Читать онлайн Похищенная принцесса, автора - Грейси Анна, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Похищенная принцесса - Грейси Анна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Похищенная принцесса - Грейси Анна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Похищенная принцесса - Грейси Анна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грейси Анна

Похищенная принцесса

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Калли сделала глубокий вдох и вошла в церковь.
И в ужасе остановилась.
Церковь была переполнена. Не то, чтобы яблоку было негде упасть, но там было не меньше сотни человек. Большая часть гостей сидела на стороне жениха.
Предполагалось, что это будет небольшая, скромная церемония.
Теперь же у Калли оказалось больше сотни свидетелей того, что она собиралась сделать. Всё утро у неё сдавали нервы. И сейчас она начала дрожать.
Зазвучала органная музыка, всё громче и громче. Волна предвкушения прокатилась по собравшимся, и сто лиц обратили свои взоры на неё.
Калли захотелось тотчас же выскочить из церкви.
– Пойдём, мама, – сын потянул Калли за руку. Её маленький мальчик в своём парадном костюме выглядел таким привлекательным, серьёзным, и решительным. Ники вёл невесту к жениху.
Тибби, подружка невесты, одетая в голубое платье, сделала шаг вперёд.
– Калли, в чём дело? – спросила она шёпотом.
– Я не могу через это пройти, только не тогда, когда здесь так много людей, – прошептала в ответ принцесса.
– Почему? Это будет то же самое и тогда, когда на тебя будет смотреть один человек, и тогда, когда их будет сто, – резонно возразил Ники.
Невеста принужденно рассмеялась. Мужчины начинали так думать с юных лет. Они вели себя рационально, в то время как проблема была эмоционального характера. Это заставило её решиться. Таким же снисходительным голосом сын объяснил Калли, что запад находится там, где заходит солнце. Это случилось тогда, когда они среди ночи оказались в море.
– Мой разумный, чудесный сынок, – сказала Калли и наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб. Ники мужественно перенёс это испытание, а затем твёрдо взял её руку в свою и повёл мать по проходу.
Ники был счастлив оттого, что его мать выходила замуж за Гэбриэла, – так он сказал ей, когда Калли впервые заговорила с сыном на эту тему. Несколько минут он размышлял по поводу услышанного, а затем заявил, что мистер Ренфру станет очень хорошим отчимом.
Слова сына повергли Калли в шок. Ей было очень больно, когда пришлось объяснять Ники, что это замужество ничего не значит, что это простая формальность, всего лишь способ остановить ходатайство графа Антона. Словно ход в шахматной партии.
Ники очень хорошо играл в шахматы, и Калли была уверена, что сын понял, что она пыталась ему объяснить. Малыш кивал с серьёзным видом всё то время, пока мама, аккуратно подбирая слова, излагала ему сложившуюся ситуацию, а потом Ники ненадолго задумался над услышанным. Затем его напряжённое личико оживилось, и малыш принял решение: он одобрил мамин поступок.
И вот теперь Калли выходила замуж за Гэбриэла Ренфру. Он стоял у алтаря, ожидая её, высокий, серьёзный и невероятно привлекательный, неотрывно следя за своей невестой. Мужчина, который мог с лёгкостью похитить сердце девушки, если она не будет осторожной.
Калли твёрдо решила быть осмотрительной.
Она окидывала взглядом лица собравшихся, идя по проходу.
Единственным человеком, которого Калли узнала среди гостей со стороны жениха, был мистер Нэш Ренфру, который стоял рядом с высоким неулыбчивым мужчиной. Родственник Гэйба смотрел на неё холодно, оценивающе, такими же глазами, как у всех Ренфру; без сомнения, это был переставший поддерживать с Гэбриэлом отношения старший брат, граф.
Её заинтересовало, кем были те немногочисленные приглашённые, которые сидели на стороне невесты, и, когда Калли поравнялась с их скамьями, эти гости повернулись, чтобы взглянуть на неё. Она почувствовала комок в горле, увидев их лица. Мистер Рэмси, мистер Риптон и мистер Делани стояли вместе – лучшие друзья жениха, показывавшие всем, что невеста – член их семьи. Скамейку позади них занимали мистер и миссис Барроу, одетые в свои лучшие воскресные наряды, на голове у женщины красовалась великолепная соломенная шляпка, щедро отделанная цветами. Она радостно улыбнулась Калли и разразилась слезами. Барроу достал носовой платок и протянул жене; миссис Барроу прильнула к мужу и пыталась сдержать свои судорожные вздохи, глядя на невесту. Должно быть, это было замечательно – состоять в таком браке, любить всю жизнь.
Женщина в изумительном пурпурном тюрбане обернулась: это была леди Госфорт, прижимающая кружевной платок к глазам и улыбающаяся Калли. Она выглядела такой гордой и счастливой, словно была матерью невесты.
Рядом с леди Госфорт сидела целая группа других леди – её близких подруг. Калли узнала их лица. Она встречала этих женщин раз или два за последние несколько дней. Хотя не могла вспомнить их имён.
И, несмотря на это, вот они, эти леди, сливки светского общества, – пришли посмотреть, как она выйдет замуж, сидят на её стороне скамеек в церкви и улыбаются со слезами на глазах, глядя на невесту, словно Калли была не какой-то незнакомкой без семьи, а одной из них.
Невеста сумела послать им слабую улыбку. Глаза её наполнились слезами. Такая доброта… Они были так добры к ней…
И вот уже Калли с сыном оказались в конце прохода, где стоял он, Гэбриэл Ренфру: вытянув руку, жених смотрел на неё, ожидая, когда сможет заявить на Калли свои права.
Взгляд Гэйба ласкал её, затем он взглянул на Ники и еле заметно кивнул тому в знак одобрения. Грудь мальчика раздулась от гордости, когда он кивнул в ответ и сделал шаг назад.
