Читать онлайн Леди-судьба, автора - Грейс Сьюзен, Раздел - ГЛАВА 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди-судьба - Грейс Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.63 (Голосов: 98)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди-судьба - Грейс Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди-судьба - Грейс Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грейс Сьюзен

Леди-судьба

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 6

К тому времени, когда Эдвард добрался наконец до Четэм-Холла, все гости уже ожидали в гостиной приглашения к праздничному столу. Войдя в комнату, Эдвард раскланялся со всеми, кто был ему знаком, и взял с подноса бокал вина. В дальнем конце гостиной он увидел Евангелину и Джеффри, которые были поглощены разговором с Грейсонами.
«Как же она прекрасна, – невольно подумал Эдвард, – и насколько иначе могла бы сложиться моя жизнь, выйди она тогда замуж за меня, а не за Джеффри».
Кто-то тронул его за рукав, Эдвард обернулся и утонул в сиянии огромных изумрудных глаз.
– Добрый вечер, дядюшка Эдвард. А где тетушка Лорелея?
В присутствии Виктории Эдвард всегда чувствовал себя неуютно. Она была прелестной девушкой, но порой Эдварду казалось, что племянница умеет читать его мысли.
– Добрый вечер, Виктория, – ответил Эдвард, целуя ее в щеку. – Тетушке Лорелее нездоровится, так что мне пришлось приехать одному. Ты не откажешься сесть за столом рядом со мной?
Как раз в эту минуту всех пригласили обедать, и Эдвард, не дожидаясь ответа, подхватил Викторию под локоток и повел в столовую. Вместе с ними туда потянулись и остальные. Наблюдая краешком глаза за шагавшей рядом с ним Викторией, Эдвард мысленно повторил себе:
«Будь осторожнее с этой малышкой, приятель. Проявляй к ней больше интереса, и тогда ей вскоре наскучит твоя игра и она, быть может, оставит тебя в покое».
Прежде чем они уселись за стол, к ним подошел Джеффри, крепко пожал Эдварду руку и сказал:
– Добро пожаловать, Эдвард. А где Лорелея?
– Жена захворала и, к сожалению, приехать не смогла. Но я не унываю, потому что Виктория любезно согласилась составить мне пару на сегодняшний вечер, за что я ей премного благодарен.
И Эдвард с улыбкой повел племянницу на ее место.
Евангелина сидела на другом конце длинного стола. Она смотрела на мирно беседующих друг с другом братьев, в который раз упрекая себя в подозрительности, с которой она всегда относилась к Эдварду.
– Ты побледнела, Евангелина. Плохо себя чувствуешь? – спросил Марк, удивленный изменившимся выражением ее лица.
Евангелина через силу улыбнулась и ответила, покачав головой:
– Простите меня, Марк. Подготовка к сегодняшнему вечеру отняла у меня больше сил, чем я ожидала. Наверное, я сегодня лягу спать пораньше.
Обед шел своим чередом, а Евангелина тем временем не переставала мысленно спорить сама с собой.
«Столько времени прошло, но мне до сих пор неприятно присутствие Эдварда. А почему, собственно? Нет, если я не заставлю себя отбросить глупые подозрения, это испортит мне весь праздник».
Она улыбнулась и включилась в общую застольную беседу.
После обеда леди удалились в гостиную, где подали чай, а мужчины остались за столом – выкурить сигару и выпить портвейна. В гостиной Виктория и Евангелина оказались на одном диване.
– Я обратила внимание на то, что твой дядюшка Эдвард приехал один. Лорелея приедет сюда завтра? – негромко спросила Евангелина.
– Не знаю, мама, – пожала плечами Виктория. – Он только сказал мне, что ей нездоровится. Сказал еще, что сам себя чувствовал отвратительно перед отъездом, но Лорелея настояла на том, чтобы он ехал.
– Спасибо тебе за то, что составила Эдварду компанию за столом. Мне было не до этого. Впрочем, сама видишь, сколько у нас сегодня гостей. Устала я, – добавила Евангелина, невольно зевнула и смущенно прикрыла рот ладонью.
– Мама, а почему бы тебе не отправиться спать прямо сейчас? – спросила Виктория. – Я помогу развлекать гостей. Завтра нас ждет трудный день. Тебе необходимо как следует отдохнуть.
Евангелина с благодарностью взглянула на дочь и, извинившись перед гостями, ушла в свою спальню.
Вскоре в гостиной появились мужчины, и Виктория перехватила разочарованный взгляд Эдварда, обнаружившего отсутствие хозяйки. Секундой позже его лицо приняло свое прежнее выражение, и он направился к Виктории.
– Виктория, дорогая, твой папа говорил мне, что ты стала неплохо петь. Не уважишь ли своего старого дядюшку и не споешь ли пару песенок для него?
Весь остаток вечера Виктория трудилась в поте лица, исполняя вместо матери обязанности хозяйки, а дядюшка Эдвард все время крутился возле нее и без конца предлагал свою помощь. При этом с его губ не сходила сердечная, мягкая, но словно приклеенная улыбка.
Когда наконец все было закончено, Эдвард проводил Викторию до двери ее спальни, поцеловал в лоб и пожелал племяннице доброй ночи. Затем он направился в отведенную ему комнату, а Виктория, глядя ему вслед, покачала головой и чуть слышно прошептала:
– Интересно, что в самом деле у тебя на уме, дорогой дядюшка Эдвард?


