Читать онлайн Только в моих объятиях, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Только в моих объятиях - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.33 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Только в моих объятиях - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Только в моих объятиях - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Только в моих объятиях

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

У Гарри Бишопа земля ушла из-под ног. Во всяком случае, стул, на котором он сидел, каким-то невероятным образом выскочил из-под него при появлении сестры Мэри Френсис. Бедолага еле успел подхватить его и едва не грохнулся сам. Если он и хотел принести какие-то извинения за неловкость — они так и остались при нем, поскольку от неожиданности у часового пропал дар речи. Дело в том, что Гарри Бишоп, уроженец Бостона, имел счастье восемь лет проучиться в приходской школе. Он твердо верил в то, что эти годы, проведенные под бдительным оком преподобного отца О'Доннелла и святых сестер, стали отличной школой для мальчика, которому предстояло встретиться с армейской дисциплиной. К примеру, незабвенная сестра Элизабет умела водворить тишину в разбушевавшемся классе со сноровкой, сделавшей бы честь любому бравому сержанту регулярной армии.
— Успокойтесь, — безмятежно промолвила Мэри. — Часовой не обязан отдавать честь, стоя на посту.
Гарри ошалело мигнул, только теперь заметив, что его правая рука застыла на полпути к козырьку кепи.
— Монашеская одежда, — прошептал он.
— Да, — сухо подтвердила девушка. — Именно это сейчас на мне надето.
Гарри снова мигнул, пытаясь собраться с мыслями:
— Нет, я хотел сказать, что это из-за…
— Я сбила вас с ног, рядовой, — закончила за него Мэри. — Я понимаю, что вы имеете в виду.
Ошалело тряся головой, Гарри почесал в затылке и прошептал чуть слышно:
— Сестра, которая шутит… Если только это не розыгрыш. — И он внимательно окинул ее взглядом с головы до ног:
— Вы приехали вчера, с Салливанами!
— Верно. Я — родная сестра миссис Салливан.
— Но я не знал, что вы монахиня!
— По-моему, вы должны понимать, насколько не подходит подобное одеяние для здешнего климата, — ответила Мэри, проведя ладонью по черному платью. — По крайней мере в дневные часы. Потому что вечер мне показался весьма прохладным.
— Точно так, сестра…
— Мэри Френсис.
— Сестра Мэри Френсис, — покорно повторил Гарри.
Он видел, как девушка гуляла утром с Флоренс Гарднер. И теперь старался выкинуть из головы сластолюбивые мечты, порожденные созерцанием ее свежего личика. Даже подумать страшно, какая епитимья ждет несчастного, уличенного в похотливых мыслях в отношении монахини!.. Оставалось уповать на то, что в оправдание ему зачтется неведение… вот только зачтется ли? Пожалуй, лучше всего постараться по мере возможности загладить свою вину. Рядовой сам не заметил, как снова взял под козырек.
— Чем могу служить, сестра? — спросил он, как когда-то учили их в школе.
— Я пришла навестить заключенного, — ответила она. — Насколько мне известно, на это есть разрешение коменданта.
Гарри знал, что из Техаса должен был приехать свяи щенник, и все же появление Мэри выглядело слишком странно.
— Вы сами получили разрешение у генерала? — спросил он.
Мэри сочла, что разрешение генерала, полученное через его мать, ничуть не хуже, и ответила:
— Да. — Ей и в голову не могло прийти, что Флоренс Гарднер отчаянно лгала. Вот и рядовому Бишопу не могло прийти в голову, что сестра Мэри говорит не правду.
— Очень хорошо. — И он кивнул на саквояж в руках у Мэри:
— А что там?
Мэри подошла поближе и поставила саквояж на стол Гарри, предоставив ему осмотреть толстую Библию (Флоренс настояла, чтобы Мэри обязательно взяла ее с собой), свежую одежду, сапожную ваксу и бритвенный прибор. Убедившись, что Гарри разглядел все, Мэри промолвила:
— Человек имеет право умереть достойно, каким бы грешником он ни был.
Гарри с трудом сдержал улыбку. И как все эти монахини помешаны на чистой одежде — как будто она может прибавить человеку достоинства!
— Ладно, — сказал он, — можете взять это с собой — если только Маккей обратит на вас внимание. Если он заупрямится, то я позабочусь, чтобы он получил эти вещи потом.
— Господь благословит вас за доброту.
— Сюда, сестра Мэри. Я подам вам стул, — засуетился Гарри, чувствуя себя так, словно на него и впрямь снизошла благодать.
Мэри, безмятежно улыбаясь, проследовала за часовым в распахнутые двери тюрьмы, внутри которой имелось три камеры, но обитаемой была только одна из них. Мэри затаила дыхание, когда Гарри встал перед решеткой.
— Маккей, к тебе гости, — окликнул он арестанта.
Райдер лежал на нарах, закинув руки за голову и уставившись отсутствующим взором в распахнутое окно. Он не потрудился даже посмотреть на Гарри Бишопа.
— Слышишь, Маккей? Кое-кто явился, чтобы спасти твою несчастную душу! — Гарри установил стул в коридоре и поставил рядом саквояж. — Этого ангела зовут сестра Мэри Френсис.
Еще бы Райдеру не знать, кто явился к нему в темницу! Однако осторожность не позволяла ему подавать виду. Он лениво поднялся, потянулся и скинул ноги на пол. При этом глядел он только на рядового Бишопа, как будто Мэри здесь вовсе не было.
— Можешь впустить ее внутрь, Гарри. Вряд ли она сможет замаливать мои грехи через решетку.
Гарри в нерешительности переводил взгляд с Райдера на Мэри и обратно.
— Все в порядке, — ободрила его Мэри. — Я не собиралась оставаться в коридоре. Со мной ничего не случится.
— А вы уверены, сестра? То есть я хотел сказать, что, будь вы мужчиной, я бы и спрашивать не стал…
Тон Мэри резко изменился — теперь он был полон покровительственной уверенности:
— Я совершенно уверена, рядовой, что справлюсь не хуже мужчины. Ваши опасения простительны, но абсолютно беспочвенны. Ну а теперь впустите меня к заключенному и дайте заняться делом, пока вас не призвали к ответу сначала генерал Гарднер, а после и сам Господь.
Гарри Бишоп открыл дверь. Он поставил в камеру стул и саквояж и впустил Мэри.
— Я буду заглядывать сюда каждые пять минут, — предупредил он, прежде чем скрыться.
