Читать онлайн Влюбленный мятежник, автора - Грэм Хизер, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Влюбленный мятежник - Грэм Хизер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.02 (Голосов: 42)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Влюбленный мятежник - Грэм Хизер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Влюбленный мятежник - Грэм Хизер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грэм Хизер

Влюбленный мятежник

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Аманда была поражена видом солдат и самого лагеря.
Повсюду лежал снег. Морозная зима намела огромные сугробы.
Казармами для солдат служили грубые бревенчатые строения, сколоченные собственными руками. Из труб времянок валил дым, окна были завешены брезентом или заклеены бумагой. Рядом не осталось ни единого кустика, ни одного живого листика на деревьях — вокруг лагеря торчали» мертвые скелеты деревьев с голыми, обломанными ветками.
Но сам лагерь выглядел не так удручающе, как люди. Дэмьен хлестнул лошадей, и те потянули фургон вперед, мимо сотен солдат.
Выстроившись вдоль колеи, те махали руками, некоторые отдавали честь, кое-кто просто смотрел на них. Взгляд Аманды опустился вниз, и у нее перехватило Дыхание. Она с содроганием увидела, что у многих не было обуви, мужчины стояли в снегу в намотанном на ноги тряпье.
— Боже мой! — выдохнула она, и слезы навернулись у нее на глаза. — Боже милостивый, наверное, плен был бы для них лучше, чем такое!
Не отступать, не сдаваться! Эти слова застучали в ее сердце. Они всегда были там, между ней и Эриком. Но теперь их можно было сказать и об этой оборванной армии. Люди прошли через многие испытания. Их угнетало отчаяние.
Дэмьен вздохнул рядом:
— Вашингтон мучается в этом лагере день за днем, а эти, из конгресса, травят его. Я не видел другого человека, готового до конца добровольно делить тяготы со своими подчиненными, так близко к сердцу принимающего все, что видит. — Дэмьен снова хлестнул лошадей вожжами. — Вон там, впереди, штабное помещение. Вижу табличку с именем твоего мужа. Вот твой дом, Аманда.
— А где будет мой? — послышался сзади нежный голосок Женевьевы. Аманда повернулась кругом и улыбнулась старой подруге. Женевьева рвалась ехать с ними. Она заявила, что может ухаживать за ранеными и больными, в каком бы состоянии они ни находились, но, увидев лагерь, она, кажется, подрастеряла свою уверенность.
— Моя дорогая леди, я обеспечу вам самые лучшие апартаменты в Вэллей-Фордже, — заверил ее Дэмьен.
— Надеюсь, что так и будет, — любезно отозвалась Женевьева.
Аманда почти физически ощутила искры, пролетавшие между ними.
Она взглянула на Жака и усмехнулась, затем, все еще улыбаясь, опустила голову. Эти двое были сильными личностями, и каждый решительно добивался своего. Возможно, они заслуживают друг друга.
Дэмьен натянул поводья. Едва они остановились, как Аманда увидела Эрика, появившегося в дверях одной из хижин. Стоя в дверном проеме, он казался еще выше, чем на самом деле. Выглядел он замечательно, но его мундир обтрепался, сапоги, хотя и начищенные, были сильно изношены, медные пуговицы потускнели Черты лица заострились и отвердели, став, правда, даже более привлекательными, чем прежде, более выразительными. Бронзовая кожа эффектно оттеняла яркие синие глаза Но в этих глазах не было гостеприимства. Они смотрели на Аманду не с теплом, а с настороженностью.
Она хотела было подбежать к нему, почувствовать, как его руки поднимают ее в воздух Но не смогла сделать и шага. Сердце замерло в груди. Эрик оставался недвижим, и спуститься из фургона ей помог Жак.
— Леди Камерон!
Слава Богу, из-за спины мужа выступил Вашингтон, а следом за ним почти выкатилась маленькая, кругленькая женщина в домашнем чепце.
— Леди Камерон, поскольку я вижу, что ваш муж потерял дар речи, позвольте мне приветствовать вас в Вэллей-Фордже Марта, ты знакома с супругой Эрика? Кажется, нет, поэтому знакомься. Леди Камерон…
— Аманда, — быстро выдохнула молодая женщина.
Многие поговаривали, что Джордж женился на вдове Марте Кустус только из-за ее денег, что в то время он мог выбирать из многих более привлекательных и молодых женщин. Но Аманда сразу же поняла, что распознал в Марте Вашингтон Стоило пожилой женщине обнять ее и расцеловать, как на Аманду повеяло теплом В светлых глазах Марты безошибочно читалась доброта. Она была такой же уютной, как ласковое тепло камина.
— Дэмьен, мошенник, ты исчезаешь, а потом возвращаешься с двумя прекрасными юными леди! — воскликнул Вашингтон. — Леди Женевьева, добро пожаловать Ну же, Камерон, разве можно морозить гостей на улице? Проходите, проходите внутрь. И вы, месье Биссе. Все, что у нас есть, — ваше. Хотя похвастаться мы можем очень малым.
— Мы привезли продукты и вещи из Камерон-Холла, — мягко произнесла Аманда. Подумав о мясе, хлебе, зерне, кофе и табаке, сложенных в сумках и узлах в фургоне, она вспомнила о тысячах голодных людей вокруг Для них это будет капля в море.
— Аманда?
