Читать онлайн Маргаритки на ветру, автора - Грегори Джил, Раздел - Глава 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Маргаритки на ветру - Грегори Джил бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.98 (Голосов: 46)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Маргаритки на ветру - Грегори Джил - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Маргаритки на ветру - Грегори Джил - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грегори Джил

Маргаритки на ветру

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 4

На кухонном столе стоял керосиновый фонарь. Слава Богу, она не забыла купить вместе со свечами еще и спички. Пошарив в темноте по пакетам, Ребекка зажгла фонарь и в уютном янтарном свете, наполнившем комнату, сразу почувствовала себя бодрее. Все-таки даже самый тусклый свет – мощное оружие против тьмы за окном, а толстые бревенчатые стены внушают чувство безопасности, за ними как в крепости. Взяв со стола фонарь, Ребекка начала обход своего нового дома.
Внутри он выглядел не лучше, чем снаружи, но и не многим хуже, чем она ожидала увидеть.
Четырехдюймовый слой пыли лежал на полу, грубом деревянном столе, на полках, подоконниках, на продавленном диванчике со спинкой в виде верблюда, который, собственно, был единственной порядочной мебелью в доме. Во всех комнатах стоял запах плесени. Должно быть, помещение годами не проветривалось.
Ребекка медленно шла по своему новому жилищу, внимательно осматривая владения и стараясь не пугаться того, что предстояло здесь сделать. На окнах висели грязные, пожелтевшие от времени занавески, в кухне, кроме прочего, стояли деревянная скамья, изрезанная, покрытая царапинами, и колченогие табуретки. Ребекка вздохнула с облегчением, увидев в углу чугунную печь. Хотя она была старая, с отбитыми углами, но выглядела очень уютно, так же как широкий камин и дымоход, при виде которых у Ребекки потеплело на душе. Кажется, Амос Пистоун вел спартанскую жизнь, поскольку в смысле красоты и удобства дому не хватало многого. Зато, как с радостью обнаружила Ребекка, от прежнего хозяина осталась необходимая кухонная утварь: чугунные горшки, кастрюли, сковородки, кофейник, тарелки, ложки, вилки, ножи, которые в ожидании своего часа пылились на полках. Обследуя кухню, Ребекка набрела на кладовую, где обнаружила желтый непромокаемый плащ, лежащий аккуратно сложенным в ящике вместе с ведром, коробкой спичек и веревкой. Это, конечно, не мешок с драгоценностями, но все же очень полезная находка.
Ребекка осторожно прошла в спальню, почти такую же большую, как и гостиная, с таким же убогим и скудным убранством, только на полу здесь лежал ковер из красных и синих лоскутов. Здесь стояла большая железная кровать с соломенным матрасом и пуховым стеганым одеялом, по-видимому, когда-то имевшим синий цвет. Наискосок от кровати располагался деревянный комод, на котором стояли еще один керосиновый фонарь, пара медных подсвечников, потрескавшийся эмалированный кувшин и ваза.
– Добро пожаловать домой, мисс Ролингс, – сказала она, и стены, казалось, насмешливо повторили ее слова.
Ребекка с мрачной решимостью закатала рукава.
Несколько часов спустя она наконец решила, что дом готов для ночлега, и усталая, но с чувством необычайного удовлетворения окинула взором дело своих рук. Полы были теперь выскоблены, то же самое проделано с потолками. Сильный запах щелочного мыла и уксуса наполнил комнаты, а из открытых настежь окон лился свежий ночной воздух.
Ну вот, уже лучше. Работы здесь еще невпроворот, дом оставался почти таким же диким и необжитым, но Ребекка велела себе не очень привередничать. Ей доводилось спать и в более жутких условиях, когда Бэр со своей бандой разбивал лагерь под проливным дождем и единственным укрытием им служила листва на деревьях. В открытом поле они пережидали снежную бурю, неделями прятались в заброшенных каменоломнях или сырых пещерах. Они ночевали в самых дешевых гостиницах, кишащих блохами, ютились вместе с крысами в полусгоревших заброшенных лачугах вдвое меньше и вдвое грязнее ее нового дома, жили в пропахших табачным дымом комнатушках салунов и борделей.