— Лучше делать это каждые пятнадцать минут, — категорически заявила Мэри.
Гарри только и оставалось, что снова отдать честь, после чего он поспешил убраться в караулку.
Ни у Райдера, ни у Мэри в первый момент после ухода Бишопа не нашлось слов. Ее поразили происшедшие в нем перемены: бронзовый загар почти полностью сошел за месяцы заключения, и без того суровые черты лица стали еще жестче и резче, и в глубине глаз появилась пугающая ледяная пустота. Ни единым жестом он не показал, что рад ее видеть, — судя по всему, он лишь терпел ее присутствие.
Райдер внезапно понял, что ему трудно смотреть на нее — но еще труднее не смотреть. В неярком свете керосиновой лампы ее фигура словно излучала некий едва уловимый ореол. Кое-кто мог бы сказать, что Райдер увидел ее душевную ауру. Прекрасное безмятежное лицо показалось узнику неземным. И хотя в глазах светилось понимание и сочувствие, движения ее были решительны и спокойны — полные достоинства движения мирной воительницы. Райдеру подумалось, что драться она не станет, но не позволит и манипулировать собой. Пожалуй, лучше бы ей было вовсе не приходить. Теперь, видя ее перед собой, он жалел, что не постарался выбраться отсюда иным путем.
— Миссис Гарднер сказала, что вы хотели меня видеть, — сказала Мэри. — Однако, судя по всему, она ошиблась.
— Нет, не ошиблась, — грубо возразил Райдер. — Присядьте. — Он кивнул на стул, принесенный Гарри Бишопом. Мэри упрямо поджала губы: уж слишком это приглашение походило на приказ. — Что ж, дело ваше, — пожал плечами Райдер. Он поднял с пола саквояж и спросил:
— Это собрала для меня Флоренс?
— Она сказала, что там есть все, что нужно, — кивнула Мэри, следя за тем, как Райдер садится на нары и открывает саквояж. — Меня удивило, что вы потребовали принести Библию.
— Разве я не похож на верующего? — поднял он глаза.
Мэри не сразу нашлась с ответом. Язвительность, прозвучавшая в его голосе, исключала желание поддержать разговор. К тому времени, как Мэри собралась с мыслями, Райдер уже снова копался в саквояже.
— Вы похожи не на верующего, а на одухотворенного.
Райдер медленно поднял голову. Обычно пронзительный взор его стал вдруг просто ничего не выражающим.
— Вы уверены?
— Да, — откровенно ответила она, лишь теперь позволив себе присесть. — А почему вы позвали меня?
— По-моему, это и так очевидно. — Он вытряхнул из саквояжа Библию и одежду, а потом нашарил край двойного дна и выдрал его. Блеснувший у него на ладони «кольт» сорок пятого калибра выглядел на удивление знакомым. До поры до времени Райдер положил его на место и сказал:
— Я думал, что вы сможете помолиться за меня.
— Я молилась за вас с той самой минуты, как узнала, что вы в тюрьме, — просто ответила Мэри, принимая ложь за чистую монету. Ее рука привычным жестом потянулась к четкам, висевшим на поясе, и пальцы легко пробежали по бусинам, помогая привести в порядок мысли. Девушка окинула взглядом камеру и сказала:
— Я не понимаю, что здесь происходит.
— Но ведь вас наверняка просветили, в чем меня обвиняют.
— О, в просветителях недостатка не было. Мой зять. Моя сестра. Лейтенант Риверс. Генеральская матушка. И все равно я ничего не поняла.
— Вы хотите понять, отчего я изменил товарищам?
— Нет. Я не понимаю, почему люди так в этом уверены.
Райдер видел, что Мэри говорит искренне. Однако он и не подумал воздать должное за такую непоколебимую веру в него — более того, постарался сделать это очевидным для Мэри.
— Вы меня не знаете, — возразил он. — Вы не знаете, что я за человек и на что способен. Вам только кажется, что это не так. Того поверхностного знакомства, на которое вы можете ссылаться, явно недостаточно. Вы меня просто недооценили.
Мэри восприняла эту отповедь скорее как предупреждение, а не как объяснение. Ей стало не по себе, но она сдержалась.
— Вы правы, — согласилась она. — Я вас не знаю.
Райдер замолк на целую минуту, не сводя взгляда с Мэри. Девушке стоило большого труда выдержать этот пронзительный взгляд, не опуская глаз. Наконец Райдер отвернулся и начал расстегивать пуговицы на рубашке.
— Что вы делаете? — удивилась она.
— Переодеваюсь.
— Это можно отложить до моего ухода.
Райдер не стал объяснять, что переодевание нельзя откладывать. Вместо этого он поставил на нары тазик с водой и умылся, воспользовавшись полотенцем, уложенным предусмотрительной Флоренс.
— Между прочим, я еще собираюсь и побриться. Если вам неприятно, можете отвернуться.
— Это становится смешно, — возмутилась Мэри и вскочила на ноги. — Я позову рядового Бишопа! — И тут самым невероятным образом — ибо Райдер двигался с поразительной ловкостью — ей в лицо уставилось дуло револьвера.
— Пожалуйста, — вежливо произнес он. — Останьтесь. Мне нравится ваше общество.
Мэри уселась. У нее душа ушла в пятки, когда Райдер протянул к ней руку, но он лишь развернул ее вместе со стулом лицом к стене. Затем он прикоснулся к ее плечу. Даже сквозь плотную ткань чувствовалось, как сильно Мэри дрожит.
— Успокойтесь, — тихонько сказал он. — И не вздумайте звать Гарри. Иначе я не отвечаю за последствия.
— Можете делать со мной все, что угодно, — я не боюсь! — с глупой бравадой выпалила она.
— Я имел в виду Гарри!
— Ох!..
— Вам не придется ждать долго. — Райдер отпустил ее плечо, зная, что теперь девушка будет молчать.
Мэри застыла, стиснув зубы. Судя по звукам за спиной, Райдер мылся. «А вот теперь бритва со скрипом снимает давнишнюю щетину», — подумала она. Мэри даже позлорадствовала немного, услышав, как он чертыхается, порезавшись бритвой.
— Увы, это не смертельная рана. — Райдер словно прочитал ее мысли.
— Вы воспользовались мною! — сердито заметила Мэри.
— Да.
