Читать онлайн Муки обольщения, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 12 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Муки обольщения - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.21 (Голосов: 52)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Муки обольщения - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Муки обольщения - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Муки обольщения

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 12

Джесси почувствовала чье-то легкое прикосновение на своей щеке. Лениво повернув голову, она уткнулась в подушку. Когда подушка стала от нее ускользать, Джесси сделалось совсем неудобно. Хуже того, щекотание продолжалось. Она смешно наморщила нос. Тихий смех Ноя окончательно пробудил ее.
— Ты похожа на кролика, когда так делаешь, — почти шепотом произнес он. — Я имею в виду, когда так дергаешь своим носиком.
Только теперь Джесси осознала, что подушкой ей служило плечо Ноя, а одна ее рука лежала поперек его груди.
И щекотало ее вовсе не надоедливое насекомое. Это Ной плавно водил кончиком ее же косы по щеке.
Джесси вяло потянулась и открыла глаза, обнаружив, что ее платье задралось выше колен, и что она скинула ВО время сна свои туфли. Одна ее нога лежала на его коленях.
— Ой! — Джесси тут же села, вырвав косу из рук Ноя. Она услышала, как он тихо вздохнул, тоже присев и встряхнув рукой.
— Сильно затекла, — пояснил он.
Джесси догадалась, что все это время се голова находилась на его руке.
— Тебе нужно было оттолкнуть меня.
Ной удивленно посмотрел на нее:
— Я и не думал. Мне нравится, когда ты рядом. А ты сомневаешься в этом?
Уклонившись от ответа, Джесси принялась расплетать косу. Она расчесала пальцами волосы, чтобы затем опять заплести их. Ной остановил ее, схватив за запястье.
— Мне очень нравится, когда твои косы распущены. Оставь их так. — Он смутился от своих же слов, вдруг ощутив себя школьником под ее изумленным, но прямым
Взглядом. — Пожалуйста.
С распущенными волосами ей было жарко, но Джесси уступила, чтобы угодить Ною не столько для него же самого, сколько для себя. Давно уже у нес не было такого искреннего желания выполнить его просьбу, и поэтому она сейчас получала наслаждение от своей же уступчивости. Опустив руки на колени, она подыскивала нужные слона.
— Жарко, — наконец сказала она, удивляясь, почему им сейчас так трудно было продолжать диалог. Может быть, потому что во время сна она бессознательно прижималась к нему?
— Очень жарко, — подтвердил Ной. Внезапно он повернулся к Джесси. Его глаза горели желанием. — А ты не хочешь искупаться?
— И-скупаться? В реке? — изумилась она.
— Безусловно, в реке.
— А не холодно будет?
— Глупости! — рассмеялся Ной.
— Но я не умею плавать.
Ты не умеешь плавать? — Ему подобное и в голову не приходило. Плавать и ездить верхом на лошади Ной научился одновременно. И то, и другое казалось ему таким же естественным, как умение ходить пешком. — В таком случае ты должна непременно научиться. Это совсем нетрудно. — Он поднялся на ноги и потянул за собой Джесси. — Пойдем, и можешь не снимать свое платье.
Она не хотела ни в чем отказывать Ною, но тут умоляюще посмотрела на пего:
— Может быть, в другой раз? Ты иди один, а я на берегу постою.
Ной взглянул через плечо на реку. Вода манила и притягивала.
— Ну, если ты не возражаешь.
— Конечно же, нет. — Джесси улыбнулась. — Правда, иди купайся.
Ноя больше не нужно было уговаривать, хотя он и огорчился, что она не присоединилась к нему.
— Ладно, но ты много теряешь.
Ной скинул ботинки и бросил их на одеяло. Затем быстро стянул через голову рубашку и кинул ее Джесси.
Она изо всех сил старалась не смотреть на его красивое мужское тело, но все же взглянула на Ноя, когда он шел к реке, и залюбовалась его широкими плечами и узкой талией. Брюки обтягивали стройные бедра. А когда он выйдет из воды, о Боже, материя еще больше станет прилипать к его телу! Джесси решила отвлечься от подобных мыслей и принялась аккуратно складывать рубашку Ноя, не глядя, как тот вошел в воду и нырнул.
Джесси! — крикнул он, снова показавшись па поверхности и отплывая от берега на спине. — Смочи хотя бы ноги! Вода замечательная!
— А ты, оказывается, лгунишка, Ной Маклеллан Мне и отсюда видны твои посиневшие губы и слышно, как стучат зубы. — В ответ он лишь расхохотался и снова ушел
С головой под воду, вынырнув через несколько секунд совершенно в другом месте. Джесси, испугавшись, уже спешила к реке. — Пожалуйста, не делай больше так! У меня нет ни малейшего представления, как тебя спасать, если в очередной раз ты не вынырнешь из воды!
— Тем более ты должна научиться плавать, — крикнул он, энергично взмахивая руками, чтобы плыть против сильного речного течения.
— Мне не хочется становиться кормом для рыб.
— Трусиха, — подстрекал ее Ной.
— Можешь говорить что угодно, этим ты меня не проймешь! Я уже давно предупреждала, что по натуре я трусиха.
Ной задавался вопросом, видела ли она, как светились его глаза. Наверное, да, потому что Джесси стала медленно пятиться, отмахиваясь руками. Хохоча, она оглядывалась по сторонам, не зная, куда бежать от приближающегося Ноя.
— Лучше не подходи! Он проигнорировал ее слова.
Джесси подскочила к одеялу и схватила корзину. Догадавшись о намерении Ноя, она вытащила сваренное вкрутую яйцо.
— Остановись, Ной, не то я брошу это в тебя! Он усмехнулся, но прислушался к ее угрозе.
— Неужели ты посмеешь это сделать?
— Еще как посмею!
«Господи, — думала она, — от его улыбки можно сойти с ума».
Джесси окинула взглядом фигуру Ноя. Капли воды блестели на плечах и груди, а намокшие брюки прилипли к бедрам.
Проследив за направлением ее взгляда, Ной как следует отжал брюки.
— Так лучше? — спросил он.
— Откуда мне знать, — пыталась казаться равнодушной она. — Я же не видела, как было раньше.