«По крайней мере этот дом – мой», – подумала Ребекка, поставив ведро у печи и удовлетворенно оглядывая вычищенную кухню. Чтобы навести здесь идеальную чистоту, придется приложить еще немалые усилия. Необходимо поменять чехлы на мебели, положить на диван несколько вышитых подушек; ее картины сразу оживят стены, новые занавески на окнах – лучше всего кружевные, – пожалуй, тоже не повредят. Тогда лишь останется добавить несколько чисто женских штрихов: две-три фарфоровые безделушки, кофейный столик с вязаной салфеткой, полевые цветы в вазе… И конечно, книги.
Ребекка была полна радужных фантазий и планов. О, этот дом станет ее маленьким раем! Разве может сравниться с собственным домом та келья в школе мисс Райт, которую она делила еще с двумя учительницами? Она передернула плечами, вспомнив навевающие тоску зеленые стены, темные занавески, жесткие узкие койки, застеленные безобразными покрывалами бурого цвета.
Как она мечтала вырваться оттуда и жить в собственном доме! Когда примерно через месяц после ужасного известия о смерти Бэра к ней в школу приехал стряпчий, Ребекка с изумлением узнала, насколько основательно позаботился отец о будущем дочери, оставив ее полностью обеспеченной, о чем свидетельствовали счета в банках Денвера и Таксона. Часть капитала составляли даже акции железнодорожной компании, и вместе с прочим к ней отошло ранчо в Паудер-Крике.
Ребекка стала очень богатой, как торжественно сообщил ей поверенный, словно ждал, что девушка упадет в обморок от счастья. Но та выслушала новость в суровом молчании. Несмотря на то что отец желал ей добра, она не могла оставить себе деньги Бэра, ибо его богатство носило на себе печать скверны. Закрыв счета, продав акции, она пожертвовала все деньги Бостонскому обществу бедных вдов и сирот, как того требовала ее совесть. Но ранчо она сохранила, поскольку во время одного из своих посещений Бэр рассказывал, что оно было честно выиграно в покер.
Следовательно, ранчо добыто не скверным путем, Бэр не крал его, не завладел им обманом, и нет нужды терзаться угрызениями совести. Она может здесь жить. Мечта о том, чтобы покинуть школу мисс Райт и иметь собственный дом, начинала сбываться.
Осматриваясь по сторонам, усталая, но довольная результатами своего труда, Ребекка гордилась собой. Прошло совсем немного времени, а дом стал уже по-настоящему ее собственностью, она владела им не только на бумаге – она вложила в него частичку себя. Она не побоялась выйти в прохладный ночной мрак, чтобы принести воды из ручья. Мышцы у нее болели от долгого ползания по полу на четвереньках, платье выглядело жалким тряпьем, лицо блестело от пота. Зато дом стал чище и уютнее, и она чувствовала, что теперь он действительно принадлежит ей.
К тому же, на ее счастье, в комоде оказались постельное белье и полотенца, а в коробке под кроватью Ребекка нашла мыло, склянку мази, тряпичные лоскуты, успокоительное и какие-то странные инструменты. В маленькой подсобке за кухней стояли бочка с лучиной для растопки плиты и еще одна для воды. Все находки казались дороже несметных богатств. Мурлыча под нос какую-то мелодию, Ребекка вымыла кастрюли, тарелки, ложки с вилками, затем приготовила на скорую руку ужин из галет, бобов и вяленого мяса, а на десерт сунула за щеку карамельку. Покончив с ужином, она положила локти на стол, опустила на них голову и закрыла глаза. В первый раз за несколько часов упорного труда Ребекка позволила себе спокойно посидеть и подумать.
Работы у нее теперь невпроворот. Что она сказала Вольфу Бодину? Что сделает этот участок самым богатым ранчо в Монтане?
Ребекка тяжело вздохнула и потерла глаза. Он, наверное, посчитал ее совершенной идиоткой. Ну так она ему покажет, она всем им покажет. Но ей понадобится время.
Сначала она продаст последние драгоценности, которые отец дарил ей в течение многих лет. На эти деньги можно купить несколько коров и быка. А если ей достанется место учительницы в городской школе, она станет получать жалованье, будет на него жить да еще понемножку откладывать. Конечно, придется экономить, зато появится возможность развести скот, нанять рабочих, заняться строительством, к примеру, загона для скота.
Никто в городе не должен узнать, что у нее совершенно нет денег и что она не взяла себе ни цента со счетов, оставленных ей. Пусть все думают, что она оказывает им величайшую услугу, соглашаясь принять место учительницы. А она тем временем будет терпеливо, шаг за шагом налаживать хозяйство и вести себя осмотрительно.
