Читать онлайн Идеальный вальс, автора - Грейси Анна, Раздел - Глава 20 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Идеальный вальс - Грейси Анна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.08 (Голосов: 38)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Идеальный вальс - Грейси Анна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Идеальный вальс - Грейси Анна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грейси Анна

Идеальный вальс

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 20

Любовь на ключ замкнула нашу дверь,
Каморку превращая в мирозданье.
Джон Донн. Перевод Г. М. Кружкова

На следующий день Хоуп срочно вызвала Себастьяна к себе.
– Моя сестра Чарити скоро родит, – объяснила девушка, когда он приехал. – Сегодня мы уезжаем в Каррадайс-Эбби.
– Но я думал...
– Знаю, но и Пруденс тоже становится все больше и больше. Езду в экипаже она переносит с большим трудом. Чарити и ее муж, Эдвард, переехали в Каррадайс-Эбби несколько месяцев назад, чтобы дождаться там рождения ребенка. Пруденс, естественно, находится с ними, как ты понимаешь.
– Понимаю. – Его грудь напряглась. Теперь, когда он наконец обрел Хоуп, ее практически похищали у него. – Когда я увижу...
Она схватила его за руки.
– Едем с нами. Бери с собой девочек. Гидеон и Пруденс не будут возражать. Они полюбят их. – Хоуп смахнула слезу. – Я хочу, чтобы ты был со мной, Себастьян. Чарити первая из нас родит ребенка, и я так давно ее не видела.
Она закусила губу, пристально глядя ему в лицо. Хоуп боится за сестру, осознал он. Нередко, рожая детей, женщины умирали. Себастьян подумал о Тее, умершей в одиночестве.
– Если ты хочешь, чтобы я был с тобой, я еду, – сказал он просто.
Через час по улице растянулась цепь экипажей. К удивлению Себастьяна в поезде принимала участие и леди Августа.
– Разве можно пропустить такое, мой дорогой мальчик! – воскликнула она. – Скоро я стану двоюродной бабушкой. Вы и правда не знали, что сестры этой девочки замужем за моими племянниками?
В дороге они превосходно проводили время, а на ночь остановились в Лестере. Гостиница оказалась маленькой, аккуратной и чистой, и их компания полностью ее заполнила.
Жена владельца, пухлая женщина, по всем признакам заботливая мамаша, отправила всех леди наверх, где их ждала горячая вода. На ужин подали куриный суп, свежие рулеты и необъятный мясной пирог, за которыми последовали яблочный торт и сливки. Через час после их позднего прибытия все уже устроились под одеялами в своих кроватях.
Себастьян не мог лечь спать, не проведав сестер. Он заглянул в их комнату через дверь. На большой кровати девочки прижимались к Грейс и крепко спали, свернувшись как котята. Лили, служанка, спала на низкой кушетке в углу.
Он хотел зайти и к Хоуп, но она делила комнату со своей близняшкой. Хозяйка гостиницы, увидев его, задумчиво стоявшего возле двери девушек, твердо сказала:
– Леди скоро уснут, так что и вы можете отправляться в свою кровать, сэр.
Себастьян ушел. Но, несмотря на усталость, сон никак не приходил. По оконному стеклу забарабанил дождь.
– Ты спишь? – это оказалась Хоуп, одетая только во фланелевую ночную рубашку, ее щеки горели, а золотые локоны в беспорядке обрамляли лицо. Ее ночная сорочка была широкой и застегнутой до самого подбородка, и все же он никогда не видел ничего более привлекательного. Девушка выглядела невероятно прекрасной, чистой, свежей, немного взъерошенной и одновременно чувственной. Как очаровательно завернутый подарок.
Он сел, затем, вспомнив, что полностью раздет, натянул одеяло повыше.
– А это имеет значение? – она не должна находиться здесь.
– Я не могу заснуть, – призналась Хоуп и неслышно скользнула к кровати. – Я хочу остаться с тобой.
Он заколебался, слабо промолвив:
– Ты не должна.
– Ты прав. – Она забралась на высокую кровать, обнажив ноги до колен, выглядя удрученной и невероятно красивой.
– Ненавижу середину ночи, если к этому времени мне не удалось уснуть. Мне нужно, чтобы ты обнял меня, Себастьян. – Ее нижняя губа задрожала. Это было настолько не похоже на его храброго маленького эльфа, что он не выдержал. Себастьян протянул руки, и Хоуп упала в его объятия.
Он мгновенно возбудился.
Девушка прильнула к его голой груди и провела рукой по редким волоскам.
– Это приятно.
Борясь с неистовым желанием, он заставил себя осторожно переместить ее подальше от себя и натянуть покрывало, прикрывая свою наготу. Не так давно она назвала его благородным. А благородство не включало в себя лишение ее девственности в маленькой захолустной гостинице, в то время как ее двоюродный дед и другие члены семьи спали в нескольких ярдах от них.
Она задрожала, и он обернул одеяла вокруг ее тела, изолируя себя от ее мягкости и тепла.
Хоуп нахмурилась.
– Я хочу лежать в постели рядом с тобой.
– Ты не можешь, – коротко ответил он. – На мне нет ночной рубашки.
– Правда? – ее глаза расширились, и она посмотрела на его голые плечи с чисто женским любопытством. Хоуп потянулась и погладила их, потом помассировала, как кошка, слегка проводя коготками.
Его возбуждение усилилось. Так же, как и его решимость обращаться с ней, как с целомудренной девственницей, которой она собственно и являлась. Он будет просто обнимать ее, даже если это убьет его. И даже если ему суждено стать более твердым, чем когда-либо в своей жизни. От этого ведь не умирают. По крайней мере, именно на это надеялся Себастьян.
Хоуп выскользнула из кокона одеял, в которые он ее замотал. Вместо того чтобы почувствовать облегчение, он ощутил одиночество. Девушка перекинула одну ногу через его бедра и уселась на них. Ночная рубашка задралась вверх, открыв стройные ноги, дыхание Себастьяна перешло в свист.
– Я не ребенок, Себастьян.
Он застонал:
– Я полностью осознаю это.
Она опустилась своей попкой на его бедра, и он снова застонал. Хоуп одарила его загадочной женской улыбкой, затем пошевелилась снова и, наклонившись вперед, начала ласкать его плечи. Ее руки двинулись вниз – по его рукам и груди, поглаживая и сжимая. Его мышцы сокращались по собственной воле.
– Только подумать, как я нервничала из-за этого раньше, – прошептала она. – Восхитительно.
Ее пальцы кружились вокруг его сосков, снова и снова, слегка задевая их ногтями.
– Ты опять решил играть в благородство, Себастьян? – тихо спросила она.
– Я сделаю все возможное, чтобы таким и остаться, – выдавил он из себя.
– Но ты ведь женишься на мне, разве нет?
Он попытался отвлечься о того, что делали с ним ее невинные прикосновения.