Ной затрясся от смеха:
— И ты меня еще называла лгуном? За это тебя нужно окунуть в реку.
— Ой-ой, не надо! — Джесси отступала назад, готовая в любой момент швырнуть в него яйцо. — Ты обещал не бросать меня в воду!
— Я передумал. — Ной устремился к ней, успев нагнуться как раз в тот миг, когда яйцо со свистом пролетело мимо его головы.
Джесси осознавала, что получала удовольствие от их игры, но самое главное — не боялась его угроз.
— Передумай снова, Ной! — крикнула она, сунув руку в корзину и вытаскивая оттуда жареную куриную ножку. Ной ловко увернулся и ринулся на Джесси, уже схватившуюся за яблоко. — Отпусти меня, Ной! — заверещала она, когда он с легкостью перебросил ее через свое плечо. Джесси пришлось выпустить из рук корзину и яблоко. Смеясь, она молотила кулаками по его спине. — Ной, прекрати! Куда ты несешь меня? Ной! Не надо! Ты не посмеешь бросить меня в реку! Там кто-то есть!
— Кто именно, мадам? — Он давился от смеха, поили в воду по колено. — Кого ты так испугалась?
— Рыбы, змеи, черепахи. Ой, посмотри, сейчас тебя укусят за пятку!
Сняв Джесси с плеча, он взял ее на руки. Она крепко прижалась к нему и зажмурилась. Поскольку Ной ничего не предпринимал, она осмелилась украдкой взглянуть на него.
— Ты все-таки бросишь меня в воду?
— Я раздумываю над этим.
— Вижу. И когда ты примешь окончательное решение?
— Ной чуть расслабил руки, опустив ее ниже к воде. Джесси сильнее ухватилась за него и опять закрыла глаза.
— Не торопи меня. Нужно все как следует продумать.
— Но не забывай о своем обещании.
— Я также обещал не соблазнять тебя, но боюсь, это не в моих силах.
Действительно, думалось ему, ей не стоило быть такой красивой.
Сердце Джесси оттаяло. Вопреки здравому смыслу ее физически влекло к этому мужчине. Она хотела его сейчас, в этот жаркий день, на одеяле, и ее не смущало то, что их ничего не прикрывало, кроме солнечных лучей.
— Хорошо, — томно произнесла она, — я не стану сопротивляться, но только не кидай меня в реку.
Ной весь напрягся, с трудом веря, что правильно понял ее. — Джесси!
— Что?
— Ты серьезно?
Вместо ответа она приподнялась, все еще находясь в его объятиях, и коснулась губами его колючей, небритой щеки. Отросшая за день щетина щекотала ее кожу.
Серьезно, — ответила Джесси. — Если бы ты даже и не грозился швырнуть меня в воду, то все равно я не шутила бы сейчас с тобой.
Нон, не веря своим ушам и задыхаясь от счастья, страстно поцеловал ее, наслаждаясь сладким вкусом меда на ее губах. Пальцы Джесси запутались в его мокрых волосах. Она притянула его голову и теперь уже сама пылко целовала Ноя.
Ной не знал, где нашел силы вынести ее на берег из воды. Его ноги дрожали, как у только что появившегося на свет жеребенка. Должно быть, она сама ощущала это, потому что в ее глазах отразилось нечто вроде облегчения, когда он мягко опустил ее на землю.
— Ты как-то странно на меня смотришь, — сказал Ной, убирая локон с ее щеки.
Она встала на носочки и опять поцеловала его. Глаза сделались еще более глубокими и томными.
— Нет, я был не прав, назвав тебя странной, — отказался от своих слов Ной.
— Неужели?
— Да.
Взяв ее лицо обеими руками, Ной некоторое время стоял неподвижно, а потом стал осыпать страстными поцелуями. Ее реакция была такой, о которой он мог лишь мечтать. Издавая слабый стон, она старалась как можно крепче прижаться к нему, гладя мускулистые плечи. Он нежно проводил пальцами по стройной шее, чувствуя учащенный ее пульс. Она сама подтолкнула его к тому, чтобы он принялся ласкать ее грудь. Сквозь намокшее от его влажного тела платье отчетливо вырисовывались соски.
— Возьми меня. — прошептала Джесси, — пожалуйста.
Ты
Ной продолжал гладить ее груди, отчего у нее перехватило дыхание. Наконец, не выдержав, он торопливо нащупал завязки на ее платье, скрывавшиеся подраспущенными волосами на спине, и дернул за них. Джесси хихикнула. По крайней мере так показалось ему.
— Смеешься? — спросил он.
— Немного. Послушай, позволь мне помочь тебе. — Джесси попыталась сама расстегнуть платье. — Ной, по-моему, ты сделал узел!
Теперь пришла очередь Ноя смеяться над ее огорчением. Он развернул Джесси спиной к себе.
— Убери свои волосы, чтобы они не мешали. Вот так лучше. — Ной поцеловал обнажившийся участок шеи.
— Что ты делаешь?
— Я знаю, что делаю. Стой смирно или я пошлю к черту твои завязки и просто подниму подол платья.
Ной и Джесси дружно смеялись, поддразнивая и заигрывая друг с другом. Она радовались, что наконец-то удалось спокойно поговорить о том, что их волнует. Впервые Джесси поверила, что нужна Ною, что он действительно хотел ее, и с готовностью отвечала взаимностью.
— Ну вот и все! — Ной справился с узлом и опустил
С плеч рукава платья. Когда он снова повернул ее лицом к
Себе, она уже была до пояса обнаженной. Солнечные лучи
Танцевали в ее волосах и на светлой коже груди. Тыльной
Стороной ладони Ной провел вдоль ее шеи. Его прикосновение было благоговейным. — Ты и представить себе не
Можешь, насколько прекрасна и как я хочу тебя. — Он посмотрел на ту часть своего тела, которая выдавала его возбужденное состояние. — Ну вот, опять…
Отведя взгляд от того же места, куда смотрел Ной, Джесси самодовольно улыбнулась. Сбросив платье и нижнее белье, она села на одеяло и сняла чулки. Согнув ноги в коленях и прижав их к груди, она посмотрела на него снизу верх.
— Присядь ко мне, пожалуйста.
