Читать онлайн Поцелуй любовника, автора - Грин Мэри, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Поцелуй любовника - Грин Мэри бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.75 (Голосов: 8)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Поцелуй любовника - Грин Мэри - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Поцелуй любовника - Грин Мэри - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грин Мэри

Поцелуй любовника

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17

Ник провел в седле целую неделю, прочесывая улицы Лондона. Его верным спутником был четвероногий друг, но не знаменитый Пегас с белыми чулочками, а обыкновенный охотничий гнедой конь, на котором он разъезжал по дорогам Суссекса. Пегас слишком заметен, чтобы выводить его при свете дня, да еще в Лондоне.
Боль и досада разъедали его сердце как кислота. Злость на Серину то и дело вспыхивала в нем с новой силой, и он говорил себе, что задушит её собственными руками, как только найдет. А он обязательно ее найдет. Иначе и быть не может.
– Черт бы ее побрал, – бормотал он себе под нос, несясь вскачь по лондонскому мосту после бессонной ночи. Он провел вечер у Лотос Блоссом, но не смог заставить себя разделить постель ни с ней, ни с одной из ее куртизанок, понимая, что, если это сделает, он осквернит то светлое и чистое чувство, которое испытывает к Серине.
Он проехал мимо СентДжайлза, где находилось его тайное убежище, и направился в пивную, где собирались местные ворюги и пьяницы.
Узкий темный переулок был завален мусором, распространявшим жуткое зловоние. Здесь запросто можно было получить удар ножом в спину изза угла. Ник знал это и потому то и дело оглядывался по сторонам.
Он вошел в прокуренную таверну, пропахшую жиром, элем и отбросами. У хозяина были длинные сальные космы, падавшие на глаза, и небритый подбородок. Одетый в кожаные панталоны, грязную рубашку и не менее грязный фартук, он резво сновал между столами.
Служанки выглядели такими усталыми и замотанными, будто они вообще никогда не спали и не имели возможности присесть хоть на минутку.
Посетители уже успели порядком набраться, хотя до вечера было далеко. Ник поморщился от отвращения. И с чего его сюда занесло?
К своему немалому удивлению, он заметил за одним из столов Рафа, перед которым стояла кружка с элем и тарелка с едой.
– Вот это да! Я не ожидал тебя здесь увидеть, – обрадовался Ник, присаживаясь на скамью рядом с другом. – Не слишком приятное место для трапезы.
– А мне все равно. К тому же эль здесь неплохой. Служанка поставила перед Ником кружку с элем и кокетливо ему подмигнула. Он не обратил на нее внимания.
Он заметил, что Раф осунулся, под глазами залегли темные круги. Он не был пьян, но руки его дрожали, когда он поднес к губам кружку.
– Заливаешь горе элем? Раф вытер рот.
– Да… ты прав. Глупо, конечно, но так хотя бы боль ненадолго притупляется.
– Та девочка в сиротском приюте…
– Представь, ведь комуто было нужно, чтобы меня считали погибшим! Я думал об этом, Ник, и это похоже на правду. Ктото из моих родных распустил слух, что я погиб на войне. Этот же человек поместил ребенка в приют, чтобы Бриджит затерялась среди остальных сирот. И так бы все и случилось, если бы кормилица меня не признала. – Раф неуверенно взглянул на Ника. – Как ты считаешь, она права? Мой отец – маркиз Роуэн?
– Единственный способ это проверить – поехать в Йоркшир и расспросить обо всем старика. Ведь в доме наверняка сохранились твои портреты.
Раф устало потер глаза.
– Я боюсь правды. Где мать моей дочери? Что с ней стало? Любили мы друг друга или нет? А может, это какаянибудь девица, с которой я спал на сеновале, а потом она родила ребенка? Я ничего не помню.
– Сомневаюсь, что ты способен валяться с девицей на сеновале.
