Читать онлайн Истинная леди, автора - Грейл Кэтрин, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Истинная леди - Грейл Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Истинная леди - Грейл Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Истинная леди - Грейл Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грейл Кэтрин

Истинная леди

Читать онлайн

Аннотация

Лорд Джеффри Ратберн давно уже отчаялся найти невесту, которая соединяла бы в себе ТРИ КАЧЕСТВА: богатое приданое, красоту и... ОРИГИНАЛЬНОСТЬ! И свалившаяся ему в руки – в прямом смысле слова! – прелестная Каролина Вудли словно послана небесами в ответ на его молитвы. Одно маленькое “но” – у Джеффри и Каролины, кажется, РАЗНЫЕ взгляды на совместное будущее...
Так начинается эта история, полная ПЫЛКИХ СТРАСТЕЙ, романтических приключений – и озорного юмора!


Следующая страница

Глава 1

– Вот ты где, глупый мальчишка! Неужели ты думаешь, мы поверим, что ты все это время томился в йоркширской глуши?
Морщась от скрипучего голоса, Джеффри Ратберн, граф Тэллис пытался увернуться от игривых ударов веера, которым дама назойливо хлопала его по руке. Не успел он прибыть на бал, устроенный его матерью, как настырная леди вместе с дочерью буквально зажала его в угол между лестницей и массивной колонной.
– Простите, – произнес он нараспев тоном человека, не желавшего скрывать досаду, – боюсь вас разочаровать, но я был...
– Ходят слухи, что вы шпионили для министерства внутренних дел, – проворковала дочь этой дамы. Ее одутловатое лицо имело нездоровый оттенок. К несчастью, она до сих пор не научилась разговаривать, не брызгая при этом слюной. – Это так романтично, – прощебетала она, хлопая ресницами.
– Глупости, Онора, – оборвала ее мать. – Его сиятельство, несомненно, предавался мужским забавам.
Дочь надула толстые губы, мгновенно напомнив йоркширскую овцу.
– О, – выдохнула Онора, лукаво подмигнув. – Матушка мне все растолковала о мужских нуждах. Уверена, что я поняла все правильно. Совершенно.
Борясь с искушением ответить ядовитой остротой, Джеффри едва не проглотил собственный язык, а посему на минуту лишился дара речи. С трудом овладев собой, он растянул губы в подобии улыбки.
– Не сомневаюсь, вы отнесетесь с пониманием к моему естественному желанию поздравить матушку с днем рождения. – Стараясь быть вежливым, он поклонился и начал протискиваться сквозь толпу, напоминающую стихийное бедствие и состоявшую из матерей, страждущих как-нибудь пристроить своих дочек, и девиц, исполненных отчаянных надежд и безнадежного отчаяния.
Если бы граф заранее знал о намерении матери пропустить его сквозь строй оголтелых мамаш и истосковавшихся девиц, то предпочел бы явиться на бал не в новом, с иголочки, по последней моде вечернем костюме, а с кольцом в ноздре и седлом на спине.
Теперь он не мог поверить, что всего каких-нибудь два дня назад рвался в Лондон всем сердцем!
Пытаясь сохранить добродушное настроение, Джеффри упорно прокладывал путь сквозь женскую орду, туда, где царила его величественная мать. Она выглядела, как всегда, элегантно: ее серебристые волосы были подняты кверху и заколоты гребешками из слоновой кости, гармонировавшими с кремовой отделкой бордового наряда.
– С днем рождения, мама, – улыбнулся граф, слегка коснувшись губами ее щеки.
– Джеффри! – воскликнула она, поворачиваясь к сыну всем корпусом, чтобы получше его разглядеть. – Ты все-таки приехал!
– Как видишь, матушка. – Граф поклонился.
– Что-то голос у тебя невеселый, милый. Но ты ведь не станешь портить мне праздник из-за того, что я решила в этом году устроить торжества чуточку более пышными, чем обычно? Сейчас, когда это корсиканское чудовище
type="note" l:href="#n_1">[1]
рыщет по континенту, немного веселья нам, пожалуй, не помешает.
– Как это патриотично с твоей стороны, – съязвил граф.
– Ты на меня сердишься? – обеспокоилась ее сиятельство, смерив сына долгим взглядом.
Он вздохнул, зная, что мать не изменить. Добиться от нее сокращения расходов не стоило даже и пытаться. Светская дама до мозга костей, она отличалась удивительной беззаботностью, в чем отчасти и состоял секрет ее очарования. Поддавшись ее обаянию, Джеффри улыбнулся. Причин для огорчений не было. Впервые за долгое время они снова были на плаву, вынырнув наконец из пучины финансового краха. И если матушка решила справить день рождения с большей помпой, чем позволяли их возможности, то, вероятно, это следовало расценивать как знамение грядущего успеха.
После пяти лет упорного труда благосостояние Тэллисов заметно возросло, и наметившийся положительный процесс продолжал набирать силу.
Вспомнив об этом, Джеффри позволил себе слегка расслабиться. Он обвел зал глазами, отметив попутно дорогие оранжерейные цветы, полный оркестр и изысканные закуски на буфете.
– Нет, матушка, я не сержусь. – Граф поспешил успокоить ее светлость. Как ни странно, но он и в самом деле не испытывал досады. – Сказать по правде, – продолжал он, и на губах его заиграла дерзкая улыбка, – у меня у самого праздничное настроение.
– Отлично, – кивнула его мать и взяла со столика изящный хрустальный бокал. – У меня есть для тебя чудесные новости. – Взяв сына под руку, она увлекла его к окну. По ее возбужденному взгляду было нетрудно догадаться, что она сгорает от нетерпения поделиться с ним какими-то добрыми вестями.
– Попробую отгадать. – Граф легонько потянул мать за спираль локона, специально выпущенного из элегантной прически. – Ты нашла эликсир жизни и стала на двадцать лет моложе, – прошептал он, наклонившись к ее уху. – Но это не секрет, моя дорогая, потому что больше тридцати тебе и так ни за что не дашь.
– Глупый мальчишка, – укоризненно произнесла миледи, краснея до корней седых волос, – на, лучше выпей. – Она вручила сыну хрустальный бокал, и он послушно пригубил напиток, впервые за пять лет ощутив вкус отменного шампанского. – Я хотела рассказать тебе о Софи, – выпалила мать скороговоркой. – Через четыре недели она выйдет замуж за майора Уиклиффа!
Джеффри едва не поперхнулся, и шампанское во рту почему-то сразу приобрело кислый привкус. Он медленно опустил бокал.
– Что ты сказала?!
– Разве это не замечательно? Мы объявим о помолвке прямо сегодня. – Она улыбалась, лицо ее светилось радостью. – По правде говоря, они уже тайно обвенчались, но официальное бракосочетание состоится через месяц.
