Читать онлайн Невеста страсти, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Невеста страсти - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.88 (Голосов: 26)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Невеста страсти - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Невеста страсти - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Невеста страсти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

В это же время в тысячах миль от Алексис, в тихом порту на Атлантическом побережье ждал отплытия «Конкорд» — отлично спроектированное и недавно укомплектованное судно военно-морских сил США. Казалось, кораблю не терпится поскорее покинуть свое временное убежище в помчаться как ветер, делая положенные ему тринадцать узлов в час.
В таверне, недалеко от того места, где стоял на якоре «Конкорд», моряки, служившие прежде на «Гамильтоне», пили, стремясь забыться и не думать о том, что за работа ждет их на новом судне. Их можно было понять. Капитан корабля зачитал приказ, согласно которому им предстояло найти и захватить в плен Алекс Денти. Не нашлось ни одного человека, у которого слова капитана не вызвали бы недоумения и недовольства, но никто не посмел отказаться выполнить приказ — быть может, не столько из-за страха наказания, сколько из-за того, что, как понимал каждый из них, переживаемое ими гнетущее чувство не шло ни в какое сравнение с тем, что довелось испытать их капитану. На сердце Клода Таннера лег камень, тяжесть которого трудно было измерить.
Как они ни старались, расслабиться и забыться им так и не удалось. У Майка Гаррисона и Гарри Янга невзначай завязался разговор с одним незнакомым матросом. Беседа принимала интересный оборот, и моряки с «Конкорда» понимали, что о ее содержании необходимо будет доложить капитану Клоду. В глубине души оба они желали, чтобы Мэтт Джонс был посдержаннее в своих откровениях. Тогда, может быть, они не узнали бы, что молодой человек служил на одном из кораблей Квинтонской компании. Теперь по долгу службы они были обязаны доложить своему командиру о том, что Квинтонской компанией управляет некто мистер Грендон, хотя, как уточнил Мэтт, хозяином компании был другой человек. Из рассказа Мэтта выходило, что владелец судов дважды за последние восемнадцать месяцев возвращался в Род-Таун, а в перерывах поддерживал контакты с Грендоном через другие корабли своей компании. Более того, на горе или на счастье, от болтливого Мэтта моряки узнали, что одним из портов, в котором Алексис получала сообщения, был Вашингтон. Гарри едва не передернуло при мысли о том, что Алексис могла находиться у них под самым носом. Немного успокаивало лишь то, что, по словам Мэтта, хозяин компании уже заходил сюда и, взяв груз, был сейчас на пути к Лондону. Мэтт объяснил, что ему, мол, все равно — ведь он с хозяином не плавает, а вот за своих товарищей переживает — в опасное дело они ввязались. Хозяин возит контрабандный товар, запросто и ограбить могут. И еще, по секрету сообщил Мэтт, некоторые ребята поговаривают, будто хозяин занимается кое-каким опасным промыслом. Гарри и Майк, понятно, не стали рассказывать Мэтту о своей осведомленности в том, что касалось опасной миссии хозяина Корабельной компании Квинтона. Нечего было знать этому болтуну, из-за чего рискует Алексис.
После того как Мэтт, покачиваясь, вышел из таверны, друзья остались сидеть, угрюмо уставившись в кружки. Неожиданно к ним подошел еще один моряк, тот, что, сидя за соседним столиком, с интересом прислушивался к рассказу хмельного Мэтта.
Нагловатый незнакомец без спросу уселся за стол и заявил:
— Меня зовут Скотт Хансон, и, если вы хотите что-то узнать о хозяине компании Квинтона, спрашивайте у меня.
— Ничего не хочу больше слышать, — раздраженно ответил Гарри. — Желаете поделиться новостями — идите прямо к капитану Клоду и докладывайте.
Майк под столом поддел товарища коленом, прошипев:
— Придержи язык, Гарри.
Скотт Хансон усмехнулся. Оказывается, язык после выпитого развязался не только у матроса, работающего на его корабле.
— Как, говорите, зовут вашего капитана? — переспросил незнакомец, стараясь не показать удивления.
— Капитан Таннер Клод, — ответил Майк. — Мы с Гарри служили на его корабле, «Гамильтоне». Мы плаваем с ним уже три года, — добавил Майк, давая понять Хансону, что если он что-то знает об Алексис Денти, то и им кое-что о ней известно.
— Вот даже как, — протянул Хансон, по-приятельски улыбаясь этим двум парням, чей интерес к Алексис давно уже беспокоил бывшего первого помощника капитана Денти.
Хансон понимал, что опасность подстерегала Алексис повсюду. Не угадаешь, с какой стороны ждать удара. Корабль ее — судно торговое, одним своим статусом привлекало к себе пристальное внимание каперов, как английских, так и французских. А теперь Алексис заинтересовались еще и американцы.
— Что это, вас так волнует Корабельная компания Квинтона? Мы никаких законов не нарушаем, — как бы невзначай заметил Хансон.
— Нам до Квинтонов дела нет, — ответил Майк. — Это ваш Мэтт разболтался, нарассказывал всякого про своего таинственного хозяина. Никто ни разу в глаза не видел этого человека. Разве не странно? Ну вот мы и потрепали языками немного. Что плохого?
— Врать всегда нехорошо, и вы об этом знаете, — раздраженно сказал Хансон. — Я все слышал. Это вы задавали вопросы и вытягивали у Мэтта ответы. Чего вам надо?
— Послушай, — Майк перегнулся через стол. — Мы знаем Алексис Денти, и ты знаешь, что мы ее знаем. Она, должно быть, говорила тебе, что, прежде чем пересесть на корабль, доставивший ее в Род-Таун, оказалась на нашем корабле. Мы только хотели выяснить, как у нее дела и знаете ли вы что-нибудь о Траверсе.
В том, что сказал Майк, была своя доля правды, но Хансон, похоже, не собирался глотать наживку. Бывалый моряк чувствовал, что не все чисто в этой игре.
— Так, значит, вы знакомы с Денти, — мрачно заключил он. — Но, если это так, вы должны понимать, что ни один человек, который служил у нее, не расскажет вам ни черта!