Эрик наконец протянул жене руку. Его пальцы обхватили ладонь Аманды, и он привлек ее к себе, прохладно поцеловав в щеку Потом быстро спросил ее о близнецах, и она ответила, что с ними все в порядке Затем он повел ее внутрь, и, войдя, она буквально окаменела.
У кофейника, который грелся на каменном очаге, стояла Энн-Мари.
— Аманда! — Энн-Мари шагнула вперед, быстро поцеловав ее в щеку. Аманда попыталась улыбнуться в ответ. Вошли Дэмьен, Женевьева и Вашингтон, и, казалось, все заговорили разом. Энн-Мари обняла подругу.
— Так ты, значит, решила воевать наравне с мужчинами, да? — любезно поинтересовалась Аманда.
— Я здесь с отцом с самого начала, — подтвердила Энн-Мари. — То есть я хотела сказать, с того момента, как он решил примкнуть к патриотам. Я тогда даже не предполагала, куда это нас приведет.
— Это ужасное место, если находиться здесь постоянно, — внезапно сказал Вашингтон мягким голосом. — Ужасное! У меня здесь одиннадцать тысяч человек. Из них почти три тысячи разуты или полуодеты, а конгресс заявляет мне, что ничего не может дать моим людям, ничего не может поделать. Ах, леди, вам не стоило сюда приезжать!
— Ох, помолчи! — одернула его Марта. — Если бы я не приезжала к вам, мистер Вашингтон, зимой, то я не заслуживала бы иметь мужа.
— А я вообще сомневаюсь, есть ли у меня муж, — добродушно поддержала шутку Аманда.
Собравшиеся рассмеялись Эрик хранил молчание — Прошу, у нас есть немного тушеного мяса, чтобы перекусить, — сказала Энн-Мари. — Пожалуйста, садитесь. Мы сейчас что-нибудь сообразим.
Аманда почувствовала крайнюю неловкость, ощущая себя гостьей в жилище собственного мужа, в то время как Энн-Мари выступала как полноправная хозяйка. Она постаралась смирить свой темперамент, но не могла не заметить, садясь, что на примитивном крючке у двери висит женская накидка, а в хижине видны и другие следы кенского присутствия — например, кружевные салфетки на подоконниках. В главной комнате находились очаг, большой грубый стол и несколько наспех сколоченных стульев. Внутренняя дверь вела во вторую комнату Она была приоткрыта, и Аманда разглядела там веревочную походную койку, покрытую тонким зеленым одеялом, несколько дорожных сундуков и письменный стол. Но несмотря на обстановку, помещение выглядело холодным, пустым и заброшенным.
Она поймала взгляд Эрика. В нем поблескивали искорки веселья, как если бы он думал, что, изучив окружающую обстановку, она нашла ее абсолютно неприемлемой и пожалела, что приехала сюда Но нет, Аманда не жалела. Озлобленная и оскорбленная, она откинула от лица упрямую прядь и, склонив голову, стала слушать, как Вашингтон убеждает Дэмьена, что они и раньше с честью выходили из не менее трудных ситуаций.
Наступил поздний час. Миссис Вашингтон сказала Женевьеве, что у них есть свободная комната, где та может заночевать, пока готовят ее жилье, и все начали расходиться.
— Надеюсь, я и Жак можем лечь здесь на полу, лорд Камерон? — спросил Дэмьен. В его голосе все еще слышалось напряжение — Это все, что я могу предложить, — ответил Эрик тоже довольно холодно.
— Мне пора уходить, — произнесла Энн-Мари.
— Я тебя провожу, — сразу отозвался Эрик Он даже не посмотрел в сторону Аманды, снимая с крючка свой огромный плащ Энн-Мари попрощалась с Амандой и вышла наружу, на холодный ветер. Ее качнуло, и Аманда скрипнула зубами, увидев, как Эрик в ту же секунду потянулся к молодой женщине, подхватив ее под руку.
Что здесь происходит? Она хотела быть благоразумной и рассуждать здраво, но Эрик все эти годы называл ее лгуньей и предательницей, а тем временем держал у себя под боком другую женщину, когда отправлялся воевать.
Теперь в главной комнате расположились Жак с Дэмьеном, а ей, если она не хочет растерять остатки достоинства, затеяв ссору, в которую неминуемо будут вовлечены все, не остается другого выбора, кроме как улыбнуться и, вежливо пожелав всем спокойной ночи, уйти в комнату мужа. Ей хотелось швырнуть чем-нибудь тяжелым прямо в Эрика!
Аманда сняла одеяло с постели и, завернувшись в него, присела у огня. Прошло минут двадцать, и наконец она услышала, как открылась дверь и, хлопнув, закрылась, а затем послышался голос Эрика, тихо разговаривающего с Жаком. Она улыбнулась, подумав, что он, наверное, воображает, будто она с нетерпением поджидает его в постели. Он обнаружит совершенно другое.
Но ей так и не удалось узнать, что он себе представлял. Дверь отворилась, и Эрик появился на пороге, стаскивая перчатки. Его глаза остановились на ней с некоторым удивлением. Войдя внутрь, он тихо притворил дверь и прислонился к ней спиной — Так ты проделала весь этот длинный путь, чтобы спать на камнях холодного очага? — произнес он наконец.
Аманда встала на колени, удерживая одеяло на плечах, и пошевелила полено в костре грубой железной кочергой.
— Нет, лорд Камерон. Я проделала весь этот путь не для этого, но, появившись здесь, я поняла, что так будет лучше.
Он нетерпеливо чертыхнулся и, подойдя к Аманде, схватил ее за руки и поставил на ноги.
— О чем ты говоришь? — хрипло спросил он.
— Об Энн-Мари, — произнесла она бесцветным голосом.
Его верхняя губа слегка дернулась.
— А…
