Вы спите? – Рия потрясла Уэста за плечо. Осторожно, боязливо. – Вы не спите. Не может быть, чтобы вы так быстро уснули.
– Конечно, нет, если над моим ухом трещит сорока. – Он рывком отвел руку от глаз и резко встал. – Вы ведь не собираетесь порхать надо мной как колибри? Может, присядете?
– У вас что-то не так с логикой. Я не могу одновременно быть сорокой и колибри.
Уэст бросил на нее взгляд, заставивший ее поспешно опуститься на ближайший стул. Он решил немедленно перейти к делу:
– Как вам признания Эмми? Вы считаете, она постаралась все припомнить?
– О да. Я думаю; она все выложила. Вы сильно облегчили ей задачу. Должна признаться, я и представить не могла, что вы предложите ей сесть на мое место. Ей показалось, что она вам, а не вы ей назначили аудиенцию.
– Вы правильно поняли. Я задавал лишь вопросы по ходу дела.
Он сделал куда больше. Он обворожил Эмми с самого начала, не пытаясь разыгрывать ее ровесника и оставаясь взрослым человеком, на которого можно положиться. Рия, наблюдая за происходящим из своего угла, искренне восхищалась мастерством Уэста.
– А ее ответы? Они вам помогли?
– Да. Особенно упоминание о карете.
– Но как карета может вам помочь? В этой части Англии найдется не один десяток карет с хорошими рессорами, медными ручками и кожаными сиденьями. Не говоря уже о столице. Вы и сами, вероятно, приехали в Гиллхоллоу в таком же экипаже.
Уэст не стал отрицать, хоти насчет рессор она не права.
Пружины его кареты слишком жестки, чтобы смягчать неровности дороги, и Уэст большую часть пути проделал верхом.
– Вы пропустили самое важное, – сообщил Уэст. – Описание, которое дала Джейн, заставляет думать, что она уже ездила в карете. Иначе откуда ей знать, что экипаж имеет хорошие рессоры? Медные ручки она и снаружи могла увидеть, а вот кожаную обивку – нет. Конечно, хорошо, если бы Джейн сообщила Эмми о том, какой герб украшает карету, но я полагаю, что герба не было. Впрочем, что имеем, то имеем.
Уэст постучал подушечками пальцев друг о друга.
– Итак, имела ли возможность мисс Джейн покататься в карете?
Рия ответила не сразу. Она не знала, что полные губы ее вытянулись в струнку, и между бровей легла вертикальная складка. Когда белокурый локон выбился из пучка и защекотал ей висок, она выглядела не старше Эмми.
– Она, конечно, ездила в экипажах, которыми располагает школа, но ни один из них нельзя назвать очень удобным. Впрочем, у Джейн могло создаться иное мнение. – Рия тряхнула головой, чтобы убрать мешающий локон. – Я не могу даже представить, что у Джейн возникла возможность прокатиться в более удобном экипаже. Наши воспитанницы здесь находится под присмотром. Если бы такое случилось, кто-нибудь из учителей увидел бы и доложил мне. Или кто-то из воспитанниц.
– Как, например, вчера вечером об Эмме Блейкли, – ехидно заметил Уэст. – Или, надо полагать, Эмми выложила вам все про Джейн, как только она пропала.
Рия вспыхнула, но мужественно не отвела глаз. В зеленых глазах Уэста она не прочла ни осуждении, ни насмешки.
– Вы, конечно, правы. Джейн имела возможность прокатиться в карете, и не одна, и я о таком факте не знала.
– Не надо себя казнить, – успокоил он. На сей раз глаза его улыбались. – Воспитанниц, увы, куда больше, чем вас. До чего одна девочка не додумается, додумается другая, и они объединят свои усилия. Едва ли им может что-то помешать вас перехитрить.
Рия вскинула руку ладонью вперед.
– Остановитесь, – попросила она, – или вы вынудите меня немедленно попросить вас о моем увольнении. Я не понимаю, как вообще я решила, что у меня хватит компетентности для такой должности.
Ответ его звучал предельно кратко.
– Безумие – вот единственное объяснение.
Рия почувствовала, как уголки губ сами потянулись вверх. Как ему удавалось так ловко манипулировать ею? Конечно, в каком-то смысле она мало чем отличалась от Эмми Нэш, но разве в том его вина?
– Расскажите мне о Джейн. У вас есть ее портреты, о которых я просил?
– Да, и еще описания. – Она встала и направилась в смежную комнату, в кабинет. – Я думаю, они вас удовлетворят. – Она протянула ему листки. Пальцы их соприкоснулись. Между ними пробежал ток, но Рия постаралась не показать виду, что прикосновение ее обожгло, дабы не выглядеть трусихой в его глазах. Она не была уверена, испытал ли он то же самое, но отчего-то он тоже слегка отшатнулся.
Уэст пробежал глазами описание; затем принялся изучать портрет, написанный акварелью.
– Он похож на оригинал?
– Я думаю, да. – Рия присела на краешек стула и расправила на коленях темно-серое платье, отороченное кружевом по вырезу у горла и подолу. Удобное платье без изысков, простого кроя. В знак траура она носила широкую черную ленту на рукаве, а на плечах – черную шерстяную шаль. – Как видите, она очень хорошенькая.
Уэст кивнул:
– Вероятно, именно из-за ее внешности джентльмен обратил на нее внимание. – Он смотрел на портрет, и ему казалось, что ее ярко-зеленые, цвета древесной листвы, глаза притягивают его. В ее взгляде было что-то загадочное. Красивое лицо и чистая кожа, если, конечно, верить рисунку мисс Тейлор. Постриженные и кудрявые волосы цвета темного меда обрамляли лицо, имевшее форму сердца, каким его изображают на открытках. На портрете волосы схвачены зеленой лентой того же оттенка, что и глаза. Зеленая лента, конечно, лишняя. Едва ли Джейн продолжала носить ее сейчас или носила ее, когда пропала.
– А как насчет ее семьи? – спросил Уэст. – Вы ничего до сих пор не говорили о ее родных.
– Потому что мне нечего сказать. Она сирота. Джейн училась здесь бесплатно на пожертвования. Ее забрали из лондонского работного дома в том возрасте, в котором сейчас пребывает Эмми, и привезли сюда.
– Вызволили из работного дома? – Уэст заинтересовался. – Кто вызволил? Каким образом?
– Мне надо свериться с записями, но, по-моему, виконт Херндон – член правления. Виконт нашел ее и сказал, что из девочки может что-нибудь получиться. Он и отправил ее сюда, до того как я начала работать в школе, но я могу навести справки, если вы хотите.
– Очень хочу.
В голосе у него появились такие нотки, что Рия почувствовала, как зашевелились волоски на затылке.
– Зачем вам? – спросила она. – Что вы хотите узнать? Уэст довольно долго молчал, взвешивая последствия своего возможного ответа.
– Позвольте мне вначале задать вам вопрос, мисс Эшби, – медленно проговорил он, – Что вы знаете об «Ордене епископов»?




