Читать онлайн Моя долгожданная любовь, автора - Грегори Джил, Раздел - Глава 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Моя долгожданная любовь - Грегори Джил бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.04 (Голосов: 113)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Моя долгожданная любовь - Грегори Джил - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Моя долгожданная любовь - Грегори Джил - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грегори Джил

Моя долгожданная любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 17



Успев жадно проглотить кусок говядины и яичницу из четырех яиц до того, как женщина по имени Катарина Честер поставила на стол кофейник, Вилли Джо откинулся на спинку стула, заложив руки в карманы изношенных хлопчатобумажных брюк. Он с вожделением посмотрел на молодую женщину, которая вновь наполнила его пустую чашку и поставила перед ним на грубо сколоченный из сосновых досок стол выщербленный чайник. Он пристально наблюдал, как она движется по кухне, готовя завтрак для его брата. Фрэнк еще не спустился вниз. Вилли Джо облизнулся, радуясь, что имеет возможность хотя бы недолго побыть наедине с Брайони Логан.
— Ты приготовила отменный завтрак, радость моя, — объявил он своим грубым голосом, который превращал любое его замечание в насмешку. — Эта дыра стала намного больше походить на дом теперь, когда ты здесь и можешь малость почистить ее и украсить.
Его маленькие грязно-карие глаза удовлетворенно блестели, когда он любовался ее хрупкой, но гибкой фигуркой, облаченной в бледно-сиреневое платье из мягкого муслина. Платье было отделано белыми кружевами на рукавах, под горлом и на поясе, который на спине был завязан в бант. Платье подчеркивало ее изящную фигуру и полные груди, и это вызывало у Вилли Джо прилив плотоядного желания. К его неудовольствию, она ничего не ответила на его замечание и продолжала стоять к нему спиной, работая у плиты. Он поднялся со стула и, крадучись, как кот, подошел к ней на цыпочках сзади. Тонкие, узловатые руки внезапно обхватили ее шею и крепко прижали к его корпусу. Она ощутила на ухе его горячее, прерывистое дыхание.
— Да-с, ты и впрямь хороша собой! — хмыкнул он.
Она попыталась оттолкнуть его, но он не сдавался.
— Пусти меня! — выдохнула Брайони с отвращением, пытаясь вырваться из его рук. Она ощутила на коже под мочкой уха его влажный рот и содрогнулась. — Не прикасайся ко мне, Вилли Джо! Я сказала, не прикасайся!
Она изо всех сил ударила его каблуком туфли.
Он охнул и отпустил ее, отступив назад, и Брайони развернулась лицом к нему.
— Ты… жалкая жаба! — крикнула она. Грудь ее вздымалась от волнения. Пряди волос эбенового цвета развевались вокруг ее вспыхнувшего лица. — Не смей… никогда не смей касаться меня!
— А ты посмей только еще раз лягнуть меня! — бросившись к ней, рявкнул Вилли Джо. Он схватил ее за запястья и сжал их так, что она застонала от боли. — Я научу тебя вести себя подобающим образом, девушка, во что бы то ни стало!
Он неистово тряхнул ее и заставил попятиться, в результате чего она оказалась в опасной близости от горячей плиты, на которой яичница и масло в сковороде превращались в сгоревшую бурую массу. Его глаза загорелись безумным огнем, а губы под черными тонкими усиками скривились в жестоком нетерпении. В страхе Брайони вскрикнула.
— Что происходит, Вилли Джо? — раздался грудной голос Фрэнка, и Вилли Джо, замерев, отпустил руки Брайони.
— Ничего, Фрэнк, абсолютно ничего. Просто мы с Катариной потолковали немного.
Брайони вся дрожала. Она подняла все еще темные от страха глаза на Фрэнка.
— С тобой все в порядке? — Это было сказано таким тоном, что нужно было ответить.
Вилли Джо зорко смотрел на нее, стоя так близко, что ее волосы шелестели от его дыхания.
Она кивнула, онемев и закостенев перед их взглядами.
— Хорошо. А теперь вот что. Я не хочу больше никаких конфликтов между вами. Вилли Джо, прекрати приставать к Катарине. У нее и без того полно дел, чтобы еще выслушивать твой треп. А ты, Катарина, — Фрэнк тяжелой лапищей сжал ее плечо, — радость моя, не обращай на него никакого внимания. Он просто обыкновенный малый, и ему тоже нужно найти себе женщину, которая будет принадлежать только ему.