Ной опустился перед ней на колени и игриво повалил на одеяло, ощутив на своей спине прикосновение нежных пальчиков.
— Тебе хорошо? — спросил он, целуя ее в губы.
Распростершись под тяжестью его тела, Джесси непроизвольно стала делать вращательные движения бедрами. На ощупь найдя застежку на его брюках, она попыталась расстегнуть их, но неожиданно застежка сломалась. — О Господи, — прошептала Джесси, — кажется, у нас опять возникла небольшая заминка.
Ной присел и начал возиться с застежкой. Но все его попытки оказались безрезультатными.
— Проклятие… что ты собираешься делать? — Он вытаращил глаза. — Джесси! Положи нож обратно в корзину. Я серьезно прошу. Не приближайся ко мне!
— Будь спокоен.
— Тогда позволь хотя бы мне самому это сделать.
— Ты мне не доверяешь?
— Глупый вопрос. — Поскольку Джесси продолжала упорствовать, Ной, глубоко вздохнув, осторожно направил кончик ножа к застежке. — Ради наших будущих детей, Джесси, поверни нож острием вверх!
Она хихикнула:
— Конечно. Я понимаю, почему ты так боишься.
— Ведьма, — ласково обозвал ее Ной, — перестань смеяться, иначе ты..
— Ладно, — перебила она, бросив нож в сторону корзины, но на такое расстояние, чтобы Ной не смог дотянуться до него. Метнув взгляд на нижнюю часть его тела, Джесси разочаровалась. — По-моему, ты чуть остыл.
— Всему виной этот проклятый нож, — расстроено ответил Ной. Выпрыгнув из брюк, он еще раз тщательно отжал их и кинул на траву сушиться. — Теперь ты должна что-нибудь предпринять
— С большим удовольствием. — Джесси снова легла притянула его к себе.
Горячий поцелуй свидетельствовал о том, что в ней кипела страсть. Ее язык скользил по его верхней губе, касался кончиков зубов. Так Джесси показывала ему свою любовь, — отдаваясь и тут же предъявляя требования.
Ной вторил ее движениям. Он осыпал поцелуями лицо жены, веки, еле заметно пульсирующие виски, розовый копчик носа. Одновременно большими пальцами рук нежно ласкал соски ее грудей. Джесси стоило больших усилий сдерживать стон.
— Расслабься, — прошептал Ной, — не нужно напрягаться. — Теперь он целовал груди Джесси. Ной ощутил, что она крепче обняла его за плечи, минуту спустя разжала пальцы, обхватив руками его голову и удерживая возле розового соска. Ее тело изгибалось. Только сейчас Ной заметил, что бледная кожа ее груди покраснела от уколов его щетины. — О Господи, прости, — он почесал подбородок, — я сегодня не успел побр…
Джесси страстно притянула его голову, словно требуя, чтобы он занялся ее второй грудью.
— Не останавливайся, пожалуйста, — прошептала она. Дополнительных слов ему не требовалось. Ной продолжал целовать ее грудь, играя кончиком языка с ее соском и в то же врем гладя ее плоский живот, постепенно опускаясь все ниже и ниже.
Когда губы Ноя, горячие и влажные, последовали за его руками, Джесси вздрогнула и, словно задыхаясь, принялась судорожно хватать ртом воздух и через мгновение раздвинула ноги. Ной обхватил ее бедра и, чуть приподняв, опять стал целовать в губы. Джесси трепетала от предвкушения дальнейших действий, вцепившись руками в края расстеленного на траве одеяла и издавая сладострастные звуки. Обволакивающее тело наслаждение сковывало все члены. Сквозь закрытые веки солнечные лучи казались ей огненно-оранжевыми и ярко-малиновыми и напоминали танцующие огоньки пламени. Джесси ощущала жар в спине, а на изгибах локтей, на лице и шее блестели капельки пота.
Внезапно она вскрикнула, доведенная до состояния крайней степени восторга. Сердце застучало беспорядочно, словно никак не могло угнаться за возрастающим с каждой минутой возбуждением. Джесси почувствовала тень на своем лице, принесшую прохладу и защиту от нестерпимо палящих лучей. Ной снова целовал ее в губы.
Даря ему свои ласки, Джесси согнула ноги в коленях, ожидая, что сейчас он сольется с ней. Однако этого не случилось, и она, открыв глаза, с удивлением посмотрела на Ноя. Джесси увидела расширенные черные зрачки изучающих глаз, а на сжатых губах печать добровольного отказа. Она догадалась, что ему невыносимо трудно контролировать свои эмоции.
— Я сделал это ради тебя, Джесси, — признался он, еле прикасаясь к ее губам. Его голос был низким и хриплым. — Мне не всегда нужно только получать от тебя.
Она отрицательно покачала головой:
— А мне показалось, что вначале ты так не думал.
— А ты действительно хочешь этого сейчас?
Джесси кокетливо улыбнулась:
— Глупенький. — Оттолкнув его плечи, она повалила Ноя на спину и села на него сверху, наклонилась над ним, и ее груди коснулись его тела, а копна белокурых волос упала на его лицо. — Твой альтруизм в данном случае абсолютно неуместен. Тебе наплевать на нас обоих?
Ной отрицательно мотнул головой. Снова обхватив бедра Джесси, он сделал то, чего они так страстно желали. Она целовала его, играя языком у него во рту. Он заглушал свой стон, прижавшись губами к ее губам и закрывая глаза от неизъяснимого блаженства.
Стараясь вторить ее ритму, Ной не забывал ласкать груди Джесси и гладить бедра. Он отчетливо видел ее даже закрытыми глазами и мог представить, как она покусывала нижнюю губу, кружась в водовороте наслаждения. Он видел, как ее темные влажные зрачки расширялись до такой степени, что черный цвет начинал преобладать над серым. Джесси энергично изгибалась, шелковистые завитушки ее волос щекотали его кожу, отчего по всему телу бегали мурашки. Он вторгался в нее, а она с удовольствием принимала его. Обхватив руками ее бедра, Ной призывал ускорить ритм. Его обволакивали ее тепло и нежность.
