Читать онлайн Во власти соблазна, автора - Грассо Патриция, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Во власти соблазна - Грассо Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.18 (Голосов: 61)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Во власти соблазна - Грассо Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Во власти соблазна - Грассо Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грассо Патриция

Во власти соблазна

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Ее вопрос удивил князя.
– А вы хотите, чтобы я вас любил?
– Да.
Степана пронзило предвкушение счастья.
– Почему?
– Потому что я люблю вас.
Она его любит. Она принадлежит ему. Он добился ее любви!
Степан провел ладонями по ее обнаженным рукам.
– Я люблю вас больше жизни.
Вместо ответа Фэнси скользнула руками по его обнаженной груди и обняла за шею.
– Поцелуй меня, – выдохнула она.
Степан наклонил голову и прильнул к ее губам. Мягкий аромат розы смешивался с чувственным пряным запахом, обещая любовь, искушая его чувства.
Поцелуй был долгим и томительным. Его язык ласкал ее губы. Они приоткрылись, впуская его, и язык погрузился в сладость ее рта. Фэнси затрепетала, ее язык сплелся с языком князя в чувственном танце. Она прижалась к нему. Груди ее налились и потяжелели, а соски напряглись от желания.
Его руки обнимали ее; одной ладонью он придерживал голову Фэнси, вторая лежала на ягодицах, прикрытых всего лишь прозрачной ночной рубашкой.
Степан и не предполагал, что женщина может быть такой сладкой. Она невинна, и он не хочет ее пугать.
– Ты согласна заняться со мной любовью? – Степан всматривался в завораживающе очаровательное лицо, мечтая о согласии.
Фэнси посмотрела на него фиалковыми глазами.
– Я думала, мы уже занимаемся любовью.
– Это не все, – прошептал он. – Это далеко не все, принцесса.
– Я хочу всей твоей любви, мой князь.
Его губы прильнули к ее рту в медленном поцелуе, от которого воспаряла душа. Один поцелуй перешел в другой. И в третий…
Оторвавшись от ее губ, Степан шагнул назад и положил руки ей на плечи.
– Ты уверена, что хочешь этого?
Полная луна заливала светом ее лицо, отражавшее всю ее любовь к нему.
– Уверена.
– Если принадлежать князю, то это навсегда, – предупредил он.
– Я хочу тебя. Хватит терять зря время.
Степан улыбнулся. Если его певчая птичка принимает решение, никто не может ее переубедить.
Он спустил вниз бретельки ее ночной рубашки, и она упала к ногам Фэнси. При виде ее красоты у него перехватило дыхание. Он неторопливо провел руками вниз по ее телу – по груди, талии, бедрам. Округлые бедра, предназначенные для того, чтобы вынашивать его детей. Руки заскользили вверх по этой шелковистой коже. Большими пальцами он начал дразнить ее соски, и они напряглись и затвердели.
В первый раз в жизни Фэнси ощущала мужские руки на своем теле, и ей это нравилось. Ей нравились сила и нежность его ладоней, скользивших по ее коже, наслаждавшихся ее шелковистостью. Когда Степан начал ласкать ее соски, Фен-си прерывисто задышала, а в потаенном местечке у нее между ног запульсировало.
– Раздень меня, – прошептал Степан.
– Ты хочешь, чтобы я?..
Степан услышал изумление в ее голосе.
– Спусти вниз мои бриджи и прикоснись ко мне.
– Где я должна к тебе прикоснуться? – шепнула Фэнси, начиная паниковать.
Степан не обратил внимания на ее тревогу.
– Там, где захочешь.
Фэнси взялась за пояс бриджей и потянула их вниз. Они упали к его ногам. Не прикасаясь к его достоинству, она провела кончиками пальцев по груди Степана, ощутив силу его мускулов. Прижавшись к нему, она потерлась грудью о густые черные волосы.
– Как приятно, – шепнула она. – Твои волосы щекочут мои соски.
– Почему ты не прикоснулась ко мне ниже пояса?
– Боюсь…
Князь не улыбнулся по поводу ее опасений. Он просто протянул ей руку.
– Пойдем в постель, и я исцелю твои страхи.
Фэнси заколебалась.
– Доверься мне, принцесса.
Фэнси вложила свою руку в его ладонь. Степан сомкнул пальцы и повлек девушку к постели.
Они лежали лицом друг к другу, прижимаясь телами. Фэнси обняла князя за шею; он ласкал ее изящную спину и округлые ягодицы.
