Читать онлайн Мое безрассудное сердце, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.5 (Голосов: 28)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Мое безрассудное сердце

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

— Мне кажется, вы меня не слушаете, — сказал Грант.
Уловив в его голосе сдерживаемую злость, Джонна наконец положила перо. Она подняла глаза от гроссбуха, который просматривала, и послушно взглянула на Гранта, как ему и хотелось. Он стоял по другую сторону широкого стола, тяжело опираясь на него руками и подавшись вперед. В такую позу, она знала, Грант становился, когда хотел нагнать страху на грузоотправителей, клерков и деловых партнеров. До сих пор, напомнила себе Джонна, в деловых вопросах он никогда так с ней не обращался. Это касалось их личных отношений.
Джонна вздохнула, в который раз набираясь терпения.
— Я не согласна с вами, — осторожно проговорила она, — но это не значит, что я вас не слушаю. — Она наблюдала за реакцией Гранта. Его голова резко откинулась назад, словно Джонна легонько хлопнула его по щеке. — Я понимаю, вы уверены, что так ясно изложили свое мнение, что я должна с вами согласиться, но… — тут она пожала плечами, подчеркивая свои слова, — но я не согласна.
Первым желанием Гранта было заявить Джонне, что она, вероятно, не смогла его услышать. Но он промолчал, зная, что не добьется успеха, настаивая на своем. Стараясь унять злость, он оттолкнулся от стола и подошел к окну, откуда была хорошо видна гавань. Дождь лил на причал, вспенивал воду. Несмотря на ливень, Грант видел свои корабли. Работа не прекращалась даже в такую погоду, и пока Грант стоял, восстанавливая душевное равновесие, он смотрел, как происходит погрузка на один из его клиперов, блестящих от дождя.
Джонна была спокойна. Ее взгляд скользнул по его несколько жесткой спине и переместился на широкие плечи. Грант стоял, скрестив руки на груди, и куртка обтягивала его мощное тело. Джонна перевела взгляд на его песочного цвета волосы, лежащие на воротнике, на узкую талию. Теперь он стоял, опустив руки по бокам, но плечи его были по-прежнему напряжены. Напряжены были и жесткие мышцы спины и шеи. Было ясно видно, что он уверен в своей правоте. Джонна желала, чтобы он уважал и ее мнение. Она смотрела на него, размышляя, что ей сказать или сделать, чтобы убедить его. Взгляд ее упал на его стройные, крепкие ноги, и мысли спутались. Когда Грант неожиданно обернулся, лицо ее вспыхнуло.
— Вы хорошо себя чувствуете? — спросил он.
Джонна кивнула и протянула руку к чашке чая, на которую не обращала внимания в течение последнего часа. Чай успел совсем остыть и слегка горчил — именно такой она и хотела. Джонна сделала вид, будто не замечает внимательного взгляда Гранта. В лице его читалось некоторое беспокойство, более того — в нем был интерес. Глаза его были такого темно-коричневого цвета, что казались почти черными, однако Джонна могла сказать, что они еще больше потемнели, пока он смотрел на нее. Она почувствовала, как ее опять обдало жаром, и сделала еще глоток.
Грант медленно улыбнулся, и его выразительная улыбка показала, что он отчасти знает, какие мысли бродят в ее голове. От этой улыбки его привлекательное лицо превратилось в захватывающе красивое. Он тряхнул головой, и на его дрогнувших губах появилось что-то вроде насмешки в свой адрес. Он провел рукой по волосам. Его злость перешла в легкое раздражение.
— Что мне еще сказать, чтобы вы изменили свое мнение?
— Я думаю, вы уже все сказали, — ответила Джонна, отставляя чашку в сторону. — Я не выгоню капитана Торна из моего дома.
— Вы говорите так, словно речь идет о том, чтобы выбросить его на улицу. У него ведь есть где жить, не так ли? Например, на «Охотнице». Прошло уже две недели, Джонна. — Тут он добавил то, о чем умалчивал до сих пор:
— Уже пошли разговоры.
Джонна не клюнула на эту приманку.
— Так вот почему вы снова завели этот разговор, — сказала она. — Было бы странно, если бы люди не говорили об этом, но людские толки не в моей, да и не в вашей власти. — Она знала, что эти слова особенно не понравятся Гранту, поскольку он до сих пор считает, что имеет над ней власть. — Скажите мне, Грант, люди знают, почему капитан Торн оказался прикованным к постели?
— Известно, что он спас вас, — ответил Грант.
— Но я тоже побывала в воде. И пережила больше, чем капитан. Почему же он до сих пор не поправился, по их мнению?
— Не могу сказать.
Джонна заметила, что Грант даже не пытается изобразить раскаяние. Это вызвало у нее раздражение.
— Значит, вы никому не сказали, что ударили этого человека, да так, что он потерял сознание?
— Он заслужил это.
— Он пытался помочь мне.
— Он влез не в свое дело, — ответил Грант.
— Вы сделали мне больно.
Темные глаза Гранта стали мягче, как и его голос:
— А вот об этом я глубоко сожалею. Но мне показалось, что вам снится что-то страшное. Я попытался вас успокоить. Неужели мне придется всю жизнь извиняться за свою ошибку?
— Нет, конечно, нет, — немедленно отозвалась девушка.
— Тогда… — Голос его замер, но на лице появилась надежда. Джонна нахмурилась.
— Тогда — что? — спросила она. — Ваши извинения не изменят мое отношение к капитану Торну. И он останется в моем доме до тех пор, пока доктор Харди будет считать необходимой мою заботу о Декере.
— Вы меня бесите. Вы это понимаете? Просто бесите!
— Если вам хочется беситься на кого-либо, попробуйте беситься на себя. Вам повезло, что удар, который вы нанесли капитану Торну, всего лишь уложил его в постель, а не убил на месте. В его состоянии он не мог драться с вами.
— Мне помнится несколько иначе.
На эти слова Джонна не обратила внимания. Прижав к вискам кончики пальцев и закрыв глаза, она попыталась массажем отогнать первые приступы головной боли.
— Я больше не могу спорить об этом, Грант. Вы не просто утомили меня, а измучили. А это большая разница, как вы знаете.