На следующее утро гости собрались к раннему завтраку, чтобы после отправиться на верховую прогулку по живописным осенним полям. Во время прогулки Эдвард вдруг объявил, что в одной деревушке неподалеку отсюда есть церковь с удивительными старинными витражами. Группа всадников разделилась на две части. Одни решили скакать вместе с герцогом и Эдвардом осматривать церковь, остальные во главе с Викторией предпочли продолжать прогулку по полям и перелескам.
Еще когда они собирались выезжать из Четэм-Холла, Эдвард заметил, что среди всадников нет Евангелины. Он страстно желал поговорить с ней с глазу на глаз и теперь понял, что ему представляется великолепная, единственная в своем роде возможность. Он принялся незаметно развязывать подпругу.
Вскоре Эдвард остановился и сказал брату, что у него лопнула подпруга и он вынужден вернуться в Четэм-Холл. Впрочем, он обещал догнать всех, пока они будут осматривать церковные витражи.
Эдвард вернулся в дом.
– Где герцогиня? Да, и есть ли в доме кто-нибудь из приглашенных? – резко спросил он экономку, миссис Оливер.
– Ее светлость в своем салоне, а гостей в доме сейчас нет.
– Очевидно, моя золовка отдыхает после вчерашнего вечера. Распорядитесь, чтобы ее никто не беспокоил.
– Слушаюсь, милорд, – кивнула миссис Оливер.


