Читать онлайн Безумный экстаз, автора - Гудмэн Джо, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Безумный экстаз - Гудмэн Джо бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.91 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Безумный экстаз - Гудмэн Джо - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Безумный экстаз - Гудмэн Джо - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гудмэн Джо

Безумный экстаз

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

Этан тяжело опустился на край постели и нахмурился.
— Что сказал тебе сегодня Хьюстон? Мишель покачала головой.
— Ничего, — отозвалась она, снова отвернувшись к окну. — Ничего особенного.
Этан пропустил ату ложь мимо ушей.
— Тогда что же случилось? Мишель пожала плечами:
— Мы побывали на рудниках. Он показывал мне их, пока не приехал Оби и не привез ему весть от Джейка, Потом Хьюстон уехал, а мы с Оби осмотрели остальное.
Этан был твердо уверен, что Оби не мог оказаться причиной ее слез. Он стер мыльную пену со щеки.
— Мишель, думаю, самым лучшим будет, если ты расскажешь…
В ее смехе явственно прозвучала горечь.
— Ты имеешь в виду — доверюсь тебе? Но когда я пыталась сделать это прежде, ты живо образумил меня. Нет, Этан, я не стану откровенничать. Я не собираюсь дове… — Мишель взглянула на собеседника, и увиденное заставило ее замолчать. Этан уже стер пену со щеки и вдоль скулы. На шее тоже не было пены, но он оставил толстые пенные усы над верхней губой. Ощущение полустершегося воспоминания вернулось к Мишель. Она уставилась на Этана, ловя ускользающее воспоминание и зная, что теперь подбирается к нему ближе, чем когда-либо прежде.
Этан не знал, что послужило толчком для ее воспоминаний, но в первый же момент понял, о чем думает Мишель. Ее губы слегка приоткрылись, линия скулы изменилась. Борьба, отражающаяся в выразительных зеленых глазах, прекратилась. На мгновение она сменилась оцепенением, затем недоверием, и внезапно, в тот момент, когда зрачки Мишель заметно расширились, на ее лице появилось совершенно новое выражение — она вспомнила.
Мишель затушила окурок и положила его на подоконник, прикрывая окно.
— Я тебя знаю, — объявила она.
Этан выжидательно промолчал. Он стер пенные усы, только сейчас понимая, чем выдал себя, и вздохнул.
— Вряд ли мы знакомы, — возразил он. — Возможно, прежде ты видела меня, но не знала. — Он поднялся и закрыл засов на двери, чтобы избежать нежелательных визитов во время беседы.
— Ты ошибаешься, я знаю тебя. Ты — Маршалл.
— Тише! — Он остановился у комода спиной к постели и смыл остатки мыла с лица. Снова повесив на шею полотенце, он сел и стиснул руки, пытаясь прогнать внезапно возникшее напряжение. Он уже собирался заметить, что поскольку Хьюстон — шериф, то должность маршала не делает ему чести, но Мишель продолжила вспоминать вслух.
— В тот день я пыталась встретиться с Логаном, — медленно, словно в забытьи проговорила она, возвращаясь к впечатлениям прошлого. — Господи, с тех пор прошло всего шесть месяцев! Тогда я еще отвечала на письма да изредка писала заметки для страницы светских новостей. Я хотела получить особое задание, освещать дело об убийстве. Я долго обдумывала те стороны преступления, о которых больше никто не задумывался. Но, чтобы начать статью, мне было необходимо получить согласие Логана.
Весь день я набиралась смелости, готовясь к разговору, и когда наконец решилась, оказалось, что у Логана назначена встреча с другими людьми. Я успела заметить, как ты входил в его кабинет. Я обменялась парой замечаний с секретарем Логана, и он сообщил мне, что ты Маршалл.
Слабый румянец тронул щеки Мишель, когда она припомнила еще более неловкие минуты того дня.
— Я решила встретиться с Логаном несколько часов спустя и не подозревала, что его разговор еще продолжается. Я совершенно оторопела, когда он сообщил, что в кабинете мы не одни. — Мишель грустно улыбнулась. — В тот миг я была бы рада провалиться сквозь землю. Помню, как я обернулась и увидела сидевших в комнате троих мужчин. Странно, какими неожиданными бывают мысли в такие моменты. Я подумала только: высокий, смуглый, привлекательный. — Мишель взглянула на Этана и заметила, как под густым загаром на его лице проступил румянец. — Но прежде чем ты растаешь от лести, признаюсь, что в этом перечне ты был всего лишь смуглым. Высоким я назвала старшего джентльмена, а привлекательным — того, что был помоложе.
Прищуренные глаза Этана слегка раскрылись, он был действительно польщен.
— Ты верно сказала, в такие моменты в голове возникают странные мысли. Помню, я подумал о том, как нелепо выглядят карандаши у тебя в волосах.
Мишель машинально ощупала пучок волос.
— С тех пор я привык к ним, — добавил Этан. Мишель уронила руку на колени. Минуту она не могла заставить себя взглянуть на Этана.
— Но что это за родство с Логаном? Мне известно, что у него есть брат Кристиан, а других близких родственников давно нет в живых, по крайней мере так я всегда считала.
Родство с Логаном? Этан искренне удивился. О чем она говорит? Почему она приняла его за родственника Логана Маршалла? Только повторив фамилию про себя, Этан понял, в чем дело: «Маршалл» и «маршал» — звучит почти неотличимо. Она впала в естественное заблуждение еще шесть месяцев назад, когда Этана при ней назвали маршалом. У нее нет причин менять мнение, если только Этан не позаботится об этом, а он считал, что еще рановато. Осторожность по-прежнему была его наилучшей защитой.
— Логан — мой двоюродный брат. Мишель кивнула:
— Так я и думала. Правда, ты совсем не похож на него. Ручаюсь, в семье тебя считали паршивой овцой.
Этан невнятно пробурчал в ответ.
— Но зовут тебя действительно Этан?
— Да, Этан. Этан Стоун. Маршалл — фамилия моей матери.
— А Логану известно, что его беспутный родственник помогает ему набивать карман?
Бурчание Этана на этот раз стало более внятным.
— А ты как думаешь?
— По-моему, вряд ли.
Иногда Этану казалось, что привести Мэри-Мишель Деннехи к нужному выводу — нелегкая задача. Но сейчас выяснилось, что это вполне возможно, надо лишь умело сыграть на ее подозрениях.
— Ты права. Он действительно ни о чем не подозревает.
— Тогда что же ты делал в его кабинете в тот день, когда мы встретились?
— Пытался заключить с ним сделку.
— А кто были те двое мужчин с тобой?
— Еще два человека, заинтересованных в этой сделке.
— Ты говоришь словно об игре в покер. Этан негромко рассмеялся:
— Это действительно было похоже на игру в покер.
