Читать онлайн Мой враг, мой любимый, автора - Грэм Хизер, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.6 (Голосов: 53)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грэм Хизер

Мой враг, мой любимый

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 1

16 октября 1859 года
Около полуночи
Харперс-Ферри, штат Виргиния
– Я слышала выстрел!
Кирнан взвилась в постели. Над ней со свечой в руке склонилась Лейси Донахью. Ее седые волосы покрывал ночной чепец.
Еще не отойдя от сна, девушка силилась понять, что происходит.
– Выстрел? А кто стрелял?
– Не знаю! – трагическим шепотом произнесла Лейси.
– Но когда? И где?
– Не знаю, но я слышала выстрел! – упрямо твердила женщина.
– Вам, наверное, показалось, – попыталась успокоить ее Кирнан.
Только тут до нее дошло, что Лейси просто не с кем поговорить, вот она и пришла. Кирнан поняла это, когда пухлая хозяйка опустилась в изножье ее кровати.
– На улицах творится что-то невообразимое. Я проснулась и услышала шум. Там полно людей! – с испугом проговорила Донахью.
– Ну а как же иначе? Для того и существуют улицы… – резонно возразила девушка, но Лейси нетерпеливо перебила ее:
– Нет-нет, дорогая, это совсем не те люди, о которых ты подумала! Эти бегут куда-то с ружьями… Хотя подожди-ка – не бегут, а крадутся. О Кирнан, ну как ты не понимаешь? Они явно от кого-то прячутся!
Девушка выбралась из постели и поспешила к окну. Откинув фестончатую занавеску, она выглянула наружу. Слева вдали виднелись Потомак и железная дорога, уходящая в Мэриленд. Немного ближе располагались здания оружейной фабрики. Светила полная луна, и улица была ярко освещена.
– Я никого не вижу, – сказала Кирнан.
– Отойди от окна! – в испуге вскричала Лейси. – Вдруг тебя заметят?
Пряча улыбку, Кирнан сделала шаг назад, не отводя взгляда от окна. Какая чудесная ночь! Как красивы горы и долины, особенно та, где соединяют свои воды реки Шенандоа и Потомак! Девушка вспомнила старинную легенду о том, как юная индианка Шенандоа влюбилась в храброго Потомака. Они любили друг друга глубоко и сильно, но были вынуждены расстаться. Шенандоа так долго плакала, что из ее слез возникла река.
Дом Кирнан находился далеко отсюда, на полуострове в прибрежной полосе Виргинии. Он стоял на реке Джемс, вблизи первых поселений Джемстауна. Виргиния – большой штат, и чтобы приехать сюда, в Харперс-Ферри, девушке пришлось проделать немалый путь. Впрочем, эти несколько дней, которые заняло путешествие, остались в ее памяти как восхитительное времяпрепровождение. Она любила свой край, любила низины, тянущиеся от Джемса и Уильямсберга до Ричмонда и Фредериксберга, и то место, где Виргиния граничила со штатом Мэриленд, и ту точку, откуда виднелся Вашингтон, округ Колумбия. Кирнан любила полуостров, на котором жила. Но когда луна, вот как сейчас, заливала своим таинственным светом Харперс-Ферри, вдалеке угадывались очертания гор Блу-Ридж и шумела река, девушке казалось, что на земле нет места более прекрасного.
И более мирного.
Лейси просто нервничает, подумала Кирнан. Ее муж Томас вместе с отцом Кирнан, а также обоими Миллерами – Эндрю и его сыном Энтони – уехали на юг, чтобы найти подходящее место для строительства второй фабрики. Поскольку федеральный арсенал располагался в Харперс-Ферри, Эндрю Миллер хотел сохранить здесь основное производство и одновременно нащупать новые пути для расширения дела. Причем как можно дальше от всевидящего ока федеральной администрации.
Политическая ситуация в стране в то время была сложной. Южане считали, что избрание Авраама Линкольна президентом приведет к войне. Повсюду начались волнения. Если и в самом деле дойдет до войны, федеральное правительство наверняка обратит внимание на Харперс-Ферри из-за расположенного там оружейного завода.
Кирнан весьма живо интересовалась политикой. Напрасно, конечно, ибо тетушка Фиона как-то сказала, что такое поведение не пристало леди и Кирнан когда-нибудь поплатится за свой неуместный интерес. Да и отец частенько ругал дочь – в основном потому, что так поступала тетушка Фиона.
Кирнан была единственным ребенком. Они очень дружили с отцом и почти не разлучались, если не считать нескольких лет, которые девочка провела в школе леди Эллен. Она разделяла образ мыслей отца и считала, что он совершенно справедливо отзывался о непредсказуемом поведении виргинцев во время беседы со своим другом Эндрю Миллером.
– Южная Каролина громче всех кричит о правах штатов, – как-то за обедом заметил отец, обращаясь к Эндрю. – Но ведь большинство отцов-основателей были виргинцами! Вашингтон, Джефферсон, Мэдисон, Монро – все они виргинцы. Патрик Генри – тоже. Виргиния – душа и сердце этой страны! Как может какой-нибудь штат мечтать об отделении?
– Если Линкольна изберут президентом, – возразил Эндрю, – Южная Каролина наверняка отделится. А как только она выйдет из Союза, ее сестры – хлопковые, табачные и рабовладельческие штаты – не замедлят последовать примеру. Попомни мои слова!
Кирнан недоумевала: неужели это действительно случится, или сегодняшние волнения лишь временное явление? Главная беда исходила с Дикого Запада. Аболиционисты, движимые жаждой крови, двигались к Миссури, Небраске и Канзасу – «кровоточащему Канзасу», как они его называли. Собственно говоря, война на Западе уже шла. Сторонники рабства и аболиционисты яростно противостояли друг другу. Между ними постоянно вспыхивали столкновения, иногда кончавшиеся убийствами, но до открытых сражений дело пока не доходило. Рабовладельцы, в свою очередь, тоже не дремали. Каждый старался заполучить на свою сторону вновь образованные штаты.
