Читать онлайн Огонь желания, автора - Грант Анна, Раздел - ГЛАВА 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Огонь желания - Грант Анна бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.67 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Огонь желания - Грант Анна - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Огонь желания - Грант Анна - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Грант Анна

Огонь желания

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 17

Расставшись с Шерри в Портсмуте, Каролина больше не думала о нем. И вот теперь вспомнила, что он обещал по прибытии в Лондон навестить ее. Вероятно, этот визит был просто данью вежливости, как бы то ни было, этот красивый, высокий и статный мужчина находился здесь, в гостиной Уэлстонов, в доме на Ред Лайон Сквер, спустя два дня после ее приезда в Лондон.
– Я очень рад, что мне удалось повидать тебя, – сказал он, пожимая ей руку. – Я прибыл в Лондон вчера поздно вечером и не осмелился в такой час беспокоить тебя. Надеюсь, у тебя все в порядке?
Он все еще держал ее руку.
– У меня все хорошо, – сказала она, пытаясь высвободить свою руку. – Мне здесь очень нравится.
– А как твоя малышка? Нравится ли ей в Англии?
Каролина раскраснелась от смущения, но в то же время ей льстило, что он проявлял к ним такой интерес.
– Эмили всегда и везде чувствует себя, как рыба в воде. И в Англии ей тоже нравится. Не хотите ли присесть?
Шерри взял в руки шляпу.
– Нет, я как раз объяснял миссис Уэлстон, что обещал матери зайти сегодня к дяде. Это ужасно скучно, но долг – превыше всего. Я зашел только спросить, Каролина, не хочешь ли поехать со мной на прогулку. Ты не была в Лондоне столько лет, да и я тоже. Так как? В четыре часа? Пожалуйста, скажи «да». Уверен, прогулка на свежем воздухе пойдет тебе на пользу.
Каролина не могла устоять ни перед его улыбкой, ни перед его искренней просьбой. Она взглянула на Маргарет, и та кивнула ей в знак одобрения.
– Я с удовольствием приму твое приглашение, – ответила молодая женщина и сразу же почувствовала облегчение. Уже давно никто не возил ее на прогулку. – Вы не возражаете? – обратилась она к миссис Уэлстон, когда Шерри ушел. – Вы и так все утро присматривали за Эмили, а теперь еще эта прогулка.
– Глупости. Для меня присматривать за девочкой – просто удовольствие. Тем более, что она прекрасно ладит со всеми в доме. Сейчас, например, она помогает миссис Эйксли на кухне. Хотите взглянуть? Наверняка, Эмили захочет показать маме свои собственные изделия.
Каролина спустилась вслед за Маргарет по узкой лестнице. Вскоре они оказались в кухне, посреди которой, за огромным столом сидела, с закатанными рукавами и вся перемазавшаяся в тесте, Эмили. Увидев вошедшую мать, она улыбнулась и протянула ей бесформенный комочек теста.
– Посмотри, мама, какой я хлеб сделала! – похвалилась девочка.
– Ах, какой хлеб замечательный! – восхитилась Каролина. – Но только будь осторожнее, когда он испечется. Потому что сразу он будет горячим.
Миссис Эйксли, повариха Уэлстонов, сидела на корточках у плиты с раскрасневшимся от жары лицом и выбившимися из-под колпака седыми волосами.
– Не беспокойтесь, миссис Раули, я присматриваю за ней. Мы очень хорошо ладим и прекрасно провели время, – сказала она, помещая хлеб Эмили в духовку рядом со своими изделиями. Затем, закрыв духовку, она тяжело поднялась на ноги. – Девочка уже много знает о том, как нужно печь хлеб.
– Ведь я уже пекла хлеб в Аскуэре! – воскликнула Эмили, подбегая к матери. – И мне очень это нравится.
Каролина радовалась за свою дочь. Малышка была очень общительна и везде осваивалась очень быстро.
Они все вместе – и с Маргарет, и с миссис Эйксли – пообедали в кухне, где так вкусно пахло свежеиспеченным хлебом. К тому же здесь было очень тепло и светло, так как сквозь окна, вытянувшиеся от самого пола до потолка и выходившие в сад, щедро проникали солнечные лучи.
После обеда Каролина поднялась в свою комнату, а Эмили осталась ждать, когда испечется ее хлеб и его вытащат из духовки.
Вспомнив о приглашении Шеритона, она подумала, что светло-зеленое муслиновое платье, в котором она была у лорда Гренби, вряд ли подойдет для прогулки в открытом экипаже в Гайд парке. Нужно было подобрать более подходящий наряд.
Она попросила слугу принести ей сундук, привезенный недавно от Джейн, где все это время хранились ее вещи и вещи Джереда. Когда ее просьба была исполнена, Каролина открыла тяжелую крышку и, опустившись перед сундуком на колени, принялась за исследование его содержимого. Запах нафталина вызвал в ее памяти картины прошлого. До скандальной истории с Джередом она следила за всеми последними новинками, не позволяя себе отставать от моды. И теперь даже страшно было подумать о том, сколько денег она истратила на кучу теперь уже ненужных платьев и шляпок, которыми был забит этот сундук.
Каролина аккуратно вынимала одежду и раскладывала ее на кровати. Как же она любила наряжаться! Сейчас эти вещи уже наверняка давным-давно вышли из моды. А когда-то мода играла в ее жизни немаловажную роль. Ей вдруг вспомнилась Адела, волосы которой всегда были гладко зачесаны назад, открывая ее прекрасное лицо, в залатанном стареньком платье и с шалью на плечах, чтобы хоть как-то защититься от холода. И сделалось стыдно, что когда-то для нее, Каролины, эти тряпки так много в жизни значили, что она была такой глупой и эгоистичной женщиной.
Она взяла в руки платье из тонкого бирюзового шелка, в котором была на балу у леди Петит, чье мнение для Каролины было когда-то таким авторитетным. Закрыв глаза, она представила себе этот бал: его краски, запахи, звуки, мелькания. С кем она танцевала в тот вечер? Только не с Джередом. Они не обращали друг на друга внимания на таких вечерах. Но, как всегда, там было много молодых людей. За нею в то время увивалось немало поклонников, и ее все время приглашали танцевать. Возможно, она танцевала и с Шерри. Да, теперь она была уверена в том, что танцевала тогда с ним.
Каролина положила бирюзовое платье на кровать. Два мира. Ей пришлось пожить и в одном, и в другом. А сейчас вдруг оказалась нигде. Но рядом существовал еще один мир, где жизнь текла спокойная и размеренная, такая как у Уэлстонов и у Джейн с Уиллом. Правда, этот мир для себя и для Эмили нужно было еще обрести.
Однако, от нее все, как назло, ускользало. И к тому же имелись финансовые проблемы. Еще в детстве она понимала, что ее родители не так богаты, как Раули, и отчасти именно этот постоянный недостаток денег не позволял им вращаться в свете, куда запросто были вхожи Раули. И родители выдали ее замуж за Джереда главным образом потому, что он был богат. Каролина наивно полагала, что, выйдя замуж за богатого человека, она навсегда избавится от финансовых проблем, и после свадьбы они с мужем жили так, как будто им вовсе не нужно было думать о деньгах. Теперь она уже не была такой наивной, но в то же время она ничего не знала о своем нынешнем материальном положении, унаследованном ею после смерти Джереда. По крайней мере, предложение лорда Гренби помочь ей разобраться в этом вопросе, оказалось как нельзя кстати.