– Ты знаешь меня таким, каков я сейчас, но что, если в прошлом я был отчаянным повесой и распутником, который заботился только о собственных удовольствиях?
Ник сцепил пальцы и задумчиво промолвил:
– На это мне нечего сказать. Но если хочешь, я мог бы отправиться с тобой на север и попытаться разузнать о твоей прошлой жизни.
Раф заметно приободрился, услышав эти слова. Ник беспокоился за друга: Раф очень тяжело переживал смерть дочери. Порой привязанность» возникает мгновенно и навсегда – как у него с Сериной.
– Твое предложение вселило в меня уверенность, – с облегчением признался Раф.
– А что случилось на войне, как ты потерял память?
– Говорят, меня лягнула копытом в голову раненая лошадь. Доктор сказал, что я чудом остался в живых. Наверное, лошадь ударила меня не слишком сильно. Будь она чуть проворнее, я бы отправился к праотцам. Может, так было бы лучше.
– Черт побери, Раф! Перестань болтать ерунду. Вместо того чтобы предаваться хандре в этой грязной таверне, лучше помоги мне разыскать Серину.
– Твои поиски ни к чему не привели?
– Нет.
Раф допил эль.
– Давайка отправимся к ночным сторожам – чарли – в их караульное помещение на Стрэнде. Может, они ее видели?
С наступлением темноты двое всадников двинулись к караульной, расположенной рядом с особняком лорда Хесслера.
– Она скорее всего пошла этой дорогой, – решил Раф, спрыгивая с коня.
В доме горел свет, и ночные сторожа с фонарями, увесистыми дубинками и трещотками выходили на улицу, направляясь в западный район Лондона.
Ник остановил одного из них, мрачноватого детину с подозрительным взглядом.
– Я ищу леди, которая проходила по этой улице на прошлой неделе. Ее легко было запомнить по вуали и короне на голове. Она ушла с бала у лорда Хесслера, не оставив записки.
Сторож не спеша осмотрел его с головы до ног, и Нику захотелось его как следует встряхнуть. Очевидно, плащ и треуголка Ника произвели благоприятное впечатление на чарли.
– Вы говорите о балемаскараде у лорда Хесслера?
– Да, именно так.
Сторож махнул рукой своим товарищам.
– Вернитеська! Тут спрашивают о пропавшей леди. Чарли обступили их, все в одинаковых коричневых плащах и треуголках.
Ник повторил приметы Серины.
– Ктонибудь из вас ее видел?
Один из сторожей сделал шаг вперед и посветил фонарем в лицо Нику.
– Да, похоже на то. Эта дамочка наступила мне на ногу, так что я всю ночь потом хромал.
Ник едва не бросился ему на шею. Сердце его готово было выскочить из груди.
– Я отвел ее туда, куда она хотела. На Хеймаркет, к магазину модистки Хопкинс. Та ее впустила. Вот и все, что я знаю.
Ник вновь обрел надежду. Он вынул из кошелька монету и дал ее чарли.
– Спасибо, дружище. Они вернулись к лошадям.
– И как я сам не догадался спросить у чарли? – раздосадован но произнес Ник. – Идем же.
«Я сегодня же отыщу Серину и заставлю ее вернуться ко мне», – подумал он. Ему не терпелось ее найти, и в то же время он понятия не имел, как она себя поведет, когда его увидит.
Серина услышала, как ктото колотит в дверь. Служанка, чтото бормоча себе под нос, торопливо пробежала мимо ее комнаты. Что за гости в такой поздний час? Молли никого не ждала сегодня вечером. Кроме того, она ведь отправилась на обед к торговцу вином, их соседу.
Серина встала, разминая затекшую спину. Она работала весь день, склонившись над веерами, которые ей поручили расписывать. Работа ей нравилась и поглощала все ее внимание, но и утомляла. Она до сих пор и не подозревала, что значит трудиться весь день.