— И ты выиграл?
— Мои ход еще впереди.
На щеках Мишель блестели дорожки от слез. Она подошла к умывальнику и быстро ополоснула лицо. Глядя на Этана поверх влажного полотенца, она заметила:
— Значит, то, что ты делаешь сейчас, имеет какое-то отношение к той встрече?
— Можно сказать, и так.
Мишель заинтересовалась, чем еще можно объяснить поведение Этана, и удержалась от вопросов только потому, что уже знала — не стоит ждать от Этана прямого ответа.
— Хьюстон и остальные не знают о твоей связи с «Кроникл»?
— Какая там связь! Не забывай, я ведь паршивая овца. А что касается встречи — нет, о ней Хьюстон не знает, не знает даже, что в то время я был в Нью-Йорке. Но я бы не хотел объяснять, что мне понадобилось в редакции. Услышав о той встрече, Хьюстон пожелает узнать, зачем я приходил в редакцию «Кроникл». Вряд ли об этом стоит распространяться.
— По-моему, Хьюстон уже что-то подозревает.
Этан медленно потянул за концы висевшее на шее полотенце и прищурился, устремив глаза в спину Мишель, направляющейся к стулу.
— Что подозревает? — спросил он.
— То, что я репортер, или по крайней мере мою связь с «Кроникл» — помимо того, что Дрю Бомон был моим спутником.
— Спутником? Мы же договорились называть его твоим женихом.
— Однажды Хьюстон стал расспрашивать меня, почему я не ношу кольцо, подаренное женихом в честь помолвки. Мне пришлось ответить, что официальной помолвки еще не было.
Этан тихо выругался.
— Что именно он говорил тебе сегодня? Только не увиливай!
— Кое-что серьезное, — отозвалась Мишель и под пронзительным, настороженным взглядом Этана пересказала беседу с Хьюстоном, в которой она больше молчала и слушала. Мишель не упомянула о физических угрозах, заострив внимание лишь на устных. — Он говорил намеками, — объяснила она, — угрожал, не указывая на определенные причины. Даже не знаю, зачем я передаю тебе все это. В ваших с ним угрозах слишком много общего — вероятно, ты сообщил Хьюстону, что лучше всего подействует на меня. Когда-то я поделилась с тобой страшным сном о падении в черную бездну, а сегодня Хьюстон угрожал мне вечным блужданием в руднике.
К этому времени Этан уже напрочь забыл про сон, но видел, что Мишель ничего не забыла и что угроза Хьюстона, возникшая явно по совпадению, перепугала ее. Он поднялся, открыл верхний ящик комода, вытащил платок и отдал его Мишель.
— Возьми, у тебя снова слезы.
— Спасибо. — Мишель даже не заметила, что плачет. Этан задумался о том, что произошло между вчерашним вечером, когда Хьюстон обвинил его в недостаточном внимании к Мишель, и сегодняшним днем, когда поведение самого Хьюстона приняло тревожный оборот. Неужели Хьюстон что-то узнал? Может, Ди сплела какую-то ложь про Мишель? Или же Хьюстон просто хотел запугать Мишель — на всякий случай?
Поднявшись, Этан положил руку на спинку стула Мишель, слегка коснувшись кончиками пальцев ее плеча.
— Мы оказались на перепутье, где ни один из нас не должен доверять другому, ни в коем случае не поддаваться слепой вере. Как бы мне ни хотелось сообщить тебе кое-что, я не могу этого сделать. Мой долг защищать тебя противоречит с желанием поведать тебе правду. Следовательно…
— Следовательно, я должна довериться тебе, — закончила Мишель. — Но когда я сделала это, ты лишь посмеялся. Когда я попыталась найти в тебе что-то хорошее и поверить этому, ты унизил меня, словно школьницу в пору первой влюбленности.
Сравнение оказалось удачным. Мишель тянулась к Этану, пытаясь обрести равновесие в своем шатком мирке.
Ее чувство к Этану было естественным, может быть, неизбежным. Этан напомнил себе, что в других обстоятельствах Мишель вряд ли уделила бы ему больше внимания, чем любому другому мужчине не ее круга.
— Нет, я не согласна, — продолжала она. — Я не собираюсь принимать каждое твое слово на веру. Тебе придется найти веские доказательства. — Она подняла голову, выжидательно глядя на Этана.
— Я не убивал Дрю Бомона. Мишель вздохнула и покачала головой.
— Этого мало. Время, когда ты мог признаться, упущено. — Она поднялась и сделала шаг в сторону, собираясь обойти Этана. Он преградил ей путь. — Так что же?
Этану хотелось обо всем рассказать ей. Он приоткрыл рот и прищурился, от чего морщины в углах глаз обозначились яснее. Все его тело напряглось — и внезапно расслабилось.
— Нет, — наконец произнес он. — Не могу. Я променял бы твою безопасность на возможность быть с тобой в постели. Мне казалось, что я эгоист, но, может, я ошибся.
В любом случае ты заслуживаешь большего.
Мишель смутилась, тронутая желанием, которое заставляло Этана открыть правду, и самоотречением, тут же вынуждавшим сделать шаг назад.
— Если ты расскажешь мне о чем-нибудь, чтобы вызвать доверие к себе, хоть о самой малости, разве это повредит тебе?
— Ты можешь по какой-нибудь мизерной и досадной оплошности выдать меня. Так не годится. Как бы я тебе ни доверял, его невозможно. Если ты выдашь меня, погибнешь.
— Натаниель Хьюстон — твой друг? — спросила Мишель, пристально наблюдая за Этаном.
Этан помедлил с ответом и наконец произнес:
— Хьюстон использует меня, чтобы получить то, что хочет. И я использую его по той же причине.
— И все-таки он твой друг? — Мишель не подозревала, каким умоляющим сделался ее взгляд. — Он нравится тебе, ты ему доверяешь?
— Нет — ни то, ни другое, ни третье. — Этан помол чал. — Ты это хотела услышать?
— Этого достаточно.
— Должно быть достаточно. Если бы я недооценивал Хьюстона, я рассказал бы тебе больше.
Мишель все поняла — Хьюстон представлял собой опасность, и Этан помнил о ней, а не о самом человеке.
— Достаточно, — повторила она.
За окном сумерки мало-помалу вползали в Мэдисон, скрывая силуэты гор. В домах на главной улице то тут, то там зажигали лампы. Этан задернул шторы. Мишель принялась выбирать шпильки из волос.
— Давай помогу, — предложил Этан.
— Хорошо. — Мишель убрала руки и. застыла в ожидании, глядя в лицо Этану. Густые ресницы отбрасывали тень на его глаза, но в их глубине мелькал блеск, который заставлял Мишель неподвижно сидеть на месте. Она трепетала внутри.