Джесси не сводила глаз с лица Ноя. Сейчас оно было более напряженно, а губы вытянулись в тонкую линию: он явно прилагал усилия, чтобы продлить их наслаждение. Почти в тот же момент, что и сам Ной, Джесси почувствовала, что он уже не в силах сдерживать себя. Он крепче сжал ее в объятиях и застонал. Она услышала, как задыхаясь, он произнес ее имя в одном порыве. Казалось, каждый его мускул был, словно струна.
Джесси ощутила, что его дрожь передалась ей. Он стал частью ее. Их объединило наслаждение, исключительное по своей силе. Ничего подобного до сегодняшнего дня они не испытывали. Еще вчера утром она в горьких раздумьях обливалась слезами, думая, что он собирался обмануть ее. Сегодняшний день был началом чего-то особенного, оно вошло в ее жизнь нежданно-негаданно.
Повернувшись на бок, Ной притянул к себе Джесси.
— Милая. — Он провел пальцами по красивому из гибу ее губ.
— Что? — Джесси схватила губами его палец.
— Я не хочу, чтобы ты тревожилась… — попытался возвратить ее из рая на грешную землю Ной.
О чем он говорил? Она была слишком изнурена и счастлива, чтобы о чем-то тревожиться.
— Что ты имеешь в виду? — все еще не хотела выходить из блаженного состояния Джесси.
— Как бы тебе сказать? Ты слышишь этот звук?
Джесси прислушалась только потому, что он настойчиво
Обращал ее внимание на что-то. Царившую вокруг тишину нарушал шелест листьев. Закричала птица, ей ответила другая. Где-то у реки раздавались щелкающие и хлопающие звуки. Внезапно она вытаращила глаза и села, прижав колени к груди. Она увидела проплывавшую по реке двухмачтовую шхуну. Расстояние было не такое уж и большое, чтобы Джесси не могла заметить: почти вся команда собралась у борта. Схватив рубашку Ноя, Джесси накинула ее на себя и побежала в лес, чтобы укрыться от посторонних взглядов.
— По-моему, ты не намеревалась паниковать? — крикнул ей вслед Ной, наспех просовывая ноги в брюки.
Со стороны шхуны слышались громкие улюлюканье и свист. Но нельзя сказать, чтобы Ной почувствовал смущение. Ситуация была крайне забавной. Помахав рукой матросам, Ной поспешил за Джесси. Похоже, ей было не так весело.
Она сидела, съежившись, под толстым сучковатым дубом. Голова склонилась, а плечи дрожали. Присев на корточки, он нежно дотронулся до ее колена.
— Джесси, пожалуйста, не плачь. Мне очень жаль, что так получилось. Я должен был быть более осмотрительным.
— Тебе не следовало кланяться им, — с обидой сказала она, — как актер после сыгранного спектакля.
— А я и не кланялся, — попытался возразить Ной, — я им лишь рукой помахал.
Он никак не мог разобрать, плакала ли она или нет.
Джесси попыталась придать лицу строгий вид, но вместо этого расхохоталась. Она вытерла блестевшие от слез глаза и сказала:
— Наверное, мне сейчас нужно испытывать стыд, но
Это было так смешно. Только скажи, пожалуйста, что среди
Тех парней на палубе не было ни одного твоего знакомого!
— Ни одного. — Ной знал, что шхуна принадлежала
Старшему из семейства Флемингов, но не собирался рассказывать об этом.
— Точно? — подозрительно спросила она.
Положив руку на сердце и с честным выражением лица, Ной вымолвил:
— Клянусь!
Джесси встала, скинув его рубашку.
— Я не сделаю и шага отсюда, пока полностью не оденусь. Ты должен принести мою одежду.
Ной тоже встал, но не двинулся с места, лишь смахнул кусочек сухой коры дерева, запутавшийся в ее волосах.
— Почему ты так смотришь на меня? — спросила она с замирающим сердцем, чувствуя, как глубоко проникает в нее его долгий пристальный взгляд.
— Как так?
— Как-то странно. У меня что… чем-то выпачкан нос? — Джесси застенчиво вытерла нос рукавом его рубашки.
— Я люблю тебя…
— Значит, если бы у меня действительно был выпачкан нос, ты…
— Я люблю тебя, — повторил он, подходя еще ближе.
— Правда? — Она прислонилась к дереву.
Опершись о ствол над ее головой, он наклонился и поцеловал Джесси.
— Только ничего не говори, — тихо предупредил он, — я ничего не ожидаю взамен. Я просто хочу, чтобы ты знала о моих чувствах. — Отойдя от дерева и не сказав больше ни слова, Ной направился за ее вещами.


Почти весь обратный путь они ехали молча. Время от времени Ной рассказывал о чем-нибудь, что могло бы заинтересовать Джесси. Она вежливо слушала и даже задавала вопросы, но было очевидно, что ей трудно было поддерживать беседу. Ной понимал это и предоставлял ей право побыть наедине со своими мыслями.
Гедеон играл на веранде с младшей дочерью Рэй. Че-рити присматривала за детьми, одновременно обучая Корт-ни вышиванию. Девочка опустила рукоделие, когда увидела, что Гарланд сползла с одеяла и направилась к лестнице. Подбежав к малютке, она взяла ее на руки, в то время как Черити схватила Гедеона.
— Похоже, ты очень занята, — ринулся к матери Ной, появившись из-за угла дома. Запрыгнув на веранду, он буквально выхватил Гедеона из ее рук. Малыш радостно лепетал. — Толстый, как поросенок. Ты его успела откормить. — Ной взглянул па мать. — Что-нибудь скажешь нам? Такое впечатление, словно тебя разбил паралич.
— Кортни, уведи Гарланд в детскую. То, что я собираюсь сейчас сказать, нельзя слышать детям.
Одарив Ноя любящей улыбкой, Кортни скрылась в доме вместе с Гарланд.
— Тебе можно было и не выгонять ее отсюда, — за
Метил Ной, щекоча Гедеону животик. — Джесси все равно
Здесь нет, она наверху. Полагаю, ты собралась бранить нас?
Она вошла в дом через переднюю дверь. Ей необходимо
Побыть одной. Я же пришел прямо сюда, потому что Эшли
Сказала, что Гедеон здесь. — Услышав свое имя, малыш вытаращил глаза. — Правильно, тебя зовут Гедеон? Ты сможешь повторить за мной? Да? Черити чуть побледнела.
