Читать онлайн Пробуждение любви, автора - Гротхаус Хизер, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Пробуждение любви - Гротхаус Хизер бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.16 (Голосов: 44)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Пробуждение любви - Гротхаус Хизер - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Пробуждение любви - Гротхаус Хизер - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гротхаус Хизер

Пробуждение любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17



Когда Микаэла наконец уснула, ее преследовали ночные кошмары. Она летела через серо-черный дым и облака, бросавшие тень на мрачное, печальное поле брани, видела смерть и кровь, искалеченные тела, сложенные в кучу на песке, на вересковой пустоши, в грязи, в лесах и темных, глубоких долинах. Войны и восстания, ржавших боевых лошадей, слышала призывы отступать; свистящие стрелы и воспламеняемые метательные снаряды, разрывающиеся и превращающие все вокруг в огненный ад, распространяющийся по земле подобно эпидемии. Стук копыт, лай гончих псов, снова стук копыт-, хлопанье крыльев, стук копыт, уносящих ее куда-то навеки.
Уолтер Форчун тоже казался озабоченным и умолял Микаэлу соблюдать осторожность и вернуться домой, если ей будет грозить опасность.
— Тебе не нужно оставаться здесь, — тихо произнес Уолтер. — Мы втроем все вынесем.
Но Микаэла не знала, как сообщить отцу, что ее сердце было поймано в ловушку двумя Шербонами, отцом и сыном, обитавшими в мрачном замке, поэтому она лишь согласилась с самой теплой улыбкой, на какую была способна, и помахала ему рукой с подъемного моста.
Едва она вошла в зал, как Хью Гилберт приветствовал ее, выходя из дверей, ведущих из кухни, следом за ним шел счастливый Лео с бисквитом, зажатым в руке.
— Мисс Форчун! — воскликнул Хью с широкой улыбкой. Радость, казалось, просачивалась сквозь ткань его тонкой туники цвета шафрана, и Микаэла не могла с подозрением не задуматься о причине его торжествующего настроения. — Вот та женщина, которую я искал.
— Сэр Хью. Доброе утро, — холодно поздоровалась Микаэла, затем с улыбкой присела перед мальчиком: — Привет, Лео. Оставь кусочек мне. Я еще не завтракала и буквально умираю с голоду.
Лео рассмеялся и протянул ей мокрый бисквит. Микаэла открыла рот и сомкнула зубы на тонком предплечье Лео.
— М-м-м! Как вкусно! Малыш захихикал:
— Не кусай Эо, эди Микэ-а.
— О, дорогой, извини меня! Но ты такой сладкий, что я не могла удержаться. — Она ущипнула его за носик, потом встала.
На лице Хью все еще играла усмешка, и он низко поклонился Микаэле.
— Мое почтение, миледи.
Теперь она всерьез встревожилась.
— Почему? Что вы сделали?
Хью рассмеялся:
— Дело не в том, что сделал я, а в том, что сделали вы. Не знаю, что произошло, но вчера вечером Рик вернулся в свою комнату в ужасном настроении!
Микаэла еще больше встревожилась.
— Хорошо, но не вижу в этом ничего забавного. Очевидно, мой советчик оставляет желать лучшего в его наставлениях.
— Нет-нет! Напротив, — настаивал Хью. Он обернул вокруг пальца колечко волос Лео. — Иди и поиграй возле очага, Вонючка. Я должен поговорить с леди Микаэлой.
— Холосо, Хю.
— Мы должны продолжать в том же духе, — сказал Хью, как только Лео оказался вне пределов слышимости. — Клянусь, Родерик попался вам на крючок, и это именно то, что ему нужно.
Некоторое время Микаэла смотрела на Хью, размышляя, какие чувства двигают этим человеком. По какой-то причине ей не хотелось сообщать ему, что прошлым вечером именно Родерик вел себя как агрессор. Разумеется, в планы Микаэлы входило приблизиться к нему, но он опередил ее, поцеловав первым.
. — Вы уверены? — уклончиво поинтересовалась она.
— В этом нет никаких сомнений, — заключил Хью с видом ученого мужа. — Он едва сказал мне пару слов вчера, а когда говорил, это напоминало лай. Вы должны рассказать мне, что случилось.
— Я… я сняла туфли. Спросила его о матери… и умерших сестрах.
— Правда? — радостно вскричал он. — О Боже, это изумительно! Неудивительно, что он… — Хью замолчал, казалось, чтобы тоже немного подумать, затем взял Микаэлу под локоть, и они оказались рядом, словно наперсники. — Дорис Шербон была полоумной и…
— Полоумной? С чего вы взяли? Вы знали ее?
Мгновение Хью выглядел несколько смущенным.
— Ну а как еще вы назовете женщину, которая накинула на шею петлю с привязанным камнем и вошла в море? А? Нормальной?
Микаэла почувствовала, как в животе у нее все перевернулось, но Хью продолжил, словно рассказывал ей о том, что им подадут на ужин.