Возможно, ее ранчо не станет самым большим в округе, думала Ребекка, неся посуду в раковину, но оно по крайней мере станет действующим, и это даст ей независимость.
Ветер за окном заметно посвежел. Явственно чувствовалось приближение осени. Несомненно, холода наступят раньше, чем она успеет приготовиться, а зима в Монтане долгая и суровая. Вздрогнув, Ребекка подбежала к открытому окну в гостиной, захлопнула его, а потом еще раз обошла весь дом, чтобы проверить, надежно ли заперты другие окна и двери. Дом, как ей казалось, выглядел теперь даже уютным, с выскобленными полами, отчищенными от грязи полками и кухонными столами. Она сделала все, что нужно было сделать в первую очередь. Начало положено. На сегодняшний день вполне достаточно.
Ребекка сняла измятое платье, смыла с себя всю грязь цветочным мылом с запахом сирени, которое привезла из Бостона, надела отороченную кружевами розовую ночную рубашку, и когда наконец добралась до постели, каждая клеточка ее тела молила об отдыхе. Тем не менее, лежа в своей новой спальне, где огарок свечи в медном подсвечнике едва разгонял густой мрак, Ребекка вдруг обнаружила, что не может уснуть. Мысли упрямо возвращались к человеку, о котором она запретила себе думать. Вольф Бодин…
Она только сейчас обратила внимание на странное сходство его имени с именем ее отца. Вольф… Бэр… – оба происходят от названий зверей. Отца прозвали Медведем за громадный рост, недюжинную силу и агрессивную манеру обращения с людьми. Свое прозвище он получил в шестнадцать лет, как однажды не без гордости сам признался ей. Его настоящее имя Джон Лукас Ролингс.
Ребекка задумалась над тем, как мог приобрести свое «волчье» имя Вольф Бодин.
«Да черт с ним», – решила она, ей совсем это неинтересно. Она больше не хочет о нем знать. Сегодняшняя встреча разрушила все ее романтические мечты. Реальный герой оказался грубым, бесчувственным, надменным типом, который недостоин ее внимания.
К тому же он женат.
Она будет по возможности держаться подальше от города и избегать частых встреч с шерифом.
«Я буду за вами присматривать». Так он сказал напоследок. Вздрогнув, Ребекка натянула на себя одеяло и уставилась в потолок. Совсем недавно ей уже говорили нечто подобное. И хотя она пыталась отделаться от воспоминания о другом, более опасном предостережении, но здесь, на ранчо, где она совсем одна и на несколько миль вокруг ни единого человека, не думать об этом просто не могла.
«Мы будем присматривать». Так сказал человек Нила Стоунера, когда бежал из садика при школе мисс Райт, на ходу уворачиваясь от пуль, выпущенных Ребеккой из «дерринджера», с которым она никогда не расставалась. Она не могла не думать о том, что в следующий раз, возможно, увидит самого Нила Стоунера.
Господи, пожалуйста, не надо.
Страх плотным комком застрял в горле, кожа покрылась холодным потом, сердце забилось, словно обезумевшая птица о прутья клетки, ужас леденил кровь. Ребекка села и обхватила колени руками. «Победи страх, – приказала она себе. – Не позволяй ему властвовать над тобой». Ребекка попыталась справиться с охватившим ее ужасом. Сколько ночей она уже провела без сна, стараясь унять дрожь и превозмогая тошноту и приступы паники.
«Будь ты проклят, Нил Стоунер».
Если он думает, что может прогнать ее отсюда, просто взяв на испуг, то его ждет сильное разочарование. С сегодняшнего дня убить человека ей уже не внове, а если представится случай всадить пулю в сердце Нила Стоунера, она сделает это не задумываясь. Восемь лет назад отец чуть не прикончил его, когда узнал, что тот сделал. Бэр избил его до полусмерти и выгнал из банды навсегда. А если бы он мог представить, что спустя годы Нил Стоунер вновь появится на горизонте и начнет преследовать ее из-за слухов о серебряном руднике, то убил бы его на месте. Значит, теперь ей придется взять этот труд на себя.
Ветер Монтаны со стоном бился в оконные ставни. Ребекка закуталась в истертое одеяло. Под подушкой у нее лежал «дерринджер», второй пистолет был засунут под матрас, третий хранился в ридикюле. В следующий раз она купит себе в Паудер-Крике еще и ружье.
Интересно, как отнесется к этому шериф Бодин?
– Наплевать, – прошептала она.
Засыпая, Ребекка вспомнила выражение его лица, когда она спросила про его жену и ребенка. Странно, что в ее вопросе могло так сильно задеть его?