Тем же вечером, только значительно позже, Майк Гаррисон докладывал Клоду:
— На нее работают отличные парни, если, конечно, все они похожи на того, что подошел к нам в таверне. Его зовут Хансон, и он ушел сразу после того, как поставил точку в разговоре. Мы решили, что он как-то сообщит Денти об опасности. Так и вышло. Он подошел к капитану одного из судов компании Квинтона. Корабль плывет в Род-Таун. Значит, Алекс там, и Хансон в курсе.
— Все это притянуто за уши. С чего ты взял, что Алексис собирается в Род-Таун? Только из того, что туда направляется один из кораблей ее компании? — Клод насмешливо взглянул на Гарри.
Но Гарри и Майк были не из тех, кто не умеет доводить дело до конца. Когда Гарри полез в карман, Клод лишь усмехнулся. По-другому и быть не могло. Конечно, они перехватили сообщение. Клод взял протянутый листок и развернул его. Пробегая взглядом строки, он вскользь заметил:
— Не спрашиваю, как вам это удалось. Расквашенная физиономия Майка и так все объясняет.
Майк дотронулся до опухшей щеки и усмехнулся:
— Могу лишь сказать, капитан, что Скотт Хансон спит спокойно, уверенный в том, что сделал все как надо.
Клод только кивнул в ответ.
3 апреля, 1812 года
Мисс Квинтон, в Вашингтоне я встретил людей, утверждавших, будто они с «Гамильтона». Они наводили о вас справки. Я знаю, что человек, который вам нужен, патрулирует воды в районе Нового Орлеана. Источник информации вполне надежен. О том, откуда мне это известно, вы, если Бог даст, узнаете в Лондоне. Опасайтесь американцев. Мне не нравится их интерес к вашей персоне после почти двух лет полного безразличия.
Ваш покорный слуга, Скотт Хансон.
Хорошо у них поставлено дело, — вздохнул Клод, отложив в сторону письмо. — Понятно, почему корабли Квинтона благоденствуют в Карибском бассейне, тогда как остальные и носа не смеют сунуть туда из-за Лафитта. Как вы правильно заметили, у капитана Денти есть друзья, не только верные, но и могущественные, отличные парни.
Клод убрал письмо в карман, туда же, где уже лежал приказ командования, и легонько похлопал по нему.
— Курс выбран. Если нам повезет, она решит не тратить время на заход в Род-Таун, желая поскорее встретиться с Траверсом, а значит, и не узнает о том, что случилось с письмом. Пока нам везет. Завтра мы снимаемся с якоря и направляемся туда же, куда и Траверс.
— Когда мы найдем ее, капитан, — сдвинув брови, спросил Гарри, — вы объясните ей, почему мы были вынуждены так поступить? Расскажете о приказе?
— Я все ей объясню, Гарри. И она поймет. Но только сотрудничать с нами она все равно не захочет.
Вернувшись домой, Клод перечитал письмо Хансона. Написанное второпях, оно тем не менее было проникнуто искренней заботой и преданностью. Клоду становилось противно при мысли о том, что ему, возможно, придется вступить в бой с людьми, которые душу готовы отдать за капитана Денти. Хуже того, Клоду предстояло выяснять отношения со своими же соотечественниками — ведь многие из тех, кто был сейчас с Алексис, являлись американцами. Так или иначе, все тайное становится явным, и до Клода доходили рассказы о том, как освобожденные Алексис от английского плена американцы добровольно соглашались служить у нее. В случае объявления войны, чью сторону примут эти люди? За кого пожелают они отдать жизнь? За женщину, которая не ждет от судьбы подарков, предпочитая действовать на свой страх и риск, или за свою страну, которая не смогла защитить их от английского произвола и вызволить из беды? Все эти вопросы не были сейчас для Клода праздными.
Он бросил письмо в камин, глядя, как языки пламени, касаясь бумаги, превращают ее в пепел. Таннер знал, что не получит Алексис без борьбы, и только она одна может предотвратить кровопролитие. «Алекс, — думал он, сжимая руками голову, — неужели между нами все время будет эта необходимость бороться друг с другом, бороться не на жизнь, а на смерть?» Все в нем восставало против этой убийственной мысли. Клод пытался представить то, пусть отдаленное, будущее, когда отношения между ними наконец уладятся. Он устал от борьбы с самим собой и от постоянного напряжения, которого требовала эта борьба, и решил немного помечтать. Случится же когда-нибудь, что они окажутся вместе не потому, что он заставит ее быть рядом, а по обоюдному желанию, горячему и искреннему!
Как жаль, что она так редко смеялась, когда была с ним на борту «Гамильтона»! Он представил, как смех ее, легкий и звонкий, похожий на ветерок, что ласкает кожу своим прикосновением, проникает в него. Он видел, как она жмурится от удовольствия и легкой щекотки, когда пальцы его прикасаются к ее животу, пробегают по спине. Ему сладко было мечтать, как она, свернувшись, словно котенок, прижмется к нему, спасаясь от щекотки, наслаждаясь приятной гладкостью его загорелого тела и приятным теплом восставшего мужского естества. Она прекратит смеяться, почувствовав, что он стремится войти в нее, но улыбнется одному ему знакомой улыбкой женщины, осознающей свою власть над ним, женщины любящей и страстной. И тогда она откроет для него объятия, и они вместе поднимутся на вершину блаженства. Она будет любить его всем своим стройным, сильным телом, обнимая руками и ногами, удерживая его в себе в стремлении получить то же, что и он. И они найдут то, что искали, вместе взлетая, падая и паря на головокружительной высоте, умирая и восставая из смерти в одно и то же мгновение. А потом она скажет, что любит его, и он ответит ей тем же, и эти слова больше не будут причинять ей боль.


Море все еще волновалось, раскачивая «Святую Марию». Алексис, крепко упираясь ногами в палубу и заложив руки за спину, смотрела вверх, наблюдая за тем, как продвигается починка грот-рея, поврежденного обычным в этих местах весенним штормом.
— Капитан Денти, — обратился к ней Джордан, — матросы хотят знать, будем ли мы заходить в Род-Таун.
— Нет, не будем. Мы и так сбились с курса. Мы не можем позволить себе крюк, особенно сейчас, когда наконец сели Траверсу на хвост.
— Именно такого ответа я и ждал, — улыбнулся первый помощник. — А как насчет Лафитта? Эти воды считаются опасными.
— Вы что-то имеете против Лафитта, мистер Джордан? — усмехнулась Алексис.
— Разумеется, нет, мадам, если он на вашей стороне. Полагаю, все ваши друзья — люди самой высокой пробы.
— Есть в этом какая-то тайна, — задумчиво произнесла Алексис. — Между нами не было договоренности, ничего похожего на пакт о ненападении. И тем не менее, судя по тому, что мне докладывают, Лафитт сделал приятное исключение для кораблей моей компании. Ни одного судна Корабельной компании Квинтона не было им ограблено после нашей памятной встречи. Даже тот наш испанский груз он оставил в целости. Мистер Грендон доволен безмерно, но мне от этого как-то не по себе.
— Говорят, Лафитт человек не без причуд.
— Возможно, — ответила Алексис, улыбнувшись насмешливой полуулыбкой так, как на ее памяти частенько улыбался Лафитт. — Что вы можете сказать по поводу повреждений, полученных нами во время штоорма, Джордан? — спросила она, меняя тон и давая понять, что тема Лафитта закрыта.
— Повреждения минимальные. Еще немного, и корабль сможет делать по десять узлов, если, конечно, ветер не переменится. Нам хватит недели, чтобы добраться до Нового Орлеана. А там уж можно будет вплотную заняться поисками Траверса.
— Такая радужная перспектива, что даже не верится. Молодец, Уилкс, добрые вести принес нам из лондонского адмиралтейства.
Алексис посмотрела вдаль, на белые гребни волн, бегущих к кораблю. Когда она повернулась к Джордану лицом, на губах ее играла улыбка и глаза блестели.
— Скоро, — проговорила она страстно. — Теперь уже скоро, — и вдруг совершенно другим тоном, мягким и совсем не капитанским, спросила: — Вы не думали, о том, чем будете заниматься потом, когда все закончится, Джордан?
— Сдается мне, скоро начнется война, и большинство из нас не останется без дела, — ответил моряк.
— Я хочу, чтобы вы довели до сведения членов команды, имеющих американское гражданство, что, как только Соединенные Штаты начнут войну, они могут более не считать себя связанными службой на этом корабле. Вне зависимости от того, расправимся мы к тому времени с Траверсом или нет.
— Мы уже обсудили этот вопрос между собой, капитан, — ответил Джордан. — Зная вас, мы решили, что вы именно так и скажете. И все-таки никто из нас не уйдет, пока мы не покончим с Траверсом.
По выражению глаз Алексис Джордан видел, что она, пусть нехотя, признала решение своей команды справедливым. В свою очередь, Алексис по лицу Джордана поняла, что высказанное им решение окончательное и обсуждать тут больше нечего.
Джордан смотрел вслед капитану. Если бы кто-то сказал ему, что он будет служить под началом женщины, он бы рассмеялся в лицо шутнику. Скорее он согласился бы с тем, что ему придется служить британцам. Но теперь, попробовав и того, и другого, он решил для себя, что первое неизмеримо предпочтительнее последнего. Никто из членов команды не согласился бы покинуть Алекс Денти, даже в том случае, если бы им пришлось провести в море еще не один год.
Джордан был доволен своим выбором. Ему льстило то, что эта женщина пригласила его на корабль, — до сих пор ему ни разу не пришлось пожалеть о своем решении. Она сумела доказать всем, что способна владеть профессией капитана не хуже, чем любой мужчина. Джордан, который был с Алексис еще на «Принцессе ночи», успел убедиться — чем бы она ни занималась: управлением, навигацией, стратегией боя, — она всегда оставалась на высоте. Знал Джордан и о том, что практически каждый мужчина на корабле был в той или иной степени влюблен в нее, но своим умением держаться, своей манерой отдавать приказания, тем, как она справлялась с нелегкими обязанностями капитана, Алексис давала понять, что любовным переживаниям здесь не место. Джордан, с тех пор как ступил на борт ее корабля, пребывал в уверенности, что для Алексис существует только один мужчина — Траверс.
Через десять дней случай заставил моряка признать свою ошибку. И лишь много позже он понял, что не чувствует себя из-за этого несчастным.