Неужели его сестра вышла замуж?
– Клянусь Богом, я уже начала терять надежду, – тараторила ее сиятельство. – Я просто вне себя от счастья.
Джеффри тоже был рад за сестру. Ей потребовалось целых пять бальных сезонов, чтобы наконец встретить свою любовь. Софи заслужила право на счастье. Все уже давно поставили на ней крест и пришли к выводу, что ей суждено остаться в старых девах. Да и она сама без конца ему твердила, что никогда не выйдет замуж. А однажды предложила Джеффри воспользоваться ее приданым, чтобы он купил еще одно стадо овец.
И видит Бог, он не смог отказаться!
Через четыре недели состоится ее свадьба. Но где же взять деньги, чтобы вернуть сестре долг?
– Выпей еще, Джеффри! Ты что-то бледный. Но он ничего не слышал.
– Почему бы им не подождать до следующего года? – Если бы у него имелось в запасе несколько месяцев, возможно, он сумел бы наскрести хотя бы часть суммы. – Зачем жениться столь скоропалительно? – пробурчал себе под нос граф. – Мне нужно время, чтобы найти деньги.
Его тирада повисла в воздухе, оставшись без ответа. Затянувшееся молчание матери насторожило его.
– Мама?
– Они не могут ждать, Джеффри. Софи... – Она торопливо оглянулась по сторонам, чтобы удостовериться, что их никто не услышит, и прошептала: – Она в интересном положении.
Джеффри изумленно уставился на мать. Софи беременна? Женщина, которую он окрестил Снежной королевой, ждет ребенка? От праведного негодования в жилах его закипела кровь. Ну, он ей покажет...
– Они любят друг друга, Джеффри.
– Но...
– Джеффри Лоренс Томас Ратберн, я благословляю этот брак, – тоном, не терпящим возражений, отчеканила его мать. – Если ты вздумаешь причинить боль сестре или майору Уиклиффу, клянусь, я тебе этого не прощу!
Пораженный твердой решимостью, прозвучавшей в голосе матери, Джеффри уставился на нее расширенными от удивления глазами. Ничуть не меньше удивило его и то, что она назвала его полным именем. Он уже и не помнил, когда такое было в последний раз.
– Ты хочешь, чтобы они поженились? – спросил он, овладев наконец собой.
– Да.
– А Софи?
– Она на седьмом небе от счастья.
По глазам матери Джеффри догадался, что все уже решено. Свадьба его сестры, хочет он того или нет, состоится. Через четыре недели.
– Тогда, насколько я понимаю, от меня требуется лишь вернуть ей приданое, – пробурчал он, допивая шампанское. От несправедливости судьбы у него защипало в глазах. Всего четыре недели! Но как за столь короткий срок собрать причитавшуюся Софи часть наследства?
– У нас его нет, ты хочешь сказать? – донесся до него тихий вопрос матери, в котором прозвучала обреченность.
Хотя мать и притворялась, что ничего не знает и ничем не интересуется, кроме светской жизни, на самом деле она не была ни глупой, ни слепой и прекрасно оценивала состояние их финансов.
– Нет, – подтвердил граф еле слышно. – У нас его нет.
– Что ж. – Ее сиятельство, протянув руку за вторым бокалом шампанского, едва не силой вручила его сыну. – Полагаю, что майор Уиклифф женится на ней и без...
– Нет! – взорвался Джеффри. Его громкий голос привлек внимание нескольких любопытных гостей. – Каким нужно быть человеком, чтобы польститься на долю сестры? – заговорил он гораздо тише.
– Но она сама настояла на этом!
– Я не должен был идти у нее на поводу!
– Но содеянного не исправишь. Ты поступил правильно. Софи ни в чем тебя не винит.
– Проклятие, мама! – Джеффри нервно провел рукой по волосам. – Ведь это ее деньги!
– Поговори с Уиклиффом. Я уверена, он тебя поймет.
– Сомневаюсь. Уиклифф нуждается в деньгах не меньше нас. – Его пальцы судорожно стиснули хрустальный бокал. – Это деньги Софи, и она должна получить их во что бы то ни стало. – Джеффри не представлял, где раздобудет требуемую сумму. Единственное, что он мог сделать, – продать все, что удалось с таким трудом заработать. Но у него слишком мало времени. Если ему удастся собрать необходимые средства за четыре недели, они снова окажутся у разбитого корыта, как и пять лет назад, и их уже ничто не спасет... кроме богатой невесты.
О Господи! Граф в отчаянии огляделся по сторонам. Его взгляд то и дело натыкался на сверкающие драгоценности и дорогие наряды приглашенных на торжество молодых особ. И вдруг он все понял.
– Святые небеса! Мама, ты что, устроила смотрины богатых наследниц?
– Я подозревала, что ты отнесешься к этому без энтузиазма. – Мать вздохнула, подтвердив его худшие опасения. – Мужчины всегда так щепетильны в делах, которые хоть как-то затрагивают их честь.
Джеффри счел разумным промолчать, решив, что язвительная перепалка им не поможет.
– Посмотри, все они жаждут твоих знаков внимания, – сказала ее сиятельство, кивнув на юных представительниц высшего общества. Сын послушно проследил за ее взглядом.
– Не сомневаюсь, что любая из них побежит к алтарю по первому же моему зову. – Безвыходность положения придала его словам оттенок горечи. Все эти годы он трудился, не разгибая спины только ради того, чтобы избавить себя от необходимости жениться по расчету. И что же теперь? Он чувствовал себя ничуть не лучше своих овец, согнанных на сельскую ярмарку.
– Пойдем, дорогой. – Мать потащила сына на другой конец бального зала. – Я хочу тебя познакомить с одной молодой особой.
Джеффри позволил себя увлечь, но с каждым мгновением его шаги теряли легкость и замедлялись. Пять лет назад он уже проходил через это, когда пытался снискать благосклонность одной богатой наследницы родительского состояния. Его попытка потерпела фиаско. Поначалу все складывалось великолепно. Ему удалось добиться руки восхитительной Аманды Уиндем и привести ее к алтарю. Только на самом деле Аманду звали Джиллиан Эймз, и она была без памяти влюблена в Стивена Конли, пятого графа Мейвенфорда. Джеффри решил покориться судьбе и, безропотно отступив в сторону, отрекся от брачных обязательств, дав Джиллиан возможность соединить судьбу с тем, кого она по-настоящему любила.
Подарок, полученный от Мейвенфорда в знак благодарности, позволил Джеффри вздохнуть свободнее и привести в порядок свои дела. Пять лет изнурительного труда ушли у него на то, чтобы погасить все долги. И вот теперь, чтобы вернуть сестре ее часть наследства, он вынужден расплачиваться собственным именем.
То есть жениться на богатой невесте.