– Учителя или девчонки не обижают тебя в этой школе? – спросил Бэр, впервые приехав навестить ее. Ей тогда было тринадцать.
– Нет-нет, – быстро сказала она, хотя из головы не шла мисс Линди, чьи придирки на уроках грамматики становились подчас невыносимыми.
Бэр, казалось, заполнял собой весь садик, в котором среди раскидистых дубов и стройных кленов на затейливых клумбах цвели розы с бело-голубыми фиалками и журчал выложенный мрамором фонтан. Он ходил взад-вперед, щеголяя черным костюмом, крахмальным воротничком и новым черным котелком.
– Ты уверена, Реб? В библиотеке, где я тебя нашел, ты сидела одна, а остальные сидели за столами вместе.
– Моих подруг сегодня нет в школе. Они поехали в музей, – соврала она.
Бэр пристально взглянул на дочь, присел рядом на скамейку, ласково взял ее худенькую руку и легонько сжал пальчики в своей огромной ладони.
– Эх-хе-хе. Скажи, Реб, ты знаешь, как обходиться с тем, кто доставляет тебе неприятности? Сожми кулачки да врежь хорошенько. Запомнила?
– Запомнила, Бэр. – Ей и не нужно было запоминать, на прошлой неделе она поставила Энели Карутерс здоровенный синяк под глазом, за что ее наказали на целый месяц. – Да ты зря волнуешься, – поспешила она успокоить отца и в порыве нежности обняла его за шею, вдохнув знакомый запах табака. – У меня все прекрасно.
Но Ребекка знала, что он все равно будет волноваться. Он всегда за нее волновался. И она любила его за это, бесконечно дорожила его приездами раза два-три в год, хотя шушуканье за спиной и насмешки после каждого нового визита становились еще злее.
Ей нравилось, что Бэр не похож на других отцов, всегда торжественных, строгих, чванливых, скучных. И какое имеет значение, что он выглядел как разбойник, громадный, опасный человек с зычным голосом и раскатистым смехом?
Он был для нее всем и любил ее больше жизни. А разве есть на свете что-нибудь более ценное?
Поэтому Ребекка солгала (в конце концов, он ведь научил ее лгать), притворившись, что у мисс Райт ей живется хорошо, но на самом деле она все время чувствовала себя изгоем среди заносчивых девочек из богатых семей Бостона. Учителя не любили ее за непоседливость, за ерзание на стуле во время уроков, за то, что плевалась в Энели и рисовала смешные карикатуры на заместителя директрисы. На их отношение никак не влияло то, что Ребекка первая ученица в классе, что она легко и быстро запоминает уроки, что у нее выдающиеся способности к музыке, литературе, латыни. Ее бы назвали «синим чулком», не будь она таким буйным, колючим сорванцом.
Ее награждали эпитетами похлеще: безобразная, драчливая, неловкая, испорченная, неисправимая.
Но Бэру она никогда не жаловалась. Он бы страшно огорчился. Ведь ему хотелось, чтобы дочь жила в безопасном месте, где смогла бы учиться, стать настоящей леди, привыкнуть к жизни без стрельбы, взрывов динамита, без людей типа Нила Стоунера. Инстинктивно Ребекка все это понимала, ее трогала его забота, поэтому она никогда не жаловалась, что страдает от одиночества, что никто не хочет с ней дружить, что совершенно несчастлива.
По ночам ей снилось, что она снова в банде, несется на коне по аризонской пустыне, обгоняя ветер, свободная от злых, осуждающих учительских взглядов. В этом сне Бэр мчался с ней наперегонки, улыбался ей, она была счастлива, но затем, и это происходило слишком часто, Бэр вдруг куда-то исчезал, все остальные тоже. Она оказывалась совсем одна на берегу бушующей реки, ее ноги оплетала высокая трава, не давая пошевелиться. Внезапно над ней склонялось жестокое лицо Нила Стоунера, который пытался схватить ее, а она не могла бежать, начинала задыхаться, рвалась из цепких трав… или его рук… и с криком просыпалась.


