Читать онлайн Никогда в жизни!, автора - Грохоля Катажина, Раздел - ПТИЦА — НЕ ПРИМЕТА в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Никогда в жизни! - Грохоля Катажина бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.75 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Никогда в жизни! - Грохоля Катажина - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Никогда в жизни! - Грохоля Катажина - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грохоля Катажина

Никогда в жизни!

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ПТИЦА — НЕ ПРИМЕТА

Вот так история! Подъезжала я к дому — Агнешка одолжила мне на время строительства малютку “фиат”, — гляжу: сова! Со сломанным крылом, сидит посреди дороги. Живая! Уля сбегала за коробкой, но держалась в стороне; по ее мнению, птицы созданы для полета, а я сову раз — и в коробку, и на переднее сиденье. А вдруг это примета? Добрый знак, что у меня будет дом, свой собственный, что наконец-то придет электрик, что зима будет мягкая и не полопаются трубы — ведь у меня уже есть вода! А сова, которую вылечит Манька, поселится на чердаке!
Приметы в жизни важны.
Я бы хотела иметь такой характер: допустим, присылал бы мне кто-то посылку с конским дерьмом, а я вместо того, чтобы завопить от возмущения, обрадовалась бы, словно здесь побывала лошадка.
Я загрузила сову на переднее сиденье, а Уля, с безопасного расстояния, спросила, что я с этим собираюсь делать. Я как раз в связи с этим оставила подругу с электриком, ясное дело, если Не спасти эту сову, то и дому моему долго не простоять. Уля — человек хороший, хотя и считает, что птицы не по земле должны ходить, все же обещала присмотреть за электриком.
Я позвонила на ветеринарную станцию, Манька велела купить что-нибудь из еды. Я приобрела жареную курицу. Не знаю, полагается ли птице есть других птиц, но сова как-никак хищник. Выгнала кошек и закрыла сову в туалете. Будет себя чувствовать как в лесу — у Маньки в уборной стоит большущая юкка и плетеная мебель из ротанга; возможно, это и не совсем лес, но в любом случае уютно и деревце есть. Кошки уселись рядком у двери. Кошки любят птичек.
Придя с работы, Манька наложила сове шину на крыло. По ее мнению, следовало бы с совой обратиться в зоопарк, там есть специальное отделение для птиц. Интересно, а нет ли там отделения для мужчин? Куда приятнее и безопаснее жилось бы тогда на свете. Я попыталась затолкнуть сове в клюв курицу. Птица сонная. Глотает, но как-то вяло. Я вышла из туалета и популярно объяснила Маньке, почему она должна спасти мою сову. Это примета. Если мы спасем ее, то и с домом все будет в порядке.
Манька сходила в клозет, принесла сову и положила на кухонном столе, рядом с гуляшом. Кошки решили, что дичь предназначена им на ужин.
— Ах ты, идиотка! — напустилась на меня Манька. — Кретинка! Ненормальная! Тебе самой, с твоими приметами, лечиться надо! Это всего лишь птица, идиотка, она тебе дом не поставит. Птица — не примета!
Потом спокойно добавила, что сова поправится. И к чему был весь этот базар?
* * *
Звонила Уля, что электрик приходил. Звонила Тося, просила меня поговорить с дедушкой, чтобы он не заставлял ее есть суп. Осовевшая сова сидела в клозете. Кошки караулили добычу под дверью.
Вот-вот наступит зима. С деревьев уже опали листья. Дом почти готов, только стены еще влажные. Меня уговорили сделать камин, недорого. Другого отопления все равно нет. Так что будем топить камин — чудо как красиво, но не скажу, чтоб очень тепло.