Степан повернул Фэнси на спину и всмотрелся в ее лицо. Склонив голову, он начал дразнить языком ее губы и целовать уголки рта.
– Прекрасная певчая птичка, – пробормотал он.
Невесомыми поцелуями он покрывал ее щеки, виски, веки. Скользнув ниже, провел языком по хрупкой шее и услышал, как она мурлычет от удовольствия.
– И это еще не все, моя принцесса.
Степан поцеловал каждую ее грудь, потом сомкнул губы на одном соске, теребя пальцами другой, то и дело проводя большим пальцем по самому его кончику.
Обжигающее ощущение пронзило Фэнси от напрягшихся сосков к сокровенному бутончику страсти. Она прижала голову князя к груди и выгнулась под его губами.
– У тебя очень чувствительная грудь. – Сказав это, Степан провел рукой по ее трепещущему животу, а потом одним пальцем по увлажнившейся расщелине.
Фэнси ахнула – ощущение было совершенно новым и очень возбуждающим. Она и представить себе не могла такую восхитительную пытку.
Степан осторожно ввел палец внутрь, прошептав:
– Не спеши, принцесса.
Фэнси шевельнула бедрами, приспосабливаясь к движению его пальца.
Степан снова прильнул к ее губам, изливая в этом страстном поцелуе всю свою любовь.
– Сделать тебя моей, принцесса?
– Пожалуйста… – Ее шепот молил об этом, говорил, что она умрет без этого.
Степан раздвинул ее стройные ножки и встал между ними на колени. Приподняв ее ягодицы, он направил свое естество к ее сокровенному месту и ввел свое древко в это влажное тепло.
Почувствовав, что Фэнси напряглась, Степан замер и дал ей возможность привыкнуть к новому ощущению. Потом продвинулся еще чуть-чуть.
– Я люблю тебя, – прошептала Фэнси.
И тогда Степан нежно вошел в нее, преодолев покров девственности. Фэнси потрясенно ахнула, но вскоре успокоилась и приподняла бедра в безмолвном приглашении.
И тогда сильными толчками Степан превратил ее страсть в неистовое пламя. Она встречала эти толчки, крепко вцепившись в него, пока он усердно объезжал ее.
– Глубже, – задыхаясь, молила Фэнси.
– Вот так? – Два тела сливались в одно, толчки Степана становились все сильнее и резче. – И так?
Блаженство накрыло Фэнси неожиданно. Пульсирующие волны невероятного наслаждения захлестнули ее, и она закричала.
Толчки Степана делались все короче, быстрее, настойчивее. Вдруг он содрогнулся и излил в нее свое семя. Его стон наслаждения слился с криком Фэнси.
Степан первым вернулся на землю и скатился с Фэнси. Собираясь устроиться поуютнее, он попытался притянуть ее к себе, но Фэнси повернулась к нему спиной и залилась слезами.
– Что случилось? – Степан повернул ее к себе и крепко прижал к груди.
Фэнси рыдала, уткнувшись ему в грудь, и эти рыдания переворачивали его душу.
– Прости меня, принцесса. – Степан нежно гладил ее по спине, пытаясь успокоить. – Я не хотел делать тебе больно, но женщины испытывают боль, когда лишаются девственности.
При слове «девственность» Фэнси зарыдала еще горше.
– Т-ты н-не с-сделал м-мне б-больно!
Степан растерялся. Она что, плачет, потому что он не сделал ей больно? Или потому что лишилась девственности, которую не восстановишь?
– Почему ты плачешь, сердечко мое?
– Я превратилась в мою мать, – прорыдала Фэнси.
Степан с трудом удержался от смеха. Если он засмеется, она ему этого никогда не простит.
– Это вовсе не так. – Он сильнее прижал ее к себе. – Я люблю тебя, принцесса.
– Отец т-тоже г-говорил маме, что л-любит ее, – всхлипывала она.
– Твой отец и моей маме говорил, что любит ее.
Фэнси зарыдала громче.
Степан подавил смех. Его маленькая певчая птичка – женщина с железной волей, однако, вступив в интимные отношения, она перестала быть уверенной в себе и теперь плачет. Что ж, это только на руку его планам.
– Пока тебе еще рано называть себя матерью, – заверил ее Степан. – Я хочу на тебе жениться. А настоящей матерью ты станешь некоторое время спустя.
– Что? – Слезы прекратились.