Впервые за долгое время граф ощутил прилив необузданной ярости. Он злился на алчных мамаш, навязывавших ему своих дочерей ради обретения вожделенного титула. Он злился на отца, промотавшего все их состояние за карточным столом. Но больше всего он злился на себя самого.
Джеффри не без оснований считал себя человеком умным, своего рода финансовым гением и мечтал посвящать длинные дни стрижке овец, а длинные ночи – изучению возможностей увеличить свой капитал.
Эти мысли не давали ему покоя и скреблись кошками на сердце, пока он послушно следовал за матерью. Поравнявшись с дверью, он уперся и идти дальше отказался.
– Нет.
– Что? – Мать тоже остановилась и удивленно посмотрела на него.
– Я сказал – нет.
– Что – нет, милый?
– С меня хватит шампанского, танцев и пресных девиц.
– Но...
– Я устал, мама, и не расположен шутить, выдавливая улыбки из перепуганных юных наследниц.
– Но...
– Нет.
От пристального материнского взгляда не укрылись признаки усталости и озабоченности, тонкими линиями избороздивших его черты. Он был на грани своих физических возможностей. Ей следовало бы это понять.
– Очень хорошо, дорогой, – вздохнула она, соглашаясь, и улыбка сбежала с ее губ. – Не лучше ли тебе в таком случае подняться наверх и выпить бренди? Думаю, музыкальная комната вполне подойдет для этого.
Теплая волна благодарности согрела сердце Джеффри, и он улыбнулся. По крайней мере он получил отсрочку. Чмокнув мать в щеку, он проворно нырнул в боковой коридор и стрелой взлетел по лестнице.
Ему нужно подумать. Составить план действий.
Всего четыре недели!
Оказавшись наверху, Джеффри торопливо плеснул себе бренди, залпом его выпил, глубоко вздохнул и ослабил галстук. Теперь предстояло решить, что делать дальше. Но ответ он, похоже, знал. Все аспекты состояния Тэллисов – вернее, его отсутствия – были ему известны. Тем не менее он усердно искал выход, перебирая в памяти поголовье овец и каждый акр земли. Размышления надежды не вселяли. Если он обеспечит Софи приданым, платить по закладной будет нечем.
Оставалось найти богатую невесту.
Но заставить себя пойти на это он не мог. Пока не мог. Для него это означало добровольно сунуть голову в петлю.
Снова наполнив бокал живительным эликсиром, граф бросил взгляд на открытое окно.
Сначала он увидел нечто похожее на ногу, затем на руку, опиравшуюся на подоконник.
В окне второго этажа показалась девушка. Святые небеса! Неужели ради него они готовы идти на штурм?
Зрелище вызвало у Джеффри противоречивые чувства: ему хотелось истерично расхохотаться, а в следующую секунду он готов был пуститься наутек. Неужели желание женщин затащить его под венец не знает границ?
Подобно человеку, искушаемому соблазном тревожить больной зуб, Джеффри с любопытством уставился на отважную незнакомку. Оголенная ножка была прехорошенькой, имела красивую форму и сияла в лунном свете перламутровой белизной.
Снизу доносился приглушенный гул голосов гостей матери, хищно круживших по бальному залу в поисках ее сына. С фатализмом обреченного граф понял, что бежать ему некуда. Придется остаться на месте и насладиться спектаклем.
Он тихо опустился на диван, с удовольствием наблюдая за девушкой, бочком пытавшейся влезть в узкое окошко. Джеффри видел ее светлые с рыжеватым оттенком кудри, выбившиеся из элегантной прически, слышал мягкое шуршание белого шелка. Но в следующее мгновение он ошарашенно замер, увидев такое, что заставило его нервно открыть глаза, – в окне показался плотно обтянутый блестящей материей круглый зад.
Это продолжалось какие-то секунды, но Джеффри знал, что и этих мгновений ему хватит, чтобы подсмотренная сцена навеки запечатлелась в его памяти. Таинственная незнакомка продемонстрировала ему достаточно прелестей, чтобы воспламенить его воображение. Наконец, протиснувшись в окно, девушка спрыгнула на пол. Белый шелк с тихим шорохом как ни в чем не бывало закрыл ее ноги. Она стояла к Джеффри спиной.
– Пожалуйста, выньте из волос веточку, – лениво проговорил он. – Она портит все впечатление.
Девушка вскрикнула и круто развернулась к нему. Ее глаза от испуга стали похожи на два блюдца.
Возможно ли это? Она что, не ожидала здесь кого-то увидеть? Джеффри отогнал эту мысль как маловероятную.
Для чего ей приспичило карабкаться вверх по стене, если не для встречи с ним?
– Поздравляю вас с изобретательностью, – ухмыльнулся он. Шутливый тон скрыл испытываемую им горечь. – Считайте, что вам удалось меня заинтриговать.
Девушка нахмурилась, и на лбу ее пролегли морщинки, придавшие лицу задумчивое выражение.
– Благодарю вас, – прозвучало в ответ. Судя по интонации, она была озадачена, если не сказать ошеломлена. – Меня вообще считают довольно сообразительной.
– Не могу не согласиться. Вы так умны, что мне не терпится услышать продолжение. – Он наклонился, и зажег свечу.
– Нет!
Но было слишком поздно. Фитиль разгорелся, и мягкое сияние пламени, разогнав тьму, облило золотом интерьер и в нем мужчину с женщиной.
Перед ним стояло восхитительное создание. Правда, незнакомка выглядела чуть старше, чем ему показалось сначала. В неярком свете свечи ее глаза под необыкновенно длинными ресницами напоминали голубые озера. Ее губы были похожи на темно-красные бутоны. Такие губы бывают у женщин после... после страстного поцелуя.
Джеффри был почти уверен, что она только что с кем-то целовалась. При этой мысли он заледенел. Незнакомке на вид можно было дать лет двадцать или двадцать один. Размышляя над возрастом таинственной гостьи, Джеффри продолжал бесстыдно ее рассматривать, исследуя взглядом изысканные линии модного покроя платья, высокую грудь и обворожительно тонкую талию. Все остальное скрывала широкая юбка. Но ему не составило труда оживить перед мысленным взором картинку с молочно-кремовым бедром и стройной ножкой. Джеффри еще долго мог бы предаваться воспоминаниям, если бы постукивание этой стройной ножки не отвлекло его от столь приятного занятия.
– Прошу меня простить, прекрасное видение, за столь беспардонное разглядывание. Но поверьте, мне не так уж часто предоставляется возможность лицезреть женщину, отважно бросившую вызов самой матери-природе.
– Значит, у вас нет сестры, – сделала неожиданный вывод незнакомка.
Джеффри едва не расхохотался, вообразив, как его сестра, чопорная и холодная Софи, взбирается по приставной лестнице или карабкается по дереву. Это зрелище было из области фантастики.
