Читать онлайн На всю жизнь, автора - Грэм Хизер, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - На всю жизнь - Грэм Хизер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

На всю жизнь - Грэм Хизер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
На всю жизнь - Грэм Хизер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грэм Хизер

На всю жизнь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Густая блестящая пена белыми мохнатыми сугробами громоздилась поверх теплой, расслабляющей тело воды. Откинув голову на край высокой голубой ванны, Кэти с интересом просматривала рукопись, которую захватила с собой из Нью-Йорка, — ее листы лежали на плетеной скамеечке.
Содержание текста ей определенно нравилось. Стремительный, захватывающий сюжет, резкий, решительный стиль, живые, рельефные описания — все говорило в пользу автора романа. Зря, между прочим, некоторые снобы считают детективные романы «макулатурой». Действие разворачивалось в Техасе. Убийство, суд над любовником убитой женщины, смертный приговор, приведенный в исполнение, — и вдруг найдена веская, неоспоримая улика, доказывающая непричастность казненного к убийству. Паника, шок, и все начинается снова.
Кэти отложила в сторону прочитанную страницу и тут услышала стук в дверь своей комнаты.
— Кто там? — крикнула она, приподнявшись в ванне.
— Джордан. Можно войти?
— Нет, я принимаю ванну.
Но уже хлопнула дверь, в спальне послышались шаги — и вот уже Джордан на пороге ванной комнаты. Кэти вздохнула и спряталась под белыми клубами пены.
— Но, Джордан, — запротестовала она, — я ведь моюсь.
— Это я уже понял, — ответил он. — Но говорить-то ты, надеюсь, можешь?
— Ты не должен здесь находиться.
— Почему же? А может быть, я забыл что-нибудь в этой комнате.
— В доме полно гостей. Вдруг кто-нибудь застанет тебя здесь?
— Тогда я спрячусь в ванной. И там никто не найдет меня. Разве что придет твой молодой симпатичный увалень.
— Джереми спит.
— Надо же! В такое время?
— А тебе бы не мешало быть рядом с Тарой.
— Но сейчас я рядом с тобой и хочу с тобой поговорить.
— Поговорить мы, конечно, можем. Но не надо играть чувствами других людей. Тара и без того пережила сегодня серьезное потрясение. А ты снова хочешь заставить ее мучиться.
— Не слишком ли ты хлопочешь о ее самочувствии? Уж не скрывается ли за этим твое беспокойство о мнении Джереми?
— Не болтай глупости.
— Тара прекрасно себя чувствует и совсем не нуждается в твоей заботе. А я хотел лишь спросить, не составишь ли ты мне компанию на этот вечер. В семь зайдет Мики, и мы отправимся ужинать в местную закусочную. Кстати, там есть отдельные кабинеты, где можно поговорить.
— Хорошо, — согласилась Кэти, — но как мы это объясним Таре?
— Она прекрасно знала, что всю эту неделю я буду очень занят. И теперь ей не на что жаловаться.
— И все же это как-то некрасиво.
— Брось. В конце концов безопасность наших дочерей касается только нас двоих.
— Но Тара тоже может помочь нам.
— Да с какой стати, не пойму, ты ее так защищаешь? Будто она тебе близкая подруга или родная дочь.
— Я всегда защищаю маленьких.
Джордан улыбнулся. И Кэти вдруг почувствовала благодарность судьбе за то, что родилась женщиной, вновь ощутила праздничную полноту жизни. Вся ванная комната наполнилась мягким, живительным теплом, а в углах ее словно засветились разноцветными огоньками маленькие карнавальные фонарики. Или это заиграли всеми цветами радуги легенькие, наполненные светом пузырьки пены? Кэти осознала, что все эти годы в ее жизни было так мало живой, страстной любви, так мало секса. Что все это время ей так не хватало настоящей нежности.
Кэти почувствовала, как поднимается в душе, окатывая теплыми волнами ее затуманившееся сознание, глубокое, как морское безмолвие, и жаркое, как летний день, томительное, страстное желание. И она с благодарностью подумала о густой белоснежной пене, что надежно скрывает от посторонних глаз ее неуместное любовное смущение и помогает ей удерживаться от новых нелепых безрассудств.
— Чем это ты занимаешься? — спросил Джордан, взяв в руки лежавшую на низенькой скамеечке рукопись.