Он и не думал извиняться. Быстро скинув грязную одежду, Райдер облачился во все свежее. Все равно, не выбравшись из тюрьмы, он не почувствует себя по-прежнему чистым — но для начала приятно и просто переодеться в свежее белье. Поверх белоснежной крахмальной рубашки Райдер натянул голубой мундир и заметил, что Флоренс заботливо закрепила форменную пуговицу с орлом, болтавшуюся прежде на одной нитке. Как и было условлено, на мундире красовались капитанские знаки отличия.
— Вот теперь можете повернуться, — разрешил он, но Мэри сидела неподвижно.
— Этот вид меня вполне устраивает.
— Упрямы, как черт, верно?
— Предпочитаю называть это упорством.
Райдер легко развернул ее лицом к себе и, взяв за подбородок, произнес твердым голосом:
— Когда заглянет Гарри, все будете делать, как я велю. Ясно?
— Куда уж яснее. — Мэри давно позабыла про четки. Теперь ее руки вызывающе скрестились на груди. — Вам не следовало использовать меня. Вам следовало попросить о помощи!
Райдер отпустил ее, вернулся к нарам и принялся укладывать старые вещи в саквояж. Захлопнув крышку, он швырнул его Мэри и сказал:
— То есть вы хотите сказать, что ответили бы согласием?
— Я хочу сказать, что это было бы по крайней мере вежливо, — заявила Мэри, аккуратно пристроив саквояж на коленях. — Совершенно очевидно, что Флоренс Гарднер действовала по собственному выбору. Тогда как меня его лишили.
Райдер ничего не ответил. Начни он извиняться — неизвестно, когда бы это закончилось. Да, по правде говоря, он ни о чем и не жалел. Райдер открыл Библию. Книга Псалмов в ней отсутствовала. Вынув то, что лежало на месте выдранных страниц, он обернулся к Мэри:
— Ключи от царства.
— Теперь понятно, почему генеральской матушке так не понравилась моя собственная Библия, — не очень-то удивившись, заметила Мэри.
— Библия — это не моя выдумка, — кивнул Райдер, лаская ключ. — Это придумала Фло.
— Вот видите, она помогала вам по доброй воле. И вам не пришлось грозить пистолетом, чтобы получить ее согласие.
Райдер сообразил, что ляпнул лишнее. Чем меньше Мэри будет знать об истинной роли Флоренс в этом деле, тем лучше. Не обращая внимания на ее претензии, он просунул руку через решетку и вставил ключ в замок. Тот открылся с легкостью. Тогда Райдер сунул ключ в карман, взял «кольт», до этого торчавший за широким ремнем, и вышел в коридор. Он боялся, что Гарри в любой момент может заглянуть в камеру. Однако, к счастью узника, рядовой именно в этот момент проявил небрежность в исполнении своих обязанностей. Прикрыв за собой дверь, Райдер сказал:
— Теперь можете его позвать. Только не говорите лишнего.
Пока Мэри собиралась с мыслями, Райдер встал за дверь. Теперь, если даже Гарри откроет ее, он не заметит спрятавшегося узника. Пока часовой поймет, что его в камере нет, будет уже поздно. Райдер повелительно поднял бровь, видя, что Мэри и не думает повиноваться, и поднял ствол «кольта». Реакция девушки была мгновенной.
— Рядовой Бишоп! — закричала она. — Будьте добры зайти сюда! Я уже собралась уходить.
Дверь караулки немедленно распахнулась — Гарри Бишоп все еще был полон решимости выслужить прощение за невольный грех. Райдер пустил в ход рукоять «кольта», и рядовой без чувств растянулся на полу.
Райдер поспешил закрыть дверь, чтобы обезопасить себя от нежданных посетителей, а потом затащил Гарри в дальний угол камеры. Он позаимствовал у рядового форменное кепи и кое-как спрятал под ним свои длинные волосы.
— Нечего вам так гримасничать, — буркнул он Мэри, — я ведь его не пристрелил!
— Но он пострадал, потому что поверил мне, — возразила та, переводя взгляд с неподвижного тела часового на Райдера. — А вы-то чего ждете? Ступайте. Вы теперь вольны уйти! — Мэри вовсе не собиралась смешить Райдера, однако на самом дне его ледяных светло-серых глаз она заметила именно усмешку. — Не то чтобы это сильно меня беспокоило, однако время ваше уходит.
Выразительным взмахом руки он дал понять, что собирается взять ее с собой. Мэри удивленно вскинула брови:
— Благодарю покорно, но мне и здесь хорошо!
Райдер снова поднял револьвер, но направил его не Мэри, а в висок бесчувственного Бишопа:
— Еще не поздно. У меня есть возможность его пристрелить.
По мере того как до Мэри доходило, в какую ситуацию ее угораздило попасть, к ней возвращались рассудительность и даже самоуверенность.
— Если вы выстрелите, сюда сбегутся солдаты. Не думаю, что это вам на руку.
— Меня все равно собираются вздернуть, — не моргнув глазом, бойко ответил он. — Остается лишь уповать на удачу. — С этими словами Райдер взвел курок.
— Мерзавец! — Мэри вскочила со стула.
— Возьмите саквояж. И Библию, если хотите.
Мэри взяла книгу и, осторожно перешагнув через Бишопа, вышла в коридор к Райдеру. Тот запер дверь камеры, подтолкнул ее вперед, в караульное помещение, и, убедившись, что там никого нет, потащил ее к выходу.
— И что дальше? — сердито спросила Мэри.
Райдер положил руку ей на талию и почувствовал, как напряглось все ее тело — как будто он прикоснулся к ней не ладонью, а дулом револьвера.
— Выйдите из дверей, — шепнул он ей на ухо. — И дальше, через двор. Надеюсь, вы понимаете, что не следует стараться привлечь к себе внимание?
— Еще бы, ведь с вашим револьвером не поспоришь!
— Сейчас темно, — продолжил он. — На мне мундир с капитанскими знаками — Гарри этого не заметил — и «кольт» у меня всегда под рукой. Вы, вошли сюда с саквояжем и с саквояжем выйдете. Вы возьмете меня под руку, и я провожу вас подальше от казарм, за цепь часовых.
— Туда, где для вас приготовлена лошадь.
Райдер не стал уточнять. Легкого нажатия руки было достаточно, чтобы заставить Мэри двигаться. Распахнув двери тюрьмы, он выпустил ее в ночную прохладу. Ему не потребовалось лишний раз напоминать девушке, что спутника следует взять под руку. Он пониже опустил козырек кепи и постарался приноровиться к ее неспешной походке.
— Вы, наверное, очень довольны собою, — заметила Мэри.