Этан остановился в нескольких дюймах от нее и поднял руки. Его пальцы пригладили пушистые короткие пряди на затылке. Он услышал, как Мишель затаила дыхание.
— Я напугал тебя, Мишель?
— Когда ты смотришь на меня вот так, — она покачала головой, не в силах договорить. Бессознательно Мишель склонилась к его руке и потерлась щекой о ладонь, — …я снова хочу тебя.
Этан ощутил, как тесно воздуху в легких, прежде чем смог сделать следующий вздох. Его пальцы перебирали волосы Мишель. Он вынимал шпильки, распускал густые жгуты волос, расправлял, гладил их. Шелковистые, кудрявые локоны медного, золотистого и рыжего оттенков струились между его пальцами. Подняв всю массу волос Мишель над плечом, Этан выпустил ее и зарылся в волосы лицом. Ее кожа на ощупь была нежной, атласной. Он пробовал ее вкус и упивался им. Ее руки обвились вокруг его талии, удерживая его, поглаживая обнаженную спину, слегка прикасаясь отточенными ноготками. Мишель провела ладонью вдоль позвоночника, остановила пальцы чуть ниже пояса джинсов и положила их на живот. Неловкими руками она принялась расстегивать пуговицы.
Губы Этана обжигали ее кожу, язык оставлял на шее влажные полосы. Этан нашел зубами мочку ее уха и осторожно сжал. Его губы метнулись вверх, коснулись виска Мишель и ощутили слабое биение пульса, скользнули по лбу, тронули ее тонкие брови, опущенные веки, изящный изгиб скул и достигли краешка губ. Рот Мишель требовательно и жадно приоткрылся. Она прижалась к губам Этана и дотронулась до них языком, не скрывая своих желаний.
Этан был изумлен ее явной и откровенной страстью. В его жизни еще не было подобной женщины. Вся ее сдержанность пропадала, едва возникало желание. Она действовала, не стесняясь силы своего порыва. Мишель наконец-то сумела справиться с пуговицами на джинсах, стащила их и принялась за белье. Этан сжал ее запястья, как когда-то Мишель останавливала его.
— Если ты не остановишься, мне придется бросить тебя на постель, задрав юбки.
— Я не против.
— Зато я против. — В его голосе появилась еле заметная хрипота. — Я хочу видеть тебя.
Улыбка Мишель была бесхитростной, не соблазнительной, а выдающей подлинную радость. Она помогла ему справиться с застежками. Этан спустил с плеч зеленое платье. Мишель усмехалась, пока он возился со шнуровкой корсета. Попятившись к кровати, она упала на нее, опираясь на локти и поднимая ноги поочередно, чтобы облегчить Этану канитель с туфлями и чулками. Этан отбросил их через плечо, не глядя. Туфли глухо стукнулись о пол, чулки мягко спланировали на них.
Этан опустился на постель рядом с Мишель, они лежали по диагонали. Их губы соприкоснулись и сжались.
Этан приподнял ее рубашку и провел ладонью по гладкой коже живота. Мишель подняла руки над головой, помогая Этану снять рубашку. Она отравилась вслед за чулками. Этан прикоснулся к розовым соскам, и они потемнели, затвердевая и приподнимаясь.
Этан склонился и задел языком один из сосков. Мишель нетерпеливо шевельнулась. Этан перешел к другому соску, пробуя его нежную плоть кончиком языка. Мишель выгнулась и запустила пальцы в волосы Этана, притягивая его к себе. Движения его языка пробуждали в ней пламя.
Их ноги переплелись. Оставшаяся одежда была поспешно сорвана, и теперь в ворохе смятых простынь соприкасались их обнаженные тела. Мишель потянулась к нему, и Этан увидел, как ее руки сомкнулись вокруг него.
— Впусти меня.
Она раздвинула бедра. Этан заметил, что Мишель наблюдает за ним, и в ту же секунду оказался в самой глубине. Ее тело крепко сжало его. Пальцы Мишель скользнули по упругой коже его ягодиц.
Этан поцеловал ее, и игра языков стала прелюдией к игре тел. Задохнувшись от наслаждения, Мишель отстранилась и покрыла стремительными, чувственными поцелуями его лицо и шею. Ее бедра приподнимались в ритме его движения. Она напрягалась и снова открывалась, впуская его.
Он шептал ее имя, прижавшись губами к коже. Волосы разметались по постели, обвились вокруг пальцев Этана. Мишель кусала губы, сдерживая стоны наслаждения. Этан припал к ее приоткрытому рту своим ртом, впитывая ее хриплые краткие крики и отвечая собственными. Наслаждение нарастало.
Дрожь проходила по коже, заставляя напрягаться тела, делая их чувствительными к малейшему прикосновению. Мишель казалось, что она стоит на краю той самой бездны, которой так опасалась, и Этан побуждает ее сделать еще один шаг. Мишель послушалась — и прыгнула.
Но Этан не бросил ее, руки обнимали Мишель, голос успокаивал и ободрял. Наслаждение становилось невыносимым, и таким же острым было сознание взаимности этого наслаждения.
Когда их дыхание выровнялось, Этан приподнялся, чтобы отодвинуться.
— Не уходи, — попросила Мишель.
Он коснулся губами краешка ее рта.
— Хорошо. — Этану нравились ласки ее пальцев, скользящих по его спине. Позднее, когда он вновь задвигался, Мишель уже не возражала, но перевернулась вместе с ним, их тела снова сплелись, а голова Мишель оказалась во впадине плеча Этана. Они умудрились забраться под одеяла, не тратя лишних сил.
Мишель подняла голову и рассеянным движением пригладила волосы на виске Этана.
— У тебя седые пряди. Ты знаешь?
— Я знаю только, что несколько недель назад их было гораздо меньше.
— Полагаю, в этом тоже виновата я.
Этан пожал плечами:
— Тебе решать.
Мишель шутливо толкнула его кулачком в бок.
— В чем дело? — спросила она, услышав тихий возглас Этана. — Тебе больно?
Этан смотрел мимо лица Мишель, на ее грудь — здесь кожа заметно покраснела, словно по ней долго водили жесткой щеткой.
— Неужели это моя работа?
Мишель взглянула на собственную грудь и заметила красноту.
— Это не больно, — заверила она. — И потом, это моя вина. Я помешала тебе бриться. — Этан сел, чтобы немедленно исправить упущение. Мишель опрокинула его на спину и зажала ноги своими ногами, а затем удовлетворенно усмехнулась. — Вот так-то лучше. Я совсем не против щетины. — По ее коже расплывалось приятное тепло. Мишель осторожно провела кончиками пальцев по щеке Этана, — Можешь опять отпустить усы. Уже не важно, если я снова увижу тебя с ними.
— Я подумаю над этим. А пока… — Этан остановился на полуслове, услышав стук в дверь. — Кто там? — нетерпеливо крикнул он.