Ни одна ступенька не скрипнула под ногой, когда Эдвард спускался по лестнице вниз. Подойдя к комнате Евангелины, он приложил ухо к замочной скважине, услышал быстрые шаги с той стороны двери и поспешно выпрямился. Дверь открылась.
На секунду Эдвард лишился дара речи, увидев в дверном проеме фигуру Евангелины, подсвеченную сзади солнечными лучами. Ее волосы, пронизанные светом, походили на золотистый нимб.
– Прошу прощения, если напугал тебя, Евангелина, – натянуто улыбнулся Эдвард. – Мне нужно поговорить с тобой, удели мне несколько минут. Можно войти?
Евангелина нерешительно отступила в сторону, пропуская Эдварда внутрь.
Все в этой комнате, выдержанной в бело-розовых тонах, говорило о том, что ее хозяйка – женщина. Небольшой диван и кресло были обиты палевым узорчатым шелком, а перед белым мраморным камином уютно пристроилось кресло-качалка с бархатными подушками. На столе рядом с креслом стояла маленькая деревянная шкатулка. Пол комнаты покрывал толстый персидский ковер, по краям которого виднелся светлый полированный паркет. Единственной вещью, нарушавшей гармонию, царившую в этой комнате, была картина в деревянной раме, прислоненная к стене возле камина и закрытая куском полотна.
Эдвард направился к картине, но Евангелина заперла дверь и быстро произнесла, заставив его остановиться:
– Может быть, ты лучше присядешь? Хочешь, я прикажу принести чай?
– Нет, нет, прошу тебя, не беспокойся. Мне действительно нужно только поговорить с тобой.
Эдвард устроился на диване, ожидая, что Евангелина сядет рядом, но она села на стул напротив. Эдвард издал сдавленный, странный звук, похожий на стон.
– С тобой все в порядке, Эдвард? – спросила Евангелина, взяв его за руку.
– Я не знаю, как мне быть, – начал он. – И с Джеффри стыжусь поделиться.
– Поделись со мной. Может быть, я смогу тебе помочь.
– Лорелея… – начал Эдвард голосом, лишенным каких бы то ни было эмоций. – Я всегда старался быть ей хорошим мужем. Она была для меня всем… Но вчера я сделал ужасное открытие. Дело в том, что она… она…
Он прикрыл глаза и в отчаянии покачал головой.
– Продолжай, я слушаю тебя, – сказала Евангелина.
– Даже не знаю, как бы это поделикатнее сказать. Одним словом, жена изменила мне. Я застал ее с любовником.
И Эдвард закрыл лицо ладонями.
Евангелина погладила Эдварда по голове, словно ребенка, и негромко сказала:
– Не надо, Эдвард, успокойся. У вас все еще может наладиться. Лорелея очень красивая женщина, и ей хочется быть уверенной в том, что она по-прежнему может нравиться мужчинам. Это просто способ самоутвердиться, тебе не в чем упрекнуть себя.
– Но, может быть, это все же моя вина? Все эти годы я заботился о Лорелее, но никогда не любил ее по-настоящему, и она чувствовала это.
Эдвард выпрямился и добавил, глядя Евангелине прямо в глаза:
– Единственная женщина, которую я любил всю свою жизнь, это ты. И никто никогда не мог занять твое место в моем сердце. Прошу, не прогоняй меня. Я не вынесу этого.
Он крепко обнял Евангелину и страстно припал губами к ее рту. Евангелина хотела закричать, но Эдвард не дал ей издать ни звука. Как безумный, Эдвард продолжал неистово целовать ее. Она изо всех сил толкнула Эдварда, и только так ей удалось прервать этот безумный поцелуй.
– Ты что, с ума сошел? Отпусти меня немедленно! – гневно закричала она.
– Нет, дорогая, нет. Я не могу отпустить тебя. Я люблю тебя, и ничто теперь не сможет меня удержать.
Он крепко прижал Евангелину к себе, и только теперь она поняла весь ужас своего положения. Эдвард закрыл ей рот новым поцелуем. Евангелина пустила в ход кулаки, но она была лишь слабой женщиной, и ему не составило труда остановить ее. Когда же Эдвард оторвался от ее губ, Евангелина сделала последнюю попытку остановить его словами, привести в чувство этого безумца.
– Эдвард, не делай этого. Если я закричу и сюда явятся слуги, это обернется для тебя большими неприятностями.
– Нет, – яростно прохрипел Эдвард. – Я не могу остановиться. А если сюда кто-нибудь посмеет войти, я убью его. Ты должна была стать моей давным-давно, много лет тому назад, и теперь я либо получу тебя, либо умру.
Он выдернул заколки из волос Евангелины, и они пышной волной упали ей на плечи. Речь Эдварда становилась все более бессвязной.
– Я никогда не хотел причинить тебе вреда, но это все Джеффри. Это он написал мне тогда о том, как вы с ним счастливы. Вы были счастливы, а я несчастен, вы вместе, а я один, вы – все, а я – никто. Я сходил с ума. Мне казалось, что я должен так поступить во имя справедливости. Слава богу, что ты осталась жива.