Степан поцеловал ее в макушку, встал с постели и опустился на одно колено.
– Мисс Фламбо, вы окажете мне честь стать моей женой?
Фэнси ничего не ответила, молча глядя на него. На какой-то ужасный миг Степан испугался, что она ему откажет.
– Обещаю любить и почитать тебя каждый день нашей жизни, – уговаривал он. – И позволю тебе сбить рогаткой яблоко с моей головы.
Ее улыбка могла бы осветить весь остров.
– Да, ваша светлость, пожалуй, я выйду за вас замуж.
Степан поднес ее руку к губам.
– Что тебя подтолкнуло к этому решению – яблоко или моя любовь?
– И то, и другое.
Степан застонал и толкнул ее обратно на кровать. Нависая над Фэнси, он улыбнулся, наклонился и впился в ее губы долгим поцелуем.
Она должна забеременеть до того, как им придется возвращаться в Лондон. Узнав о будущем ребенке, его певчая птичка уже не передумает.
– Когда-нибудь в будущем, – произнес Степан, – ты будешь рассказывать нашим внукам про то, как я стоял перед тобой совсем нагой, предлагая руку и сердце.
Фэнси рассмеялась:
– Не думаю, что это прилично.
– Забудь о приличиях. – Степан притянул ее к себе и снова поцеловал. – Я хочу дюжину дочерей и одного сына.
– Тринадцать – несчастливое число.
– Хорошо, чертову дюжину дочерей, – поправился он. Фэнси провела шелковыми пальчиками по его небритой щеке.
– Вы одурачили весь Лондон, ваша светлость, а на самом деле никакой вы не распутник.
– Мне нравится поддерживать ложную репутацию. – Он повернул голову и поцеловал ее руку. – Распутники куда привлекательнее, чем женатые мужчины.
Степан сел и натянул бриджи. Потом поднял ночную рубашку и надел ее на Фэнси.
– Пойдем, принцесса. – Он встал и протянул ей руку. – Я хочу спать рядом с тобой в удобной постели, но обещаю вернуться в свою спальню до того, как кто-нибудь проснется.
Фэнси вложила свою руку в его и позволила князю поднять себя с кровати. Помявшись немного, она обернулась.
– Возьми одеяло, я смою с него кровь.
– Оставь, – сказал Степан, увлекая ее за собой к лестнице. – Утром кто-нибудь постирает его.
Щеки Фэнси запылали от смущения.
– Я не хочу, чтобы горничные увидели мою девственную кровь. Они ведь скорее всего еще сами девственницы.
– По утрам я тружусь в оранжерее, – сказал Степан. – Тогда и позабочусь об одеяле.
Проснувшись на следующее утро, Фэнси зевнула, потянулась и улыбнулась. Она думала только о князе. Еще до зари Степан поцеловал ее и ушел в свою спальню.
Встав с постели, Фэнси выглянула в окно. День опять был чудесный. В прекрасном настроении после предложения князя Фэнси оделась и сунула в карман рогатку. Спустившись вниз, в зимний сад, она налила себе чашку кофе.
– Ты любить яйцо? – спросил Борис. – Феликс приготовил вкусное яйцо для певчая птичка.
Фэнси помотала головой.
– Я подожду ленча. Где его светлость?
– Работать в цветочный дом.
Фэнси допила кофе, сунула в карман яблоко, вышла на улицу и, обогнув особняк, направилась в оранжерею.
Невероятная влажность чуть не сбила Фэнси с ног. В оранжерее сильно пахло цветами. Стоило ей увидеть обнаженную спину князя, как она замерла, восхищаясь его сильными мышцами, шевелившимися при каждом его движении. И тут Степан заговорил.
– Это не больно, – говорил он розовому кусту, отщипывая засохшие листья. – Разве ты не хочешь вырасти таким же большим, как вся твоя родня, и на следующее лето присоединиться к ним в саду?
Князь обращался с растениями так же нежно, как и с матерью, и с племянницами, и с ней самой.
– Степан?
Он обернулся. Фэнси отметила его теплую улыбку, но не могла отвести глаз от крепкой мужской груди. Она буквально плавилась от воспоминаний о прошлой ночи.
Фэнси пошла по проходу, вдоль которого стояли растения в горшках, и кинулась в объятия Степана. Обхватив его за шею, она приблизила к нему лицо и впилась в его губы жадным поцелуем.
– Я соскучилась.
Степан улыбнулся.
– Я соскучился сильнее.