– Не кричи.
Потная мужская рука легла ей на лицо, зажав нос и рот, поэтому Ребекка не могла не только кричать, но и дышать. Она все же попыталась крикнуть. Это была инстинктивная реакция, порожденная страхом.
Он выругался. Пальцы впились в щеки, ладонь больно надавила на губы.
– Не ори! – рявкнул он. – Я же тебе сказал. Никто не услышит, но я не выношу женских воплей. Мне легче убить тебя, чем слышать твой визг, понятно?
Ребекка беспомощно кивнула, чуть живая от страха. Она лежала неподвижно, с ужасом глядя на человека, который придавил ее к кровати, и молила Бога, чтобы ей позволили глотнуть воздуха.
В комнате было темно, лишь сквозь занавески пробивался слабый лунный свет. Она смогла различить только небритые скулы, маленькие сверкающие глазки и длинные сальные волосы.
«Нет. Пожалуйста, нет. Пусть это не случится. Пусть он ко мне не прикасается».
– Не будешь визжать?
Ребекка снова кивнула, насколько позволяло ей ее положение.
Удовлетворенно хмыкнув, он убрал руку, а она глубоко вздохнула и с трудом подавила тошноту, когда почувствовала запах давно немытого тела. Этот запах был даже чудовищнее его внешности.
– Кто вы? – прохрипела она.
– Вопросы буду задавать я, крошка. Откуда-то из глубины сознания сквозь ужас и страшные воспоминания пробился непокорный дух, и она спросила с вызовом:
– Так чего же вы ждете?
– Ах ты маленькая гордячка, – сказал вполголоса незнакомец и наотмашь ударил ее по лицу.
В глазах потемнело от боли, заплясали красные искорки, лицо незнакомца расплылось в сером тумане.
– Если не уймешься и не будешь меня слушать, получишь еще раз. Я Фесс Джонс. Меня послал Нил Стоунер. Держу пари, ты про меня слышала.
Да, она слышала. Фесс Джонс – отъявленный негодяй, хладнокровный убийца, бандит. На его совести восемь мужчин и две женщины, а может, еще и больше. На востоке, откуда Джонс родом, о нем шла дурная слава. Газеты писали о нем как о самом жестоком преступнике Дикого Запада, называя его Пещерным Фессом.
– Стоунеру нужен серебряный рудник, который завещал тебе папочка. И я с Нили заодно. Мы, понимаешь, компаньоны, детка, и поделим доход с рудника пополам. Если отдашь нам бумаги и карту, тогда у тебя, крошка, есть шанс остаться в живых.
«Значит, он пришел за документами на рудник. Ему нужен рудник. Он не насильник», – подумала Ребекка, борясь с леденящим ужасом.
«Дерринджер» под подушкой недоступен, она не сумеет его вытащить, Фесс обязательно заметит. У нее пересохло во рту. Девушка пыталась собраться с мыслями и решить, как ей действовать, но боль от удара мешала соображать.
– Ну? – Джонс ткнул ее пальцем в бок. – Давай говори. Где бумаги?
Ребекка выдержала его дикий взгляд, пытаясь выглядеть спокойной и уверенной, хотя таковой себя отнюдь не чувствовала, беспомощно лежа перед грязным убийцей, склонившимся над ней.
– Стоунер уже посылал ко мне человека и должен знать, что у меня нет никаких бумаг. Про карту я тоже ничего не знаю. – Ребекке стоило неимоверных усилий честно и простодушно смотреть в его дьявольские глаза. Она сдерживала лихорадочное биение сердца и заставляла себя говорить медленно. – Мистер Джонс, если бы у меня было то, что вам нужно, я бы отдала. Правда. Но Бэр никогда не говорил мне про рудник, и его поверенный тоже. Неужели вы не понимаете? Это одни выдумки. Сплошные выдумки и больше ничего. Так что, пожалуйста, уходите и оставьте меня в покое.
Фесс опять ударил ее, на этот раз намного сильнее. На мгновение ей показалось, что все вокруг нее рассыпалось на тысячи красных, черных и ослепительно белых осколков. Челюсть будто раскололась, как полено от удара топором. В ушах стоял звон.
– Врешь, – откуда-то издалека услышала она рев Фесса Джонса. – Считаю до десяти!
Несколько жалких всхлипываний слетело с ее губ.
– Раз! Два! Три…
Ребекка мучительно боролась с туманом в голове. «Думай… черт побери… думай. Он сильнее и безжалостнее тебя, но слава Богу не умнее».
– Восемь, девять…
Превозмогая боль, она сделала попытку заговорить. Челюсть снова пронзила острая боль.
– Бумаги… в сейфе, – выдавила Ребекка. – Сейф… спрятан… под полом. Ключ… у меня в… ридикюле. Сейчас дам.
– Лежи смирно, крошка. Без фокусов. Я сам достану ключ. – Фесс отошел от кровати и обвел глазами комнату, пока не заметил ридикюль, лежавший на комоде. – Тебе же лучше, если ты сказала правду.
Когда он был у комода, Ребекка мгновенно повернулась, сунув руку за «дерринджером», но Фесс бросился к ней раньше, чем она успела взвести курок. Она яростно отбивалась ногами, однако бандит вырвал у нее пистолет и так резко завернул ей руку за спину, что она свалилась с кровати.
– Ты опять соврала мне, да? Ты, жадная тварь! Я тебе покажу, как врать Фессу Джонсу.
Сверкнул нож, словно появившийся ниоткуда. Сидя на полу, Ребекка тяжело дышала. Затем, полумертвая от страха, цепляясь за стену, она с трудом поднялась на ноги.
Джонс засмеялся, увидев, что ее лицо исказилось от ужаса, а тело бьет дрожь.
– Скоро ты очень пожалеешь, что не сказала мне правду, Реб Ролингс. – Он гадко ухмылялся, вертя в руках нож. – Сначала я порежу твое смазливое личико, ты сразу перестанешь упрямиться и как миленькая отдашь мне все бумаги.
Фесс шагнул к ней. Загнанная в угол, Ребекка отчаянно закричала.