Глядя, как хрупкая Андриа работает с рассвета до заката, не жалуясь на усталость, Серина невольно прониклась к ней уважением. Комната Андрии находилась на чердаке, и она наверняка слышала стук, потому что, когда Серина вышла в коридор, она уже стояла на лестнице.
– Мисс Серина! – окликнула ее снизу служанка. Серина встала рядом с Андрией на лестничной площадке.
– Что случилось? – спросила она.
– Ничего, мисс. Вас желают видеть двое джентльменов. – И служанка указала на дверь.
Серина сразу узнала двух мужчин. Это были Ник и Рафаэль.
Андриа замерла, боясь пошевелиться.
– Не бойтесь, Андриа. Эти люди не причинят нам вреда. Я поговорю с ними сама. Идите спать.
Андриа смотрела на мужчин глазами, полными муки и изумления. «Что с ней?» – удивилась Серина. Ник и Раф вошли в холл, сняв шляпы. Они посмотрели на Серину, потом на Андрию. Воцарилось напряженное молчание. Джентльмены сохраняли невозмутимый вид, будто это был всего лишь визит вежливости.
Но Серина знала, зачем пришел Ник. Она спустилась к ним в холл, а Андриа скрылась в своей комнате.
Серина постаралась взять себя в руки и не показывать волнения.
– Лучше бы ты не приходил, – сказала она Нику. – Как ты меня нашел?
Раф буркнул, что подождет в холле.
– Мне надо с тобой поговорить, Серина. – Ник взял ее за руку и повел в маленькую гостиную. Не выпуская ее руки, он плотно прикрыл за ними дверь. В комнате было темно, и только на подоконнике еле теплилась свеча. – Как ты могла, Серина? – с мукой в голосе воскликнул он. – Как ты могла бросить меня, даже не попрощавшись? Неужели я так мало для тебя значу? – Он понизил голос до яростного шепота. – Мы любили друг друга, мы были близки, как только могут быть близки два человека. Почему же ты ведешь себя со мной так, словно я недостоин даже простой вежливости?
Серина сжалась под потоком его обвинений.
– Да, уйти, не попрощавшись, не слишкомто вежливо. Но я знала, что ты будешь меня отговаривать, Ник… вот как сейчас. И попытаешься остановить. Я…
– Наша любовь ничего для тебя не значит! – в ярости закричал он, и она вздрогнула, как от удара. – Ты выбросила ее, как грязную тряпку, и ушла, даже не обернувшись. – Глаза его потемнели, лицо исказилось от боли и отчаяния.
Серина устало покачала головой.
– Ты не прав, Ник. Она значит для меня слишком много. Если бы я осталась с тобой, то каждый день боялась бы тебя потерять. Я не хочу всю жизнь прятаться от властей, как преступница, и ты это знаешь. – Она вздохнула и продолжила дрожащим голосом: – Я решила порвать с тобой, пока не поздно.
– Уже слишком поздно. Ты никогда не забудешь то, что у нас было, Серина. И эти воспоминания будут преследовать тебя до конца твоих дней.
– Да, возможно, ты прав. И мне жаль, что я причинила тебе боль. – Руки ее дрожали, и она была вынуждена ухватиться за спинку стула.
– Слишком поздно просить прощения.
– Не говори так, – прошептала она. – Надежда умирает последней. – Она чувствовала, как слабеет ее решимость. Ей стало дурно при мысли, что она могла никогда его больше не увидеть. Его присутствие заставляло ее трепетать от желания. Может, она напрасно покинула его? Нет, она не допустит, чтобы эта мысль лишила ее воли и отвлекла от главной цели.
– Как ты могла бросить меня? – с болью произнес он, всплеснув руками.
– Мои чувства к тебе неизменны, но быть с тобой я не могу. Ничего не изменилось с тех пор, как мы говорили об этом в последний раз. – Она подошла к двери на слабеющих ногах. – Тебе лучше уйти. Здесь я в безопасности и не нуждаюсь в твоей защите.