Из-за двери послышался голос Кармен:
— Я ищу Мишель. Она с тобой?
Едва Мишель собралась ответить, как рука Этана зажала ей рот.
— Со мной, — отозвался Этан, — но она занята. — В этот момент Мишель как раз ласкала его плоский живот.
— Послушай, отпустил бы ты ее! Она пообещала нам помочь с новым танцем.
Этан покрепче сжал Мишель, которая затрепыхалась в его руках, пробуя высвободиться и ответить Кармен.
— Сегодня она вообще не спустится вниз. Она еще не оправилась от похмелья.
— Странно. Недавно я видела ее вполне здоровой.
— Новый приступ, — коротко объяснил Этан. Рядом с ним Мишель затряслась от смеха, по крайней мере Этан надеялся, что от смеха, а не от гнева.
— Ди будет недовольна, — предупредила Кармен.
— Да ради Бога! — Этану показалось, что Кармен за дверью неодобрительно фыркнула, прежде чем отойти. Он дождался, пока звук шагов Кармен не затихнет на лестнице, и медленно убрал руку со рта Мишель. Она хохотала.
— Тсс! — Этан быстро поцеловал ее, заставляя замолчать. — Кто-нибудь может услышать. — Он отвел волосы с ее щеки и шеи. — Кстати, как ты себя чувствуешь? Вчера ты выпила лишнего.
Воспоминание об утреннем похмелье вызвало у Мишель обессиленный стон.
— Сейчас со мной все в порядке. А ты сомневался? — Мишель улыбнулась. — Но если ты и в самом деле хочешь защитить меня, больше никогда не позволяй мне пить так много.
— Я просто не смог остановить тебя. Похоже, мисс Деннехи, вам еще никто не говорил, что вы слишком упрямое существо.
— Влияние моего отца.
— В самом деле? — Этан заинтересовался. О семье Мишель он слышал только разрозненные, краткие сведения. Об отце Мишель упомянула только однажды. — Как это?
— Он никогда не отказывается от своих намерений, — объяснила Мишель. — И всю жизнь тиранит других людей.
— В том числе и твою мать? Мишель вздохнула.
— Мою мать — в первую очередь. — Она подняла глаза. — Только не впадай в заблуждение: он любит маму, притом слишком сильно. И, несмотря на все недостатки его характера, мама так же безумно любит его. Именно потому она соглашалась со всеми его решениями, какими бы мучительными для нее они ни были. Она отказывается даже от собственных убеждений — вот как она его любит.
Этан припомнил то, что Мишель говорила прежде.
— Почему же некоторые считают твою мать шлюхой?
— Это я так сказала, да? — Мишель побледнела, вспомнив свои необдуманные слова. — Напрасно. Не важно, что думают другие. Я знаю правду.
— Какую же?
— Мой отец женат.
Этан нахмурился:
— Ну, разумеется…
— Но не на моей матери, — добавила Мишель. — Она пробыла его любовницей двадцать пять лет — в сущности, женой во всех отношениях, только не по закону. Она родила ему пятерых дочерей, утешала, ободряла, боролась вместе с ним и любила его. Но все это не перевешивает тот факт, что впервые мама познакомилась с ним, когда была служанкой в его доме. Отец уже был женат. Мама никогда не делала вид, что этого не знала. Она приняла отца таким, какой он был, а он оказался не только женатым человеком, но и пресвитерианином. Он очень богат — в отличие от мамы. Предки моего отца прибыли сюда еще до революции, а ирландский акцент мамы до сих пор слишком заметен. С самого начала это был неравный брак, но каким-то образом он выжил и существует до сих пор.
— Ты рада этому?
— Это только мамина заслуга. Если не считать места, отведенного дочерям, все сердце мамы отдано отцу. Но иногда отец меня раздражает. Меня раздражает, как легко он появляется в нашей жизни и снова исчезает; мне не нравится, что время, проведенное с ним даже в детстве, всегда было ограниченным, словно украденным, мне казалось, мы отрываем его от каких-то важных дел. Прежде я думала, что он торопится к своей жене. Но, став постарше, я поняла, что работа отвлекала его от нас еще больше.
— Он платил за твое обучение?
Мишель кивнула:
— И за Мэри, Ренни и Мэгги. И за Скай. Отец никогда не допускал, чтобы мы в чем-нибудь нуждались. Не припомню ни единого дня рождения или Рождества, чтобы он не прислал нам подарки. Нас поощряли за хорошую учебу — возможно, отец знал, какую борьбу нам придется выдержать в жизни как незаконнорожденным, да еще девочкам.
— Мишель… — Ее имя прозвучало еле слышно.
— Все в порядке. Знаю, мне следовало благословлять его за заботу — никто из моих сестер не чувствует такого раздражения, как я, — но я не могу избавиться от ощущения, что отец откупается от нас.
— Однако ты многого добилась благодаря ему.
Ее смех прозвучал сухо и безрадостно.
— Знаю. Я решила избежать ошибок своей матери и стать похожей на отца. Здесь есть о чем подумать, верно?
Этан слегка прижал ее к себе.
— Мне очень помогла встреча с тобой, Этан.
— Правда?
— То, что случилось между нами… эти ощущения… они помогли мне…
— Как?
— Я стала лучше понимать маму. Иногда было так легко в душе обвинять ее, особенно в то время, когда передо мной не стоял выбор.
Этан погладил ее плечо и обнаружил, что не желает предоставлять Мишель выбора. По-видимому, Мишель тоже не жалела о принятом решении.
— Как зовут твою мать? Тоже Мэри? Мишель улыбнулась:
— Нет, Мойра. Она дала нам всем имя Мэри, по-своему разумению искупая грехи. Она не бывала в церкви уже много лет, но она глубоко верующий человек. Мэри-Фрэнсис, наша старшая сестра, приняла постриг два года назад и стала монахиней в монастыре Сестер Нищих. Это порадовало маму. Ей казалось, что она в долгу перед церковью.
— Твоя сестра — монахиня?
— А, понятно, это вызывает у тебя неловкость. Сначала Джей Мак отнесся к этому точно так же. Он ярый протестант, и мысль о том, что одна из его дочерей стала монахиней, не радовала его. Правда, он никогда не возражал открыто. Если ты считаешь меня своевольной, тебе следовало бы познакомиться с Мэри-Фрэнсис. Она умеет выражать свое мнение так же убедительно, как отец, и ты не поймешь, что тебя попросту заговорили, до тех пор, пока не услышишь собственные извинения.
Этан слушал ее вполуха. Упоминание имени заставило его пропустить остальную речь мимо ушей.
— Джей Мак? — переспросил он. — Значит, твой отец — Джон Маккензи Уорт?
Мишель села, подтянув одеяло и прикрывая грудь, и кивнула.
— Ты знаешь Джей Мака?