— Читаю, — пробормотала смущенная Кэти.
Нужно было встать и убрать рукопись подальше от воды. Но она боялась, что затвердевшие, набухшие соски выдадут Джордану скрываемое ею желание.
— Читаешь? Здесь?
— А что в этом странного? Не думаешь ли ты, что я и читать уже не в состоянии?
— Нет, не думаю. Ты ведь у нас вообще молодец. Умудряешься работать в любом месте, в любых условиях.
— Убери, пожалуйста, листы подальше от ванны.
Джордан внимательно прочитал несколько страниц и, переложив рукопись на столик, пристально посмотрел на Кэти:
— Зачем тебе все это?
— Хочу знать, чего стоит этот роман.
— Зачем?
— Чтобы решить, будем мы его покупать или нет.
— Но ты не у себя на работе. Здесь можно и отдохнуть.
— Мы редко редактируем в офисе. Чаще всего занимаемся этим дома или вообще где придется.
— Удивляюсь тебе. В доме все вверх дном, происходят загадочные события, приезжают старые друзья, вот-вот прояснится хоть что-то об этой таинственной смерти: вдруг это действительно убийство! А ты — читаешь?
— Привычка. Знаешь, у каждого редактора есть маленькая подставка для книг с небольшим, но очень удобным фонариком. И он читает редактируемые романы и в метро, и в машине, и посреди улицы. А иногда, когда садятся батарейки его маленького фонарика, он пристраивается под большим уличным фонарем и торопливо делает свои пометки. Такая уж работа. Ничего с этим не поделаешь. А этот роман, кстати, довольно интересный.
— Интереснее, чем реальная жизнь?
— Как и в реальной жизни, в нем много и спорного, и неопределенного.
— А если рукопись упадет в ванну? — улыбнулся Джордан, низко наклонившись над Кэти, и она смущенно прикрыла грудь рукой, заметив, как поредели клубы скрывающей ее пены.
— Именно так один из крупнейших филиалов «Нью-Йорк таймс» лишился однажды своего бестселлера: рукопись утонула в ванне редактора.
— Забавная история. Чем же он занимался в своей ванне?
— Я же говорю: топил рукопись. А с ней — миллионы долларов.
— А может быть, его развлечения в ванне стоили того?
Кэти почувствовала, что сердце гулко стучит у нее в груди. Близость Джордана горячо волновала ее кровь. Давно знакомый запах его одеколона притягивал, манил к себе. И она ощущала, как с каждым мгновением убывает ее самообладание и уже нет сил сопротивляться томительному, страстному влечению.
Нужно было прогнать Джордана из ванной. Заставить его уйти и не мучить любовным желанием. И последним усилием воли, собравшись и попытавшись сосредоточиться на произносимых словах, она сказала:
— Нет, Джордан, нет. Мы разведены, мы отвечаем за других людей. Мы не должны забываться. Уйди. Оставь меня.
— Что? — сказал он шепотом, наклонившись еще ниже. — Что мы не должны?
И вдруг, резко обхватив ее руками, поставил на ноги и жадно поцеловал в губы. Поцелуй был долгим и жарким; горячей волной разлился он по всему телу Кэти, и она в одно мгновение забыла все то, что так жаждала объяснить. Нежные руки Джордана ласкали ее упругие, налитые соски, а она торопливо расстегивала пуговицы его рубашки и в жадном исступлении гладила ладонями крепкие, мускулистые плечи, твердую, широкую грудь, сильные, теплые руки.
Она добралась до его джинсов. И взвившейся взволнованной осой зажужжала, скользнув вниз, блестящая серебристая «молния». Джинсы упали на пол. А торопливые пальцы уже добрались до узких голубых плавок и жаждали разоблачения скрываемой ими тайны. И тайна не заставила себя ждать. Глухой темный огонь обжег сердце Кэти, когда ее рука коснулась таившегося в них богатства.
Джордан застонал. Он горячо стиснул ее мокрые, дрожащие от любви плечи, вытащил Кэти из покрытой пеной ванны. И их тела соединились в мощном, страстном порыве.
— Повернись, — шепнул он ей.
И вот уже, прижавшись к ее спине всем своим крепким, упругим телом, он жарко ласкал ее нагую трепещущую грудь, живот, нежные волоски между бедер. Он заставил ее нагнуться вперед, и их тела вновь слились, двигаясь в едином восторженном ритме.
