Читать онлайн Капелька скандала, автора - Грей Амелия, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Капелька скандала - Грей Амелия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.08 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Капелька скандала - Грей Амелия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Капелька скандала - Грей Амелия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грей Амелия

Капелька скандала

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

«Уж лучше нам вообще не знать друг друга», или светский вор не будет найден в этом сезоне. Но не волнуйтесь, пока мы гадаем, схватят ли грабителя, можно ожидать свадебных приемов в честь мисс Уотсон-Уэнтуорт и маркиза Гардендаунза.
Лорд Труфитт
Из светской хроники
Миллисент сделала низкий реверанс, надеясь таким образом скрыть, как она потрясена и как замерло у нее сердце. Силы небесные, ведь лорд Данрейвен принадлежит к «скандальной троице», от которой ее предостерегала тетка! Он не только один из самых известных в свете людей, он к тому же пользуется самой скандальной популярностью, если сказанное тетушкой – правда.
Именно такой повеса погубил репутацию ее матери. Разумеется, в такого человека Миллисент не может влюбиться, подумать только, а ведь она грезила о нем ночью и так хотела снова встретиться с ним!
Выпрямившись, она решила, что найдет способ не поддаваться его чарам.
– Добрый вечер, милорд, – сказала она.
Теперь, когда она знала, кто он такой, голос ее звучал холодно.
– Лорд Данрейвен, это мисс Миллисент Блэр, племянница одной моей подруги по деревне. Это ее первый приезд в Лондон.
Сверкающий синий взгляд неторопливо прошелся по лицу Миллисент, потом задержался на ее глазах. Неожиданно ей стало ужасно приятно, и волнение, вызванное его присутствием, стало расти в ней вопреки решению не поддаваться его обаянию.
– Добро пожаловать в Лондон, мисс Блэр. Уверен, что вы хорошо проводите время.
– Очень хорошо, благодарю вас. Лондон и лондонцы кажутся мне очень привлекательными.
– Приятно слышать. Мы все гордимся нашим прекрасным городом. Уверен, что леди Хиткоут старается, чтобы вы бывали на самых лучших вечерах и завтраках и чтобы вам наносили визиты только самые респектабельные джентльмены.
Миллисент бросила взгляд на сопровождающую ее даму, чье лицо определенно выражало восхищение.
– Насчет этого вы можете не беспокоиться, сэр. Ее светлость и виконт очень внимательны ко мне.
– Вам, без сомнения, приходится писать множество благодарственных писем, – проговорил он, и легкая озорная улыбка красиво изогнула уголки его губ.
Миллисент откашлялась. Он осмелился сделать этот намек, явно надеясь, что она покраснеет. Это повеса высшей марки. Насмешливая улыбка на его губах и искры в интригующих глазах ясно показывали, что он смеется над ней. И это должно было бы привести ее в ярость, однако этого не произошло. Его внимание приятно смущало ее.
– Да. У меня не пропадает ни одна моя запись, лорд Данрейвен. Мне льстит ваш интерес ко мне, тем более что мы не знакомы.
– Знакомы, поскольку только что нас познакомили. С разрешения леди Хиткоут – возможно, в вашей карточке еще остались свободные места? Конечно, если она не заполнена заметками, то есть, я хотел сказать, именами.
Миллисент пришлось соображать очень быстро. Нельзя допустить, чтобы лорд Данрейвен видел ее карточку. Ей не хотелось, чтобы вообще кто-то видел ее.
Неудивительно, что его считают одним из этой «скандальной троицы». Только что он откровенно флиртовал с ней на глазах у виконтессы – и вот уже пытается поставить в неприятное положение. Нет, совершенно ясно, что граф Данрейвен не из тех, с кем у нее может быть что-то общее – как бы он ни был очарователен.
– Очень любезное вашей стороны сделать такое предложение, милорд, но боюсь, мне придется отказать вам. Ее милость, я полагаю, спешит: мы должны посетить сегодня еще один прием.