На ресницах у Калли блестело всё больше слезинок. Из Гэйба получится отличный отчим. Но ведь это невозможно. Её будущее, в конечном счёте, было связано с Зиндарией, поскольку она была матерью принца. Владение, друзья и семья Гэбриэла находились здесь.
Позади жениха стоял его брат Гарри – его дружка, и выглядел он угрюмо. У Гарри тоже были глаза, как у всех Ренфру, только его были серыми, как у графа. Брат жениха поймал взгляд Ники и подмигнул мальчику. Калли почувствовала прилив благодарности оттого, что эти мужчины так легко приняли её сына.
Гэбриэл взял её дрожащую руку в свою, и они сделали шаг вперёд. Церемония венчания началась. Рука Гэбриэла была тёплой и чуть влажной. Калли взглянула на своего жениха. Не могло же такого быть, чтобы он тоже нервничал?
– Возлюбленные братья и сёстры, мы собрались здесь…
Все мысли Калли исчезли.
– Прежде всего, браком предписывается деторождение…
Дети. В этом союзе не будет детей. Брак на бумаге. Бумажные дети.
– Второе – ему было предопределено стать средством исцеления от греха и способом избегнуть прелюбодеяния…
Невеста смотрела на ладонь, которая так крепко держала её собственную: большим пальцем Гэйб поглаживал кожу Калли.
Она услышала, как Гэбриэл произносил слова своей клятвы:
– …Беру в жёны… чтобы заботиться…любить и лелеять…
Ей не хотелось этого слышать. Бумажные клятвы, лживые обещания.
А затем наступил черёд Калли повторять за священником:
– Я, Каролина Серена Луиз, беру тебя, Гэбриэл Эдвард Фитцпейн Ренфру, в свои законные мужья, чтобы заботиться отныне и впредь, на радость и горе, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, чтобы… ммм… лелеять, и… ммм… пока смерть не разлучит нас, согласно святой Божьей воле; и в этом я даю тебе своё слово.
Священник посмотрел на неё и нахмурился. Калли так нечётко произнесла слова «любить» и «повиноваться», что их было сложно разобрать.
Она посмотрела на Гэйба с сожалением. Губы его были плотно сжаты. Калли предупредила своего жениха, что не собирается обещать любить его и подчиняться ему. И отнеслась к своим обещаниям серьёзно. Даже в клятвах на бумаге.
Однажды Калли уже исполнила своё обещание любить мужа – и это разбило её сердце; она не собиралась повторять ту же ошибку. Особенно в браке, который был всего лишь одним из ходов в шахматной партии.
Не её вина, что более сотни собравшихся здесь людей видят, в какое неловкое положение она ставит своего нового мужа. Калли не собиралась выслушивать никого, кроме Гэбриэла и священника. Невеста надеялась, что и они не будут разговорчивыми; она произнесла свои клятвы тихим голосом.
Священник молча посмотрел на жениха, в глазах его читался вопрос.
Гэйб слегка кивнул, и служитель церкви еле заметно пожал плечами, продолжая церемонию. Он быстро завершил торжественный ритуал. Калли почувствовала такое облегчение, что чуть не пропустила слова «Можете поцеловать невесту».
Гэбриэл повернулся к ней, и одно мгновение, которое, казалось, длилось вечно, смотрел на Калли со странным, напряжённым выражением лица. Затем он обнял её и приподнял, так что ноги невесты оторвались от пола, и поцеловал Калли, накрыв своими губами её рот, в присутствии зрителей. Это был поцелуй гордости, обладания, публичное предъявление своих прав, обещание.
Невеста испытала потрясение оттого, что Гэйб так целовал её – свободно, страстно – в церкви, на глазах у сотни свидетелей.
Предполагалось, что это будет фиктивная свадьба.
Или нет?


* * *


По окончании церемонии жених, как и невеста, с удивлением узнал, что все присутствующие приглашены в Элверли-Хаус на свадебный завтрак
l:href="#n19" type="note">[19]
 – даже несмотря на то, что уже приближался вечер. Все, кроме невесты, жениха и его дружки, брата Гэйба Гарри, знали об этом. Выяснилось, что всё это организовали леди Госфорт, граф Элверли и его брат Нэш Ренфру. Они решили между собой, что необходимо пригласить на свадьбу некоторых особо влиятельных людей Лондона.
Нэш объяснил Калли, зачем это было нужно: чем больше соберётся влиятельных людей, которые смогут оказать давление на правительство против притязаний графа Антона, тем будет лучше.
Этот день был полон сюрпризов, и Калли пришлось смириться. Её план о небольшой, приватной церемонии полностью изменили, и с этим она ничего не могла сделать. Кроме того, всё это шло на пользу Ники, поэтому кто бы стал препираться или сопротивляться такому чудесному проявлению доброты?
Несколько раз Калли поймала себя на мысли, что хотела бы, чтобы всё происходящее было настоящим. От такой мысли она даже топнула ногой.
Гэйб и Гарри были в ярости оттого, что граф перехватил инициативу и исполнял роль хозяина приёма.
– Типичное надменное высокомерие, – раздражённо говорил жених Нэшу. – Скажи ему, что мне не нужна его опека, и будь я проклят, если стану танцевать под его дудку.
– Это предложение мира, Гэбриэл, – попытался убедить его Нэш. – Извинение за то, что в прошлом он был не прав.
– Мне не нужно его…
– Это публичное заявление о поддержке твоей жены. Все присутствующие в церкви придут, чтобы встретиться с принцессой.
Гэйб закрыл рот и уставился на Нэша. Чёртов скользкий дипломат. Он высказал единственно верную мысль, которая могла остановить жениха и не дать ему публично выказать графу своё пренебрежение.
Гэбриэл взглянул на Гарри, но тот только пожал плечами.
– Выбора нет, Гэйб. И ты это знаешь. Тебя обошли с фланга и победили более мощным оружием, – дружка повернулся к Нэшу и продолжил:
– Но это не значит, что я должен там присутствовать.
Гэйб крепко ухватил его за локоть.