— Сегодня утром он, видимо, все еще оставался под впечатлением от вчерашнего вечера, — сообщил Хью. — Настолько, что посылал меня в Торнфилд-Мэнор собрать налоги!
— О!
— Да. И пока я отсутствую, вы должны его добить. Должен признать, Рик слишком часто зависит от меня. Например, чтобы оградить его от вещей, которые он. находит… неприятными.
Микаэле очень хотелось сказать сэру Хью, что Родерик вовсе не нашел ее неприятной, когда целовал. Но она не проронила ни слова.
— Я, вероятнее всего, отлучусь на пару дней — мое появление застанет вашего бывшего любовника врасплох, и ему придется хорошо потрудиться, чтобы собрать такую огромную сумму денег. Тем временем вы должны продолжать преследовать Рика, заставить его разговориться. — Он наклонился вперед с озорным блеском в глазах. — Продолжайте свою тактику и пригласите его к себе в постель!
Микаэла отпрянула:
— Что?
— Какое это имеет значение? Вы все равно выйдете за него замуж, вы ведь уже не девственница, а?
Микаэла дала ему пощечину. Какое-то время Хью казался шокированным, но затем снова усмехнулся:
— Что ж, это было весьма неожиданно.
— Не делайте предположений относительно меня, сэр Хью. Это повредит вашему здоровью.
— Понятно, — мягко ответил он. — Как бы то ни было, приношу свои извинения, но вы понимаете, о чем я говорю, не так ли?
Микаэла понимала, что если последует совету Хью, Родерик Шербон не женится на ней. За то время, что она узнапа этого человека, ей стало очевидно, что физическая близость была чем-то, что вызывало у него неловкость, особенно когда на него оказывали давление. Но тогда зачем Хью предлагает ей поступить именно так?
— Думаю, я так и поступлю, — осторожно сообщила она.
— Грандиозно, — сказал Хью, словно испытав облегчение. — И когда он будет отказывать вам, должен вас предупредить, что так и случится, будет самое время спросить его об Аурелии.
— Об Аурелии? — Хотя она была оскорблена, что сэр Хью решил, что Родерик сочтет ее безвкусной, Микаэла почувствовала себя заинтригованной при упоминании женского имени. — Кто это?
Хью холодно улыбнулся:
— Кто? Ну конечно же, мать Лео.
Родерик сидел один в своей комнате, размышляя над превратностями судьбы.
Женщина, на которой он должен был в ближайшее время жениться, не шла у него из головы.
В обычных условиях это можно было счесть удачей. Однако он был не совсем обычный человек, и Микаэла.
Форчун не была обычной женщиной. Родерик знал, что никогда не сможет заставить себя взять собственную жену в постель. Он не смог бы вынести жалость в ее глазах при взгляде на его искалеченное тело, и от мысли о собственных неловких попытках любить ее у него выступил холодный пот.
Одетый и на расстоянии, он еще мог оставаться мужчиной в ее глазах. Но при близости в супружеской постели…
И потом, сама женщина и странная история ее семьи. Сапог, который Родерик отрыл в часовне, находился в ящике в его гардеробе и, казалось, взывал к его воображению и любопытству.
Почему Уолтер Форчун так отчаянно хотел обрести поношенный кожаный сапог? Родерик не мог не догадаться, что он имел отношение к вызывающим заявлениям его жены относительно Дикого Охотника, но каким образом? И как мог сапог представлять опасность? Даже пара сапог?
Родерика беспокоило, что он раздумывал над проблемой, не имеющей к нему никакого отношения. Он расстался с сопереживанием и сочувствием в Константинополе, после его последнего разговора с Аурелией, когда поклялся, что как только его нога вновь ступит на землю Англии, он будет заботиться только о сохранении самого себя. Себя и Лео. И к черту всех остальных!
Вот почему Родерик теперь знал, что ему определенно не следует жениться на Микаэле Форчун. Хью прав. Ему следует немедленно отослать ее домой после первой же встречи и тут же жениться на следующей женщине, которая появится в Шербоне. На любой женщине, только не на ней. На любой другой.
Но он хотел Микаэлу. И прекрасно понимал, что она не принадлежит к тому типу женщин, которые способны дать и не попросить ничего взамен. Ей нужно было многое, она была ненасытна. Она уже сказала, что хочет понять его, узнать. На словах — достаточно благородные побуждения, но если он, Родерик, позволит ей это, она не сможет искренне любить его таким, каков он есть. Он увидит отвращение в ее глазах, шок и жалость, и это убьет его. Господи, как он ненавидел свою слабость! Он не подходит Микаэле, негодный отец для Лео, неспособен управлять Шербоном. Его отец был прав, пусть его душа пребывает в аду. Дорис Шербон спасла себя от многих лет боли и горя, лишив себя жизни, но Родерик не мог простить ее за то, что она оставила его одного в этом мире.