Кэти чувствовала невыразимое блаженство. Ее губы бормотали бессвязные нежные слова, а руки с судорожной силой стискивали влажные края ванны. Она выгибалась, стонала, вздрагивала и вдруг закричала так громко, что сама в испуге зажала себе рот ладонью.
— Ничего. Все прекрасно, — прошептал ей на ухо Джордан.
Он все еще сжимал ее своими сильными руками. И Кэти успокоилась и улыбнулась своему минутному испугу.
В дверь постучали. В коридоре раздался голос Джереми:
— Кэти, с тобой все в порядке?
Отстранив Джордана, Кэти закуталась в полотенце и вышла из ванной. Остановившись у двери, она принялась успокаивать Джереми:
— Все хорошо. Просто я уронила баночку с кремом и сама же испугалась. Извини, что разбудила тебя. Можешь спать дальше.
— Ну что ж, если с тобой все впорядке, я и правда пойду еще немного посплю.
— Иди, конечно. У меня все прекрасно.
Кэти обернулась и взглянула на Джордана. Он стоял рядом, неторопливо натягивая джинсы и с улыбкой посматривая на нее.
— Так, значит, ты уронила баночку с кремом? — засмеялся он. — А я и не знал, что это так называется.
— Помолчи ради Бога! — нахмурилась она. — Тебе так хочется говорить пошлости?
И, резко повернувшись к Джордану спиной, отправилась в ванную. Он поймал Кэти за руку и, приблизившись, заглянул ей в глаза. Его глубокий, нежный взгляд, казалось, проник ей в самую душу. И она смущенно прищурилась, но не попыталась освободиться из его рук.
— Прости, — прошептал он ей на ухо, — я не хотел расстраивать тебя.
— Я не сержусь. Во всем, что со мной случается, я предпочитаю винить только себя.
— Но я, наверное, тоже не всегда бываю на высоте?
— Что ж. Я ведь немного старше тебя, а значит, большая доля ответственности и за это тоже лежит на мне.
— О да! — улыбнулся он. — По сравнению с тобой я еще совсем мальчик.
— И все же мне грустно, — вздохнула Кэти. — Сама не знаю почему.
— Странно. А я чувствую себя замечательно.
— Скажи, — смущенно опустив глаза, спросила она, — ведь мы расстались не потому, что у нас что-то не ладилось в наших сексуальных отношениях?
— Конечно, нет. С этим у нас всегда все было прекрасно.
— Да, но одного секса, увы, мало для создания крепкой семьи.
— Но и он очень важен.
— Не потому ли тебе так нравится Тара? У нее, наверное, самое красивое телосложение — просто мечта любого мужчины? И тебе очень хорошо с ней?
Кэти хотелось быть дерзкой, хотелось победить Джордана в этом непринужденном словесном поединке. Но он лишь печально улыбнулся в ответ.
— Тело-то у нее красивое, — согласился он.
— И к тому же молодое, — добавила она, недовольная, что сама же вынудила Джордана признать достоинства Тары.
— Но я всегда любил только твое. И ты сохранила его в замечательной форме.
— Неужели?
— Да. Я ведь тоже старался все эти годы выглядеть как можно лучше. Но когда я увидел рядом с тобой этого древнегреческого бога, я понял, что вряд ли смогу состязаться с ним.
— Это ты о Джереми?
— О нем.
— Тело-то у него красивое, — улыбнулась она, повторив интонацию Джордана. — Но мне всегда нравилось только твое.
— Спасибо.
— И ты сохранил его в замечательной форме.
— Неужели?
— Уверяю тебя.
— Чтобы доказать тебе это, я готов заниматься с тобой любовью бесконечно.
— Мы и так уже наделали много глупостей. Нам надо остановиться. Кроме неприятностей, это нам ничего не принесет.
— Одну неприятность мы уже имеем.
— Какую? — испугалась Кэти.
— Твоя рукопись. Как я ни старался ее спасти, она все же упала в ванну и, боюсь, безнадежно промокла.
— Что ты говоришь! — вскрикнула Кэти и со всех ног бросилась спасать погибающий роман.
Рукопись и правда была в крайне плачевном состоянии. Ее листы набухли и покоробились, а некоторые из них слиплись друг с другом и, расползшись на кусочки, превратились в кучу макулатуры — теперь уже в прямом смысле слова.