— И это все, что ты можешь сказать?
— А что я должен говорить? Я уверен, что Дэмьен уже разложил мое поведение по полочкам с полным знанием дела.
Аманда вздрогнула от его прикосновения. Внутри ее все похолодело, и все же она заставила себя вздернуть подбородок.
— Тебе нечего сказать в свое оправдание?
— Я многое могу сказать. Я никогда не прикасался к ней… ну ладно, это не совсем так. Я поцеловал ее однажды. Когда мне сказали, что ты предаешь Камерон-Холл и наш брак. И еще раз, совершенно невинно, перед тем как отправиться во Францию. — Он прислонился к стене, скрестив руки на груди и следя за женой. — В остальном я невиновен.
— Дэмьен…
— Дэмьен всегда горой стоит за тебя, и не забудь, что он так меня и не простил.
Колени Аманды дрожали. Она боялась, что сейчас совсем потеряет над собой контроль и закричит от злости, ярости и боли. Она не могла сказать, говорит он правду или нет, но знала, что между ними снова пропасть и он ей не рад.
— Я не верю тебе, — прошептала она.
— Аманда, Боже мой! — Эрик порывисто шагнул к ней. Она протестующе подняла руку, и, несмотря на попытки сдержаться, голос ее стал тонким, в нем послышались слезы.
— Ты никогда не верил мне, Эрик. Что ж, на этот раз, милорд, я не верю вам! Не прикасайтесь ко мне!
— Аманда!
— Я совершенно серьезно, Эрик!
Он замер, прищурив глаза.
— Значит, меня наказывают, дорогая жена? Вы отказываете мне в своих прелестях и моих правах?
— Милорд Камерон, мне отлично известно, что ваша жизнь, до того как я появилась в ней, была отнюдь не одинокой.
— Да, к сожалению, ты когда-то появилась в моей жизни.
— У тебя была связь с Женевьевой!
Он казался слегка удивленным, но спокойно пожал плечами, и ей стало нехорошо от ревности и от мысли, что он лжет. С сэром Томасом Эрик был партнером по делам, а с Энн-Мари…
— Аманда, меня в общем-то не за что обвинять…
— У тебя скандальная репутация, Эрик! — напомнила она, но Эрик мягко рассмеялся:
— Аманда, дорогая, мы говорим о том, что было много лет назад.
— Я не верю тебе — Черт меня побери! Аманда, иди сюда!
— Нет. Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне сегодня ночью! — пылко воскликнула она.
Аманда услышала, как Эрик заскрежетал зубами, потом он медленно улыбнулся:
— Ах да, мне придется быть осторожнее, потому что твой кузен и твой… — Эрик запнулся, потом продолжил:
— Потому что Дэмьен и Жак спят за дверью. Нет, Аманда, не обманывай себя. Если бы я захотел, если бы я твердо решил, Аманда, — я бы взял тебя здесь и сейчас. И пусть бы хоть весь лагерь узнал об этом.
Он сделал два широких шага к ней. Она чуть не закричала, когда его руки крепко схватили ее и она очутилась в воздухе; в следующую секунду ее швырнули на узкую койку.
— Ах ты негодяй! — гневно зашипела она.
Но он уже отступил назад и низко поклонился:
— Можете занять мою кровать. И у вас будет все, что вы только пожелаете. Вам нет нужды спать на полу. Я найду, где приклонить голову!
С этими словами Эрик вышел из комнаты, хлопнув дверью. Аманда проводила его взглядом, затем уткнулась лицом в подушку и зарыдала. Никогда не настанут для них хорошие времена, подумала она.
Разве только на короткие моменты, когда страсть будет бросать их в объятия друг друга Не осталось больше ни одной соломинки, за которую она могла бы ухватиться…
Она приехала сюда. И сразу оказалась одна.
Выйдя на холодный снег, Эрик быстро сообразил, Что совершил ошибку. А когда он подумал, что это Дэмьен посеял семена недоверия и подозрения, раздув нелепую историю с Энн-Мари, его охватила ярость.
Когда Аманда рванулась из его рук, передернувшись, словно ее коснулась какая-то ползучая тварь, он понял, что должен уйти. Уйти, хотя все его мысли были только о том, чтобы лежать рядом с ней, чувствовать под собой ее нежное обнаженное тело…
Он громко застонал от досады и остановился посреди ночи. Рядом стояла лошадь, впряженная в фургон из Камерон-Холла, и Эрик похлопал ее по морде. Лошади не были распряжены, все коробки и узлы остались не распакованы. Он осмотрел фургон и улыбнулся. Они в Вэллей-Фордже оказались в отчаянном положении. Днями и ночами люди рыскали по округе в поисках продовольствия, слишком многих надо было прокормить. Каждый день кто-нибудь дезертировал. Эрик никого не винил. Он и сам не помнил, сколько раз ему хотелось вырваться из жестоких морозов Пенсильвании и умчаться в прибрежную Виргинию, где зима была несравненно мягче. Где ждали его дом и дети. Где можно было найти добрый огонь и вкусную еду. Уехать домой, к Аманде, к новой надежде на семейное счастье.
И вот его жена здесь, а он, осел, ушел от нее! Пальцы сжались в кулаки. Черт ее побери! Его ночи здесь были холодными до дрожи и такими невыносимо одинокими. Аманда ночь за ночью являлась к нему в видениях, и вот теперь…
А теперь гордость не позволяла ему вернуться.
— Чтоб ее! — прошептал Эрик. И загрустил, вспомнив их недавний разговор. Она подумала, что он холоден к ней. Что он не хочет ее, что он сблизился с Энн-Мари.
Аманда ничего не поняла. Многие вокруг не доверяли ей. Слухи из Виргинии дошли до армии, и дочь Найджела Стирлинга здесь считали тори… независимо от того, изменила ли она свои взгляды или нет.