Никто не хотел его таким, каков он был. Никто, кроме его друга Хью и Лео. Только им он и мог доверять.
И поэтому он перенес весь свой гнев и крах своей личности на Алана Торнфилда, человека, у которого в доме жила та, которая была вне досягаемости Родерика и от которой Алан потом избавился. Самая темная часть натуры Родерика надеялась, что у Торнфилда не было денег, чтобы вручить их Хью, — Родерик готов был пойти на то, чтобы отрубить ему голову и насадить ее на стену замка Шербон. И эта мысль заставила Родерика наконец улыбнуться.
Он повернул голову на стук в дверь его комнаты. Скорее всего это Хью, который забыл о чем-то или хотел получить подтверждение немедленно отправиться в Торн-филд-Мэнор.
— Входи.
Дверь отворилась, и, к великому смущению Родерика, в комнату вошла Микаэла Форчун, а затем к нему бросился Лео.
Слава Богу, что Хью помог ему с сапогами перед отъездом.
Микаэле, когда она вошла, закрыв за собой дверь, казалось, было любопытно оглядеть комнату, но ее взгляд был прикован к Родерику. Он отчетливо вспомнил свое необдуманное поведение прошлым вечером, неожиданно поцеловав ее, когда она стояла босиком, и Родерик почувствовал, как его лицо запылало.
— Что вам надо? — грубо спросил он. — Я думал, вы знаете, что моя комната предназначена лишь для меня лично.
— Это… — Микаэла судорожно сглотнула. — Сегодня чудесный день, милорд. Мы с Лео будем очень рады, если вы присоединитесь к нам на прогулке вокруг замка.
Она совсем рехнулась. Снова приглашает его прогуляться, словно он полноценный человек. Прогуляться! Следующее, чего ей захочется, — это посоревноваться в ходьбе.
— Нет, благодарю, — отозвался Родерик. — Лео, не облокачивайся на мою…
— Ну пожалуйста! — Микаэла приблизилась к его креслу, и Родерику показалось, что в глубине этих голубых глаз затаилось отчаяние, какого он никогда не замечал прежде.
— Пожауста, папа! — подражая ей, попросил Лео. Чем меньше он будет находиться в обществе Микаэлы.
Форчун до их свадьбы, тем лучше. Черт, он просто не понимал, кем он был, оставаясь рядом с ней. И Лео все льнул, льнул к нему, словно…
— Хорошо. — Родерик услышал голос, звучащий до удивления как его собственный. — Но не больше часа. У меня сегодня очень трудный день.
День действительно выдался чудесным. Прохладная утренняя влажность исчезла под лучами ласкового зимнего солнца, а в защищенной чаше внутреннего двора камни стен вокруг замка отбрасывали на троицу слабое тепло. Крепостные торопились по тропинкам замка по хозяйственным делам, и несколько раз слуга чуть ли не падал, споткнувшись о собственные ноги, при виде огромной, закутанной в темный плащ фигуры, шагавшей среди них.
Когда они обошли половину замка, Микаэла решила сократить путь и замедлила шаги, чтобы поравняться с их спутником, но была удивлена, когда заметила, что его шаги были столь же быстры, как и ее, благодаря его длинным ногам. Лео бегал кругами вокруг них, иногда отбегая в сторону, чтобы поднять камешек, палочку, длинный стебель виноградного куста, прятавшегося под южной стеной, показывая свои сокровища по очереди им обоим.
Краем глаза Микаэла взглянула на лорда Шербона. Сейчас его капюшон все еще был поднят, но в ярком свете она видела бледность его кожи, сжатую линию рта, сосредоточенную морщину.
В его зеленых глазах в свете дня отразилась усталость… или что-то, чему она не могла придумать название.
— Мы идем не слишком быстро? — поинтересовалась она.
— Разумеется, нет! — пролаял Родерик, с каждым шагом вдавливая конец своей трости в землю.
— Не нужно кричать на меня, — мягко заметила Микаэла. — Я не упрекаю вас за вашу обычную хромоту, милорд.
Родерик рассмеялся, но как-то невесело.
— «Обычная хромота», — она говорит, — пробормотал он.
Микаэла подняла брови, но когда не последовало дальнейшего объяснения, пожала плечами и опустила глаза на гальку и отпечатки копыт в земле, чтобы легче преодолеть тяжелый участок. Они приближались к северным воротам, где за конюшнями виднелся холм с могилами, а по краю утеса Шербона пролегала тропинка, которая вела к узкому каменистому побережью. Микаэла снова взглянула на спутника:
— Мы с Лео можем посидеть на скалах, глядя на море, — ему нравится бросать камушки в…
— Меня это не касается, — пробурчал Родерик, и Микаэла подумала о том, почему вообще он согласился сопровождать их, если собирается все время демонстрировать свое дурное расположение духа.