— Неописуемо, — с гордостью ответил Райдер. Хотя во дворе форта было еще людно, на него почти никто не обратил внимания. Встречные взгляды в основном были адресованы Мэри.
— Меня еще здесь не видели в монашеской одежде, — шепотом пояснила она.
Райдер кивнул:
— Я ожидал, что произойдет нечто…
— Мэри! — Звонкий оклик Ренни, стоявшей на крыльце офицерского здания, прервал Райдера на полуслове. — Мэри! Какого черта…
Райдер больше был не в силах молчать.
— Не обращайте внимания! — велел он. — И шагайте чуть-чуть побыстрее.
— Еще никому не удавалось не обратить внимания на Ренни, — задыхаясь, возразила Мэри, но все же ускорила шаг, стараясь не отставать от Райдера. А сестре она крикнула:
— Я вернусь через минуту, Ренни! И все тебе расскажу!
Тут на крыльцо вышла Мойра:
— Девочки, что это вы так раскричались? Мне все было слышно… — Тут она пораженно умолкла, заметив знакомый силуэт Мэри, пересекающей парадный плац. Мойра схватилась за сердце и вскричала:
— Она надела его! О Боже! Я молилась, я так молилась!
Взмахом руки Ренни заставила ее замолчать. Не глядя на мать, она внимательно следила за сестрой.
— Нет, мама, — тихо, но раздраженно возразила она. — Здесь что-то не так. Я готова поклясться. С ней творится что-то ужасное! — И она испуганно вскрикнула, узнав спутника Мэри:
— Позови Джаррета, мама! Зови сию же минуту!
Поскольку Мойра не спешила послушаться дочь, той пришлось просто закричать во всю силу своих легких!
— Джаррет! Поди сюда! Ты мне нужен!
По этому крику Райдеру нетрудно было догадаться, что его маневр раскусили. Он грубо схватил Мэри за руку и поволок прочь. Девушка споткнулась и едва не упала, но он помог ей удержаться на ногах и потащил за собой.
— Вам лучше поторопиться, — пропыхтела Мэри.
Через его плечо ей была видна лошадь, привязанная примерно в пятидесяти ярдах от них. Что-то учуяв, лошадь опустила голову к земле, и тогда Мэри различила силуэт второй лошади. На миг утратив обычную безмятежность, она прошептала Райдеру:
— О нет, вы не могли задумать…
Времени на пререкания не оставалось. Райдер как можно деликатнее подтолкнул Мэри в сторону лошадей. Конечно, один он добрался бы до них гораздо быстрее, но тогда лишился бы единственной своей защиты. Крики на парадном плацу становились все громче, и уже было ясно, что в форту объявлена тревога.
— Скорее, — приказал он. — Бегите со мной.
Мэри попыталась было воспротивиться, но он рванул ее так грубо, что едва не вывихнул плечо. Она понадеялась, что постарается улизнуть, когда надо будет садиться на лошадь, но Райдер с поразительной легкостью буквально зашвырнул ее в седло. Ошеломленная, запыхавшаяся, Мэри и глазом моргнуть не успела, как он отвязал поводья и вскочил в седло сам.
Оглянувшись, девушка заметила первых солдат, бегущих за ними. Луны не было, и преследователи показались ей сплошной темной массой. И только по нелепо торчащим из этой массы углам она догадалась, что солдаты берут их на мушку.
— Ради Бога, не стреляйте! — взревел Джаррет. — Он захватил Мэри!
— Ну наконец-то, — чуть слышно прошептал Райдер. — Хоть один нашелся с мозгами. — Он тронулся вперед и потянул за поводья лошадь Мэри.
— Мэри! — голос Мойры перекрыл все остальные и был ясно слышен даже здесь.
Мэри прищурилась, безуспешно стараясь различить во тьме силуэт матери.
— Мама! — Независимо of ее желания в этом крике прозвучали мольба и испуг. — Мама! — снова крикнула она. — Я люблю тебя.
— Мэри!.. — раздалось ей вслед, и все, кто слышал этот зов, не могли остаться равнодушными к ужасной душевной боли, прозвучавшей в нем.
Подстегиваемый пронзительным эхом, повторявшим этот крик, Райдер пустил лошадей в галоп.


Поначалу Мэри поклялась себе, что никогда не станет просить его о милосердии. Однако через некоторое время ей пришлось нарушить эту клятву и раз, и два — и вот теперь она боролась с собой, чувствуя, что еще немного — и унизится до просьбы в третий раз. Растрескавшиеся губы сами собой готовы были вымолвить «пожалуйста». Она даже обрадовалась, что горло ее пересохло, отчего слово это так и осталось беззвучной гримасой.
Непроницаемая ночная тьма окружала Мэри. Девушка привыкла, что в Нью-Йорке даже в безлунные ночи улицы освещены фонарями. И в последнее время в мэрии велись переговоры об увеличении количества фонарей. Мэри это представлялось в виде звездного небосвода, снизошедшего на землю. Идея выглядела не такой уж плохой — в особенности при нынешних обстоятельствах. Те звезды, что сияли сейчас наверху, не в состоянии были развеять мрак на ее пути.
При этом она видела, что для Райдера мрак не помеха. По каменистой тропке он двигался куда более уверенно, чем их лошади. Мэри ни разу не заметила, чтобы он колебался в выборе пути. Если не считать того, что поводья ее лошади по-прежнему находились у Райдера в кулаке, можно было подумать, что он забыл про свою спутницу. Он даже ни разу не заговорил с ней с тех пор, как они удрали из форта, и пропускал мимо ушей просьбы о помощи, стоившие ей таких внутренних усилий. При этом скорость, с которой он вынуждал ее двигаться в темноте, была попросту опасной. Райдер не проявлял ни малейших признаков усталости. Лошади же то и дело спотыкались и оступались, а что до самой Мэри, то она полагала, что держится в седле только благодаря природному упрямству и гордости. Правда, такая необычайная стойкость оказалась лишь на руку Райдеру.
— Если бы я была способна грохнуться в обморок, — прошипела девушка сквозь стиснутые зубы, — то рухнула бы замертво сию же минуту — по крайней мере тогда бы он либо остановился, либо бросил меня. — Она покосилась на равнодушную спину Райдера, гадая, услышал он ее слова или нет. — Я не могу нестись сломя голову всю ночь, — добавила она с гневом. Каждая клетка ее тела вопила от боли. А в некоторых местах боль была столь сильна, что слезы выступали на глазах. Мэри могла поклясться, что у него ломит даже корни волос. — Послушайте, я больше не могу.