Он догнал ее и схватил за плечи.
– Ты, верно, шутишь? Такая любовь, как наша, приходит раз в жизни.
Она опустила голову.
– Да, ты и в этом прав. Но пусть уж я умру старой девой, чем меня повесят вместе с тобой через год или даже раньше.
– Я готов рисковать ради тебя жизнью! – крикнул он, встряхнув ее. – Но ты ничем не хочешь пожертвовать ради меня. Ни одним днем своей жизни.
– Наверное, я труслива и слаба, но у меня есть дело, которое я обязана завершить. Прошу тебя, не суди меня слишком строго. – Она. умоляюще взглянула на него. – Я клятвенно обещаю, что не стану доносить на тебя властям и твою тайну никто не узнает, – сказала она.
Это была правда: она не станет рисковать ради него, пока не привлечет к суду убийцу отца.
– Для любви еще не пришло время. Сейчас время ненавидеть и мстить, – отчеканила она, распахнув дверь. – Уходи, прошу тебя.
Он выпустил ее, в глазах его отразились боль и мука, и сердце Серины сжалось. Его боль – это ее боль, но лучше покончить с этим сразу, одним ударом, чем видеть, как постепенно будет умирать их любовь. Его преступная деятельность и любовь – понятия несовместимые.
– Прости меня, Ник. Он надел треуголку.
– Если ты можешь думать только о мщении и видишь во мне разбойника, а не того, кто я есть на самом деле, значит, наша любовь была обречена с самого начала. – Он вышел, и Раф последовал за ним молчаливой тенью. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что даже стены задрожали.
Серина опустилась на стул и разрыдалась. Она плакала так долго, что у нее разболелась голова. Сердце ее разорвалось на кусочки, и вряд ли теперь их удастся склеить. Может, она поступила опрометчиво? Серина долго сидела задумавшись. Наконец чьято рука обняла ее за плечи, и она услышала нежный голосок Андрии:
– Идем, Серина. Тебе надо выспаться, и ты почувствуешь себя гораздо лучше. Наступит завтрашний день, а за ним и следующий. И боль постепенно утихнет.
– Вряд ли я вообще смогу заснуть, – пробормотала Серина, вытирая глаза рукавом и поднимаясь вслед за Андрией в их комнату. – Но откуда ты знаешь все это?
– Я потеряла всех, кого любила, и думала, что умру от горя, но, как видишь, до сих пор живу. Мое прошлое стало мучительным воспоминанием, и я поняла, что люди невольно заставляют страдать друг друга.
«И я тоже», – подумала Серина, вспомнив взгляд Ника, полный тоски и боли. Но теперь уже не вернуть назад тех слов, которые сделали их чужими друг другу.
– Я была замужем, – призналась Андриа. – Мой муж любил меня без памяти. У нас был прелестный ребенок… – Голос ее задрожал. – У нас был могущественный враг, который делал все, чтобы помешать нашему счастью. Он – или она? – нас разлучил. Я потеряла и мужа, и ребенка. Я и сама чуть не погибла, и до сих пор не знаю, как мне удалось выжить. – Она тяжело вздохнула. – Я живу сегодняшним днем. За работой время проходит незаметно. И только так я могу существовать.
Плача, они обнялись.
– Господи, ну почему любовь всегда приносит страдания? – сквозь слезы пробормотала Серина, уткнувшись в плечо Андрии.
Андриа покачала головой.
– Да потому, что она приносит и радость.
Ник и Раф ехали по ночному Лондону, и каждый думал о своем. По молчаливому согласию они двинулись по знакомой дороге в Суссекс. Только разбойничий налет поможет им встряхнуться. Риск, опасность – вот что Нику сейчас нужно. Игра со смертью, с судьбой. Возможность еще раз доказать себе, что сиротский приют важнее, чем разбитое сердце.
Ник выругался. Их кони неслись галопом к южной окраине города. Раф летел рядом, пригнувшись к шее своего коня.