– Ты ведь знаешь, что да.
Она откинулась назад с улыбкой Евы на лице.
– Тогда почему мы должны ждать? Я хочу тебя, Себастьян. – Ее рука двинулась ниже. – Разве ты не хочешь меня?
– Проклятье, ты же знаешь, что хочу! – прорычал он.
– Тогда, в оперном театре, ты показал мне совершенно новый мир, и я имею в виду не лондонские пейзажи. – Она наклонилась и слегка прикусила плоский мужской сосок. – Очаровательный, – выдохнула она. – Как у меня, только не совсем... и я не имею в виду желтые рюши.
Картины, рожденные ее словами в сознании Себастьяна, вызвали отчаянный стон из его груди.
– Той ночью, в опере, ты показал мне, какое удовольствие мужчина – правильный мужчина – может доставить женщине. – Она подалась вперед и обхватила его лицо ладонями. – И в тот день, когда заговорила Дори, на кушетке в твоей гостиной, ты дал мне попробовать твой жар и твою силу. Ты подарил мне великолепное забвение. Я хочу этого и гораздо большего, немедленно.
Слегка стесняясь, она все же продолжила:
– Я хочу, чтобы ты любил меня. Прямо здесь, прямо сейчас, в этой большой высокой кровати, пусть за окном льет дождь, а где-то рядом находится моя ждущая ребенка сестра. Я хочу отгородиться от всего этого и остаться наедине с моим прекрасным, моим сильным защитником – моим Себастьяном.
От слов Хоуп у него сдавило горло. Прежде, чем он смог хоть что-то ответить, она добавила:
– Знаешь, у тебя просто великолепные плечи. Я чувствую слабость, когда просто смотрю на них. – Ее глаза сияли. – Ты будешь любить меня сейчас, пожалуйста?
Будет ли он любить ее теперь? Как будто это она мучилась от отчаянной потребности, а вовсе не он. Сильная дрожь пронзила его тело, и Себастьян сглотнул, сдерживая яростное желание, желая услужить своей леди. Его невинной леди. Сегодня вечером все должно быть только для нее.
Себастьян позволил одеялу соскользнуть до его талии и с жадностью смотрел, как очаровательно вспыхнули глаза Хоуп, пока они исследовали его тело с застенчивым, женским любопытством. Обхватив ее за бедра, он медленно приблизил девушку к себе. Движение подняло ее рубашку еще выше, позволив ткани скользить по длинным стройным ногам, пока та не сбилась складками у ее бедер и не оставила скрытой лишь самое тайное ее местечко.
Потребовалось бы всего лишь мгновенье, чтобы отбросить это препятствие прочь и войти в нее. Все тело Себастьяна пульсировало от желания совершить это действо. Она уже была возбуждена: Себастьян чувствовал ее пьянящий женственный аромат. Его женщина. Его половинка. Его любовь.
Довольно долго Себастьян лежал, не двигаясь. Затем, заключив лицо Хоуп в ладони, он мягко приблизил ее губы к своим. Не отрывая рук от плеч Себастьяна, которые ранее назвала великолепными, Хоуп наклонилась вперед и мягко его поцеловала.
Его рот и язык поддразнивали ее губы, постепенно углубляя поцелуй настойчивыми ритмичными движениями, заставившими девушку еще крепче за него ухватиться и желать большего.
Она сжимала, гладила и массировала его плечи. Ее пальцы зарылись в его коротко стриженые волосы, прочно удерживая. Сильно зажмурившись, Хоуп погрузилась в поцелуй.
Их языки боролись, гладили друг друга, в то время как Себастьян сжимал ее грудь сквозь тонкую ткань рубашки, наслаждаясь ее приятным весом. Он почувствовал, как сосок напрягся от его прикосновений. Она издавала короткие, чуть слышные звуки удовольствия, пальцами вцепившись в его плечи и обхватив ногами его бедра. Его ноготь сквозь ткань слегка царапнул кончик ее соска, и бедра Хоуп судорожно сжались в ответ. Любая, даже самая небольшая, дрожь ее тела передавалась его телу.
Хоуп прервала поцелуй и отклонилась, посмотрев на руку, прижавшуюся к ее груди. Глаза девушки внимательно следили за его пальцем, проводившим по соску вперед и назад точно так же, как и его язык недавно двигался у нее во рту. С потрясенным выражением лица она выгнулась, прижавшись к ласкающей руке еще сильнее. Женские бедра снова сжались, из горла вырвался стон.
Мурлыча от удовольствия, она откинула голову назад, стоило Себастьяну начать ласкать ее обеими руками.
Внезапно, захватив его большие руки в свои, Хоуп остановила их. Ее глаза замерли на мужской груди.
– На тебе это тоже сработает? – прозвучал ее хриплый голос.
Он пожал плечами, словно не знал ответ. Тогда Хоуп проворковала:
– Ты ведь разрешишь мне заняться исследованием, не так ли? – нежные ладони разместились на его груди, поглаживая ее с явным одобрением. – Такая красивая и твердая.
Он тут же сжал ее грудь.
– Такая красивая и мягкая.
Она засмеялась и отбросила его руки прочь.
– Прекрати. Я хочу сосредоточиться, но не могу, когда ты вот так ко мне прикасаешься.
Ее ладони закружились по поверхности его груди, медленно приближаясь к соскам. Себастьяну нравилось серьезное сосредоточенное выражение на прекрасном лице. Тонкие пальцы задели наконец соски и мягко их сжали, заставив тело Себастьяна выгнуться дугой. Пламенные стрелы побежали от ее ищущих пальцев прямо к его паху.
– Ага. – Хоуп коснулась его маленького соска и ради пробы снова его сжала. Он отреагировал также. Глубокомысленно нахмурившись, она внимательно посмотрела сначала на голую мужскую грудь, а потом на свою, скрытую под плотной фланелевой тканью. Воспоминала о том, как он освободил ее грудь и взял сосок в рот?
– Там, на крыше, ты сказал, что завидовал желтым рюшам на моем платье и жалел, что твои руки не могут поменяться с ними местами. На кушетке ты сосал мою грудь сквозь шелк рубашки. Предполагается, мне надо снять эту вещь? – Краска бросилась ей в лицо, как только она произнесла эти слова. – Я имею в виду, я не...
Поцелуй остановил ее.
– Нет, – сказал он. – Предполагается, тебе ее снимать не надо.
Румянец исчез.
– О, – в ее голосе звучала смесь облегчения и разочарования.
Он мягко пояснил:
– Это сделаю я.
– О-о-о. – Румянец вернулся на ее щеки. Она сидела и ждала.
Двадцать маленьких гладких перламутровых пуговиц, от самого подбородка и почти до талии.
Одна пуговка, вторая. Стала видна стройная линия шеи. Он поцеловал ее, дегустируя тонкий аромат ее кожи.
Третья, четвертая и пятая открыли ямочку между ключицами. Он подался вперед и погрузил в нее свой язык.
К седьмой и восьмой пуговицам у него во рту пересохло, а дыхание участилось. Себастьян взглянул на девушку. Она внимательно смотрела в сторону, облизывая губы. Сердце громко стучало у него в груди.