Он подошел к столу, обогнул его и, отложив в сторону гроссбух, уселся на краешке столешницы.
— Джонна, — начал он спокойно и убедительно, — вы должны меня выслушать. Хотя бы для внешнего приличия, если нет других причин, вам следует перевезти Торна в другое место. Я позабочусь, чтобы устроить его, и все оплачу. Я хочу доказать вам, что желаю загладить свое поведение в тот день. Подумайте, Джонна, что вы делаете, оставляя его жить в вашем доме. Вы моя невеста! Вы, конечно, понимаете, что это недопустимо.
Джонна опустила руки на колени, откинулась назад и прислонила голову к мягкой кожаной спинке кресла. Раскрыв глаза, она внимательно посмотрела на Гранта.
— Вы часто говорите эти слова, но это не значит, что так оно и есть на самом деле, — устало проговорила она. — Я никогда не говорила, что выйду за вас замуж. И не надо настаивать на этом.
Грант долго молчал, затем обхватил ее запястья своей крупной ладонью и легко поднял Джонну на ноги. Без всякого сопротивления девушка встала и оказалась между его вытянутыми ногами. Это удивило и немного разочаровало Гранта. Ему хотелось применить силу и победить ее. Отпустив ее запястья, он обхватил ладонями ее лицо. Она пристально смотрела на него, ее фиалковые глаза потемнели.
Наклонив голову, он поцеловал ее. Поцелуй был долгий и страстный. Она не ответила на него, и в этом не было ни малейшего сомнения. Грант осторожно отстранил ее с гораздо большей предупредительностью, чем когда привлек к себе.
— Насчет Торна я уступаю победу вам, — спокойно сказал он. — Но только в этом. Вы будете моей женой.


Джонна приехала домой только в восемь часов вечера. Долгий день, проведенный в конторе, оказался на редкость пустым. Грант Шеридан ушел, но она не смогла продолжить работу. После его поцелуя это было невозможно. К тому же он оставил ее в тревоге и неопределенности.
Впервые он поцеловал ее в губы. Раньше бывало, что он брал ее руку и прикасался к ней губами. Расстегивал пуговки на перчатке и целовал запястье. Слегка касался щеки при встрече, когда они были наедине в ее гостиной или в его экипаже, но никогда не позволял себе больших вольностей. До сих пор. Ее интересовало, почему он сделал это именно сейчас.
До нынешнего утра она с волнением ждала его поцелуя. Теперь по крайней мере пугающее ожидание осталось позади.
Джонна медленно сняла мокрый плащ и шляпу и отдала их миссис Девис.
— У вас все в порядке, мисс Ремингтон? — спросила экономка, озабоченно сдвинув брови.
— Что? О да! Все нормально.
Джонна поняла, что ее мысли все еще витают в конторе, и попыталась вернуться в настоящее.
— Я хотела бы поужинать у себя, — сказала она и, увидев, что экономка замялась, спросила:
— Вы что-то хотите сказать? Та поспешно замотала головой.
— Нет, вовсе нет… — Миссис Девис бросила взгляд в сторону коридора, ведущего в столовую. Складочка между ее бровями залегла еще глубже.
— Миссис Девис!
— Дело в том, что капитан Торн сегодня вечером оделся к ужину, — выпалила она. — Он ждет вас в столовой. Он хотел сделать вам сюрприз. — Обеспокоенное выражение не сходило с ее лица. — А теперь все это придется отменить.
Джонна не смогла скрыть изумления. Ведь это действительно был сюрприз.
— Разве ему уже можно вставать? — спросила она. — Что сказал врач?
— Доктор Харди сегодня не приходил. А капитану Торну совершенно бесполезно говорить о том, что он должен делать. Он сам все решил для себя.
«Как и любой другой», — подумала Джонна. Непроизвольно девушка пальцами слегка коснулась губ. Ей хотелось, чтобы поцелуй продолжался, хотелось узнать, не пробудят ли в ней ответные чувства время и близкие отношения с Грантом. Джонна медленно опустила руку и только тогда заметила, что экономка все еще ждет ответа.
— Тогда я поужинаю с капитаном, — проговорила она. — В конце концов, он гость.
Декер поднялся из-за стола, когда Джонна открыла дверь столовой. Он слегка поклонился и подошел, чтобы закрыть за ней дверь. Его легкие шаги казались совсем бесшумными.
— Капитан, — дружелюбно приветствовала Джонна.
— Мисс Ремингтон, — отозвался он.
— Вы хорошо выглядите, — сказала она, оглядев его с головы до ног. В глубине души Джонна понимала, что подобный осмотр дерзок и может быть растолкован как неприличный. Но она оправдывала себя тем, что ее очень беспокоит самочувствие Декера.
В синих глазах Декера блеснули озорные огоньки.
— Не собираетесь ли вы выставить меня на торгах? — поинтересовался он. — Показать вам, какие у меня зубы?
— Не будьте вульгарным.
Вместо обиды на это замечание Декер еще шире улыбнулся и предложил ей руку:
— Вы позволите, мисс Ремингтон?
При виде такой галантности Джонна слегка поджала губы, но все же подала ему руку и позволила сопроводить себя к столу. Декер отодвинул стул, стоящий во главе стола, усадил ее и вернулся к своему месту на другом конце.
Обильный ужин, состоящий из тонко нарезанного ростбифа, мелкой моркови и картофеля с маслом, подавала чернокожая девушка под бдительным руководством миссис Девис. Джонна заметила, что руки у горничной, подающей ей блюдо с мясом, дрожат.
— Ты все делаешь правильно, — мягко проговорила Джонна. Девушка ничего не сказала, но в ее темных глазах мелькнули облегчение и благодарность за поддержку. Декер с интересом наблюдал за ними. Когда горничная подошла к нему и подала тарелку, он сказал:
— Миссис Девис наблюдает не за тобой. Она наблюдает за мной. — Его слова, предназначенные якобы только для горничной, были прекрасно слышны всем. — Миссис Девис боится, что я украду столовое серебро.
Черные глаза с яркими белками расширились от изумления. Именно об этом ее и предупреждали.
— Да, сэр. Я сама его пересчитала.