– О нет, ты там будешь, чёрт тебя побери, Гарри. Если я должен подавить свою гордость, тебе тоже придётся это сделать.
Дружка рванулся, чтобы улизнуть, но встретившись взглядом с Гэйбом, вздохнул и смирился с судьбой.


* * *


К тому времени, как последние гости покинули Элверли-Хаус, было уже довольно поздно. Прислуга привела дом в надлежащий вид и благоразумно скрылась с глаз. Остались только друзья Гэйба, его братья и тётушка Мод. Чуть раньше мисс Тибторп и Итен увели мальчиков в дом тетушки Мод. Гэбриэл посмотрел на свою молодую жену. Она явно выглядела сонной. Он встал и предложил ей свою руку.
– Не пора ли нам уезжать, дорогая?
– Нет, Гэбриэл, – прервала его тётка. – Вы двое останетесь здесь. Этот дом в вашем распоряжении: слугам дали выходной на вечер, но они вернутся утром. Маркус предоставил дом в ваше распоряжение на неделю – но, на самом деле, вы можете оставаться тут так долго, как захотите.
– Что? – Гэйб огляделся, ища глазами графа. Кроме формального приветствия и чопорного «спасибо за поддержку моей жены», жених едва ли обменялся словом со своим старшим братом.
Нэш пояснил:
– Маркус уже уехал. Он такой же, каким был отец: ненавидит города, предпочитая оставаться в Элверли. Но прежде он распорядился, чтобы всё было готово к тому, чтобы вы здесь остановились. И я думаю, что это отличная идея. Считай, что вы двое отправились в свадебное путешествие.
– Что значит «считай»? – сказала тётя Мод. – Они и так в свадебном путешествии.
– Я имею в виду, вместо того, чтобы уезжать из города, – учтиво поправился Нэш. – Принцесса же не захочет расстаться с сыном.
– Нет, – подтвердила Калли. – Я не оставлю Ники одного.
– Вздор, вам необходимо несколько дней побыть наедине с мужем, – заявила тётя Мод. – Это отличный вариант. Вы совсем близко от сына, и со мной он в полной безопасности: за Ники постоянно присматривают мисс Тибторп и мистер Делани. Кроме того, ребёнку нет места в свадебном путешествии. Обычно дети появляются потом.
– Но…
Если тётка разошлась, её уже было не остановить.
– Я распорядилась отнести все вещи Калли к лестнице, ведущей наверх, в розовую спальню, и оставить там, наверху, на лестнице, мой дорогой. Весь дом заново отделали с тех пор, как ты был тут в последний раз, поэтому у тебя не должно возникнуть никаких неприятных воспоминаний, Гэбриэл. Твои вещи тоже здесь. Любезно прими это предложение, мальчик мой, и мы уедем, – она поднялась на ноги, поцеловала Гэйба в щёку, тепло обняла Калли и вышла из комнаты.
Ему пришлось оставить все свои возражения при себе. Больше всего Гэбриэл хотел остаться наедине со своей женой, с большой неохотой решившейся на свадьбу, и начать осуществлять наяву привлекательный план её соблазнения, но он видел по лицу Калли, что она чувствовала себя неуютно, оставаясь с ним наедине. Малейшая причина – и его жена вернётся в дом тёти Мод; в этой ситуации казалось маловероятным, что он её соблазнит. Просто Гэйбу казалось, что это не должно происходить в Элверли-Хаус, доме его одинокой юности.
И всё же он мог сделать так, чтобы воспоминания были более счастливыми…
Они с Калли прошли в парадный зал рука об руку и проводили своих доброжелателей. Гэбриэл крепко держал жену за руку. Он не был уверен, что она не побежит за уезжающими и не запрыгнет в карету. Калли снова дрожала.
Перед самым отъездом Нэш сказал Гэйбу:
– Я сообщу чиновникам, что принцесса теперь является английской подданной. Это сразу же застопорит всё дело. О, ещё этим вечером я сделал несколько намёков на то, что вы отбыли в Брайтон на медовый месяц и что малыш поехал с вами. Я подумал, что один-два ложных следа помогут избавиться от любых заинтересованных лиц, по крайней мере, до приёма, который планирует организовать тётя Мод.
Гэйб кивнул. Это была хорошая стратегия. Он протянул брату руку.
– Я хочу поблагодарить тебя за всё, что ты для меня сделал и делаешь. Ты замечательный человек, Нэш, и я должен извиниться перед тобой за…
– Чепуха, – Нэш пожал брату руку. – Во всём этом есть вина наших родителей, и теперь прошлое осталось позади. Жаль, что ты не даёшь Маркусу шанса…
– Не дави на меня, брат. Я постараюсь забыть старые обиды, но нужно подумать и о чувствах Гарри.
Нэш кивнул.
– Я знаю.
Гарри рано уехал из Элверли-Хаус. И Гэбриэл точно знал, почему. Это было место одного из самых больших унижений Гарри.
Но сейчас не время думать о прошлом. Гэйбу предстояло построить своё будущее с женщиной, которая абсолютно в нём не нуждалась.
Или думала, что не нуждается.


* * *


Калли вошла в розовую спальню. Это была прелестная просторная комната, выдержанная в оттенках кремового и розового. Над камином висело большое овальное зеркало. Атласные портьеры в тёмно-розовые и кремовые полоски обрамляли большие окна, а на полу лежали толстые персидские ковры. В камине горел огонь, а постель была приготовлена.
Новая одежда Калли была разобрана и висела в гардеробе, а остальные её вещи лежали в комоде.
Она присела на кровать, оказавшуюся восхитительно мягкой, с толстым матрасом, набитым перьями. Калли откинулась на постель и, услышав, как что-то хрустнуло, посмотрела вниз. На кровати лежал завёрнутый в ткань пакет. В записке просто значилось: «С любовью от Тибби».
Заинтригованная, Калли взяла свёрток в руки. Он был лёгким и податливым.