Едва на горизонте показался британский фрегат, раскрашенный в подражание кораблям адмирала Нельсона в черный и желтый цвета, Алексис начала приготовление к захвату. Все пришло в движение. Отдав необходимые распоряжения, Алексис спустилась в каюту, чтобы переодеться в традиционную черную шелковую униформу. Спрятав волосы под бандану, она обвязала вокруг талии малиновый шелковый шарф, заткнув за него шпагу. Уже выходя из каюты, Алексис на минуту задержалась у зеркала, натягивая перчатки. Разглядывая себя, она понимала, что ее будущие жертвы видят в ней нечто совершенно другое. Пока лицо не было скрыто под маской, ни черный костюм, ни пиратский платок на голове не превращали из женщины в мужчину. Более того, этот наряд очень шел ей. Брюки не обтягивали ягодицы и бедра, демонстративно подчеркивая ее женственность, но все же достаточно плотно облегали ноги, чтобы было заметно, насколько они стройны и мускулисты. Блуза тоже была скроена так, чтобы не подчеркивать грудь, но в том, как из открытого ворота мужского покроя рубашки выглядывала стройная белая шея, было нечто столь соблазнительно-женственное, что весь этот маскарад казался не более чем фарсом. Алексис переменила позу, и женщина в зеркале точь-в-точь повторила движение. Обольстительница в черном мгновенно исчезла, вместо нее в зеркале возник щеголь, весь воплощенная надменность. Она рассмеялась, подивившись тому, как одно движение может совершенно изменить впечатление. Да, человека, особенно если он сам готов быть обманутым, весьма просто ввести в заблуждение. Алексис надула губы, и красавица в зеркале ответила ей гримасой притворной обиды. Но как только она натянула маску, перед ней возник загадочно-зловещий капитан Денти с горящими тигриными глазами. И когда Алексис улыбалась, капитан Денти в зеркале сохранял суровость.
На палубе во всю кипела работа: каждый из матросов прекрасно знал, что от него требуется. К моменту появления капитана на палубе моряки уже успели подать сигнал бедствия и поднять английский флаг.
— Это Траверс? — спросила она у Джордана.
— Рендал полагает, что да. Однако судно еще слишком далеко, чтобы говорить с полной уверенностью.
— Это он, Траверс! — крикнул Рендал, словно услышал вздох разочарования своего капитана. — Он идет к нам! Он нас увидел!
Команда встретила сообщение дружным ревом, грозившим перейти в нечто неуправляемое; поэтому Алексис быстро положила конец восторгам, расставив всех по местам и раздав необходимые указания. Работа закипела. В то время как Святая Мария шла на сближение, со стороны могло показаться, что она совершенно неподвижна. Паруса ее были приспущены, но стоило лишь подать сигнал, чтобы корабль помчался вперед. Моряки побросали в воду пустые бочки, стараясь создать впечатление, будто причиной бедственного положения судна стала перегрузка. Суетливые действия команды — беспорядочное движение по палубе, которое могли наблюдать в подзорную трубу с британского фрегата, — все это являлось лишь иллюзией. Святая Мария была отличным быстроходным судном.
— Мистер Джордан, отдайте приказ расчетам встать у пушек и готовиться к залпу. Скоро начнется.
Алексис смотрела на корабль Траверса с терпеливым вожделением, с каким, должно быть, смотрит паук на приближающуюся муху.
— Капитан, вот он. — Рендал протянул Алексис подзорную трубу; сам он отправился на палубу, чтобы занять место у пушки: так было у них заведено. Сейчас всем им предстояло превратиться в воинов, на счету была каждая пара рук.
Глядя на корабль своего врага, Алексис чувствовала, как по телу пробегает холодок: она увидела Траверса, узнала его.
Тогда ни Рендал, ни Алексис даже не догадывались, чего им будет стоить всего лишь один просчет. Если бы Рендал оставался на своем месте впередсмотрящего, он увидел бы, что к ним приближается еще один корабль. Едва ли название корабля что-то могло сказать Рендалу, но флаг — звездно-полосатое полотнище — наверняка заставил бы его насторожиться.


— Разобрался, что там за корабль? — крикнул Клод Франку Спринджеру, стоящему на эзельгфоте.
— Это он, корабль Квинтонской компании! — прокричал в ответ Спринджер. — Может, он и окрашен по-другому, но форма точно квинтонская! Он терпит бедствие!
Клод переглянулся с Лендисом.
— Как ты считаешь? Это она?
Клод говорил спокойно, хотя внутри него все клокотало. Лендис молчал. Отвернувшись от старшего помощника, Клод стал отдавать приказания.
— Если это ее корабль, то она что-то затевает, — наконец ответил Лендис, — а если нет — корабль нуждается в помощи. Мы будем менять курс?
— Да, — ответил Клод. — Мы идем на сближение.
Тем временем Франк, быстро спустившись, сообщил о приближении еще одного корабля.
— Идет под британским флагом. Военный фрегат, хорошо вооружен. Движется на помощь кораблю Квинтонской компании.
— Траверс? — сказал Таннер почти утвердительно.
— Скорее всего, капитан.
— Черт!
Клод был благодарен Франку, не ставшему кричать о приближении фрегата сверху. Им придется захватить Алексис накануне ее триумфа или, может быть, гибели, но это не станет достоянием команды. Дополнительную тяжесть ответственности за все, что должно было произойти, взвалят на себя только они трое.
— По местам! — рявкнул Клод.
В то же мгновение на «Конкорде» все пришло в движение, но в отличие от «Святой Марии» движение это не было иллюзорным.


— Что ты сказал? — переспросил Траверс Яна Смита.
— Еще один корабль. Американский. Сорок четыре пушки. Что, война уже объявлена?
— Мне об этом никто не сообщал. — Траверс все еще продолжал смотреть в подзорную трубу на «Марию».
Корабль терпел бедствие, но Траверс понимал, что не сможет ничем помочь ни этому судну, ни его команде, если американский корабль станет его преследовать. Однако торговый корабль может послужить прикрытием. Благодаря ему он выиграет время, необходимое для бегства.
Траверс отдал команду Смиту, и фрегат начал разворачиваться, меняя курс. Англичанин не собирался начинать войну, если она еще не была объявлена. Он помнил печальный опыт «Чесапика». Меняя курс, Траверс и не подозревал, что ввязался в войну уже давным-давно.


Алексис, судорожно вцепившись в гакаборт, так что побелели костяшки пальцев, смотрела вдаль, на уходящий корабль. В отчаянии она сорвала маску и, обернувшись к Джордану, воскликнула:
— Что он, черт возьми, делает?!
Алексис не ждала объяснений, и так было видно, что Джордан столь же мало понимает происходящее, как и она. Единственное, что ей сейчас требовалось, это, услышав звук знакомого голоса, удостовериться в том, что все это не сон.
Алексис отдала приказ поднять паруса и начать погоню за Траверсом, но к тому времени, как матросы приступили к выполнению приказа, причина странного поведения британского фрегата стала очевидной.
— Рендал! — крикнула Алексис. — Поднимайся и посмотри, что там еще за второй корабль!
Она натянула маску и в сопровождении Джордана пошла на другую сторону палубы, надеясь получше рассмотреть неожиданно появившийся на горизонте корабль. «Конкорд» шел на всех парусах, быстро сокращая расстояние между ним и «Святой Марией».
— Американский военный фрегат! — крикнул Рендал. — Идет со скоростью двенадцать узлов!
Алексис побледнела.
— Как ты считаешь, чего им от нас надо? — спросила она Джордана.
— Может быть, они идут нам на помощь, — осторожно ответил Джордан, хотя сам не верил в то, что говорил. Он уже почувствовал беду.
Налетевший ветер подхватил паруса «Святой Марии», и она понеслась следом за Траверсом.
— У них все готово к бою! — крикнул сверху Рендал.
— Они не меняют курс?
Алексис была почти уверена в том, что американцы, увидев, что в помощи ее корабль не нуждается, возьмутся за Траверса. Если войну уже объявили, то врага они должны были увидеть в военном фрегате, а не в торговом корабле.
— Нет, капитан! Они идут прямо на нас, и им, похоже, до британского фрегата дела нет!
В действиях американцев не было никакого здравого смысла, но их идиотский маневр объяснял внезапный отказ Траверса прийти на помощь терпящему бедствие кораблю. Как бы там ни было, Алексис решила послать американцев к черту и продолжить погоню за Траверсом.