Миссис Девис резко дернула ее, и девушка испуганно отпрянула. Блюдо чуть не выпало у нее из рук, но Декер вовремя подхватил его. Он сам положил себе мясо, и горничная торопливо вышла из комнаты, сопровождаемая экономкой.
Декер посмотрел на Джонну, уверенный, что она сейчас отчитает его резким взглядом, а то и резкими словами. Но вместо этого Джонна сосредоточенно — возможно, излишне сосредоточенно — резала мясо в тарелке. Неужели он заметил проблеск улыбки, которую она пыталась погасить? Он даже разглядел ямочку, появившуюся в уголке ее рта.
— Сегодня я послал мистера Дэниелса в гавань, — сказал Декер, по-светски переменив тему. — Я хотел получить свою одежду с «Охотницы».
Джонна вежливо взглянула на него и кивнула. Она сразу, как только вошла в столовую, заметила, что одежда на Декере не из гардероба ее отца. Слишком хорошо сидели на нем и рубашка, и сюртук, и панталоны. Этот костюм явно сшит в Лондоне у хорошего портного. Джонна разбиралась в этом, потому что Грант тоже заказывал костюмы в Лондоне. Внезапно ее поразила странная мысль, что их одежда могла быть выкроена из одного и того же куска ткани. Она задумалась об этих мужчинах.
— Со стороны мистера Дэниелса было очень любезно отправиться в гавань, — продолжал Декер.
— Я уверена, он подумал, что я желала этого, — заметила Джонна, явно намекая, что здесь выполняют ее распоряжения, а не его.
— А вам этого хотелось?
Джонна ответила вопросом на вопрос:
— Доктор Харди разрешил вам вставать?
— Он не говорил, что мне нельзя этого делать.
Джонна подняла бровь и понимающе посмотрела на Декера:
— Миссис Девис сказала, что доктор сегодня не приходил.
— Значит, вы уже знаете ответ на свой вопрос. Полагаю, вы пытались уличить меня во лжи, мисс Ремингтон.
— Я только стараюсь удостовериться, что вы достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы находиться в этой столовой. Вряд ли вам хочется продлить свое выздоровление.
Декер задумался. Его глаза блуждали по комнате, останавливаясь, чтобы рассмотреть буфет красного дерева, украшенный прекрасной резьбой, дорогие дамасские драпировки, хрустальную вазу и бронзовый подсвечник, стоящие в середине стола. Наконец, когда его глаза остановились на Джонне, он беспечно проговорил:
— А почему бы и нет? Мне здесь очень нравится. — Декер пристально посмотрел на нее, а серьезное выражение его лица сменилось любопытством. — Вы собираетесь чем-то бросить в меня?
Джонна заморгала. Она осознала, что сидит затаив дыхание и комкает в руках салфетку, лежащую на коленях. Ее улыбка была слишком милой, чтобы быть искренней.
— Вы полагаете, что заслуживаете этого, капитан Торн?
— Наверное, это зависит от того, что у вас там под столом. — Он окинул быстрым взглядом серебро и фарфор, стоящие перед ней. — Кажется, все на месте. Стало быть, это салфетка. Вряд ли вы получите большое удовольствие, бросив в меня салфеткой, но должен признать, что мое замечание этого заслуживает.
Он наблюдал, как Джонна пытается взять себя в руки, и сдерживал улыбку. Если он и дальше будет дразнить ее, она, чего доброго, запустит ему в голову стакан с водой. Даже если удастся увернуться, он будет облит водой. Ничего достойного в этом не будет. Он обрадовался, когда Джонна взяла вилку и начала есть.
Декер тоже занялся мясом, лежащим у него на тарелке. Ростбиф был замечательный, поджаренный в собственном соку и наполняющий рот Декера слюной с тех пор, как он ощутил запах готовящегося мяса, доносившийся из кухни. Если не кривить душой, то в этот вечер он спустился в столовую не только ради общества Джонны. Ему надоела диетическая еда, которую предписал врач. Несколько последних дней Декер уговаривал Тесс и одну из ее таких же пугливых подружек принести из кладовой что-то более существенное. Но они справедливо боялись, что попадутся и потеряют место. Им было нелегко найти работу даже в Бостоне, где довольно терпимо относились к свободным чернокожим и к беглым рабам.
— Я заметил, что у вас среди прислуги много негров, — сказал Декер.
«Интересно, — подумала Джонна, — с чего он вдруг заговорил об этом?» В это время молоденькая негритянка Тесс приоткрыла дверь и, сделав шаг, предложила принести что-нибудь еще. Наверное, Декер услышал, как она подходила к дверям? Джонна не любила говорить о слугах в их присутствии — они ведь не глухие и все слышат. Она подождала, пока Тесс ушла, и только потом ответила:
— Кажется, пять или шесть. У меня много и белой прислуги. Спросите у миссис Девис. Она их нанимает. Дела по дому я передала ей.
— Я предполагаю, что они все свободные люди, — небрежно заметил он.
В ответ на это замечание Джонна бросила на него резкий взгляд:
— Надеюсь, что так, капитан Торн. Я придерживаюсь мнения об отмене рабства, если вы намекаете на это.
— Не было никакого намека, — возразил он. — Я просто поделился своими наблюдениями. Но раз уж вы заговорили об этом, должен сказать, что в Бостоне очень сильное движение сторонников отмены рабства. Ничего удивительного, если бы вы разделяли некоторые их убеждения.
Джонна слегка взмахнула рукой.
— Вы говорите о таких людях, как Уильям Ллойд Гаррисон и его сторонники. Грант считает, что у него трезвая голова, но я думаю, что Гаррисон — фанатик. Я придерживаюсь более умеренных взглядов.
— Каких же?
— Я не поддерживаю рабство, но я также не согласна с насильственными методами установления справедливости. А Гарт, )исон и ему подобные стремятся именно к этому. Если им не удастся добиться своего законным путем, они готовы прибегнуть к насилию. Как это называется? «Подземная дорога»?
— В наше время это скорее «подземная железная дорога», — заметил Декер.