Вокруг творились ужасные вещи, по сравнению с которыми зверства, приписываемые индейцам, казались детскими играми. Фактически уже воевали рабовладельцы и те, кто хотел видеть Небраску свободным штатом. Города подвергались нападениям. Беззащитные женщины, дети и даже мужчины гибли сотнями и тысячами. Среди аболиционистов гремело одно имя – Джон Браун. Слухи о нем докатились и до Виргинии. Рассказывали, что он приводил своих сторонников в Миссури, вышвыривал из домов безоружных людей и расправлялся с ними прямо на глазах у их семей. И утверждал, что творит возмездие.
На самом деле, по мнению Кирнан, это было самое настоящее убийство, жестокое и кровавое. Хорошо, что о подобных зверствах не слышно в Виргинии, и даже здесь, среди гор, в западных графствах. Девушка была убеждена, что всякого, кто убивает ни в чем не повинных людей где-нибудь в Канзасе или Миссури, следует примерно наказать.
Однако проблемы были не только на Западе. Некая дама по имени Гарриет Бичер-Стоу написала книгу под названием «Хижина дяди Тома», в которой рабовладельцы представали как самые жестокие люди, когда-либо существовавшие на земле.
Но ведь не все они такие, хотелось крикнуть Кирнан в лицо газетчикам! Большинство тех, кого она знала, были людьми хорошими, старавшимися создать своим рабам приличные условия существования и следившими за тем, чтобы те получали должное религиозное воспитание. Конечно, среди них встречались и жестокие люди, но не было никого похожего на Саймона Легре!
Многие южане вообще не имели рабов. Собственно говоря, корни проблемы лежали в экономике. Юг, как известно, край хлопка, и на плантациях приходилось работать рабам. Однако это вовсе не означало, что все в восторге от подобного положения дел. Джефферсон, например, создавая свою «Декларацию независимости», предполагал, что все люди будут свободными, в том числе и рабы, хотя сам при этом оставался рабовладельцем. Однако государственные мужи сумели убедить его, что такая декларация никогда не будет принята конгрессом, поскольку в настоящее время Юг не может обойтись без рабов – опять-таки по экономическим соображениям.
Кирнан понимала, что дело вовсе не в том, хороший или плохой человек владеет рабами. Проблема заключалась в свободе. Она, например, представить не могла, что кто-нибудь вдруг стал бы владеть ею. Ее отец был превосходным человеком и прекрасным хозяином – добрым и чутким. Но вместе с тем он был закоренелым виргинцем, чей отец, дед и прадед издревле имели рабов. Взгляд дочери на рабство отличался от взглядов ее отца, его соседей и деловых партнеров.
Кирнан не были известны мысли Лейси Донахью на сей счет, но ни Лейси, ни ее муж Томас рабов не имели. У них вообще, если на то пошло, не было слуг, которые бы постоянно жили в доме. По утрам к миссис Донахью приходила молоденькая горничная-ирландка, а у Томаса, который был адвокатом, имелись клерк и помощник. Они каждое утро появлялись в его кабинете, расположенном на первом этаже трехэтажного дома, стоявшего на главной улице Харперс-Ферри.
По вечерам же женщины оставались в доме одни, вот почему непонятное ночное передвижение людей по улице так разволновало Лейси. Душечка по натуре, она, не имея детей, была безраздельно предана мужу. Насколько знала Кирнан, до сих пор Лейси и Томас никогда не расставались, однако на сей раз ему все-таки пришлось уехать: предполагалось, что новая оружейная фабрика станет совместной собственностью Томаса, Эндрю Миллера и отца Кирнан.
Кирнан знала, что ее отец и Эндрю Миллер мечтают и о другом союзе – браке между нею и Энтони. Молодой человек нравился ей, очень нравился. Высокий и худощавый, с золотистыми волосами и глубокими темными глазами… Безупречные манеры джентльмена делали Энтони просто очаровательным. Он был безраздельно предан своему отцу и Виргинии. А еще веселый и остроумный Энтони прекрасно танцевал и никогда не отказывался отправиться с Кирнан на пикник или с другом – объезжать лошадей.
Может быть, она даже любила Энтони. У них было много общего, с ним девушка чувствовала себя легко и свободно. И все же по причинам, не до конца понятным даже ей самой, она тянула, не решаясь выйти за него замуж. Не то чтобы ей не нравилось флиртовать с Энтони, или танцевать с ним, или просто находиться в его обществе, нет…
Просто в представлении Кирнан любовь означала нечто совсем иное – всепоглощающее чувство, от которого вся она трепетала бы. Ей казалось, что при взгляде на любимого она должна испытывать неземной восторг, а если он окажется рядом, ее будет бросать то в жар, то в холод.
Девушка пыталась гнать от себя эти недостойные мысли, но они все равно владели ее сердцем и душой.
Любовь – это то, что она некогда чувствовала к Джессу Камерону.
Но ведь это было так давно, тут же одергивала себя Кирнан. Когда она была маленькой девочкой, ей казалось, что на свете нет никого лучше Джесса. Ни один мужчина не держался в седле так уверенно, как он, никто не умел так метко стрелять или так галантно поддразнивать свою маленькую подружку…