Кэти было и смешно, и грустно. Она сидела на полу, перебирая остатки безнадежно утраченного романа, а Джордан, стоя над ней, спокойно наблюдал, как она пытается что-то рассмотреть в этих мокрых рваных листах.
— Помоги мне, — обратилась она к нему.
— У тебя все равно ничего не получится.
— Я хочу найти титульный лист с адресом и телефоном автора. А, вот седьмая глава целиком. Вот восьмая…
Джордан, вздохнув, присел рядом с ней на корточки. Он поправил полотенце, сползшее со спины Кэти, и поднял с пола какой-то мокрый, менее других исписанный лист.
— Вот он, — протянул он его Кэти.
— Замечательно. — Она подхватила лист и кинулась к телефону.
— Подожди, Кэти! Ведь сегодня суббота. Не лучше ли отложить это дело до понедельника?
— Время не терпит. К тому же я точно знаю: есть еще один экземпляр.
Она очень скоро дозвонилась до автора, которым оказалась молодая женщина с очень приятным голосом. Кэти предложила ей те условия, которые они всегда предлагали в таких случаях своим авторам, и договорилась о контракте на две книги.
Джордан, прислонившись плечом к косяку, с любопытством разглядывал Кэти, пока она говорила по телефону. И когда она, удовлетворенная полученными результатами, улыбаясь, повернулась к нему, он с усмешкой сказал:
— Кажется, наша любовь доставила удовольствие не только тебе, но и автору этого романа.
— Благодаря ей она получит немалые деньги.
— Бесконечно рад за нее.
— Я тоже. Но сейчас мне надо переодеться к ужину.
— Понял. Уже ухожу. Не забудь, что в семь за нами зайдет Мики. Кстати, ты уже сказала Джереми о нашем ужине наедине?
— Да. Он не возражает.
— Надо же! Какой снисходительный любовник.
— Я же говорила: он очень внимательный человек, — пожала плечами Кэти.
— Тогда я не знаю, радоваться за Джереми или пожалеть его.
Кэти улыбнулась. Джордан так ни о чем и не догадался. Что ж, это к лучшему. Пусть немного поволнуется и погадает об их отношениях. Она ведь этого и хотела.
— Тебе пора к Таре, — сказала она.
— Неужели? — шепнул Джордан и обнял ее за плечи. По телу Кэти пробежала сладостная, тревожная дрожь.
— Мы должны остановиться, — взволнованно прошептала она, стараясь освободиться от охватившего ее жаркого, страстного томления.
Она не имеет права поддаваться своей слабости. Она не верит в будущее, не ждет в нем ничего хорошего для себя. Многие годы прошли с тех пор, когда они с Джорданом безраздельно верили друг другу. Время разрушило их веру, развеяло по ветру их наивное юное заблуждение. И теперь поздно возвращаться обратно. Поздно идти по мосту, давно сгоревшему в жестоком пламени ночного пожара.
Но Джордан все приближался и приближался. Полотенце, накинутое на плечи Кэти, упало на пол. Сердце гулко стучало в груди, и на душу вновь накатывала теплая, томительная волна нежности. Его губы прикоснулись к ее губам, и долгий страстный поцелуй отнял у нее последние остатки воли.
Но вдруг Джордан резко отстранился. Глаза его блеснули решимостью, и он взволнованно произнес:
— Да, мы должны остановиться.
Он оставил Кэти и быстро, не оборачиваясь, вышел из комнаты. А она долго недоуменно глядела на захлопнувшуюся за ним дверь и бессознательно терла ладонью еще горевшие от поцелуя губы.


Саут-Бич всегда нравился Шелли. Что-то особенное, неповторимое было в его нарядных, празднично украшенных домах, шуме весело галдящей толпы, наивно радующейся каждой непритязательной мелочи, блеске сияющих разноцветными тропическими чудесами витрин. Пляж и золотисто-голубоватые прибрежные волны спокойного в этом месте моря пестрели светлыми, шумно хлопающими на ветру высокими парусами широких голубых досок для виндсерфинга. По набережной торопливо сновали со своими маленькими белыми тележками крикливые продавцы мороженого и горячих, аппетитно пахнущих жареных орешков. Вдоль небольших, залитых солнцем улиц выстроились, наперебой предлагая прогуливающимся туристам свои разнообразные товары и услуги, маленькие магазинчики всех сортов и видов, булочные и светлые, разукрашенные кафе. Телесериал «Полиция Майами» поднял престиж этого местечка и немало способствовал его процветанию.