Между тем, уже было три часа, и времени до встречи с Шерри оставалось не так уж много. Она еще раз оглядела все свои платья, разложенные на кровати, и вдруг вспомнила, что ей следует быть в трауре. Однако у нее не было ничего в черном цвете и денег на приобретение новой одежды тоже не было. В любом случае, она не могла соблюсти эту общепринятую условность. К тому же, траур по Джереду по времени должен бы уже закончиться. И для Шерри вряд так это было важно, чтобы Каролина облачилась в черное, как наверное и для всех тех, кого они могут встретить во время прогулки. Тем более, что никому толком не известно, когда умер ее муж. Так, разговаривая сама с собой, она увлеченно перебирала наряды, выбирая подходящее для прогулки платье.
* * *
Адам был разочарован тем, что, проведя целое утро в конторе Орднанса, ничего не смог узнать о судьбе капитана Лейтона, потому что все, у кого он спрашивал о нем, требовали объяснения, зачем его интересует этот человек. К тому же, многие вообще не помнили этого капитана, а те, кто помнил, не желали о нем говорить. Наконец, Дьюарду повезло: он наткнулся на одного разговорчивого служащего, который проболтался, что Лейтон переехал из Лондона в Хаммерсмит.
Одолжив экипаж у Уэлстонов, Адам заехал за Хокинсом, и они отправились на поиски исчезнувшего капитана. На дорогу им потребовалось более часа. Оставив экипаж у таверны, они отправились дальше пешком. Как выяснилось, Лейтон жил в небольшом, но респектабельном и хорошо обустроенном доме с множеством цветов на окнах и небольшим медным кольцом на дверях.
– Неплохо устроился! – отметил Хокинс, рассматривая соседние дома.
Адам долго изучал жилище Лейтона снаружи, как будто что-нибудь могло подтолкнуть его к какому-нибудь неожиданному открытию или помочь получше понять человека, проживающего здесь.
– Похоже, что он женился из-за денег. Хокинс пожал плечами.
– Может быть. Попробую узнать.
Он пошел по дорожке, оставив Адама одного ждать возле двери. Дьюарду открыл молодой слуга, который был немного удивлен, что прибывший с визитом человек не вручил ему свою визитную карточку.
Визитная карточка! Адам с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. Эта условность казалась ему такой смешной, устаревшей и забытой всеми много лет тому назад.
– Моя фамилия Дьюард, – сказал он. – Уверен, что капитан Лейтон помнит меня.
Слуга на минуту замешкался, но потом проводил его в длинный узкий холл, где стояли деревянная скамья и стол. Адам не стал садиться. Интересно, вспомнит его Лейтон? Должен. В свое время у них было несколько неприятных, но памятных встреч.
Через несколько минут слуга снова появился в холле и пригласил посетителя пройти за ним.
– Мистер Дьюард, – объявил он и удалился.
Помещение, в которое его привел слуга, оказалось кабинетом. В углу стоял письменный стол, на стенах висели книжные полки, а у камина стояло большое удобное кресло, в котором и сидел капитан Лейтон. Надо заметить, что время мало изменило его. Это был довольно красивый мужчина с карими плутоватыми глазами. Он отложил газету и посмотрел на Адама не то дерзко, не то испуганно.
– Проклятие! Неужели вы никогда не оставите меня в покое?
Дьюард сел на стул и, положив ногу на ногу, внимательно взглянул на растерянного Лейтона.
– Всего лишь несколько вопросов, если вы не возражаете.
– Возражаю? Будь я проклят, если нет! Почему я должен отвечать на ваши вопросы? То дело уже давным-давно закончено.
– Я тоже так думал. Однако я ошибался. – Адам немного подался вперед. – Расскажите, Лейтон, что вам известно о Тэлботе Раули?
Дверь открылась и послышался приятный женский голос.
– Фредерик, я не знала, что у тебя гость! Дверь быстро закрылась, и Дьюард успел увидеть лишь несколько темных локонов, хорошенькое личико и отделанное кружевом платье.
– Моя жена, – пробормотал хозяин, и лицо его озарилось улыбкой.
– Тэлбот Раули, – напомнил ему Адам.
– Я думал, что его зовут Джеред.
– Речь не о Джереде, а о его кузене Тэлботе, офицере артиллерии, приписанном тогда к Орднансу. Сейчас он – полковник Раули и находится на полуострове.
Лейтон долго складывал газету и так же долго искал для нее место на столе.
– Раули… Раули… Да, был какой-то капитан Раули. Он внешне был очень похож на своего кузена. Ага, только теперь до меня это дошло.
Но Адама эта речь не могла завести в заблуждение. Было ясно как день: этот тип прекрасно помнил Тэлбота Раули.
– У нас имеются сведения, что он занимался литейным делом.
– Мне об этом ничего не известно, – поспешно ответил Лейтон.
– Нам также известно, что ему было известно о подкупе и фактически ему был известен весь план.
Лейтон положил руку на колено.
– Ничего подобного. Я был немного знаком с капитаном Раули. Он не имел никакого отношения к линейному делу, к пушкам и ничего не знал о взятках Джереда Раули. Я имел дело только с Джередом. И больше ни с кем.
Он упорно все отрицал. Адам не смог добиться от него ничего, кроме заверений, что Тэлбот не имел отношения к скандальному предприятию Джереда. Он также отказался рассказывать что-либо о своей теперешней жизни и материальном положении. Лейтон, казалось, понял, что у Адама ничего не было против него и Тэлбота.
Однако, когда Дьюард вышел от него и стал искать Хокинса, то утвердился в своем предположении, что хозяину этого дома было что скрывать.
* * *
Задержавшись лишь на восемь минут позже условленного времени, Каролина спустилась вниз. На ней было закрытое сиреневое платье с длинными рукавами, которое красиво подчеркивало грудь, а на голове красовалась соломенная шляпка, в тон платью. Возможно, эта одежда могла сойти за полутраур. В любом случае, женщина осталась довольна собой.
Шерри, казалось, был очарован ею. Он взял свою спутницу под руку и проводил к ожидавшему их возле дома экипажу.
Небо было чистым, ярко светило солнце, и на мужчину, который сопровождал Каролину, было приятно смотреть. К тому же, лошади, запряженные в его экипаж, были просто замечательные. Настроение у молодой женщины резко улучшилось. Что бы там ни ожидало ее в будущем, сейчас она хотела прекрасно провести время.
Как давно она не бывала в парке и уже успела забыть, сколько много здесь праздной публики, отчего даже стушевалась немного, когда их экипаж въехал в ворота Гросвенора. Дорога была забита открытыми экипажами, и поэтому двигались они очень медленно. Это было время светских выездов.
Каролина с интересом рассматривала людей, проезжающих мимо. Все они казались ей процветающими и довольными жизнью. По крайней мере, все вокруг были очень хорошо одеты, но это, как было ей прекрасно известно, еще не являлось признаком полного благополучия. Особенно ее внимание привлекали женские наряды, и она отметила про себя, что теперь носили более длинные рукава, и талия стала несколько ниже, чем было модно раньше. А шляпы носили необыкновенно высокие.