Он и сам не знал, верит ли ей.
Эрик чертыхнулся сквозь зубы, выдохнув облачко пара в морозную ночь. Он не вернется обратно. Пока она не попросит его. Или до тех пор, пока не прорвется тонкая пленка благоразумия, сдерживающая его темперамент, и он не схватит ее в объятия, наплевав на доводы разума.
Неделю спустя Аманда уже трудилась в огромном тифозном бараке, поднося воду многочисленным больным. Она пришла в ужас, увидев, сколько больных мужчин лежат здесь — их были тысячи и тысячи.
Отерев пот со лба, она ободряюще улыбнулась пехотинцу из Коннектикута и перешла к следующей койке.
— Знаешь, кузина, а ведь он не спит с прелестной Энн-Мари. Ее отец вернулся из фуражной экспедиции в ту же ночь, когда приехала ты, а я очень хорошо знаю сэра Томаса Мабри. Он ни за что не допустит никакого неприличия в своем жилище.
Аманда испуганно обернулась:
— Дэмьен, я не просила тебя…
— Разве тебе не интересно узнать, где спит твой муж?
— Нет, не интересно! — солгала Аманда.
Дэмьен прищелкнул языком. Аманда прерывисто вздохнула, но тут заметила, что у одного из ее подопечных начался жар, и поспешила обратно к баку с водой, чтобы смочить полотенце.
— Дэмьен, неужели ты не видишь, что я занята?
Дэмьен прислонился плечом к столбу, поддерживающему крышу.
— Ладно, последние три дня он выезжал на поиски фуража и провианта. И я думаю, что знаю, где он был до того.
Аманда промолчала.
В дверях неожиданно появился Эрик.
— О, милорд, — торопливо пробормотал Дэмьен. Он резко отдал честь и исчез в глубине лазарета.
Аманда проводила взглядом кузена, пока он огибал бесконечные самодельные нары, женщин и врачей, сновавших по помещению. Но тут тяжелая рука взяла ее за локоть. Аманда, собравшись с духом, повернулась к Эрику и заметила, что тот сумрачен и суров.
— Что ты здесь делаешь?
— Пытаюсь помочь и… — начала она.
— Эти люди больны тифом! — сердито напомнил он.
Она улыбнулась:
— А я уже им переболела. Мы с Дэмьеном подхватили его в детстве, говорят, что те, кто выжил.. — Она осеклась. — А ты что здесь делаешь?
— Пытаюсь вытащить тебя отсюда.
Какой-то человек со стоном повернулся и заговорил со своей койки:
— Лорд Камерон! Что, сэр, пора готовиться к новым битвам?
Солдата трясла лихорадка, глаза были воспалены, но в них, неотрывно смотревших на Эрика, читалось нечто вроде обожания.
Эрик похлопал солдата по плечу, не думая об опасности заразиться, и заверил его с улыбкой:
— Нет, Роджер, пока никаких битв. По крайней мере до весны.
Но фон Штеубен ждет тебя, не бойся. Он еще загоняет тебя муштрой, когда поправишься. Обещаю тебе, парень!
Больной рассмеялся. В следующую секунду его глаза закатились, веки сомкнулись.
— Боже, он, кажется, умер! — горестно воскликнула Аманда.
Эрик приложил руку к груди больного, затем пощупал его лоб.
— Нет, он просто заснул. И его дыхание стало спокойнее. У фон Штеубена еще есть шанс заполучить парня в свои руки.
Эрик выпрямился, глядя на Аманду. Она хотела сказать ему что-нибудь, хотя бы слово, чтобы вернуть его. Но слова застряли в горле.
Она не могла извиниться — просить прощения должен был он, но Эрик ни за что не признается в том, что не прав.
Вдобавок ко всему он стоит здесь, в тифозном бараке!
— Уходи отсюда, Эрик!
— Выйдем. Я хочу с тобой поговорить.
Она вздохнула и огляделась вокруг. В помещении было много женщин. Жены, сестры, дочери трудились рядом с любовницами и проститутками. Жены офицеров, женщины несчастных рядовых — кто в бархате и кружевах, кто в домотканых одеждах. Слезы навернулись ей на глаза, и Аманда внезапно осознала, что в этом и заключается смысл всего происходящего. Колонии объединились, и люди объединились тоже. Если они победят в этой войне, то будут жить в совершенно новой стране, в новом обществе, с совсем иным отношением к жизни. В стране, где любой человек сможет стать великим, невзирая на свое происхождение. В их армии кузнец воевал бок о бок с потомственным дворянином. Новая страна будет принадлежать всем им: и сестрам, и дочерям, и любовницам, и проституткам.
— Аманда?
— Иду. — Она развязала фартук и выбежала из лазарета следом за Эриком. Погода не улучшилась. Ветер яростно набросился на нее, и она поежилась. Эрик поспешно укрыл жену своей шинелью и повел к открытым воротам конюшни. Она ощутила на талии его руку. Пока они шли, ее сердце учащенно билось.
Эрик завел ее внутрь конюшни. Недалеко от них пылал огонь в кузне, слышались удары молотка: видимо, чинили упряжь. Аманда прислонилась к неотесанной бревенчатой стене, выжидающе глядя на Эрика.
— Ну? — потребовала она.
Он улыбнулся:
— Ты знаешь, где проводят зиму части генерала Хоува?
Она напряглась.
— В Филадельфии.
— М-м-м. На расстоянии двадцати восьми миль отсюда. Они обнаружили, что наши отряды запасаются фуражом, и кое-кого даже смогли захватить в плен. Кто знает, может, бедолагам будет гораздо лучше в плену у бриттов, чем здесь, но большинство колонистов все же не променяют свободу ни на какие блага.
— Зачем ты мне все это говоришь? — воскликнула она.