— Первый корабль в полном порядке, капитан! — доложил Смит Траверсу. — Они гонятся за нами!
Обычно невозмутимое, сохранявшее холодно-высокомерное выражение, лицо капитана выразило удивление. Он поднял подзорную трубу. Эта «Святая Мария» при ближайшем рассмотрении больше походила на военный корабль, чем та торговий. Слишком хорошо она была вооружена, даже принимая во внимание меры предосторожности, необходимые для тех, кто решался плавать в этих водах. Да еще этот трюк с сигналом бедствия…
— Денти! — Имя прозвучало как ругательство.
Смит посмотрел на Траверса.
— Денти, — едва слышно проговорил он,
— Тоже мне, пугало, — язвительно заметил Траверс, потешаясь над замешательством своего помощника.
Вначале у Траверса мелькнула мысль повернуть и встретить нахальную «Марию» как подобает, но здравый смысл подсказывал, что делать этого не стоит. Он мог бы побороться с одним из кораблей, но не с обоими сразу. Откуда было ему знать, что его крови жаждала только «Святая Мария».


— Хорошо идет, капитан! — заметил Гарри.
— Точно, идет здорово, — сказал, тихонько присвистнув, Лендис, не обращая внимания на кислую мину Клода. — Особенно если учесть, что они практически не двигались до тех пор, пока Траверс не тронулся с места.
— Смотри-ка, Лендис, — Клод подался вперед, — и ты, Гарри, тоже смотри! Вы должны как следует понять, с чем нам придется иметь дело, если она решит развернуться и вступить в бой.
Лендис не был трусом, но на этот раз он готов был подать сигнал бедствия. Взглянув на Гарри, он понял, что не одинок. Клод смотрел на убегающий корабль. Скоро они настигнут ее, в этом сомнений не было. Оставался открытым лишь один вопрос, будет ли она драться.


— Мы не можем от них оторваться, — хмуро сообщил Джордан.
Алексис уже поняла это, но, услышав подтверждение от Джордана, она словно сама себе вынесла приговор. Все кончено. Траверс уходил, а американцы стремительно приближались.
— Почему Траверс не стал драться с «Конкордом»? — спросила она у первого помощника. — Ты думаешь, он догадался, что у нас на уме?
— Похоже на то, — ответил Джордан. — Был бы я на месте Траверса, я бы решил, что мы с американцами заодно. Он знает, что два корабля ему не одолеть.
— Тогда почему американцы не стали преследовать Траверса?
— Потому что мы для них куда более легкая добыча, чем Траверс.
Алексис покачала головой.
— Это звучит вполне правдоподобно, но я хочу знать наверняка. Прикажите зачехлить пушки. Опустите британский флаг и поднимите флаг с торговой маркой Корабельной компании Квинтона. Дайте им понять, что мы всего лишь грузовое судно. Посмотрим, что они будут делать.
Все это время «Святая Мария» в отчаянной надежде догнать ускользавшее судно неслась за британским фрегатом.


— Ничего у тебя не выйдет, Алексис, — пробормотал Клод, наблюдая за ее маневрами.
Подхваченный ветром, «Конкорд» полетел вперед, на линию огня.


— Проклятие! — не сдержалась Алексис, видя, что «Конкорд» не думает оставлять их в покое. — Из-за них мы потеряли Траверса и при этом до сих пор не знаем, чего они от нас хотят!
В голосе ее уже не было отчаяния, одно лишь недоумение. Она поморщилась, как от физической боли, глядя на уходящий британский фрегат. Понял ли Траверс, что его преследовал тот самый капитан Денти? Алексис едва не расхохоталась. Даже если он и догадался об этом, то уж вряд ли понял, что от неминуемой гибели его спасли американцы. Да это же почти смешно! Почти, но не совсем.
Алексис вздохнула и сняла маску.
— Пойду вниз переоденусь. Ты побудешь пока за капитана, Джордан. Посмотрим, чего от нас хотят американцы. Они, вероятно, успели разглядеть наши пушки, но, я думаю, тебе не составит труда убедить их в том, что оружие на борту — суровая необходимость в водах, контролируемых Лафиттом. Пошли нескольких парней припрятать контрабанду. Я бы не хотела, чтобы дело дошло до обыска. Тогда нам несдобровать. И пожалуйста, не забудьте, что все вы пока британцы. Постарайтесь лишний раз рта не раскрывать, чтобы вас не раскусили по акценту!
Джордан попытался улыбнуться, но улыбка у него получилась не очень веселая — слишком много горечи было в его голубых глазах.
Едва Алексис отвернулась, Джордан сразу помрачнел — к чему строить хорошую мину при плохой игре. Хриплым голосом он отдавал приказы. Сейчас к нему обращались как капитану, а Алексис предстояло снова стать его женой. Глядя ей вслед, он заметил что-то необычное в ее всегда твердой походке. Должно быть, грустно подумал Джордан, на этот раз для того, чтобы разыграть слабость, ей не потребуется большого актерского мастерства.
Он приказал ложиться в дрейф. Ожидая приближения «Конкорда», старший помощник готовил себя к новой роли.


— Они не намерены драться! — громко крикнул Гарри со своей вышки.
Клод смерил матроса насмешливым взглядом, чтобы чуть охладить его пыл.
— Это потому, что она не знает, кто мы такие. Все займитесь своим делом и старайтесь не высовываться, пока она вас не узнала и не передумала играть паиньку.
Между тем «Конкорд» подошел к «Святой Марии» почти вплотную. С помощью специальных крюков суда подтянули друг к другу.
— «Конкорд» просит у вашего капитана разрешения обыскать корабль, — прокричал Клод, обшаривай глазами палубу британского торгового судна. Никаких следов Алексис ему так и не удалось заметить.
Высокий мужчина с выгоревшими на солнце волосами вышел вперед и назвался капитаном.
— Я даю вам разрешение подняться на борт, но для обыска вы должны назвать причину.
Клод выхватил шпагу и, прыжком, преодолев расстояние между кораблями, оказался на борту «Святой Марии». За капитаном последовали Лендис, Майк и трое других моряков. Разумеется; Клод ожидал встретить другого капитана, но если он и был растерян, то сумел скрыть это.
— Я — капитан Таннер Клод, — представился он, внимательно наблюдая за реакцией своего британского коллеги.
Однако имя Таннер Клод не произвело на британца ровно никакого впечатления. Лицо его оставалось совершенно невозмутимым. Неужели Алексис никому о нем не рассказывала? Клод решил сменить тактику на случай, если все это было просто недоразумением.
— Вы подали сигнал бедствия, капитан. Что у вас за проблемы?
— Никаких проблем. Мы просто пытались предупредить наш фрегат о вашем присутствии, — спокойно заявил британец и, улыбнувшись, добавил: — Как видите, наш прием сработал. Вы направились к нам, и фрегат ушел из-под ваших пушек.
— Ваше имя! — бесцеремонно потребовал Таннер. — Джордан. Курт Джордан.
— А как вы объясните наличие такого количества пушек у вас на борту, капитан Джордан? Обычно торговые суда обходятся без столь внушительного арсенала.
Вообще говоря, Клоду было все равно, что ответит Курт. Он и так представлял, что может по этому поводу сказать британец. Клод лишь скользнул взглядом по лицу капитана, продолжая искать глазами Алексис. Насколько он мог заметить, его люди делали то же самое.
— Вы, безусловно, знаете о том, что эти воды контролирует Лафитт, — ответил Джордан. — Мы должны доставить груз в Новый Орлеан, а пираты, как вам известно, капитан Клод, не против поживиться тем, что хранится в трюмах.
Клод кивнул. Именно этого он ожидал. Они явно не рассчитывали, что Таннер в курсе того, что Лафитт не грабит суда Квинтонской компании.
— У вас есть декларация и прочие документы, доказывающие правдивость вашего заявления?
— Разумеется, — не моргнув глазом ответил Джордан. — Но я не вижу оснований предъявлять эти доказательства вам, поскольку не понимаю, с какой стати вы должны нас контролировать. Мы не находимся в территориальных водах Соединенных Штатов, Вы не имеете права нас останавливать; тем более непонятно, зачем вам потребовалось являться сюда, если мы всем своим поведением дали вам понять, что не собираемся с вами сражаться.
Джордан в упор смотрел на Клода, стараясь угадать, что за игру тот ведет. Неожиданно для самого себя он решился на прямой вопрос:
— Почему вы не попытались настичь фрегат, капитан? С нами вы попросту теряете время.
Клод уже собирался ответить, когда знакомый голос, донесшийся снизу, со стороны люка привлек его внимание…