– Ты разговаривал с розовым кустом.
– Ты что, следила за мной?
– Я любовалась твоей голой спиной.
– Ой, перестань… ты вгоняешь меня в краску.
Фэнси кокетливо улыбнулась.
– Если ты не краснел вчера ночью, то уже никогда не покраснеешь.
– Я говорил, как сильно восхищаюсь твоим умом и красотой?
– Я бы предпочла услышать признание в любви.
Степан уткнулся носом в ее шею.
– Я люблю тебя, принцесса.
– И я тебя люблю, мой князь.
– Значит, мы на равных. – Степан обнял ее за талию. – Хочу познакомить тебя с моими друзьями.
– Это растения?
Степан показал на куст с небольшими фиолетовыми цветками.
– Персидская фиалка напоминает мне о твоих прекрасных глазах.
– Теперь, увидев персидскую фиалку, я всегда буду вспоминать об этих словах, – сказала Фэнси.
– Надеюсь, ты будешь вспоминать обо мне немного чаще, – улыбнулся он.
– Обещаю думать о тебе каждую минуту каждого часа каждого дня. Пока не сплю. Но и во сне тоже.
Степан обхватил ладонью ее грудь.
– Это обнадеживает. – Он показал на расцветающую розу: – Эта – настоящая королева. Ты знаешь, что во все времена люди особенно высоко ценили розы?
Фэнси покачала головой:
– Я ничего не знаю о цветах.
– Я тебя научу, – пообещал Степан, – и ты будешь помогать мне в моей оранжерее.
– На твоем месте я бы не подпустила меня к цветам. – Фэнси озорно улыбнулась. – Мое прикосновение только портит растения, а вот голос их исцеляет. К тому же это прекрасный способ репетировать.
Степан впился в нее взглядом. Его любимая не может говорить это всерьез. Жене князя не подобает петь в опере. Она не просто станет княгиней, она еще будет матерью маленьких князей и княжён.
– Что-то не так?
Взяв со стула рубашку, Степан начал натягивать ее через голову. В эту минуту ему совсем не хотелось спорить. Гораздо умнее сделать так, чтобы она забеременела до возвращения в Лондон. Родив ребенка, Фэнси волей-неволей забудет про оперу. Не до того ей будет.
– Женщина, которую я люблю, любит меня, – подмигнул ей Степан. – Ведь это и есть счастье, правда?
Выйдя из оранжереи, Фэнси увидела домик на дереве и вспомнила об испачканном кровью одеяле.
– Наверное, нужно постирать одеяло? – Она покраснела. – Ну, понимаешь – девственная кровь.
Степан отмахнулся:
– Я уже обо всем позаботился.
– Ты хочешь сказать, что выстирал одеяло?
Ее вопрос удивил Степана:
– Князья не стирают одеяла.
– Но ты же обо всем «позаботился»!
– Да, велел постирать его Борису.
– О Боже! – Щеки Фэнси побагровели.
– Но ты же не хотела, чтобы твою кровь увидели горничные, – напомнил ей Степан.
– Уж лучше горничные, чем Борис!
– Нужно было так и сказать. – Степан покачал головой. – Я скажу Борису, что порезался.
– Нет! Ты нарочно меня смущаешь! – воскликнула Фэнси.
Степан провел рукой по лицу и сосчитал до десяти.
– Девственная кровь не должна тебя смущать.
– Ты какой-то тупой!
Степан ухмыльнулся:
– Благодарю, а что это значит – «тупой»?
Фэнси досадливо топнула ногой. Ну как можно ругаться и злиться, если он не желает принимать в этом участия?
– Я не хотела, чтобы вообще кто-нибудь увидел мою кровь!
Степан расхохотался, что еще больше раздосадовало Фэнси.
– Все уже совершилось, принцесса. Назад дороги нет.
Фэнси повернулась к нему спиной и сделала несколько глубоких вдохов. Снова повернувшись к Степану, она изобразила улыбку и сунула руку в карман.
– Как насчет яблока на голове?
Степан сощурил темные глаза.
– У тебя неподходящий настрой для столь меткой стрельбы. Можешь и промахнуться.
– Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я должна пострелять из рогатки.
– Дай сюда яблоко. – Степан протянул руку. – Обещаю, в следующий раз я оставлю твою кровь, чтобы ты могла постирать сама.
Это что, шутка такая? Князь или очень храбрый, или очень глупый.
– Но следующего раза уже никогда не будет!