– Не знаешь, в Суррее бал не дают, Раф? – крикнул. Ник.
– Нет, но в Кроли или Льюисе намечалось какоето празднество. Если выехать за пределы Лондона, мы наверняка поймаем карету.
– Если нам повезет, – вздохнул Ник, чувствуя себя самым несчастным человеком на свете. – Плохо, что Пегас остался в Лондоне.
– Не хочу возвращаться в Лондон, – злобно огрызнулся Раф. – Там одни страдания и неразгаданные тайны.
– Вонь, толпы народу, воры и убийцы, – подхватил Ник.
– И неверные женщины.
Ник почувствовал, как к горлу подступает комок. Он сглотнул, проклиная свою слабость. Это она сделала его слабым. Она внушила ему мысль, что леди, настоящая леди, никогда не выйдет за него замуж. Он как был, так и остался беспризорным воришкой.
У него нет ни имени, ни состояния, а в глазах Серины он еще и разбойник, обитатель трущоб.
Она ничего не знает о Николасе Терстоне, эсквайре. Тем лучше. Может, она и права – наглухо закрыла свое сердце, чтобы себя защитить. Если ее повесят вместе с ним, она не сможет отомстить дяде. И все же ее отказ ранил его больнее, чем его шпоры ранили коня.
– Не хотелось бы, чтобы Тревор Эмерсон нас поймал, – проговорил Ник, ни к кому не обращаясь. Вот бы вернуться к Серине в обличье Полуночного разбойника – маска, перчатки, пистолеты, что закопаны в огороде у Ноя. Но сначала деньги для сиротского приюта. Он не имеет права забыть о своем долге.
– Почему ты заговорил о капитане Эмерсоне? – спросил Раф, когда они замедлили шаг и перешли на неторопливую рысь.
– Этот человек постоянно вертится у нас под ногами. Он мой друг, но чует нас за версту. И я тоже чую, что он следует за нами по пятам. Еще несколько вылазок, и тайна Полуночного разбойника перестанет быть тайной.
– Мне будет не хватать риска и опасности, но и болтаться на виселице чтото не хочется, тем более после того, как мне удалось вернуться живым с войны.
– Да, это было бы глупо. Не понимаю, почему ты до сих пор меня не бросил.
Раф поправил шляпу.
– Я всегда храню верность своим друзьям. А ты единственный человек, который помог мне, когда я не знал, как мне жить дальше.
– Мне трудно даже представить, что значит потерять память.
– Это как будто ты заново родился, хотя ты и взрослый. Доктор говорит, что память со временем может ко мне вернуться. – Он грустно усмехнулся. – Не уверен, что я хочу вновь ее обрести. Мое прошлое было не очень счастливым. Скорее бурным.
– Очень может быть, если ты и в самом деле состоишь в родстве с Роуэном. Он известен своим взбалмошным характером и аморальным поведением. Он был замешан в скандале – вызвал на дуэль мужа своей любовницы и убил его.
Раф наклонился к шее коня.
– Что же у меня в прошлом? Может, еще более отвратительные скандалы?
– Не думаю. До меня дошли бы сплетни. – Ник вскинул руку. – Слышишь? Сюда едет экипаж. Зачем терять такую возможность? – Ник повернул коня с дороги в кусты и вынул из сумки перчатки и маску. – Полуночный разбойник на этот раз будет грабить у самого Лондона. Надеюсь, ему повезет.
Ник выехал на дорогу, и мурашки побежали у него по спине. Он знал, что на сей раз играет с огнем и эта вылазка может стоить ему жизни.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Поцелуй любовника - Грин Мэри



Интересные понятия о чести: считать долгом жениться на девице, обесчещенной его братом, а не на той, которую обесчестил сам. Это уж слишком и для романа, и для жизни.
Поцелуй любовника - Грин Мэринадежда
15.11.2013, 18.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100