По вечерам тихие приветливые сторожилы этих мест выбирались из своих небольших уютных домиков на традиционную степенную прогулку. Неторопливо прохаживаясь по высоким, чисто прибранным тротуарам, они снисходительно поглядывали на юркие ватаги играющих ребятишек, на любителей шаткой, коварной езды на шумно шелестящих по мостовой роликовых досках, на восторженно глазеющих по сторонам любопытных суетливых туристов. Сменялись моды и стили, возрождались к новой жизни поблекшие архитектурные шедевры, приходили и уходили новейшие пристрастия и увлечения, расцветали и разорялись сверхсовременные клубы и казино, а эта спокойная, размеренная жизнь, продолжалась, словно бьющий из-под земли маленький, незаметный родничок.
Шелли поселилась в номере небольшого чистенького отеля. За окнами тихо шелестели пышные зеленые купы деревьев, а откуда-то издалека приходили по вечерам мягкие, успокаивающие звуки мерного, безмятежного дыхания моря.
Она приехала на день раньше назначенного срока. Хотелось побыть одной, спокойно, неторопливо вспомнить прошлое, подумать и погрустить о безвозвратно утраченной юности.
Да, жизнь прожита. И прожита глупо и бессмысленно. Не задумываясь тратила она дни за днями, и вот теперь пришло время рассчитаться за эти бесполезные, не принесшие ей радости траты. Шелли стало страшно. Как ей вернуть потерянное прошлое, потерянную в нелепых забавах душу? Может быть, здесь, вместе со своими старыми друзьями ей удастся восстановить то, что было так безрассудно разрушено в прошлые годы?
Она вышла на улицу и неспешно двинулась в сторону сияющих огнями кафе. Как это ни странно, почти все места за столиками были заняты. И Шелли не останавливаясь пошла дальше. Симпатичная, коротко остриженная девица с густыми каштановыми волосами что-то радостно щебетала по-французски, вертя головой во все стороны, а белокурый юноша с удовольствием слушал ее возбужденную, отрывистую болтовню. Должно быть, туристы. А вот еще одно забавное явление. Длинноногая щуплая девушка, почти подросток, со счастливой, самодовольной улыбкой вышагивает, гордо приподняв носик, в темных коротеньких шортах, право, больше похожих на очень откровенные пляжные трусики. Ах, молодость, молодость. Некогда и Шелли могла себе позволить такую веселую, наивную экстравагантность.
А вот пара странных существ на роликах. Голова одного существа сияет яркой огненно-алой краской, а пышная прическа другого — ослепительно-зеленая. Причем невозможно понять, какого пола эти загадочные гуманоиды.
Вот чем-то недовольный высокий седой старик торопится домой, зажав под мышкой сложенную пополам длинную бамбуковую удочку. За ним идут, весело поглядывая по сторонам, три дебелых ленивых туриста. Наверное, немцы. А следом — высокая стройная женщина с густыми каштановыми волосами и двое крепких подтянутых мужчин в светлых рубашках: только что припарковали свой «бьюик» и куда-то направляются.
О Боже! Шелли вздрогнула и быстро проскользнула в дверь маленькой тихой гостиницы. Завороженно прильнув к стеклу высокого окна, она напряженно следила за этой троицей, пока та не скрылась за дверями небольшого ресторанчика.
Это же Кэти и Джордан! Как она сразу не узнала их? А кто это рядом с ними? А! Так это же их дружок-полицейский, что допрашивал ее после того памятного пожара. Как же его зовут? Ах да, кажется, Мики. Мики Дин. Что привело его сюда? И зачем он встретился с Кэти и Джорданом?
Шелли недоуменно пожала плечами. Похоже, прошлое со всеми его загадками вновь возвращается к ней. Хорошо это или плохо? Она не знает этого. Ведь так хочется заново прожить невозвратимые годы своей молодости, вернуть себе прежнее обаяние и красоту. Да, и сейчас приятели называют ее очень красивой женщиной, но только она знает, какой ценой достается ей эта красота, сколько сил и денег уходит на то, чтобы быть в хорошей форме. И что из того, что она все еще не нашла своего истинного призвания, не нашла любимого, по-настоящему близкого ей человека? Возможно, это ждет ее впереди.