— А можно осмелиться спросить, почему Джесси так захотелось побыть в одиночестве?
— Конечно, можно, — непринужденно ответил Ной. — Во-первых, ей немного боязно встречаться с вами после всего того, что она натворила. Во-вторых, ей нужно
Переодеться, поскольку прежняя одежда несколько… помялась. И в-третьих, час тому назад я признался ей в любви, и теперь она не знает, что с этим делать. — Ной поцеловал мать в сморщенный лоб и унес Гедеона прежде, чем она успела что-либо спросить у него.
Вечером за ужином Джесси чувствовала себя неловко, как и ожидала. Однако если даже Маклелланы и сгорали от любопытства узнать, что же все-таки произошло между ней и Ноем, они вели себя тактично и проявляли благоразумие. Даже когда Черити предложила перейти в танцевальный зал и что-нибудь выпить, никто не осмелился, улучив момент, отвести Джесси в сторонку и выпытать все до конца.
Джесси устроилась на маленьком диванчике и прислонилась к Ною. Он обнял ее за плечи. Интересно, был ли он на самом деле счастлив или только притворялся, пряча свои издерганные нервы, как и она? Короткие, отрывистые звуки клавесина сопровождали мысли Джесси о Ное. Она полностью была поглощена им. Его прикосновения, запах тела, голос — все завораживало ее. Постепенно она становилась оаскованнее, но не столько от выпитого вина, сколько от пришедшего к ней вдруг спокойствия.
Когда Эшли перестала играть, Черити повернулась в сторону сына:
— Тебе действительно нужно завтра уезжать?
— Боюсь, что да. Поездка займет больше времени, так как со мной будут Джесси, Гедеон и Кэм, если, конечно, он захочет отправиться вместе с нами.
— Ты мог бы воспользоваться «Клэрионом», — предложил Салем. — В ближайшее время на нем никто не собирается снова пересекать Атлантику.
Ной замахал руками:
— Нет уж, спасибо. Отец дает мне свой самый лучший экипаж. Управлять им будет Генри. Помимо всего прочего я забираю с собой и Генерала.
— Возьми еще и Ивушку, — сказал Роберт. — Ты не единственный, кому время от времени доставляет наслаждение верховая езда, а я не рискнул бы посадить Джес
— си на Генерала из-за его норова.
Джесси вспыхнула от удовольствия при мысли, что у нее будет собственная лошадь.
— Вы очень любезны. Мне бы этого хотелось больше всего. — Она робко взглянула на Ноя. — Если только ты не возражаешь.
Рэй не дала возможности ответить брату. Поняв по-своему неуверенные слова Джесси, она спросила в упор:
— Он что, бил вас сегодня утром?
— Рэй!
— Рахиль!
— Рыжая!
Решительно выпрямившись, она отмахнулась от осуждающих выкриков родных. Выдержав изумленный взгляд Джесси, Рэй продолжила:
— Знаю, что мои манеры оставляют желать лучшего, но никто больше не осмелится спросить, хотя им всем так же интересно, как и мне. Ной притащил вас обратно силой
— или вы вернулись по своему желанию?
— Джесси, вы не обязаны отвечать на подобные вопросы, — промолвил Иерихон, метнув на жену недобрый взгляд.
— Нет, все в порядке, — спокойно ответила Джесси. — Вообще-то меня удивило, почему до гих пор никто не спросил об этом. Я была словно на иголках, ожидая этой минуты. Мне даже показалось, что Ной успел что-то объяснить.
— У него весь день рот на замке, — заметила Рэй, — к тому же с ним было невозможно общаться.
— Потому что тебя это не касается, — ласково возразил Ной.
Джесси еле заметно толкнула его в бок, чтобы он прекратил пререкаться с сестрой.
— Я понимаю тревогу Рэй. По правде говоря, никто не принуждал меня возвращаться сюд^а. Я сделала это по своей воле. Хотя не знаю, что бы Ной предпринял, если бы
Я отказалась с ним идти. Нам удалось уладить некоторые наши… разногласия. Я остаюсь здесь.
Предвидя, что Рэй не успокоится, пока не задаст следующего вопроса, Ной остановил ее жестом:
— Только не спрашивай, что это были за разногласия, Рэй. Достаточно сказать, что вы были правы сегодня утром, когда упрекали меня в том, что Джесси ушла из дома. Боюсь, моя вина слишком очевидна. Больше вы ничего не узнаете. Придется удовлетвориться услышанным.
— Мы удовлетворены, — сказал Иерихон, положив руку на плечо жены. — Не так ли, Рэй?
— Полаг… — Рэй ощутила, как муж крепче надавил на ее плечо, и весело улыбнулась:
— О да, нас вполне устраивает такое объяснение.
Джесси наблюдала за безмолвной сценой между мужем и женой. Не скрывая своего удовольствия от мгновенной уступки Рэй, она решила отыграться:
— А ваш муж бьет вас?
— Что за глупости! — воскликнул Иерихон.
Тут же последовал взрыв хохота. Веснушки, брызгами рассыпанные на лице Рэй, исчезли от вспыхнувшего румянца. Взглянув на Джесси, Рэй виновато улыбнулась:
— Сдаюсь! Так мне и надо.
— Молодчина, — шепнул Ной Джесси на ухо. Он перехватил взгляд Эшли. — Может быть, ты нам еще что-нибудь сыграешь? А Иерихон тем временем подумает над тем, как это здорово держать жену в постоянном страхе.
Эшли взяла несколько минорных аккордов. Остальные продолжали посмеиваться над Рэй, все еще изображавшей покорную жену. Непроизвольно Эшли переключилась на легкую мелодию, и весь оставшийся вечер прошел в атмосфере веселья и радушия.
Джесси сияла от радости и была весьма оживлена, когда они с Ноем возвратились в отведенную для них комнату. Порхая и что-то бормоча себе под нос, она зажгла свечи и опустила шторы.
Скрестив руки на груди и прислонившись к двери, Ной с интересом наблюдал за ней.
— Тебе понравился вечер?
— Было просто чудесно! — воскликнула она, присев на край кровати и сбросив туфли. — Не могу припомнить, когда в последний раз я столько смеялась.