Признание прошелестело чуть слышным шепотом и прозвучало унизительно-жалобно, и Мэри была даже рада, что не получила ответа. Она постаралась думать о другой Мэри, ее тезке, и о полном опасностей побеге в землю Египетскую, подальше от Иродова гнева. Та Мэри проехала верхом на осле многие мили через пустыню, держа на руках ребенка, и нигде не говорится, что она проклинала Иосифа или же возносила жалобы Богу.
И хотя библейское предание вряд ли можно было сравнить с обстоятельствами ее невероятного побега, девушка умудрилась найти в нем источник бодрости и сил. Благодаря этому она смогла проехать еще пару часов, не обращаясь к Райдеру. Когда же она наконец раскрыла рот, исходившие из глубины иссохшей глотки звуки не имели ничего общего с ее голосом.
— Но ведь Пречистую Деву никто не похищал, — прохрипела она. — И я готова поспорить с кем угодно, что апостолы просто опустили то место, где она жалуется на трудности. — Мэри было безразлично, что подумает о ней Райдер. В любом случае она обращалась к себе, а не к нему. — А потом, скорее всего ей не приходилось умолять Иосифа дать воды. Он должен был быть достаточно добр и позаботиться сам…
Последовавший за этими словами обморок вовсе не являлся местью.
Райдер не успел удержать ее в седле. Он соскочил наземь и встал на колени, не проявив ни досады, ни раскаяния. Ему не удалось привести Мэри в чувство, и он просто подхватил ее на руки и закинул на круп лошади — лицом вниз, словно мешок отрубей. Привязав ее так, чтобы она не свалилась во время езды, он снова вскочил в седло и продолжил путь с прежней устрашающей скоростью.
Придя в себя, Мэри совсем растерялась. Она помнила, что должна была упасть на землю, но все оказалось совсем не так. Голова разрывалась от прилива крови, а в ноздрях стоял душный запах конского пота. Когда ее мысли прояснились и до девушки дошла унизительность ее положения, она чуть не лопнула от злости:
— Самый ужасный круг ада был бы для тебя слишком хорош, Райдер Маккей!
— Возможно, вы правы.
Мэри сделала для себя сразу несколько открытий: во-первых, она высказала мысль вслух, сама того не желая, во-вторых, Райдер снизошел до ответа, и этот ответ прозвучал удивительно близко. Она неловко заерзала, стараясь извернуться так, чтобы разглядеть, где он находится.
— Не вертитесь, — велел Райдер.
Несмотря на то-что Мэри была едва жива, она немедленно воспротивилась столь грубому приказу. Тогда Райдер просто дождался, пока у девушки иссякнут силы — их и впрямь хватило ненадолго, — и снял ее с лошади. Мэри безвольно обвисла у него на руках. Как это ни было унизительно, но она не смогла бы устоять на ногах без его помощи.
— Т-с-с-с, — прошептал Райдер.
Только теперь до Мэри дошло, что она рыдает. Девушка почувствовала, как ее обняли за плечи — на сей раз более мягко. Слезы в три ручья лились ему на куртку, однако он только молча обнимал Мэри. Со слезами девушка утратила и последние силы.
— Я больше не могу двигаться, — жалобно прошептала она.
— Знаю. Ничего страшного.
Райдер снова подхватил ее на руки, как раньше, только не стал больше закидывать на круп лошади. Он понес ее к зиявшему непроглядной чернотой проему в огромном утесе и, когда полное отсутствие света не позволило двигаться дальше, осторожно усадил на землю.
— Я должен позаботиться о лошадях, — сказал он. — Здесь вы в безопасности.
Мэри едва успела заметить смутную тень, мелькнувшую у входа в пещеру. Она продолжала таращиться в ту сторону до тех пор, пока из глаз ее не брызнули слезы. Девушка зажмурилась и почувствовала, как неудержимо у нее слипаются веки. Она пообещала себе, что проспит совсем недолго.
Райдер бросил возле свернувшегося калачиком тела саквояж, седельные сумки и лошадиные попоны. Потом встал на колени, приподнял голову девушки и смочил ее губы водой из фляжки. Мэри жадно припала к живительной влаге, приподняв фляжку так, чтобы было удобнее пить.
— Достаточно, — тихо, но решительно сказал он.
Мэри казалось, что ей никогда в жизни не напиться, и позволила ему забрать фляжку лишь потому, что не имела сил сопротивляться. Она, конечно, могла бы с ним и поспорить, но даже на слова у нее не было сил.
Старательно закупорив фляжку, Райдер подсунул Мэри под голову свернутое одеяло и растянулся рядом на земле. Он чувствовал, как дрожит от невероятного изнеможения ее тело. Она не пыталась протестовать, когда он обнял ее за талию и пододвинул поближе к себе.
Когда Райдер и Мэри заснули, вход в пещеру озарили первые лучи солнца.


Это был не сон. Мэри осознала это, как только пришла в себя и почувствовала боль в грязном измученном теле. Кое-как повернувшись, Мэри вытащила из-под бока острый камень и отшвырнула его подальше, после чего постаралась усесться, прислонившись спиной к скале, чтобы не спеша обдумать ситуацию.
Райдер по каким-то соображениям покинул ее, пока она спала. Девушка с трудом припомнила, как он принес саквояж и положил ей под голову одеяло. Теперь она не обнаружила ни того ни другого — все пропало заодно с фляжкой. Это напомнило Мэри о лошадях, о которых Райдер «должен позаботиться». Уехал ли он, забрав обеих, или оставил одну для нее?
Мэри выпрямилась, покачнулась и поплелась, обходя валуны, к выходу из пещеры. Солнечный свет ослепил ее. Прикрывая рукой глаза, она решилась выйти наружу.
Открывшийся ее взору вид был совершенно незнакомым. При свете дня местность выглядела невероятно дикой и заброшенной. Мэри понимала, что всю ночь они взбирались все дальше в горы. Она поразилась огромным соснам, возвышавшимся над совершенно бесплодной на первый взгляд скалой. Девушке стало не по себе: невообразимые нагромождения валунов с пробивавшейся местами чахлой травкой, казалось, злобно ощетинились при виде непрошеной гостьи. Раскаленный сухой воздух дрожал в зыбком мареве.