С десятой пуговицей показалась сливочная долина ее груди, и он нагнулся вперед, прижимая к ней лицо, пробуя, облизывая ее шелковистую теплую кожу. Запустив пальцы в его волосы и ухватившись за его голову, Хоуп поцеловала его.
Пятнадцатая – и обе груди свободны, розовые соски требуют внимания, а его руки дрожат. Он теребил последние три пуговицы, готовый сдаться и отступить. Дыхание стало отрывистым, так же, как и у нее, словно они бежали наперегонки.
Он ухватился за подол рубашки, сбившейся на ее бедрах, и медленно-медленно начал поднимать ее вверх.
– О-о-о. – Из-за трения ткани о возбужденную кожу у Хоуп вырвался стон.
Он обнажил ее бедра. Это его женщина. Ее талию. Ткань задержалась на груди. Он потянул, и, как ребенок, она подняла свои руки, чтобы он мог полностью раздеть ее. Только она вовсе не была ребенком. Хоуп в полной мере, даже в высшей степени, являлась женщиной.
Он отбросил ненужный теперь предмет одежды и опьянел при виде ее наготы. В памяти всплыла копия известной итальянской картины: золотоволосая красавица, стоящая в огромной створке раковины. Венера – девушка на том полотне: застенчивое, задумчивое создание, подобное Мадонне во всей ее чистоте.
Но итальянская красавица не была красивее или чувственнее его собственной дорогой Венеры, робко и одновременно гордо сидящей верхом на нем – одна рука изящно прикрывает треугольник золотых завитков, другая – застыла в неуверенности.
Она пылала жизнью, теплотой, любовью. И все это для него. Для обыкновенного Себастьяна Рейна. Ему не верилось в такое чудо. Великолепное, любящее создание собиралось стать его женой, его единственной любовью навеки. Никогда больше одиночество не настигнет его.
Поймав руку Хоуп, Себастьян поцеловал ее и положил напротив своего сердца.
– Моя собственная драгоценная Венера.
– Венера была языческой богиней, не так ли?
– Да. Богиней любви, – подтвердил Себастьян. Это сравнение оскорбило ее?
На лице Хоуп заиграла сверкающая улыбка.
– Не уверена, что знаю, как быть языческой богиней любви, но я могла бы научиться этому, – сказала она. – Покажи мне – как.
Не дав ему ответить, она отодвинулась и стащила с него одеяло.
– О-о-о, – протянула она, потрясенная открывшимся видом. Последовало легкое прикосновение. – Это – то, чье давление я уже чувствовала, ведь так? Он такой теплый и...
– Ум-м-ф! – вырвалось сквозь его стиснутые зубы. Его рука поймала ищущую ладонь. – Нет. Пока нет.
– О...
– Еще одно прикосновение, и все закончится очень быстро.
Она нахмурилась.
– Но...
– Я хочу, чтобы мы не торопились, хочу, чтобы твой первый раз был особенным.
– Он и будет особенным. Он уже особенный. – С задумчивым видом она поглаживала его. – Мне кажется, ты снова пытаешься быть благородным.
Себастьян моргнул. Он только что раздел ее донага. Где здесь благородство?
Девичьи ноготки слегка царапали его грудь, кружа вокруг его сосков. Себастьян задрожал и беспомощно выгнулся под нею.
– И я хочу, чтобы ты знал, Себастьян Рейн, что, будучи твоей языческой богиней любви, я не желаю видеть, как ты играешь роль благородного мученика.
Она наклонилась и втянула губами его сосок, затем мягко его прикусила.
Его тело вновь изогнулось.
С видом глубокого женского удовлетворения на лице Хоуп выпрямилась.
– Это очень мило, и я люблю тебя за это, но ты не должен сдерживаться или быть осторожным. Я и так ждала достаточно долго. Я хочу, чтобы ты взял меня. – Изящный ноготок прошелся вдоль его твердого члена, и она продолжила: – Я хочу чувствовать, как ты овладеваешь мною в... восхитительном взрыве страсти.
– Восхитительный взрыв страсти, говоришь, – повторил он, используя все свое самообладание.
Маленькая ладонь мягко сжала его.
– Я хочу жаждущего влюбленного мужчину, который почти обольстил меня на крыше оперного театра. Мужчину, руки которого дрожали от желания, когда он ласкал меня на кушетке. Оба раза ты отказывал в удовольствии себе. На сей раз я не желаю, чтобы ты сдерживался. Ты не должен останавливаться. Я хочу, чтобы ты почувствовал все это великолепие вместе со мной.
В его глазах сверкнуло какое-то сильное чувство. Возможно, торжество. Триумф. Страсть.
– Очень хорошо, моя богиня. Твое желание – для меня закон.
Он резко поднялся и перевернул ее на спину. Его язык проник в ее рот, вторгаясь с жестокой потребностью. К Хоуп вернулись чувства, которые возникли тогда, в первый раз, когда он посмотрел на нее и возжелал.
Его испепеляющий душу голод. Из-за нее. Из-за Хоуп Мерридью. Это согрело и наполнило ее, как ничто другое. Преобразило неуклюжую девочку в... богиню любви ее великолепного, ее возлюбленного мужчины.
Она вернула ему поцелуй со всей силой, на которую только была способна, растворяясь в его палящей, возрастающей страсти, следуя за ним слепо и радостно. Его руки были повсюду, поглаживая, сжимая, лаская, пробуждая. Ее руки также бродили по нему, упиваясь его жаром, его силой и его желанием.
Двигаясь вниз, губы Себастьяна подробно исследовали ее подбородок, шею, выемку у основания шеи и двинулись к ее груди. Немного шероховатая мужская ладонь потерлась об нее. Себастьян взял один сосок в рот и втянул его, из горла Хоуп чуть не вырвался крик. Это не удовольствие, нет, и не боль; что-то более сильное, вызывающее зависимость, что-то совершенно другое.
Ласки вызывали горячие, ритмичные волны, и Хоуп, задрожав, окунулась в них с головой, полностью находясь в их власти. Мужская рука скользнула между ее ног и погладила ее там.
Она смутно осознавала собственные судорожные движения и реакцию, жар его губ, ласкающих ее грудь, поглаживания его рук. Ее тело было в огне, и вдруг... пожар.
На мгновение Себастьян остановился, и Хоуп воспарила в небеса, вне времени и пространства. Затем он полностью накрыл ее тело и вошел в нее одним быстрым выпадом.
Хоуп задохнулась и сжала его, внезапно охваченная паникой.
Задыхаясь, Себастьян произнес:
– Все в порядке, любовь моя. Худшее позади.
Худшее? То, что она чувствовала, не было плохим. Просто... другим. Ощущение растянутости, и как будто что-то порвалось. Прокол, но без боли. Вторжение, но не вражеское. И соединение – великолепное, глубокое соединение.
Позади?
– Я не хочу, чтобы это было позади, – она обвила его руками и ногами, слепо отдаваясь их любви, не позволяя ему покинуть ее тело.
Себастьян снова начал гладить тело Хоуп, которая, почувствовав собственную дрожь, еще крепче сжала любимого. А затем он стал двигаться в ней сильными ритмичными толчками, уводя за собой, вверх, в другие края, за грань сознания.
Пока Хоуп снова не разбилась вдребезги в руках Себастьяна, получив великолепное забвение.