Крик.
Вольф похолодел, услышав этот ужасный звук, донесшийся из дома Ребекки и показавшийся чуть ли не оглушающим в ночной тишине. Через секунду он был уже в доме, мчась на новый крик, и ворвался в спальню, будто разъяренный лев.
Все произошло одновременно.
Фесс Джонс метнул нож, Бодин выхватил револьвер, а старое ранчо вздрогнуло от грохота выстрелов.
Когда стрельба стихла и рассеялся дым, Фесс Джонс лежал скрючившись на полу, издавая предсмертные хрипы, тело его дергалось, из раны на груди лилась кровь, остекленевшие глаза невидяще уставились в пустоту. Вдруг он замер. Навсегда. Пуля Вольфа попала ему в сердце.
Ребекка сползла по стене на пол. Оторвав взгляд от мертвого тела Джонса, она посмотрела на Вольфа Бодина, который выдернул из своего плеча нож и равнодушно отшвырнул его, словно не заметил, что из раны сочится темная кровь. Его лицо в призрачном лунном свете было абсолютно спокойным, когда он навел на Ребекку «кольт» сорок пятого калибра:
– Рассказывайте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Маргаритки на ветру - Грегори Джил



Роман хороший. Читайте, получите удовольствие. Хотя он абсолютно ничем от остальных романов Джил о Диком Западе не отличается - герой - крутой парень лет 28-29 (кавбой, стрелок, шериф - не важно). Героиня смелая девушка обязательно приезжает откуда-нибудь, чтобы поселиться в его городе. За ней ведут охоту некие бандиты. Он решает, что надо держаться от нее подальше, но тем не менее перед сексом герои изливают душу друг другу и выясняется, что раньше они никому это не говорили. Далее похищение героини, во время которого она решает, что не может умереть, ведь надо спасти любимого, бросившегося на ее поиски (того самого крутого парня). Перестрелк и и хэппи энд. Одно не могу понять - как автор, постоянно используя один и тот же сюжет, может так ловко его обыгрывать, что каждое произведение ее достойно отдельной похвалы и читается на одном дыхании. Она или ловкая мошенница или талант. Вот это мастерство.
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилЮлия
12.09.2012, 23.54