Степан улыбнулся:
– Ах да. Девушка расстается с целомудрием лишь однажды.
Фэнси протянула ему упавший лист какого-то растения:
– Подержи его на вытянутой руке, я поупражняюсь.
– Тебе еще нужно упражняться? – В голосе князя звучала тревога.
– Привычка…
– А зачем тебе вообще стрелять из рогатки? – спросил Степан. – Я ведь и без нее смогу тебя защитить.
– Мне велела Рейвен, – ответила Фэнси. – Я доверяю ощущениям сестры. Она умеет заглядывать в будущее.
Степан не сомневался, что она не передумает. Признавая свое поражение, он взял лист и вытянул руку.
Фэнси отошла на десять шагов и вытащила из кармана рогатку. Потом шарик. Прицелилась, и шарик полетел в сторону князя.
Силой удара лист выбило из его руки.
– Ты в него попала!
И совсем ни к чему было говорить это с таким чертовским облегчением.
– Вижу, что попала. Положи яблоко на голову.
Дерзкая девчонка хочет, чтобы он доказал свою любовь с помощью этого дурацкого яблока? Степан аккуратно пристроил яблоко на макушке.
Что ж, он докажет любовь, рискуя собственной головой.
Фэнси понадеялась, что не заденет его.
– Закрой глаза на всякий случай.
– Что значит «на всякий случай»?! – Яблоко упало с головы.
Фэнси ободряюще улыбнулась:
– Я пошутила.
Непохоже, что она его убедила, но Степан все же поднял яблоко из травы. Только любовь заставила его снова положить его на голову.
Фэнси изучающе смерила взглядом разницу в высоте между своей вытянутой рукой и макушкой Степана, вытащила из кармана шарик и положила его на резинку.
Вжжжжж! Шарик полетел в сторону князя. Яблоко свалилось с его головы.
Почувствовав, что яблоко упало, Степан открыл глаза и поднял его. Шарик проделал в нем дырку.
– Я знал, что у тебя получится!
– Не двигайся. – Фэнси торопливо подошла к кусту и отломила веточку. Вернувшись к князю, она вложила ее в его ладонь. – Встань боком и зажми веточку губами. Я отойду…
Степан откинул назад голову и разразился хохотом, потом швырнул веточку на землю и пошел к особняку. Фэнси поспешила за ним.
– Ты куда?
– Хочу умыться перед ленчем.
– А кто же будет держать веточку?
Он снова расхохотался.
– Ты что, не любишь меня?
– Люблю. Но веточку пусть держит кто-нибудь другой.


Боже, как страшно ей было ночью!
Рейвен прошла по коридору до спальни Софии и подтянула белые лайковые перчатки. Она всю свою жизнь спала в одной комнате с сестрами и никак не могла привыкнуть спать отдельно.
Постучавшись, Рейвен вошла в комнату и замерла. Вместо того чтобы одеваться к балу у Уинчестеров, София и Серена играли в карты. Паддлз, лежавший на кровати, приветственно завилял хвостом.
– Вы не одеты. – Рейвен утверждала очевидное. – Герцогиню хватит удар.
– Мачеха позволила нам остаться дома, – сказала Серена. – Голубушка София пишет мой портрет, и мне не до светской жизни.
– Это нечестно, – расстроилась Рейвен.
– Не расстраивайся, – утешила ее София. – Мачеха пригласила к обеду на следующей неделе нескольких джентльменов, чтобы мы с ними познакомились.
– Если герцогине дать волю, – заметила Рейвен, – мы все семеро обвенчаемся уже к Рождеству.
– Ты прекрасно выглядишь, – сказала Серена.
– Спасибо. – Рейвен подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение. Она надела сегодня розовое шелковое платье со скромным вырезом и пышными рукавами. Горничная герцогини уложила ей волосы в низкий узел, оставив несколько черных завитков.
– Вам не кажется, что я выгляжу слишком юной в розовом?
– Милая, – протянула Серена, копируя герцогиню, – ты и в самом деле юная. Это должно только радовать.
Рейвен глянула на Софию:
– Ты не выяснишь, почему у Женевьевы Стовер не было ауры?
София пожала плечами:
– Может быть, у некоторых людей она бесцветная.
– А ты уже видела такое раньше?
– По правде говоря, нет.
Рейвен вышла из комнаты сестер и спустилась вниз по лестнице. Блисс в лиловом платье и Блейз в светло-желтом уже ждали ее вместе с герцогиней.