***

– Ты в порядке, любимая?
Хоуп заморгала и потянулась. С изумлением она заметила, что дождь продолжал барабанить в оконные стекла, и вода так же журчала, скатываясь по сточным канавам.
Как все могло оставаться прежним, когда она чувствовала себя настолько другой?
– Любовь моя? – его голос был глубок. Заботлив.
Повернувшись, Хоуп уставилась на него. Ее мужчина. Ее возлюбленный.
Себастьян выглядел слегка обеспокоенным. Большими пальцами рук он мягко погладил ее щеки. Хоуп удивленно осознала, что они влажные. Она плакала? Этого в ее памяти не сохранилось.
– Как ты себя чувствуешь? – казалось, вопрос очень много для него значит.
Хоуп обдумывала ответ, пытаясь найти слова, способные передать ее чувства. Все было настолько необыкновенно, что ей хотелось заставить его понять это.
– Когда я была маленькой девочкой, – медленно заговорила она, – я наблюдала, как змея выбиралась из своей кожи. Сейчас я чувствую себя подобно этой змее.
– О, Боже! – воскликнул Себастьян.
Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но она удержала его рукой, поглаживая твердый подбородок и заверяя в своей любви.
– Нет, подожди, позволь мне закончить. Я хочу объяснить.
Себастьян сглотнул, с несчастным видом смотря на нее.
– Змея была унылой, пятнисто-серой, и, когда она медленно сдирала свою кожу, это выглядело болезненно, хотя я так не думаю. Она терлась и терлась о камни, и затем, внезапно, кожа начала слезать. – Раздался стон, и ее пальцы приникли к его рту. – Подожди! Змея забралась между двумя скалами, извиваясь, и вдруг выскользнула, оставляя свой старый мрачный серый покров позади. О, Себастьян, новая кожа оказалась настолько свежей и красивой, а цвета – невероятно яркими и блестящими. – Хоуп взглянула на Себастьяна со слезами на глазах. – Я чувствую себя этой змеей: полностью обновленной, совершенно другой, красивой. И именно ты заставил меня почувствовать это.
Ее слова тронули Себастьяна так, что ему пришлось спрятать лицо в волосах возлюбленной, дабы не дать пролиться слезам, что выглядело бы совсем не по-мужски. Наконец он смог произнести:
– Но ты – красавица. Признанная светская красавица.
– А, это! – Хоуп замотала головой. – Не важно, что другие люди думают о моей внешности, я никогда не чувствовала себя красивой. У меня есть сестра-близнец, которая выглядит точно так же, как и я. Чарити намного красивее любой из нас, а Грейс, думаю, однажды затмит нас всех. Пруденс, наша старшая сестра, самый замечательный человек на свете. И все же свет считает ее обыкновенной. – Она улыбнулась. – Но муж Пруденс, Гидеон, считает ее очень привлекательной и искренне изумляется, когда другие этого не замечают.
Хоуп подарила ему искреннюю улыбку и погладила по щеке.
– То же самое ты делаешь со мной. Я всегда ощущала себя неуклюжей, несовершенной сестрой, той, которая не может сделать все должным образом и не способна правильно понимать многие предметы. Я – девчонка-сорванец, нарушающая правила, действующая прежде, чем успеваю подумать, и втягивающая всех в неприятности. Я боюсь темноты и того, что в ней скрыто. Я люблю спорить, я нетерпелива...
Он поцелуем заставил ее замолчать.
– Ты прекрасна, и внутри, и внешне. Если люди и называют тебя сорванцом, то это из-за привязанности, а не желания покритиковать. – Себастьян снова поцеловал ее. – Ты щедрая и любящая, и ты всюду приносишь с собой радость. Ты излечиваешь старую боль и открываешь другим прелесть жизни, которой полна сама.
Он взял ее лицо в свои руки и уже спокойнее произнес:
– И сегодня вечером ты сделала меня самым гордым и самым счастливым человеком в мире.
Лицо Хоуп сморщилось, и она судорожно обняла его, пробормотав ему в шею:
– Я люблю тебя, Себастьян Рейн.
– И я люблю тебя, мой возлюбленный шелковый эльф.
– Шелковый эльф? – засомневалась Хоуп.
– Впервые увидев, как ты танцуешь, я решил, что ты шелковый эльф, – объяснил он. – Настолько ты была легка и изящна в своих движениях.
Легонько зевнув, Хоуп прижала голову к его груди.
– Мне нравится, – раздалось сонное бормотание. – Я могу быть шелковым эльфом или языческой богиней любви.
– Или смелым сорванцом, – добавил он. – Я люблю все твои ипостаси.
Каждое слово сопровождалось поцелуем.
Улыбаясь, Хоуп заснуа в руках Себастьяна. Ветер выл под карнизом, дождь барабанил в оконные стекла, а Себастьян лежал на высокой кровати в маленькой гостинице, чувствуя себя более счастливым и более дома, чем когда-либо в своей жизни.
На рассвете Хоуп проснулась, и они снова занялись любовью прежде, чем она на цыпочках спустилась вниз и вернулась в свою кровать.