Многое в словах Эдварда показалось Евангелине странным. Что значит – «не хотел причинить вреда»? И что означают его слова о какой-то «справедливости»? Что вообще все это означает?
Евангелина продолжала сопротивляться, но силы были явно неравны. Поняв это, Евангелина решила, что последнее средство – это попытаться выиграть время. Может быть, тогда ей удастся сбежать от Эдварда.
– Ну, хорошо, Эдвард, – сказала она. – Если ты так сгораешь от страсти, я буду твоей, но только не здесь. Сюда в любую минуту может прийти Джеффри. Если это случится, он убьет тебя на месте.
Эдвард злобно сверкнул глазами и ответил:
– Это ему надо бояться, а не мне. Но я больше не повторю своей ошибки.
Безумный взгляд Эдварда придал Евангелине сил, и она невероятным рывком сумела вырваться из его рук и вцепилась ему в лицо, раздирая кожу острыми ногтями, оставляя на его щеках кровавые полосы. Эдвард от неожиданности отпрянул назад, и Евангелина стремглав бросилась к двери.
Он догнал ее прежде, чем ей удалось справиться с замком. Крепко схватив Евангелину за руки, Эдвард швырнул ее на пол, задыхаясь от страсти и гнева.
– Ты тоже солгала мне, – прохрипел он. – Ты такая же шлюха, как и моя жена. Ну что ж, тем лучше!
С этими словами он резким рывком сдернул платье Евангелины вниз, обнажая розовый шелковый корсет.
Евангелина как-то странно всхлипнула и сильно ударила Эдварда по щеке. Тот, совершенно обезумев, толкнул Евангелину так, что она повалилась навзничь.
Эдвард стал лихорадочно расшнуровывать корсет, ломая ногти, обрывая шелковые ленты. Увидев грудь Евангелины, он припал к ней губами, пальцы жадно скользили по ее телу, по гладкой матовой коже. Эдвард вздернул кверху нижние юбки Евангелины, коленом расталкивая ее бедра в стороны. Прижимая Евангелину одной рукой к полу, другой он расстегнул бриджи и вытащил на свет божий свой багровый от прилившей крови мужской корень.
Евангелина извивалась всем телом, но ничего не могла поделать с сильным, обезумевшим от страсти мужчиной. Эдвард резко вошел в ее лоно, по щекам Евангелины хлынули обильные слезы, и она воскликнула в безнадежном отчаянии:
– Не делай этого, Эдвард! Прошу тебя. Ты даже не понимаешь, чем все это может обернуться!
Она повторяла эти слова снова и снова, словно молитву, словно заклинание, но Эдвард сейчас не видел и не слышал ничего вокруг, продолжая свои толчки, уткнувшись лицом в обнаженную грудь Евангелины. Затем он содрогнулся всем телом, застонал и разом обмяк.
В комнате стало тихо, лишь за окном раздавался негромкий птичий щебет. Эдвард тяжело перекатился на пол, вытянулся и закрыл глаза.
В эту секунду, очевидно, до него наконец дошло, что он на самом деле только что сотворил. Глаза Эдварда вдруг широко раскрылись. Он вскочил и стал приводить в порядок свою одежду, выжидательно глядя при этом на Евангелину.
Она лежала на ковре молча, уставившись в потолок невидящим взором. Ее одежда была разорвана, волосы спутаны. Щеки Евангелины были мокрыми от слез, глаза покраснели, а губы припухли.
– Любимая, не сердись. Прости меня, Евангелина. Ты должна меня простить. Я люблю тебя так давно и так сильно, что не смог сдержаться, – заговорил Эдвард, суетливо пытаясь в то же время зашнуровать корсет Евангелины. – Ну, скажи же хоть что-нибудь! Ударь, плюнь мне в лицо, скажи, что ненавидишь меня, все, что угодно, только не молчи! Твое молчание пугает меня.
Спустя несколько секунд Евангелина заговорила – низким, спокойным тоном:
– Что ты хочешь услышать от меня? И что могут изменить мои слова теперь, после того, как ты меня изнасиловал? Ты обвинял Лорелею в похоти, но сам-то ты куда хуже, чем она.
– Чем мне искупить свою вину? Как доказать, что я искренне раскаиваюсь в том, что я сделал? – спросил Эдвард.
Евангелина медленно поднялась на ноги, окинула Эдварда равнодушным холодным взглядом, заставившим его вздрогнуть.
– Ты немедленно должен покинуть мой дом и никогда больше в нем не появляться, – заговорила Евангелина, глядя мимо Эдварда. – Я не желаю, чтобы ты отравлял воздух своим ядовитым дыханием. И если то, что случилось, и есть «любовь» в твоем понимании, то мне остается лишь презирать тебя. Если ты еще раз переступишь порог моего дома, я убью тебя. Ты все понял?
Она повернулась к Эдварду спиной, и ему не оставалось ничего иного, как направиться к двери. Закрыв дверь за собой, он постоял, прислонившись к косяку, чувствуя, как катятся слезы по его щекам, слыша, как рыдает Евангелина по ту сторону двери.