Джонна кивнула:
— Да, вы, по-видимому, правы. «Кондукторы». «Станции». Пассажиры». Как бы они ни украшали все это, их действия противозаконны. Эта страна до сих пор признает штаты и даже допускает их вхождение в Соединенные Штаты. Я считаю, что преждевременно браться за оружие, хотя и допускаю, что иного выхода может и не быть. Компания «Морские перевозки Ремингтон» ведет много дел в южных портах, как вам хорошо известно. Я бы могла, отстаивая свои позиции, закупать хлопок, собранный только свободными неграми, но через два года, а возможно, и раньше, мы вылетим из бизнеса. Не стоит кусать руку, которая тебя кормит, капитан. Запомните это.
Проницательные синие глаза Декера сузились. Он размышлял.
— Мне кажется, на ваш образ мыслей больше влияет деловая сторона, чем нравственные принципы.
Джонна ответила не задумываясь:
— Бизнес тоже является моральной категорией.
— Я понимаю, — протянул Декер.
— Вряд ли.
Декер лукаво посмотрел на нее.
— Вот как? — мягко спросил он. — Что вы хотите этим сказать?
Джонна открыла рот, собираясь ответить, но тут же закрыла, обдумывая, как лучше сказать. Декер Торн — ее гость. Она не станет его оскорблять.
— Ничего, — ответила она. — Это не важно.
Но Декер знал, что это не так. Он чувствовал хорошее отношение к нему с тех пор, как поселился у нее в доме, однако Декер прекрасно понимал, что Джонна Ремингтон его не уважает. Поначалу все было иначе. Когда он приехал в Соединенные Штаты и пришел в «Морские перевозки Ремингтон» в поисках работы, она отнеслась к нему так же, как и ко всем остальным своим служащим. На самом деле, думал он, она его вообще не заметила.
Именно этого он и хотел. Никакого покровительства. Никаких пустых ожиданий. Он решил сам проложить себе дорогу. Так он и сказал напоследок своему брату, когда три года назад уезжал из Лондона.
Это была идея Колина, чтобы разыскать Джонну Ремингтон и устроиться в ее компанию. Декер ничего не смыслил в кораблях и не имел никакого опыта управления ими, но он был уверен, что сможет научиться всему. Более того, он знал, что Колин также верил в это.
Декер представился Джонне как Понт Эпин — так называла его Мари Тибодо, когда обучала французскому языку. Это был неудачный перевод его имени на французский; по-английски оно звучало как Понти Пайн.
И первые полгода он проработал в Америке под именем Понти Пайн. Но потом из переписки брата и его работодательницы случайно выяснилось, кто он такой. Джонна Ремингтон вызвала его в свой кабинет и прямо спросила, не собирается ли он одурачить ее.
Декер никогда не задумывался, что почувствует Джонна, узнав об обмане. А если бы и задумался, то пришел бы к выводу, что она вообще не обратит на это внимания. Он знал, какие отношения связывают Ремингтонов с его братом. Еще юнгой Колин спас тонувшую Джонну, и поэтому ему предоставили возможность сделать карьеру. Он знал, что Колин разбогател, работая у Ремингтонов. И его возвращение в Лондон, и женитьба на Мерседес Лейден, и даже удачный розыск Декера — все это связано с «Морскими перевозками Ремингтон».
Но Декер не мог предвидеть, что Джонну Ремингтон так разочарует то, что он действовал под именем старшего брата.
Она никогда не говорила об этом и, как подозревал Декер, никогда и не скажет. Черт возьми, говорил он себе, она, может быть, даже не сознает этого.
Поэтому время от времени он поддразнивал ее только для того, чтобы заставить выдать свои чувства. Однако это ему не удавалось, по крайней мере до сих пор. И сейчас, глядя на ее спокойное и серьезное лицо, на отрешенные фиалковые глаза, Декер — в который раз! — подивился, какой она замкнутый человек. Больше чем замкнутый. Одинокий. Совершенно одинокий.
— Мне кажется, это важно, — сказал он, продолжая их разговор. Слишком долго за столом царило молчание. — Что вы имели в виду, говоря, что бизнес является нравственной категорией?
Джонна поставила стакан с водой на стол, так и не сделав глотка.
— Вы действительно хотите услышать ответ, капитан Торн? Обещаю, что он будет откровенным.
— Согласен, мисс Ремингтон.
Однако она не решалась заговорить. Ведь они не в ее кабинете на пристани. Здесь Декер Торн не был ее служащим. Он спас ей жизнь, а затем пришел к ней на помощь и получил сильный удар, от которого потерял сознание. Выздоравливал он медленно, у него началась лихорадка, и еще два дня после того, как к ней вернулись силы, он находился между жизнью и смертью. Конечно, она в долгу перед ним, но разве это что-нибудь меняет?
Героический поступок, совершенный на пристани, мало изменил ее мнение о Декере. По всей вероятности, этот поступок был вынужденный. Насколько ей известно, Джек Куинси столкнул Декера в воду. Что же тому оставалось делать, как не попытаться спасти ее?
Отчасти Джонна понимала, что несправедлива к молодому человеку, но сейчас ей не хотелось считаться с этим. Гораздо проще объяснить его действия исходя из своего мнения о нем, чем изменить это мнение.
— Хорошо, капитан Торн, — сказала Джонна. — Я сомневаюсь, что вы имеете какое-либо представление о нравственной стороне труда. До появления в моей компании вы никогда в жизни не работали, насколько мне известно. Я знаю, что вы сидели в тюрьме за воровство. За совершенные преступления вас вполне могли вздернуть на виселице. Я уверена: только счастливая встреча с братом спасла вас да ваше удивительное везение, о чем я вам уже говорила…
Джонна замолчала, раздумывая, стоит ли продолжать. За исключением едва заметной усмешки, кривившей уголки губ, лицо Декера было спокойным. Он явно насмехался над ней. Джонне хотелось стереть с его лица эту усмешку.