– Отчего же? У меня есть сестра. Только она – пример несокрушимой благопристойности. – Он улыбнулся. – Но моему сердцу гораздо милее девушки, усыпанные листьями. – Джеффри жестом указал на застрявшие в ее прическе желтые и оранжевые листочки.
Ахнув, она принялась суетливо шарить в волосах в поисках компрометирующих улик. Не в силах сдержать саркастическую ухмылку, Джеффри поднялся с дивана и подошел к ней.
– Пожалуйста, позвольте мне.
Он действовал осторожно, чтобы не испортить ее элегантной прически, не торопясь выуживая из золотистых прядей листья, тронутые красками осени. Джеффри не мог не отметить, какими удивительно мягкими и шелковистыми были ее волосы. Внезапно, поддавшись порыву, он вынул из прически две заколки.
– Мой Бог! – воскликнул граф с фальшивым сожалением, когда освобожденные из плена кудри рассыпались по плечам. – Какой я неловкий. – Не в силах противиться желанию, он с восторженным возгласом погрузил руки в буйное великолепие волос.
Но к огорчению Джеффри, незнакомка резко отпрянула, лишив его возможности насладиться удовольствием.
– Черт возьми! Вот так всегда!
Граф с улыбкой наблюдал за ее бесплодными стараниями вернуть прическе первоначальный вид, и ему стоило немалых усилий сдержать смех. Искушаемый соблазном вынуть остальные заколки, он предусмотрительно отодвинулся от нее на безопасное расстояние и, вспомнив о бренди, взял свой бокал.
– Идите сюда, прекрасное видение, я хочу вас угостить.
– Я потеряла веер! – пожаловалась незнакомка, пропустив его приглашение мимо ушей. Ее глаза растерянно блуждали по полу в надежде обнаружить потерю. Когда же поиски не увенчались успехом, она подбежала к окну и, перегнувшись через подоконник, выглянула в ночь. Джеффри подумал, что должен что-то сказать, чтобы остановить таинственную гостью, иначе она соскользнет вниз, чтобы продолжить поиски в саду.
Он приблизился к ней и, взяв за тонкую руку, отвел подальше от окна. Только теперь Джеффри сообразил, что окно расположено довольно высоко, а ближайшее дерево – на расстоянии рискованного шага.
– Пожалуйста, позвольте представиться. Я Джеффри Ратберн, сын хозяйки бала.
– Граф? – В голосе девушки прозвучал благоговейный страх. Она подалась вперед, чтобы получше его рассмотреть.
– Он самый. – Джеффри отпустил ее руку и галантно поклонился.
Незнакомка присела в неловком реверансе, и он расплылся в широкой улыбке.
– Добрый вечер, милорд, – пролепетала она и с надеждой устремила взгляд на распахнутое окно.
Намерения ее не вызывали сомнений. Судя по всему, она была решительно настроена найти потерянный веер, чего бы ей это ни стоило. Джеффри торопливо налил бренди во второй бокал.
– Прошу вас. Мне почему-то вдруг стало бесконечно одиноко. Не выпьете ли со мной?
Она колебалась, казалось, целую вечность. Затаив дыхание, Джеффри ждал ее ответа. Конечно, с его стороны было не совсем вежливо пытаться удержать молодую леди подле себя. Ему бы следовало предложить ей воспользоваться дверью и спуститься в бальный зал более привычным способом. Но он сгорал от желания узнать причину столь экстравагантного поведения, а потому не мог ее отпустить. В конце концов таинственная незнакомка могла оказаться обычной воровкой, рассчитывавшей обобрать гостей его матери. Он должен был добиться от нее вразумительного ответа.
– Ну же, решайтесь, – повторил он настойчиво. – От одного бокала не будет никакого вреда. – Он вопросительно вскинул брови, мысленно взывая к ее авантюрному духу.
– Я хочу снова взобраться на дерево. Он едва не лишился дара речи.
– Чтобы найти веер? – решил уточнить граф.
– Веер? – Она нахмурилась. – Вот еще! Глупости! – Она улыбнулась. – Конечно, нет. Мне просто нужно подумать.
– Вы имеете обыкновение думать, сидя на деревьях?
– Как правило, да. Дома у меня на дереве есть чудесная будочка. Вероятно, поэтому у меня и появилась такая привычка. Тетушка Уин считает ее странной и просит не делать этого в Лондоне. Но я иногда не в силах себя перебороть. – Могучий дуб за окном снова притянул ее взгляд. – Впрочем, я почти уверена, что на этот раз тетушка Уин меня бы поняла. Правда, мое белое платье при свете луны слишком бросается в глаза. Хотя тетя Уин обычно довольно снисходительно относится к моим так называемым своеобразным привычкам, она не раз предупреждала меня, что другие вряд ли поймут и простят мне эти слабости.
Джеффри кивнул, убаюканный размеренными звуками ее мелодичного голоса. Она произносила слова, будто читала по нотам, с почти педантичной точностью, хотя ее мысли порой разбредались. Но в целом течение ее плавной речи, особенно в сочетании с лунным светом и бренди, гипнотизировало его, унося мечтами в заоблачные выси, куда по собственной воле он никогда не рискнул бы вознестись.
– Дело вот в чем, – продолжала она. – Увидев открытое окно, я решила, что это вполне подходящее место для размышлений.
Услышав это, Джеффри помрачнел.
– Так вы не меня искали? – проговорил он обиженно.
– Я и не знала, что в комнате кто-то есть. Мне, пожалуй, стоит вернуться на дерево. – Незнакомка решительно направилась к окну и, приподняв юбки, приготовилась влезть на подоконник.
– Нет!
Она застыла, глаза ее расширились от удивления. Джеффри тем временем лихорадочно искал предлог, который позволил бы ему удержать незнакомку.
– Я... м-м... я не могу позволить вам уйти. Вы можете упасть...
– Я никогда не падаю!
– Но это не исключено.
– Не тревожьтесь, милорд. Хотя вынуждена признаться, что однажды я действительно упала. Отец сказал, что я сильно ушиблась. Я даже сломала руку, но через несколько недель она зажила. По правде говоря, временное заточение в четырех стенах заставило меня заняться учебой. Так что, в конечном счете, падение пошло мне на пользу.
Не зная, что ответить, он промолчал. Воспользовавшись паузой, она ловко вскарабкалась на подоконник.
– Нет! Подумайте хотя бы о моей матери.
– О графине? – Незнакомка насупилась.
– Ну да, – не унимался Джеффри, радуясь, что нашел подходящий предлог. – Как вам известно, сегодня у нее день рождения. И если вы разобьетесь, она ужасно расстроится.
– С чего вы взяли, что мое падение огорчит вашу матушку? – Лоб ее прорезали морщинки.
– Трудно сказать. – Граф пожал плечами, и на губах его заиграла улыбка. – Но я уверен, что так и будет. По этой причине я, как ее сын, настаиваю, чтобы вы воздержались от своей затеи снова влезать на дерево. Во всяком случае, до конца бала.
Тяжело вздохнув, незнакомка легко спрыгнула на пол.