– Вздор, дорогая моя Миллисент, – проворковала леди Хиткоут настолько тихо, насколько позволял ее мощный голос. – Если мы должны поехать на другой бал, мы туда поедем. Но вы еще вполне успеете потанцевать с графом. Сезоны для того и существуют, чтобы танцевать всю ночь напролет. Право, мне кажется, что следующий танец вот-вот начнется. Он занят у вас, дорогая? Позвольте взглянуть на вашу карточку.
Миллисент вцепилась в свой ридикюль и любезно улыбнулась виконтессе.
– Э-э... Нет. Незачем и смотреть. Я уверена, что этот танец свободен.
– Тогда все в порядке, если вы, милорд, тоже свободны.
– Конечно, свободен. – И граф протянул Миллисент руку. – Позвольте пригласить вас на этот танец?
Миллисент не решилась возражать. Ей ничего не оставалось, кроме как выразить свое согласие изящным кивком головы. Она легко положила руку на изгиб его руки и направилась с ним в зал.
– Невежливо отказывать в танце графу, – заметил он.
Миллисент взглянула на него и увидела по блеску его глаз и полуулыбке на губах, что он шутит, а не упрекает ее за дурные манеры.
Она слегка вздернула подбородок.
– Вовсе нет, если известна ужасная репутация графа.
– Значит, вы пробыли в Лондоне достаточно долго, если слышали все сплетни.
– Ну разумеется, далеко не все. Но уже то, что слышала, заставляет меня относиться с настороженностью к вам – и еще кое к кому. Кроме того, мне и самой довелось убедиться в ваших способностях.
– В моих способностях, мисс Блэр? – изобразил он искреннее удивление. – Не совсем понимаю, о каких таких способностях вы говорите.
– О ваших способностях к проказам, сэр.
Граф опять улыбнулся, и улыбка его выражала явное удовольствие. То, что он получал такое удовольствие от ее смущения, должно было бы раздражать Миллисент, однако его поведение вовсе не раздражало ее, и она сама не могла бы объяснить почему. Но сообщать ему об этом она не собиралась.
– Вчера вечером вы вели себя крайне развязно, когда столкнулись со мной в темном коридоре.
– Развязно? Вы так полагаете?
– Разумеется.
– А мне кажется, я вел себя как истинный джентльмен.
Они проходили мимо группы гостей, и Миллисент заметила, что все смотрят на нее. Ее тетушка не одобрила бы такого внимания. Господи, как же это ее угораздило попасться яа глаза одному из «скандальной троицы»? И что ей теперь с этим делать?
Миллисент тихонько вздохнула и переспросила:
– Истинный?
– Да.
– Джентльмен?
– Да.
– Какую ерунду вы говорите, сэр. Погладить меня по руке, передавая карандаш – это, без сомнения, дерзость. Истинный джентльмен никогда себе этого не позволил бы.
Он усмехнулся:
– А я-то думал, что вы не заметили.
– Как же я могла не заметить? Это было так... неожиданно, – сказала она, вспомнив, как по телу ее побежали мурашки от этого легкого прикосновения.
Лорд Данрейвен кивнул какой-то красивой даме и джентльмену в военной форме и только потом ответил Миллисент:
– К тому же мы оба были в перчатках. Вы, очевидно, очень чувствительны, мисс Блэр. Я это запомню.
Лучше бы она язык себе откусила, чем вспомнила об этом случае. Было ясно, что над этим человеком ей не удастся взять верх. Зачем было заводить разговор об этом прикосновении? Да затем, что она не могла о нем забыть. Это было всего лишь мимолетное касание, но Миллисент ощутила его всем телом. Он прав, она очень чувствительна – во всем, что касается его. От одного его присутствия ее сердце бьет тревогу.
– Я ничего не сказала потому, что была уверена: вы прикоснулись ко мне случайно, и мне не хотелось привлекать к этому ваше внимание и тревожить вас этим.
– Уверяю вас, мисс Блэр, чтобы меня встревожить, требуется нечто гораздо большее, чем прикосновение к руке красивой женщины. Было очень мило с вашей стороны подумать о моих чувствах, но нет, мисс Блэр, я коснулся вашей руки вполне сознательно и вовсе не случайно.