Если бы у нее были дети! Но об этом поздно сожалеть. Время упущено безвозвратно. Но у нее есть голос. И она еще сумеет показать всю силу своего таланта, весь свой артистический блеск. Прошедшие годы многому научили ее. Научили быть терпеливой и упрямой, легко переносить неудачи и не сходить с ума от успеха. И теперь она способна добиться большего, чем в те далекие времена.
Шелли облегченно вздохнула и вышла на улицу. Она подошла к стоящему на углу телефону-автомату и, подняв трубку, набрала номер. Раздались длинные, протяжные гудки. Покусывая от нетерпения губу, она ждала, пока кто-нибудь ответит ей. В трубке щелкнуло, и раздался голос:
— Алло, алло.
Шелли произнесла несколько фраз и, выслушав ответ, нажала на рычаг. Постояв в задумчивости одно мгновение, она обернулась и вдруг увидела прямо перед собой до боли знакомое ей лицо. Невольное восклицание вырвалось из ее груди:
— О Боже! Что ты тут делаешь?


Как приятно встретить старого доброго друга! Мики все такой же добродушный, приветливый, с открытым лицом. Словно вся грязь и мерзость, с которыми ему приходится иметь дело, благополучно проходит мимо его чистой, благородной души, не оставляя никаких следов. Кэти с удовольствием смотрела в его честные голубые глаза.
К их вечернему походу в ресторан все отнеслись по-разному. Тара восприняла его с явным неудовольствием, что, впрочем, ничуть не обеспокоило Джордана. Джереми в ответ на сообщение Кэти лишь слегка пожал плечами и небрежно пошутил, что теперь она будет ему должна отпуск на Гавайях. Девочки же радовались вовсю, так что ей даже пришлось слегка прикрикнуть на них и еще раз повторить, чтобы этим вечером они не смели никуда выходить из дома. Присутствовавшая при этом Сэлли из строгих педагогических соображений тут же приняла сторону Кэти и произнесла, небрежно махнув рукой:
— Да, да, мои милые крошки, вы непременно должны остаться дома, чтобы не было грустно вашей старой бабушке. Мы сыграем с вами в чудесную игру «гонки и преследования», и нам будет очень весело.
— Но, бабушка, ты совсем не старая, — запротестовала Алекс. — И сама можешь найти себе развлечения.
— В субботу вечером в городе небезопасно, — поддержал старших дипломатичный Анхел Гар-сиа. — А «гонки и преследования» — замечательная игра. Мы с Брен сыграем против вас с бабушкой. И наверняка обыграем. Вот увидишь.
Все пришли в хорошее настроение, и планы на вечер были утверждены. А через час пришел Мики Дин, и бывшие супруги вместе с другом отправились в ресторан.
Выбранный ими ресторанчик оказался маленьким и уютным. Все в нем было как-то тепло и по-домашнему. И хотя отдельные кабинеты не отличались особо пышным убранством, в них не чувствовалась шумная суматоха субботнего вечера, наполнявшая беготней и криками общий зал.
Джордан, откинувшись на спинку высокого деревянного стула, молчаливо наслаждался тишиной и покоем отдельного кабинета, предоставив Мики заказывать напитки для их компании. Он радовался тому, что ему так незаметно удалось ускользнуть из своего дома и ни один репортер не заметил его по пути к ресторану. А Кэти возбужденно рассказывала Дину сюжет редактируемого ею романа и в глубине души тоже с радостью отмечала, что поблизости нет журналистов и телерепортеров. Сейчас их присутствие было бы совсем некстати. Хотя, надо отдать ему должное, Джордан хорошо умел общаться с публикой. Он отличался особым талантом говорить четко, ясно и заразительно. Толпа, очарованная им, подчинялась всем его желаниям. И тем более удивляла друзей его теперешняя скромность.
Впрочем, сейчас стоило подумать о другом. Кэти хотелось как можно подробнее расспросить Дина об опасности, которая угрожает их дочерям. И когда официант подал заказанные напитки, она наклонилась поближе к Мики и спросила:
— Что ты думаешь о телефонных звонках?
— О звонках? — переспросил он и вопросительно покосился на Джордана.
— Говори смело и не оглядывайся на него, — поморщилась Кэти. — Я хочу знать правду.