— А я припоминаю. Это было сегодня днем, когда ты пряталась…
Джесси шутливо надула губки.
— Нехорошо с твоей стороны напоминать мне о случившемся.
— Ничего не могу с собой поделать. — Ной отошел от двери. — А здорово ты расправилась с Рэй.
— Она мне очень нравится. Она такая… такая…
— Назойливая и любопытная? Надоедливая?
— Живая и веселая, — поправила Джесси. — Мне очень нравится твоя семья. Жаль будет с ними расставаться.
Ной подошел к гардеробу, скинул пиджак и повесил его на вешалку. Стоя спиной к Джесси, он спросил:
— Тогда, может быть, тебе лучше остаться здесь ещена несколько недель? За это время я основательно приготовился бы к вашему приезду и…
Он замолчал, потому что Джесси обвила руками его талию. Он и не слышал, как она подошла. Прижавшись щекой к его спине, она сказала:
— Я намерена поехать с тобой. И Гедеон тоже.
— Ной повернулся к ней, пристально глядя в глаза жены:
— Правда?
— Она кивнула:
— Я буду скучать по твоей семье, когда уеду, но если
Останусь, то по тебе стану скучать еще больше.
Склонив голову, Ной нежно поцеловал ее в губы. — Мне очень приятно это слышать.
Джесси испытывала сильное желание доставлять ему удовольствие.
— Ты поможешь снять мне платье?
Выполнив ее просьбу, Ной достал из гардероба ночную сорочку. К тому времени, когда он приготовился ко сну, Джесси уже лежала в кровати, свернувшись калачиком. Ной погасил свечи и скользнул под одеяло.
Темнота придала Джесси храбрости, которой ей так не хватало весь день. Как только Ной улегся, она осторожно дотронулась до его плеча:
— Ной!
— Что?
— Нам нужно вернуться к тому, что ты сказал сегодня днем.
— Я говорил о многих вещах. — У Ноя замерло сердце. Он уже почти потерял надежду, что она когда-нибудь снова заговорит на эту тему. С того времени, как они
— вернулись с реки, ее мысли были для него загадкой. — Ты имеешь в виду что-то конкретное? — сделал вид, что ничего не понял, Ной.
Джесси наконец собралась с духом.
— Пожалуйста, ничего не осложняй. Мне и так трудно начать. Ты ведь прекрасно понимаешь, о чем я собираюсь поговорить.
Ной повернулся на бок и устроился поудобнее, слегка задев Джесси своими коленями.
— Если тебе трудно, значит, ты еще морально не готова к разговору. Сегодня я просто признался тебе в любви.
Мне бы очень хотелось услышать то же самое от тебя, но я
Пойму, если ты промолчишь, ведь ты, возможно, даже не поверила мне Надеюсь, когда-нибудь ты все-таки изменишь свое мнение обо мне в лучшую сторону.
— Ты не понял, — с грустью сказала она. — Сейчас я не собираюсь говорить о своих чувствах. Я хочу поговорить о тебе. Это несправедливо. Ты не должен меня любить.
Ной удивленно поднял брови. Таких слов он никак не ожидал.
— Почему?
— Конечно, любить-то ты можешь, не это несправедливо.
— Но почему ты так говоришь?
— Потому что это было бы нечестно по отношению к тебе. Ной, я не хочу, чтобы ты любил меня. Я думала, что смогу так жить, но ошибалась. По крайней мере думаю, что ошиблась. — Джесси глубоко вздохнула, со всем запутавшись в своих мыслях и словах. — Кажется, я неясно выражаюсь?
— Пожалуй, да. — Перевернувшись на другой бок, Ной зажег свечу на ночном столике. — Ну вот, так-то лучше. Видя твое лицо, мне будет легче понять тебя. — Снова повернувшись к Джесси, Ной увидел, что она спряталась с головой под одеяло. Он подавил в себе желание рассмеяться. — Джесси! Что за бредовая идея посетила
— твою голову на этот раз?
Ее голос прозвучал приглушенно:
— Мне стыдно. Я тебе столько лгала. Ты возненавидишь меня, если я тебе кое-что скажу, поэтому никак не могу решиться. Я не хочу, чтобы ты любил меня, потому
Что это нечестно по отношению к тебе. И я не знаю, что делать дальше
Облокотившись Ной потихоньку начал стаскивать с нее одеяло.
— В чем же ты лгала мне, Джесси?
Взглянув на него умоляюще, она покачала головой.
С его лица исчезла улыбка. Вначале он подумал, что Джесси шутила, прячась под одеяло, теперь же он понял, что дело совсем в другом. Она просто была чем-то или кем-то напугана.
— Ты доверяешь мне? — Ной был озабочен тем, что
— угнетало ее.
— Ты даже не представляешь себе, как мне этого хотелось бы, — призналась она, — но я предупреждала тебя, что я трусиха.
Ной провел рукой по волосам, рассыпавшимся по подушке, затем коснулся руки Джесси и почувствовал ее дрожь.
— Предположим, ты во всем призналась бы мне. Что, по-твоему, я сделал бы?
— Кроме того, что возненавидел бы меня?
— Кроме этого.
— Не могу сказать, — печально ответила она. — Я бы тогда выдала себя.
— Понимаю.
— Нет. Ты ничего не понимаешь. В том-то и дело. И я не знаю, с чего начать.
Ной помолчал, но потом решил помочь ей:
— Может быть, я облегчу твою участь, если попробую начать сам?
Джесси с надеждой посмотрела на него:
— Ты о чем?
— Я еще не любил тебя, когда предложил уехать со мной в Америку на «Клэрионе». — Ной коснулся пальцем ее губ, Я не притворялся, — признался Ной. — Не со всем. Было время, когда я верил, что он был твоим мужем. Ты упоминала его имя, чтобы помешать мне заниматься с тобой любовью. Можешь вообразить, как я ненавидел его тогда? Ты говорила о нем так, словно он действительно когда-то существовал. Я стал уже думать, что ты боготворила его при жизни. Ты так всегда убедительно отвечала, когда я расспрашивал о нем. Черт побери, ты даже описывала его мне!