Граф улыбнулся своей проницательной улыбкой, и они заняли свое место среди множества других танцующих и стали ждать, когда заиграет оркестр.
– Вы поступили не как джентльмен, сэр.
– Такое случается. Но я-то думал, что вы всю жизнь будете притворяться, будто этого прикосновения не было. Вы меня удивляете, мисс Блэр, а я люблю удивляться.
– Титул повесы вы заслужили, милорд. Вы не только погладили меня по руке, но еще и послали мне воздушный поцелуй. А вот это уже совершенно непристойный поступок.
– А мне он кажется смелым.
– Смелым? Полагаю, вы хотели сказать – дурным, потому что это именно так и называется.
Он засмеялся – тихо и маняще. И снова Миллисенг ощутила странный трепет в груди. Как ни отвратительно было признаться себе, но в этом человеке было нечто неотразимо привлекательное. Как бы Миллисент ни старалась, она не могла по-настоящему на него сердиться. И все-таки, даже помня о том, как она отозвалась на его обаяние и легкое прикосновение, Миллисент не переставала убеждать себя, что перед ней негодяй высшей пробы.
– Вы не только очень красивая леди, мисс Блэр, вы еще и обладаете острым умом. Вот уже много лет меня никто не называл проказником. Это произвело на меня сильное впечатление.
– Я вовсе не хочу делать вам приятное или забавлять вас, милорд. Мне хочется только одного – оставить ваше общество.
Он тихо рассмеялся.
– А скажите, вы мне поверите, если я поведаю вам, что все, что вы слышали обо мне, по большей части неправда?
– Думаю, что в результате ваша честность покажется мне столь же вызывающей подозрение, как и ваша лесть.
Оркестр заиграл, и танец начался. Времени думать у Миллисент не осталось. Она могла только, подчиняясь его ритму и шагу, позволить лорду Данрейвену вести себя через фигуры танца. Когда его рука коснулась ее руки, по спине у Миллисент побежали мурашки, словно на ней вообще не было перчаток.
Граф подхватил разговор там, где они его прервали, и сказал низким голосом соблазнителя:
– В таком случае, мисс Блэр, я не стану утруждать себя, отрицая хотя бы одно слово из всего, что вы слышали обо мне, и вы сможете считать все это правдой. Что вы на это скажете?
– Замечательно, – ответила Миллисент, покоряясь его мастерской манере вести партнершу.
– Вижу, я весьма порадовал вас этим признанием.
– Мне было бы приятней, если бы вы вообще не выразили желания мне представиться. Что-то мне подсказывает – вы каким-то образом знали, что я свободна и смогу принять ваше приглашение на этот танец.
– Как же я мог это знать? Здесь нужно быть чародеем.
– Возможно, вы и есть чародей. Я слышала, что у вас большая власть над молодыми дамами и что они могут из-за вас поставить под угрозу свою репутацию и потерять голову.
– Сплетники преувеличивают мои возможности, мисс Блэр. Мне просто хотелось познакомиться с вами и потанцевать. Я понятия не имел, какие именно танцы у вас свободны.
Миллисент почувствовала легкое пожатие руки, и ее охватила уверенность, что он подчеркнул слово «какие». Но не мог же лорд Данрейвен знать, чем она занималась?
– Я не видел вашей карточки. Вы вполне могли обещать этот танец кому-то еще.
– Да, конечно.
Если она не поостережется, виноватая совесть вынудит ее сказать что-то не то и вызвать у него подозрения. Совершенно ни к чему, чтобы кто-то задавал ей чересчур много вопросов.
– Значит, вы приехали в Лондон только на время сезона? – спросил он, немного помолчав.
– Возможно, я пробуду и немного дольше, но точно пока не знаю.
– А что вы называете своим домом? – спросил он и погладил кончиками пальцев ее ладонь.