Этан отодвинулся и прислонился к спинке кровати. «Еще бы не знать, — подумал он, — да я на него работаю!» Этан вновь увидел себя в кабинете Логана Маршалла разрабатывающим детали плана с Маршаллом, Ривингтоном и Карлом Франклином. Джей Мака там не было, но замысел принадлежал ему, владельцу главного пакета акций Северо-Восточных железных дорог, человеку, которого представлял Франклин. Если бы Джей Мака не отозвали в тот день по личному делу, он мог бы присутствовать при встрече. Этану оставалось только догадываться, что случилось бы, прерви Мишель их беседу.
— Я слышал о Джей Маке, — убедительно отозвался он. — Но, естественно, никогда не встречался с ним.
— Никогда его не грабил? — лукаво добавила Мишель. Этан посерьезнел:
— Мишель!
— Прости. — Она склонилась и поцеловала его в губы. — Просто я подумала, что это была бы удивительная ирония судьбы. Знаешь, он ведь владелец банков.
Этан не обратил на это внимания:
— Я думал, у Джей Мака есть только сын.
— Ты говоришь про Эллиота? Это папин племянник. Сын его брата.
— А миссис Уорт?
— Нина? Мы ее совсем не знаем, по крайней мере лично. Мне всегда было немного жаль ее, но я называла себя предательницей за такие чувства. Она бездетна, заполняет свою жизнь работой. Джей Мак редко говорит с нами о жене, но как только он собирается уходить, мы вспоминаем о ней.
— Почему же ты никогда прежде не упоминала про своего отца?
— Я не упоминала и про мать, просто ни к чему было.
— Джей Мак способен в поисках тебя перевернуть всю страну.
— Я говорила, что мои родственники попытаются разыскать меня, а ты уверял, что они сочтут меня погибшей.
— Джей Мак не из тех людей, которые могут прекратить поиски, не найдя трупа.
— Вижу, его репутация получила широкую известность.
Этан подумал, какие усилия приходится прилагать Логану Маршаллу и остальным, чтобы сдержать отца Мишель. Вмешательство Уорта сейчас только осложнило бы положение дочери и почти ничем не помогло.
— Лучше бы ты рассказала об этом раньше, — вздохнул Этан.
— Когда не доверяла тебе? Я не могла. Ты же знаешь, что сделают остальные, если обнаружат, что Джей Мак — мой отец. С него потребуют выкуп, а мой труп так и не найдут.
Этан обнял ее и крепко прижал к себе. Дрожь Мишель передалась ему, и Этан ощутил ее страх так же остро, как собственный. Все деньги, власть и влияние Джона Маккензи Уорта не спасут Мишель в Мэдисоне. Только Этан мог сделать это.
— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — сказал он.
— Знаю. По-моему, я всегда знала об этом.
— Даже когда я угрожал тебе?
— Ну, может быть, тогда моя уверенность колебалась — на время. Но я всегда помнила о том, что ты защитишь меня. Вероятно, потому я и потеряла бдительность. — Мишель поцеловала его в плечо, губы скользнули к ключице, шее и стали спускаться ниже — по груди Этана, к соскам. Мишель принялась ласкать их зубами и языком — так, как ласкал ее Этан.
. Он наблюдал, как Мишель положила голову ему на живот и сунула руки под одеяло, гладя его бедра. Он отодвинулся от спинки кровати и лег. Мишель легла рядом, скользнув по нему всем телом.
— Мне нравится, — прошептала она, водя губами по его коже.
— И мне.
Мягкие локоны окружили лицо Мишель. Когда она опустилась ниже, ее волосы укрыли живот и бедра Этана. Первые робкие, неуверенные ласки ее губ вызвали у Этана ощущение, что он взорвется изнутри. Его руки сжались, слова стали хриплым» и невнятными. Мишель ласкала его, заставляя становиться твердым и горячим, и казалось, без лишних вопросов знала, что он хочет, что доставит ему высшее наслаждение. Ни одна женщина еще не дарила Этану такого удовольствия, предварительно не получив с него деньги.
— Я хочу тебя, — жадно пробормотал он, привлекая ее к себе, — я не выдержу.
— Хорошо.
— Нет, не так. Я хочу доставить тебе удовольствие. — Когда Мишель попыталась перекатиться на спину, он остановил ее, удержав за бедра. — Не так, — повторил он, — по-другому.
Изумрудные глаза Мишель потемнели, она взглянула на Этана сверху вниз. Приподнявшись, она опустилась на его живот, но теперь была заполнена им, Этан стал ее частью. Он отдался ритму ее движений, находя в нем наслаждение, о котором прежде не подозревал. Его руки ласкали груди Мишель с острыми бутонами сосков. Ее руки скользили по его животу. Под ее пальцами перекатывались мускулы. Она двигалась все быстрее в порыве своего желания, и достигла его вершины бурно, как река в половодье. Он выгнулся под ней, в последний раз проникая на невозможную глубину. Она неожиданно рассмеялась, задыхаясь от страсти и блаженства, и покрыла быстрыми поцелуями его лицо и шею.
— О Этан! — выдохнула она. — Неужели такое чудо возможно?
— Да, всегда, — ответил он, добавив мысленно: «со мной — только со мной». Он помог Мишель лечь рядом и укрыл ее одеялом, запутавшимся вокруг их ног. За окном было уже совсем темно, комнату заполнили сумерки. Этан зажег лампу у кровати, чувствуя голодное урчание в желудке.
— Я принесу тебе что-нибудь поесть, — сказала Мишель, поднимаясь.
— Только если ты раздобудешь что-нибудь и для себя. Легко прикоснувшись пальцем к нижней губе Этана, она сверкнула улыбкой.
— Ты хочешь сказать, что мне незачем прислуживать тебе?
Прелесть ее улыбки заставила Этана затаить дыхание. — А ты этого хочешь?
Улыбка Мишель медленно угасла, сменившись грустной гримаской.
— Мы оба немного изменились, верно? Вероятно, даже к лучшему, что у нас нет будущего. Мне понравилось бы заботиться о тебе так, что я перестала бы помнить о себе. Тебя это стало бы только раздражать — мне пришлось бы все время сидеть дома с детьми, петь и играть на пианино, заниматься рукоделием и тому подобным. Сейчас ты смотришь на это иначе, но потом тебе это действовало бы на нервы.
Этан поморщился, вспомнив, как когда-то спрашивал Мишель, умеет ли она делать обычную женскую работу. Она была права, оба они немного изменились.
— Пo-моему, так и должно быть, — произнес он немного погодя. Он взял Мишель за руку и поцеловал кончики пальцев. Этану казалось, он должен испытывать облегчение, узнав, что Мишель все понимает и тоже считает, что будущее для них невозможно. Но Этан чувствовал все что угодно, только не облегчение.