Джесс был десятью годами старше Кирнан. Она еще играла в куклы, а он уже учился в Уэст-Пойнте. На каникулы он приезжал домой в форме. Более восхитительного зрелища девочка в жизни не видела. Да разве только форма! Джесс всегда действовал на нее магически. С Кирнан он был неизменно приветлив, а в его сверкающих голубых глазах со стальным отливом светились добродушие и нежность.
– Доброе утро, мисс Маккей, – чуть хрипловато обращался он к ней, растягивая слова на виргинский манер. – Клянусь Богом, вы с каждым днем все хорошеете!
Конечно, он шутил, ведь у него отбоя не было от красавиц Юга… да и Севера тоже.
Впрочем, Джесс не так уж часто ее поддразнивал, поскольку виделись они нечасто. Он оставил Уэст-Пойнт, решив посвятить себя медицине, и теперь пропадал в Вашингтоне. Кирнан же в основном проводила время с отцом и Энтони Миллером.
Она старалась убедить себя, что ее чувства к Джессу Камерону – детская влюбленность и ничего больше. Их семьи много лет дружили, брат Джесса, Дэниел, был лучшим другом Кирнан. Как-то он обмолвился, что Джесс часто посмеивается над ее проказами и называет не иначе как капризным чертенком. А еще Джесс говорил, что для мужчин безопаснее держаться от Кирнан подальше.
Разумеется, она никогда не была капризным чертенком – тут брат Дэниела явно преувеличивал, – просто старалась не давать никому спуску и не оставлять безнаказанной ни одной злой шутки и ни одного розыгрыша. Однажды, еще в школе, Тристан Томби попытался привлечь к себе внимание Кирнан весьма оригинальным способом – опустив ее косичку в чернильницу. Ну и отыгралась же она! Начала напропалую флиртовать, дразнить, улыбаться – словом, старалась задеть самые чувствительные струны мальчишеского сердца. А все для того, чтобы претворить в жизнь свой коварный план – привязать чернильницу к его подтяжкам, да так, чтобы измазать чернилами и самого Тристана, и всю его одежду. Джесс как раз проезжал мимо школы, когда несчастный мальчишка, залитый чернилами с ног до головы, появился на пороге.
Удержаться от смеха при виде такого зрелища было невозможно. Правда, отсмеявшись, Джесс тотчас подозвал Кирнан и настоял на том, чтобы отвезти ее домой. По дороге он заявил:
– Мисс Маккей, вы просто несносный бесенок! Остается только пожалеть парня, который влюбится в вас в следующий раз…
Он не просто привез ее домой, но, невзирая на протесты девочки, рассказал о происшествии ее отцу. Ей, конечно, здорово досталось, а Джесс лишь посмеивался. На прощание он взял Кирнан за подбородок, и его неправдоподобно синие глаза сверкнули адским огнем, когда он склонился к ней.
– Берегитесь, мисс Маккей! Вы еще слишком молоды, чтобы так отчаянно флиртовать. В один прекрасный день вы нарветесь на того, кто захочет вам ответить…
– Какой-нибудь галантный виргинский джентльмен вроде вас? – сладчайшим голосом осведомилась девочка. – Полно! Не захотите же вы разбить сердце леди, совсем еще ребенку!
– Но ведь вас не всегда будут окружать галантные южане, – возразил Джесс и, взъерошив волосы Кирнан, отбыл восвояси.
Она же пришла в неописуемую ярость. Но даже тогда не переставала грезить о нем по ночам, вспоминая его синие глаза со стальным отливом и глубокий, чуть хрипловатый голос.
Впрочем, Джесс поддразнивал ее лишь время от времени. Однажды Кирнан решила искупаться в местном ручье. По дороге ей встретилась крошка Сисси Уэйд, рабыня папаши Эвана Тернера, и Кирнан, повинуясь внезапному порыву, уговорила девочку составить ей компанию. Когда они вернулись, юная мисс была поражена, увидев, с какой яростью набросился Эван Тернер на свою худющую, испуганную маленькую рабыню. Она попыталась объяснить, что та ни в чем не виновата, но Тернер, не обращая внимания на слова Кирнан, задал Сисси знатную трепку, а зачинщицу предупредил, что такая же участь постигнет и ее, если она не уберется с глаз долой. Его не остановит даже то, что она – дочь богатого джентльмена. Бедные фермеры не могут позволять своим рабам слоняться без дела, когда на учете каждая пара рук.
Разумеется, Кирнан и не подумала убираться. Глядя, как хозяин избивает Сисси, она вдруг поняла, почему отец называет таких, как Тернер, белой швалью. Услышав, как девочка истошно закричала, юная леди бросилась за помощью.
Она мчалась домой, не разбирая дороги, и чуть не попала под копыта гнедого коня Камеронов, на котором Джесс возвращался с прогулки. Он тут же спешился и едва успел подхватить Кирнан.
– Вот так встреча! Куда ты спешишь на этот раз? Очередная проказа?
Кирнан даже не обратила внимания на его тон – не до того было. В глазах ее стояли слезы. Камерон схватил девочку за плечи и слегка встряхнул. И тут ее словно прорвало:
– Я позвала Сисси купаться… Мы поплавали в ручье всего какой-нибудь час, а когда вернулись, папаша Тернер накинулся на нее с тростью как бешеный… Джесс, он убьет ее!
Камерон отпустил плечи Кирнан. В глазах его застыла тоска.
– Кирнан, Сисси принадлежит Тернеру. По закону он вправе ее бить.
– А если убьет?
– Надо было думать об этом раньше, когда ты приглашала Сисси купаться.
– Я просто хотела порадовать ее! Она трудится от зари до зари… У нее всегда такой усталый вид. Я не хотела причинить ей вред, видит Бог, не хотела! Проклятый Тернер! Так и выцарапала бы ему глаза…
– Подрастите немного, мисс Маккей, и можете попытаться, – насмешливо произнес Джесс и, посерьезнев, добавил: – Ну ладно, Кирнан, успокойся. Иди домой. Я попытаюсь что-нибудь сделать.
Но она не послушалась, а последовала за Камероном, прячась в кустах. Прибыв на место события, защитник спешился, подошел к Тернеру и вырвал трость у него из рук. Тот в ярости обернулся. В то время Джессу еще не было двадцати, но он был уже на голову выше рабовладельца и гораздо шире в плечах. Фермер не собирался с ним драться, однако все же решил поставить на место:
– Не вмешивайся, парень! Хоть ты и сынок богача Камерона, но прав на мою девчонку у тебя нет…
– Ты забьешь ребенка до смерти, Тернер! – воскликнул Джесс.
– Она принадлежит мне! Тебе известно, что она пыталась удрать?
– Ты прекрасно знаешь, что это не так! – сердито возразил Камерон.
Тернер понизил голос, и дальнейшего разговора Кирнан уже не слышала.
В конце концов, молодой человек вытащил из кармана деньги, и Сисси, которая все это время молча наблюдала за происходящим, изредка всхлипывая, неожиданно очутилась на крупе его коня.
Джесс выкупил ее у Тернера. Через неделю Камероны купили всю семью – мать Сисси, отца-доходягу, изнуренного работой, и младенца-брата.
Возможно, именно тогда Кирнан впервые осознала, что Джесс ее бесит.
Впоследствии ей не раз довелось испытать те же чувства. Еще бы – Джесс постоянно обращался с ней, как с ребенком!
Когда отец объявил Кирнан, что вскоре состоится ее первый бал, она и думать не думала о Джессе, поскольку молодой человек стал теперь военным и наверняка находился либо в Вашингтоне, либо на Западе, сражаясь с индейцами. Вечер удался на славу. Кирнан затянули в невероятно тугой корсет, поверх которого водрузили, наверное, миллион нижних юбок. Впервые в жизни отец позволил ей надеть модное взрослое платье, оставлявшее открытой ее еще не вполне развитую грудь. Волосы Кирнан, завитые парикмахером, были собраны в элегантную прическу на затылке. Она чувствовала себя взрослой и к тому же красавицей. Более того, она, чуть волнуясь, уже чувствовала себя женщиной и наслаждалась жизнью, танцуя, раздавая улыбки и флиртуя напропалую. Молодые люди толпами вились вокруг нее, и это было восхитительно! Конечно, Кирнан не собиралась разбивать сердца – ей просто доставлял удовольствие этот необременительный флирт, позволявший ощущать власть над местными парнями.
Однако так продолжалось лишь до тех пор, пока Кирнан не увидела Джесса. Он стоял, прислонившись к двери, взгляд и улыбка говорили о том, что все происходящее чрезвычайно его забавляет. Видимо, он давно уже глаз с нее не спускал.
И вдруг он пригласил ее на танец. Не успев опомниться, Кирнан очутилась – в его объятиях, хотя обещала тур другому.
– А вы стали настоящей красоткой, мисс Маккей! Впрочем, ничего другого я и не ожидал, – принялся уверять ее Джесс, однако глаза его при этом сверкали весельем.
Все так же улыбаясь, он наклонился и скользнул по ее руке поцелуем. Кирнан покраснела. Как ей хотелось наброситься на него с кулаками! Впрочем, от поцелуя у нее сладко защемило в груди и гулко забилось сердце.
– Итак, кого вы покорили на этот раз? – поинтересовался он.
– Весь мир, Джесс Камерон, – сладко пропела Кирнан.
Он рассмеялся и отпустил ее, а она как бы невзначай наступила ему на ногу своей изящной ножкой в новой кожаной туфельке.