— Потому что кто-то из своих передает сведения британцам.
Аманда, потрясенная, задохнулась. Она почти не выходила из лагеря, за исключением единственной верховой прогулки с Дэмьеном как-то днем. И она заговорила низким, дрожащим от ярости голосом:
— Не могу поверить, что ты смеешь вновь обвинять меня!
— Аманда…
Она пихнула его в грудь так сильно, как только смогла, чувствуя слезы, подступающие к глазам.
— Не надо! Не говори мне ничего, не подходи ко мне и не смей больше швыряться своими дурацкими обвинениями! Пошел к черту!
Она рванулась прочь от Эрика, не слушая, что он кричит ей вслед.
Ее не заботило, видел ли их кто-нибудь. Она была уверена, что все равно весь лагерь знает, » что лорд Камерон проводит ночи отдельно от собственной жены.
Задыхаясь, она ворвалась в их хижину. Жак был дома, он сидел на лавке и чистил мушкеты. Когда она вбежала, он резко вскинул голову:
— В чем дело, миледи?
Аманда замотала головой. Слезы потекли по щекам.
— О, Жак! Как может он быть столь слепым! Я сделала все, что могла, и все равно…
Она подбежала к скамье и с радостью почувствовала на плече его успокаивающую руку. Он так долго находится рядом. Такой тихий и незаметный, но постоянно поблизости. Не важно, какие трудности ей приходилось преодолевать в жизни, она всегда чувствовала, что у нее есть защитник. Жак шептал ей ласковые слова по-французски, успокаивал. Внезапно дверь распахнулась. Оказывается, Эрик пошел домой за ней следом.
А она стоит здесь. В объятиях Жака. Аманда подумала, что сейчас он взовьется от ярости и начнет обвинять ее в новых смертных грехах.
Но, — к ее удивлению, он не проронил ни слова. Жак даже не сделал попытки отстраниться — просто посмотрел на Эрика поверх ее головы.
И Эрик промолчал. Закрыл дверь и ушел.
Этой ночью Аманде не спалось. Она мерзла под грубым одеялом, несмотря на то что на ней была теплая фланелевая рубашка, а в комнате горел огонь. Зубы отчаянно стучали. Внезапно в соседней комнате завозились, послышался звук распахиваемой двери, зазвучали и потом стихли голоса.
И наступила тишина.
А затем дверь в комнату чуть ли не слетела с петель. В проеме стоял Эрик: в высоких сапогах, тяжелом плаще и треуголке с плюмажем. Аманда мгновенно села в кровати, испуганная и обеспокоенная.
Он пьян, подумала она. Но он не был пьян.
— Скажи, что ты невиновна! — хриплым голосом потребовал он.
— Я невиновна, — ответила она, с вызовом глядя на него широко распахнутыми глазами.
Он улыбнулся и твердыми шагами пересек комнату. Она вскочила с кровати и попятилась к огню.
— Эрик! Черт тебя побери! Уж не думаешь ли ты, что можешь вваливаться сюда…
— Я не ввалился, я вошел.
— Ладно, ты не можешь входить сюда…
— Ах, любовь моя, и все-таки я могу!
Да, он мог. Он оказался рядом, поймал ее запястья и притянул в свои объятия. Аманда отбивалась, кричала, осыпала его самыми отборными ругательствами, услышанными от солдат, молотила кулаками по его груди.
Он засмеялся, не обращая внимания на ее сопротивление, и поднял ее на руки. Ее удары, однако, заставили его потерять равновесие, и они вдвоем тяжело рухнули на кровать.
— Эрик Камерон…
— Ш-ш-ш, и будь внимательна, Аманда. — У нее не было выбора. Его мускулистое бедро крепко прижало сверху ее бедра, а руки надежно сжимали ее запястья. Его слова коснулись ее губ, теплые, мягкие, очаровывающие. Его голос, с такими глубокими, спокойными, мужскими интонациями, проник в самую глубь ее существа. — Я верю тебе. Я верю, что ты невиновна. А теперь послушай меня, любовь моя. Я скажу это только один раз, поскольку не имею привычки повторяться и объяснять. Я тоже невиновен по всем пунктам твоих обвинений. Признаюсь, бывали моменты, когда мне хотелось разделить постель с другой женщиной, лишь бы избежать отчаянного одиночества этой кочевой жизни. Но я не смог, понимаешь? Нет другой такой женщины с таким водопадом нежных волос цвета песка и огня, нет другой женщины, чей изумрудный взгляд так бы ласкал душу, ни у какой другой нет такого нежного бархатистого голоса. Я ни разу не изменил тебе, Аманда. С того вечера, когда я увидел тебя впервые, я хотел тебя и только тебя. Не важно, во что я верил, я хотел только тебя. И я любил тебя. А теперь, леди, если хотите, можете выгнать меня. На снег.
Чувственная улыбка медленно расцвела на ее губах:
— Если я прогоню тебя, ты уйдешь?
— Нет.
Она кокетливо вздохнула;
— Я так и думала.
— И что же?
— Отпусти мои руки.
— Зачем?
— Затем, что так я не могу дотронуться до тебя.
Он разжал пальцы. Дрожащими ладонями она погладила его щеки, потом, сильно выгнувшись, обвила его руками и нашла его губы. Изголодавшись по его поцелуям, Аманда играла с его языком, принимая его все глубже и глубже в свой рот, словно хотела так же ощутить его внутри себя. Хриплый возглас вырвался из груди Эрика, и он яростно ответил на ее поцелуи, лаская и вбирая своими губами ее губы, запустив дрожащие руки в ее волосы. Затем он оторвался от Аманды, срывая с себя одежду, сбрасывая сапоги. Он едва не разорвал свой сюртук, отшвыривая его прочь, и, споткнувшись о бриджи на полу, тяжело упал на нее; в ту же секунду он протянул лихорадочно дрожащие руки к ее щиколоткам и поднял ее ночную рубашку. Она рассмеялась, восхищенная его нетерпеливостью, но, вновь почувствовав на губах его губы, решила тоже завести его, хотя в ней уже бушевало неистовое, слепящее желание.