– Вам не кажется, что я еще не доросла для таких приемов? – озабоченно спросила Рейвен.
– Графиня Уинчестер – моя племянница, – ответила герцогиня, – так что ты вполне можешь посетить ее бал, это прилично.
Герцогиня внимательно осмотрела их и довольно улыбнулась.
– Не забывайте, мои милые, что все мужчины надоедливы. А некоторые невероятно скучны. И в целом недостойны нас, женщин.
– Не учи моих дочерей такому, Рокси. – По лестнице спускался герцог Инверари в строгом вечернем костюме.
Герцогиня сделала невинный вид.
– Магнус, любовь моя, ты же знаешь, я не имела в виду тебя.
– Не нужно превращать моих дочерей в мужененавистниц, – произнес герцог, сделав знак дворецкому открыть дверь. – Мир, что ни говори, принадлежит мужчинам, и я хочу, чтобы мои дочери счастливо и спокойно жили в своих будущих браках.
– Я всего лишь хотела их предостеречь, – отозвалась герцогиня. – Ты же знаешь, какими несносными бывают в наше время молодые люди.
Герцог Инверари обернулся к дочерям с обеспокоенным видом.
– Отчасти Рокси права. Не верьте ни единому слову джентльмена до тех пор, пока не выйдете за него замуж. Вот тогда можете ему доверять.
Герцогиня Инверари закатила глаза:
– В разумных пределах, разумеется. – И глянула на мужа. – Я всего лишь предостерегаю их, мой дорогой.
В бальном зале графов Уинчестер собралось множество гостей. Небольшой оркестр, состоявший из корнета, пианино, виолончели и трех скрипок, располагался в дальнем конце прямоугольного помещения. В центре зала кружила разноцветная радуга – ярко одетые леди вальсировали с джентльменами в вечерних нарядах.
– Герцог Эссекс! – провозгласил дворецкий Уинчестеров. – Маркиз Базилдон!
Рейвен увидела двоих мужчин, спускавшихся по лестнице. Александр Боулд в строгом вечернем костюме выглядел особенно неотразимым. Однако она искренне удивилась, встретив его здесь, да еще вместе с дедом. Неужели Алекс согласился принять наследство деда? Значит ли это, что старик согласился на его брак с Женевьевой Стовер и теперь она станет внучкой герцога? Или Александр просто бросил ее, как в свое время отец бросил их мать?
Окруженный заинтригованными гостями, герцог Эссекс представлял своего внука светскому обществу. Дебютантки и их цепкие мамаши особенно заинтересовались новым богатым аристократом, которого ожидал герцогский титул. Герцог представил Александра супругам Инверари. Следом за ними подошли князья Рудольф и Виктор с женами.
Герцогиня Инверари подтолкнула вперед Рейвен:
– Насколько мне известно, вы уже знакомы с моей приемной дочерью, милорд.
– Добрый вечер, Рейвен, – произнес Александр, в виде исключения назвав ее по имени, а не «девочка».
Рейвен пожалела, что ее сестры танцуют.
– Никак не ожидала увидеть вас здесь.
Александр улыбнулся:
– Я тоже. – Какую-то долю секунды он колебался, но потом спросил: – Могу я пригласить вас?
Рейвен сразу вспомнила те вечера из своего детства, когда Александр приходил к ним в гости и вальсировал с ней. Они делали вид, что кухня – это огромный бальный зал в каком-нибудь шикарном особняке.
От улыбки девушки неожиданно повеяло холодком.
– Нет, благодарю вас. Мне не хочется танцевать.
– Ну конечно, она хочет потанцевать, – рассмеялась герцогиня Инверари. – Рейвен, милая, не нужно стесняться.
Александр протянул ей руку:
– Не отказывайтесь, прошу вас.
Рейвен пошла с Алексом на середину зала. Александр обнял ее и в вальсе увлек подальше от родственников.
– Как будто в добрые старые времена, правда?
– Вот именно. – Рейвен упорно смотрела в одну точку где-то за его плечом.
– Почему ты молчишь? Танцуя, принято вести легкую беседу, – сказал Александр с улыбкой.
Рейвен перевела взгляд на него и тут же пожалела об этом. Ее душевное равновесие страдало при виде этого слишком привлекательного лица, а она уже успела выставить себя дурочкой.
– А мне уже показалось, что я превратился в невидимку.
Рейвен промолчала, хотя губы ее подергивались в улыбке.