Она развязала ленточку и развернула подарок. Там было что-то из белого шёлка. Калли взяла это в руки, подняла, и глаза её расширились. Внутри свёртка оказалась ночная сорочка, но она не была похожа ни на одну из тех, что когда-либо надевала Калли. Сорочка была красивой, с изящной вышивкой на горловине, но такой тонкой и прозрачной, что ей даже можно было разглядеть свои пальцы сквозь ткань.
И Тибби подарила Калли эту вещь? Здравомыслящая, незамужняя Тибби? Калли не могла в это поверить.
Она улыбнулась и вновь завернула сорочку. Та была абсолютно непрактичной, но, тем не менее, это был чудесный подарок. И, должно быть, стоил Тибби целое состояние. Калли отложила свёрток и обнаружила, что зевает. Она так устала.
Над кроватью висел колокольчик на шнурке, за который Калли потянула и стала ждать. Прошло несколько минут, и она снова потянула за шнурок. Тишина.
Неожиданно Калли вспомнила фразу леди Госфорт о том, что всем слугам дали выходной вечер. Это же не означало на самом деле «всем», так ведь? Только не горничным!
Ей была необходима помощь служанки, чтобы снять свадебное платье. Оно было застёгнуто на спине на неимоверное количество крошечных перламутровых пуговиц, и хотя, в случае необходимости, Калли и могла справиться с ними, под платьем на ней был специально сшитый корсет, туго зашнурованный на спине. Она бы никогда не смогла снять его в одиночку.
Калли открыла дверь и сделала шаг в коридор.
– Прошу прощения, – сказала она.
– Да? – раздался позади неё глубокий голос.
Калли чуть не подпрыгнула.
– Гэбриэл, вы напугали меня.
Это его позабавило.
– А кого ещё вы ожидали увидеть?
– Служанку, – ответила Калли с надеждой в голосе.
Гэйб покачал головой.
– Полагаю, вам нужна помощь, чтобы снять платье?
Она кивнула, тогда Гэйб продолжил:
– Тогда пойдёмте, – и прежде чем Калли поняла, о чём он, Гэбриэл проводил её обратно в спальню, развернул и начал расстёгивать пуговицы.
Она отскочила и повернулась к нему лицом.
– Ч… что вы делаете?
– Расстёгиваю пуговицы. Горничной в доме нет, а в этом платье вам не удастся уснуть.
– Но вы же мужчина!
Гэбриэл улыбнулся одной из тех ленивых, лукавых улыбок, которые так сильно её волновали.
– Я знаю, – он снова развернул Калли спиной к себе и сказал: – Не будьте такой чувствительной – это всего лишь пуговицы, а я ваш муж.
И он был прав. Пусть это был всего лишь фиктивный брак, но она была зрелой женщиной и могла мыслить здраво в таких ситуациях. Как Гэйб сказал, это были всего лишь пуговицы.
Две минуты спустя Калли уже решила, что не было никаких «просто пуговиц». Она ощущала малейшее движение Гэбриэла, его длинные пальцы, расстёгивающие одну крошечную пуговицу за другой. В комнате повисла тишина, слышалось только потрескивание огня и дыхание Гэйба. Она почти чувствовала его дыхание на своём затылке, у самой шеи, хотя это и было глупо. Он стоял не настолько к ней близко.
Калли бросила взгляд в сторону красивого зеркала, висевшего над камином. Ей был виден профиль Гэбриэла, нахмурившегося, сосредоточенно расстёгивающего пуговицы, его лицо наполовину скрывалось в тени, наполовину было освещено.
Кончиками пальцев он коснулся кожи Калли, и она затрепетала.
– Вам холодно?
– Немного, – уклончиво ответила она. Эта дрожь не имела ничего общего с холодом, а была связана только с… Гэйбом. С его прикосновением.
– Тогда давайте встанем ближе к огню.
Они подошли к камину, и теперь Калли могла видеть Гэбриэла в зеркале ещё отчётливее, когда он склонился к ней, продолжив трудиться над пуговицами.
Он наклонялся всё ниже, и она почувствовала, как платье сползает с неё. Калли подхватила его у груди, чтобы удержать на месте.
– Мне помочь вам снять его через голову или вы предпочтёте опустить платье вниз и переступить через него?
– Ни то, ни другое, благодарю вас. Я сниму его позже. Если бы вы ещё помогли мне расстегнуть крючок и расшнуровать…
Калли увидела, как рот Гэйба изогнулся в медленной улыбке, которую она находила такой неотразимой, но он ничего не сказал, а приступил к расшнуровыванию корсета.
– Не знаю, почему вы, женщины, делаете это, – пробормотал Гэбриэл. – Должно быть, эта вещь чертовски неудобная.
– Вовсе нет, – заверила Калли. – Этот корсет был сшит для меня, особенно для случаев, когда нужно надевать вечерние платья, в частности, моё свадебное платье.
– Вы выглядите в нём привлекательно, – заметил он и встретил её взгляд в зеркале. Тогда Калли поняла, что всё это время Гэйб знал, что она за ним наблюдает.
– Но без него вы выглядите ещё более привлекательной, – прошептал он и развёл в стороны половинки корсета. Не отводя взгляда от отражения Калли в зеркале, Гэбриэл медленно провёл своим длинным пальцем вниз по спине, от основания шеи до поясницы. Даже несмотря на то, что на ней всё ещё была сорочка, Калли изогнулась от прикосновения его пальца, словно они соприкоснулись плоть к плоти.
Она поспешно отошла от Гэйба и повернулась к нему лицом, сжимая своё провисшее свадебное платье и корсет, прикрываясь ими, словно щитом.
– Благодарю вас за помощь, – сказала Калли Гэбриэлу. – Теперь я справлюсь сама.
Она не могла разглядеть выражения его глаз, их скрывала тень. На мгновение она подумала, что он не собирается двигаться с места, но затем Гэйб просто отвесил ей поклон и сказал:
– Тогда я оставлю вас одну.