– Место, где живет моя мама, – ответила она и непринужденно переменила тему разговора, сказав: – Я не знакома ни с кем из ваших друзей, ни с лордом Чатуином, ни с лордом Дагдейлом.
– Значит ли это, что вы хотите с ними познакомиться?
– Конечно, нет. Я просто поддерживаю разговор.
– Прекрасно. Думаю, что вы отнеслись бы к Файнзу и Эндрю почти так же, как и ко мне.
– Без сомнения.
– Вижу, вы наслушались сплетен обо всех нас.
– Это было нетрудно. Полагаю, вы все трое уже просто обязаны совершать такие поступки, которые вызовут у всех желание говорить о вас, а у репортеров светской хроники – писать о вас.
– Пожалуй, так оно и есть. А как бы вы отреагировали, если бы я сказал вам, что мы думаем исправиться?
– Наверное, уже слишком поздно исправляться. Вред уже нанесен.
Миллисент была на грани полного смятения. Неторопливая прогулка его пальцев по ее руке вызвала у нее безумное желание, чтобы он повторил свое чувственное прикосновение. Она предполагала, что у нее хватит здравого ума, чтобы не поддаться его и в самом деле действенным ухищрениям, однако оказалось, что она крайне чувствительна ко всему, что от него исходит.
Нужно сделать что-то, чтобы сбросить чары, которыми он ее опутывает. Какие бы необычные чувства ни вызывали у нее его прикосновения, нужно помнить, что для него она всего лишь очередная леди, оказавшаяся в его объятиях, и, стало быть, он волен вести себя легкомысленно. Он – повеса из повес.
– Вы гладите по руке каждую даму, с которой танцуете? – спросила Миллисент.
Его синие глаза потемнели.
– Учитывая, сколько вы обо мне слышали, странно, что вы задаете такой вопрос.
– Мне хотелось узнать, скажете ли вы правду или начнете морочить мне голову глупыми заверениями, будто я – первая.
– Вы представляетесь мне достаточно умной для того, чтобы не говорить вам подобных глупостей.
Еще одна фраза, чтобы понравиться ей.
– Благодарю вас.
– Не за что.
– Не будете ли вы так любезны прекратить это? Ваша дерзость кажется мне весьма неуместной.
«Хотя и приятной».
– А я-то считал, что веду себя очень сдержанно, ведь на самом деле мне хочется обнять вас и поцеловать.
От изумления Миллисент ахнула:
– Сэр, вы забываетесь!
– Нет, но временами – вот как сейчас – мне очень этого хочется.
И лорд Данрейвен повернул ее под своей рукой так, чтобы она оказалась лицом к нему, не пропустив такта. Глаза у него довольно блестели, хотя у него достало благоразумия, чтобы улыбка его была не более чем вежливой.
– Вот такое впечатление вы на меня производите, мисс Блэр. Но я переменю тему, чтобы не приводить вас в замешательство. Итак, где же обитает ваша матушка?
Прежде чем ответить, Миллисент глубоко втянула воздух.
– В деревне. Но скажите, если то, что пишут о вас, неправда, что же тогда правда?
– Это довольно широкий вопрос для леди, которая предпочитает давать только самые узкие ответы.
Миллисент посмотрела прямо в его интригующие синие глаза, сверкающие нескрываемым удовольствием. В первый раз после начала танца она не удержалась от мягкой улыбки.
– Уж конечно, милорд, вы не предполагаете, что леди расскажет вам все во время первого же танца.
– Осторожнее, мисс Блэр, вы можете погубить свою репутацию.
Она не испугалась и спросила:
– Это как?
– Похоже, эти слова – первое из всего вами сказанного, что можно счесть за кокетство.
– Стало быть, мне следует быть осторожней. Мне и в голову не приходило кокетничать с вами.
– Боюсь, что «леди слишком пылко возражает».
От удивления Миллисент широко раскрыла глаза. На душе у нее потеплело.
– Вы изучали Шекспира?
– Изучал? Нет, просто кое-что читал.
– Он очень умело обращался со словами.