— Я скажу тебе, что мне нужно, — заговорил Вилли Джо, резко повернувшись к брату, но Фрэнк обрезал его.
— Тебе нужно сию минуту пойти к Бену Форресте-ру, — посоветовал он. — Я встречусь там с тобой и остальными, как только поем и воспользуюсь случаем поболтать с моей дорогой женушкой в это славное осеннее утро. А теперь отправляйся, Вилли Джо, пока у меня не истощилось терпение!
Когда младший Честер удалился, Брайони перевела дыхание. Она подошла к плите и начала соскребать сгоревшую яичницу со дна сковороды.
Фрэнк сидел за столом и подливал себе кофе в кружку, наблюдая за ее работой. Уже почти четыре недели они находились дома в Калифорнии, и она еще полностью не оправилась после утомительного путешествия через пустыню. У них ушло два месяца, чтобы пересечь Техас, Аризону и Нью-Мехико в знойную жару, проводя в седлах, подобно индейцам, по десять часов в день. Трижды она падала в обморок от жары и жажды, и иногда ему приходилось просто снимать ее с пони. Но она ни разу не пожаловалась. Она лишь подчинялась его приказаниям и принимала из его рук то, что он выдавал. Но он понимал, что это было для нее сущим адом. И в душе молча восхищался ее мужеством и упорством. О да, она, конечно, отощала, отощала больше, чем когда они натолкнулись на нее у лагеря шайенов, и выглядела слабенькой, как молочный ягненок. И все-таки в ней была какая-то сила, нежелание сдаваться перед лицом невзгод, и Фрэнк должен был признаться, что это ему в ней было по душе.
В это утро она выглядит очень даже ничего себе, размышлял он про себя, пока она готовила ему яичницу и говядину. Почти такой же симпатичной, как ночью, когда лежала под ним на большой двуспальной кровати. Вспомнив об этом, он ухмыльнулся. Как жаль, что у него не хватило для этого времени еще и утром. Он бы рад был отнести ее наверх в постель прямо сейчас. Но Бен Форрестер и другие будут ждать его.
У Бена был план ограбить банк в Санта-Барбаре, и Фрэнку хотелось принять участие. Это означало бы быстрые и легкие деньги, причем с небольшим риском. Нет, ни в коем случае нельзя упускать такой шанс. С сожалением он выбросил из головы похотливые мысли и сосредоточился на завтраке. Он набросился на стоявшее перед ним блюдо с таким же азартом, с каким набросился бы на свою «жену», будь на то лишняя минутка.
Пока Фрэнк поглощал еду, Брайони стояла у окна и смотрела на открывавшийся из него вид. Был последний день сентября, и пригород Сан-Диего купался в золотистых солнечных лучах. Белый домик, принадлежавший Фрэнку и Вилли Джо, ютился в чудесной зеленой долине, где под дуновением морского бриза покачивали головками оранжево-золотистые маки, а склоны холмов были просто усеяны изящными фиалками и люпином с розовыми цветками. Но она не замечала ни великолепного вида, ни заросших чапарелью гор, ни густых сосновых рощ, ни цветущих склонов холмов, ни щебетания и пения воробьев и желтоклювых сорок, сидевших на ветках высоких дубов. Она вновь переживала тот момент, когда Вилли Джо ухватил ее сзади, прижался губами к коже ее шеи и безжалостно, целеустремленна подталкивал ее к горячей плите. Ее пальцы закручивали тонкий муслин юбки, сминая его по мере того, как росло ее отчаяние. Внезапно она обернулась к Фрэнку.
— Я… я боюсь Вилли Джо! — обронила она.
Фрэнк поднял глаза от стола с едой.
— Он пугает меня, — поспешила она, прежде чем он успел оборвать ее. — Фрэнк, я хочу, чтобы ты пообещал мне, что не оставишь меня наедине с ним. Никогда. Не знаю, что может случиться, если у него будет шанс на…
— Послушай, Катарина… — Фрэнк поставил на стол кружку и отодвинул стул. Он подошел к ней и положил мясистые лапы на ее плечи. — Успокойся, радость моя. Вилли Джо не обидит тебя. Он чуток распущен и малость грубоват, это так, в особенности для такой симпатичной молодой женщины, как ты, со всеми твоими благородными манерами, но он не тронет и волоска на твоей голове.
Его улыбка была снисходительной, отеческой, как если бы он увещевал балованное дитя.
Брайони внимательно посмотрела на него.
— А как же отнестись к тому, что произошло несколько минут назад? — дрожащим голосом настаивала она. — Он… он схватил меня, Фрэнк. Он… целовал меня.
На ее маленьком, милом лице появилась гримаеа отвращения.