– Все это кажется нелепым, – сказал Шерри, заметив ее смущение. – Признаюсь, что тоже чувствую себя здесь не в своей тарелке.
Взглянув на него, она сказала:
– Как я отвыкла от всего! Вряд ли ты испытываешь то же самое. Ведь я не жила такой жизнью целых пять лет, а ты здесь не был всего только два года.
– И это немало. Не могу сказать, что мои впечатления такие же, как у тебя, но они тоже довольно странные. Ты скучала по всему этому? Я имею в виду лондонскую жизнь?
– Вряд ли я вообще о ней думала.
– Мне кажется, ты не скучала. – Шерри вдруг снова стал серьезным. – Но скоро ты снова заживешь так, как все эти люди. Ты привыкла к этому всему. Это твой мир, и ты принадлежишь к нему.
Он придержал лошадей, и в это мгновение их нагнал другой экипаж.
– Шерри, милый, когда ты вернулся? Мы ужасно скучали по тебе. Ты обязательно должен пообедать с нами на следующей неделе. А завтра даю обед я. И ты непременно должен быть. – Не дожидаясь ответа, маленькая пухленькая женщина с золотисто-каштановыми волосами приказала кучеру ехать дальше.
Шеритон ухмыльнулся.
– Миссис Эллворт. Ты помнишь ее?
– Очень плохо.
Большинство прогуливавшихся в парке людей казались Каролине знакомыми, но она совершенно не помнила их имен.
– Я бы представил тебя, если бы она не уехала так быстро. Поверь мне, ты очень привлекательна.
– Не говори так. Я выгляжу ужасно немодной, и тебе это хорошо известно.
– Но миссис Эллворт была резка вовсе не поэтому. Она близорука и не видит ничего дальше своего носа. К тому же, она никогда не слушает, что ей говорят.
Каролина рассмеялась. То, что Шерри пытался приободрить ее, было очень трогательно.
За день произошло немало подобных встреч. У ее спутника было много друзей, и все они радовались, снова встречаясь с ним в Лондоне. В отличие от миссис Эллворт, все они останавливались возле экипажа Шеритона подольше и представлялись даме. Каролина была очень восприимчивой к любопытным взглядам женщин и восхищенным взглядам мужчин. Она чувствовала, что расцветала, словно бутон под влиянием теплых лучей. Возможно, Шерри прав, и она действительно принадлежала всецело к этому миру.
Затем к ним подъехали двое молодых людей верхом на лошадях и обратились к ней:
– Миссис Раули, мы так рады, что встретили вас! Вы замечательно выглядите! – Джек Шеритон снял шляпу и улыбнулся.
Ехавший рядом с ним Энди Блер оказался не менее внимательным.
– Как дела у Эмили? – поинтересовался он. – А миссис Пламб? Мы бы очень хотели увидеть их. Если это возможно, мы заедем как-нибудь в гости.
Каролине нравились эти молодые люди. Они были очень милы на протяжении всего их совместного путешествия на «Морском Коне».
– Конечно. Я думаю, они тоже будут рады видеть вас. Но только должна вас предупредить: Эмили учится выпекать хлеб по-английски и, возможно, захочет вас угостить собственным изделием. А миссис Пламб, – она запнулась, произнеся это имя, так как вдруг вспомнила, что забыла предупредить тетю Маргарет и прислугу – там все знали Елену, как миссис Мурос. – Миссис Пламб находит Англию просто замечательной и часто вспоминает вас обоих. Мы живем на Ред Лайон Сквер, одиннадцать. Находите в любое время. Мы почти никуда не выезжаем.
И после того, как молодые люди отъехали от экипажа, Каролина призналась своему спутнику:
– Я не думала, что они так быстро появятся в Лондоне. Мне казалось, ты взял их с собой в Хемпшир навестить маму.
– Мы были у нее, – коротко ответил Шерри. – Провели там целый день и две ночи. Дело в том, что я не могу подолгу находиться в ее обществе – боюсь стать таким же занудливым, как и она. К счастью, Энди оказался довольно терпеливым парнем и стойко выдерживал ее нравоучительные беседы. У него даже хватило ума отвечать ей так, чтобы она оставалась довольна.
– Да, иногда находиться в обществе родителей бывает просто невыносимо, – посочувствовала ему она. – Прекрасно знаю это на собственном опыте.
– Когда отец был жив, мама была другой. Но теперь она все свое внимание обратила на нас с братом. После того, как я получил титул, она вбила себе в голову, что мне настала пора жениться, и теперь только и делает, что знакомит меня с разными девушками. Чтобы спастись от этого бедствия, мне пришлось даже сбежать из Англии.
– Потому-то вы и отправились в столь длительное путешествие?
– Да, – чистосердечно признался Шерри, и они рассмеялись.
Вскоре Каролине надоели бесконечные встречи с различными знакомыми ее спутника, и она попросила его отвезти ее домой.
После появления Энди и Джека она вдруг вспомнила о путешествии из Лиссабона и о проблемах, стоявших перед нею. Ей хотелось с кем-нибудь поделиться своими переживаниями, но не могла же она рассказать Шерри о том, что произошло с Адамом в министерстве иностранных дел. Все-таки Джордж был для нее темной лошадкой. Хотя абсурдно было подозревать его в чем бы то ни было, однако и доверять ему полностью тоже не стоило. Во-первых, он был открытым, импульсивным человеком, а во-вторых, Тэлбот считался его другом, и они вполне могли откровенничать между собой.
И все же существовали кое-какие вещи, о которых с ним вполне можно было поговорить.
– Шерри, – обратилась она, когда они выехали на Оксфорд стрит. – Ведь ты довольно хорошо знал Тэлбота.
– Можно сказать, что половину своей жизни, Хотя, после того как он пошел служить в армию, я мало с ним виделся.
– Мне интересно, что там произошло у вас с тем литейным делом, из-за которого пострадал Джеред. Ведь вы с Тэлботом тоже, кажется, были как-то причастны к этому делу? Почему вы решили заняться им?
Глядя на проезжавшие мимо них экипажи, он произнес:
– Все очень просто. У Тэлбота тогда денег не было, а у Эдварда они, конечно, были. Он и являлся главным вкладчиком. Джеред тоже унаследовал какое-то состояние после смерти бабушки. И я тоже мог вложить кое-что. Но Тэлбот, тот хотя и был слишком неравнодушен к деньгам, удержать их в своих руках надолго не мог. К тому же, ему незачем было куда-то вкладывать деньги, чтобы получать прибыль. Он считал, что скорее добьется успеха, играя в карты.
– Значит, он никогда не входил с вами в долю?
– Я не сказал этого. – Шерри замолчал на мгновение, разглядывая пешеходов. – То, что Тэлбот работал в конторе у Орднанса, было немаловажно. К тому же, литейный цех являлся делом новым. По крайней мере, тогда, когда мы втроем решили взяться за него. Появилась возможность заключить выгодные контракты с преуспевающими фирмами.
– Тэлбот помогал вам?
– Конечно, – сказал он, удивляясь, что Каролина об этом спрашивала. – И это вполне естественно.
– Да, да, – поспешила согласиться она, понимая, что ей не следовало удивляться. У Тэлбота был свой интерес в этом деле. Ничего необычного в том не было, что младший брат должен был отвечать сам за себя, а не полагаться на влияние старшего. Никто не стал бы помогать Тэлботу только ради уважения к Эдварду. Если один из них вложил в дело деньги, то другой, чтобы получить свою долю от прибыли, обязан был вносить свой вклад, который не обязательно должен был выражаться в деньгах. Шерри не сказал ей ничего нового.