— Но как мне открыться тебе в главном? Ты еще не знаешь худшего. Уверена, тебя разозлит даже мысль об этом. Нет, я не могу сказать. — Джесси никак не могла решиться сделать последнее признание.
Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, Ной старался успокоиться. Поднявшись с кровати, он пересел в стоявшее поблизости кресло-качалку. На расстоянии общаться было легче.
— Ты отказываешься рассказать мне все? Но почему ты так упряма?
— У тебя все просто.
— Ты боишься, что я посажу вас с Гедеоном на корабль и отправлю обратно в Англию?
Джесси кивнула.
— Этого никогда не случится. — Ной наклонился вперед, не вставая с кресла. — Я вижу, что ты от кого-то скрываешься. Это твое право. Но я не собираюсь отправлять тебя назад. Не важно, что ты натворила.
— Ты не можешь обещать… ты ничего не знаешь.
— Я знаю, что не отвернусь от тебя. Я знаю, что хочу помочь тебе. Ты просила защиты. Если не позволишь дать тебе большего, то хотя бы позволь защитить тебя
— Почему ты этого хочешь?
— Потому что я люблю тебя.
Джесси с трудом верила его словам.
— Тебя ничто не обязывает меня любить. Вряд ли у нас что-нибудь получится.
Ной усмехнулся:
— Но я все равно тебя люблю. — Он встал с кресла и пересел на край кровати, скрестив вытянутые ноги. — Ты заслуживаешь любви, просто сама еще это не осознала. Смелая и нежная, решительная и ранимая, в сложных жизненных ситуациях ты становишься именно такой, какой и должна быть. Умеешь приспосабливаться, выживать и от этого делаешься еще сильнее. Я не всегда хотел тебя любить. Бог свидетель, я постоянно боролся со своими чувствами. Но в конце концов я сдался и не проиграл, а выиграл. Я люблю тебя, Джесси.
— Я не заслуживаю твоей любви. — В горле ее будто комок застрял.
— У тебя нет выбора. Нравится тебе или нет, но я буду рядом. — Краем простыни он вытер ей глаза. — А теперь расскажи мне о Гедеоне.
Джесси задумалась, решая с чего начать.
— Его настоящее имя Адам Панберти. Я была его няней. Панберти? Так звали тех людей в экипаже, которые пытались догнать нас, когда мы ехали в Лондон. — Ной прищурился. — Кажется, ты говорила, что Эдвард Панберти приставал к тебе в Грант-Холле?
Джесси кивнула:
— Это правда. У него были грязные намерения. — Она с тревогой взглянула на него. Ей очень хотелось, чтобы
Ной поверил. — Что касается Эдварда Панберти, то все, о чем я тебе рассказывала, было правдой, за исключением
Того, что местом действия был не Грант-Холл. Все произошло в имении Панберти. И конечно, Эдвард пришел в детскую не для утешения оплакивающей покойного мужа вдовы. Он явился позабавиться с одной из своих служанок.
— Эдвард — отец Гедеона… то есть Адама?
— Не называй его Адамом. Нет, Эдвард не его отец. Он его кузен, а может быть, даже и более дальний родственник. Я точно не знаю. После того как родители Гедеона погибли в дорожной катастрофе, Эдварда назначили опеку ном малыша. Я стала присматривать за ребенком, когда ему было всего несколько недель. С его родителями я встретилась в Лондоне. Они были знакомы с леди Говард.
— Итак, ты стала няней Гедеона?
— Да. Правильно. У тебя есть причины не доверять мне, но сейчас я не обманываю тебя. Сочинить грустную историю о бедной вдове мне помогла Мэри. Мы проигрывали ее вместе. Мэри предупреждала, чтобы я больше ничего не выдумывала, так как запуталась бы еще больше.
— Мудрый совет, — заметил Ной, — но ты ему не последовала.
Джесси не понравился его нравоучительный тон.
— Мне тяжело и без твоих замечаний.
— Извини, — искренне раскаялся Ной. — Это было нелюбезно с моей стороны. Джесси, а должен ли я верить тому, что ты мне рассказывала о своей семье?
— Да.
— А Грэнтхэмы — это полная ложь?
— Да. Никаких Грэнтхэмов не было.
— Хорошо. Идем дальше. Ты сказала, что родители Гедеона наняли тебя?
— Клаудиа упросила меня работать у них. Она сочувственно отнеслась к тому, что со мной случилось, и считала, что мне больше подошло бы быть няней Гедеона, нежели работать на леди Говард. Я с радостью приняла ее предложение. Мне нравилось общение с леди Говард, но жизнь в городе была жалким существованием. Слишком часто мне напоминали, что моя судьба была бы абсолютно иной, если бы отец вел себя иначе. В имении же Панберти меня ждали покой и уединение. К тому же Мэри жила неподалеку, и никто из Панберти не возражал против посещений моих друзей. Я как будто снова обрела семью. Мне было хорошо во всех отношениях.
— А потом родители Гедеона погибли.
— Да, — прошептала Джесси с болью в голосе, — жуткие времена настали для всех в имении. Убитые горем служащие уже не были уверены в своем будущем. Никто не знал, кто станет опекуном Гедеона, поскольку в завещании Кеньона по этому поводу ничего пределенного сказано не было. Вполне возможно, что штат служащих сократили бы до минимума, а Гедеона отправили бы куда-нибудь еще, несмотря на то что имение по праву принадлежало ему.
— Вскоре мистер Лидз, поверенный в делах Кеньона, отыскал Эдварда, ближайшего родственника Гедеона, который жил вместе с женой в Европе. Согласившись принять опекунство, они переехали жить в имение Панберти. На некоторое время все облегченно вздохнули. — Джесси поправила ночную сорочку. — Но это длилось недолго. Мягко выражаясь, с леди Барбарой было очень трудно. Ее никогда ничего не устраивало. Чаще всего она была даже жестокой. Слава Богу, мы с ней мало общались, потому что она не интересовалась Гедеоном. Она почти не замечала меня до тех пор, пока ее муж не начал наведываться в детскую под предлогом
— большой привязанности к ребенку.
— Она узнала, что Эдвард стал проявлять к тебе интерес?