Алексис сбросила черный маскарадный костюм. Из всех своих нарядов она выбрала платье с самым глубоким декольте, надеясь таким образом отвлечь американцев от мысли об обыске и придать их устремлениям совершенно иное направление. Следуя своему плану, она распустила косу, расчесала волосы щеткой так, что они заблестели, и укрыла плечи и спину золотым покрывалом. О том, что происходит, Алексис узнавала по движению корабля. Вот американцы пошли на сближение, а сейчас, судя по всему, они уже на борту. Не торопясь, Алексис натянула чулки и надела туфли. Уговаривая себя забыть на время о Траверсе, она старалась сосредоточиться на том, как обвести вокруг пальца непрошеных гостей. Решив, что стратегия выработана, и, выйдя из каюты, она сразу встретилась глазами с Джорданом, первым заметившим ее появление. Тот ни взглядом, ни жестом не предупредил ее ни о чем, предоставляя Алексис сделать первый ход.
Только сейчас она увидела капитана американского корабля. Он стоял к ней спиной, но в осанке, в фигуре его было что-то до боли знакомое. Не может быть, сказала себе Алексис, и, действуя по заранее задуманному сценарию, воскликнула:
— Курт! Это не Лафитт? Господи, неужели мы попали в лапы этому негодяю?!
Джордан уже готов был подойти к своей жене, чтобы успокоить ее, как бы сделал на его месте любой любящий муж, как вдруг заметил выражение ужаса на побледневшем лице своего капитана. Не напускного страха, нет — самого настоящего ужаса, сменившегося растерянностью и отчаянием. Курт замер на месте. И в этот момент к Алексис шагнул Клод.
Моряки обоих кораблей не спускали глаз с медленно идущего навстречу Алексис капитана. Каждый из присутствующих на борту схватился за оружие, готовый по первому сигналу кинуться на противника.
Клод не мог отвести взгляда от сверкающих, завораживающих, манящих тигриных глаз. Он видел, как они блеснули гневом, он читал в них отчаяние, растерянность. Но ненависти в них не было. Зато ненависть пряталась в уголках губ, читалась в гордом развороте плеч, в сжатых кулаках. Клод остановился в нескольких футах от женщины. Взгляд его скользнул по ее лицу, опустился вниз, неспешно путешествуя по ее телу. Если она и заметила этот наглый досмотр, то никак не подала виду, что ей это досаждает. Он разглядывал ее полную грудь, смотрел на волосы, спускавшиеся почти до сжатых в кулаки кистей. Прошло всего два года, а она по-настоящему расцвела, стала еще прекраснее и женственнее, чем он помнил ее. Но эта красавица была тем самым капитаном Алексом Денти, которого он должен был найти и доставить по назначению. Усилием воли Клод заставил себя забыть о прекрасном облике стоявшего перед ним капитана и помнить только о деле.
Алексис как завороженная смотрела на медленно приближающегося к ней мужчину. В голове у нее стучала лишь одна мысль: как вообще могла она сказать этому человеку, что любит его! Как могла такая бредовая идея забрести ей в голову?! Что скрывается за этой так хорошо знакомой ей внешностью — внешностью надменного красавца в ловко сидящей форме морского офицера? Какое жуткое коварство! Какое лицемерие! К этому самоуверенному негодяю она не питала ничего, кроме самого глубокого, самого искреннего отвращения. И в тот момент, когда он ощупывал ее глазами, ей больше всего на свете хотелось броситься него с кулаками, заорать, плюнуть ему в лицо, высказать всю ненависть, все презрение. Но она умела владеть собой и сдержалась. Она должна была убедиться в том, что он правильно понял ее оценку происходящего, понял всю гнусность своего поступка до того, как она все ему выскажет словами. Алексис сделал шаг ему навстречу.
— Капитан Денти, — сказал Клод ледяным тоном, словно обращался не к женщине, которую любил, а к некоему безликому существу.
Каждый из тех, кто был сейчас на борту «Святой Марии», испытал шок. Не столько из-за того, как было произнесено это имя, сколько из-за того, что это имя было произнесено вообще.
— Капитан Клод — внятно ответила Алексис, подойдя вплотную к нему, глядя на него глаза в глаза.
— Я хотел бы объяснить, — сказал он, и голос его дрогнул: Клод не выдержал ее взгляда.
Алексис усмехнулась. Наверное, если бы сейчас перед ней стоял кто-то другой, не Таннер Фредерик Клод, у него дрожь по спине пробежала бы от такой усмешки. Но сама она пребывала в смятении. Часть ее существа желала возвращения Клода в ее жизнь. Другого такого, как он, не было на свете; никто не мог даже надеяться сравниться с ним когда-либо. Но сейчас она ненавидела себя за эту слабость и еще сильнее ненавидела его за то, что он заставил ее почувствовать себя слабой.
— У меня к вам только один вопрос, капитан Клод, — тихо и отчетливо произнесла она. — Я бы хотела получить на него ответ раньше, чем мы приступим к обсуждению причин того, почему вы оказались на моем корабле!
Клод кивнул, принимая вызов.
— Вы знали о том, что на британском фрегате был Траверс?
Он не опустил глаз под ее полным гнева взглядом.
— Да, знал.
Он не собирался просить у нее прощения. Он видел, как Алексис расслабилась на мгновение, но лишь для того, чтобы собрать весь накопившийся в ней гнев. Она подняла руку. Клод не шевельнулся в тот миг, когда ладонь ее хлестнула его по щеке.
Алексис уронила руку, глядя, как белый отпечаток на щеке Клода стал красным, как постепенно поблек и исчез под загаром. Алексис продолжала смотреть на него с вызовом, не сдавая позиций, наблюдая за тем, как свело от напряжения мускулы его лица. И тем не менее он не сделал ни единого ответного движения, лишь насмешливые огоньки зажглись в его изумрудных глазах.
Майк шагнул к Алексис. Рука его лежала на эфесе шпаги. Как бы ни относился он к ней раньше, как бы высоко ни ценил ее сейчас, он не мог позволить ей оскорблять капитана. Наивный парень! Если бы верный Майк мог видеть эту усмешку, он понял бы, как поняла это Алексис, что ей дорого придется заплатить за пощечину.
Клод заметил угрожающий жест Майка и жестом приказал матросу отступить. Алексис обвела взглядом команду. Моряки были готовы вступить в бой, если Клод не удержит своих людей. Обстановка накалилась до предела. Достаточно было искры, чтобы начался пожар, и оба капитана понимали это не хуже других.
Алексис подняла руку, обращаясь к своим матросам.
— Друзья! Это капитан Клод. Его имя незнакомо большинству из вас, зато название его прежнего корабля скажет вам многое. Таннер Фредерик Клод был капитаном «Гамильтона».
Действительно, название корабля говорило о многом. Большинство членов ее команды были в курсе того, что моряки с «Гамильтона» пытались помочь Квинтонам в тот злополучный день, когда на Тортолу высадился Траверс, а потом забрали Алексис с собой. У них не было пока оснований видеть в капитане «Конкорда» врага.
— Я не более вас понимаю, зачем капитану Клоду потребовалось подниматься к нам на борт. Давайте выслушаем его, прежде чем что-либо предпринимать.
Алексис повернулась к Клоду — теперь ему пришло время объясниться.
Клод был намерен поговорить с Алексис наедине, но прежде надо было ответить на вопрос Джордана.
— Мистер Джордан спросил, почему мы не стали преследовать британский фрегат. Ответ прост: Соединенные Штаты еще не объявили войну.
— Тогда почему вы нападаете на мирное судно? С ним проще воевать, чем с фрегатом?! — крикнул Нед Аллисон.
— Я прекрасно осведомлен о том, что за груз на борту этого мирного судна. Ваш бостонский акцент выдает вас, молодой человек. Сдается мне, что это вы объявили войну британцам, не дожидаясь, когда раскачается ваше правительство.
Джордан решил действовать в открытую. К чему притворяться, когда и так все ясно. Он заговорил свободно, не стараясь более скрыть своего южного акцента, и речь его потекла напевно и плавно.
— А где, скажите на милость, было мое правительство, когда меня загребли англичане и заставили служить в Королевском флоте? — спросил он, растягивая слова, как это делали земляки Джордана — жители Чарльстона.
— Довольно! — заявила Алексис, услышав одобрительный гул голосов, встретивший высказывание старшего помощника. — Мы с капитаном Клодом обсудим причину его визита в моей каюте. Похоже, у него вошло в привычку преследовать именно нас, и никого другого. Мистер Джордан, прошу вас проследить, чтобы с эскортом капитана Клода обращались с надлежащей вежливостью. Вам не придется терпеть их присутствие на нашем корабле долго.
Алексис жестом пригласила Клода последовать за ней, и он не замедлил воспользоваться ее приглашением. Всем своим видом она демонстрировала раздражение и гнев. Поступь ее была решительной, движения — нетерпеливыми. Клод вдруг вспомнил, каким взглядом она встретила его, когда, очнувшись после длительного беспамятства, увидела рядом с собой. Тот же гнев, то же смятение. В тот раз она тоже готова была его возненавидеть, но участь сия миновала Клода. Все самое страшное свершилось теперь. Сколько потребовалось времени, чтобы неприязнь к нему созрела в ее душе, взрастила ненависть, выплеснувшуюся в пощечину, все еще горевшую у него на щеке? Минуты? Секунды? Впрочем, на иной прием ему рассчитывать не приходилось.