Я беспокоилась за сову. Меня огорчал Борис. Позвонила мама и сказала, что Борис отгрыз кусок кресла. Я позвонила отцу и попросила, чтобы он не заставлял Тосю есть суп. Отец попросил перезвонить, потому что внучки еще нет, она совсем не учится, а у него уже нет здоровья. Вечером поговорила с Тосей, которая мне сообщила, что ненавидит суп и что математичка — дура. Еще я позвонила Борису, умоляла его не грызть мебель. Тьфу ты! Звоню я, конечно, маме и обещаю что-нибудь придумать. Ведь надо как-то продержаться. Еще немного, еще чуть-чуть. Нам всем нужна выдержка.
Боюсь, что не выдержу я.
Агнешка предложила мне с Тосей перед праздниками перебраться к ней. Спросила у Гжесика, что он по этому поводу думает, тот предложил нам обеим расслабиться.
Все взвесив: и то, что дед может не выдержать с Тосей, а Тося с дедушкой, и бабушка с Борисом, — мы решились на переезд к Агнешке, Бориса отправили к Маньке, компьютер я взяла с собой, сову оставили до выздоровления в клозете.
Я попрощалась с Манькой. Женщины должны жениться исключительно на женщинах. Им гораздо лучше, когда они вместе. Что же касается секса, то изредка можно было бы позволить появиться мужчине. Если будет желание. Я-то уж точно не хочу иметь дело ни с одним из них. Никогда в жизни!
* * *
У Агнешки и Гжесика оказалось очень мило. Большой дом, двое детей, в том числе моя племянница-малолетка. Второй их ребенок все время проводил во дворе, играл в футбол. На кухне он появлялся секунд на десять, да и то где-то за открытой дверцей холодильника. Судя по спортивному костюму, это мальчик. Но может быть, это был соседский сын, который выглядит так же и точно так же опустошает холодильник. Лица я не видела.
У Агнешки и Гжесика была собака. Кличка — Загвоздка, и вела она себя соответственно. Лежала в проходе и рычала. Водился у них и кот. Имя кота Клеопа, это самый дорогой кот в нашей солнечной системе.
Раз в несколько дней кот приходил домой. Вернее, приползал. Порой у него не хватало уха, иной раз бывало вспорото брюхо. Сразу же вызывался ветеринар. Жаль, что Манька живет далеко, она бы на Клеопе заработала на содержание Николая, четырех кошек и на телефон, счета за который увеличились на шестьсот восемьдесят процентов в сравнении с прошлым месяцем, потому что сын влюбился.
На Клеопу Агнешка и Гжесик выкладывали в среднем двести-четыреста злотых ежемесячно. Ухо и лечение стафилококка, а также связанные с этим анализы обошлись им в тысячу двести злотых. Можно представить себе, сколько стоит весь кот. В данный момент Клеопа временно содержался взаперти, потому что ему только что наложили швы (шестьсот злотых вместе с рентгеном). По-моему, дешевле было бы взять ветеринара на ставку. Или купить рентгенаппарат.
Временно у них также проживала теща, занимала единственную непроходную комнату. Всего комнат было шесть. Архитектора, который проектировал дом, следовало бы в наказание поселить в нем до конца жизни. Несмотря на то что дом просторный, возникли проблемы, как и где всех разместить. Агнешка сказала — решим завтра, неужели на двухстах сорока метрах не найдется немного свободного места для меня, Тоси и компьютера.
Поскольку работать лучше в тишине, Агнешка предложила мне спать в комнате, где стоял стол для пинг-понга, в подвале, на матрацах. Потому что в комнате малолетки племянницы собрался ночевать их сын с другом, в комнате сына разместилась Тося, а в супружеской спальне — они сами с младшенькой. В гостиной никто не мог спать, потому что комната проходная, там двери в кухню, в чулан и в прихожую. И в ванную внизу.
К часу ночи мы устроились, после чего их сын — мой маленький племянник — заявил, что хочет спать с родителями, его приятель сказал, что в таком случае он будет спать в комнате своего друга, а малышка племянница должна спать в своей вместе с Тосей. Девочка обиделась.
Полуживая я спустилась в свой полуподвал — мне повезло больше всех.
* * *