– Дело, за которое мы взялись, на ту пору было очень выгодным. Бог мой, тогда все вокруг наперебой требовали создание своей артиллерии. Если бы не мы, то кто-то другой взялся бы за организацию этого дела. Тэлбот оказывал нам немалую помощь, и это вполне естественно, что он получал свою долю. Никто из нас не выражал никакого недовольства по этому поводу. На какое-то время они замолчали. Потом Шерри сказал:
– Жаль, что все так обернулось.
Каролине не нужна была его жалость, и когда она заговорила, в ее голосе слышна была горечь.
– Не надо щадить меня, Шерри. Я уже давно смирилась со всем этим. Мне известно, что Джеред подкупил инспектора. С точки зрения морали, он был не прав. Возможно, это было преступлением, но его очень влиятельная семья даже не подумала чем-нибудь помочь ему. Он поступил так, потому что у нас тогда постоянно были трудности с деньгами. – Она не задавалась вопросом, известно ли было Шерри о том, что Джеред снял деньги со счета Эдварда, и не видела причин для того, чтобы поднимать сейчас этот вопрос. И без того уже было сказано много неприятного о ее муже.
Ее спутник удивленно смотрел на нее. Скорее всего, он заметил ее негодование и потому произнес успокаивающе:
– Я очень сожалею о том, что произошло с Джередом, и понимаю, через что тебе и Эмили пришлось пройти. – Выдержав паузу, он перевел разговор в другое русло. – Послушай, Каролина, я хочу, чтобы ты правильно поняла меня. Мы с тобой старые друзья, и я думаю, что имею право тебе сказать это: мне неизвестно, в каком материальном положении оставил тебя Джеред, но если тебе что-нибудь нужно… В общем, я бы хотел тебе помочь.
Каролину тронуло его беспокойство за нее и то, как деликатно он все это сказал, но она ничего не смогла бы принять от него. И мягко, но решительно она сказала ему об этом. Когда они подъехали к дому, отношения между ними были снова дружески-теплыми.
– Спасибо тебе за эту прогулку, – сказала она, выходя из экипажа. – Я прекрасно провела время.
Шерри задержал ее руку в своей несколько дольше, чем позволяли правила хорошего тона.
– Если позволишь, я еще как-нибудь заеду к тебе.
– Да, пожалуйста, я буду очень рада. И привози с собой молодых людей.
Возможно, ее слова оказались не такими, как он ожидал, потому что он тут же отпустил ее руку.
С самого начала их знакомства, поведение Шерри было похоже на ухаживание. Он всячески старался дать ей понять, что она ему нравится, но черту дозволенного он никогда не переступал. Однако, теперь она была свободна, и он с полным правом мог открыто ухаживать за ней, тем более, что его мать считала, будто ему давным-давно пора жениться.
Каролина поднялась на крыльцо. У Уэлстонов были лакей и горничная, у которых работы было более чем достаточно, и поэтому она не стала звонить в дверь, а, войдя, закрыла ее сама.
Действительно, а что уж тут такого невообразимого, если она снова выйдет замуж? Ради Эмили, которой нужна полная семья, это было бы разумным шагом. Больше всего на свете матери хотелось бы, чтобы ее ребенок рос в нормальной и безопасной обстановке. Каролина прекрасно понимала, что свет не был благосклонен к женщинам с детьми, лишенным покровительства мужчины. Но ей вовсе не хотелось выходить замуж, даже за такого доброго и обходительного человека, как Шерри. И даже за Адама.
Она невольно вздрогнула, услышав его голос, доносившийся из гостиной. Войдя туда, она увидела, что они с Маргарет пили чай. Увидев Каролину, он встал из-за стола и спросил:
– Ну и как прогулка?
Услышав в его голосе нотки осуждения, она гневно вскинула голову: сам же отверг ее, а теперь вдруг ревнует!
– Очень хорошо, – бесстрастно ответила она, снимая шляпку. – Я уже отвыкла от таких прогулок. В парке было очень весело, столько много нарядных, приветливых людей. Десятки знакомых подъезжали к нам с разговорами. – Она села за стол и взяла чашку с чаем, которую перед ней поставила Маргарет. – Да, чуть не забыла. Мы встретили Энди и Джека. Они спрашивали о Елене, которую все еще величают миссис Пламб, и об Эмили. Хотели прийти в гости, и я сказала им, что они могут зайти к нам. – Каролина вопросительно взглянула на хозяйку дома, спохватившись вдруг, что ее поведение может быть истолковано, как бесцеремонность. – Я думаю, вы не будете против?
– Конечно, конечно! – тетушка с тревогой взглянула на Адама, чувствуя себя беспомощной, чтобы помочь ему. – Эмили постоянно вспоминает их. Она уже успела привязаться к этим молодым людям.
– Да, – хмуро согласился Дьюард. – Эмили тоже имеет право принимать своих гостей. Мне кажется, она уже совсем освоилась в Лондоне. Также, как и ее мать.
– А почему бы и нет, Адам? – с негодованием спросила Каролина. – Я родилась в Англии, выросла. И вообще, это моя родина!
Он пристально взглянул на нее и отвел глаза.
– Конечно, Каро. Прости меня. Извините, мне пора идти.
Он быстро вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.
На какое-то время в гостиной воцарилась тишина. Маргарет молча пила чай. И Каролина, испытывая неловкость из-за случившегося, произнесла наконец:
– Простите. Это моя вина. Все никак не научусь придерживать свой язык.
Миссис Уэлстон поставила чашку и спокойно сказала:
– Адам повел себя возмутительно.
– Да. – Каролина потупила глаза. Маргарет взяла в руки чулок и, внимательно разглядывая дырку, пробормотала:
– Просто ужасно. – Затем взяла иголку с ниткой и принялась зашивать чулок. – Вы всегда так ссорились. Даже когда были детьми.
– Я не хотела, чтобы так случилось. – Каролина чуть не плакала. – Нет, это несправедливо. Мне всегда хотелось, чтобы он поступал так, как хочется мне. Наверное, это именно я виновата во всех наших размолвках.
Маргарет оторвалась от шитья и внимательно взглянула на молодую женщину, словно хотела понять, что та чувствует на самом деле. Затем, покачав головой, как будто увидела то, что и предполагала увидеть, продолжила штопать чулок.
– Да, и таких ссор было уже бессчетное множество.
Тетушка закончила штопать и положила чулок обратно в корзину, стоявшую рядом с креслом, в котором она сидела.
– Но в этом не только ваша вина, моя дорогая. Адам всегда ужасно боялся терять людей, которых любил. Он редко привязывался к кому-нибудь, но если уж это происходило, то он приклеивался, как пиявка.
– Но не к вам. Маргарет улыбнулась.
– Я бы этого не допустила.
– Однако он вас все равно очень любит. – Каролина посмотрела вдруг на свои руки: она все еще носила обручальное кольцо, которое надел ей на палец Джеред в день их свадьбы. Она настолько свыклась с ним, что даже не замечала. – Мне кажется, он стал таким из-за того, что рано потерял родителей. Ведь он был совсем маленький, когда остался сиротой. Такая трагедия не могла не отразиться на характере ребенка.