Джесс может убираться к черту! Она переросла Джесса Камерона, переросла свое детское увлечение, снова и снова повторяла про себя Кирнан той октябрьской ночью в Харперс-Ферри. Отныне она к нему совершенно равнодушна. Она выросла, у нее свои принципы, и теперь никто, даже Джесс, не посмеет назвать ее капризным чертенком.
Камерон может быть вежливым и забавным. Он может быть даже очаровательным – когда захочет, думала Кирнан. Он никогда не скрывает своих принципов, всегда высказывается начистоту, и ему плевать на общепринятое мнение, если оно не совпадает с его собственным. Он не способен сгибаться или идти на компромисс, мысленно добавила Кирнан. Если она выйдет замуж за Джесса, он ни за что не станет прислушиваться к ее советам, как это делает Энтони.
Да и играть с Камероном так, как с Энтони, у нее не получится. Джесс потребует все или ничего – если вообще чего-то потребует.
Энтони куда более воспитанный молодой человек.
Да Джесс просто ничто по сравнению с Энтони!
И все же Кирнан не могла забыть восторга, который охватывал ее просто оттого, что Джесс был рядом, дикого, неземного восторга, от которого мурашки бежали по спине. К Энтони она не испытывала ничего подобного, но в этом не было его вины. Просто она больше не ребенок и теперь чувствует иначе…