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Все в его поцелуе - Гудмэн Джо



Почитать можно, но я ожидала большего! оценка 8 из 10
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоЕкатерина
23.05.2011, 17.16





люблю Джо Гудмен. сюжет так себе, а разговоры и характеры весьма хороши. даже постельные сцены хороши, а это - редкость
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоГалина
20.04.2012, 1.25





Очень хорошая книга. Мне очень понравилась.
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоТаня
27.05.2012, 16.50





эта книга,несомненно,заняла бы достойное место в топ–100.почему её там нeт? 10 из 10!!!
Все в его поцелуе - Гудмэн Джоольга
6.05.2013, 21.49





Наверное не доросла до такой интерпретации. Несколько неожиданно. Гудмэн представляла другой. Столько разговоров и раздумий, что теряешь суть или, что вернее, просто надоедает. Нет чего то существенного, главного что ли, душевного. Вообщем не понравилось
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоА
29.06.2013, 7.19





Романчик так себе. Местами интересно и самое главное не шаблонно. Читайте не пожалеете.
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоЕвгения
15.07.2013, 0.46





Нда, роман еле прочитала. Начало затянуто, последние 3 главы интересные. 3 из 10. Ожидала большего.
Все в его поцелуе - Гудмэн Джомона
22.08.2013, 17.23





Мерзости так много, а роман читать можно.
Все в его поцелуе - Гудмэн ДжоДина
20.12.2013, 7.48





читала между строк. муть страшная 1 бал
Все в его поцелуе - Гудмэн Джотатуе
18.05.2015, 21.41








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100