Мэри не обнаружила поблизости ни лошадей, ни даже тропинки, по которой она попала сюда накануне. Девушка понятия не имела, находится ли она к северу или к югу от форта Союза, пролегает ли железная дорога к востоку или к западу отсюда. Мэри знала наверняка только одно: сюда они пробирались по горам, и на обратной дороге ей также не миновать гор. Вот только горы эти были ей совершенно незнакомы. Мэри ясно понимала, что может бродить здесь многие дни и никого не встретить.
Конечно, рано или поздно ее отыщут. От этого теперь зависит, выживет она или нет. Лихорадочно соображая, чем она смогла бы привлечь внимание предполагаемых спасателей, Мэри сняла с головы монашеский чепец. Черная плотная ткань стала серой от пыли, а белоснежная наколка — бурой от грязи и пота. Мэри устало запустила пальцы в волосы, расправляя слипшиеся под чепцом пряди.
— А они, оказывается, длиннее, чем мне казалось.
Мэри резко обернулась. Райдер стоял у самого входа в пещеру. Ей не пришлось щуриться, чтобы как следует его разглядеть — и то, что она увидела, отнюдь не прибавило ей хорошего настроения. Он выглядел настолько же бодрым, насколько она измученной, и настолько же чистым, насколько она грязной. Девушка бессильно опустила руки:
— Я подумала, что вы сбежали.
Коль скоро его присутствие доказывало обратное, Райдер предпочел не тратить лишних слов.
— Вам лучше войти внутрь, — сказал он, — а не торчать на виду.
— Но я не вижу лошадей, — сказала Мэри, не тронувшись с места.
— Я угнал их прочь.
— Угнали? Но…
— Войдите внутрь.
Мэри нехотя заковыляла в пещеру, уязвленная контрастом между собственным состоянием и невозмутимостью Райдера. Когда она оказалась в пределах досягаемости, он протянул к ней руку и резко втащил внутрь.
— Я могу двигаться сама, — воспротивилась Мэри. — На это у меня сил хватит!
— Вам нельзя высовывать нос из пещеры, — отчеканил он, пропустив мимо ушей ее объяснение. — Понятно?
— Я понимаю, что вы говорите, — возмутилась Мэри. — Но не понимаю, почему вы это говорите!
— Меня волнует лишь первое. — Его хватка усилилась. — Вам совершенно ни к чему разбираться в причинах, чтобы повиноваться моим приказам.
Мэри гневно сжала губы. Ни за что на свете она не признается, что от его пальцев у нее будут синяки.
— А как мне будет приказано отправлять естественные нужды? — спросила она с мрачной учтивостью.
— Как обычно, — услыхала она в ответ. — Я покажу вам где.
Однако Райдер не спешил уводить Мэри в глубину пещеры. Сначала он отломил ветку от сосны — в таком месте, чтобы это не было заметно, — старательно замел сначала свои следы, а потом и следы Мэри. Он не пропустил ничего — даже легких бороздок, оставленных в пыли подолом ее платья. Камешек, перевернувшийся у нее под ногой, он положил по-старому, вверх обожженной солнцем стороной.
Следя за его действиями, Мэри догадалась, отчего она не смогла найти тот путь, по которому они сюда прибыли. И что еще более важно — догадалась о трудностях, которые предстоит преодолеть тем, кто отправится на их поиски. Райдер предусмотрел все случайности.
— Нас здесь никто не найдет, верно? — спросила Мэри, когда Райдер вернулся в пещеру.
Он лишь небрежно пожал плечами.
— Сюда.
Не потрудившись удостовериться, что Мэри идет следом, он быстро зашагал вперед. Когда показалась скала, под которой они спали предыдущей ночью, Райдер прихватил зажженный факел, торчавший из расщелины в стене.
— Откуда он у вас? — удивилась Мэри.
Блики пламени играли на скалах, когда Райдер приподнял факел над головой. До Мэри дошло, что его внезапное появление у входа в пещеру объясняется как раз тем, что он находился внутри, а не снаружи. И теперь, имея возможность оглядеться в неровном свете факела, Мэри поразилась размерам пещеры, в которую ее привели накануне.
Сразу же за тем местом, где они спали, проход резко расширялся. Даже яркое пламя не в силах было осветить все помещение, однако Мэри все же успела различить около полдюжины отдельных тоннелей. Шестым чувством она уловила, что на самом деле их здесь по крайней мере еще столько же. Она достаточно хорошо разбиралась в подобного рода чудесах природы и знала, что в таких пещерах каждый из коридоров имеет, в свою очередь, десятки ответвлений. Под горами скрывались сотни подземных проходов, ведущих в самые разные места — или в никуда. Она запросто может потеряться здесь — скорее, чем потеряет Райдера.
— Вы здесь не в первый раз, — уверенно заявила она.
Райдер лишь молча подал девушке руку, чтобы помочь перебраться через валун. Когда же она отказалась от помощи, он просто пожал плечами и пошел дальше, через ручей, по уложенным специально для переправы плоским камням. В глубине пещеры сохранялась постоянная, хотя и не очень высокая температура. Воздух был свежий — ни тумана, ни влаги. Внешне могло показаться, что ее вожатый выбрал первый попавшийся проход, однако Мэри знала, что это не так. Она постаралась запомнить туннель: форму отверстия в гладкой скале, россыпь камней у входа. Однако колеблющийся свет факела сделал невозможными любые попытки разглядеть все достаточно ясно, и Мэри решила, что в этом месте Райдер нарочно взмахнул рукой, чтобы помешать ей. Туннель оказался длинным и извилистым — он то сужался, то расширялся — и, как Мэри и ожидала, им не раз еще пришлось выбирать один из множества боковых ходов. Словом, уже через сотню ярдов девушка совершенно утратила ориентацию. Она готова была уже напомнить Райдеру, что терпит из последних сил, когда тот указал на узкий коридор и протянул ей факел.
— Ступайте во второй проход по правую руку, — велел он. — Я подожду здесь.
— Ваша галантность выше всяких похвал, — съязвила Мэри, подкрепив сарказм брезгливой гримаской, но все же взяла факел и поспешила в указанный коридор.
— Из него никуда нельзя удрать, — донеслось ей вслед. — Так что не теряйте время понапрасну. Все остальные туннели тоже кончаются тупиками.
Райдер видел, как упрямо Мэри задрала головку, и живо представил, что в этот миг девушка гневно стискивает зубы. Легкая улыбка, мелькнувшая на его губах, была своего рода Данью стойкости, столь поразительной для такого милого создания. Молодой человек прислонился спиной к прохладному камню и стал дожидаться ее возвращения. Как всегда, ожидание приносило ему удовольствие само по себе. Он предвкушал, что вот-вот снова увидит Мэри. И что, несмотря на изможденный и грязный внешний вид, сияние ее чистой души запросто затмит пламя факела.