Дверь за ним закрылась, и Калли выдохнула, почувствовав громадное облегчение. «По крайней мере, – призналась она самой себе, – это было облегчение». Внутри неё появилась частичка… пустоты.
Калли выронила платье и корсет, переступила через них, затем подняла и бережно расправила платье, повесив его на кресло. Она потянулась и провела руками по бокам. Корсет не был неудобным, но он был тугим, и как же чудесно освободиться от его давления.
На маленьком столике стоял кувшин с чуть тёплой водой, и Калли воспользовалась ею, чтобы быстро обтереться мягкой мочалкой с мылом, стоя у огня. Она бы предпочла принять ванну, но, так как слуг в доме не было, это не представлялось возможным.
Калли поискала в комоде свою ночную сорочку. Она купила несколько, когда ходила за покупками, но ни одной из её сорочек в ящиках не было. Калли дважды проверила все ящички. О нет, тот, кто упаковывал её вещи, забыл про ночные сорочки!
Ей придётся спать в своей рубашке шемиз
l:href="#n20" type="note">[20]
, решила она. Взгляд Калли упал на шёлковую ночную сорочку, которую подарила ей Тибби. Та была возмутительно тонкой, но кровать была такой мягкой и тёплой, и, кроме того, раз сорочку подарили, то стоило воспользоваться ею по назначению. Калли выскользнула из рубашки и надела шёлковую ночную сорочку Тибби. Та плавно скользнула вниз по телу Калли, словно прохладный водный поток.
Ощущения были чудесные. Калли взглянула на своё отражение в зеркале. О Боже! Она выглядела практически голой. Ей было видно тёмное пятно между ног. Калли снова пристально посмотрела на своё отражение. Казалось, что груди её слегка изменились в размерах. Конечно же, нет! Она скосила глаза, и – да, действительно! – не намного, но разница, определённо, была. Калли посмотрела на свою грудь. Как же она этого не замечала? Или это произошло не так давно?
На самом деле, Калли никогда не рассматривала себя обнажённую в зеркале. Во дворце из всех её комнат зеркала были только в гардеробной, а там при ней всегда находилась хотя бы одна горничная, которая одевала и раздевала принцессу. И хотя Калли могла, если бы захотела, рассматривать себя в зеркале, её смущало то, что за ней будет кто-то наблюдать в такой момент.
Теперь же она была одна, и никто не мог помешать ей смотреть на себя, и она смотрела, поворачиваясь кругом, оглядываясь через плечо, чтобы увидеть своё отражение со спины. Калли решила, что она слегка полновата, особенно сзади. Однако принцесса не выглядела такой полной в платьях. Вероятно, во всём была виновата эта ночная сорочка. Решившись удостовериться в этом, Калли приподняла подол сорочки и посмотрела в зеркало на свои голые ягодицы. «Определённо, полная», – подумала она. И, конечно же, не «привлекательная», как назвал её Гэйб. Она вздохнула. Галантный комплимент номер восемьдесят семь.
Неожиданно в дверь постучали, и Калли подпрыгнула от испуга, с виноватым видом уронив подол сорочки и прикрыв себя руками.
– Кто там?
– Конечно же, Гэбриэл, – ответил знакомый глубокий голос.
Несомненно. В доме же больше никого не было.
– Что вам нужно? – спросила она.
К её ужасу, дверь открылась. Калли схватила с кресла своё платье и использовала его, чтобы довольно прилично закрыть своё тело.
– Что, по вашему мнению, вы делаете? – задыхаясь, потребовала она ответа.
– Ложусь спать, – ответил Гэйб. Он снял свой френч и жилет, а его шейный платок был развязан и свободно свисал с шеи. Несколько верхних пуговиц рубашки Гэбриэла были расстёгнуты.
– Что? Здесь?
– Да, здесь, – он пересёк комнату, подойдя к большому гардеробу на противоположной стороне комнаты, и открыл дверцу, сказав:
– Мои вещи висят здесь, разве вы не заметили?
Нет, она не заметила.
– Но здесь и мои вещи, – отозвалась Калли.
– Наверное, именно поэтому в этой комнате два гардероба и два комода, – предположил Гэйб. Он опустился в низкое кресло и продолжил снимать свои башмаки и чулки.
– Вы имеете в виду, что мы оба будем тут спать?
– Совершенно верно, – Гэбриэл поднялся и застыл на месте.
– Нет, – заявила Калли, размышляя, чем он занимался. Гэйб внимательно смотрел не прямо на неё, а на что-то поверх её плеча.
Он улыбнулся.
– Просто прелестно, – приглушённым голосом сказал Гэбриэл.
Она взглянула через плечо, но всё, что Калли удалось увидеть, – это огонь в камине и зеркало. Затем она поняла. Зеркало! Он смог разглядеть её со спины в зеркале. В прозрачной ночной сорочке.
– Перестаньте!
– Не могу, – просто признался он.
Калли начала поворачиваться, но затем осознала, что, так или иначе, ему будет видно её в зеркале, поэтому она медленно отступила к кровати и с некоторыми трудностями проскользнула между покрывалами. Натянув их до подбородка, Калли приказала Гэйбу уйти.
– Не могу, – отозвался он. – Нам необходимо сделать наш брак законным.
– Он и так законный. Вы утверждали, что Нэш договорился по поводу разрешения.
– Да, с этой стороны всё официально и честно, но теперь нам нужно завершить начатое.
– Завершить? Но вы же говорили…
– Да? – насмешливо отозвался Гэйб, приподнимая бровь.
– Вы говорили, что это будет брак на бумаге. Стратегия. Эээ… шахматный ход.
Он приподнял обе брови.
– Вы хотите сыграть в шахматы? Сейчас?
– Вы знаете, что я имею в виду.