— Что тебе принести из кухни? — спросила Мишель, садясь.
Этан последовал за ней.
— Нет, лучше уж схожу я. Как только ты спустишься вниз, тебя позовут в зал, и мне придется отбивать тебя у десятка мужчин, тащить наверх и забыть об ужине. Похоже, будет гораздо проще сходить самому.
— Ну, если ты так считаешь… — Мишель перебил громкий стук в дверь.
— Она еще занята, Кармен, — крикнул Этан, — так что побереги кулак. — Хмыканье из-за двери не походило на голос кого-нибудь из девушек Ди.
— Это Оби, а не Кармен, — послышался голос. — И мне нужен ты, а не Мишель.
— Черт! — негромко выпалил Этан, сполз с постели и натянул джинсы. За его спиной Мишель нырнула под одеяло. Этан бросил ей халат и убедился, что Мишель успела надеть его, прежде чем открыл засов и распахнул дверь. Оби чуть не упал в комнату, когда дверь открылась.
— Мог бы и предупредить меня, — пробурчал Оби, распрямляя худосочные плечи и приподнимая шляпу в приветственном жесте. Мишель слабо улыбнулась, слегка смущенная его присутствием.
— Не будешь подслушивать под чужими дверями. Оби совсем не собирался подслушивать и все-таки виновато покраснел.
— Я не… то есть не хотел…
— Ладно, забудем об этом, — оборвал его Этан. Оби нерешительно оглянулся на Мишель и заговорил:
— Хьюстон просил передать тебе, что сегодня вечером у Ди будет… игра в покер. Он хочет, чтобы ты пришел.
— Игра в покер? — Этан не знал, то ли он ослышался, то ли неправильно понял многозначительный взгляд, которым Оби встретил его утром и сейчас. — А, игра в покер! Понятно. Я приду. — Этан начал закрывать дверь, выталкивая Оби в коридор, — В какое время?
— В половине восьмого. Этан нахмурился:
— Должно быть, уже скоро. Оби кивнул:
— У тебя осталось меньше часа.
— Хорошо, Увидимся позже. — Он прикрыл дверь. — Вот так, — объявил Этан, оборачиваясь к Мишель, — Нам придется вместе спуститься на кухню, если мы хотим поужинать. У меня нет времени носить ужин сюда.
— Но зачем понадобилось играть с Хьюстоном? И почему в комнате у Ди, когда вы с таким же успехом можете сыграть в салуне?
— В таком случае остальные захотят присоединиться к нам или по крайней мере наблюдать. А это особая, наша игра. Без чужаков.
— А, понятно. — Мишель осенило, что речь идет вовсе не о покере, а о плане очередного ограбления. — Тогда, видимо, я не смогу сыграть с вами.
— Разумеется, нет. — Этан разбирал одежду, брал свою, а одежду Мишель клал на кровать. — Может, в другой раз. — Он усмехнулся. — А ты чертовски здорово играешь в покер! Кто научил тебя?
— Отец.
Так Этан и понял. «Почерк» Джона Маккензи Уорта нельзя было ни с чем не спутать.
— Твои сестры умеют играть?
Мишель выпростала голову из выреза рубашки и одернула подол.
— Конечно. Мы часто играли вместе, и…
— Можешь не продолжать — я уже знаю, что Мэри-Фрэнсис играла лучше всех.
Мишель склонила голову, сосредоточенно завязывая шнурки корсета.
— Ну, что? — поторопил ее Этан.
— Ты же сам разрешил не продолжать, — с лукавой усмешкой напомнила Мишель. — Но ты действительно прав — Мэри-Фрэнсис была лучшей из нас во всем. Она пела, как птичка; люди плакали, слушая, как она играет на пианино. И она была не просто хорошенькой, запомни — она была красавицей. Доброй и потрясающе умной.
— Тогда почему же… — Этан осекся, и его вопрос остался невысказанным.
Мишель закончила за него.
— Почему она стала монахиней? Потому что ей все удавалось лучше, чем другим. Она была нужна Богу. Это не выбор, а призвание. — Мишель мягко улыбнулась, заметив недоумение на лице Этана. — Если бы ты знал ее ты бы лучше понял меня.
Этану пришлось удовлетвориться словами Мишель, он знал, что ему никогда не представится случай познакомиться с ее сестрой. Набросив свежую рубашку, он присел в кресло, натянул носки и сапоги.
— Прежде чем сесть за стол с Хьюстоном, мне бы хотелось услышать более подробный рассказ о той, что случилось сегодня днем.
Мишель помедлила, расправляя чулки.
— Я же рассказала тебе все, что помнила. — Она пристегнула чулки к поясу и опустила подол платья, поднимаясь с кровати. Она начала перечислять важные моменты разговора, загибая пальцы. — Он говорил, что в ту весну, когда мы «познакомились», ты оказался в Нью-Йорке потому, что грабил банки. — Этан не стал ни отрицать, ни подтверждать это. — Говорил, что мне не понравилось бы в штольне, если бы я пробыла там достаточно долго, — Этан ничем не ответил на эти слова, если не считать прищуренных глаз. — Говорил, что его отец убил его мать и самого себя, но курок нажал репортер, я запомнила эту фразу слово в слово. Ты знаешь, что это значит?
— Отца Хьюстона обвинили в растрате денег из принадлежавшего ему банка. В газеты этот случай попал по милости репортера, который знал только часть фактов. По-видимому, его целью было отвести подозрения от подлинного виновника преступления. Задолго до начала суда Хьюстоны испытали на себе всю силу общественного порицания. Хьюстон не сказал тебе только одного — что его отец стрелял и в него самого. Тогда Хьюстону было лет десять. Пуля попала ему в плечо, и он выжил. Отец решил, что мальчик мертв, это спасло Хьюстону жизнь. Эту трагедию и скандал, последовавший за ней, тоже раздули газеты. Хьюстону понадобились годы, чтобы выяснить, как все случилось на самом деле. Вот почему он не питает любви к «четвертому сословию», к репортерам.
— Он сам рассказал тебе об этом?
— Отчасти. Кое-что я узнал сам. Я привык знать, с кем работаю. — Этан поднялся и заправил рубашку в джинсы. — Но я имел в виду совсем другое, когда просил подробно передать сегодняшний разговор. Мне казалось, Хьюстон чем-то напугал тебя. Ну, что же случилось?
Мишель подошла к комоду и принялась укладывать волосы, закрепляя их шпильками.
— Не понимаю, о чем ты.
— Не увиливай, Мишель. Постой, кажется, я понял… Хьюстон запретил тебе говорить со мной об этом? — Мишель опустила голову. — Понятно. Конечно, запретил. Послушай, ты ведь уже мне почти все рассказала, почему бы не пойти до конца?
— Больше ничего не было.