При приближении Мэри он выпрямился и взял у нее факел.
— Осталось совсем немного. Пойдете сами или мне понести вас?
— Я… я… — Мэри с ужасом обнаружила, что ноги отказываются ей служить и она вот-вот рухнет наземь от усталости.
— Пожалуй, вопрос был излишним, — заметил Райдер и, вручив факел Мэри, поднял ее на руки. — Постарайтесь держать его повыше. Не то спалите мне волосы.
Это звучало возмутительно, однако Мэри пришлось повиноваться. Он нес ее еще добрых полсотни ярдов и ни разу не сбился с дыхания. Такая невероятная выносливость не могла не удивить девушку, однако не успела она что-либо сказать по этому поводу, как очутилась у входа в новое помещение.
Райдер не спеша повернулся, и глаза Мэри распахнулись от неожиданности. Пещеру ярко освещали пять ламп, висевших на железных крючьях, вбитых в стены. По левую руку от входа находился небольшой пруд. До ушей Мэри донесся тихий шелест воды, переливавшейся через край каменной чаши. На широком ровном уступе — настоящем ложе, только из камня — были навалены толстые цветастые одеяла. В созданном самой природой помещении не было прямых углов, однако в некоем подобии углубления был устроен склад: бочонки и мешки с сушеными и консервированными продуктами, корзины с кухонными принадлежностями и посудой — Мэри заметила даже чайный сервиз. А вот и стойка с винтовками Генри и целая куча амуниции рядом с маленьким неприметным сундучком.
Пещера была хорошо снабжена продуктами, но и неплохо обставлена: кресло-качалка, треногий табурет, роскошное мягкое кресло и столик для трубок из вишневого дерева. Хотя все это и было набрано с бору по сосенке, Мэри видела, что окружающие ее вещи — отличного качества. Девушку охватили одновременно удивление и страх.
— Так, значит, это правда, — прошептала она.
— Что именно?
Только теперь Мэри поняла, что говорит вслух. Она потеребила Райдера за плечо, и он опустил ее наземь. Но когда он протянул руку, чтобы поддержать ее, девушка отшатнулась.
— Значит, здесь вы и спрятали золото? — спросила она.
Так вот что, по ее словам, было правдой! Мэри решила, что обстановка в пещере каким-то образом связана с набегом в каньоне Колтера…
— Здесь нет золота. — Увы, больше он ничего не мог ей объяснить. Судя по ее виду, этого было явно недостаточно, и Райдер кивнул в сторону пруда:
— Можете помыться, если не боитесь холода. Воду для питья я беру из самого источника, так что можете не стесняться. В сундуке есть мыло, а в седельной сумке — притирания.
Мэри с вожделением поглядела сначала на воду, потом на Райдера — причем уже с меньшим раздражением, нежели прежде. Значит, по его словам, золота здесь нет. Может ли она ему верить? Может ли не верить?
— Я с удовольствием выкупаюсь, — тихо промолвила Мэри, — и постараюсь отстирать платье, — она вынула из широкого рукава скомканные чепец и наколку, — и вот это.
— Когда вам будет угодно.
— У вас есть полотенца?
— Здесь не гостиница.
— О, я и не собиралась впадать в подобное заблуждение. Я лишь подумала… — и она окинула взглядом их убежище, — что вы успели запастись всем необходимым.
Он не смог остаться равнодушным к этим огромным зеленым глазам, ставшим на какое-то мгновение трогательно-растерянными:
— Посмотрите получше в сундуке с мылом.
Мэри поменяла факел, который все еще держала в руке, на мыло, принесенное Райдером. Осторожно спустившись по плоским камням, выложенным вокруг пруда, она сняла ботинки и чулки. Недовольно косясь на Райдера, девушка приподняла подол и помассировала ноющие икры.
— Вы уже искупались. — Это прозвучало не как вопрос, а как упрек. — Один.
Райдер колебался.
— Отсюда некуда бежать, — продолжила Мэри. — И я никуда не денусь.
— Очень хорошо, — сказал он, не спуская с нее пронзительного взгляда. — Мне все равно надо сделать кое-что в другом месте. — И он вышел, прихватив с собой деревянное ведро и ковш.
Прежде чем раздеться окончательно, Мэри немного подождала, чтобы быть уверенной, что Райдер ушел. Она успокоилась, только когда угасли последние отблески его факела. Куча ожидающего стирки грязного белья была мигом позабыта, стоило лишь девушке увидеть, в каком жалком состоянии находится ее избитое, измученное тело. Один бок представлял собой сплошной синяк — только теперь она припомнила, что потеряла сознание и упала с седла. Мелкие ссадины на ладонях и пальцах появились, видимо, когда ей приходилось цепляться за луку седла: ведь Райдер не доверил ей поводья.
Мэри продолжила осмотр. Там, где внутренняя поверхность бедер соприкасалась с седлом, алели две огромные ссадины. Мэри легонько притронулась к ним и поморщилась от боли. Пожалуй, здесь одними притирками не обойдешься.
Наконец осторожно, кончиками пальцев, она потрогала воду. Райдер явно преувеличивал, называя ее холодной. Вода была ледяной. Девушке пришлось постепенно, дюйм за дюймом, заставлять себя опускаться в пруд, пока наконец она не достигла дна. Воды в пруду оказалось почти по грудь. Соски Мэри тут же болезненно сжались от холода. Поначалу ей даже дышать было тяжело. Не будь Мэри такой обессиленной, она наверняка одним прыжком выскочила бы сейчас обратно.
Лодыжки и ступни едва не свело судорогой: оказывается, на дне имелось течение, еще более холодное, чем вода на поверхности, и у Мэри отпало всякое желание окунуться полностью.
По крайней мере до того момента, когда появился Райдер.
Держа мочалку над водой, девушка тут же окунулась по подбородок.
— Что вам здесь нужно? — сердито спросила она.
«Ее ледяной тон способен соперничать с водой», — подумал Райдер и невозмутимо заявил:
— Я не слышал плеска и решил убедиться, что вы не утонули.
В ответ Мэри возмущенно фыркнула и ответила как презрительнее:
— Не ждите — такая удача вам не обломится!
— А к вам на удивление быстро вернулась прежняя бесшабашность. — Его пронзительно-черные глаза на миг расширились.