– Да, он много успел пережить еще будучи маленьким мальчиком. Вам известно, как погибли его родители?
Каролина ничего не знала об этом. Они с Адамом говорили обо всем, но только не о его родителях.
– Он старался избегать этой темы в разговорах. Наверное, ему до сих пор тяжело вспоминать об этом, – сказала она.
– Думаю, вам следует знать эту историю. – Маргарет тяжело вздохнула и нахмурилась. – Вам, конечно, известно, что его мать была индианкой. Ее отец имел свой магазинчик, и семья у них была очень большая. Это все, что было известно маленькому Адаму о своей родне по материнской линии. И вот когда мальчику исполнилось девять лет, он изъявил желание навестить родную деревню своей матери. После того, как она вышла замуж за англичанина, вся родня отреклась от бедной женщины, однако она заботилась, чтобы ее сын знал о своем происхождении и не стеснялся его. Адам тогда был похож на индуса еще больше, чем сейчас. Он всегда был смуглокожим, а под жарким солнцем Индии и вообще почернел, как головешка. Благодаря матери он прекрасно говорил на языке хинди, и, вероятно, женщина думала, что, увидев внука, отец ее сменит гнев на милость.
– Ей удалось повидаться со своей семьей? – нетерпеливо спросила Каролина, когда Маргарет, о чем-то задумавшись, замолчала.
– Нет. Не успела. Насколько мне известно они собирались отправиться туда в тот день, когда случилась эта страшная трагедия. А может, как раз и отправились. Но там в одной из деревень произошел какой-то конфликт между местным населением и британскими солдатами. По словам Адама, они с отцом и матерью шли по рынку. Отец был в мундире британской армии, но, судя по всему, он находился далеко от своего полка, и ему ничего не было известно о столкновении в деревне. Вдруг все увидели группу солдат, преследовавших какого-то индуса, на защиту которого встали его соплеменники: сбившись в кучу, они бросались в солдат камнями. В ответ на это британцы открыли ружейный огонь. А так как все происходило на рынке, где, естественно, полно было народу, непричастного к столкновению, то из-за беспорядочной стрельбы множество людей погибло. Перепугавшись, мать Адама схватила мальчика за руку и бросилась бежать, надеясь найти где-нибудь укрытие. Но в этот момент ее настигла солдатская пуля. Женщина упала, мальчик бросился к ней. Вокруг стоял невообразимый шум, суета и неразбериха. Его до сих пор иногда преследуют те воспоминания: крики, выстрелы, мечущиеся, ищущие спасения люди. Мальчик долго не мог понять, что его мать убита, а когда понял, долго не хотел в это поверить.
– О, Боже! – воскликнула Каролина. – А где же делся его отец?
– Из-за всей этой суматохи они потеряли друг друга из вида. Зная своего брата, могу предположить, что он бросился предотвращать кровопролитие. Когда же, наконец, он увидел сына и побежал к нему, то тоже был убит.
Каролина оцепенела от ужаса.
– А что же было с Адамом потом? – спросила она.
– На него никто не обратил внимания. Наверное, солдаты приняли его за маленького индуса. Когда же они нашли тело его отца, то были удивлены, так как он был не из их полка. Адам увидел, как они подняли тело его отца и испугался, подумав, что жестокие солдаты намерены осквернить убитого или еще что-нибудь плохое сделать. Он бросился на них и на чисто английском языке закричал, чтобы они не смели издеваться над его отцом. Те поняли, что мальчик был англичанин и забрали его с собой, чтобы потом решить его дальнейшую судьбу. А также они взяли с собой и тело моего брата, а убитая мать Адама так и осталась лежать на рыночной площади. И никто не знает, что с нею потом стало.
Каролина вспомнила настороженного смуглого мальчика с испуганными глазами, которым был Адам, когда впервые появился в Финли-Эббате. Он, как живой, стоял у нее перед глазами. Помнится, тогда, увидев его, ей хотелось обнять этого ребенка, приободрить, успокоить, убедить, что он среди друзей, он в полной безопасности.
– Наверное, он винит себя в гибели своей матери? – спросила она, хотя ничуть не сомневалась, что так оно и есть.
– Да, он считает, что мог, но не защитил свою мать.
– Теперь я понимаю, почему он приехал за мной в Аскуэру.
– Думаю, он чувствует себя ответственным за вас и Эмили. И злится на вас из-за Шеритона, потому что не доверяет ему.
– Это понятно. Я и сама мало кому доверяю. Маргарет улыбнулась.
– Тогда, по всей вероятности, жизнь вас кое-чему научила, потому что вы всегда были слишком доверчивы.
– Нет, – возразила Каролина, желая быть честной. – Мне всегда хотелось самой найти правильный выход. Я мало обращала внимание на других.
С минуту миссис Уэлстон молча смотрела на свою собеседницу.
– Это неожиданное для вас утверждение, – наконец, произнесла она. – Вы изменились, Каролина. Признаюсь, я никогда не считала вас подходящей парой для Адама. Но сейчас я в этом не вполне уже уверена.
Но похвала старой женщины не могла успокоить ее. Самой Каролине казалось, что она недостойна Адама. Она почувствовала потребность излить кому-нибудь душу. А Маргарет, как никто другой, имела право знать все.
– Я причинила вашему племяннику слишком много страданий в прошлом, – произнесла она. Я с детства привыкла, что он во всем был послушен мне, и я привыкла поступать ему назло, если что-то он делал не так, как хотелось мне. Отчасти именно поэтому я и вышла замуж за Джереда. Я не хотела замечать, что мальчик Адам вырос, и что его чувства ко мне уже нельзя было назвать только детской привязанностью. – Она замолчала на мгновение, не зная, как объяснить, что в свое время была напугана напором страсти вчерашнего приятеля по детским играм. Но Маргарет слушала ее с таким видом, как будто ей все давно уже было известно до мельчайших подробностей. – В общем, он вырос, он стал вести себя как взрослый мужчина. Он сделался ужасно ревнив, он был нетерпим ко всем, кто приближался ко мне. И мне все это очень не понравилось. Я не хотела изменений наших прежних отношений, и, желая наказать его за это, я оставила его. Я не желала испытывать такие же чувств нему, какие он испытывал ко мне. Я хотела избежать этого всего. – Каролина покраснела. – Вы понимаете, о чем я?
– Думаю, что да. – На лице тетушки не было и намека на осуждение. – Я догадывалась об этом.
Каролина замялась на момент, но, решительно отбросив свое смущение, подумала, что ей необходимо выговориться до конца.
– Я причинила ему тогда много страданий. И совсем недавно снова заставила его страдать. Эмили – его дочь.
Маргарет охнула от удивления.
– Об этом я не догадывалась. Я вообще, не думала, что вы встречались в то время.
– Это было только один раз. Адам находился в Лондоне и расследовал как раз то самое дело о бракованных орудиях. Я узнала, что он собирался выдвинуть обвинение моему мужу, и решила отговорить от этого своего друга детства. Я считала, что он решил обвинить Джереда из чувства мести. Я думала, Адам не может простить, что я вышла замуж за Раули. И я отправилась к нему, я умоляла его оставить Джереда в покое.
– Потом вы забеременели?