– Очень хорошо. Тогда скажите на милость, где я могу спокойно подумать?
– Почему бы не здесь? Обещаю, что буду вести себя тихо.
– Обещаете? – Прищурившись, она недоверчиво посмотрела на него.
Он кивнул и сжал губы, чтобы скрыть улыбку, и после минутного колебания вручил ей бокал с бренди. Она приняла его, но пить не стала и, оглядев комнату, устроилась в мягком кресле, а Джеффри вновь уселся на диван.
К несчастью, несмотря на обещание, он обнаружил, что ему чрезвычайно затруднительно хранить молчание в присутствии этого странного существа. Она сидела, опустив глаза и машинально перебирая локоны, одолеваемая, по-видимому, какими-то мыслями. То и дело из груди ее вырывался тяжелый вздох. Ее тело при этом вибрировало, все глубже вжимаясь в кресло.
Минут через десять терпение Джеффри иссякло.
– Не лучше ли вам поразмышлять вслух? – предложил он. Она, вздрогнув, посмотрела на него.
– Вы обещали молчать, – пожурила она графа.
– Я не ожидал, что от вас будет столько шума. Она вскинула голову, озадаченная его замечанием.
– Вы все время вздыхаете. И довольно громко. Я удивлен, что внизу вас не слышат. – Джеффри старался сдержать смех.
Она вдруг улыбнулась, и лицо ее осветилось.
– Не пытайтесь меня отвлечь, милорд.
– И не собирался.
Незнакомка снова вздохнула и закрыла глаза с темными густыми ресницами.
– Все это ерунда. Тетушка сказала бы, что во всем виновата я сама.
– Выпейте, ангел. – Джеффри дотронулся до ее руки. – А потом расскажите мне, что случилось.
Она открыла глаза и послушно сделала глоток.
– Я и впрямь виновата, милорд, – начала она, и в голосе ее прозвенели нотки раскаяния. – Господь наказал меня неутолимым любопытством. А может статься, – добавила незнакомка еле слышно, – все дело в моем безволии. Именно из-за этого я постоянно попадаю во всякие переделки.
Джеффри прищурился. Только сейчас он обратил внимание, что руки его гостьи, сжимавшие бокал, слегка дрожат, а хриплый шепот не имеет ничего общего с женским кокетством, а скорее свидетельствует об искреннем огорчении.
Он мысленно выругал себя за глупость и почему-то вспомнил пламенеющий, как после поцелуя, цвет ее губ. Молодая леди совсем не походила на охотницу, стремившуюся загнать свою жертву в угол, казалось, она сама была жертвой, искавшей спасения от чего-то или кого-то. И наконец Джеффри пришел к мысли, что на балу к ней кто-то приставал.
Ощутив, как в нем поднимается гнев, он мысленно поклялся отомстить за беззащитное создание, сидевшее напротив него. Этот странный, столь не свойственный ему порыв не вызвал у него удивления, наоборот, он выглядел вполне естественно. Но сначала надлежало выяснить, что все-таки произошло на самом деле, и сделать это следовало как можно тактичнее.
– Меня считают надежным человеком, – тихо произнес Джеффри, завладевая маленькой ручкой, хотя прикасаться к ней в его намерения не входило. Он только хотел выведать имя дурно воспитанного джентльмена. Все получилось как-то само собой, и вот теперь он поймал себя на том, что ласкает ее бархатистую кожу. – Расскажите мне все по порядку.
Склонив голову набок, она некоторое время смотрела на их сплетенные пальцы, словно пыталась оценить испытываемые ею ощущения. Вдруг, внезапно вскочив на ноги и вырвав руку, она начала нервно ходить по комнате.
– Вы знаете Эльвину Морроу? Она должна в следующем месяце обвенчаться с бароном Гейзе.
Джеффри недоуменно заморгал и задумался о важности заданного вопроса. Не было ли это со стороны собеседницы уловкой отвлечь его от главного?
– Я только недавно вернулся в Лондон, так что многого еще не знаю.
Она небрежно пожала плечами. Платье, мерцавшее в мягком свете свечи, при этом движении обрисовало ее грудь, вызвав у графа непристойные мысли.
– Не важно. Она моя ближайшая подруга. Ей сделал предложение один граф, но она его отвергла из-за немецкого барона.
Джеффри хранил молчание, пожирая глазами лицо своей странной гостьи. До сего момента он и не подозревал, насколько выразительной и красноречивой может быть мимика человека.
– Вчера мы с ней немного пооткровенничали, – рассказывала она. – Я поинтересовалась причиной ее выбора. Ее мать категорически настаивает на более знатном женихе. Вы меня понимаете?
Девушка подняла на него глаза, и Джеффри кивнул, молча приглашая продолжить повествование.
– Она сказала, что любит барона, и при этом многозначительно вздыхала, ахала, охала, закатывала глаза и прочее. Поэтому ее слова сомнений у меня не вызвали.
– Что ж, поздравьте ее от меня с удачным выбором.
Незнакомка взглянула на графа с подозрением, уловив в его голосе насмешку.
– Вы подвергаете ее любовь сомнению?
– Поскольку я никого из них не знаю, то и судить не берусь.
Она снова пожала плечами, и его взгляд вновь непроизвольно застыл на подвижной линии ее декольте.
– Я ей тоже не поверила. Я спросила ее, откуда она знает, что любит барона. И... – Тут она осеклась и, насупившись, уткнулась в бокал с бренди. – Эльвина сказала, что его поцелуи приводят ее в трепет. – Даже при неярком пламени свечи Джеффри увидел, как щеки ее покрылись румянцем. – Естественно, я решила, что все это чушь. – Она опять пожала плечами. – Но я все же порылась в отцовской библиотеке, в частности в греческой любовной лирике. – Она вскинула ресницы и посмотрела на него сумрачным взглядом. – А вам известно, что в литературе имеются сотни ссылок на всевозможные физические реакции?
Джеффри вытаращил глаза, не зная, как реагировать на это заявление.
– Я... мне кажется, я знаком с некоторыми из них. Она кивнула, как будто выражая этим удовлетворение уровнем его интеллекта. Меряя комнату шагами, незнакомка продолжила рассказ:
– Видите ли, до сего времени я ни с кем не целовалась. Родные Гарри и мои родители обо всем договорились, как только мы появились на свет. Я имею в виду – соединить наши состояния и все такое. Но мне не давала покоя мысль, что будет, если... если...
– Если он вас поцелует? Приведет ли это вас в трепет? – закончил Джеффри мысль своей гостьи сухим, как солома, тоном.
– Меня разбирало любопытство, – призналась она виновато и, покачав головой, уткнулась в бокал с бренди.
– Ангел, надеюсь, он не причинил вам боли? Может быть, мне вызвать доктора? – спросил граф, стараясь говорить учтивым тоном, хотя на самом деле его душил гнев.