Шло время. Евангелина старалась сохранять внешнее спокойствие, пряча за улыбкой ту правду, которая открылась перед ней во всей своей неотвратимости. То, что представлялось ей ночным кошмаром, стало явью.
Она была беременна, и беременна от Эдварда.
Самое ужасное состояло в том, что ей даже не с кем было поделиться. Ванесса слишком мало знала Эдварда и понятия не имела о том, какую роль сыграл этот человек в судьбе Евангелины. Виктория была еще слишком молода для того, чтобы понять весь ужас создавшейся ситуации.
Но продолжать хранить тайну было невыносимо, и тогда Евангелина решила поделиться ею с… Кэтрин. Это решение пришло к ней в один из вечеров, который она проводила, сидя перед тем самым портретом – «Алмазной россыпью Карлайлов».
Взяв перо и бумагу, Евангелина написала Кэтрин длинное письмо, в котором излила всю свою душу, откровенно описав все, что произошло между ней и Эдвардом. В нем она разделила с покойной дочерью все страхи, которые испытывала в связи со своей очень опасной беременностью.
Она написала и о своем нежелании говорить Джеффри о том, что сделал с нею Эдвард. Ей не хотелось разрушать узы родства, связывающие братьев, но еще больше она боялась, что Джеффри может осудить ее, решив, что она сама во всем виновата. Она всегда знала, что Эдвард неравнодушен к ней, но не предполагала, что тот может продолжать желать ее с такой силой спустя столько лет. А может быть, он принял ее дружеское отношение к себе за проявление любви? А вдруг она и впрямь сама ввела его в заблуждение и, значит, действительно виновата? Все эти вопросы она записала в письме, оставив их без ответа.
Облегчив немного свою исстрадавшуюся душу, Евангелина написала и о том, как сильно любит Джеффри и Викторию и как беспокоится о том, что с ними будет, если она умрет.
Написала она и о том, как сильно продолжает любить свою несчастную Кэтрин, об ужасном пожаре, о том, как все эти годы она отмечала дни рождения и смерти Кэтрин, продолжающей жить в ее сердце.
В конце она написала и о том, как мечтает, чтобы господь послал Кэтрин новую жизнь, которую она могла бы прожить на земле долго и счастливо. Евангелина подписала письмо и положила его в шкатулку вместе с церковным свидетельством о рождении Кэтрин.
После того, как письмо было написано, Евангелина стала ощущать каждый новый день как последний в своей жизни и старалась, чтобы он был наполненным до предела. Если ей вскоре придется сойти в могилу, она должна остаться в памяти Джеффри и Виктории веселой и счастливой.
Она старалась, чтобы все свободное время они проводили теперь втроем. И они каждый вечер собирались вместе, чтобы разговаривать друг с другом, читать вслух или петь под рояль в музыкальной гостиной.
Свою беременность Евангелина тщательно скрывала, но во время одной из отлучек Джеффри навестила доктора, жившего в соседней деревне. Увы, прогноз доктора Лоудена оказался мрачным, как, впрочем, она и предполагала. Тот сказал, что если и есть шанс на то, чтобы Евангелина или ребенок сумели выжить, то этот шанс минимален. Она обещала доктору соблюдать осторожность и немедленно дать ему знать, если почувствует резкое ухудшение своего здоровья.
В марте у нее начались боли. Она была всего на четвертом месяце, но ее тело уже не справлялось с той нагрузкой, что связана с беременностью. И все же Евангелина из последних сил старалась скрыть свое состояние от родных и друзей.
В конце марта они с Джеффри пригласили Марка и Ванессу, чтобы вместе с ними отметить годовщину своей помолвки. У Евангелины начались схватки, но заиграл оркестр, и она не смогла отказать мужу, пригласившему ее на тур вальса.
– Ты помнишь, как мы с тобой танцевали в день нашей помолвки? – спросила она. – Ах, Джеффри, все тогда было как в сказке. Я была принцессой, заточенной в башне, а ты был прекрасным принцем, пришедшим, чтобы вызволить меня.
– Нет, дорогая, – покачал головой Джеффри, – это ты спасла меня тогда. Без тебя моя жизнь была пустыней. Я жил словно в раковине, не зная в жизни ничего, кроме работы. До встречи с тобой я не знал, как прекрасна жизнь на самом деле.
Он почувствовал дрожь, охватившую тело жены, и спросил участливо:
– Ты устала, моя любимая? Давай присядем.
– Нет, нет, Джеффри. Мы так редко танцуем с тобой, а я хотела бы кружить в этом вальсе всю жизнь. Как ты думаешь, наши друзья не обидятся на нас, если мы с тобой поцелуемся – прямо здесь и сейчас?
– Пусть только попробуют, – азартно возразил Джеффри и поцеловал жену нежно и страстно. Он взглянул в лицо Евангелины и увидел, что оно искажено гримасой боли. Колени ее подогнулись, и она беззвучно начала оседать на пол.
Джеффри подхватил жену на руки, крикнул на ходу миссис Оливер, чтобы та бежала за доктором, и понес Евангелину наверх, в спальню. Марк и Ванесса устремились следом за ним.
В спальне Ванесса принялась расшнуровывать корсет Евангелины и удивленно заметила:
– Боже, как он туго затянут! И как только она в нем дышала?
Джеффри был слишком озабочен, чтобы вникнуть в смысл слов, сказанных Ванессой. За его спиной распахнулась дверь, и послышался тревожный голос Виктории:
– Что с мамой? Она заболела? Чем я могу ей помочь?
Голос дочери вернул Джеффри на землю.
– Да, моя хорошая. Она заболела. Чем ты можешь помочь? Иди и займись гостями. Как только станет понятно, что случилось с мамой, я немедленно спущусь и расскажу тебе.
Он поцеловал дочь в щеку, и та ушла назад, в залитый огнями зал.
Евангелина тем временем металась на постели, и Джеффри осторожно присел рядом с нею.
– Евангелина, родная, что с тобой? – негромко спросил он. – Почему все произошло? Едва я поцеловал тебя, как ты вдруг потеряла сознание и стала падать на пол.
– Твои поцелуи всегда были такими сильными, Джеффри, – слабо улыбнулась она. – От них нетрудно упасть в обморок.
Лицо Евангелины застыло, и все ее тело напряглось от разрывающей его боли.
– Пошли за доктором Лоуденом, Джеффри. Мне кажется, что у меня началось раньше времени, – срывающимся шепотом сказала она.
– Что началось, Евангелина? – не понял Джеффри. – Милая, прошу, скажи, что с тобой?
Евангелина печально посмотрела на мужа и тихо покачала головой.
– Как быстро… Я так надеялась на то, что у меня еще есть время. Хотя бы немного времени.
И она снова застонала от боли.
– Боже всемогущий, да что же с ней такое? – закричал Джеффри. – Евангелина, ответь, что у тебя болит? Чем я могу помочь тебе? Скажи, ответь, прошу тебя!
Марк подошел к Джеффри и попытался увести его, но тот яростно отмахнулся:
– Отстань, Марк. Я не могу этого видеть. У меня сердце разрывается при виде ее мучений.
Через несколько минут в спальне появился доктор Лоуден и приказал мужчинам выйти за дверь, чтобы он мог осмотреть больную. Марку с большим трудом удалось уговорить Джеффри выйти и не мешать доктору. Ванесса осталась помогать мистеру Лоудену.
Джеффри метался по коридору, словно раненый зверь, беспрестанно взывая к господу, умолял спасти жену и избавить ее от нечеловеческих страданий. Казалось, прошла целая вечность. Наконец дверь спальни открылась вновь, и в коридоре появилась бледная как мел Ванесса. Увидев своего мужа, она упала в его объятия и безудержно зарыдала.