Она гладила его великолепную широкую спину, ее руки опустились на его талию, затем на тугие полукружия ягодиц. Пощекотав кончиками пальцев живот Эрика, она сомкнула их на его восставшей плоти, задрожав от сладкого удовольствия, когда он застонал и содрогнулся от ее дразнящего прикосновения. Аманда гладила и теребила его, легонько ласкала, потом переходила на быстрый темп и снова с величайшей нежностью начинала гладить. Но затем она почувствовала, как его пальцы сплелись с ее пальцами, и он, надавив всем телом, оказался меж ее бедер. Осыпая поцелуями ее грудь, он вонзил в нее всю мощь и жар своего желания, и наслаждение затопило все вокруг, стало нестерпимым и беспредельно огромным.
За окном шел снег, жестокий ветер дул в зимней ночи. Но стихии ничего не значили для нее этой ночью. Эрик высоко поднялся над ней с лицом, искаженным страстью и желанием, пронзая ее глубокой сверкающей синевой своих глаз. Она не отвела взгляда, ее «ресницы не дрогнули, но, утопая в хаосе невероятных ощущений, Аманда облизала губы и осмелилась прошептать:
— Я люблю тебя, Эрик. Я люблю тебя…
Он упал на нее, сжав ладонями лицо, гладя щеки, волосы. Его губы нашли ее губы и прошептали прямо в них:
— Скажи это еще раз!
« — Я люблю тебя. — Из ее глаз потекли счастливые слезы. — Я люблю тебя, клянусь, я всем сердцем люблю тебя!
Он застонал и сам зашептал о своей любви. Когда взрыв наслаждения потряс их, он снова прошептал, что любит, а потом он держал ее в объятиях, и они оба смотрели на огонь, и она говорила ему, что любила его все это время — даже когда ненавидела, и он смеялся, и они снова любили друг друга, и Аманда подумала, что никогда еще им не было так хорошо вдвоем.
Они заснули, когда была уже глубокая ночь.
Посреди ночи Аманда проснулась. Озадаченная, она не поняла, что ее разбудило. Огонь все еще горел. Их дверь была слегка приоткрыта, а в соседней комнате, как она смогла Заметить, несмотря на сумрак, никого не было.
Ее, наверное, разбудил какой-то Шум, подумала она и не стала шевелиться. Они спали обнаженные, обняв друг друга. С широких плеч мужа сползло одеяло, и она подтянула его повыше и подоткнула вокруг Эрика. Затем снова уснула.
Позже, гораздо позже Аманда проснулась; она подумала, что ей это пригрезилось и что спала она крепко. Было уже совсем поздно, так как солнце взошло и для зимы светило весьма ярко. И проснулась Аманда только потому, что кто-то отчаянно выкрикивал ее имя.
— Аманда, Аманда, ради всего святого, проснись!
Она окончательно открыла глаза. Это была Женевьева, ее красивые глаза глядели испуганно, волосы разметались по плечам.
— Аманда, давай же, просыпайся! Ты должна срочно пойти со мной. Эрик ранен…
— Что?!
Ошарашенная, Аманда села. Одеяло поползло с плеч, и она подхватила его, чтобы прикрыть наготу.
— С Эриком беда! Он уехал с отрядом фуражиров, и в него выстрелили по ошибке. Боюсь, что перебита кость. Дэмьен пытается организовать его отправку сюда. Но он хочет видеть тебя. Немедленно.
О, Аманда, скорее!
— Ох, Боже мой! — Аманда в ужасе вскочила с постели и впопыхах бросилась искать свою одежду. Из-за дрожи в руках она никак не могла попасть в чулки и невероятным усилием воли заставила себя успокоиться, чтобы нормально одеться. Только не Стала Подбирать волосы, оставив их свободно падать на спину.
Беда… беда. Он ранен. Из-за ран люди умирают. Раненые умирают, потому что вокруг полно всяких заразных болезней. Нет!
Нет! Боже, пожалуйста, только не сейчас, когда после стольких лет они наконец по-настоящему полюбили друг друга, начали доверять друг другу. Она не может потерять его теперь. Эрик сражался в стольких битвах, всегда мужественно и беззаветно. Он не может умереть!
— Женевьева, как серьезно он ранен? — тревожно спросила она, хватаясь за плащ.
— Я пока не знаю. Я знаю только, что он хочет Видеть тебя.
Пойдем скорее!
Они выбежали на заснеженную улицу. Две лошади ждали рядом.
— Где Дэмьен? — встревоженно спросила Аманда.
— Ищет фургон. Аманда, давай поскачем сразу. Пока еще не слишком…
— О! — воскликнула Аманда. Она подумала, знают ли о случившемся Вашингтон или Фредерик, или кто-то еще из близких друзей.
Они не дали бы ему умереть, Аманда была в этом уверена.
— Женевьева, может быть, стоит позвать кого-нибудь еще?
— Этим занимается Дэмьен! Аманда, кроме нас, никого нет! Мы должны спешить.
— Ох Господи, да!
Она быстро взобралась на костлявую лошаденку, которую Женевьева привела для нее, в то время как та грациозно вскочила на своего коня. Через мгновение они уже неслись через лагерь.
— Эй! — крикнул кто-то. — Постойте! Куда?
— У нас нет времени! — крикнула в ответ Женевьева.