— Я знаю, он твой брат и тебе неприятно, когда о нем плохо говорят, но он… волочится за мной, я уверена в этом. И одновременно, мне кажется, он ненавидит меня. Если бы ты тогда не вошел, он бы…
— Но ведь я вошел, верно? И я высказался в его адрес. — Своей рукой размером в медвежью лапу Фрэнк коснулся ее волос и погладил их шелковистые прядки. — Ты ведь знаешь, я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Катарина. Так что не забивай свою славную головку понапрасну мыслями о Вилли Джо.
— Но…
— Я сказал, можешь не волноваться! — рявкнул Фрэнк, и она инстинктивно съежилась.
При виде испуганного выражения на ее лице, у Фрэнка Честера что-то екнуло в душе.
— Слушай, радость моя, мне жаль, что ты испугалась в это утро, — сказал он более мягким тоном, что удивило его самого едва ли не больше, чем ее. — Я хочу, чтобы ты ничего не боялась. Я позабочусь о тебе. И я поговорю с Вилли Джо, чтобы он впредь держался от тебя подальше. Идет?
Она кивнула. Фрэнк притянул ее к себе, чтобы поцеловать. Как и всегда, она подчинилась, но не более того. В ее губах не было ответной теплоты, не было жадности, и ее дрожь, когда он держал ее в объятиях, была обусловлена не страстью, а отчаянием. Фрэнк с трудом сдержал приступ негодования. Хоть бы разок она отреагировала так, как если бы любила его. Эта мысль была для него шоком. Он отпустил ее, быстро повернулся и зашагал к выходу.
— А теперь расслабься, — проговорил он, снимая с крюка свою мягкую войлочную шляпу и пропуская резинку от нее через голову. — Я вернусь к ужину, и… Вилли Джо будет со мной целый день.
— Ты поговоришь с ним сегодня? — В ее глазах все еще был страх.
Фрэнк кивнул:
— Как только доберусь до Форрестера.
Уходя, он в последний раз взглянул на ее заострившееся, обеспокоенное лицо. Да, он поговорит с Вилли Джо! Он заставит своего младшего братца держаться подальше от своей жены! Своей жены? На смуглом лице Фрэнка Честера выступил румянец, когда он направился в конюшню за лошадью. Неужели он сходит с ума? В последнее время были моменты — причем таких моментов было немало, — когда он забывал о том, что все это было чистейшей воды надувательством, что черноволосая, зеленоглазая красавица, которую он провез через горы и пустыню, была вовсе не его женой, а Джима Логана. Иногда она пробуждала в нем такие чувства, которые были совсем не свойствены ему. Он не был уверен, что понимает то, что происходит в его душе. И, дьявольщина, ему это отнюдь не нравилось.
«Кончай воспринимать это так серьезно, — говорил он себе, седлая своего чалого. — Девушка — это только средство для того, чтобы отомстить Логану. Она просто орудие. И лучше подготовиться к тому, чтобы передать ее поскорее Вилли Джо, так как тому уже надоело ждать своей очереди».
Но мысль о том, чтобы отказаться от собственных претензий на женщину Джима Логана, вызывала в нем волну сожалений. Это было все равно, как иметь выигранную взятку при игре в покер и быть вынужденным бросить карты.
Выводя чалого из сарая, он бросил удрученный взгляд на черного жеребца, которого они забрали у индейцев вместе с их пони. Этот жеребец вставал на дыбы и лягался, как безумный, когда Фрэнк или Вилли пытались оседлать его. Был момент, когда Вилли Джо был близок к тому, чтобы застрелить проклятое животное. Но Фрэнк остановил его, зная цену, которую можно получить за хорошего коня. Они всегда могли выгодно его продать. Но так или иначе Фрэнк был полон решимости в ближайшие дни приручить жеребца. Так же, как он приручил жену Джима Логана. Сладость этой мести стрелку, убившему их младшего брата, давала ему колоссальное удовлетворение, и он решил лучше поразмышлять об этом, вместо того чтобы думать о хрупкой красоте Брайони и ее потрясающем обаянии. Подумав о том, в какой ярости был бы Джим Логан, если б узнал правду, Фрэнк опять пришел в хорошее настроение и ухмыльнулся про себя, оседлав чалого и пустив его в галоп на восток, по направлению к кирпичному дому Бена Форрестера.
Брайони закончила прибирать кухню в безотрадной тишине. Самой ей вовсе не хотелось завтракать, и она бездумно бродила взад и вперед по кухне, убирая на место тарелки и блюдца и вытирая старый сосновый стол мокрой тряпкой.