Однако она улыбнулась ему, и они вдвоем последовали за маленьким мальчиком через ворота, туда, где засохшая трава длинной гирляндой легла от леса вдоль дороги, где островерхие серые скалы стояли в ряд, словно часовые. Вверх по склону, ведущему к утесу, Родерик поднимался более осторожно, но Микаэла не проявила своей заботы, предоставив ему вместо этого возможность проделать путь самостоятельно, без зрителей. В нескольких шагах впереди она обнаружила относительно ровный пригорок и присела на него, согнув ноги и опершись на локоть.
Через мгновение Родерик догнал ее, но продолжал стоять, глядя на перекатывавшиеся под ветром волны безбрежного океана.
— Отойди от края! — рявкнул он, нахмурясь. — Лео!
— Холосо, папа! — долетел до них смягченный ветром ответ мальчика.
Микаэла улыбнулась про себя при этом проявлении заботы Родерика о сыне, затем вспомнила, что сказал ей Хью Гилберт этим утром.
«А как бы вы назвали женщину, которая привязала камень к шее и вошла в море? А? Нормальной?»
Какой же она была дурой, заставляя этого скрытного человека рассказывать о душераздирающей трагедии! Это было все равно что взобраться на холм и станцевать джигу на семейных могилах. Микаэла пришла в такой ужас от этого, что не могла заставить себя заговорить.
Его голос заставил ее вздрогнуть.
— Почему вы верите вашей матери?
— Извините, милорд?
— Эта ее история про Охотника, — пояснил Родерик. — Что убеждает вас в том, что эта история — правда?
— Для этого нужно знать мою мать, — сказала Микаэла, сорвав жесткую травинку рядом с собой. — Она… она самая благочестивая женщина из всех, кого я знаю. Любой, кто знаком с ней, скажет вам то же самое, хотя многим ее рассказ представляется несколько преувеличенным. Она посвятила себя Богу, благополучию другихлюдей. Она самая благородная женщина в наших краях. Ее не волнует, что люди злословят о ней за ее епиной. «Они не знают правды, в отличие от нас, Микаэла» — так она извиняет их всех. Всегда.
— Они считают ее сумасшедшей, не так ли?
Микаэла сдержала отрицание, прежде чем оно вырвалось у нее, снова вспомнив ужасные вещи, которые сэр Хью рассказал про Дорис Шербон.
— Да, — наконец спокойно произнесла Микаэла. — Некоторые действительно так думают.
— Но не вы. — Слова Родерика стояли между ними, словно вызов.
— Она никогда, никогда не лгала мне. И она так искренне верит в это. — Микаэла заколебалась лишь на мгновение, затем опустила руку в разрез платья и извлекла цепочку. — Как только я родилась, она надела мне ее на шею.
Родерик несколько мгновений смотрел на нее и теплый металл между указательным и большим пальцами, потом поправил правую ногу и, укрепив себя с помощью трости, медленно опустился на землю рядом с ней. Не дожидаясь разрешения, он взял звено цепочки своими большими пальцами, его глаза рассматривали его, и в них отразилась туманность моря.
— Это кусочек послания?
Микаэла кивнула:
— Она сказала мне, что это подарок от главного лица, Охотника, и что я никогда не должна снимать ее.
Родерик снова внимательно рассмотрел кусочек металла, а Микаэла рассматривала его самого.
— Он старый, — определил Родерик. — Не английского происхождения. Выполнен очень изящно.
— Вы так думаете? — Микаэла пожала плечами. — Не знаю. И меня это не интересует.
Родерик кивнул, словно понял ее чувства, и позволил звену упасть на свое прежнее место.
— А. почему вы не должны ее снимать?
— О, что-то о двух предметах, находящихся во владении кого-то… Я почти все забыла, правда.
— Вы просто повинуетесь ей. Даже если это тот самый предмет, из-за которого, как говорят люди, вы прокляты.
Микаэла кивнула:
— Я люблю ее.
Казалось, Родерик долгое время обдумывал что-то, глядя на Лео, игравшего среди камней. Один раз малыш оглянулся на них и помахал сжатым кулачком:
— Эо нашел уйтку!
Микаэла улыбнулась и помахала в ответ.
— А что за второй предмет? — неожиданно спросил Родерик.
— Простите? — Микаэла забыла, о чем они только что говорили, сидя так близко от Родерика, ощущая его тепло, когда холодный ветер гнал волны, слушая веселую болтовню Лео.
— Вы сказали, что там было две вещи.
— Это не важно, — отмахнулась Микаэла. — Вторую так и не нашли. Подозреваю, она была давно утеряна.
— Но что это была за вещь? — настаивал Родерик и протянул руку, чтобы снова извлечь кусочек металла из-под корсажа ее платья, при этом его пальцы коснулись пряди ее волос.