– Кирнан, ты только посмотри! Опять кто-то прошел! – воскликнула Лейси, оторвав девушку от размышлений.
Она очнулась и выглянула в окно, но к тому времени прохожий уже скрылся из виду.
– Извините, Лейси, но я опять ничего не видела.
– Но ты даже не пыталась разглядеть! – с мягким упреком произнесла Донахью.
– Ну хорошо, теперь я буду смотреть во все глаза, обещаю, – покаянным тоном сказала Кирнан.
Через несколько минут до них донесся гудок ночного поезда. Значит, сейчас примерно половина первого.
– Все в порядке. Полночный поезд прошел как обычно, – спокойно произнесла Кирнан.
Однако Лейси не так-то легко было успокоить.
– Говорю тебе, там, внизу, что-то творится!
Внезапно Кирнан охватил леденящий душу страх. Она по-прежнему ничего не могла разглядеть на темной улице, но каким-то внутренним чутьем осознала, что женщина права.
Девушка снова выглянула в окно. На этот раз ей удалось рассмотреть, что кто-то, крадучись, движется вдоль темного дома. Она вздрогнула и в ужасе отпрянула. Да, Лейси права – внизу что-то происходит.
Но ведь их это не касается, напомнила себе Кирнан. В доме Донахью они в безопасности.
Девушка снова перевела взгляд на свою приятельницу.
– Скажите, Лейси, в доме есть оружие?
Та изумленно покачала головой, и Кирнан подавила в себе искушение рассмеяться. Они остались одни потому, что мужчины поехали подыскивать место для нового оружейного завода, и как назло в доме нет ни одного завалящего ружьишка!
– О, Кирнан! Ты считаешь, что нам угрожает опасность?
– Разумеется, нет, – как можно спокойнее возразила девушка. – Может быть, эти люди внизу расходятся с какого-нибудь собрания. А может, это ночной патруль или еще что-нибудь в том же роде…
– Но почему они прячутся? А выстрел? Ты забыла – я ведь слышала выстрел!
Кирнан пожала плечами. Ей хотелось бы успокоить Лейси, но теперь она и сама не сомневалась, что внизу творится что-то непонятное. Люди, которых она видела в окно, и в самом деле вели себя очень подозрительно.
– Думаю, нам ничего не грозит, – повторила девушка. Действительно, с чего бы? В конце концов это большой город, а то, что они одни в доме, ничего не значит. Вряд ли сюда залезут воры: Лейси и Томас, конечно, живут в достатке, но они не богаты, и в доме нет ничего особо ценного.
Однако эти люди, что двигались сейчас по улицам Харперс-Ферри, явно не грабители. Наверняка дело совсем в другом.
– Почему бы нам не спуститься вниз и не выпить по бокалу хереса? – предложила она.
– Но снизу мы ничего не увидим, – возразила Лейси. Кирнан улыбнулась:
– Можно принести херес наверх. Как вам такой план?
План женщине понравился. Они зажгли свечу на прикроватном столике и отправились вниз, в приемную Томаса за вином.
«Мы сейчас похожи на привидения», – подумала девушка. Белая ночная рубашка Кирнан, отороченная кружевом, развевалась при ходьбе, как парус, а бледно-голубое одеяние Лейси в темноте так и светилось. Харперс-Ферри славился историями о призраках. Поговаривали, что по ночам в доме старого Харпера кто-то движется на фоне окна. Некоторые утверждали, что это покойная миссис Харпер, которая, не зная устали, разыскивает золото, припрятанное мужем. Кое-кто считал, что по улицам Харперс-Ферри все еще бродит Джордж Вашингтон. Когда-то он хотел построить здесь оружейный склад и до сих пор скитается в поисках подходящего места.
Ну и конечно, индейцы. Шенандоа и Потомак все еще льют слезы.
Вернувшись в спальню, Кирнан наполнила бокалы хересом. Женщины расселись в креслах по сторонам окна и, потягивая вино, время от времени выглядывали на улицу. Лейси, казалось, успокоилась. То ли она решила, что опасность миновала, то ли наслаждалась неожиданным пиршеством.
Кирнан же приходила все в большее волнение. На улице действительно наблюдалось какое-то движение, в основном у арсенала и пожарной вышки. А ночь между тем подходила к концу. Вглядываясь в небо, далекие горы и поблескивавшую внизу реку, девушка надеялась, что скоро первые солнечные лучи рассеют ночную тьму.
Лейси с воодушевлением рассказывала Кирнан о замечательном вечере, где она недавно присутствовала, удивляясь тому, как быстро поезд довез ее до Вашингтона. Девушка глотнула хересу и уже начала было расслабляться, как вдруг услышала громкий стук в дверь.
Они с хозяйкой одновременно подскочили в креслах и уставились друг на друга.
– Что делать? – с тревогой вскричала Лейси.
– Не обращайте внимания, – твердо ответила Кирнан.
– А вдруг кто-то идет нам на помощь?
– А вдруг это злоумышленники?
Наступило молчание. Женщины смотрели друг на друга широко открытыми глазами, не решаясь двинуться с места.
Снизу послышался звон стекла – очевидно, разбили окно в кабинете Томаса. Лейси взвизгнула, Кирнан подавила крик. Ни к чему обнаруживать себя раньше времени.
– Лейси, надо что-то делать! Господи, ну почему у вас нет оружия?
– Право, не знаю. Нам и в голову не приходило, что оно может понадобиться, – смущенно пролепетала миссис Донахью, судорожно стискивая руки.
Что толку набрасываться на бедняжку Лейси, одернула себя Кирнан. Это не поможет…
Снизу послышались шаги – кто-то поднимался по ступенькам.
Кирнан обвела паническим взглядом комнату и вдруг заметила в углу зонтик. Она машинально схватила его, прекрасно понимая, что вряд ли сумеет им воспользоваться. Но не сидеть же сложа руки! Она никому не позволит обидеть душечку Лейси. Если надо, она будет драться!