– Адам ничего не знал. Мой муж догадывался, хотя ему и не было известно имя настоящего отца моего ребенка. Когда ваш племянник разыскал меня в Аскуэре, я скрыла от него, что Эмили – его дочь. Я не собиралась говорить ему правду, но это случилось само собой, когда мы возвращались в Англию на корабле.
В глазах Маргарет светилось сочувствие.
– Вероятно, где-то в глубине души вам хотелось, чтобы он узнал правду.
– Может быть. – Каролина никогда раньше не думала об этом, но теперь ей показалось, что старая женщина была права. – Адам разозлился на меня. Не успели наши отношения более-менее наладиться, как снова все разрушилось. И теперь он все еще сердит на меня. Тетя Маргарет, что же мне делать?
– Я не знаю, Каролина. Я не знаю, что тебе сейчас лучше всего предпринять, чтобы было лучше для всех вас – и для тебя, и для Эмили, и для Адама. Мне кажется, что сейчас не время для принятия решений.
Каролина вспомнила о встрече с Гренби, о бумагах Джереда, которые им еще предстояло изучить, об угрозе, которая нависла над Адамом и, может быть, даже над ней самой. Как обычно она была эгоистичной… Ведь на карту были поставлены не только ее чувства, но и другие, более важные вещи.
– Вы правы, – сказала она. – Сейчас не время. Тетя Маргарет, спасибо, что вы выслушали меня.
* * *
Тем временем Адам вышел на улицу, чтобы хоть немного успокоиться. Эта его необузданная ревность пугала его самого. Нельзя было давать волю этому разрушительному чувству, лучше подумать о том, что дальше ожидать от Каролины. От этой непредсказуемой женщины можно было ожидать что угодно. Разве мог он предполагать, что она отправится в глушь чужой страны, охваченной войной, вслед за своим опальным мужем, и что ему, Адаму, придется сопровождать ее оттуда. Аскуэра явилась поворотным моментом в ее жизни. Теперь Каролина – вдова. Все, что связывало ее с Джередом, осталось позади. Теперь ей нужно было строить свою жизнь заново. Ради себя и ради Эмили. И если Шеритон или кто-то другой захочет жениться на ней, то ни у кого нет права чинить этому препятствия.
С такими мыслями он бездумно блуждал по городу, не обращая внимания на то, куда несли его ноги. И вдруг Адам резко остановился, увидев, что оказался у входа в приют для подкидышей. И сразу же на него нахлынули воспоминания о Саламанке, вытеснив прежние мысли о возможности очередного замужества Каролина. Черт возьми, Шеритон всего лишь пригласил ее на прогулку.
Проклиная себя за свое идиотское поведение, он быстро пошел в направлении Ред Лайон Сквер. Во-первых, нужно извиниться. По крайней мере, хотя бы перед тетей Маргарет. А что касается, Каролины, то он просто расскажет ей о том, что ему удалось узнать сегодня. И это будет своего рода извинением.
Войдя в дом, он увидел, как она в своем нарядном сиреневом платье поднималась наверх. Такая стройная, такая женственная… У Адама перехватило дыхание, и он почувствовал, что его недавнее негодование окончательно улетучилось.
– Каро, – окликнул он, вцепившись рукой в перила.
Она резко обернулась и, увидев его, побежала вниз по лестнице.
– Адам, прости меня, но это ужасно, все, что случилось с твоей мамой. Я прежде ничего не знала. Я так потрясена! – выпалила она, бросившись к нему. – Я даже не могла себе представить, что все это так ужасно. Я презираю себя за то, что заставляла тебя страдать.
Он был в растерянности.
– Тетя Маргарет…
– Да. Она посчитала необходимым рассказать мне об этом. Надеюсь, ты не рассердился? Ты ведь не против?
Был ли он против? Одному Богу было известно, как тяжело ему даже в мыслях обращаться к тем событиям, не то, что говорить, и это спустя столько лет! Но лицо Каролины светилось таким искренним сочувствием, так трогательна она была в эту минуту, что у него язык не повернулся бы обвинить тетушку в том, что она сделала. Странно, но он даже был рад, что все так произошло, потому что теперь преграды между ним и Каролиной как будто бы уже не существовало. Хотя он не хотел окончательно признаться самому себе, что в глубине души давно перестал таить обиду на нее. Ибо признаться в этом означало бы только одно – возобновление прежних отношений, что казалось ему совершенно невозможным после произошедшего между ними на корабле разрыва.
В этот момент им навстречу выбежала Эмили и, увидев Адама, с визгом бросилась к нему, затем начала восторженно рассказывать, что сегодня она научилась печь хлеб и специально для него оставила кусочек попробовать.
Когда несколько часов спустя все, как обычно, собрались в гостиной у камина, Эмили уже спокойно спала в своей комнате наверху, и Адам решил, что настало время рассказать о новостях, которые ему довелось узнать сегодня.
– Я побывал сегодня в конторе, – объявил он всем.
– Ты нашел его? – недоверчиво спросила Каролина.
– Конечно. – Дьюард сидел в кресле, которое стояло довольно далеко от Каролины, так как он опасался находиться в непосредственной близости к ней, чтобы не терять ни головы, ни самообладания.
– Речь идет о Лейтоне. Это тот самый человек, которого подкупил мой муж, – пояснила Каролина остальным.
– Капитан Лейтон служил тогда в артиллерии, – добавил Адам. – В свое время ему пришлось уйти в отставку, и сейчас он ведет тихую, мирную жизнь обывателя.
– Я думал, что он в тюрьме, – недоуменно заметил Чарльз.
– Полагаю, что лорд Анандейл позаботился, чтобы этот тип там не оказался, так как хотел избежать шумихи и скандалов вокруг имени своего сына. Наверняка, этот Лейтон и без того получил по заслугам. Его карьера рухнула, и теперь никто в конторе даже не вспоминает о нем, – усмехнулся Адам. – По крайней мере, его бывшие коллеги упорно отказываются о нем говорить. А сам он живет теперь в Хаммерсмите. И мы с Хокинсом там его разыскали.
– Мы не знали его точного адреса, поэтому нам пришлось многих порасспрашивать о нем, – сказал Хокинс.
– Вот почему вы так поздно вернулись! – произнесла Елена, взглянув на своего приятеля, и уже другим тоном добавила: – Я так скучала по тебе!
Он поцеловал ей руку.
– И я тоже.
– Итак, вы нашли его, – нетерпеливо напомнила им Каролина. – И что он вам сказал?
– Не очень много, – вздохнул Дьюард. – Он вспомнил меня и все, что было со мной связано. Но он упорно отрицает, что кто-либо еще, кроме Джереда, участвовал в подкупе. Он подтвердил, что был знаком с Тэлботом, однако утверждал, что их связывали только служебные дела. И тем не менее…
– Да, Адам, переходи к делу, – поторопила его Маргарет.
– Я уверен, что он знаком с Тэлботом гораздо лучше, чем говорит. Кроме того, этот Лейтон живет слишком обеспеченно для человека, потерявшего должность и средства к существованию. Пока я сидел у него, Хокинс побеседовал с его соседями, и они подтвердили, что Лейтон не стеснен в средствах. Он купил свой дом в Хаммерсмите как раз примерно пять лет тому назад, и никто там ничего плохого о нем не сказал.
Чарльз нахмурился.
– Вы думаете, ему заплатили?