– Верно, – слегка дразнящее выражение во взгляде Гэбриэла постепенно исчезло. – Это то, каким, как я вас уверил, будет наш брак, но граф постарается испробовать все варианты, уверен в этом, а этот вопрос – единственная лазейка, которую он непременно проверит. Если я буду спать в другой комнате, а вас позже попросят присягнуть, что вы разделили со мной постель в первую брачную ночь, сможете ли вы убедительно солгать?
Калли закусила губу, понимая, что Гэйб прав. Она совсем не умела убедительно врать.
– Значит, мы должны сделать этот брак по-настоящему законным? – шёпотом произнесла она.
Гэбриэл вздохнул.
– Если вы этого не желаете, то нет. Если мы будем спать в одной кровати, тогда вы сможете сказать любому судье или правительственному чиновнику, который будет достаточно дерзок, чтобы задать подобный вопрос: «Да, мы спали вместе». А они уже сделают свои предположения.
Калли обдумала сказанное Гэйбом. С этим она могла справиться. Но им придётся делить постель. Калли сглотнула.
Единственным человеком, который когда-либо делил с ней постель, был её сын, и это началось только тогда, как они в спешке покинули Зиндарию. Руперт никогда не оставался с ней после своих ежемесячных супружеских визитов. Он предпочитал спать в своих собственных апартаментах.
Калли внимательно осмотрела кровать. Та была большой, достаточно большой, чтобы вместить двух человек.
– Ну хорошо, – неохотно сказала она. – Но только для того, чтобы обеспечить законность этому браку. И только если вы пообещаете мне, что не будете набрасываться на меня.
Гэбриэл удивлённо посмотрел на неё.
– Набрасываться? Я никогда не набрасываюсь ни на кого. Я достаточно искшён для этого, – он снял свою рубашку, а затем начал расстёгивать пуговицы бриджей на талии.
– Что вы делаете? – Калли чувствовала себя, как натянутая струна скрипки.
– Раздеваюсь. Я не сплю в штанах.
– На вас есть панталоны? – потребовала ответа она.
– Да.
– Тогда останьтесь в них, – приказала Калли. Она улеглась в постель и крепко зажмурила глаза. У неё получится, она справится с этим. Это же всего на несколько часов, не больше. Всего лишь сон, и ничего больше. И это поможет обеспечить Ники безопасность. Всё, что ей было необходимо сделать, – это защититься от своего мужа. Единственный способ осуществить это – держать его на расстоянии.
Калли было слышно, как Гэбриэл снимает бриджи. Она украдкой приоткрыла один глаз и увидела, как он расхаживает по комнате, задувая свечи и гася масляные лампы, и из одежды на нём, кроме пары светлых хлопковых панталон, ничего нет.
Гэйб наклонился и добавил немного угля в огонь. Свет от камина окрасил его мускулистое тело в оттенки бронзы, золота и чёрного дерева. Он был худой, крепкий и очень красивый.
Всё, что ей придётся сделать, – это держать Гэбриэла на расстоянии.
Кровать скрипнула, когда он улёгся в постель рядом с Калли.
Огонь в камине чуть слышно шипел. От языков пламени на потолке возникли танцующие тени. Калли лежала на спине, прямая как палка, с руками, сложенными на груди, и жалела, что на ней сейчас была не толстая розовая ночная рубашка из фланели, которую миссис Барроу одолжила ей в ту первую ночь их знакомства.
– Это была довольно милая свадьба, не правда ли? – спросил у Калли Гэйб, приглашая её к разговору.
– Да. Доброй ночи, – кратко ответила она. Ей не хотелось с ним разговаривать, только не тогда, когда они делят постель и в камине танцует огонь. Это было слишком интимно.
– Вы казались слегка расстроенной из-за количества присутствовавших во время венчания гостей.
– Да, я расстроилась. Но позже Нэш мне всё объяснил. Не знаю, почему никто не сделал этого раньше. Но сейчас не время для обсуждения таких вещей. Прошу вас, я бы хотела уснуть. Доброй ночи.
– Да, доброй ночи. И приятных снов, миссис Ренфру.
Калли мгновенно распахнула глаза. Миссис Ренфру. Никто так её не называл до этого момента. Во время свадебного завтрака все обращались к ней «Принцесса». Миссис Ренфру. Ей понравилось, как это звучит. Так просто. Обыденно. Мило.
Калли закрыла глаза и попыталась уснуть. Уснуть. У неё чуть не вырвался смешок. Она чувствовала себя так, словно лежала в клетке с тигром и пыталась вздремнуть.
Минуту спустя Гэбриэл произнёс:
– Я подумал, что мисс Тибторп выглядела необычайно милой в своём голубом платье, как вы считаете?
– Да. Да, вы правы, – Калли пришлось по душе его замечание. Это она уговорила Тибби выбрать голубой цвет, и тот, в самом деле, очень шёл подружке невесты. Калли лежала в постели, думая о Тибби.
– Знаете, прежде чем я снова её увидела – я имею в виду, до того как я вернулась в Англию – я полагала, что она уже немолодая. Но, когда мы встретились по прошествии девяти лет, я поняла, что Тибби, должно быть, была в том же возрасте тогда, когда учила меня, что и я сейчас. Я думала, что она была старой или, по меньшей мере, женщиной средних лет, однако ей теперь, должно быть, всего лишь лет тридцать пять.
Калли прервала себя на полуслове, осознав, что непринуждённо разговаривает с Гэйбом, хотя предполагалось, что она будет держать его на расстоянии, в физическом и метафорическом смысле.
– А теперь я собираюсь уснуть, – заявила Калли решительным голосом.
Она лежала, слушая дыхание Гэбриэла, тихие звуки пламени, отдалённый грохот, создаваемый какой-то каретой, шумно едущей по булыжной мостовой, лай собаки.
Гэйб изогнулся, чтобы устроиться поудобнее, и она почувствовала, как её кожи что-то коснулось.
– Уберите ваши руки! – воскликнула Калли.
– Почему? – его голос был ясным, мягким, провоцирующим, словно тёмно-красное вино.