Открыв перед Таннером дверь, Алексис подождала, пока он войдет, и только затем зашла сама. Едва она оказалась внутри каюты, он прижал ее к двери всем телом. Так же, как давеча Клод, ни единым движением не помешавший ей хлестнуть его по щеке, Алексис не пыталась сопротивляться его поцелую. Рот его закрыл ее рот, сминая его с той же силой, с какой ее ладонь опустилась на его щеку.
Но его поцелуй не нашел отклика в Алексис; когда он отпустил ее, она всего лишь холодно указала ему на стул. В голосе ее звучала та же насмешка, что всего несколько минут назад светилась в его глазах.
— Когда-нибудь, капитан Клод, — сказала Алексис, наливая ему вино в хрустальный бокал, — я научусь владеть собой не хуже вас.
Она села, налила вина себе и, отпив немного, добавила:
— Я унизила вас на глазах у ваших людей, капитан Клод. Благодарю вас, что вы выбрали для ответного унижения более уединенное место.
— Вы как всегда очень понятливы, Алексис, — ответил Клод, поднимая бокал.
— Не всегда, к сожалению. Я теперь для вас капитан Денти и как капитан требую объяснений.
Поигрывая ножкой бокала, Алексис откинулась на спинку стула, терпеливо ожидая, когда Клод начнет говорить.
— Я получил приказ от президента Медисона эскортировать…
— Эскортировать?! — язвительно переспросила Алексис.
— Да, именно. Я должен арестовать вас и доставить в Вашингтон.
Никакой реакции со стороны Алексис не последовало. Ни удивления, ни намека на страх. Клод решил продолжить.
— Вам гарантирована свобода, если вы согласитесь встать на нашу сторону в приближающейся войне. Ваш опыт и знания высоко оценены Президентом и близкими к нему людьми, и он желает видеть в вас друга.
— На каких основаниях вы собираетесь меня арестовать?
— Вы обвиняетесь в потворстве развязыванию войны с Британией.
— Но я англичанка. Скорее, они должны обвинить меня в измене родине.
— Многие из ваших моряков не англичане, капитан. Действуя как пираты, вы ввергаете Америку в войну. — Голос Клода звучал так, будто он отвечал затверженный урок.
— Вы знаете, что это неправда. Если бы Соединенным Штатам вздумалось записать все обиды, причиненные им Британией, получился бы список длиной в милю.
— . Я знаю. Но мне приказано, арестовать именно вас. Я не могу не выполнить приказ.
— И вы готовы арестовать меня на основании ложных обвинений?
Алексис осторожно опустила бокал на стол и сложила руки на коленях. Голос ее не дрогнул ни на йоту. Она продолжала не спеша задавать вопросы, но в этом спокойствии ощущалась твердость стального клинка.
— Я привык выполнять приказы, капитан Денти. Могу сообщить, что мое мнение не совпадает с мнением моего Президента, но это ничего не меняет и ничего не оправдывает. Будь на то моя воля, я выбрал бы иной подход.
— И какой же вы бы выбрали ко мне подход, капитан Клод?
Клоду очень хотелось сказать, что он дождался бы, пока она найдет Траверса, что сделал бы все, только бы избежать этой конфронтации… но какой смысл говорить об этом сейчас?
— Не важно, — коротко ответил Клод. — Я согласен с тем, что вы могли бы оказать нам существенную помощь, и с вами наша победа стала бы более вероятна.
— Итак, цель оправдывает средства, — брезгливо скривив губы, заметила Алексис.
— Ни в коем случае! — воскликнул Клод. — Но если нет выбора в средствах, цель становится всем.
Алексис могла бы сказать ему, что выбор был: он мог бы, например, сложить с себя полномочия, отказаться от мундира, — но она, зная Клода, понимала: он не тот человек, который откажется выполнить приказ. Для Клода отказаться от службы Президенту все равно, что для нее отказаться от поисков Траверса. Поэтому она лишь спросила:
— Вы довольны?
— Кого вы спрашиваете, капитан Денти? Вы спрашиваете командира «Конкорда» или Клода Таннера?
— Я спрашивала Клода, хотя и не имела права этого делать. Как капитан. «Конкорда» и морской офицер на службе у Президента вы можете дать только один ответ, и я знаю, что ответ будет: да, доволен.
— Что вы намерены делать? Позволите взять вас под стражу или прикажете своим людям драться?
Клод допил вино и, рассматривая пустой бокал, ждал ее решения.
— Опять ставите мне условия? — спросила она, сдвинув брови.
— Если вы согласитесь помогать нам, предоставляя информацию, мы оставим вас в покое и вы сможете делать то, что делали до сих пор, не опасаясь, что вам будет предъявлено обвинение.
Клод понимал, что лукавит, хотя по большому счету не лгал. Как называется то, что он сейчас делал, по определению, некогда данному самой хозяйкой этой каюты? Сокрытие истины, кажется, так. Клод нахмурился. Нет, всякое сокрытие истины, всякая полуправда в конечном итоге выливается в ложь. Он не стал упоминать Лафитта, да и не намеревался это делать. По крайней мере до тех пор, пока у него оставался шанс внушить Хоуву и иже с ним, насколько бессмысленной и глупой была затеваемая ими сделка.
Алексис закрыла глаза.
— Что будет с моими людьми? Они тоже будут арестованы?
— Это зависит от вас, капитан. В данном мне приказе они не упоминаются. В случае, если вы окажете сопротивление, я позабочусь о том, чтобы все американцы в вашей команде были посажены в тюрьму. Мне нетрудно будет это сделать, учитывая характер вашей совместной деятельности.
Алексис уставилась на него во все глаза, стараясь понять, готов ли он выполнить угрозу. Очевидно, он говорил всерьез.
— Итак, вы занесли топор над моей головой. Что, если мы предпочтем драться? Вы ведь можете и проиграть.
— И вы рискнете? — поддразнил ее Клод.
Алексис ответила не сразу, но раздумья ее не были долгими. Разве она была свободна в выборе? Приходилось выбирать между собой и людьми, за которых она отвечала… Безусловно, если завяжется бой, не избежать смертей с обеих сторон. А как насчет Траверса? Он ушел, и подготовка к очередной попытке поймать его займет месяцы. Что она выиграет, ввязавшись в битву? Быть может, у нее появится шанс догнать Траверса? Нет. Если о нападении на «Конкорд» станет известно американским властям, а это непременно случится, она станет объектом настоящей охоты. К тому же власти Штатов позаботятся о том, чтобы разорить ее компанию. Клод думал надавить на нее, возлагая ответственность за возможную гибель людей на борту ее судна, но на самом деле, в случае ее отказа подчиниться Таннеру, она взяла бы на душу еще больший груз. Алексис чувствовала себя в равной мере в ответе за всех, кто бороздил моря на других ее кораблях. За них и за их семьи. Итак, цена свободы оказывалась непомерно высокой.
— Риск считаю неприемлемым. Теперь я вновь становлюсь вашей пленницей. По-видимому, я ничего не смогу сказать в свою защиту.
— Вы вольны говорить все, что угодно, но вряд ли это поможет, — ответил он.
— Хорошо, — решительно заключила она. — Тогда наш уговор остается в силе. Вы можете арестовать меня, и я даю вам слово, что сопротивление не будет оказано, но я не обещаю, что не буду пытаться бежать.
— Принимается, — ответил Клод.
— И еще, капитан Клод, — пристально глядя ему в глаза, добавила Алексис, — на этот раз мне будет сложнее. Но однажды я все равно убегу. Едва ли я смогу согласиться на предложения ваших начальников. Они должны понимать, что мои методы совершенно отличны от принятых в военном флоте. Информация, которой располагаю я, вполне доступна любому моряку. Вы осведомлены о тактике и стратегии британцев в той же мере, что и я.
Впервые за все время разговора Клод улыбнулся, словно стряхнул с себя давящий груз.
— Я сделал только то, что от меня требовалось.
— И вы всерьез полагаете, что я стану вам помогать после того, как вы не дали мне совершить задуманное и к тому же угрожаете тем, что упрячете в тюрьму моих людей? — недоуменно воскликнула Алексис.
— Мне это и в голову не могло прийти. Я получил приказ доставить вас в Вашингтон для встречи с Президентом и его четырьмя помощниками, теми, что передали мне его приказ. Что вы скажете им, меня уже не касается, — ответил Клод как можно мягче.
— Понимаю, — процедила Алексис, презрительно смерив его взглядом.
Клод был готов и к презрению, и к ненависти. Он спокойно смотрел ей в глаза, ожидая прочесть в них все это. Но ненависти не было. Не было! Только сейчас он понял всю глубину чувства, которое некогда испытывала к нему Алексис, глубину той любви, насладиться которой ему так и не довелось. Тогда, чтобы спасти в ней любовь к нему, он отпустил ее. Как же ему трудно будет держать Алексис пленницей сейчас!
— Я сообщу им ваше решение, а вы пока соберите то, что считаете нужным взять с собой, — сказал Клод.
Алексис подошла к столу.
— Не слишком мудрое решение. Вам не следует подниматься на палубу без меня. Моим людям это не понравится.
Клод продолжал сидеть, и Алексис, усмехнувшись, добавила:
— Мне надо сделать кое-какие записи в судовом журнале. А Пич упакует мои вещи.
Алексис села за стол и открыла журнал. Обмакнув перо в чернильницу, она написала:
«Восемнадцатое июня.
Капитан Клод, я навек запомню этот день; И вам я этого никогда не забуду».
Клод ничего не сказал, но и он знал, что никогда не сможет забыть этот день.