Чем – зонтиком?!
Шаги теперь слышались из холла, оттуда, где располагалась спальня Лейси.
– Прячьтесь! – прошептала Кирнан своей пожилой подруге.
– Куда? – так же шепотом спросила Лейси.
И в самом деле, спрятаться негде. Комната была очень уютной – во всем чувствовался прекрасный вкус хозяйки, – но из мебели здесь стояли только пара кресел, кровать, гардероб и ночной столик.
– Полезайте под кровать! – скомандовала Кирнан, не сразу сообразив, что Лейси вряд ли втиснет туда свои пухлые формы.
– Спрячься лучше ты, Кирнан Маккей, – отозвалась женщина.
Голос ее звучал уверенно, но девушка видела, как бешено бьется жилка на шее Лейси.
– Я вас не брошу… – начала она, но тут спор разрешился сам собой, ибо дверь спальни резко распахнулась.
На пороге стояли двое мужчин, и оба были вооружены. Один нацелил свой «кольт» прямо в грудь Лейси, а второй, высокий бородатый негр, направил ружье на Кирнан.
Сердце девушки отчаянно колотилось, но она, стараясь сохранять достоинство, гордо выпрямилась.
– Кто вы такие и по какому праву вламываетесь в чужой дом, пугая беззащитных женщин? – с негодованием воскликнула Кирнан, удивляясь, что вообще может говорить.
Ладони ее вмиг повлажнели. Такого страха она в жизни не испытывала.
– Мы солдаты свободы, мисс, – ответил белый мужчина, тот, что был ниже ростом. – А вы – Кирнан Маккей, дочь Джона Маккея, рабовладельца.
– Да, я Кирнан Маккей, – хладнокровно подтвердила девушка. – А вы…
– Мы – воины революции. Она началась только что, сегодня ночью. Скоро восстанет вся страна!
Кирнан судорожно сглотнула. Только тут до нее дошло, что мужчина говорит о восстании рабов.
Кирнан знала, что подобное уже происходило в Южной Америке и странах Карибского бассейна. Рабы восставали против своих хозяев, и месть их была ужасной. Людей резали прямо в постелях, не щадя ни стариков, ни детей.
Но она даже представить не могла, что нечто подобное случится здесь. И уж во всяком случае, не в доме Лейси, муж которой, Томас, всегда выступал против владения живым человеком.
– Вы не имеете права вламываться в частный дом! – выкрикнула Кирнан. – Знаем мы вашу революцию. Режете всех подряд!
– Мы не причиним никакого вреда миссис Донахью, – сказал белый, и это еще больше напугало девушку.
Он знает их обеих! Знает, что это дом Лейси, и ему откуда-то стало известно, что Кирнан гостит здесь. Кто бы ни были эти люди, их вылазка явно спланирована заранее.
– А вот мисс Маккей придется пойти с нами.
– Ни за что, – отрезала та.
Лейси своим пухлым телом заслонила девушку от незнакомцев.
– Не смейте ее трогать, негодяи! Не знаю, что вы задумали, но эта девушка…
– С ней не случится ничего дурного, мэм, – заверил ее высокий негр. – Мы действуем под руководством Джона Брауна, а Джона Брауна направляет сам Господь, Началась война, и мисс Маккей пойдет с нами – в качестве пленницы.
Джон Браун.
Кирнан бросило в жар. Она слышала это имя. Джон Браун беспощадно и фанатично уничтожал людей, утверждая, что действует согласно Божьей воле. Девушке хотелось презрительно фыркнуть, но она была слишком напугана. Неужели Джон Браун воюет даже с женщинами и детьми?
– Мы не причиним вам вреда, – повторил белый, обращаясь к Кирнан. – Если вы пойдете с нами добровольно…
Она бы, пожалуй, согласилась, раз так. Но где гарантия, что ничего не случится, если она пойдет с ними?
Девушка задумчиво покачала головой:
– Я не могу идти с вами. Вы же видите – я не одета.
– И в самом деле! – вмешалась Лейси. – Не поведете же вы девушку по улице в таком виде?
Обе старались выиграть время, но какой смысл? Если мужчины нападут на нее, решила Кирнан, она просто так не сдастся. В руке девушка все еще сжимала зонтик, но что такое зонтик против «кольта» и ружья?
– Мисс Маккей, делайте, что вам говорят. Если вы и дальше будете упираться, я свяжу вас, как рождественскую индейку, а Кейн, – коротышка мотнул головой в сторону высокого темнокожего напарника, – перекинет вас через плечо и унесет.
«Ну уж нет», – решила Кирнан. Если они ее свяжут, она не сможет убежать.
– Хорошо, я сейчас, – поспешно проговорила она.
– Стойте! – закричала Лейси. – Раз вы уводите Кирнан, вам придется забрать и меня.
– Но вы нам не нужны, миссис Донахью, – возразил негр, тот самый, которого звали Кейн.
– Лейси, прошу вас, останьтесь, – с нажимом произнесла девушка. Она надеялась, что подруга поймет ее скрытый намек.
– Но Кирнан!..
– Лейси, прошу вас.
Женщина упрямо прикусила губу и отошла. «Как она великолепно держится, – подумала Кирнан. – Гораздо лучше, чем я сама».
– Мисс Маккей…
Кейн вежливо посторонился, чтобы дать Кирнан пройти. Не глядя на него, она двинулась к двери. «Ну и видик у меня», – подумала девушка. На ней была лишь белая ночная рубашка, а в руке – зонтик. Она даже обуться не успела.
– Отлично! – сквозь зубы проговорила она, обходя мужчин и спускаясь по лестнице.
Если ей удастся выскочить на улицу первой, то, возможно, удастся и убежать. Вряд ли они знают город лучше, чем она, – все его улицы и переулки, а главное, потайные тропинки, по которым можно выбраться в горы.
Кирнан шагала быстро, но опередить мужчин ей все же не удалось.