– Не хочу, чтобы они везде блуждали, – ей было видно, что Гэйб лежит головой на подушке, повернув голову в её сторону, наблюдая за ней. В глазах его мерцали отблески огня в камине.
– Не беспокойтесь, – сказал он с улыбкой, которая заставила бы Калли растаять, если бы она не была так решительно настроена сопротивляться ему. – Мои руки могут блуждать… но они никогда не заблудятся.
Она сглотнула.
– Я всегда точно знаю, где они находятся…
Калли крепко зажмурила глаза и пожалела, что нельзя по собственной воле так же закрыть и уши.
– А в конце они всегда находят дорогу домой, – закончил Гэбриэл бархатным тоном.
Она затрепетала.
– Вам холодно, – заметил он.
– Нет, мне не… что вы делаете? – из горла её вырвалось что-то, больше похожее на писк, чем на возмущённый протест.
– Согреваю вас, – Гэбриэл повернулся на своей стороне кровати и развернул Калли лицом от себя на её половине. Она пыталась сопротивляться, но его руки просто обняли её, и Калли оказалась прижатой к нему по всей длине своего тела: спина её прижималась к груди Гэйба, ноги и руки были спрятаны под его руками и ногами, а попка Калли плотно прижималась к тому, о чём она даже боялась подумать.
– Мне не холодно.
– Вы дрожали, и неудивительно: в такой совершенно очаровательной вещице вы не вполне одеты. Вы надели её для меня?
– Нет. Я надела эту ночную сорочку только потому, что ничего больше не было.
А дрожала Калли оттого, что Гэбриэл был в её постели и заставлял её испытывать определённые чувства. Чувства, которые она не хотела пробуждать.
– Мм-гмм, – отозвался он, словно не поверил ей на слово. – Хорошее описание для такого предмета одежды, «ничего больше». Не вполне голая, но и не совсем одетая. Не то чтобы я возражал против этой сорочки, напротив. То, что мне удалось разглядеть, было великолепно. Когда-нибудь вам придётся дать мне её рассмотреть как следует.
– Я не стану этого делать.
– На ощупь словно шёлк. Это шёлк? Говорят, что шёлку следует быть таким тонким, чтобы его можно было продеть сквозь обручальное кольцо. Вы думаете, что ваша сорочка пройдёт сквозь ваше обручальное кольцо? Вы могли бы снять её и проверить. Я не почувствую никакой разницы.
– Перестаньте. Я не намерена снимать сорочку. Вы говорили, что этот брак будет… – Калли никак не могла подобрать слово, – словно шахматная партия! – сердито прошептала она.
– Шахматы – отличная игра, – тихо произнёс Гэйб ей на ухо. Дыхание его согревало кожу Калли.
– Отпустите меня, – она попыталась оттолкнуть его.
– Успокойтесь, дорогая, – сказал ей Гэбриэл. – Я не собираюсь ничего делать с вами. Но вы лежали, словно труп, такая неподвижная, с руками, скрещёнными на груди, и дрожали, а так вы не сможете сомкнуть глаз.
– А вы полагаете, что так я усну? – спросила Калли.
– Может быть, и нет, но так будет намного удобнее, чем лежать, словно труп, – он прижал её к себе ещё плотнее. – Разве вам не нравится так лежать?
– Нет, – солгала она. – Мне очень неудобно.
Это была ошибка, поскольку Гэбриэл посчитал её слова предлогом для того, чтобы придвинуться ближе и прижать Калли ещё сильнее к своему изогнутому телу.
– А теперь засыпайте.
Она лежала в постели, напряжённая, сердитая, понимая, что ни за что не уснёт, только не тогда, когда Гэбриэл лежит рядом с ней, заставляя её испытывать жар, трепет, желание и неудовлетворённость.
Если с подобного начался их брак, у Калли не было ни одного шанса, чтобы защитить от Гэйба своё сердце. Он был такой мужчина. Калли сомневалась, что найдётся женщина, которая сможет противиться его чарам.
Но для Гэбриэла всё это было несерьёзно. Он жил мгновением – так он сказал однажды, объяснив ей, что это была солдатская привычка, поймать момент и прожить его до конца, пока в нём самом ещё теплилась жизнь.
Калли не могла так жить. Больше не могла. Она не воспринимала вещи так легко, как он.
Гэйб нашёл её на вершине скалы и, размышляя не дольше, чем понадобилось бы, чтобы спасти бездомного кота, взял их с Ники с собой, отвёз к себе домой, защитил их, а потом даже женился на Кали, – и всё это без колебаний и, очевидно, без бесконечной тревоги, которую испытывала она, принимая любое решение.
Таков был Гэйб, и Калли лежала с ним в одной постели; его сильные руки обнимали её, а его тепло передавалось ей. И, как обычно, он ловил момент и её, – и Калли волновалась из-за мнимых последствий.
Гэбриэл желал её – прямое и твёрдое доказательство этому настойчиво прижималось к телу Калли – и она знала, что он мог просто взять её, если бы захотел. Гэйб был очень силён, они были наедине, и у него были все законные права. И, конечно же, ему захочется получить вознаграждение за все свои хлопоты. Он заслужил это.
Однако Гэбриэл не сделал попытки овладеть ею, или даже заставить Калли передумать. Он был человеком слова. Она уважала его за это, даже если в настоящий момент находила моральные устои Гэйба раздражающими и вызывающими неловкость.
Он с самого начала не скрывал, чего хотел от неё. Гэбриэл был достаточно честен и откровенен с самого первого дня, когда предложил Калли стать его любовницей.
Возможно, если она единожды разделит с ним супружеское ложе, Гэйб потеряет к ней интерес. Это было то, чего желала Калли. Да, именно так.
Она облизала губы, подумав об этом. С тех пор как Калли встретила Гэбриэла, она была не в состоянии перестать размышлять, на что бы это могло быть похоже. «Это ничего не значило, – напомнила Калли сама себе. – Это был всего лишь вопрос, вызванный обычным женским любопытством».