Этан обошел ее, положил руки на ее плечи и взглянул на отражение в зеркале.
— Тогда почему ты так дрожишь?
Мишель не замечала этого, пока не взглянула на собственное отражение. Закончив закалывать волосы, она опустила руки и откинулась, прислонившись к груди Этана.
— На прогулке он вел себя вполне любезно, — безучастно пробормотала она, — до тех пор, пока мы не вошли в рудник. Тут он изменился. Сначала его угрозы были только словесными, затем он пустил в ход руки.
— Он ударил тебя? Мишель покачала головой:
— Нет, просто прикасался ко мне. И… целовал меня.
— И ты этого хотела?
Мишель отпрянула, уязвленная этим вопросом. Она бросилась к креслу и рухнула в него.
— Как ты можешь так говорить?
— Это был вопрос, а не утверждение. Я должен это знать, Мишель. Ты же уехала с ним по своему желанию.
— Это не значит, что я добивалась его внимания.
Этан присел на банкетку и склонился вперед, уперев ладони в колени.
— Что еще произошло на рудниках?
— Ничего. Он просто целовал меня… трогал. Не знаю, рассчитывал ли он на что-то большее, ему помешал Оби, он привез сообщение.
— Значит, Хьюстон испугал тебя достаточно, чтобы заставить держаться подальше от него?
Мишель кивнула.
Этан сидел тихо, сдерживая сжигающую его изнутри ярость. Он подавил ее, не желая выплескивать свои чувства перед Мишель.
— Что ты хочешь сделать? — спросила она, заметив, какими холодными стали его глаза. Этот холод словно прожигал ее насквозь.
Этан поднялся и взял пояс с кобурой. Услышав негромкое восклицание Мишель, он понял, что она неправильно истолковала его действия.
— Я никогда не спускаюсь вниз без оружия, Мишель. А что касается Хьюстона, я ничего не стану предпринимать, — «пока», — мысленно докончил он. — Я сыграю несколько партий в покер и выпью пива, вот и все. Мне жаль, что сегодня ты так перепугалась, но надеюсь, урок пойдет тебе на пользу.
Мишель промолчала. Она поднялась и прошла впереди Этана к двери. Они молча перекусили на кухне, почти не замечая девушек, снующих из зала на кухню и обратно с заказами посетителей.
— Я могла бы помочь в салуне, — заметила Мишель, ставя посуду в раковину и наливая туда воду. — Вряд ли я сумею весь вечер просидеть в комнате. Так или иначе девушкам нужна помощь, особенно если Ди будет с вами.
— Будет, — подтвердил Этан.
— Тогда решено. — Мишель услышала, как скрипнули по полу ножки его стула, затем Этан подошел и остановился за ее спиной, обхватив ее руками за талию. Склонившись, он поцеловал Мишель в щеку. Такой поцелуй Мишель наблюдала сотню раз у отца с матерью. Она еле заметно улыбнулась и прикрыла глаза.
— У тебя все будет в порядке? — Едва заметное ударение превратило утверждение в вопрос.
— Да. Иди играть в покер. — Мишель почувствовала, как медленно и нехотя Этан убрал руки и вышел.
В столовую Детры Этан пришел последним. Все остальные уже сидели вокруг большого дубового стола, каждый по-своему отозвался на приветствие Этана. Он закрыл дверь и занял пустой стул между Джейком и Оби. Бен Симпсон с отсутствующим видом тасовал колоду карт, словно не собираясь сдавать их. У Хэппи отвисшая нижняя губа обнажала массу табачной жвачки, а рядом с его стулом стояла плевательница. Не сводя глаз с рук сводного брата, Хэппи плюнул, метко попав в край начищенного медного сосуда. Детра раздраженно взглянула на него и пробормотала что-то о своих коврах. Хьюстон откинулся на стуле, протянув ноги под стол. С тех пор как Этан вошел в комнату, черные глаза Хьюстона не отрывались от его лица.
— Пожалуй, можно начинать, — объявил Хьюстон. — Сдавай, Бен, Оби сказал, что мы будем играть в покер. Будьте начеку, ребята, и на всякий случай положите рядом с собой деньги.
Как только карты были сданы, игроки положили по монете в центр стола, в банк. Рядом с каждым из игроков лежало несколько купюр, монет и карты, которые никто не позаботился перевернуть.
— Мишель не войдет сюда, — заметил Этан. — Сегодня она будет работать в зале.
— Береженого… — Хьюстон не потрудился договорить. — Сегодня я получил телеграмму — шифрованную, конечно. Нас попросили остановить четыреста восемьдесят шестой поезд по дороге в Шайенн. Купер пожелал, чтобы это было сделано в двадцатых числах месяца. Позднее в этом же месяце у него наклевывается дело в Сан-Франциско. Он отправится на запад поездом.
Джейк присвистнул:
— Я не ослышался? Он хочет, чтобы мы остановили поезд, в котором едет он?
Бен пожал плечами:
— Что же тут странного? Хьюстон обещал, что когда-нибудь мы встретимся с ним. Нет лучше способа узнать, что это за птица.
Хьюстон кивнул:
— В поезде будет серебро из рудников Салины — не так много, как в последний раз, но игра стоит свеч.
— Сколько там, по-твоему? — поинтересовался Хэппи.
— Тридцать — сорок тысяч. — За столом поднялся ропот. — Конечно, условия остаются прежними. Шестьдесят процентов мы делим между собой, сорок процентов уходят к нему.
Оби перестал барабанить пальцами по столу и слегка нахмурился.
— Что-нибудь не так, Оби? — спросил Хьюстон. — Ты против?
Оби подумал, прежде чем ответить:
— Это несправедливо. Рискуем только мы. Сорок процентов — не многовато ли за сведения, если мы сами можем выбрать любой поезд?
Ему ответил не Хьюстон, а Этан:
— Тогда нам не пришлось бы рассчитывать на такой успех, а риск возрос бы в десятки раз. Благодаря Куперу мы знаем, сколько денег будет в поезде, сколько человек их охраняет, какого отпора можно ожидать. Разузнать все это нам самим — так, чтобы не вызвать подозрений, — будет чертовски трудно. Моя жизнь стоит этих сорока процентов.
Бен кивнул:
— Ты верно говоришь, но в последний раз он нас подвел. Он должен был предупредить об этих вагонах «Кроникл».
— Вот поэтому мы и встретимся с ним сейчас, — заключил Хьюстон. — Хэппи, ты расскажешь ему, что случилось с вагонами «Кроникл», — Куперу известно только то, что было в газетах. А ты, Оби, выскажешься по поводу сорока процентов. Может, нам удастся настоять на более выгодных условиях.
Оби растерянно огляделся, ожидая поддержки, и наконец кивнул:
— Попробую.
— Хьюстон улыбнулся:
— Молодец.