В три часа ночи меня разбудили таинственные ужасающие звуки. Я замерла. Кто-то кашлял или хрипел. Или хрюкал. Или задыхался. Потом скреб. Шаркал…
Разбойники.
Я затаилась, как будто меня здесь нет. Долго так лежать не смогла, потому что через минуту поползла страшная вонь. Я вылезла из спальника. Включила свет. Возле моей головы топтался Клеопа, пытаясь зарыть на кафельном полу то, что сделал.
Я взяла спальник и отправилась в гостиную. Ничего не поделаешь. Потихоньку выбралась из теннисной комнаты. Свет зажигать не стала, чтобы не разбудить весь дом. Положила спальный мешок на тахту. Тахта зашевелилась и заговорила голосом Гжесика:
— Расслабься!
Оказывается, в час ночи приятель малолетки племянника перебрался в супружескую спальню, потому что ему было страшно. Гжесик хотел было пойти в комнату сына, но там уже спала малышка племянница, потому что ей было неудобно с Тосей. Хозяин дома надеялся, что хотя бы в гостиной ему удастся прилечь. А поэтому я вместе со спальником перебралась на тахту, что поменьше. Вот так всегда — мне достается самое плохое.
Гжесик встал и предложил мне не только расслабиться, но и перекусить, потому что он всегда ест, когда нервничает, а я его вывела из себя, но поскольку он гостеприимный и так далее, мы пошли в кухню и соорудили себе легкий закусон. Включили телевизор. На канале “Плюс” как раз начался ужастик. Кто-то шастал по темной комнате с дисковой пилой, лилась кровь, много крови. Отвратительно! Мы, разумеется, досмотрим до конца.
В пять в кухню спустилась Агнешка, она искала Гжесика, потому что, проснувшись, обнаружила около себя малолетних мальчиков, а она очень привязана к мужу. Села пить с нами чай. Я сообщила ей, что Клеопу пронесло.
— Ах! — разволновалась Агнешка. — Ну конечно, это из-за антибиотиков.
Ее мало обеспокоило то, что Клеопа выбрал место для своих кишечно-желудочных проблем возле моей головы.
В шесть прибежали мальчики. Спросили, можно ли им идти играть в футбол. На улице минус двенадцать, снег. Агнешка велела им немедля ложиться досыпать. Еще через минуту в кухне появилась малышка племянница с риторическим вопросом: почему в других домах люди спят, а она, как на беду, не попала в такой дом. Погрозилась, что кого-нибудь убьет.
Тут Загвоздка решила, что день уже начался, и попросилась на двор. Гжесик надел на пижаму дубленку и вышел. Клеопа, воспользовавшись суматохой, выбежал за ними. Агнешка крикнула мужу, чтобы тот загнал кота обратно, Гжесик в ответ, чтоб она расслабилась, а Загвоздке, что ей тем более следует расслабиться и не тянуть, к Клеопе — что ему раз и навсегда положено расслабиться.
Малолетка племянница завопила, чтобы все хоть ненадолго заткнулись и дали ей поспать, мальчики закричали, что они уже не шумят, Тося громко спросила, почему ее разбудили, пожаловалась, что у нее нет своего угла, и попросилась назад к дедушке. Малышка ответила, чтобы Тося перестала орать, что она уступила Тосе собственную комнату и это ей негде спать. Агнешка прикрикнула на дочь, чтобы она вела себя как следует.
Я спустилась вниз и убрала помет Клеопы. Открыла окно. Принесла одеяло. Закрыла окно. Снова поднялась наверх за вторым одеялом и спальным мешком. Пододвинула теннисный стол к двери. Теперь ко мне никто не войдет.
Спать, спать.
* * *
— Тебе и до Пасхи не переехать, — заявил сосед, тот, что подарил мне три пары дверей, потому что себе поставил еще лучше. На улице был холод. — Готов поспорить на ящик шампанского, что до праздников ты не переберешься!
Я приняла вызов.
Позже узнала — все соседи заключали пари, что из-за морозов у меня полопаются трубы. Одни были уверены, что трубы лопнут перед Рождеством, другие — что после Нового года. Трубы остались целы.