Она хлестнула своего коня, и тот сорвался в бешеный галоп. Аманда последовала ее примеру, они быстро вылетели за ворота и, вспахивая снег, поскакали к лесу. Женевьеве удалось выбраться на что-то, напоминающее утрамбованную тропинку, и спотыкающиеся лошади вновь обрели скорость. Аманда обрадовалась, потому что до того ей казалось, что они еле тащатся. Ветер хлестал по щекам, мороз был столь силен, что она вскоре перестала чувствовать пальцы, сжимавшие поводья, и ступни ног в стременах. Ее сердце громко стучало от страха.
Отъехав от лагеря, они перешли на шаг.
— Нам надо спешить! — снова воскликнула Аманда.
— Ехать далеко. Лошади не выдержат. Дадим им немного отдохнуть, а потом поскачем опять., Через некоторое время они вновь понеслись галопом. Казалось, что впереди ничего нет, совсем ничего, кроме голых веток замерзших деревьев. Лагерь уже едва виднелся позади них. Очень далеко. Так далеко, что казался миниатюрной деревенькой, детской игрушкой, а не местом, где страдали и умирали взрослые мужчины.
— Женевьева, далеко еще? Где он? Не могли мы проехать это место?
— Нет! Нет! — прокричала в ответ Женевьева.
Они продолжили скачку. Вдруг впереди Аманда заметила сосновую рощу. Пышные и зеленые, деревья стояли плотными рядами.
— Там, впереди! — показала рукой Женевьева.
— Слава Богу! — крикнула в ответ Аманда. Пришпорив уставшую клячу, она почти догнала свою спутницу. — Где? За деревьями?
Женевьева кивнула, опустив ресницы красивых глаз, тени от которых полумесяцами легли на щеки.
— Да, Аманда, там, в лесу.
В лесу…
Ветви зеленых пихт вдруг зашевелились. С двух сторон на поляну начали выезжать всадники в красных мундирах британских кавалеристов.
Аманда изо всех сил натянула поводья, остановив лошадь, и начала разворачиваться, чтобы как можно скорее ускакать прочь.
— Женевьева, британцы! Надо бежать! Проклятые «красные мундиры»…
— Бежать некуда. Оглянись вокруг. Мы окружены.
Да, они были окружены. Все пути к отступлению были отрезаны.
— Британцы…
— Я знаю, — спокойно отозвалась Женевьева.
Потрясенная, Аманда уставилась на подругу. И вдруг до нее дошло.
— Это ты. Ты — Принцесса, которой я никогда не была! Ты призвала отца и Роберта в Камерон-Холл, ты спала с моим кузеном, чтобы выведывать секреты. Ты… ты — грязная шлюха!
— Ну-ну, леди Камерон!
Аманда развернула свою лошаденку навстречу подъезжавшему всаднику. Хорошо одетый, сытый, уверенно держащийся в седле, к ней приближался Роберт Тэрритон.
— Какие ужасные вещи ты говоришь старой подруге, — издевательски обратился он к Аманде.
— Предательница! — Аманда плюнула в сторону Женевьевы.
— Предательница?! Вот уж нет, миледи. Женевьева не предательница в отличие от вас. Это вам нужно бояться. Мы, знаете ли, предателей вешаем. Но как быть с такой красивой дамой? Может быть, мы вас пощадим. Вы слишком полезны для нас. Видишь ли, любовь моя, имея тебя своей пленницей, я смогу наконец заполучить и твоего муженька. А может, и еще кого-нибудь из ваших знаменитых патриотов. Не так ли, любимая? Возможно, мне даже удастся обезглавить всю континентальную армию?
— Никогда! Тебе ни за что не одолеть их, Роберт; Никогда…
— Они подыхают с голоду. Пожирают сами себя.
— Нет. Ты так ничего и не понял? Дело не в ружьях и не в сражениях. Борьба за свободу в сердцах людей. И тебе не одолеть то, что проникло глубоко в сердце народа, Роберт. Ни тебе, ни Хоуву, ни Корнуэльсу, ни даже королю Георгу.
— Храбрые слова, Аманда! Поехали! Готов поспорить, что обеспечу палачу новых клиентов. Пора пригласить Камерона прибыть за своей супругой.
Они обманом заманили ее в западню. И теперь намерены проделать то же самое с Эриком.
Нельзя допустить, чтобы это произошло. Она резко дернула поводья вбок. Лошадь заржала и попятилась. Аманда перехватила поводья и хлестнула пытавшегося дотянуться до нее Роберта по лицу. Он дернулся, когда кожаные ремешки обожгли его лицо; и в этот момент лошадь Аманды сделала огромный прыжок и понеслась прочь.
— Взять ее! — приказал Тэрритон.
Аманда пыталась спастись, но десять всадников неслись за ней по пятам. Один из «красных мундиров» внезапно прыгнул из седла. Обхватив ее руками, он повалил Аманду в снег, глубоко вдавив в сугроб своим телом. Снег набился ей в рот, ноздри, глаза. Кашляя, она пыталась вздохнуть.
Затем грубые руки Роберта Тэрритона вздернули ее вверх и поставили на ноги. Не дав времени опомниться, он хлестнул ее по лицу.
— Стерва! — вырвалось из кривящегося в отвратительной ухмылке рта. Роберт поволок ее к своему жеребцу, стоявшему неподалеку. Быстро посадив Аманду в седло, он вскочил на коня сзади нее. И холодящим душу шепотом прошипел ей в ухо:
— Я думаю, что сделать раньше: рассчитаться с твоим мужем или с тобой? У меня есть к вам счет, миледи, и я предвкушаю все разнообразие способов, которыми вы будете по нему платить.
— Он убьет тебя! — шепотом пообещала Аманда.
Тэрритон издал сухой смешок. И безжалостно стегнул своего коня по крупу.
— Нет, он убьет тебя. Для него ты всегда была предательницей.
И вот еще один пример твоего вероломства. Прежде чем я повешу его, Аманда, я сообщу ему, что ты очень давно и тщательно готовила его гибель!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Влюбленный мятежник - Грэм Хизер