– Похоже, что так. Его родители умерли очень давно. У него никогда не было богатых родственников, и жена его тоже не из богатых.
– Вы очень предприимчивы, Хокинс, – заметила Маргарет.
– Он умеет разговаривать с людьми. И производит впечатление наивного, добродушного человека. Абсолютно бесхитростный, – насмешливо, но с любовью сказала Елена.
– Вы думаете, что лорд Анандейл так щедро заплатил Лейтону? – спросил Чарльз.
Адам, немного подумав, ответил:
– Трудно сказать. Я заметил, что отец Джереда делал все, чтобы имя его сына не фигурировало в деле, однако ему не было никакого смысла покупать молчание Лейтона.
– Этот тип что-то знает, – сказал Хокинс.
– Согласен. Но нам неизвестно, как вытянуть из него эти его знания.
Какое-то время все сидели молча. Потом Каролина сказала:
– У меня есть кое-какие сведения о Тэлботе. Шерри… лорд Шеритон рассказал мне, что Тэлбот был ответственным в этом деле за заключение контрактов, и партнеры оплачивали его деятельность. Партнеры – Джеред, Шерри и брат Тэлбота Эдвард. Шерри сказал, будто ему даже в голову не приходило, что в этом деле было что-то нечисто.
Чарльз вздохнул.
– К несчастью, это только подтверждает все ваши догадки.
– Мы не намного продвинулись в своем расследовании. Тем не менее, нам известно, что у Тэлбота в этом деле был определенный интерес. – Каролина указала на коробки, стоявшие в углу комнаты. – Может быть, перейдем к изучению их содержимого. Возможно, там мы найдем что-нибудь важное.
– Дорогая, ты уверена, что нам тоже нужно участвовать в знакомстве с этим? – поинтересовалась Маргарет.
– Вас смущает то, что здесь имеются личные бумаги? Ерунда. Мне нечего скрывать от вас.
Адам и Хокинс перенесли коробки в центр комнаты, и каждый из присутствовавших здесь взял себе по несколько документов. Изучение этих бумаг было делом довольно скучным. Счета, письма поставщиков, долговые обязательства, записи о найме лошадей и экипажей. Джеред много задолжал, но Адаму в руки попалось кое-что интересное.
Это были письма от друзей Джереда, которые нужно было читать особенно внимательно, так как там мог быть ключ к разгадке.
Тут имелись письма от Мэтью Белла, владельца чугунолитейного завода, с которым Джеред и его компаньоны имели дело, а также копии ответов на эти письма Джереда Раули, где он просил ускорить дело.
«Нужно поторопиться», – писал он.
– Интересно, зачем? – произнес Дьюард после того, как прочитал одно из таких писем вслух. – Меня интересует, почему Джеред выбрал именно такой путь, чтобы поправить свои дела. Руководство компании не могло выплачивать средства по долговым обязательствам, и они зависели от министерства финансов, которые выделяло средства чересчур медленно.
– Это не играло роли, – сказала Каролина. – Ему не нужны были наличные деньги, а только документ, подтверждающий, что все будет в срок выплачено.
– Долговые обязательства? Что это такое? – спросила Елена.
Ее вопрос был обращен к Дьюарду, но ответил Чарльз, объясняя иностранке непонятные английские термины с простотой, не свойственной юристам.
– Долговые обязательства в этом случае – обычные обещания заплатить, выдаваемые взамен на кредиты министерства финансов, выделяемые компании для развития необходимого государству производства. – Затем мистер Уэлстон обратился к Каролине. – Ваш муж изъясняется в этих бумагах, как человек, понимающий толк в финансовых делах. – И он показал ей лист какого-то документа, где Джеред вел расчет расходов и доходов предприятия, где заодно подсчитывал и собственную долю от предполагаемой прибыли.
Миссис Раули улыбнулась.
– Это правда, моему мужу нравилось заниматься бухгалтерией, и у него это неплохо получалось. Поэтому он фактически и заведовал всеми финансовыми делами литейного цеха. Эдвард был слишком занят, чтобы вникать во все это, а так как Джеред был его секретарем, то все как-то само собой вышло, что ведение этих дел было возложено на Джереда. Боюсь, что Шерри не очень разбирался в таких делах и не особо вникал в проблемы, связанные с финансами их компании.
Еще четверть часа они работали молча. Вдруг Каролина пробормотала:
– Кажется, я что-то нашла.
Все оторвались от своих бумаг и с интересом посмотрели на нее.
– Это письмо от Тэлбота. Он пишет из Саррея: «Я встречался с Беллом, владельцем чугунолитейного завода, о котором я тебе говорил раньше. Его дело вот уже шесть месяцев, как закрыто. Все обстоит именно так, как нам рассказывали. Он ищет капитал. Можешь ли ты поговорить с Эдвардом? Он доверяет тебе, а мне нет. Шерри будет на нашей стороне, он тоже любит риск. Помнишь, что я говорил тебе? Жизнь дает нам такой редкий шанс. По крайней мере, в этом году ничего лучшего нам не светит. Решайся!» – Каролина побледнела. – Литейный цех был идеей Тэлбота. А я всегда думала, что первоначальная инициатива исходила от Джереда!
– Похоже, что так, – сказал Адам, уставившись на пляшущее пламя в камине. Потом он поднял голову и медленно оглядел всех. – Итак, что нам известно? Тэлбот каким-то образом узнает о положении дел Белла и его планах восстановить свое предприятие. И тогда он предлагает Джереду вложить в этот проект деньги, полагая, что сможет помочь заключению контрактов Орднанса с предприятием Белла. Так все и получилось. Партнеры платили Тэлботу за посредничество. Возможно, Тэлботу также было известно о подкупе Лейтона. Но у нас нет этому доказательств. Возможно, Лейтону, получившему взятку, заткнули рот хорошенькой суммой. Если так, то он будет молчать до конца дней своих.
Чарльз снял очки.
– Это уже что-то, Адам.
– Но все еще недостаточно. – Дьюард взглянул на Каролину. В его взгляде сквозила тревога. – Тэлбот нанял двух человек для того, чтобы убить Каро. За этим должно скрываться что-то большее, чем просто соучастие в подкупе должностного лица. Она должна знать что-то очень важное, что-то, представляющее для него большую опасность. Но что? Боже мой, что такого ей может быть известно?!
Эти слова долго не давали покоя Каролине, и она долго не могла уснуть, думая об этом до полуночи. Однако сон все-таки одолел ее, и она крепко заснула. А когда проснулась, то было уже около полудня.
Постель Эмили, ранней пташки, пустовала. Ночная рубашка девочки лежала на стуле, а платья, в котором она была одета вчера, на месте не было.
Скорее всего, она оделась сама и отправилась к Маргарет или Елене, чтобы ей помогли застегнуть пуговицы на платье.
Каролина быстро оделась и спустилась вниз. Маргарет в это время просматривала в столовой почту. Увидев вошедшую, она отложила почту и предложила чаю.
– Мне кажется, ты провела бессонную ночь. Впрочем, я и сама проснулась поздно. Зато Адам поднялся чуть свет и уже отправился на поиски Мэтью Белла.
– Но ведь литейный цех был закрыт пять лет тому назад, – сказала Каролина, садясь за стол. Она все никак не могла отойти от сна и, чтобы приободриться, решила выпить немного чаю.