На второй день рождественских праздников я отправилась к Маньке — она позвонила, чтобы я срочно и незамедлительно приехала. Оказалось, что внезапно и бесповоротно накрылась моя машина. Сел аккумулятор. Я попросила Гжесика отвезти меня к Маньке, Гжесик, как водится, сначала долго уговаривал меня расслабиться, потом все-таки отвез к Маньке. Я не смогла с ней даже толком поздороваться, потому что Борис как шальной начал гоняться за своим хвостом (здесь он тоже успел подрать входную дверь), я на полном ходу бросилась в клозет, чтобы посмотреть на сову. Совы и след простыл. Святые угодники, я же дом не дострою, пари проиграю, а я так люблю шампанское. Манька ворвалась за мной в туалет, что за падение нравов!
— Идиотка! Ты настоящая кретинка! Я отвезла ее в зоопарк, я не умею лечить сломанные крылья, вот телефон, ты должна мне быть благодарна, я полтора часа по такой мерзкой погоде тащилась в этот чертов зоопарк, да еще будь проклята эта пробка в начале шоссе. Из-за тебя и твоих идиотских примет! Ее там вылечат!
И сунула мне в руку листок с телефоном. Я не люблю когда меня обзывают идиоткой и кретинкой, но до того обрадовалась, что расцеловала Маньку.
Тут же выяснилось, что означало “срочно и незамедлительно”. Манька влюбилась! Достаточно было оставить ее на три редели, и она забыла, что мужчины — причина страданий и слез! Да, конечно, некоторых можно любить, но не следует привязываться! В лучшем случае они лишь нефотогеничны, как наши бывшие мужья! И всегда все начинается с влюбленности, а потом — полный абзац! Но подруга была невменяема. Глаза затуманенные, на устах одно:
— Он — другой!
Неужели Манька забыла, что они все одинаковы? Другой… Я никогда в жизни не встречала “других” мужчин. Безусловно, внешне они отличаются, впрочем, только немного… но не похожи, например, на президента. Особенно некоторые. Но Манька, похоже, конченый человек.
Храни меня Господь от мужчины, о котором я бы сказала, что он — другой.
Борис заскулил, увидев, что я собралась уходить.
* * *
В моем доме подходило к концу оштукатуривание стен. Холод, хотя камин топился вовсю. Не беда. Скоро здесь все будет так, как я захочу, и уже никто и никогда, понятно… Через пару дней. Всего несколько дней.
Как всегда, вечером возникла проблема: кто где сегодня спит. Сегодня в доме подружка малышки племянницы, зато нет приятеля-сына. Тося у деда — соскучилась, но только что звонили с вокзала знакомые, завтра летят на Канары, спрашивали, можно ли здесь переночевать. Гжесик пытался вставить, чтобы они расслабились, но Агнешка уже прокричала: конечно. После чего бросила куда-то в пространство:
— …Деревья умирают стоя, сядь, мама.
Мама взглянула на нее с укоризной и села.
Мне снова предстояло спать с Клеопой около теннисного стола. У Клеопы в бедре оказался гвоздь, он вернулся с улицы весь переломанный, и опять его пичкали антибиотиками. Если бы не сознание, что у меня вот-вот будет свой собственный дом, я бы давно повесилась. Завтра пора ехать в редакцию за очередной партией писем.
* * *
Мне было грустно. Я последний раз сидела у теннисного стола в доме Агнешки и Гжесика. На завтра была заказана машина. Отныне будем жить у себя — Тося, я и Борис. И больше никаких мужчин не будет в моей жизни. Неужели на самом деле ценность женщины определяется мужчиной, который с ней рядом?
Златозубка родила сына. Тося была у них, вернее, у отца, то есть у Эксика. Полный восторг. Вернулась и заявила, что хочет завести ребеночка, и как можно скорее.
Я хотела было взяться за письма, их снова двадцать четыре. Но что-то взгрустнулось. Мне было бы приятнее, если бы поездки туда не приносили Тосе столько радости. Ну а еще лучше, если бы эта сладкая парочка вместе со своим отпрыском вообще убралась куда-нибудь к дьяволу.