— Я предпочитаю знать людей, которые работают у меня, и я полагаю, что знаю вас не больше и не меньше, чем других своих служащих. И то, что я знаю, не вызывает у меня особого доверия. Я не думаю, что нужно пересчитывать столовое серебро и льняные простыни, пока вы находитесь в моем доме. Разум мне подсказывает, что хотя вы и дразните нас время от времени своим преступным прошлым, та пора для вас миновала. Но при этом я не верю, что вы стали другим человеком. Возможно, вы ничего уже не берете у других, но ведь вы ничего и не даете! Ваше поведение на самом деле так же беззаботно, как и ваша улыбка. Честно говоря, — продолжала Джонна, — меня эта улыбка раздражает, и вы это знаете. Я уверена, что вы поэтому так и улыбаетесь. Я только сожалею, что не могу не обращать на это внимания. Это лишило бы вас удовольствия.
Возбуждение Джонны прошло. Более того, она была опустошена. Декер внимательно смотрел на нее, старательно сохраняя на лице безучастное выражение. Она не могла себе представить, о чем он думает, и вопреки здравому смыслу ей захотелось увидеть его беспечную улыбку. Она отодвинула тарелку и встала.
— Вы извините меня, капитан Торн. Я…
— Сядьте!
Услышав приказной тон, она вздернула подбородок.
— Простите? — Это было самое глупое, что она могла сказать. Ее реакция дала ему ясно понять, что он услышан. Джонна не стала ждать, чтобы он указал ей на это. Она села.
— Вот и хорошо, — проговорил он. — А теперь я хочу кое-что сказать вам. — Откинувшись на спинку стула, Декер небрежно закинул ногу на ногу. — Я согласился выслушать вас, мисс Ремингтон. Я не собираюсь докучать вам и приводить доводы в свою защиту. Поэтому вы собрались убежать? Вы, наверное, подумали, что я намерен спорить с вами?
Он угадал, но Джонне не хотелось признать его правоту.
— Сегодня я устала от споров.
— Однажды Джек Куинси сказал, что мне скорее удастся повернуть вспять встречный ветер, чем заставить вас изменить свое мнение. Я всегда считал его советы разумными. Это, конечно, касается и вашего мнения обо мне. — Декер указал на отодвинутую тарелку. — А теперь съешьте что-нибудь и расскажите мне, кто этот храбрец, осмелившийся выступить против львицы. Джонна чувствовала на себе его взгляд и испытывала незнакомое ей чувство покоя. Он сидел напротив нее без смущения и гнева от ее слов. «Какая уверенность в себе!» — грустно подумала Джонна, понимая, что завидует Декеру. Она перевела взгляд с его безмятежных глаз на свою тарелку. Взяв вилку, она начала есть и с удивлением обнаружила, что голодна.
— Джек действительно так сказал обо мне? — спросила Джонна, когда съела почти все, что лежало на тарелке.
— Вы мне верите?
— Да, — без колебания ответила она. — Да, верю.
— Таковы были слова Джека, насколько я запомнил их, — подтвердил Декер.
— Докучать вам и приводить доводы в свою защиту бесполезно, не так ли?
Уголок его рта искривила усмешка:
— Нисколько.
Вошла Тесс, чтобы убрать посуду и подать кофе с вишневым пирогом. Тарелки дребезжали у нее в руках. Она чувствовала, что ее появление, ранее желанное, как перерыв в разговоре, сейчас было неуместно. За столом воцарилось выжидающее молчание, и Тесс торопливо присела и выбежала из столовой так быстро, как только смогла.
Момент для смеха уже прошел, к большому сожалению Джонны. Она налила себе в чашку немного молока.
— Может быть, вы предпочитаете кофе с ликером? — спросила она. — Он стоит в буфете.
— Совсем нет. Благодарю вас. — Декер пил черный кофе. — Так расскажите же мне, о чем вы сегодня спорили.
Джонна обнаружила, что ей хочется поговорить об этом.
— Большинство из споров касалось обычных каждодневных дел. Например, мистер Эдварде предложил такую цену за доставку его товара, которая показалась мне совершенно неприемлемой. Он решил, что в компании «Линия Шеридана» с него возьмут меньше, но потом вспомнил, что вряд ли Грант захочет перейти мне дорогу. Это его расстроило, и он принялся сетовать, что, дескать, мы с Шериданом монополизировали все морские перевозки. Я посоветовала ему обратиться к Гарнету или Каннингу, если ему не нравятся мои цены. Под конец он все-таки понял, что я не собираюсь его обманывать, но мне было неприятно, что пришлось это доказывать.
Декер подумал, что раньше подобные препятствия только бы раззадорили ее. Сегодня, судя по всему, было иначе.
— А потом? — спросил он.
Джонна перечислила все перепалки и пререкания, которые выпали на сегодняшний день. И хотя о ссоре с Грантом она не упомянула, все же на душе у нее полегчало.
Декер молча слушал. Он сидел, лениво полузакрыв глаза, в свободной и расслабленной позе, совсем не соответствующей строгой обстановке столовой. Пока Джонна говорила, он держал чашку с кофе перед собой и ни разу не поставил ее на блюдце.
Интересно, все ли она ему расскажет? Наверняка нет. Она вела рассказ ровным голосом, словно все принятые ею решения имели одинаковое значение для судеб «Морских перевозок Ремингтон». Она почти не жестикулировала: большее время ее изящные руки спокойно лежали на коленях. Голос был сдержанный и ровный, а спина могла поспорить своей прямизной со спинкой стула.
А какие у нее были глаза!.. Они притягивали Декера, хотя он и сидел на другом конце стола. И в глубине этих потемневших фиалковых глаз он видел скрытую страстность.
— Ну вот и все, — закончила она. Под взглядом Декера ей стало немного неловко, и она взяла чашку. Этот ленивый взгляд лишал ее покоя больше, чем если бы Декер подошел к ней. Прядь волос, выбившаяся из прически, упала ей на щеку, и Джонна отбросила ее будто случайным жестом, который явно не удался. Это было так несвойственно ей и увеличивало чувство неловкости.
— Не хотите ли чего-нибудь еще, капитан Торн? — спросила она. — Кофе? Или выпить?
Декер, слегка улыбнувшись, покачал головой.
— Ну и денек же у вас был! — сказал он. Джонна кивнула.
— Должно быть, вы испытали облегчение, когда в разгар всех этих дел вас посетил мистер Шеридан? — Декер заметил, что ее пальцы сжали чашку с такой силой, что кончики их побелели. — Так сказать, в разгар шторма.