***

Позже на следующий день цепочка экипажей достигла пары отделанных камнем железных ворот. Каррадайс-Эбби располагалось в парковой холмистой местности. Внушительное трехэтажное здание было построено в некоем подобие классического стиля, хотя и с эксцентричными признаками барокко и террасой по всему периметру плоской крыши.
Себастьян сразу же обратил внимание на эту террасу. Она могла стать отличным местом для их с Хоуп уединения. Естественно, для любования окрестностями.
Почти два десятка каменных ступеней вели к внушительному входу между четырьмя греческими колоннами. Пока подъезжали все экипажи, высокий темноволосый джентльмен легко сбежал вниз.
– Гидеееоннн! – раздался вопль из второй кареты и прежде, чем она остановилась, юная Грейс бросилась в открытую дверь и спрыгнула на землю. Она ринулась через ровную каменную дорогу и кинулась в объятия мужчины.
Он поймал ее и прижал к своей груди, отклоняясь и смеясь из-за настойчивых поцелуев в щеки.
– Привет, Бесенок, я тоже скучал по тебе.
Хоуп сжала руку Себастьяна, объяснив:
– Это мой шурин, лорд Каррадайс и муж Пруденс. Грейс обожает его. Кто бы поверил, что когда-то она была робким и мрачным ребенком?
Грейс прижалась к лорду Каррадайсу, повиснув на его шее, а он обнял ее за спину, говоря:
– Полегче, Бесенок. Рад тебя видеть, но с тех пор, как мы встречались в последний раз, я постарел.
– О, фу! – не поверила Грейс.
– Какое изящное выражение, Бесенок, – или теперь я должен называть тебя тетей Бесенок?
Грейс неподвижно замерла.
– Тетя Бесенок? Вы имеете в виду...
Хоуп и Фейт взлетели по ступенькам и схватили Гидеона за руки.
– Это правда? Ребенок родился? А Чарити? Как она? Кем оказалось дитя? Мальчиком или девочкой? Ребенок здоров? Когда он появился на свет? Как Чарити?
Лорд Каррадайс отпустил Грейс, поцеловал Хоуп и Фейт, каждую в обе щеки и промолвил:
– Все хорошо, мои дорогие, я отвечу на все ваши вопросы, только успокойтесь. Все просто прекрасно. В любом случае, сюда идет тетя Гасси, которая забросает меня в раза большим количеством вопросов и в два раза быстрее. Тетя Гасси!
К изумлению Себастьяна лорд Каррадайс схватил леди Августу в медвежьи объятья и закружил по кругу, словно она была легче перышка. Та завопила так же громко, как до нее Грейс, потом счастливо шлепнула своего племянника по плечу и поцеловала.
– Гидеон, ты ужасный мальчишка, прекрати сейчас же! Так ты говоришь, Чарити чувствует себя хорошо, и малыш благополучно родился? Что делает...
– Остановитесь! – Гидеон драматично вскинул руку. В короткий, полный удивления миг тишины он быстро произнес: – Чарити чувствует себя отлично, хоть и устала. Ребенок – девочка, рождена два дня назад. Она маленькая, с красным лицом, и, между нами, немного уродлива, но ни Эдвард, ни Чарити, ни даже моя Пруденс не видят этого, потому, пожалуйста, не упоминайте об этом, поскольку они все становятся необоснованно вспыльчивыми при обсуждении данного вопроса. Эдвард совершенно опьянен, так что не ожидайте от него какой-либо разумной беседы. Ребенок силен и здоров и через равные промежутки времени вопит на весь дом. Они назвали ее Авророй, что также весьма точно: она невероятно криклива
l:href="#n53" type="note">[53]
. Ай!
Гидеон повернулся и в притворном негодовании посмотрел на маленькую, очень круглую леди, незаметно спустившуюся по лестнице и слегка ударившую его по голове. Он строго добавил:
– Разве я не говорил тебе, не спускаться по лестнице без сопровождения?
Она проигнорировала вопрос и подошла к девочкам Мерридью с блестящими от слез глазами. То была Пруденс, самая старшая из сестер. Четыре сестры и леди Августа обнялись, поцеловались и пролили еще немного слез.
Гидеон наблюдал за ними с гордой улыбкой на лице. Вытащив носовой платок, он заметил Себастьяна. Окинув его сдержанным взглядом, Гидеон протянул руку.
– Здравствуйте! Я – Каррадайс, между прочим.
Себастьян представился и ответил на рукопожатие. Он кивнул в сторону Хоуп:
– Она очень беспокоилась.
– Да, они все очень близки. Моя жена тоже скучала по ним. Ах, вот и Эдвард, гордый папаша!
По ступенькам спустился мужчина среднего роста, на его круглом лице светилась улыбка. Леди Августа бросилась вперед, восклицая:
– Эдвард, мой дорогой мальчик, поздравляю!
– Спасибо, тетя Гасси! Вы выглядите замечательно. Смотрю, Гидеон уже успел сообщить вам новость. Разве это не прекрасно? Чарити сейчас спит, но она будет счастлива всех вас видеть.
Эдвард тщательно поприветствовал каждого вновь прибывшего члена семьи, затем обернулся к Себастьяну и его сестрам. Он протянул руку Себастьяну, но его улыбка была обращена к девочкам.
– Как поживаете? Мне кажется, прежде мы не встречались, ведь так?
– О небеса! Мои манеры, – воскликнула Хоуп.
Она быстро представила всех друг другу.
– Все заходите внутрь, – пригласила Пруденс. – Через двадцать минут будет готов чай.
Она начала подниматься по ступенькам, когда ее остановил муж:
– Никаких лестниц, помнишь? – И подхватил ее на руки. Игнорируя нерешительные протесты, он внес жену наверх, затем поставил на ноги так, словно она была сделана из хрупкого стекла. Остальные двинулись толпой в дом вслед за ними, переговариваясь, смеясь и обнимаясь.
Дори и Касси, застеснявшись, немного отстали.
– Они – настоящая семья, правда? – заметила Кэсси с удивлением.
– Мы тоже, – твердо ответил Себастьян и согнул руки в локтях. Держась под руки, маленькая семья Рейнов поднялась по лестнице в Каррадайс-Эбби.