В Вашингтоне тоже оказалось немало людей, которые посчитали этот день знаменательным. Не потому, что был схвачен капитан Денти — то было не слишком значительное событие для огромной страны, — но потому, что Конгресс ввел в силу предложение Медисона. Война Англии была объявлена.


Алексис встала из-за стола.
— Пошли?
Клод, кивнув, последовал за ней через кают-компанию к лестнице. Уже на палубе Алексис сказала:
— Прошу вас, придержите ваш эскорт. Я бы хотела поговорить с командой без посторонних.
— Я должен слышать, что вы им скажете, — ответил Клод. — Не годится, чтобы вы призывали команду способствовать вашему побегу.
— Я не собиралась этого делать, но, если вам так необходимо, можете послушать. Я не намерена злоупотреблять преданностью моих людей. Убежать я смогу и без их помощи.
Клод жестом пригласил сопровождающих с «Конкорда» подойти к нему, и те неохотно повиновались. С тех пор как Алексис и Клод удалились для совещания, между представителями команды «Конкорда» и моряками со «Святой Марии» не было произнесено ни слова. Мужчины из враждебных лагерей лишь смотрели друг на друга с немой угрозой.
Моряки со Святой Марии окружили своего капитана. Алексис велела Пичу спуститься вниз и собрать ее вещи.
— В шкафу ты найдешь баул. Сложи все туда. Я иду с капитаном Клодом.
Все возмущенно загудели. Моряки с «Конкорда», наоборот, разом облегченно вздохнули. Алексис едва ли замечала ропот одних и радость других. Она видела перед собой только глаза мальчика, который никак не мог понять, как его кумир, его королева могла согласиться сдаться и покинуть их.
— Иди, Пич, вещи нужны мне прямо сейчас.
Она знала, какое этот паренек испытывает разочарование. Он был еще слишком мал, чтобы понять, чем диктовалось ее решение. Алексис с материнской лаской смотрела в полудетское худенькое личико с огромными карими глазами. Он готов был драться, он желал драться, а она — нет. И решения здесь принимала она. Алексис проводила мальчугана взглядом, и только затем посмотрела в лица остальных.
— Меня арестовывают за действия, которые, по мнению американского правительства, способствуют развязыванию войны с Великобританией.
— Капитан Денти! — воскликнул Джордан, не в силах более сдерживаться. — Вы же англичанка! Это ошибка! Глупо обвинять вас в том, к чему вы не имеете отношения!
— Мистер Джордан, я прекрасно знаю, гражданкой какого государства являюсь. Надеюсь, вы так же хорошо помните, чье гражданство имеете.
Все разом замолчали, осознав наконец, что Алексис пожертвовала собой ради их спасения. Алексис продолжала говорить спокойным, ровным голосом, без всякого нажима, и тем не менее каждый из тех, кто был с ней рядом, прекрасно понимал, что ее слова следует воспринимать как приказ, который надлежит выполнять без обсуждений.
— Я согласилась пойти с капитаном Клодом. Однако я надеюсь покинуть корабль до того, как он причалит в Вашингтонской гавани.
Алексис улыбнулась и увидела ответные понимающие улыбки на лицах моряков.
— Оставляю капитаном мистера Джордана. А теперь слушайте мое последнее распоряжение: не мешайте людям с «Конкорда» делать то, что им приказано. Пусть уходят. Я не хочу, чтобы вы помогали мне бежать. Когда вернетесь на Тортолу, расскажите о том, что произошло, мистеру Грендону. Передайте, что я возлагаю на него всю ответственность за ведение дел в компании. Каждый из вас волен решать: остаться ли с ним или воевать за свою страну. Как бы вы ни поступили, я приму ваш выбор с уважением. Что касается меня, то после того, что случилось, я помогать Соединенным Штатам не стану, и, поскольку сделка между мной и вашим правительством все равно невозможна, снисхождения мне ждать не приходится. Видимо, мне придется довольно долго просидеть в тюрьме, если, конечно, меня сумеют туда доставить.
— Вот и все, что я имела сообщить моим людям, — закончила Алексис, обернувшись к Клоду. — Теперь мы можем идти.
Клод молчал, хмуро глядя на моряков с «Конкорда», которых взял с собой на корабль Алексис. Услышав быстрые легкие шаги за спиной, он обернулся. Это был юнга, несший мешок с вещами капитана Денти. Пич протянул мешок Алексис, и она приняла его из рук мальчика. Клод не предложил свою помощь. Ее нынешний статус не позволял ему поступить так, как должно поступить мужчине. Капитан «Конкорда» направился к группе ожидавших его моряков. Алексис шла следом, гордо вскинув подбородок. Но как бы ни желала она, чтобы команда увидела в ней своего прежнего независимого капитана, сохранившего достоинство и присутствие духа даже в этих печальных обстоятельствах, от глаз моряков не могли укрыться ни легкая дрожь в ее руках, ни подрагивающие губы, ни подозрительно блестящие глаза. Единственным, что утешало Джордана и остальных, было то, что капитан Клод не мог видеть проявлений ее слабости.
Клод перепрыгнул со шлюпки на «Конкорд» и подхватил переброшенный Алексис мешок. Она приняла протянутую ей руку Таннера лишь потому, что была в платье, но прыгнула сама. Затем по приказу Клода ее увели вниз. Только когда Алексис ушла с палубы, Клод дал приказ к отплытию.
Лендис проводил Алексис в ее новые апартаменты. Каюта, в которой предстояло жить Алексис, оказалась намного меньше той, в которую поселил своего добровольца-юнгу капитан Клод в бытность ее на «Гамильтоне». Здесь был только самый необходимый набор мебели — никаких украшений, никаких излишеств. Лендис вышел, и Алексис услышала, как снаружи опустился засов. На этот раз она не только могла считать себя узницей, но и была таковой. Алексис прислонялась спиной к двери и медленно сползла вниз, прижимая к животу баул с одеждой. Уткнувшись лицом в грубую мешковину, как в подушку, она закрыла глаза. Корабль качнуло: «Конкорд» снялся с якоря. Сквозь плеск воды о корму до слуха Алексис доносились крики — то матросы со «Святой Марии» проклинали матросов с «Конкорда», ее бывших друзей. Слезы душили Алексис. Первые слезы за последние два года.