«В самую точку!» — уныло подумала Джонна. Если бы она все рассказала о сегодняшнем дне, Декер понял бы, что Грант Шеридан сам и устроил этот шторм.
— Откуда вы знаете, что мистер Шеридан приходил в контору? — спросила она.
— Мне сказал мистер Дэниеле. Помните, я говорил вам, что отправил его на корабль за своей одеждой. Наверное, он хотел объяснить свое появление в гавани, в случае если бы вы узнали об этом от кого-нибудь, вот и заглянул в вашу контору.
— В то время, когда мистер Шеридан находился там?
— Вот именно.
Наступило молчание, во время которого Джонна пыталась сообразить, что мог нечаянно услышать мистер Дэниелс и, главное, что он мог рассказать капитану. По самому Декеру ничего нельзя было понять. Легкая улыбка, внимательные синие глаза, даже слегка изогнутая бровь только делали его более непроницаемым. Он мог знать все или ничего, и в любом случае сохранил на лице это спокойное, насмешливое выражение.
Тут Декер решил прийти к ней на помощь.
— Сегодня вечером я уеду отсюда, — сказал он. — Джек уплатил за комнату, которую я снимал, и у меня есть пристанище. Он сказал, что через два дня «Охотница» должна отбыть в Чарлстон. Я хотел бы взять на себя командование, если вы не возражаете.
Джонна заморгала, пытаясь осмыслить услышанное.
— Вам совершенно незачем уезжать отсюда сегодня, — возразила она.
— Но нет причины и оставаться.
— Вы уже совсем здоровы? Прежде чем вы уедете, я хотела бы поговорить с доктором Харди. — Джонна не верила своим ушам. Что она говорит? Ведь его отъезд улучшил бы натянутые отношения с Грантом. Она вновь подумала: что ему известно? Что скрывается за этим жестом — галантность или эгоизм?
Он упомянул «Охотницу». Может, стремление оказаться на капитанском мостике стоит за его желанием покинуть ее дом?
— Вы можете уехать утром, после осмотра врача.
Улыбка Декера стала шире. Джонна говорит так, словно в ее власти удержать его!
— Если вы уедете сегодня, я не позволю вам командовать «Охотницей»!
Улыбка исчезла с лица Декера, и он подался вперед. Опять он ее недооценил. Значит, действительно она может удержать его здесь.
— Вы всегда добиваетесь своего? — осведомился Декер.
— Да, — ответила она просто. — Всегда.
Декер задумался. Его взгляд остановился на ямочке у рта. Джонна выглядела весьма довольной собой, насколько это позволял ее отчужденный вид.
— Должно быть, ваш жених терпеть этого не может. Вы с Шериданом весьма похожи.
— Мы с Шериданом не помолвлены, какие бы противоречивые слухи ни дошли до вас. А в своей настойчивости он ничем не отличается от любого известного мне мужчины.
— Вот как? Мне кажется, я только что очень легко поддался на ваш шантаж.
Джонна пожала плечами:
— Это потому, что вы бесхребетный человек.
— В буквальном или переносном смысле? — лениво полюбопытствовал Декер, снова развалившись на стуле. Джонна поджала губы.
— В любом.
Декер никак не мог сообразить, что ответить, но от напряженной умственной работы его спасли голоса, раздавшиеся в коридоре. Даже через закрытую дверь Декер узнал отрывистый, властный голос Гранта Шеридана, приказывающий миссис Девис пропустить его в столовую.
Дверь отворилась, Джонна встала и направилась к Шеридану.
— Грант, — приветливо проговорила она, протягивая ему руки. — Какой сюрприз!..
Шеридан, не обращая на нее внимания, пронзительным, резким взглядом поверх ее головы смотрел на Декера. Ответный взгляд Декера был безмятежным, без всякого вызова. Шеридан первый отвел глаза и сжал руки Джонны.
— Я возвращался с собрания в Фэнейл-Холле, — сказал он, — и решил зайти, чтобы извиниться за сегодняшнее.
Если бы Грант не держал ее руки, Джонна прикоснулась бы к своим губам. Не за поцелуй ли просит он прощения? Вряд ли их спор заслуживает извинений. Просто у них разные точки зрения на присутствие Декера в ее доме.
— Прошу вас, Грант, садитесь. — Она посмотрела через плечо на Декера. — А еще лучше, давайте перейдем в гостиную. Там будет удобнее.
Но Декер отказался:
— Я иду спать. Надеюсь, завтра утром доктор Харди отпустит меня.
Грант вопросительно взглянул на Джонну.
— Капитану Торну не терпится вернуться к своим обязанностям, — объяснила девушка. — Если врач позволит, он уедет завтра утром.
— Приятная новость!
Декер встал и почти неслышными шагами подошел к двери. По дороге он встретился взглядом с Шериданом.
— Я знал, что вы будете рады этому, — бросил он. И вышел, оставив Джонну и Шеридана наедине.


Было поздно, когда Декер выглянул из своей комнаты. В доме стояла тишина. Слуги, жившие в особняке, спали в своих помещениях, а Джонна давно вернулась к себе в западное крыло. Декер тихо прошел по коридору и спустился вниз по черной лестнице. Неслышно проскользнув через кухню, он заглянул в кладовую, затем проследовал дальше, в самую глубину дома. Наконец он нашел прачечную.
Ему так и не вернули одежду. Две последние недели он провел в постели, и одежда была ему не нужна. На тот случай, когда ему требовалось встать, у Декера была ночная рубашка и халат покойного Джона Ремингтона. Он спрашивал о своих вещах у миссис Девис, но она уклонялась от прямого ответа. Тогда Декер понял: Джонна опасалась, что, получив свои вещи, он уедет. Из-за этого он и послал мистера Дэниелса в гавань. Если прислуга не смеет ослушаться приказания Джонны и не возвращает ему вещи из прачечной, он решил раздобыть одежду, хранившуюся на «Охотнице».
Свои вещи он нашел именно там, где они, со слов Тесс, и лежали. Одежда была сложена аккуратной стопкой. Быстро перебрав ее, он обнаружил свою кожаную куртку. Все следы пребывания в соленой воде были удалены, а висевшая на ниточке пуговица крепко пришита. Декер все это заметил, но его интересовало другое.