***

– Хоуп, любимая, ты просто сияешь.
Пруденс и Фейт сидели на кровати в спальне девушки, наблюдая за тем, как она распаковывает вещи. Хоуп в это время достала свою фланелевую ночную рубашку, которую тут же прижала к груди.
– О, Прю, я так счастлива. Он понравился тебе?
Прю кивнула.
– Он довольно молчаливый, но смотрит на тебя так же, как Эдвард на Чарити.
– И так же, как Гидеон на тебя, Прю. Это прекрасно, – добавила Фейт.
– Мы должны рассказать эти новости маме и папе, – сказала Прю. – Гидеон соорудил здесь каменную пирамиду. Мы ее посетим завтра же.
– Каменную пирамиду? Мамину и папину пирамиду? – Так они называли груду камней, натасканную ими еще детьми, когда они осиротели и ужасно скучали по отцу и матери. Мама и папа были похоронены в теплой солнечной Италии. Пирамида же была выложена из холодных камней Нортумберлендской собственности дедушки. Они поверяли ей все свои тайны, и в течение многих лет она являлась для них тем единственным местом, где можно было найти успокоение.
Прю кивнула, ее глаза сияли.
– Да, зная, что ни одна из нас никогда не хотела бы вернуться в Дерем-Корт, мой дорогой муж перевез все камни сюда. Он даже нашел в них один из молочных зубов Грейс и положил в новую пирамиду. – Она встала. – Давайте вместе спустимся по лестнице. Чай, должно быть, уже готов, а я проголодалась.
Они только-только закончили пить чай, как в дверь постучала служанка.
– Ваша светлость, вы просили сообщить, когда ее милость проснется.
– Ах, – Эдвард засиял. – Чарити проснулась. Живее, давайте поднимемся к ней. Вы должны увидеть ее и нашу прекрасную Аврору.
Леди Гасси, Хоуп, Фейт и Грейс сразу же поспешили наверх. Эдвард посмотрел на Кэсси и Дори.
– Хотели бы вы пойти посмотреть на малышку? Я знаю, ваш брат собирается жениться на Хоуп, а значит, скоро вы станете тетями этой крошки.
Кэсси и Дори широко открытыми глазами посмотрели на Себастьяна, ожидая подтверждения этих слов. Он кивнул, понимая, что должен был давно сообщить им о своих планах по поводу женитьбы. Но это произошло так неожиданно. Старший брат начал объясняться, но сестры его тут же прервали.
– О, мы знали, что ты собираешься жениться на мисс Хоуп, – сказала Кэсси, – но не понимали, что в этом случае / при этом у нас появятся и другие родственники. Если Хоуп будет нашей невесткой, тогда Грейс станет нам сестрой?
– И вы хотите сказать, что мы к тому же станем еще и тетями? Для настоящего ребенка? – в удивлении ахнула Дори.
Себастьян кивнул, слегка изумленный их неожиданной радостью от этого обстоятельства.
Эдвард протянул к ним руки.
– Идемте скорее, навестим вашу новую племянницу-малышку. – Без колебаний обе девочки взяли его за руки и взволнованно стали подниматься по лестнице.
Еще один шаг, подумал Себастьян с благодарностью. Его сестры научились доверять людям.
Эдвард задержался на полпути, оглянувшись назад.
– Присоединяйтесь, Рейн. Нам нужна вся семья.
Себастьян кивнул и молча последовал за ними. Говорить он не мог. В его горле отчего-то образовался ком. Невероятно, разве с ним могло произойти такое – он тоже обрел новую родню. Он стал частью целой семьи.