– Не намек ли это на то, что я могу найти дорогу к вашему сердцу, минуя вашу голову, мисс Блэр?
Миллисент сразу же напряглась. Как он дерзок! И очарователен настолько, что она с легкостью забыла, кто он, и охотно завела с ним приятный разговор.
– Разумеется, нет.
– Мне бы хотелось нанести вам визит завтра утром, мисс Блэр.
– Это будет не очень удобно, лорд Данрейвен.
– Тогда во второй половине дня?
Лорд Данрейвен поднял руку, чтобы она сделала медленный поворот перед окончанием танца, снова ласково погладил пальцы Миллисент, затем отпустил ее руку и поклонился.
Миллисент присела, ощущая слабость в коленях. С ним постоянно нужно быть начеку!
– Прошу меня простить, но во второй половине дня я всегда занята.
Чандлер подал ей руку, и Миллисент грациозно оперлась на нее.
– Я полагаю, что вы отвергаете мои ухаживания, мисс Блэр.
– Именно это я и делаю, сэр.
Они не спеша вернулись туда, где леди Хиткоут ждала Миллисент. Сердце у девушки билось как никогда часто, но это никак не было следствием танца. Сердце ее колотилось из-за прикосновений лорда Данрейвена, совершенно не считаясь со здравым смыслом.
Когда они уже подходили к виконтессе, лорд Данрейвен повернулся к Миллисент и тихо сказал:
– Если умные слова не могут покорить ваше сердце, мисс Блэр, тогда мне придется найти иные способы, которые позволят это сделать.
Проводив, как и полагалось, мисс Блэр к леди Хиткоут, Чандлер смотрел, как они уходят. Когда мисс Блэр отвернулась от него, на лице ее все еще сохранялось изумленное выражение, появившееся там, когда он сказал, что найдет дорогу к ее сердцу. Он и сам был изумлен. С тех пор как в него запустила коготки леди Ламсбет, его никто не интересовал до такой степени.
Он дважды разговаривал с мисс Блэр, но ни разу не услышал, чтобы она хихикала – раздражающая манера, присущая большинству юных леди. Забавно, но похлопывание ресницами и обмахивание веером, прежде не вызывавшие у него досады, теперь казались ему отвратительными. А вот у мисс Блэр вообще не было веера. Чандлер не был уверен, что видел и как она моргает. Она слишком хорошо владеет собой.
Чандлеру нужно было выпить и снова обойти комнаты в поисках того, кто мог бы присутствовать здесь с недобрыми мыслями.
Мисс Блэр определенно была самой интригующей из здешних дебютанток. Пожалуй, он напрасно так быстро выказал ей свой интерес. Чандлер рано научился не показывать своей заинтересованности молодым дамам, даже если испытывал таковую. Но сегодня он почувствовал, что ему нестерпимо хочется отыскать путь к сердцу мисс Блэр. Никогда еще Чандлер не говорил никому ничего подобного. О чем он только думает? Более глупо он не мог бы выглядеть, даже если бы был мальчишкой, бросающим первый взгляд на платную любовницу.
Проклятие! Хватит думать о мисс Блэр. Ему нужно ловить вора. Сейчас он должен наблюдать за дверьми, бродить по комнатам и внимательно изучать толпу, иначе он никогда не найдет того, кого ищет.
Чандлер остановился поболтать с герцогом Грембруком и осведомиться о его дочери леди Линетт, но взгляд его постоянно озирал комнату в поисках того, кто казался бы здесь чужаком. Он поговорил с сэром Чарлзом Райтом, проходя мимо него; кивнул и улыбнулся группе дам и прервал излияния некоего джентльмена, который когда-то пытался вызвать его на дуэль в результате какого-то недоразумения.
Медленно обойдя каждую комнату по два раза, Чандлер отметил, что все мужчины выглядят одинаково. И если можно было подозревать кого-то одного, то и всех остальных тоже. К тому же он понял, что знает почти всех по имени и не может никого из них считать грабителем. Но тут же Чандлер возразил себе: ведь если бы вор выглядел среди светских людей как грабитель, его бы уже давно поймали.