— Что вы сказали?. — переспросила Мэри, не веря своим ушам.
— Я назвал вас бесшабашной.
Такого определения Мэри удостоили впервые в жизни. Резкая, язвительная, упрямая — эти эпитеты были для нее куда более привычными. Бесшабашность подразумевала некую детскую игривость. Мэри вдруг почувствовала себя маленькой хулиганкой-беспризорницей — чего никогда не позволяла себе даже в детстве. Смутившись, она попыталась прикрыть руками грудь. Лицо ее стало белее мела.
Не спеша спустившись к самой кромке воды, Райдер с непроницаемым видом пробормотал:
— Какая знакомая картина.
То же самое подумала и Мэри. Если бы только не холод… Рано или поздно он убьет ее. И тогда она милосердно будет избавлена от мук — физических и душевных. Собрав все свое мужество, девушка постаралась посмотреть Райдеру в глаза, надеясь, что он наконец оставит ее одну. Не дождавшись этого, она процедила сквозь зубы:
— Вы не могли бы проявить хотя бы минимум порядочности!
— Вам требуется помощь? — Присев на корточки, он вежливо протянул ей руку. Глядя, как гневно сжались ее губы, он криво ухмыльнулся и спросил:
— Вот я и опять укротил вас, верно?
Мэри сама не знала, от чего злится больше — от его умения брать над ней верх или от того, с какой откровенностью он это смакует.
— Не соблаговолите ли вы меня оставить? — спросила она.
— Вам стоило только попросить, — последовало в ответ.
Райдер выпрямился, сохраняя на лице все ту же непроницаемую маску. Он явно не замечал, как скованны и неловки движения Мэри, и тем самым добавил масла в пламя ее гнева. Стоило ему повернуться к Мэри спиной, как девушка что было сил швырнула ему вслед кусок мыла. Оно врезалось как раз между лопаток и шмякнулось на камни.
Райдер мгновенно обернулся. Однако и этой доли секунды было достаточно, чтобы из его головы вылетели все мысли о возмездии за ее поступок: Мэри высунулась из воды как раз настолько, что стал виден синяк на плече.
— Это случилось во время падения? — спросил Райдер.
— Если только вы сами не избили меня во время сна, — ответила она и тут же пожалела о вырвавшихся в запальчивости словах (глаза Райдера буквально пригвоздили ее к месту). — Да, — торопливо добавила она. — Когда я упала в обморок.
— И это не все?
Девушка молчала в нерешительности.
— Я сейчас выволоку вас наружу и посмотрю сам!
— Еще на боку и на бедре, — выпалила Мэри, испуганно взмахнув руками, и добавила, заметив его недоверчивый взгляд:
— Это все, правда!
Райдер кивнул. Его седельная сумка лежала на куче одеял. Он развязал ее и вытряхнул содержимое. Среди мелочей, собранных для него Флоренс, нашлась и коричневая бутылочка с мазью доктора Хорэйса, которую Райдер поставил у края пруда.
— Молодчина Фло! Обо всем подумала.
Мэри не попыталась достать лекарство и не подумала благодарить генеральскую мамашу — судя по всему, бабуля оказалась замешана в этом деле по самые уши.
— Могу я получить назад мыло? — спросила она.
Райдер протянул ей скользкий обмылок.
— Вы уверены, что справитесь сами?
— Да, — поспешно кивнула она, — конечно.
И тут Мэри увидела, как дрогнула непроницаемая маска, как на суровом лице промелькнула тень раскаяния. Оказывается, для него не существовало никакого «конечно». Райдер вернулся сюда именно потому, что испугался за Мэри. Она хотела сказать, что надо было думать об этом раньше — до того как он силой принудил ее ехать за собой. Но Райдер уже успел подхватить свой факел и скрыться в глубине коридора. Девушка осмотрела пещеру и успокоилась: у нее остается масса иных возможностей. Вид стоявших в углу винтовок вызвал у нее легкую улыбку. Возможности есть всегда — надо только суметь ими воспользоваться.


Райдер прислонил факел к скале и не спеша наполнил ведро свежей водой из источника, напился из ковша и отложил его в сторону. Он даст Мэри не больше десяти минут на мытье и вернется. Вода слишком холодная, и оставаться в ней дольше небезопасно. Девушка и так сильно ослабла до предела.
Райдер все еще чувствовал то место между лопаток, куда угодил кусок мыла. Ее выдержка не бесконечна. А когда она сорвется — остается лишь гадать, какими способами ей придет в голову избавляться от него, Райдера. Надо постараться убедить ее, что одной ей из пещеры ни за что не выбраться. Иначе ему не даст покоя страх, что она попытается бежать, заблудится и умрет.
Он старательно обдумывал свои доводы, мысленно повторяя их на все лады, прежде чем высказать вслух. На исходе десятой минуты он поднял факел и направился обратно.
Вся его столь старательно подготовленная речь оказалась ненужной. Мэри Френсис, кое-как прикрытая одеялом, встречала его у самого входа в пещеру сиянием белозубой улыбки. Она многозначительно молчала.
Дуло винтовки, направленное Райдеру в грудь, говорило само за себя.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Только в моих объятиях - Гудмэн Джо



Один раз прочитать можно.Интересно , но не захватывает.
Только в моих объятиях - Гудмэн ДжоКсения
13.12.2011, 19.50





Не зацепило
Только в моих объятиях - Гудмэн Джоварвара
19.02.2012, 15.35





Роман понравился. Конечно это далеко не Макнот, но почитать на один раз можно. Меня зацепил этот роман тем, что гг были на редкость умны и сообразительны.(Для меня характер гг самый важный критерий) Молодцы! Гг-ня говорит, что думает, не тупит, не делает поступки сгоряча и ей не управляет гордыня(как обычно). Гг-ой не говорит, что "мы не можем быть вместе потому что я изгой, уголовник...". Нет. Они проходили все испытания и трудности вместе. У гг были жена и ребенок, но он полюбил другую, а не как обычно сопротивляются этому, мол, больше не женюсь и т.д. rnТак как я очень редко сталкиваюсь с такими гг, и это очень часто портит весь роман, то уже за это поставлю 10.
Только в моих объятиях - Гудмэн ДжоПросто Человек:)
14.07.2014, 18.31





Неплохой роман
Только в моих объятиях - Гудмэн ДжоВикушка
29.08.2014, 23.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100