Неожиданная смерть леди Евангелины Карлайл, герцогини Четэм, потрясла многих, но больше всего – Эдварда Демьена.
На следующее утро после смерти Евангелины он получил от брата известие об этом трагическом событии и приглашение приехать в Четэм-Холл, чтобы попрощаться с покойной. Читая короткие строки записки, Эдвард чувствовал, как леденеет его сердце. Боль становилась невыносимой, и он невольно схватился рукой за грудь, повторяя побледневшими губами:
– Этого не может быть. Кто-то придумал эту чудовищную нелепицу, чтобы лишить меня рассудка. Я не поверю этому до тех пор, пока не увижу все своими глазами.
Через несколько минут Эдвард уже мчался в направлении Четэма, торопя кучера. Первым, что он увидел, подъехав к Четэм-Холлу, были черные полотнища, окутывавшие фасад, – предупреждение о том, что дом погружен в траур.
Эдвард попросил встретившую его миссис Оливер не докладывать о его приезде и прошел в большую гостиную. Теперь он начинал понимать, что все происходящее – явь, а не дурной сон. Окна и зеркала в гостиной были затянуты черным крепом. Повсюду горели свечи, ярко освещая стоящий посреди комнаты гроб.
Евангелина казалась спящей. Руки ее были сложены на груди поверх изумрудно-голубого платья, волосы распущены по плечам.
«Спящая красавица», – подумал Эдвард.
Да, но только этой красавице уже не дано было очнуться от своего вечного сна.
Эдвард подошел к гробу, тронул пальцами волосы покойницы.
– Евангелина, моя Евангелина, – прошептал он. – Теперь я потерял тебя уже навсегда. Как ты была права, ненавидя меня. Мое единственное оправдание перед тобой – это моя любовь. Ведь я всегда, всю жизнь так любил тебя.
Он склонился над гробом и осторожно поцеловал ледяные губы покойной.
Эдвард не помнил, сколько времени он просидел возле гроба до той минуты, когда к нему подошел Джеффри и тронул за плечо.
– Разум отказывается понимать, что ее больше нет, – негромко сказал герцог. – Почти шестнадцать лет Евангелина была самым дорогим, что есть у меня в жизни. Я не представляю, как буду жить без нее.
– Как это случилось? – хрипло спросил Эдвард.
Джеффри присел на стул рядом с братом и рассказал ему все – о травмах, полученных Евангелиной во время пожара в Ирландии, о том, что ей нельзя было впредь иметь детей, и о том, как он старался уберечь жену от нежелательной беременности.
– И теперь, Эдвард, я виню во всем только себя. Ведь это я был причиной того, что она забеременела вновь. Если бы не я, она была бы жива.
Не сводя глаз с фарфорово-бледного лица Евангелины, Эдвард спросил онемевшими губами:
– На каком месяце она была?
– На пятом. И все это время она скрывала от меня свою беременность. Не хотела волновать меня раньше времени. Вместе с ней я потерял своего сына.
День клонился к закату, а братья все продолжали сидеть в гостиной, и каждый из них оплакивал в душе любимую женщину и своего нерожденного сына.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Леди-судьба - Грейс Сьюзен