– О нет! – поспешно воскликнула она и прикусила губу, словно хотела скрыть усмешку. – Если только для Гарри, то есть лорда Бертона. Кажется, я ударила его слишком сильно. Может, даже... сломала ему нос. – Она замолчала и снова сделала глоток бренди. – По иронии судьбы он сам научил меня драться. Мы вместе росли.
Джеффри не знал, что и сказать. Желая утешить незнакомку, он заставил ее поделиться с ним своей бедой. В результате выяснилось, что посторонняя помощь не требуется. Она прекрасно справилась с чрезмерно ретивым кавалером сама. И довольно лихо – пустив в ход кулаки. У графа отлегло от сердца.
– Прошу вас, расскажите, как все было, – заговорил он участливо.
– Мы гуляли по саду, – начала объяснять его гостья и легонько коснулась губ рукой, как будто проверяя их состояние. – Потом я попросила его меня поцеловать. – Она помрачнела. – Представьте, он даже не дал мне возможности объяснить, зачем мне это нужно... – Она замолчала и взглянула на Джеффри. – И он меня поцеловал!
Джеффри удивленно вскинул брови. Чувство справедливости требовало встать на защиту незнакомого лорда Бертона, каким бы неуклюжим кавалером он ни оказался.
– Но вы же сами этого хотели!
– Конечно, я попросила его поцеловать меня. Но не так же... не так...
– Горячо?
– Не так слюняво!
Хорошо, что Джеффри уже успел поставить бокал с бренди на столик иначе непременно расплескал бы его.
– Мне показалось, что к моим губам прижалась мокрая рыба, – пожаловалась она. – А потом, когда он положил руки... – Она пальчиком показала на корсаж платья. – Я не удержалась и ударила его. – Она бросила на графа лукавый взгляд, и ее рот тронула ехидная ухмылка. – Кажется, я сбила его с ног.
– Не сомневаюсь, что он заслужил то, что получил, – обронил Джеффри, живо представив себе эту сцену. Ему внезапно стало очень радостно, и это удивило и озадачило его.
– О нет. – Незнакомка покачала головой, и в глазах ее отразилось искреннее раскаяние. – Я ведь сама напросилась на это. Гарри не виноват в том, что опыт оказался таким... – Она наморщила свой хорошенький точеный носик. – Таким отталкивающим. Понимаете, милорд, если это то, что предшествует браку, то, боюсь, подобное испытание я не перенесу. – Плеснув себе еще немного бренди, она сделала небольшой глоток. – Я не нашла в этом ничего приятного. – Дерево за окном снова притянуло ее взгляд. Его листья в лунном свете бесшумно подрагивали. – Теперь вы, надеюсь, понимаете, зачем мне понадобилось дерево?
Джеффри улыбнулся, позабавленный ходом мыслей своей гостьи. Впрочем, он вполне уразумел суть проблемы. Бедняжка вовсе не подверглась гнусному нападению насильника. А излишне прыткому лорду Бертону предстоит еще многому научиться в обращении со слабым полом. Неосторожные действия парня, не сумевшего сделать приятным первый поцелуй, привели к тому, что несчастная малышка с ужасом представила, как будет всю жизнь мучиться и терпеть его домогательства.
Пока Джеффри размышлял над этой ситуацией, ему в голову пришла дерзкая мысль, отозвавшаяся приливом крови к чреслам. Ввиду того, что незнакомка была прехорошенькой и, пожалуй, излишне любопытной, он мог бы попробовать ни много ни мало доказать ей, что Гарри не является типичным представителем сильной половины человечества. Разве не этому учат учителя верховой езды – сразу вновь вскочить на лошадь, только что тебя сбросившую?
– Я бы не стал делать скоропалительные выводы о браке, – изрек Джеффри, стараясь говорить ровным голосом, хотя от пульсировавшей в висках крови у него звенело в ушах. Он боялся выдать личную заинтересованность. – Один поцелуй, к тому же не очень удачный, еще ни о чем не говорит. Есть немало мужчин... э-э... менее слюнявых и более опытных. Уверен, что найти того, кто заставил бы вас трепетать, совсем не так уж трудно.
На губах графа заиграла улыбка человека, выпившего слишком много спиртного и разгоряченного присутствием красивой девушки, беспечно обратившейся к нему за советом по поводу поцелуев. Она ответила ему тем же, изящно изогнув уголки прелестного ротика. Его слова заставили ее призадуматься и зажгли в голубых глазах огонек любопытства.
– А знаете, вы совершенно правы! – заявила она вдруг и кивнула. – Один-единственный поцелуй не может оправдать решение всю жизнь хранить целомудрие.
– Господи, конечно же, нет!
– Не сомневаюсь, что найдутся джентльмены, способные проявить в аналогичной ситуации больше сноровки. – Она вскинула голову и обвела Джеффри взглядом, обдавшим его горячей волной чувственного томления.
– Десятки, – подтвердил граф внезапно охрипшим голосом.
– По правде говоря, мы с Гарри не помолвлены. Просто между нашими семьями существует негласная договоренность. Знаете, моя тетушка не пожалела денег на этот сезон, лишь бы я получила возможность познакомиться с другими респектабельными джентльменами.
Она поднесла бокал к губам. Джеффри напряженно смотрел, как она прижала изящный ротик к стеклянному краю и слегка раздвинула губы, пропуская внутрь тонкую струйку темного напитка.
– Я тоже отношусь к числу респектабельных джентльменов, – заметил он, не сводя взгляда с ее влажных губ. – И умею хорошо целоваться.
– Правда, милорд? – В ее глазах в пламени свечи вспыхнули огоньки заинтересованности.
– Истинная правда.
– А дамы трепещут, когда вы их целуете?
Джеффри поставил бокал с бренди на стол, вполне осознавая непристойный характер их беседы. Но в данный момент его куда больше занимали розоватое сияние ее кожи, размеренный ритм, с каким вздымалась и опускалась ее высокая грудь, манящий изгиб ее полуоткрытого алого рта.
– Мне как-то не приходило в голову их расспрашивать, – ответил он, силясь казаться равнодушным. – Почему бы нам не провести эксперимент?
– Как? – изумилась она. – Я подумала о том же. Именно это и подтолкнуло меня к Га...
– Забудьте о Гарри, – прервал ее Джеффри. – Постарайтесь сосредоточиться на своих ощущениях.
Незнакомка решительно поставила бокал на стол.
– Отличное предложение, милорд. Пожалуйста, встаньте.
– Прошу прощения? – Он недоуменно моргнул.
– Встаньте. Гарри целовал меня стоя. Мне кажется, что для чистоты эксперимента мы должны воспроизвести ситуацию как можно точнее.
Джеффри тупо уставился на свой бокал. Почему-то он почувствовал себя обманутым.
– Прошу прощения? – повторил он.
– Но вы же хотите узнать, трепещут ли ваши дамы, когда вы их целуете, разве нет?
Джеффри, оторвав взгляд от бренди, медленно перевел его на девушку. Его мысли вдруг утратили стремительность, и ему стало скучно. Внезапно он посочувствовал неизвестному Гарри.