— Я и сам не знаю, что о них думать, — развел руками Мики. — Джордан уверен, что это связано с происшествием десятилетней давности.
— Я знаю.
— Давайте разберемся по порядку. Джордан утверждает, что видел кого-то, кто шел к гостевому домику за несколько секунд до пожара. Он думает, что это была ты.
— Я это знаю, — холодно произнесла Кэти, пожалев, что не заказала больше спиртного. — Он считает, что Кейт погиб из-за меня.
— Этого я не говорил, — перебил ее Джордан.
— Если не говорил, то думал.
— Если вы будете пререкаться, то я уйду, — сказал Мики, примиряюще улыбнувшись обоим.
— Что ж, я буду молчать, — нахмурился Джордан. — Пусть Кэти сама разберется во всем.
— А я обещаю тебе, Мики, ангельское терпение, — сказала Кэти как можно мягче и убедительнее.
— Тогда начнем все сначала. Итак, в группе, которая существовала уже довольно долго, неизбежно возникли трения. К тому же Кейт положил глаз на Кэти.
— Ты уверен в этом? — спросила она.
— Абсолютно.
Кэти покраснела и опустила глаза.
— А тем временем, — продолжал Мики, — Шелли заинтересовалась Кейтом, а Майлз влюбился в Шелли. Ларри же раздражали все трое. Джуди своей враждебностью к ним только подлила масла в огонь. И Джордан, вместо того чтобы улаживать возникающие конфликты, сердился и ссорился с Кейтом.
— Да, — подтвердил Джордан, — если кто и хотел его убить, то это был я. Правда, меня опередил кто-то другой.
— И этим другим, поверь, была не я, — вмешалась Кэти.
— Что ж, есть, конечно, вероятность, — сказал Мики, — что Кейт сам покончил с собой.
— А телефонные звонки?
— Да, — вздохнул Дин, — звонки заставляют предполагать иное.
Вошла официантка, и все замолчали. Эта стройная темноволосая женщина хорошо знала и Джордана, и Мики. Но казалось, что свои улыбки она приберегает только для Джордана. Кэти поморщилась. Опять она начинает беспокоиться по пустякам. Слишком буйная фантазия не дает ей покоя. Она уже готова предположить, что Джордан переспал со всеми знакомыми ему женщинами.
— Что будете заказывать, миссис Треве-рьян? — обратилась официантка к Кэти, одарив ее сияющей улыбкой. И Кэти почувствовала, что краснеет. Она уже хотела поправить официантку, приписавшую ей недолжное положение, но вмешался Джордан.
— Рекомендую вяленый филей, — сказал он. — Это их фирменное блюдо.
— Ну, если фирменное, — улыбнулась Кэти, — то, конечно, принесите его.
Официантка кивнула и вышла из комнаты.
— Так что ты думаешь о телефонных звонках? — опять спросила Кэти, обернувшись к Мики.
Дин вздохнул и развел руками:
— Кэти, ей-богу, не знаю. Может быть, это розыгрыш. Может быть, кому-нибудь из ваших соперников-музыкантов не нравится эта встреча.
— Но этот человек слишком хорошо знает нас.
— Ну и что? Было время, когда «Блу Хэрон» знал весь мир.
— Но, Мики, я боюсь за своих дочерей.
— Не бойся, Кэт, в понедельник ночью я буду вместе с вами.
— Но ведь в доме нет свободных комнат.
— Я буду патрулировать окрестности.
— По долгу службы?
— Нет, в частном порядке.
— Спасибо.
— Не за что. Просто отныне у Джордана имеется своя частная охрана.
— Но опасность может возникнуть внутри дома, а не снаружи, — с беспокойством заметила Кэти.
— Если она вообще есть.
Кэти хотела возразить, но вновь вошла официантка, и пришлось сменить тему разговора.
Чуть позже, когда они пили чай, Кэти шепнула Дину на ухо:
— И зачем Джордан устроил эту встречу в годовщину смерти Кейта?
— Но вы заработаете большие деньги.
— Мики, я не об этом.
Она вздрогнула, почувствовав, что Джордан взял ее за руку. Он пристально посмотрел на Кэти и произнес:
— Я хочу знать правду. И хотя я боюсь и за дочек, и за тебя, я не хочу блуждать в потемках всю оставшуюся жизнь. Ясно?