Он пробирался через весь спящий дом с целью достать из куртки одну вещицу. Потрогав потайной карман, Декер убедился, что талисман на месте. Впервые за все эти дни, когда талисман был для него недосягаем, Декер почувствовал облегчение. Не суеверие привело его сюда. Здесь находилось его наследство.
Просунув два пальца в кармашек, Декер нащупал серьгу и вытащил ее. Золотая подвеска сверкнула, освещенная пламенем свечи. Жемчужина словно засветилась. Декер положил серьгу на ладонь и принялся ее рассматривать. После купания в бостонской гавани и чистки куртки серьга выглядела ничуть не хуже. Конечно, ему повезло, что она уцелела. Она могла утонуть в морской воде или просто исчезнуть. Ее мог обнаружить любой человек, приводивший в порядок куртку. Возможно, ее и видели, но никто не взял себе.
Было время в его жизни, когда он не отличался подобным великодушием.
Декер сжал руку в кулак. Прихватив свечку и остальную одежду, он поднялся по лестнице, ведущей в кухню, и на пороге остановился. За столом с кружкой теплого молока сидела в полном одиночестве Джонна. Когда она подняла глаза и увидела Декера, на лице не появилось удивления.
— Мне не спится, — сказала она.
Декер не мог этим же объяснить свое появление на кухне. Он даже и не пытался уснуть. Он специально ждал, пока все обитатели дома улягутся. Очевидно, у него неверное мнение о Джонне.
— Я хотел забрать свои вещи.
Джонна не стала комментировать его слова, хотя время для этого он выбрал довольно странное.
— Вы уезжаете? — спросила она спокойно.
— То есть сейчас? — Декер отрицательно покачал головой. — Нет, я уеду утром.
Она вдруг стала сосредоточенно рассматривать кружку с молоком. Ресницы у нее были густые и такие же темные, как волосы. От пара, поднимавшегося над кружкой, лицо порозовело. В простой ночной рубашке и в своем любимом пеньюаре она казалась совсем юной. Волосы она заплела в нетугую косу и перекинула на грудь, ничем не завязав кончика, и коса немного расплелась. Декеру страшно захотелось заглянуть под стол и посмотреть, не сидит ли она босиком.
В этот момент она вовсе не походила на женщину, которая управляет судоходной империей.
Капля горячего воска упала Декеру на руку. Оттолкнувшись от косяка, он положил одежду на стол, поставил свечу перед Джонной и счистил с руки воск.
— Вы не обожглись? — Она опустила кружку и, не спрашивая разрешения, взяла его за руку. Он по-прежнему сжимал в кулаке серьгу. — Дайте-ка я взгляну.
— Ничего страшного.
— У вас будет волдырь. Нужно смочить холодной водой.
Декер отнял руку. Пальцы Джонны, скользнувшие по его коже, были очень нежными.
— Ничего страшного, — повторил он. Она пожала плечами.
— Хотите молока? Я могу подогреть.
— Я не люблю теплое молоко.
Джонна посмотрела на свою кружку, и на лице ее появилась слабая, кривая улыбка.
— Я тоже.
— Тогда почему…
— Привычка, я полагаю. Кроме того, оно успокаивает.
И она тут же опустила глаза, словно смутившись своего признания. Декер не знал, что на это сказать. Интересно, что она сделает, если он положит руку на ее голову, запрокинет лицо и поцелует в дрожащие губы? Остановит, если он положит руку ей на грудь?
— Я обычно подогревала молоко отцу, когда ему не спалось, — проговорила она минуту спустя. — Мы часто сидели с ним здесь, на кухне, и разговаривали — иногда несколько минут, а иногда до самого рассвета.
— Вы скучаете по отцу?
— Почти все время, — сказала Джонна. Она, казалось, была не против его общества. Декер выдвинул стул и уселся сбоку от Джонны.
— А по матери вы скучаете?
— Нет, — ответила девушка. — Но отец тосковал. Теперь я это поняла. Я мало жила с мамой, поэтому годы, прожитые вместе с отцом, для меня особенно дороги. — Она опять взглянула на Декера, словно оценивая его реакцию на свои следующие слова:
— Знаете, отец хотел сына.
Ни Джек, ни брат даже не упоминали об этом. Может быть, Колин так много значил для Ремингтонов еще и по этой причине?
— Я не знал.
— Это так. Мама умерла, подарив ему мальчика. Но ребенок тоже умер. Кажется, папа так и не простил себе этого. — Джонна выпрямилась и невесело засмеялась. — Не понимаю, зачем я все это вам говорю?
Декер отодвинул кружку с молоком подальше, чтобы Джонна не могла до нее дотянуться.
— Возможно, вам нужна твердая опора, — бросил он.
Джонна улыбнулась, и эта улыбка пригвоздила Декера к стулу. Ему пришла в голову мысль, что она правильно делает, пряча свои чувства и мысли от посторонних глаз. В бостонской гавани женщины с внешностью Джонны Ремингтон командуют только в одном месте — в спальне, выходящей на боковую улочку.
Улыбка Джонны дрогнула, а затем и вовсе исчезла под изумленным взглядом Декера. Она облизнула верхнюю губу, убирая молочную полоску, и спросила, указывая на сжатую в кулак руку:
— Что у вас там? Серьга?
Брови Декера высоко взлетели.
— Вы знаете о ней?
— Конечно, — просто ответила она. — Одна из служанок нашла ее у вас в куртке во время чистки. Она показала ее миссис Девис, а та принесла мне. Я уверила ее, что серьга не украдена, и велела положить обратно. Можно? — Джонна протянула раскрытую ладонь.
С некоторой неохотой Декер разжал кулак и, сам не понимая, зачем он это делает, положил сережку на ладонь девушке.
Восхищаясь драгоценной вещью, Джонна перевернула ее и увидела буквы ER, выгравированные на золотой капле.
— Какая красота! — проговорила Джонна тихим, почтительным голосом. — Elizabeth Regina. Королева Елизавета. Колин описывал мне эту серьгу. Ее изготовили ко дню коронации Елизаветы, не так ли? А это значит…
— Что ей почти триста лет.