– Ну да, – произнес он вяло. – Вроде да.
– Обещаю, что поделюсь с вами впечатлениями.
Он усмехнулся, немало подивившись, что незнакомка отнеслась к его предложению с таким неподдельным энтузиазмом. Однако честь требовала от него объяснить ей некоторые детали ее плана.
– Вы, надеюсь, осознаете, что это неприлично?
– Глупости, милорд! Это всего лишь эксперимент.
Он кивнул, удовлетворенный ответом. «Это всего лишь эксперимент», – сказал он себе для очистки совести. Для процветания науки он обязан исполнить свой долг. Джеффри поднялся, вытянувшись в струнку.
– Вы хотите, чтобы я стоял?
– Да. Вот сюда, пожалуйста. – Она предложила ему встать слева от нее. Он послушно ступил на указанное место. Его мышцы от предвкушения одеревенели.
– Не забудьте дотронуться до моего корсажа, – напомнила экспериментаторша.
– Приложу максимум усилий.
– Впрочем, если вы не хотите, так и не надо, – разрешила она, остановив на графе пристальный взгляд, явно сконфуженная сухостью его тона. – Не смею настаивать. Вы и так безгранично любезны.
– Я попробую себя заставить. В интересах науки. – Джеффри расплылся в улыбке.
В ответ она одарила его не менее счастливой улыбкой.
– Отлично, милорд. Я была уверена, что вы достойный напарник. Можете начинать, – скомандовала она и подняла голову.
Взглянув в ее запрокинутое лицо, Джеффри испытал странное чувство падения в глубокий омут мерцающих голубых глаз. Их темнеющая пучина притягивала и засасывала.
– Милорд?
– Меня зовут Джеффри.
– Джеффри. – Его имя, выпорхнувшее из медовых уст, согрело между ними воздух, вызвав у него легкое головокружение.
Она еще выше подняла подбородок, приблизив к нему свои губы. Но он не спешил. Вместо того чтобы поцеловать ее сразу, он медленно обвел пальцем овал ее лица, любуясь изящной линией скул и длинными ресницами. Его медлительность озадачила исследовательницу, и она от удивления приоткрыла рот, недоумевая, почему он не торопится.
– Гарри ничего этого не делал, – пролепетала она, и Джеффри с удовлетворением отметил в ее голосе грудные нотки, свидетельствующие, что его старания не пропали даром. Он довольно усмехнулся.
– Приношу извинения.
Но свою тактику он не изменил. Его палец скользнул по ее лбу, вниз по переносице, обвел нежную линию Пламенеющего бутона губ. Ее теплое дыхание соблазнительно щекотало его кожу. Едва касаясь, он провел пальцем по ее губам, воспаленным от чересчур пылкого поцелуя нетерпеливого Гарри.
Едва Джеффри почувствовал, что она затаила дыхание и обмякла, как выдержка ему изменила. Его решимость действовать нежно, чтобы не напугать ее, рухнула под натиском жаркой волны, исходившей от прильнувшего к нему тела. Резко, почти грубо он впился в ее губы поцелуем. Темные и пухлые, они были полны тайных обещаний и пахли бренди, которое они пили вместе. В своей неискушенности она была милой, сладкой и пленительной, а ее реакция – искренней и непосредственной.
Джеффри еще крепче прижал ее к себе, приглашая расслабиться и подчиниться его воле. Он целовал ее так, словно боялся не успеть завладеть ею сполна, до конца исследовать и испробовать. Она отвечала ему с готовностью, послушная каждому его движению. Она училась и копировала, принося в свои действия собственную, уникальную неповторимость.
Такой поцелуй не мог не возбудить желание, и Джеффри чуть не утратил над собой контроль. Только приглушенные звуки оркестра, возобновившего игру, удержали его от необратимого падения. Огромным усилием воли он заставил себя оторваться от дивного источника наслаждения. Ошеломленный пронзившей его острой болью потери, он тяжело и прерывисто дышал.
И только мысль, что он не одинок в своих переживаниях, немного его успокаивала. Незнакомка едва держалась на ногах. В ее изумленных глазах, подернутых дымкой желания, полыхал костер. Ее жаркие губы манили его вернуться к их запретной бездне.
– Ангел, – прохрипел Джеффри, – думаю, нам лучше отправить тебя назад в твое небесное царство.
– Что? – Она недоуменно захлопала ресницами. Похоже, ей стоило большого труда вернуться к реальности.
Джеффри улыбнулся. Мужская гордость вовремя подоспела на помощь и помогла восстановить привычное самообладание, пошатнувшееся вследствие этого эксперимента.
– Я спросил, как прошел опыт. Удачно? – В ответе он не нуждался. Ему просто хотелось поддразнить ее. По ее лицу и так все было ясно.
Пытаясь сосредоточиться и собрать разбежавшиеся мысли, она расправила плечи и разгладила складки на юбке.
– Я пришла к выводу, что вы правы, милорд. Мне определенно необходимо провести дополнительные исследования по этому вопросу, прежде чем давать обет целомудрия. – Внезапно она помрачнела и бросила на графа укоризненный взгляд. – Тем более что вы забыли дотронуться до моего корсажа.
Сначала Джеффри ошарашенно вытаращил глаза. Когда же до него дошла нелепость ситуации, его охватил приступ безудержного смеха. Да, с ней не соскучишься. Она стояла перед ним холодная и сдержанная, ничем не отличаясь от большинства матрон, собравшихся на балу у его матери. Но он знал, какой огонь бушует за невозмутимой наружностью. Мужчина, которому выпадет счастье сделать ее своей женой, будет испытывать вечный экстаз. Конечно, при условии, что сумеет обнаружить в ней этот неиссякаемый источник наслаждения.
Джеффри убрал со лба незнакомки выбившуюся из прически прядь волос.
– Вы меня почти соблазнили, моя дорогая. Но теперь, мне кажется, я должен пригласить вашу... тетушку.
Она кивнула, но в глазах ее промелькнуло искреннее разочарование.
– Миссис Уинифред Хибберт. Вы найдете ее в кругу почтенных дам.
– А как ваше имя?
– О! – Ее щеки окрасил румянец смущения. – Меня зовут Каролина Вудли. Мой отец – барон Альберт Вудли.
– Очень рад с вами познакомиться, мисс Вудли. Джеффри склонился в галантном поклоне. – А теперь я, пожалуй, приведу вашу тетушку.
Позже, когда умолкли звуки оркестра, доигравшего последний танец, когда догорели свечи и двери бального зала закрылись, Джеффри еще раз пережил изысканные моменты их поцелуя. Он стоял в темной спальне, любуясь нежной розой утренней зари, когда ему вспомнились слова Каролины: «Мне определенно необходимо провести дополнительные исследования по этому вопросу».
Дополнительные исследования? Чего – поцелуя? Не может быть, чтобы она говорила это всерьез.
А вдруг...