– Однако это не значит, что Белл куда-то исчез. А если даже и случилось так, то будет нелишним узнать, куда он подевался. Хокинс и Елена отправились вместе с Адамом. А когда они уже отъезжали, Эмили побежала за экипажем, умоляя взять ее с собой. И я разрешила. Надеюсь, ты не против?
– Нет, конечно же, нет. Эмили будет интересно посмотреть что-нибудь новенькое, а то она ничего больше, кроме вашего дома, и не видела в Англии. Да и в такой хорошей компании с нею ничего плохого не случится.
Маргарет снова вернулась к письмам. А Каролина налила себе еще чаю и взялась за уже остывшие гренки. Она и сама с большим удовольствием отправилась бы в Саррей, но у нее было другое задание – просмотреть оставшиеся две коробки с бумагами Джереда, так как сама вчера пообещала всем, что займется этим сегодня. И, позавтракав, она уже собралась идти, когда в столовую вошла горничная Джесси и сообщила, что к миссис Раули явилась посетительница.
– Женщина, – пояснила она. – Я отвела вашу гостью в кабинет. Не думаю, что вам хотелось бы принимать ее здесь.
Маргарет посмотрела на стол с остатками завтрака и улыбнулась.
– Хорошо, Джесси. Миссис Раули сейчас придет.
Каролина поспешила вверх по лестнице в кабинет, довольная тем, что чтение бумаг мужа можно было отложить. Только одной женщине в Лондоне было известно, где она остановилась, и только эта женщина могла сейчас сюда прийти. Так и оказалось.
– Долли! – радостно воскликнула Каролина, войдя в кабинет и окинув его взглядом.
Дороти Раули, виконтесса Фарнвуд, жена Эдварда-старшего, сына Гренби, повернулась на оклик и радостно вскрикнула:
– Каролина, негодница! – Она подошла к подруге и взяла за руки. – Гренби мне сказал, что ты была вчера у него. И ты даже не соизволила оставить для меня хотя бы малюсенькую записочку!
Женщины обнялись и стали внимательно рассматривать друг друга.
Долли ничуть не изменилась за эти годы. Все такая же стройная, живая, жизнерадостная. Все те же каштановые локоны струились из-под роскошной модной шляпы. Ее розовое, в белую полосочку, платье также соответствовало последней моде, о которой Каролина получила представление во время прогулки с Шерри. Лицо этой модной женщины выглядело все таким же юным, свежим, румяным, как и прежде. И ее большие карие глаза были такие же сияющие и счастливые, как их помнила Каролина.
– Дорогая, я знаю, что ты оказалась в ужасной ситуации. – Долли все еще держала подругу за руки. Так, не разнимая рук, они и сели на диван. – Я хочу знать о тебе все. И ты мне обязательно расскажешь. Но только не сейчас, потому что я слишком взволнована, чтобы спокойно что-то воспринимать. Да и тебе уже, наверное, надоело без конца всем рассказывать, как и что произошло. Я знаю, что у тебя есть дочь. Расскажи лучше о ней.
Каролина улыбнулась, а сама подумала, что ее одежда уже давно вышла из моды, и что ее прическа не была такой эффектной и изысканной, как у Долли.
– Мою дочь зовут Эмили. Она родилась как раз перед тем, как мы с Джередом отправились в Лиссабон.
– Так значит, ей уже около четырех лет. Как и моему Неду. Моему маленькому сыночку. Он родился сразу после… – Долли не договорила. – А моей Бэллочке уже шесть, – продолжила она. – Надеюсь, наши дети обязательно подружатся. Ты непременно должна приводить свою Эмили в дом Гренби, чтобы малыши могли вместе играть. Нед и Бэлла ужасно скучают. И они будут счастливы познакомиться с новой подружкой.
– А как Эдвард?
– Он, как всегда, очень занят, дорогая. Он сейчас работает еще больше прежнего. Политика – это его жизнь. Он не может отказать, если его о чем-либо просят. Мой муж совсем не похож на своего папочку. Гренби, кажется, вообще никогда не работает, но зато имеет такие связи! И он такой влиятельный. Мне порой кажется, что этот старик управляет министрами, как марионетками – дергает за веревочки то одного, то другого. В общем, я веду хозяйства сразу двух семей, а папаша только и знает, что развлекается, живя за наш счет.
– Однако тебе грех жаловаться, Долли. Вы процветаете. Хочешь чаю или кофе?
– Нет, не могу, – с сожалением сказала она. – Не могу долго у тебя засиживаться. Мне нужно на примерку, и я не должна опаздывать. Ты знаешь, эти портнихи стали такими придирчивыми. Каро, дорогая, твое лицо осунулось, и сама ты очень похудела. – Она окинула критическим взглядом небольшое пространство кабинета. – Я, конечно, не сомневаюсь, что ты здесь хорошо устроилась, но все же тебе было бы лучше жить у нас.
– Спасибо, Долли. Но нет.
Подруга пожала плечами, мол, поступай как знаешь, и, отыскав взглядом свои перчатки и ридикюль, встала.
– Я тебя понимаю, Каро. По крайней мере, мне так кажется. Не представляю, как ты жила последние два года, но, думаю, что тебе было несладко. И я определенно хочу тебе как-то помочь. Нельзя допустить, чтобы ты окончательно завяла здесь, в этом доме. Тебе надо как-то встряхнуться.
Каролина рассмеялась.
– Долли, о чем ты говоришь? Я же в трауре.
– Чепуха! – отмахнулась она, натягивая перчатки. – Вчера я была в гостях, и мне, по крайней мере, человека три сказали, что видели миссис Рауле на прогулке в парке с лордом Шеритоном. Ты уже успела заявить о себе, дорогая. Значит, не очень-то ты соблюдаешь свой траур.
Каролина знала, что ее подруга сказала так вовсе не из желания уколоть ее – Долли никогда не была бессердечной. Просто ей прекрасно было известно, какими были на самом деле их отношения с Джередом еще до скандала, вынудившего обоих покинуть Лондон.
Долли, наконец, натянула свои перчатки.
– Ты должна быть у меня к обеду, скажем, в пятницу. Будут только члены нашей семьи. Знаешь, Каро, – впервые за время их встречи она сделалась серьезной. – Неважно, как там поступил Джеред. Для меня это никогда не имело значения. И Эдвард тоже давно простил его.
Каролина с признательностью взглянула на подругу.
– Спасибо, Долли. Я с удовольствием к вам приду. Они направились к двери.
– Послушай, – обратилась к Каролине гостья. – Я так рада была тебя увидеть. И я просто счастлива, что мне в голову пришла мысль пригласить тебя. Мы будет веселиться, как в старые добрые времена. Я знаю, что Гренби сожалеет о том, что вчера так быстро отпустил тебя. Он был рад твоему визиту. И Эдвард тоже только и говорит, что о твоем возвращении. Да, чуть не забыла сказать: тебя ждет сюрприз – Тэлбот тоже будет обедать с нами.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Огонь желания - Грант Анна



роман очень интересен читается очень легко
Огонь желания - Грант Аннапетр
22.07.2011, 12.06





Не скажу, что АХ.., но прочла с удовольствием. Любовь, приключения, предательство. Оба героя понравились. Так что читайте, делайте выводы.
Огонь желания - Грант АннаЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
1.12.2015, 9.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100