Кэти понимала, что он прав. Пора перестать бояться прошлого и, один раз посмотрев опасности в лицо, узнать наконец истинную причину тех событий, что сломали их собственную судьбу. Быть может, с этого мгновения возродится и их вера друг в друга.
— Ясно, — ответила она, и Джордан благодарно пожал ей руку.
— Вот и прекрасно! — улыбнулся Мики. — Значит, мы обо всем договорились. А раз так, то нам пора возвратиться домой. Пойдем, Кэти, я покажу тебе, где будут устроены наблюдательные пункты в день рождения твоей дочери.
Они вышли на улицу. И вдруг Мики заметил, что некий резвый юноша протыкает шилом покрышки его старенького, потрепанного «бьюика», на котором трое друзей сюда приехали.
— Стой! Полиция! — закричал Дин.
Однако юнец как ни в чем не бывало завершил свое грязное дело, что-то неразборчиво выкрикнул по-испански и пустился наутек, петляя в густой толпе гуляющих.
— Сукин сын! — заорал взбешенный Мики.
— Я пробегу по пляжу и перережу ему дорогу, — заявил Джордан. — А ты беги за ним следом.
И оба скрылись в толпе. Кэти приподнялась на цыпочки, пытаясь разглядеть, куда они направились. Вдруг сильная, грубая рука обхватила ее за талию, больно сжав ребра, и шершавая, обветренная ладонь зажала рот, не давая возможности крикнуть. Кэти, не успев опомниться, оказалась в узком закоулке между рестораном и старой гостиницей. Никто не увидел и не услышал, как женщину туда затащили: внимание окружающих целиком занимало зрелище погони за юным вредителем.
Кэти отчаянно сопротивлялась, пытаясь освободиться от сжавших ее крепких рук. Но все ее усилия были бесполезны. Она рванулась и тут почувствовала у своего горла холодное острое лезвие.
— Тс-с, детка, спокойно, — раздался шепот. — Я не хочу причинять тебе боль. Не сейчас. Еще успеется.
Рука, зажимавшая ей рот, ослабила свою хватку, и у жертвы появилась возможность говорить.
— Кто вы? Что вам надо? Денег? — спросила Кэти.
— Мне уже заплатили, — произнес у нее над ухом хриплый голос, на удивление бесполый, с каким-то акцентом, кажется испанским. — Я хочу тебя предупредить.
— О чем? — прошептала Кэти, чувствуя, как кровь холодеет у нее в жилах. Ей чудилось, что она попала в какой-то другой, нелепый, призрачный мир. Всего в двух шагах от нее по тротуарам прогуливались веселые отдыхающие люди, сияли ярким светом высокие уличные фонари, играла музыка, празднично блестели витрины магазинов. А здесь на грязную землю ложились зловещие густые тени и поблескивало холодное лезвие ножа.
— Слушай внимательно: ты должна остановить его. Никаких встреч и собраний. Никаких «Блу Хэрон». И ты заставишь его сделать это, правда, Кэти?
Острие ножа щекотало ей горло. Кэти боялась глубоко дышать, чтобы острое лезвие не вонзилось в нее. Оцепенение все больше охватывало ее.
Внезапно сильная рука толкнула ее на тротуар. Споткнувшись, Кэти упала на асфальт, тускло освещенный рассеянным светом большого уличного фонаря. Поднявшись на ноги, она оглянулась, пытаясь разглядеть напавшего на нее человека. А горло уже сжимали спазмы рвущегося из груди крика.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману На всю жизнь - Грэм Хизер



Ошибка, это современный роман
На всю жизнь - Грэм ХизерЛале
25.03.2013, 15.30





Роман скорее детективный. Мне не очень понравился. ГГ метается между двух огней-от любовницы к бывшей жене и наоборот. Не люблю такого.
На всю жизнь - Грэм ХизерНатали
26.03.2013, 1.01





Я заглянула в роман. 46 лет, рок- группа, воссоединение ее через 10 лет. Я не люблю такие сюжеты. Я не верю, что в одну реку можно войти дважды. Не люблю читать про любовь в 40 лет. Точно знаю, что это совсем другое чувство, нет той пьянящей весны в отношениях. Особенно для женщины.
На всю жизнь - Грэм ХизерЭлис
26.03.2013, 4.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100