— До двадцатого осталось всего десять дней, — заметил Хэппи. — Маловато. И потом, на триста сорок девятый мы напали тогда, когда сочли нужным. Тогда Купер не ставил жестких условий.
— Это совсем другое дело, — возразил Этан. — Конечно, я был с вами только с тех пор, как вы решили захватить триста сорок девятый. Ради безопасности вы взяли меня с собой. Но вы сумели остановить — сколько там? — пять или шесть поездов, прежде чем я присоединился к вам.
— Шесть, — подсказал Хэппи, — если не считать состава из долины Сенеки, — Оби не любит вспоминать о нем. Там он прострелил себе ногу.
Этан дождался, пока утихнет хохот.
— Что меня настораживает, так это сообщение Купера. Если вспомнить, кто он такой и чем занимается, он может быть уже на подозрении. В таком случае я на его месте поступил бы так же: позвал всех вас ограбить меня.
— Вот и я думаю о том же, — одобрительно подхватил Хьюстон. — В этом есть смысл. Если мы хотим продол жать в том же духе, это ограбление надо провести как можно правдоподобнее. Мы должны отвести подозрения от нашего осведомителя.
Бен взял колоду нерозданных карт и щелкнул по ним большим пальцем.
— По-моему, все правильно. Хэппи сплюнул.
— И я согласен. У кого-нибудь есть план? Детра, ты наверняка уже что-нибудь придумала.
Детра перестала наматывать прядь волос на палец, едва все глаза устремились на нее.
— У меня было не больше времени на размышления, чем у вас. Вряд ли нам удастся воспользоваться такой же уловкой, как в прошлый раз, чтобы одновременно покинуть город.
— Да, это невозможно, — кивнул Хьюстон, нахмурившись.
— Но вы можете уехать из города поодиночке, — продолжала Детра. — В разное время и по разным причинам может, подождав для верности несколько дней. У тебя есть расписание движения этого поезда, Хьюстон?
— Джейк узнал его сегодня же днем, как только получил телеграмму.
— А еще надо выбрать место, где остановить поезд. Этот выбор зависит от времени. Надо запросить у Купера подтверждение, что он в самом деле будет в этом поезде.
Хьюстон покачал головой:
— У нас нет с ним обратной связи, ты же знаешь. Этан потер затылок.
— Он назвал четыреста восемьдесят шестой? Будем надеяться, он не ошибся и что ради него не изменят расписание. — Этот таинственный Купер раздражал Этана с самого начала. Только из-за Купера Этан не смог покинуть банду сразу после ограбления триста сорок девятого поезда, не мог отдать Хьюстона и остальных под суд. Этану был нужен человек, который передавал банде сведения, помогал им выбирать поезда, везущие особо ценный груз. Этан считал, что этот Купер — диспетчер или служащий из конторы Уэллса Фарго, который следит за перевозкой золота, серебра и денег для выплат рудокопам. Но в конторе служащего с такой фамилией не оказалось. Этан и не ожидал сразу найти его — вероятно, он общался с бандой под вымышленным именем.
— Так что ты придумала, Ди? Под каким предлогом мы покинем город?
— Конечно, я еще не успела поразмыслить как следует, — начала Детра, — но Бен и Хэппи могли бы сделать вид, что едут на разведку. Хэппи вечно болтает о том, что неплохо бы поискать золотоносные пески в окрестностях, После первого случая, когда он «заблудился», Хэппи может решить позвать с собой Бена. Кстати, они захватят с собой мулов и припасы, которые вам понадобятся. Я отправлю Оби в Стилуотер с каким-нибудь поручением — я как раз ожидаю пересылки заказов из Чикаго.
— А как насчет меня? — спросил Джейк.
— Если шерифу придет телеграмма по поводу каких-нибудь следов ограбления триста сорок девятого поезда, ты с Хьюстоном можешь уехать на несколько дней. — Синие глаза Детры устремились на Этана. — А вот насчет тебя я пока не знаю.
— А я не знаю, как быть с Мишель, — отозвался Этан. Хьюстон склонился над столом и скрестил руки перед собой.
— Я знаю. Мы запрем ее здесь. Я не настолько доверяю твоей жене, чтобы оставлять ее на свободе.
Хэппи встал и потянулся.
— Похоже, сейчас начнем разбираться, что делать с нашей леди. Повремените с этим — я только схожу в уборную… — И он открыл дверь столовой.
Мишель зашаталась, переступая через порог и держа поднос со стаканами в одной руке и кувшином пива в другой. Удержавшись на ногах, она обвела взглядом сидящих за столом, и улыбка на ее лице погасла.
— Китти только что открыла новую бочку. Хотите выпить?
Ее полный надежды вопрос был встречен гробовым молчанием.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Безумный экстаз - Гудмэн Джо



я этот роман не читала.
Безумный экстаз - Гудмэн Джоgala
5.07.2011, 10.54





этот роман немного тяжеловат для прочтения и меня он разочаровал, короче он мненя не зацепил!
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоКазявка ахахаха
6.09.2012, 0.23





Роман обалденный!!! Он конечно немного затянут вначале, но нестандартный сюжет и неординарные ггерои восполняют этот недостаток полностью!
Безумный экстаз - Гудмэн Джокуся
24.12.2012, 10.33





Название не соответствует содержанию. Никакого безумного экстаза и накала страстей здесь нет. Милая история. Можно почитатать и забыть.
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоКакоша
18.01.2013, 20.51





Тягучий...
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоDiana Carolina
16.03.2013, 8.30





Тягучий...
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоDiana Carolina
16.03.2013, 8.30





ЛР слегка криминальный.Автор сотворила Ггероиню действительно (по тексту) с булыжниками в голове вместо мозгов.Сама создает ситуации, а претензии к ггерою. Сюжет романа несколько необычный для ЛР,но это не испортило, а только улучшило его.Но конец скомканный,торопливый.Один раз почитать можно.
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоГандира
13.04.2013, 16.08





А мне понравилось! Гудмын мастерица закручивать сюжеты! А иначе, зачем за это вообще браться?! И гг у нее жизненные, правдишные что ли. Приятно почитать. Мило
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоКэтрин
4.06.2013, 16.12





Этот роман - поздний вестерн, когда Дикий Запад уже завоеван...индейцы как нация уничтожены и началось искоренение бандитизма. Да и бандиты уже не те, как первые. Теперь они уже работают, а бандитизм - хобби. А главарь - оборотень в погонах! Я с интересом прочитала роман и мне он понравился. Даже домашние дела откладывала. Как я поняла, будут романы о всех остальных 4-х сестрах гл. героини. Надо поискать.
Безумный экстаз - Гудмэн ДжоВ.З.,68 лет
29.10.2016, 13.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100