Вот и прихожая. В слабом свете наступающего дня Кирнан разглядела у камина кочергу. «Это вам не зонтик, – мелькнула у нее мысль. – Только вряд ли кочергой остановишь пулю», – тут же добавила она про себя.
Кирнан торопливо направилась к кабинету. У двери валялись осколки разбитого стекла. Девушка остановилась.
– Поскольку мне даже не разрешили обуться, джентльмены, я была бы вам очень признательна, если бы вы убрали стекла, прежде чем мы двинемся дальше.
– Что?! – угрожающе подступил к ней коротышка.
– Я могу поранить ноги, – спокойно пояснила Кирнан. – Если захваченная вами пленница будет истекать кровью, вряд ли это произведет благоприятное впечатление на ваших последователей.
– Она права, – нехотя произнес Кейн.
Его напарник пожал плечами.
– Проклятие! Ну ладно, будь по-твоему…
Мужчины принялись собирать осколки. Удостоверившись, что они с головой ушли в работу, Кирнан со всех ног бросилась к задней двери.
Вслед ей донеслись проклятия. Достигнув двери, девушка обнаружила, что та закрыта на задвижку. Теперь настала очередь Кирнан ругаться. Второпях ободрав себе руки, она наконец отодвинула щеколду и выскочила наружу.
На мгновение девушка задержалась на крыльце, прикидывая, что делать дальше. Она находилась в самом центре города, повсюду только холмы и высокие здания. Прямо над ней возвышалась католическая церковь, а уходящая вверх тропинка вела к скале Джефферсона и кладбищу. Кирнан хорошо знала этот район, знала и то, что тропинка сейчас укрыта листвой, а значит, почти не видна.
У нее был выбор. Во-первых, можно обежать вокруг дома, и тогда она окажется на улице.
Во-вторых, можно попытаться добраться до тропинки и вскарабкаться на холм, где листва и густые деревья надежно укроют ее от глаз преследователей.
Между тем их шаги раздались совсем рядом.
Кирнан отшвырнула зонтик и помчалась по двору, острыми камешками больно раня свои босые ноги. И все же она без труда отыскала тропинку и начала карабкаться наверх, надеясь, что листва скроет ее от преследователей. Она хваталась за кусты, спотыкалась и падала, но снова вскакивала и упрямо стремилась вперед.
– Она сбежала! – крикнул один из мужчин.
– Стой, стрелять буду! – раздался голос второго.
Пустая угроза! Кирнан почему-то была уверена, что они не посмеют пустить в ход оружие – наверняка им приказали доставить ее живой. И она продолжила свой путь.
Тут в утреннюю прохладу ворвался вдруг негромкий возглас.
Какой-то человек взбирался на холм вслед за нею.
– Кирнан! – окликнули ее с улицы.
Девушка явственно различила цокот копыт. Там определенно какой-то всадник, и это он зовет ее чуть хрипловатым глубоким голосом.
Однако преследователи были уже совсем близко.
– Убью суку! – донесся до Кирнан голос коротышки.
Она тотчас судорожно рванулась вверх, чуть не потеряв сознание от страха и напряжения.
– Беги, Кирнан, беги!
Она не нуждалась в подобном совете. Только бы невидимый всадник спешился и догнал тех, кто ее преследует!
Дыхание Кирнан стало прерывистым, сердце гулко колотилось – казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Похоже, ей удалось уйти. Если она взберется на холм, там уже рукой подать до церкви. Может быть, она сумеет разбудить отца Костелло, а может, он уже встал и молится. Может быть, в церкви ей посчастливится найти защиту…
Кирнан взобралась наверх и вдруг почувствовала, что ее ночная рубашка зацепилась за ветку. Чертыхнувшись, она остановилась, чтобы высвободиться.
Чьи-то сильные руки схватили ее за плечи и резко швырнули на землю. Кирнан вскрикнула. И отчаянно замолотила руками и ногами, стараясь стряхнуть с себя коротышку, который навис над ней, злорадно усмехаясь. Когда она снова попыталась закричать, он зажал ей рот рукой. Кирнан, изловчившись, укусила его, и тогда мужчина занес кулак. «Еще мгновение, – подумала девушка, – и этот кулак обрушится мне прямо в лицо…»
Но… Словно в тумане Кирнан увидела, как чья-то рука, затянутая в кожаную перчатку, схватила коротышку за запястье, да так, что у того глаза на лоб полезли. Значит, незнакомый всадник все же пришел ей на помощь!
Воспользовавшись замешательством противника, Кирнан высвободилась и тут же услышала глухие удары – по-видимому, мужчины сцепились всерьез.
Она отшатнулась, чтобы они ее ненароком не задели, и вдруг отчаянно закричала, почувствовав, как земля уходит у нее из-под ног. Пытаясь удержать равновесие, она тем не менее продолжала скользить по склону вниз. Прямо на острые камни!
– Кирнан!
Она подняла глаза и увидела своего спасителя, высокого и стройного, затянутого в военную форму.
Отшвырнув от себя коротышку, молодой человек прыгнул чуть ли не на девушку, и теперь они вдвоем покатились вниз.
Он придавил ее к земле всей своей тяжестью. Скольжение замедлилось, и вот уже их обоих отбросило влево. Несколько кувырков – и они очутились во дворе дома Донахью.
Отчаянно кашляя и чувствуя головокружение, Кирнан попыталась подняться на ноги. Глянув вниз, она вдруг увидела знакомые синие глаза со стальным отливом.
– Джесс! – изумленно выдохнула она. – Джесс Камерон! Он насмешливо улыбнулся и произнес в своей обычной протяжной манере:
– Здравствуйте, мисс Маккей! Давненько мы с вами не виделись… Впрочем, никогда заранее и не скажешь, когда наткнешься на тебя, а, Кирнан?