– Данрейвен, одну минуту!
Чандлер мысленно выругался и продолжал идти, не останавливаясь и не замедляя шага. Он не был готов к еще одному разговору с Эндрю. Может, ему повезет и кто-нибудь перехватит его друга, прежде чем он настигнет Чандлера.
Но вскоре Эндрю поравнялся с ним.
– Данрейвен, хорошо, что я тебя нашел. Я видел, как ты с ней танцевал. Ну и как?
Чандлер пропустил мимо ушей вопрос Эндрю, улыбаясь, обернулся к нему и слегка похлопал по плечу:
– Ты нашел меня как раз вовремя. Я собираюсь чего-нибудь глотнуть. Хочешь присоединиться?
– Да, но давай уйдем отсюда и поедем в «Уайтс». Сейчас самое время для пары партий в вист.
– Не могу, старина.
– Почему? Она же ушла. Я видел.
Его отношения с мисс Блэр были запретной темой. И Чандлер спросил:
– Кто она?
– Действительно, кто? – нетерпеливо фыркнул Эндрю. – Мисс Блэр, разумеется. Или мы не проболтали недавно битых полчаса о ней?
– Значит, ты тогда уже знал, как ее зовут?
Эндрю пожал плечами и ухмыльнулся.
– Ну конечно, знал. Но мне хотелось выяснить, достаточно ли ты ею интересуешься, чтобы узнать это самому. Увидев, как ты с ней танцуешь, я получил ответ на свой вопрос.
– А я видел, как ты танцевал с мисс Пеннингтон. Надеюсь, она оправдала твои ожидания?
– Я еще не разобрался в этом. Она кажется ужасно молодой и глупой.
– А может, это ты стареешь?
– Что за дурацкая мысль! Но в этом сезоне все девицы мне кажутся такими. – И он с отвращением потряс головой. – Стареть – это ужасно, правда? Ну давай же поедем в клуб, выпьем и поболтаем.
– Мне скоро танцевать с мисс Бардуэлл.
– Неужели? – Эндрю с подозрением посмотрел на друга. – А когда мы говорили о ней, вид у тебя был совершенно незаинтересованный.
– Да так оно и есть, ни малейшего интереса. Однако пришлось пригласить ее, чтобы не поступить невежливо, так уж получилось. – Чандлер подумал, что в поведении девушки явно чувствуется школа ее матери, и добавил: – К несчастью, мне также пришлось пригласить мисс Доналдсон, так что я пробуду здесь дольше, чем намеревался.
– Они, похоже, загнали тебя в угол.
– Это еще мягко сказано.
– Эти многообещающие особы с каждым днем становятся все смелее. А помнишь, какими робкими девочками они были всего несколько лет назад?
– Помню. А разве не ты недавно называл те годы «добрым старым временем»?
Эндрю рассмеялся.
– Я, наверное, неплохо выпил тогда.
– Думаю, мы оба выпили неплохо.
– Но мы ведь исправляемся, верно?
– Там будет видно, – ответил Чандлер со всей искренностью, на которую был способен, учитывая, что он больше не был намерен делиться с друзьями каждой своей мыслью.
– Так скажи же, мисс Блэр оправдала твои ожидания?
«О да», – подумал Чандлер, но от прямого ответа уклонился и сказал:
– Я чувствую, что сегодня меня больше интересует поимка вора, чем внимание хорошенькой дамы.
– Хмм, видимо, это означает, что она оказалась ничем не примечательной.
«Нет, совсем наоборот», – подумал Чандлер и двинулся дальше сквозь толпу гостей.
Если бы он раньше поразмышлял над этим, то понял бы, что в жизни мужчины обязательно наступает момент, когда он становится самостоятельным человеком, а не частью какой-либо троицы.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Капелька скандала - Грей Амелия



Нудно!не увлекает!диалоги вытянуты за уши!из пустого в порожнее!
Капелька скандала - Грей АмелияТата
7.07.2011, 13.17








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100