***

Чарити сидела на кровати, золотоволосая, сияющая. В своих руках она сжимала маленький сверток. Первой подержала малышку Аврору Хоуп, выглядя в глазах Себастьяна прекраснейшей из Мадонн. Потом ее взяла Фейт. Следующей ее обнимала Грейс, тихо и счастливо воркуя. Леди Августа приняла Аврору на руки с большой осторожностью. Двоюродный дедушка сестер, Освальд, гладил ее плечи, всматриваясь в сверток, усмехаясь и издавая глупые нечленораздельные звуки. Спустя пять минут леди Августа вручила ребенка отцу, хрипло оправдываясь тем, что эта хитрая девчушка заставила ее слишком часто моргать. После чего все присутствующие стали свидетелями, как Гидеон (Или Эдвард?) мгновенно преобразился в поглупевшего папашу, начав издавать сентиментальные звуки и утверждать, что малышка ему улыбнулась. Ребенок ни разу не возразил ни на одно из действий взрослых.
– Хотели бы и вы подержать ее? – спросила герцогиня у сестер Себастьяна.
Кэсси попятилась назад, но Дори тихо, почти незаметно, подступила к углу кровати, жадно наблюдая за свертком.
Девочка закрыла глаза и кивнула.
Герцогиня похлопала по кровати возле себя.
– Ты Дори, не так ли?
Дори снова кивнула и забралась на кровать.
Чарити улыбнулась.
– Грейс много писала нам о тебе и Кэсси. Добро пожаловать в семью. – Она пристроила ребенка в детских руках. – Аврора, это – твоя тетя Дори.
Дори посмотрела на дитя, а потом на Себастьяна.
Тетя Дори, – шепнула она, склонившись и осторожно поцеловав малютку.
Себастьян быстро взглянул на Дори и отошел к окну. Он ничего не видел перед собой. Его горло судорожно сжималось.
Он почувствовал, как Хоуп скользнула в его руки, и благодарно сжал ее.

***

Следующим утром Пруденс пригласила Себастьяна, Хоуп и девочек сопровождать ее в домик лесника.
– Нас ждут Энслоу и его жена. Надеюсь, госпожа Энслоу приготовила свой знаменитый пирог из сливы.
– Но зачем? – спросила Хоуп.
Пруденс усмехнулась.
– Это – сюрприз, – подмигнула она Себастьяну.
Он кивнул. Гидеон уже успел рассказать ему об этом сюрпризе.
Дом лесника стоял на краю рощи, поросшей молодыми деревьями, и хорошо просматривался с холмов. Сад перед ним был полон цветов.
Госпожа Энслоу открыла дверь и гордо проводила их в свою гостиную.
– Схожу за Энслоу и чаем, – сказала она.
Высокий седой человек в кожаных штанах присоединился к ним минуту спустя. За ним шла госпожа Энслоу, неся поднос с чаем, а позади нее...
– Май! – воскликнула Хоуп, часто мигая от удивления. – Это – ты, не так ли?
Маленькая тощая девчонка-сорванец подарила ей широчайшую редкозубую улыбку и взволнованно произнесла:
– Да, мисс, это – я. Теперь я живу здесь, с Энслоу!
Госпожа Энслоу обняла ее одной рукой.
– О, дорогая, какой же это милый ребенок.
Лицо маленькой Май сияло от счастья. Она подбежала к столу с чаем и начала расставлять чашки.
– У нас с Энслоу никогда не было собственных детей, поэтому, когда миледи спросила меня, ну, в общем, я подумала, что это никому не причинит вреда. Энслоу был не настолько уверен, чтобы взять сироту из Лондона...
Высокий человек резко прервал жену:
– Да, но все оказалось лучше некуда. Она – замечательная маленькая девочка, наша Май. А теперь, кто-нибудь хочет посмотреть на щенков?
– Щенки? – взвизгнула Дори. Она взглянула на усмехающегося Себастьяна.
Энслоу кивнул головой:
– В сарае за домом. Пошли, Май, давай покажем их девочкам. – Он пошел вперед, Май, подпрыгивая, шла около него, держа его за руку и так гордясь своим правом собственности, что у Хоуп на глазах выступили слезы. Дори и Кэсси схватили руки Себастьяна, показывая, что и им есть чем гордиться, и последовали за ними.
Госпожа Энслоу спросила:
– Это удивило вас, не так ли, мисс? Все устроила миледи. Она знала, как я одинока, не имея милого птенчика, ребенка, которого можно было бы назвать своим.
Хоуп уставилась на сестру.
– Ты устроила это? Но как?
Пруденс счастливо улыбнулась.
– Помнишь, ты написала мне и рассказала об этой бедной малышке, мечтающей о кукле, которую можно было бы любить... и я тут же подумала об Энслоу, мечтающей о ребенке. После этого тетя Гасси сообщила, что теперь работает в управлении приюта. Я рассказала ей о семье Энслоу, и она отправила Май к нам.
– Да, – согласилась с госпожой хозяйка дома. – И мы бесконечно счастливы.