Двухмесячная поездка до Калифорнии сказалась на ней. Ее физические и духовные силы были на исходе. Но в основе лежали не только тяготы путешествия через знойную бескрайнюю пустыню по выматывающей летней жаре. Ее память все еще не вернулась, и она чувствовала себя еще более одинокой и подавленной, чем когда-либо. Ей казалось, что она просто тень человека, ходячий скелет, не имеющий души. У нее не было прошлого, не было глубоких связей с чем-либо или кем-либо. Насколько она могла представить, будущее не сулило ей никаких радостей.
Когда она думала о том, что едет «домой», девушка надеялась, что обретет какое-то чувство умиротворения. Но «дом» оказался жалким домишкой с разбитыми ступеньками крыльца, исцарапанным, грязным глинобитным фасадом, старой, некрашеной мебелью и пыльными полами. Последние четыре недели она занималась мойкой, чисткой, выскребыванием грязи и покраской, пока покосившийся домик не засиял, как изумрудно-голубое море, волны которого набегали на берег, видневшийся вдали. Она заполнила домик ароматами кухни и свежесорванных цветов. Она пошила хорошенькие новые занавески для окон и яркие новые чехлы для скрипучей старой софы и единственного приличного стула с мягким сиденьем. Она систематически и энергично стирала всю одежду и сушила ее на открытом воздухе во дворе, так что даже грязная одежда Вилли Джо отстиралась. Она даже разбила сад позади дома. И все-таки… все-таки она не испытывала удовлетворения. Девушка никогда не испытывала чувства комфорта с Фрэнком и Вилли Джо; наиболее непринужденно она чувствовала себя днем, когда была одна.
Хуже всего было по ночам. Она ненавидела тот момент, когда Фрэнк закрывал дверь их спальни и подходил к ней с распростертыми объятиями. Она понимала, что должна что-то чувствовать по отношению к нему, какие-то эмоции, которые жена должна испытывать к своему мужу, но что-то в ее душе умерло, было как бы захоронено в непроницаемом склепе, и, как она ни старалась, ей не удавалось оживить это чувство или освободить его из заточения.
Убравшись на кухне, она бесцельно бродила по дому. Даже после всех этих недель уборки и чистки оставалась масса работы, но в это утро у нее не было для этого сил. Долгое путешествие и затрата энергии на превращение их жилища в нечто пригодное для обитания изнурили ее. Когда она прошла в маленькую гостиную, ее взгляд упал на окошко, и через мягкие голубые занавески, так аккуратно пошитые ею, она наконец заметила потрясающую красоту этого утра.
Золотые солнечные лучи освещали далекие горы и как бы набрасывали великолепную вуаль на их высоченные вершины. По контрасту с радующей глаз голубизной неба изумрудно-зеленая долина выделялась тем, что ярко искрилась. Оранжевые головки маков пламенели на склонах холмов, подобно огненным искоркам. Отовсюду доносился птичий гомон. Вдалеке на склоне горы Брайони удалось разглядеть пару коричнево-желтых ланей, замерших на месте и напоминавших скульптурную группу. Она затаила дыхание, но уже в следующую минуту лани исчезли под тенистой завесой дубов. Ветерок, доносившийся со стороны залива, кружил голову своим солоноватым дыханием. Фиалки на лугу трепетали и качали головками, как тысячи бабочек, машущих крыльями, приманивая ее пробежать, пролететь через этот чудесный цветистый ковер. А туда дальше, за всем этим великолепием чапарели, сосен, величественных гор и аромата полевых цветов сияло море. Оно ждало за холмами, маня и призывая; его голубые волны набегали на белые скалистые берега, напевая невероятно соблазнительную призывную песню.
Внезапно она почувствовала быстро нарастающий прилив энергии. Этому невозможно было противостоять, как нельзя противостоять потребности дышать. Она сбежит на некоторое время из этого дома и от проблем, возникших по милости Вилли Джо. Прогуляется по склонам холмов и найдет укромное местечко, чтобы полюбоваться видом на море. Подышит соленым, бодрящим океанским воздухом и посмотрит, как корабли заходят в залив Сан-Диего. Эта перспектива взволновала ее, и она ринулась через парадную дверь, как девушка, бегущая навстречу своему возлюбленному. Ее душа ликовала от счастливого нетерпения, когда Брайони оставила позади глинобитный домишко и двинулась быстрой, грациозной походкой в сторону моря.