Проклятия смолкли, и наступила гнетущая тишина. Джордан и его команда смотрели вслед уходящему «Конкорду». Алексис не удивилась бы, узнав, что первым, кто высказался по поводу произошедшего, был Пич.
— Мистер Джордан… Я хочу сказать, капитан… Как могла она нас оставить? Почему не стала драться? Неужели она струсила?
Пич обводил беспомощным взглядом лица товарищей, надеясь, что они как-нибудь смогут объяснить ему причины столь странного поведения капитана Денти. Он очень хотел услышать что-то, что помогло бы восстановить разрушенный образ, вернуть Алексис на пьедестал, воздвигнутый мальчиком в его воображении, и даже нe пытался сопротивляться, когда Нед Аллисон сгреб его за воротник и тряхнул хорошенько, так, что юнга чуть не упал.
— Щенок, да как ты…
Джордан выступил вперед и, жестом остановив Неда, примирительно сказал:
— Он не понимает, Нед. О был внизу, когда Алексис все объяснила…
Джордан взял мальчугана за плечи, погладил по черной курчавой голове и тихо, глядя в глаза, спросил:
— Сколько ты уже с нами, парень?
— Три месяца, мистер.
— И ты считаешь, что трусость заставила капитана покинуть корабль?
— Да, сэр.
— Капитан Денти спасла нас от тюрьмы, Пич. Никому дела не будет до того, что тебе только двенадцать и ты, так же как и она, англичанин. Если бы она решила драться, чего мы все хотели, то многих из нас уже не было бы на этом свете, ты понимаешь?
Пич кивнул и с надеждой в голосе спросил:
— Так мы сейчас отправимся вдогонку за ними? Мы же не можем допустить, чтобы им это сошло с рук! Надо помочь ей бежать.
— Последний приказ капитана Денти помнишь? Она велела нам не вмешиваться в то, что происходит. Она и сама справится. Она понимает, чем обернулась бы для нас наша помощь.
Джордан покачал головой. Он-то знал, что Алексис мечтала о невозможном. Американцы примут все меры безопасности и бежать ей все равно не дадут.
У Пича рот открылся от удивления, но он не произнес ни звука и тут же с силой хлопнул себя по губам.
— Что такое, Пич? Что случилось? — недоуменно спросил Джордан.
Мальчик ответил не сразу. Еще ни разу он не посмел ослушаться капитана и сейчас терзался сомнениями, не зная, верно ли поступил. Как бы ни было трудно признаваться в содеянном, он не мог промолчать, видя, что все на него смотрят и ждут объяснений.
— Я не знал, что она не хочет, чтобы мы ей помогали. — Голос его сорвался, но он нашел в себе силы продолжить: — Я не знал, что она не хочет этого. Иначе я бы никогда не посмел. Честное слово!
— Так что же ты сделал? — нетерпеливо спросил Питер, постукивая носком сапога по палубе.
— Я положил ей в мешок кинжал, — шепотом признался мальчик.
Матросы сперва удивленно уставились на юнгу, а затем стали переглядываться, улыбаясь.
— Устами младенца… — тоном оракула провозгласил Уилкс, и тут же все засмеялись; про себя каждый подумал, что на месте Пича сделал бы то же самое.
Джордан пригладил непослушную светлую гриву.
— Ну что же, друзья! Никто из нас раньше не нарушал приказа, не так ли?
— Нет, — усмехаясь, моряки покачивали головами.
— Так почему же у нас сейчас так чертовски хорошо на душе? По рядам матросов пробежал смех. Быть может, Алексис и будет недовольна, да только что она сможет поделать? Питер подкинул мальчишку в воздух и усадил на свои могучие плечи. Со счастливой улыбкой юнга смотрел по сторонам. Все расходились по своим постам с такими же просветленными лицами. «Святая Мария» делала разворот.
— Вначале пойдем в Род-Таун, — сообщил Джордан. — Расскажем обо всем Грендону. А уж потом поплывем в Вашингтон. Если она собирается бежать, то ей понадобится средство передвижения, на котором она могла бы бежать!
Все закивали.
— Вы знаете, что она будет злиться, — добавил Джордан с серьезным выражением лица, но не выдержал и рассмеялся. — Вот уж она нас поболтает с раины на киль!
type="note" l:href="#note_4">[4]




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Невеста страсти - Гудмэн Джо

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 14Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18

Ваши комментарии
к роману Невеста страсти - Гудмэн Джо



Аннотация совершенно не соответствует содержанию романа.Таннер Клод-положительный герой романа,вполне реалистично описанный,всегда спасавший гл.героиню.Гл.героиня на его фоне несколько проигрывает,хотя вроде бы все представлено по законам ЛР:красива,отважна,преданна,целеустремленна.В конце романа автор опустила героиню ниже плинтуса,что мне очень не понравилось,потому как завершение романа перечеркивает его начало.
Невеста страсти - Гудмэн ДжоГандира
24.07.2013, 13.24





Великолепный роман !!! Очень понравились главные герои-сильные,волевые,понимающие и любящие.Роман наполнен событиями и читается очень легко.10 баллов из 10 !!!
Невеста страсти - Гудмэн ДжоMarina
7.03.2014, 8.56





Самый лучший из любовных романов! Перечитывается многократно с большим интересом! Герои просто обалденные! Повествование насыщено событиями - не заскучаешь. И концовка романа вполне оправдана. Вот бы экранизацию с красивыми персонажами, с постельными и батальными сценами - было бы супер! :)
Невеста страсти - Гудмэн ДжоElena
15.10.2015, 3.47





Великолепный роман!!! 10/10
Невеста страсти - Гудмэн Джомэри
17.10.2015, 0.37





Очень даже неплохой роман - 9 баллов, рекомендую к прочтению.
Невеста страсти - Гудмэн ДжоНюша
21.10.2015, 13.30





Сугубо мое мнение об этой книге. Слишком затянуто, слишком слащаво, слишком плаксива ггероиня. На мой вкус, роману не хватает остроты, жосткости что-ли. Героиню сплошь и рядом окружают добрые порядочные люди, моряки, пираты и т.д. И все ее жалеют, любят-обожают. Главный злодей, и то какой-то недозлодей. И все же, несмотря на перечисленное, роман очень интересный и его стоит читать, особенно тем, кто любит море, морские приключения, пиратов. И еще хочется отметить, этому роману очень повезло - ему попался очень классный переводчик.
Невеста страсти - Гудмэн ДжоК.
19.04.2016, 17.34








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100