Следующая страница

Читать онлайн любовный роман - Истинная леди - Грейл Кэтрин

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12Глава 13Глава 14

Ваши комментарии
к роману Истинная леди - Грейл Кэтрин



Отличный роман! Масса удовольствия!
Истинная леди - Грейл КэтринОля
26.03.2013, 2.13





Легонький, легчайший романчик. Дурдом, когда взрослая женщина 21 года, ведет себя, как 15- летний подросток. И надо учесть, что в обществе того времени, девушка в 16 лет вступала в брачный период. 2-3 сезона- и она выходила замуж. 21 год - это старая дева. Такое ощущение, что героиня просто с луны свалилась.
Истинная леди - Грейл КэтринЭлис
26.03.2013, 4.16





Абсолютно глупый роман с абсолютно предсказуемым хеппи-эндом.
Истинная леди - Грейл КэтринОксана
3.04.2013, 9.51





Главная героиня явно страдает наследственной шизофренией (вместе с папой, мамой и тетей).Чего стоят все ее закидоны и рассуждения, опыты с поцелуями, инвестиции...). Главный герой полностью подтверждает мой жизненный опыт: когда дело касается баб, у мужиков полностью отключаются мозги и они начинают думать яйцами.Они и довели его до алтаря.
Истинная леди - Грейл КэтринВ.З.,65л.
24.05.2013, 14.04








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100