согласно с коментарием Юли полностью .Джил талант
Маргаритки на ветру - Грегори Джилнастя
14.07.2013, 8.39





не очень понравилась история с изнасилованием а вообщем не плоха книга но за изнасилование как то -
Маргаритки на ветру - Грегори Джиллюба
17.07.2013, 20.50





Безумно красивый, лёгкий и нежный роман , до самого конца переживаешь за героев у которых свои душевные раны , жаль , конечно, что Гг-не пришлось пережить такое ....очень понравился . Спасибо автору . 10 баллов
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилВикушка
23.09.2013, 0.00





Уж очень много бандитов.
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилКэт
3.11.2013, 12.48





Хороший роман . Читается легко . И герои мне очень понравились .
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилMarina
8.06.2014, 6.10





Очень понравился роман!
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилНаталья 66
17.04.2015, 23.16





Хороший роман как и все романы автора!
Маргаритки на ветру - Грегори ДжилЛариса
24.04.2015, 22.05





Девчонки, помогите, если сможите.Информации очень мало.Исторический любовный роман.Героиню выгоняют из какого то городишки, швыряя в неё камни и т.д по моему это были разъяренные женщины.(её мать вроде была шлюхой) Вообщем она еле живая была когда её кто то спас.А дальше провал, ничего не помню... за ранее благодарю.
Маргаритки на ветру - Грегори Джилс
14.06.2015, 17.17





Произведение неплохое, особенно эпилог- теплый, очень домашний и искренний. Но в целом не могу сказать о романе, что супер. Все как-то ровно и предсказуемо, будто бы и любовь сильная, а описание ее слабое, нет той чувственности и эротичности, от которых, как в некоторых романах, мороз по коже и в теле дрожь. Да и с возрастом героев неразбериха. Когда Вольф и Ребекка встретились, ему было 22, а ей 12. Прошло 8 лет (с1866 по 1874гг), Ребекке почему - то стало 21, а Вольфу, со слов автора, лет 28 -29, хотя, если посчитать, не меньше 32- х, потому что у него 10-ний сын и женился он на Клариссе через несколько месяцев после той роковой встречи с Ребеккой. Нескладушка и с возрастом бандита Наварро, которому, по тексту, было лет 20. Но дальше оказалось, что он был любовником покойной жены Вольфа, Клариссы, погибшей... 10 лет тому назад. Наверное, все эти неточности обусловлены переводом, но на общем впечатлении от прочтения все же отражаются. Не знаю как кто, а я всегда интересуюсь точным возрастом героев - это дает возможность более объективно оценивать их поступки и характеры. Моя оценка 8 баллов.
Маргаритки на ветру - Грегори Джилольга
13.07.2015, 11.31








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100