– За что ты так не любишь меня, девочка?
– При чем тут любовь? Я вообще о вас не думаю.
Закончив танец, Александр увел ее в дальний конец зала. Сумела ли она хоть немного сбить с него непомерную спесь? Рейвен надеялась, что ей это удалось.
– Я хочу поговорить с тобой с глазу на глаз, – произнес он.
Рейвен чуть склонила голову:
– Что ж, давай покинем эту слишком ярко освещенную преисподнюю.
Улыбнувшись, Александр повел ее вдоль бального зала, сделав герцогине знак, что они идут в буфет.
– Пойдем в сад, – предложил Александр, едва они вышли из бального зала.
– Очень таинственное предложение.
Выйдя в сад, Рейвен ощутила облегчение при виде других пар, вышедших подышать свежим воздухом. Вокруг горели фонари, воздух был напоен ароматом цветов.
Лучше бы она не соглашалась уединяться с ним в саду. Один раз она уже в подобной ситуации наговорила лишнего и теперь тревожилась, что скажет что-нибудь такое, о чем будет сожалеть позже.
– Констебль Блэк посоветовал мне помириться со стариком, – сказал Александр.
– Зачем оправдываться?
– Я не оправдываюсь, а просто говорю. – Александр положил ее руку на сгиб своего локтя и повел Рейвен прочь с дорожки, под серебристую березу. – Нам нужно выяснить кое-что о лорде и леди Паркхерст, а для этого необходимо как минимум попасть в общество. Ты поможешь?
Рейвен прижалась спиной к белому стволу березы. Атмосфера сада успокаивала.
– Зачем тебе моя помощь?
Именно в этом и заключается проблема, подумал Александр. Его идея выйти в сад – всего лишь предлог. Он любит Женевьеву, но не в силах бороться с влечением к этой маленькой черноволосой колдунье, к этой восхитительной девчонке.
Александр поднял руку и провел пальцем по ее щеке, восхищаясь нежностью кожи.
– Ты прекрасно выглядишь в розовом. Как соблазнительная конфетка.
Его комплимент испугал Рейвен. Она тревожно замерла, остро чувствуя, что его лицо все приближается и приближается. Сейчас он ее поцелует! Куда, черт возьми, она должна при этом девать руки?!
Их губы слились в сладком поцелуе. Его губы были уверенными и теплыми. Ее – холодными от неуверенности и страха.
– Лорд Базилдон?
Александр обернулся на голос. Сзади стоял лакей, старательно отводя взгляд в сторону.
– Мистер Барни в холле просит вас о встрече.
– Хорошо. – Александр взял Рейвен за руку, и они пошли вслед за лакеем в дом.
Барни стоял в холле, сжимая в руке шляпу.
– Вы нужны констеблю, – сказал он. – У нас еще один труп.
– Констеблю может потребоваться и моя помощь, – произнесла Рейвен. – Я пойду с вами.
Александр кивнул и обернулся к лакею.
– Доложи герцогу и герцогине Инверари, что у Рейвен Фламбо сильно заболела голова, и я отвез ее домой.
– Да, милорд.
Двадцать минут спустя Барни остановил коляску за рекой, около Баттерси-Филдс. Александр выпрыгнул первым и помог выйти Рейвен.
– Барни, отправляйся в оперный театр, – велел он, – и проводи Женевьеву Стовер домой.
– К вам домой или к ней?
– К ней.
Несколько мужчин стояли кругом с фонарями в руках. В середине лежало что-то, укрытое одеялом.
– Я рад видеть вас, Рейвен, хотя, возможно, вам и не следует смотреть на это, – тронул ее за руку констебль. – Она убита давно, зрелище весьма неприятное. Постойте со мной, пока Боулд на нее не глянет.
Александр подошел к трупу, откинул одеяло и медленно обошел тело. Присев рядом на корточки, он всмотрелся в лицо жертвы и кивнул констеблю.
– Рейвен, не думаю, что тебе следует это видеть, – произнес Алекс. – Полагаю, лучше дождаться следующей жертвы.
Следующей? Увидеть эту несчастную женщину сейчас означает спасти еще одну, Рейвен прибережет свой страх на потом.
– Я настаиваю. – Девушка подошла к Александру и посмотрела на разлагающееся тело. Сердце ее заныло при виде когда-то красивой женщины, которую даже не похоронили. Труп был сплошь покрыт лепестками роз и ненасытными мухами.