Разделы:
Пролог

ЧАСТЬ I

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5

ЧАСТЬ II

Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

ЧАСТЬ III

Глава 12Глава 13Глава 14

ЧАСТЬ IV

Глава 15Глава 16Глава 17Глава 18Глава 19Эпилог

Ваши комментарии
к роману Влюбленный мятежник - Грэм Хизер



Очень хороший роман !!! Герои адекватные . Все их страхи , чувства , поступки вполне объяснимы ! Очень понравился главный герой !!! ДЕВОЧКИ - С 8 МАРТА !!!
Влюбленный мятежник - Грэм ХизерМари
8.03.2012, 6.58





Прочитала несколько раз. Очень нравится.Читайте не пожалеете однозначно!!!!
Влюбленный мятежник - Грэм Хизерчитатель
11.03.2012, 10.59





можливо тут трохи забагато реплік про війну і т.д.,але в цілому роман класний, впевнена в тому, що час потрачений не дарма
Влюбленный мятежник - Грэм ХизерНадя
25.06.2012, 1.52





Интересная книга,много трогательных сцен,роман стоит того,чтобы читать!
Влюбленный мятежник - Грэм ХизерАйрис
5.07.2013, 15.57





ГГ-ня бесит просто.Роман,так себе.На 6 тянет.
Влюбленный мятежник - Грэм ХизерЖасмин
1.12.2014, 6.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100