Дорогая редакция!
Мой муж ушел от нас более шести лет назад. Недавно он неожиданно разыскал сына, о котором не вспоминал годами, и хочет поддерживать с ним отношения. Сын уже не помнит, сколько нам пришлось натерпеться…


Вот вам еще один так называемый мужчина!


Дорогая читательница!
Мой ответ, возможно, покажется Вам жестоким, однако буду искренней. Это замечательно, что Ваш сын, пусть даже спустя многие годы, нашел отца. Мудрость матери состоит, в частности, в том, чтобы смириться и одобрить желание сына видеть отца, помочь…


Сын — пожалуйста, я не против. Но я бы предпочла, чтобы Йоля не была столь расположена к Тосе. В конце концов, это не ее ребенок! У нее есть свой!
О! Опять Голубой! Может быть, его жена, полностью утратив самоуважение, вернулась?


Уважаемая пани редактор!
Я получил Ваши язвительные заметки на тему мужчин. И мне пришло в голову — может быть, Вы находитесь в такой же ситуации, как и я? Потому что только этим можно объяснить Вашу неприязнь к мужчинам, стремление обобщать…


Какого черта? Где он там нашел неприязнь к мужчинам? Подумаешь, написала ему откровенно о причинах… Ну уж нет!
В это время ко мне заглянул Гжесик, поинтересовался, не хочу ли я слегка расслабиться за бриджем, как раз набиралась четверка. Почему бы и не расслабиться? Письма — не волки, не убегут. Все-таки наш последний вечер.
Гжесик искал карты, я пыталась выведать, кто где сегодня будет спать, Агнешка между тем назидательно просила малышку племянницу, чтобы та соблаговолила забрать из гостиной сумку, отнести ее в свою комнату и вернуться на пару слов обратно.
Моя племянница мало того что ребенок, так еще и с собственным мнением. Я не пыталась вмешиваться в процесс воспитания, всегда приятнее наблюдать со стороны, как другие с детьми мучаются. Кроме собственного мнения, у девицы острый язычок, источник моего безудержного восторга, и подружка, которую она избегает. Поскольку малышка в очередной раз повернулась спиной к подружке, ее вызвали на серьезный разговор.
Их собака развалилась в проходе — не знаю, заметили ли вы такую закономерность: чем больше собака, тем чаще лежит в проходе; их кот царапал оконное стекло, чтобы его выпустили, — никто не реагировал (а я была гостем); их сын весело гонял по гостиной мяч, не обращая внимания на замечания родителей; в кухне на полную громкость было включено радио — в общем, обычная семейная картина.
Сквозь рычание пса на мяч, топот ног сына, голос диктора, нахваливающего новый оптовый склад с коврами, голосок моей племянницы, просившей, чтобы кто-нибудь наконец выпустил кота, я услышала обрывок серьезного разговора. Суть его сводилась к тому, чтобы племянница не обижала свою подружку. И представила себе, что бы она сама чувствовала, будь на ее месте. Чтобы была с ней поприветливее. Проявляла больше дружелюбия. А также была терпимой, вежливо отвечала на вопросы, старалась наладить отношения. Потому что люди разные. Тот, кто вначале кажется неинтересным, может оказаться замечательным человеком. И так далее, и тому подобное. Очень справедливое умозаключение.
Малышка пыталась возразить, говорила, что она не обязана дружить со всеми, что та девочка все равно ее не слушает и что она не хочет, не может, не будет.
Загвоздка в конце концов разозлилась и схватила мяч, их сын начал с криком требовать, чтобы родители что-нибудь сделали, иначе собака разорвет мяч на части, я открыла коту дверь, радио голосило “я женщина”, а моя двоюродная сестра продолжала свои наставления. Несговорчивая малышка племянница обещала исправиться, и на этом домашний совет был закончен. Однако в заключение девица добавила: “Ничего вы не понимаете”.
Тут решил вмешаться Гжесик, он мягко спросил дочь, что, собственно говоря, нам непонятно. Не знаю, зачем он подключил и меня, мне все было ясно.
А малышка продолжала:
— Помните, у меня был бронхит? Да, мы помнили.
— А помните, что я неделю не ходила в школу? Это мы тоже помнили. Музыкальный центр включался с утра на всю громкость.
Малышка взяла яблоко.
— Вымой руки, — сказал ей отец.
— Я не могу с ней, — заявила девочка и начала грызть яблоко.
— А в чем дело? — поинтересовалась ее мать.
— Она ужасная.
— Так ни о ком нельзя говорить, — попыталась возразить ее мать.
— Расскажи нам, — предложил отец, не желая признаться в том, что ему знакомы американские психологические фильмы.
— Так вот, — малолетка положила ноги на столик, — когда я через неделю пришла в школу, помните?
Да, мы помнили. У всех вырвался вздох облегчения. Наконец-то все начало проясняться.
— Она меня спрашивала, почему я целую неделю не была в школе. Я ей сказала, что болела. А она меня, что я делала. А я ей, что болела. А в понедельник? Тоже болела. А во вторник? Я лежала и читала. А в среду? Лежала и смотрела телевизор.
Я просто кожей чувствовала, как сильно родители хотят прервать этот словесный поток и заставить дочь перейти к сути, но сдержались.
— Она меня спросила, а в четверг? Тоже лежала. А в выходные? Ну я ей сказала, что в субботу, как только ушли последние гости и отца отвезли в вытрезвитель, я собрала разбитое оконное стекло, сдала бутылки и на вырученные деньги поехала в Варшаву и…
Лица родителей побледнели. Меня это нисколько не удивило.
— …вколола себе в вену. Ночевала я у тетки, потому что дом сгорел и никто меня не хватился.
Лицо моей двоюродной сестры теперь залил румянец, но заботливый муж взял Агнешку за руку и удивительно спокойным тоном спросил:
— Ну и что она на это?
— Вот то-то и оно, — ответила малышка. — Она просто спросила: а что ты делала в воскресенье?
Мы молчали.
Наша малолетка положила огрызок на столик и, волоча по полу сумку, отправилась в свою комнату. Мы оторопело посмотрели друг на друга. Я была шокирована. Девица закрыла за собой дверь.
Тогда мой зять разрыдался. Я глянула на сестру. Та задыхалась. От смеха. Гжесик встал и снова начал искать карты. Агнешка поднялась и поинтересовалась, кто выпустил Клеопу, которому положено сидеть дома. Гжесик дипломатично заметил, что коту необходимо расслабиться.
Как хорошо, подумала я, что уже завтра у меня будет своя жизнь, и не придется вникать в проблемы маленьких девочек, котов, собак и семейные неурядицы моей двоюродной сестры.
* * *
В час ночи я уселась за компьютер и стала сочинять ответ Голубому.