Микаэла затаила дыхание. Его присутствие, сама его личность пленяли ее. Его голова склонилась к ней так близко, что она видела каштановые и золотисто-каштановые пряди его волос, льдинки в его зеленых глазах. Как же ей хотелось растопить эти льдинки!
— Башмак! — прошептала она, и рука Родерика застыла у нее на груди, поверх сердца.
— Что?
Микаэла откашлялась и подумала, не собирается ли он снова поцеловать ее. Ей очень этого хотелось.
— Башмак. Сапожок моей матери. Она потеряла его той ночью, его долго искали, но так и не нашли.
Глаза Родерика были прикованы к металлической штучке, лежавшей на ладони.
— И вы не знаете, что случится, если этот металл и тот потерянный башмак снова соединятся?
Хотя по телу Микаэлы побежали мурашки, она попыталась засмеяться, но фрагмент ночного кошмара, который она пережила прошлой ночью, промчался по успокаивающимся серым волнам и когтями вцепился ей в волосы.
— Полагаю, что явится Охотник и унесет меня с собой. — Она склонилась к нему, зная, что это слишком смело с ее стороны, но она нуждалась в его силе, огромной мрачной силе, чтобы ее нелепые страхи отступили. — Вы защитите меня, Родерик?
Он взглянул в ее глаза, и что-то испугало ее в его взгляде, испугало сильнее остатков древнего суеверия. Жесткость, тяжелый груз, опасные обещания. Он выпустил из рук цепочку, которая упала ей на лиф платья, и взял подбородок Микаэлы в свою большую ладонь.
— Конечно, — сказал он, нахмурившись. — Конечно, Защищу. — Его глаза остановились на ее губах, он медленно наклонился и с нежностью поцеловал их.
Микаэла осторожно прислонилась к его груди, положив руку на переднюю складку его плаща, и, тая, отдалась его поцелую. Он не был похож на два предыдущих — не был ни нерешительным, ни настойчивым — он был настоящим.
И он становился все глубже. Микаэла ощущала запах кожи Родерика Шербона, ей хотелось коснуться его прекрасного лица, пробежать пальцами по его волосам. Здоровой рукой Родерик обнял ее за плечи, так что она оказалась словно прикованной к нему. Она скорее чувствовала, чем слышала низкий глухой рокот глубоко в его горле, говорящий о его возбуждении и желании, и сердце Мика-элы готово было выскочить у нее из груди.
Он хотел ее.
А он разве уже не покорил ее сердце? Этот прекрасный, удивительный, израненный мужчина с прошлым, темнее, чем сам Шербон? Шербонский дьявол, у которого нет близких друзей, кроме человека, которого девушка подозревала в том, что им движут скрытые, эгоистичные мотивы? Родерик, который держался в стороне от собственного сына? Было ли это вызвано тем, как с ним обращался его собственный отец? Или отсутствием матери, которая бы любила их обоих?
Жар пробежал у нее по телу, гусиная кожа изумительно покалывала; она услышала свое собственное мурлыканье…
И вдруг оба они оказались лежащими на земле — это Лео, радостно смеясь, упал на них.
— Цеовать! Эо тоже цеовать!
Родерик заворчал и тихо выругался, когда упал на правую руку, и Микаэла быстро перетащила малыша на себя.
— Лео, перестань пинаться! Ты расквасишь мне нос!
В ответ мальчик лишь весело рассмеялся, затем обеими ладошками, мокрыми и перепачканными в песке от игры, обнял лицо Микаэлы и запечатлел быстрый влажный поцелуй где-то около глаза.
— Эо цеовать эди Микэ-а!
Микаэла рассмеялась и поцеловала малыша в щеку.
— Ты такой замечательный, Лео, — вздохнула она. — Я люблю тебя.
Мальчик поднял на нее широко-широко раскрытые карие глаза:
— Да?
— Да, очень.
— Холосо, — решительно заявил Лео, кивая, словно она дала ему правильный ответ на загадку. — И ты убишь папу, да?
Микаэла взглянула на Родерика, который все еще оставался на земле, и было видно, что ему не по себе.
Микаэла улыбнулась малышу и тихо ответила, словно доверив ему секрет:
— Да, я люблю твоего папу.
— И я! — прошептал Лео.
И тут Родерик с поразительной быстротой вскочил на ноги. Не глядя на Микаэлу, он поднял свою трость с земли.
— Ядолжен вернуться в замок. У меня масса… — Он оборвал фразу, по-прежнему избегая встретиться с ней взглядом. — Приятной прогулки вам обоим.
Микаэла сидела, держа Лео на коленях, и у нее вырвался тяжелый вздох. Он снова убежал от нее. Убежал от сына. Не так надо было начинать строить семейную жизнь.
Она смотрела вслед Родерику Шербону, пока он не исчез из виду.
— Нет, — тихо сказала она себе. — Нет, я не допущу этого.
— Што ты говоишь, эди Микэ-а?
Микаэла встала, отряхнула юбки и взяла мальчика за руку:
— Пойдем, Лео, мы сейчас догоним папу.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Пробуждение любви - Гротхаус Хизер