— Да. Теперь я догадываюсь, что она узнала об этом до того, как это поняла я сама. Я наивно полагала, что Эдвард действительно любил Гедеона. Несколько месяцев я оставалась в подобном неведении. Однажды Эдвард намекнул, что Барбара хочет избавиться от меня. Он заявил, что если я буду с ним ласкова, то поможет остаться мне в доме. Он нашел момент сказать об этом, зажав в углу детской и не обращая внимания на мое сопротивление. Эдвард был слишком уверен в том, что я почла бы за честь стать его любовницей. Что случилось потом, ты уже в курсе. После этого инцидента он не подходил ко мне несколько дней, и я уже начала думать, что все нормализовалось.
— Очевидно, ты ошиблась.
— Ты абсолютно прав. Как-то вечером — помню, тогда шел сильный дождь — Эдвард заявился ко мне в спальню. Я собиралась закричать и позвать на помощь, но
— он зажал мне рот рукой и попросил выслушать его, а уж потом кричать, если еще будет желание. Но в его голосе слышались тревога и горечь, а лицо было искажено, словно
— от боли. Я согласилась выслушать его. Он сообщил, что леди Барбара замыслила злостное убийство Гедеона и что он, Эдвард, фактически дал ей на то согласие. Как ты понимаешь, все дело заключалось в имении. Барбаре самой хотелось управлять им и быть хозяйкой. В случае смерти Гедеона Эдвард, его ближайший родственник по мужской линии, становился наследником имения Панберти, а следовательно, все перешло бы в руки Барбары.
Ной тихо спросил:
— И ты поверила ему?
Джесси застал врасплох его вопрос. Еще никто не спрашивал ее об этом: ни Мэри, ни Дэви, ни кто-либо из их родственников.
— Да, конечно же, я поверила ему. Иначе и не убежала бы оттуда с Гедеоном на руках.
— Понимаю, — задумчиво произнес Ной. — Эдвард помогал тебе бежать?
— Нет. Он только побудил меня это сделать.
— Он знал, куда ты направляешься?
— Нет! Я поверила в то, что он говорил об угрозах своей жены, но все-таки не настолько, чтобы открыться ему полностью. Наоборот, я дала ему понять, что не воспользуюсь его предостережением. На сборы и подготовку побега ушло несколько дней. Дэви Шоу с братьями помогли мне благополучно скрыться.
— Но неужели ты не понимаешь, что, убегая, ты могла попасть прямо в руки Барбары, а может быть, и того же Эдварда? Результат был бы тем же. Почему ты сразу не обратилась к властям?
— Но результат оказался иным. Возможно, они теперь и владеют всей недвижимостью, но Гедеон остался жив. И как я могла обратиться за помощью к властям, если не было никаких доказательств? Эдвард обязательно стал бы отрицать то, о чем мне говорил. Барбара тем более молчала бы как рыба. За мои обвинения мне грозило увольнение, а значит, Гедеона некому было бы защищать. Уверена, они могли оставить его в покое на некоторое время, возможно, даже на несколько лет, но все-таки несчастье было спланировано. Другого выхода не было. Я сбежала.
— А как потом Панберти объяснили исчезновение Гедеона?
— Они сказали, что я похитила его, что, впрочем, было правдой. Меня повсюду разыскивали. — Джесси нахмурилась. — Не знаю, почему ты не слышал об этом, находясь
— в Англии? К тому же все лондонские газеты наперебой писали обо мне.
— Я почти не читал газет.
— Но об этом много и говорили.
— Но не мне. Вероятно, люди думали, что это будет мне неинтересно. А когда ты покинула имение?
— В январе.
— В то время я был в Линсрилде. — Ной замолчал, вспоминая. — По-моему, я слышал о каком-то ребенке… О том, которого оставили на съедение диким зверям в лесу. Кажется, ребенок погиб?
— Да. Это был сын Мэри и Дэви. Он умер через несколько дней после того, как я с Гедеоном перебралась жить к ним. Это был болезненный мальчик. Идея оставить маленького Дэви в лесу принадлежала Мэри. Она одела его в одежду Гедеона и завернула в одно из одеялец Гедеона. Когда тело обнаружили, леди Барбара приняла его за Адама Панберти. Вероятно, Эдвард придерживался другого мнения, но не стал заявлять об этом публично.
— Значит, теперь тебя считают убийцей, — угрюмо произнес Ной, — а Эдвард Панберти — законный хозяин имения и всего имущества.
Джесси кивнула:
— Я слишком все запутала, правда?
— Настоящий гордиев узел.
— Но ты веришь мне?
— Да, — без колебаний ответил Ной.
Джесси облегченно вздохнула.
— Значит, ты понимаешь, почему мне так необходимо было выйти замуж за тебя? И почему я выдумала Роберта Грэнтхэма, его семью, да и все остальное?
Ной на мгновение закрыл глаза и потер веки пальца-мч. Наконец он узнал правду, но стало не легче, а тяжелее. Никогда прежде не приходилось ему оказываться в столь сложной ситуации. Если бы он узнал об этом на борту «Клэриона», когда еще не догадывался о своих чувствах, то обязательно осуществил бы свою угрозу выбросить Джесси за борт.
— Сейчас я пока не готов разобраться в том, что ты мне поведала. Только знаю одно: ты очень любишь Гедеона, и это объясняет многие твои действия.
— Ной…
Жестом руки Ной решительно оборвал ее:
— Давай поговорим завтра, ладно? Нам предстоит длительное путешествие. Полагаю, к тому времени, когда мы доберемся до Филадельфии, мне все станет ясно.
Ной наклонился к ночному столику и потушил свечу.
— Ты прав, — тихо ответила она, вглядываясь в темное пространство комнаты. — Сейчас не очень-то подходящее время для признаний, но все-таки скажу: я тоже люблю тебя, Ной. — Джесси вытянулась и накрылась одеялом. — Давай подождем.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Муки обольщения - Гудмэн Джо



ужасная книга.. не читайте..
Муки обольщения - Гудмэн ДжоСвета
19.08.2012, 21.22





интересна книга, продолжение историй про семью Маклеллан
Муки обольщения - Гудмэн Джомария
8.01.2015, 14.53





Ну вот как определиться- читать, или не читать?
Муки обольщения - Гудмэн ДжоГм...
20.05.2016, 15.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100