— Она очень ценная.
— Она бесценна, — сухо возразил Декер. В его голосе Джонна почувствовала незнакомую резкость. Она вернула ему серьгу, и Декер спрятал ее в карман куртки.
— Простите, — сказала девушка. — Я не хотела вас обидеть. Я немного знаю, что значит для вас эта вещь.
— Вы можете знать только то, что вам рассказал Колин, — холодно проговорил молодой человек. — Вы понятия не имеете, что она действительно для меня значит.
Джонна слегка приподняла брови.
— Простите, — повторила она. — Конечно, вы правы.
Декер никак не прореагировал на ее извинение, возможно, он его даже не слышал. Когда Джонна произносила его, Декер встал и с грохотом отодвинул стул.
— Наверное, я все же выпью в конце концов, — сказал он.
— Молоко в холодном шкафу сзади… — Джонна осеклась, потому что Декер направился обратно в кладовую. Он вернулся с полупустой бутылкой виски, которую приметил еще по пути в подвальное помещение.
— Стаканы?
Джонна указала на посудный шкаф.
— Два, пожалуйста.
Ничего не говоря, Декер достал два стакана, поставил их на стол рядом с бутылкой и налил добрую порцию в каждый. Подняв стаканы, внимательно посмотрел на них и наконец подал Джонне тот, в котором, по его оценке, виски было чуточку меньше.
— Так почему же вам не спится? Вы опять поспорили с Шериданом?
«Опять?» — чуть было не возразила она, но передумала. Что случится, если Декер узнает о ее первом споре с Грантом? Что плохого, если он узнает и о последнем?
— Вы слышали, он сказал, что был вечером в Фэнейл-Холле. Там выступал Гаррисон.
— Собрание сторонников отмены рабства?
Джонна кивнула.
— Вы этого не одобряете?
— Это не совсем точно, — начала она. — Я считаю, что это опасно. Он был очень возбужден, когда пришел сюда. У него появилась идея встретиться с человеком, которого называют Сокол.
— Сокол? — Декер посмотрел на Джонну с недоумением. Она же предполагала, что это имя вызовет у него иную реакцию. — Я не знаю такого имени.
— Значит, вы единственный человек в Бостоне, которому оно неизвестно. Разве вы не читаете газет, капитан Торн?
— В последнее время — нет.
— Об этом человеке писали задолго до того, как вы слегли.
— Значит, я прозевал эту статью, — беспечно ответил Декер. Джонна фыркнула, ясно давая понять, что другого она и не ожидала.
— Сокол — это имя, которое дали получившие свободу рабы своему освободителю. Гаррисон услышал об этом и написал статью в своей газете.
— Стало быть, это мужчина?
Джонна открыто посмотрела на него.
— А почему вы думаете, что их освободитель — мужчина? — спросила она. — Это могла быть и женщина.
— Вам очко. — Декер отхлебнул виски.
— Вероятно, это мужчина, — уступила она. — И вряд ли Сокол — настоящее имя. Это было бы довольно глупо, не так ли? Несомненно, рабы не собирались выдавать его.
Джонна придвинулась к самой спинке стула и подтянула колени к груди. Из-под пеньюара высунулись пальцы ног. Декер отметил, что она действительно босая.
— А зачем Грант хочет с ним встретиться? — спросил Декер.
— Ему пришло в голову, что он может помочь Соколу. Деньгами. Кораблями. Еще связать его с «подземкой». Что-нибудь в этом роде. Грант хочет активно участвовать в деле, в которое верит.
— Значит, мистер Шеридан не бесхребетный человек. Какое счастье для вас!
Фиалковые глаза Джонны впились в лицо Декера, ища следы сарказма. Но сарказма не было ни в его чистых, точеных чертах, ни в голосе.
— Да, — сказала она. — Да, нам обоим повезло.
Декер отметил, что в ее голосе не было уверенности. Он вспомнил, что сегодня вечером она особенно подчеркнуто сообщила, что Шеридан не является ее женихом.
— Вы беспокоитесь за него? — спросил Декер.
— По-моему, есть основания.
— Мне кажется, он в состоянии постоять за себя. — Декер потер то место на голове, куда пришелся удар Шеридана.
— В драке — возможно. Я говорю о таких делах, которые могут привести его на виселицу.
— Но не здесь же, в Бостоне!
— Однако Шеридан иногда плавает на своих кораблях. И сейчас отправляется на Юг. Если он возьмет на борт беглых рабов…
— Понятно.
Он немного поколебался, осушил свой стакан и резко отставил его.
— Скажите мне одну вещь, мисс Ремингтон. Если вы так восхищаетесь этим человеком, то почему не соглашаетесь выйти замуж за него?
Джонна ответила не сразу. Она не знала, что ответить, пока с ее губ не слетели слова:
— Вы не будете слишком возражать, если я попрошу вас поцеловать меня?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо



очень хорошая книга. Иногда даже с не предсказуемыми моментами...
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоТаня
29.05.2012, 22.24





Хочу отдать должное автору романа! Это вторая книга ее, что я прочитала. Мне очень понравилось. Полность согласна с предыдущими оценками 10/10.
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоОльга
15.02.2013, 2.38





Хочу отдать должное автору романа! Это вторая книга ее, что я прочитала. Мне очень понравилось. Полность согласна с предыдущими оценками 10/10.
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоОльга
15.02.2013, 2.38





Хочу отдать должное автору романа! Это вторая книга ее, что я прочитала. Мне очень понравилось. Полность согласна с предыдущими оценками 10/10.
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоОльга
15.02.2013, 2.38





Мне понравилось,хорошая книга...10/10
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоЮля
11.09.2015, 23.52





Бесподобная книга.Прочитала все 3 книги и очень понравилось.Так что всем советую прочесть эту серию про братьев
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоАнна.Г
7.10.2015, 9.06





Понравился роман.
Мое безрассудное сердце - Гудмэн ДжоЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
10.01.2016, 0.06








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100