***

Все собрались внизу, в темно-красном салоне. Вечер выдался теплый, и потому французские окна оставались открытыми. Мягкий, душистый бриз развевал занавески.
Кэсси и Грейс играли на террасе со своими новыми щенками. Лай и смех юных леди доносились через окна, приносимые порывами ветра.
Чарити спустилась вниз вместе с малышкой Авророй. Она и Эдвард спокойно сидели на диване, улыбаясь и тихо разговаривая. Эдвард держал спящего ребенка на руках, являя собой образец гордого, безумно любящего отца.
Дори сидела рядом с ними в кресле, и взгляд ее был тоже полон любви. Она качала на руках, словно в колыбели, свой собственный маленький сверток. Большие карие глаза смотрели на лицо девочки, пухлая, небольшая, окрашенная в цвет меда мордочка высовывалась из тряпок; неожиданно последовал выпад, и шершавый язык облизал детский нос. Дори захихикала и крепче обняла своего щенка, Хани.
Грудь Себастьяна напряглась от прилива эмоций. Все будет хорошо. Более чем хорошо. Все должно быть просто... чертовски замечательно.
Пруденс и Гидеон прогуливались под ручку на террасе, спокойно переговариваясь. Леди Августа и сэр Освальд играли в карты с близнецами.
Себастьян разглядывал комнату. Он получил больше, чем когда-либо осмеливался мечтать, и эта внезапная мысль напугала его. Что, если его жизнь выходит из-под контроля? Такое случалось и прежде. Все вдруг может пойти не так, как надо. Люди могут исчезнуть. Семьи оказаться разрушенными по прихоти злой судьбы. Планы запросто рухнуть... если их не осуществить немедленно.
Он шагнул к Хоуп и положил руки ей на плечи.
– Давай сыграем свадьбу как можно скорее.
Сэр Освальд оторвал глаза от карт.
– Это невозможно, по крайней мере, в ближайшие несколько месяцев. Невозможно быстро подготовиться к свадьбе в такой церкви, как церковь Святого Георгия.
– И Хоуп должна сшить себе подобающее свадебное платье, – добавила леди Августа.
Хоуп прислонилась к Себастьяну, поцеловав руку, лежащую на ее плече, и послала ему успокаивающую улыбку.
– Когда вы крестите Аврору? – спросила она Чарити.
Ответил Эдвард:
– Через три недели. Этим утром я все устроил.
Хоуп обратилась к Себастьяну:
– Мы могли бы пожениться на следующий день. Друзья и члены семьи, которые приедут на крещение, могут остаться на и свадьбу, а нам отпадет надобность волноваться о дурацком заказе какой-то старой фешенебельной церкви, поскольку в поместье Гидеона имеется очаровательная небольшая церквушка Святого Джайлса. И, кроме того, – тихо добавила она, бросив взгляд на Пруденс, – мамина и папина Пирамида находится как раз около этой церкви. Я буду чувствовать, словно они оба рядом с нами.
Себастьян нагнулся и поцеловал ее. Она рассказывала ему о Пирамиде из камней.
– Прекрасно.
Двоюродный дядюшка Освальд, видя, как быстро развиваются события, и рушатся его замечательные планы относительно свадьбы, раздраженно воскликнул:
– Хотя бы кто-нибудь из этой проклятой семейки когда-либо женится в церкви Святого Георгия на Ганновер-стрит?
В тишине, которая последовала за этим криком души, леди Августа, медленно растягивая слова, произнесла:
– Хорошо, Освальд... это сделаю я, если ты так сильно этого хочешь.
Тишина стала еще более напряженной. Выжидающей.
– Ты имеешь в виду... Гасси! После всех этих лет ты... наконец соглашаешься? Ты действительно выйдешь за меня замуж?
Она кивнула, внезапно став похожей на юную девушку.
– Да, Освальд, я выйду за тебя замуж.
Он подскочил, схватил ее за руки, поцеловал их, затем поцеловал ее в губы. Совершенно ошеломленный, он сообщил всем присутствующим в комнате:
– Я, должно быть, просил ее сто раз! – Он посмотрел на Гасси и требовательно спросил: – В церкви Святого Георгия, на Ганновер-стрит?
Она скептически подняла одну бровь, словно вопрос был абсолютно излишним.
– Естественно! Я и не мечтала о какой-либо другой церкви. Если я собираюсь выйти замуж в третий раз, то свадьба должна быть грандиозной! Я еще не собираюсь уходить в отставку.
Дядюшка Освальд пылко воскликнул:
– Нет, ты – нет. Слава Богу!






Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Идеальный вальс - Грейси Анна

Разделы:
Анна грейсиПролог Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4
***


***


***

– леди элинор упомянула, что посетит музыкальный вечер в доме леди торн сегодня вечером, – небрежно заметил джайлс в то время, как они с себастьяном ужинали в клубе джайлса. – если я достану приглашение, мне интересно, пойдешь ли ты. продолжить ухаживание и все такое.Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Эпилог Внимание!Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. после ознакомления с содержанием данной книги вам следует незамедлительно ее удалить. сохраняя данный текст вы несете ответственность в соответствии с законодательством. любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий. все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Ваши комментарии
к роману Идеальный вальс - Грейси Анна



люблю книги этого автора
Идеальный вальс - Грейси Аннамиколашка
11.03.2012, 19.48





Конечно, главный герой симпатичен читателю, но есть червоточинка. Весьма расчетливый субьект. ПО СМЕРТИ ПЕРВОЙ ЖЕНЫ получил ее миллионное состояние без всяких угрызений совести ( а ведь были и другие ее родственники наверняка).Да и вторую жену хочет получить по расчету.
Идеальный вальс - Грейси АннаВ.З.,65л.
10.04.2013, 12.56





Интересная задумка,но...слишком растянуто
Идеальный вальс - Грейси АннаНИКА*
31.07.2013, 19.03





Очень понравились романы серии "Сестры Мередью". Особенно Идеальный вальс. Перечитывала три раза. Не оставляет ровнодушным.
Идеальный вальс - Грейси АннаТелицына Ольга
20.02.2014, 17.50





Начала читать этот роман после прочтенного "Беспечный повеса" из серии "Сестры Меридью". Хочу сказать, что начало затянуто и совсем не так интригующе как в первом романе... Пока желания читать дальше нет:(
Идеальный вальс - Грейси АннаОльга)
4.05.2014, 22.57





Роман очень романтичный и нежный. Нет никаких острых поворотов сюжета.Подходит для спокойного прочтения) В сравнении с "Беспечным повесой" очень уступает именно своей "правильностью".Главный герой совсем не в моем вкусе (правильный, неразговорчивый и скучный).Оценка-7
Идеальный вальс - Грейси АннаОльга)
31.05.2014, 19.38





А еще мне очень понтравилась линия Эленор-Джайлс (больше чем история ГГ-ев). Хотелось читать именно о них.
Идеальный вальс - Грейси АннаОльга)
31.05.2014, 19.47





Очень понравился роман. Может гл. герои не совсем идеальны, у каждого в голове свои тараканы, но они подкупают своей преданностью, добротой, любовью по отношению к сестрам и семье. Читать было интересно.
Идеальный вальс - Грейси АннаТаня Д
16.09.2015, 13.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
Анна грейсиПролог Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4
***


***


***

– леди элинор упомянула, что посетит музыкальный вечер в доме леди торн сегодня вечером, – небрежно заметил джайлс в то время, как они с себастьяном ужинали в клубе джайлса. – если я достану приглашение, мне интересно, пойдешь ли ты. продолжить ухаживание и все такое.Глава 5 Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Глава 10 Глава 11 Глава 12 Глава 13 Глава 14 Глава 15 Глава 16 Глава 17 Глава 18 Глава 19 Глава 20 Эпилог Внимание!Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения. после ознакомления с содержанием данной книги вам следует незамедлительно ее удалить. сохраняя данный текст вы несете ответственность в соответствии с законодательством. любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий. все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Rambler's Top100