Супер!
Леди-судьба - Грейс СьюзенDiana
9.04.2012, 8.44





Интересно! Прям "Зита и гита" :)
Леди-судьба - Грейс СьюзенЮлия
11.07.2012, 20.11





супер роман!!!!!!!!!!!!!!!Читала на одном дыхании
Леди-судьба - Грейс СьюзенНаталия
8.10.2012, 9.39





Книга, которая достойна экранизации.
Леди-судьба - Грейс СьюзенДАлийя САхра
18.06.2015, 14.41





Столько много романов прочитано, что удивить меня сложно, но это произведение настоящая находка. Очень интересно и живо написано. Просто фильм посмотрела. 10 баллов.
Леди-судьба - Грейс СьюзенЮля
12.09.2015, 0.32





Очень интересный сюжет. Много приключений. Люблю истории про двойняшек!
Леди-судьба - Грейс СьюзенОльга
13.09.2015, 12.23





Не понравилось
Леди-судьба - Грейс СьюзенФАЙЗУЛА
24.10.2015, 22.28





Еле домучала... Редкостный бред в стиле бразильских сериалов. Ужасно легковесно и поверхностно. Герои абсолютно шаблонно - картонные. Сюжет перегружен и не интересен... Жаль потраченного времени.
Леди-судьба - Грейс СьюзенPalmira
24.11.2016, 16.10





Еле домучала... Редкостный бред в стиле бразильских сериалов. Ужасно легковесно и поверхностно. Герои абсолютно шаблонно - картонные. Сюжет перегружен и не интересен... Жаль потраченного времени.
Леди-судьба - Грейс СьюзенPalmira
24.11.2016, 16.10





Сюжет вроде бы и ничего , но диалоги настолько тупы , что вызывают раздражение .То ли герои уж совсем такие тупые . Больше на сказку похоже . Не понравилось !
Леди-судьба - Грейс СьюзенMarina
25.11.2016, 6.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100