Такое могло сотворить только чудовище, прикидывающееся человеком.
– Мне нужно встать на колени, – произнесла Рейвен, не в силах отвести глаз от трупа.
Александр снял сюртук и расстелил его на земле возле тела. Рейвен опустилась на колени и хотела коснуться тела, но Александр перехватил ее руку и помотал головой.
– Дай тогда лепесток, – попросила Рейвен. Александр надел перчатки, взял лепесток и положил его на ладонь девушки.
Рейвен закрыла глаза.
– У этого зла два лица.
– Мы знаем, что это делают мужчина и женщина, – напомнил Александр.
– Кто из них мужчина? – Рейвен уронила лепесток. – Кто женщина? Эта разница полов приводит меня в замешательство.
– Вы хотите сказать, что они не знают своего собственного пола? – спросил констебль Блэк.
– Эти монстры знают, кто они такие, – ответила Рейвен, – но их лица сливаются, стирая разницу между ними. – Она вздохнула, признавая свое поражение. – От меня не много помощи, да?
Александр прикоснулся к ее плечу.
– Никто не совершает «идеальных» преступлений. Мы их найдем.
Рейвен взглянула на труп.
– Нет ли на ней каких-нибудь драгоценностей, которые я могла бы потрогать?
Констебль Блэк осмотрел жертву, расстегнул на ней браслет и положил изящную золотую цепочку на ладонь Рейвен.
Она сомкнула пальцы и что-то почувствовала. Разжав ладонь, девушка растянула золотой браслет и провела пальцем с обеих сторон.
– Что такое? – спросил констебль Блэк.
– Я ощущаю несколько волосков, застрявших в звеньях. – Рейвен посмотрела на констебля, а потом на Александра. – И эти волоски не принадлежат человеку.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Во власти соблазна - Грассо Патриция



Казанов (Kazanov // Russian Royalty)rnrn 1. To Charm a Prince (2003)rn 2. To Love a Princess (2004)rn 3. Seducing the Prince (2005)rn 4. Pleasuring the Prince (2006) - Во власти соблазнаrn 5. Tempting the Prince (2007) - Выгодный женихrn 6. Enticing The Prince (2008)rn 7. Marrying The Marquis (2009)rnrnrnСестры Фламбо (Flambeau Sisters)rnrn 1. Pleasuring the Prince (2006) - Во власти соблазнаrn 2. Tempting the Prince (2007) - Выгодный женихrn 3. Marrying The Marquis (2009) - Выйти замуж за маркизаrnвот сколько книг этой серии даже не перевели... Сколько мы потеряли...
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияТатьяна
8.05.2012, 10.25





Хороший приемлемый романчик. Все герои адеквате. Конечно, есть исторические и прочие несоответствия, но читать приятно. И мысли не было не дочитать и оставить на потом. Читать!!!
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияВеруся
15.06.2013, 19.19





Мне понравилось, читайте.
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияКэт
26.10.2013, 16.56





Немного смешная, ничем не подкреплённая детективная линия, к тому же автор занялася русской темой, даже не попробовав вникнуть в то, какие имена бывают в русских (а то Рудольф, Саманта и т.п.). Ну, а в общем вполне приемлемо
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияItis
27.10.2013, 16.30





А будут ли переведены книги из серии "Казановы" ? :)
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияТатьяна
9.02.2014, 13.07





Рудольф- имя вполне себе...Рудольф Нуриев хоть и был татарином, но, считался за границей русским танцовщиком балета. Саманта, конечно, странно...но, по роману, она была вроде как женой Рудольфа? Не факт, что русская...
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияМарина
26.09.2014, 23.41





Нормальный роман.Читать!
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияНаталья 66
17.02.2015, 21.28





Главные героини романа: мать и ее 7 дочерей-голубок отличаются крайней плодовитостью - беременеют с 1-го раза и только девочками, да еще частенько двойняшками. Настоящие крольчихи. Когда иностранка пишет о русских - животики можно надорвать от смеха.
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияВ.З.,67л.
6.07.2015, 11.22





"...Yadrona vosh, svinya!rn– Что вы сказали?rn– Я выругался."rnБред бредовый. Согласна с В.З.,67л.:"Когда иностранка пишет о русских - животики можно надорвать от смеха."
Во власти соблазна - Грассо ПатрицияСвета
6.07.2015, 19.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100