Пекос нес Джима Логана вверх по крутому ущелью. Плечо стрелка отдавало тупой болью. Стычка в Мексике оказалась более короткой и более кровавой, чем он ожидал; ее итогом были восемь убитых и трое тяжело раненных. Джиму повезло: у него было лишь скользящее ранение в плечо — болезненное, но не повредившее ни мышц, ни костей.
Томас Рамонес пришел в восторг от победоносного завершения операции и выразил безмерную благодарность другу, который приехал в тот момент, когда ситуация казалась безвыходной, сумел решительно переломить ее и добиться победы. Томас упрашивал Джима остаться погостить на огромной прекрасной асиенде столько времени, сколько его душа пожелает, — по крайней мере, пока не заживет раненое плечо, но его друг лишь ухмыльнулся и отрицательно покачал головой, испытывая безотчетное нетерпение поскорее тронуться в путь. Поэтому, отдохнув всего лишь сутки после тяжелой стычки с бандитами, он оставил гостеприимного хозяина и уехал из Мексики. И теперь, взбираясь по ущелью, выходящему из каньона приблизительно в пятнадцати милях от мексиканской границы, Джим почти не обращал внимания на ноющее плечо.
Добравшись до гребня, он остановил Пекоса, чтобы оглядеться, прищурив глаза от ослепительно сиявшего сентябрьского солнца. Он еще не определился с маршрутом. Можно было повернуть на Сан-Франциско либо продолжать путь прямо вдоль берега на Орегон. Беспокойство несло его, как мощное речное течение, и он понял, что не остановится, пока не доберется до истоков этой реки или пока не сдастся на милость течения.
Его слух уловил невдалеке отчетливый и, как всегда, заманчивый шелест прибоя. Под влиянием какого-то импульса и отчасти привлеченный резким запахом соленых вод Тихого океана, ударившим в его ноздри своей свежестью, он круто повернул жеребца к западному побережью. Под ослепительно сияющим солнцем Джим галопом помчался через холмы, покрытые ковром полевых цветов. Дувший с залива морской бриз освежал его разгоряченное лицо.
Когда он оказался на самом высоком холме, от открывшегося перед ним вида у него перехватило дыхание. Внизу и сразу же за широким изумрудно-зеленым холмом, где в солнечных бликах под ветром танцевали фиалки и розовоцветные головки мяты, показалось море. Оно было темно-синего цвета, и его волны, в полосе прибоя переходившие в серебристую пену, катились из безбрежных просторов океана и разбивались о скалы и валуны залива Сан-Диего. Движение волн представляло собой нечто вечное или это так казалось человеческому глазу — огромная синяя водная масса несравненной мощи и красоты, движущаяся к суше, чтобы удариться о скалистые обрывы залива.
Очарованный этим зрелищем, Джим упивался видом изумительных синих вод, казавшихся неподвижными на фоне сапфирового небосклона, и его взгляд радостно обратился к маленькой бухточке внизу, где волны белыми барашками набегали на берег. Затем в поле его зрения попала фигурка, притулившаяся далеко внизу на изумрудно-зеленом холме. Возбужденный величием и очарованием океана, поначалу он не заметил эту маленькую фигурку, расположившуюся среди цветов, в бледно-лиловой юбке, складки которой изящно прикрывали мягкую зеленую траву. Теперь же, когда он вгляделся в нее, сердце его сжалось.
Это была женщина, молодая женщина хрупкого сложения и изящной осанки, любовавшаяся видом на океан. Ее волосы, черные, как смоль, волнами ниспадали вдоль спины. Во всем ее облике сквозила какая-то обреченность. Она сидела на буйно заросшем зеленью склоне холма, обратив лицо к заливу. Ее юбка слегка колыхалась под дуновением бриза, а руки неподвижно лежали на коленях. Все ее внимание, все ее существо было сосредоточено на набегавших синих волнах прибоя, и она не имела ни малейшего представления о том, какую чудесную, какую элегантную картину являет на фоне солнца, гор и неба. Но не только ее красота заставила Джима задержать на ней взгляд и до боли в висках забиться его сердце. Он наклонился вперед к шее лошади, и внезапно у него вспотели ладони, и все тело напряглось, как струна. Он пристально вглядывался в нее. С такого расстояния было трудно не ошибиться, нельзя было сказать наверняка, но…
— Брайони!
Его радостный крик эхом отозвался на вершинах холмов, взорвав безмятежную тишину утра. Одновременно с восклицанием он пришпорил Пекоса и сломя голову поскакал вниз.
Женщина на холме внизу, услышав крик, обернулась, а когда увидела всадника, несущегося к ней галопом по бархатистой траве, вскочила на ноги и с выражением безграничного удивления на тонко очерченном лице смотрела на него. Джим снова громко крикнул:
— Брайони!
Его сердце от радости выбивало барабанную дробь; он еще не мог поверить в чудо, его изумление было под стать лишь безумному приливу любви, горячей волной растекавшемуся по всему телу.
Но, когда он достиг подножия холма, на котором она сидела, и начал подъем, женщина повернулась и бросилась бежать в противоположном направлении. Ее эбенового цвета волосы развевались на ветру и колыхались вокруг плеч. Придерживая юбки, она мчалась по дальнему склону холма к морю.
— Брайони, подожди! Это я! — в безумном отчаянии кричал Джим, погоняя Пекоса, который и так уже несся с опасной для такой крутизны скоростью.
Но прелестная, хрупкая девушка в бледно-сиреневом платье исчезла, как призрачное видение, посещающее людей во сне и исчезающее при безжалостном свете дня.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Моя долгожданная любовь - Грегори Джил