Крепкое, сильное, большое тело Гэйба, расслабленно лежащее рядом с ней, было таким соблазнительным. Калли с удовольствием изучила бы его. Она точно знала все точки, в которых их тела соприкасались, где кожа касалась кожи, а где они были разделены легчайшим намёком на шёлк.
Дыхание Гэйба было глубоким и ровным, но он не спал, Калли была в этом уверена. Гэйб был слишком взволнован, чтобы спать. Так же как и она.
Они заключили брак на бумаге, сделали ход в шахматной партии: когда-нибудь он уйдёт. Как только Калли и Ники будут в безопасности, и им больше не будет угрожать граф Антон, Гэйб освободится от всех обязательств. И тогда Калли останется одна.
До конца своей жизни.
Если она не сделает этого сейчас, то будет всегда думать о том, что упустила.
Руперт всегда был слишком предсказуемым. В начале их брака Калли это даже нравилось, но, как только она поняла, в какое глупое положение поставила сама себя, супружеские обязанности стали для неё больше похожи на ритуал, не то чтобы неприятный, но без того тепла, которое, по её представлениям, присутствовало во время их любовных утех в самом начале её замужества.
С Гэбриэлом это не будет похоже на ритуал. Он совсем не был предсказуемым, только не для неё. Даже когда он всего лишь флиртовал с ней, Гэйб возбуждал в ней странные, волнующие образы, которые, с его помощью, укоренялись в сознании Калли. Даже поцелуи Гэбриэла доводили её до грани. Он был тёплый, волнующий… и пугающий.
Если Калли позволит ему разделить с ней ложе, единственное последствие этого – то, что пострадает только её сердце. Калли была бесплодна. Должно быть, что-то случилось с ней, когда родился Ники, потому что, несмотря на регулярные ежемесячные визиты Руперта, она так и не ощутила больше шевеления плода в своём чреве. Не то чтобы Калли возражала против того, чтобы Гэбриэл одарил её ребёнком. Калли полюбила бы его, ей было бы приятно иметь подле себя небольшую частичку Гэйба.
О Боже, даже просто думать об этом было похоже на игру с огнём. Но если Калли не решится, то проведёт остаток своей жизни, сожалея о неслучившемся. Итак, да, она собиралась позволить ему выполнить супружеский долг.
Но каким образом? Калли не могла просто попросить об этом.
Проверяя реакцию Гэйба, она слегка поворочалась в постели, прижимаясь своей попкой к его возбуждённому мужскому органу. Гэбриэл напрягся. Это обнадёживало. Калли снова заворочалась.
– Лежите спокойно, хорошо? – пробормотал Гэйб, сжимая её ещё крепче в своих объятиях.
Вместо ответа Калли снова заворочалась, дерзко потираясь ягодицами взад и вперёд о возбуждённую часть тела Гэйба. Она лежала с закрытыми глазами, притворившись полусонной и неосознающей, что делает.
– Если вы не будете лежать спокойно, то я не отвечаю за последствия, – прорычал Гэбриэл.
Калли снова заворочалась и подождала реакции.
– Вы делаете это умышленно, не так ли? – прошептал он.
Она не ответила.
Без предупреждения Гэбриэл развернул её к себе и посмотрел Калли в лицо.
– Я дал вам своё слово. Если вы передумали, то вам нужно сказать мне об этом.
Она не смогла собраться с духом, чтобы произнести это. Не так открыто. Не вслух. Помолчав с минуту, Калли произнесла:
– Вы сказали, что я не умею лгать.
Гэйб нахмурился, заметив явную неуместность замечания.
– Да, я так сказал.
– А что, если я всё испорчу — в разговоре с судьёй или правительственным чиновником, или кто там будет задавать вопросы?
– Испортите что?
– Ш... шахматную партию. Сказав, что мы вступили в брачные отношения, когда мы этого не сделали.
Гэбриэл сверлил Калли глазами.
– О чём вы говорите?
Она уставилась в точку над его плечом, сделала глубокий вдох и произнесла:
– Я думаю, возможно, нам следует выполнить наши супружеские обязанности.
Одна тёмная бровь Гэйба приподялась.
– Ради шахматной партии?
– Да, – здесь Калли почувствовала себя увереннее. Это был всего лишь вопрос законных обязательств, а не что-то, что было необходимо ей или что заставляло её испытывать боль и желание. Она просто предлагала выполнить свой долг. Бесстрастно.
– Потому что вы не хотите лгать.
– Верно.
– Итак, принцесса, вы говорите, что хотели бы сделать этот брак по-настоящему законным? – мягко спросил Гэйб.
Калли сглотнула и кивнула.
– Да. Если вы не возражаете.
– О, я не возражаю.
Она закрыла глаза и замерла в ожидании. Ничего не произошло. Гэбриэл не пошевелил ни единой мышцей. Калли знала это точно; она до боли чувствовала все его мышцы.
Калли открыла глаза и обнаружила, что он смотрит на неё с загадочным выражением на лице.
– Ну и? – спросила она.
Гэбриэл улыбнулся той ленивой, лукавой улыбкой, от которой её тело плавилось, словно мёд.
– Начинай ты.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Похищенная принцесса - Грейси Анна



Книга немного затянута ,но прочитать стоит.
Похищенная принцесса - Грейси АннаАлена
30.11.2011, 12.39





Оригинальный сюжет. Принцесса сбегает с сыном из своей страны и красивый, романтичный Гэйб спасает их. Мне понравилось. Прочесть стоит.
Похищенная принцесса - Грейси АннаНадежда
15.05.2014, 22.17





Klasssss
Похищенная принцесса - Грейси АннаAnya
17.04.2016, 11.54





Что то понравилось , а что то нет . В целом не плохо . Можно почитать .
Похищенная принцесса - Грейси АннаMarina
18.04.2016, 10.06





Хорошо
Похищенная принцесса - Грейси АннаАня
23.04.2016, 11.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100