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер



В принципе интересный роман, но не понравилось очень большое количество описанных сцен военных действий, скучновато их читать.
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерМарина
7.03.2011, 18.29





Такий милий роман. вони знайшли своє кохання на війні і навіть колір мундирів не зміг знищити цього почуття.раджу прочитати
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерНадя
9.07.2012, 13.39





Роман просто отличный! У меня нет слов.А то что война,так это даже хорошо-многим будет полезно почитать! Тем,кто плохо знает историю! 10 баллов.Автор просто отлично совместила исторические события войны и такую сильную любовь.А сколько страсти.Есть даже моменты,где можно и всплакнуть.
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерЕкатерина
3.03.2013, 1.11





замечательный роман.прочитала с удовольствием.
Мой враг, мой любимый - Грэм Хизерчитатель)
6.12.2013, 13.04





здорово, читайте!
Мой враг, мой любимый - Грэм Хизернезнакомка
27.01.2014, 16.42





Скучно. Одна политика,....
Мой враг, мой любимый - Грэм Хизерleka
28.01.2014, 14.08





Замечательный роман,очень сильные герои, постоянно интрига и не ждут друг от друга слов любви,а с самого начала признаются друг другу в ней 10 из 10
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерОктавия
19.08.2014, 0.47





Аплодирую стоя.
Мой враг, мой любимый - Грэм Хизерren
20.08.2014, 1.35





Совсем не скучно! Сильные чувства, плюс смелость, отвага, честь. Приятно читать.
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерЛиза
7.09.2014, 5.40





Это любовный роман,а не исторические хроники.начало воодушевило,остальное пролистала.Исторические факты можно подчерпнуть в другой литературе.не удалось отдохнуть.:-)
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерТаТьяна
7.09.2014, 21.49





Интересный роман.Хочется читать и читать...Прощай домашние дела!
Мой враг, мой любимый - Грэм ХизерНаталья 66
9.10.2014, 20.01








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100