читала роман с удовольствием до момента похищения индейцами вот пошла муть.а мог быть отличным романом.хотя кому как.
Моя долгожданная любовь - Грегори Джилинна
16.01.2013, 19.04





Это продолжение романа Непокорное сердце.
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилСвет лана
4.02.2013, 16.00





читала роман давно сначала дух захватывала до того сильные были ощущения до сих пор пока она не стала спать с другим и не потеряла память извините дальше муть 4 да роман
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилНастя
14.07.2013, 8.41





Роман динамичный, захватывающий. Да просто супер. Советую.
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилЕва
19.10.2014, 23.36





Мне понравились обе книги,а особенно вторая!
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилНаталья 66
19.04.2015, 1.30





ох и муть, никакого сравнения с Холодная ночь, пылкий любовник, даже на 3 не вытягивает, хотя я знала когда то женщину, очень похожую на Браиони, такую же бесбашенную. не тратьте время
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилTatiana
29.01.2016, 5.01





Обычный женский роман, нормальный, с разнообразным сюжетом. Героиня напоминала мне безголовую курицу, которая носилась на своём жеребце между городом и ранчо и находила на свою задницу приключений: то ребёнка потеряла, то к индейцам попала... Какая такая была срочная необходимость? То беременной, то в буран. Срочно посетить магазин, срочно проверить мужа в салуне... И это в местности, где и бандиты шныряют типа Честеров, и индейцы опять же. Разве нормальная женщина будет ездить там одна? К героине -крайний негатив. Из-за её поступков случился и выкидыш, и разлука, и индейцы погибли ни за что. Хорошо, что разлука была не слишком долгой, а если бы прошли годы? А если бы муж совершенно случайно не увидел её на берегу? Страшно сказать, так и жила бы с Честерами. Впрочем: дама искала приключений- дама их нашла.
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилМарина
9.09.2016, 19.57





Обычный женский роман, нормальный, с разнообразным сюжетом. Героиня напоминала мне безголовую курицу, которая носилась на своём жеребце между городом и ранчо и находила на свою задницу приключений: то ребёнка потеряла, то к индейцам попала... Какая такая была срочная необходимость? То беременной, то в буран. Срочно посетить магазин, срочно проверить мужа в салуне... И это в местности, где и бандиты шныряют типа Честеров, и индейцы опять же. Разве нормальная женщина будет ездить там одна? К героине -крайний негатив. Из-за её поступков случился и выкидыш, и разлука, и индейцы погибли ни за что. Хорошо, что разлука была не слишком долгой, а если бы прошли годы? А если бы муж совершенно случайно не увидел её на берегу? Страшно сказать, так и жила бы с Честерами. Впрочем: дама искала приключений- дама их нашла.
Моя долгожданная любовь - Грегори ДжилМарина
9.09.2016, 19.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100