Уважаемый друг!
Меня несколько удивляет то, что Вы пытаетесь обсуждать в письмах мою личную жизнь. Моя работа состоит в том, чтобы предоставлять профессиональную помощь и информацию другим людям. Вы, насколько я вижу, хотите развлечься. В психологии приписывание кому-то свойств характера, которые человек не полностью понял в себе, называется трансфером. Ваши письма дают мне возможность проследить, как этот трансфер проявляется на практике.
На мой взгляд, это Вы питаете неприязнь к мужчинам, в чем нет ничего удивительного, поскольку одному из них удалось увлечь Вашу жену. Вопреки обыкновению не сообщать о себе ничего, я отступлю от своего принципа и раскрою Вам немного душу. У меня никогда не было жены, и потому она никогда мне не изменяла. По этой причине по отношению к мужчинам (в отличие от Вас) я не испытываю никаких чувств, ведь они не могут быть моими соперниками.
С уважением от имени всего коллектива редакции…


Что за нахал!
Но настроение было отличное. Уже завтра первый раз в жизни в собственном доме! Ах, жизнь прекрасна! И никаких Загвоздок и Клеоп, никаких маленьких племянниц и их подруг, никакой суеты, проблем с котовьим желудком, беготни с Мячом по дому, бриджа до трех часов, тишина — новая жизнь!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Никогда в жизни! - Грохоля Катажина



остроумно, легко читается, талантливо, абсолютно не пошло ,автору браво!!!
Никогда в жизни! - Грохоля Катажинауля
17.11.2013, 10.00








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100