Очень понравился.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерНина
29.04.2013, 22.47





Не понравилось из-за мистической линии.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерКэт
8.11.2013, 20.56





Роман хороший.Но мистическая линия очень слабая,но если не вникать в мистику,то очень даже интересно
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерВиктория
9.11.2013, 20.43





Роман в целом понравился очень. Такой возбуждающий, хотя встречи гг-героев пришлось ждать, по-моему, да 10-й главы. Поначалу многое пропускала, скорее хотелось дойти до сути, а когда до нее дошло, от романа не оторваться. Немного не хватает постельных цен..
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерСанСан
9.03.2014, 12.09





Мистика все портит.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерKotyana
16.06.2014, 17.09





А почему не почитать немного с мистикой?Очень хороший роман и его можно почитать.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерАнна.Г
17.12.2014, 18.13





Мне понравился роман только не понятно почему оценка низкая!моя оценка 10.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерКис
6.11.2016, 7.53





Понравилось начало. Затем было немного затянуто. Немного удивило, как скоро любовь к одному, сменилась любовью к другому. Не признаю, когда женщина пытается завоевать мужчину, это противоестественно.Мужчина должен добиваться женщину, это заложено у него генами. Диалоги Лео - супер. Один раз прочесть можно.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
8.11.2016, 17.31





На один раз.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерСофья
8.11.2016, 23.42





На один раз.
Пробуждение любви - Гротхаус ХизерСофья
8.11.2016, 23.42








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100