Читать онлайн Приговор любви, автора - Гордон Люси, Раздел - Глава седьмая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приговор любви - Гордон Люси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.9 (Голосов: 29)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приговор любви - Гордон Люси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приговор любви - Гордон Люси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Гордон Люси

Приговор любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава седьмая

– Мы непременно докажем вашу невиновность и вернем мальчика, – повторил Дэниэл. – Слышите, Меган?
Она промолчала, а он, в отчаянье заглянув ей в глаза, прочел в них немой укор. Взгляд Меган был таким печальным, что Дэниэл не выдержал, наклонился и поцеловал ее в губы, привлекая к себе ее стройное тело. Его ласки были лишены страстности; Дэниэлом овладело лишь чистое желание смягчить, убаюкать ее печаль нежностью, и, целуя ее, он шептал:
– Все будет хорошо… я все улажу… верь мне.
В конце концов, она успокоилась. Дэниэл гладил ее волосы и был рад тому, что Меган, уткнувшись ему в грудь, не видит его лица, омраченного сомнениями. Он надавал ей столько обещаний и сейчас не знал, сумеет ли выполнить их… Теперь у Дэниэла не было иного выхода, оставалось лишь искать ключ к решению ее проблем.
Меган подняла голову.
– Дэниэл… – прошептала она.
Ее губы приблизились к его губам; он вдруг перестал владеть собой и – никакие земные силы не смогли удержать его! – прильнул к ее губам. Поцелуем он надеялся утешить Меган, по крайней мере, такую отговорку он придумал для себя, но время, прошедшее после их последнего поцелуя, из нескольких секунд превратилось в миллионы лет, и все переменилось. Бесследно исчезли спокойствие, умиротворение и дружеское стремление снять напряженность. Тело Дэниэла захлестнуло вдруг буйство ощущений, и какое-то время он оставался недвижим под накатывающими волнами возбуждения.
Он видел, что с Меган творится то же самое. Ее стройное тело напряглось в его объятьях, потрясенное теми же открытиями. Они ступили на проторенную ранее тропу: страсть пошатнула их обоюдное недоверие, они лучше узнали друг друга, и недоверие мало-помалу сменилось осторожным союзом, основанным на уважении и общности несчастий. Но у чувства, охватившего их в эту минуту, не было ничего общего с уважением: то была вожделеющая страсть. Дэниэл не хотел, да и не имел ни малейшего права мечтать об этой женщине, но она затронула самое сокровенное в нем, не подчинявшееся трезвому рассудку, и он – закаленный двадцатью годами службы в полиции, где ежечасно подвергал свою жизнь заранее предусмотренному риску, – он безвольно подчинился этому безумству.
Меган казалось, что смерч ее уносит в заоблачные выси. Умом она понимала невероятность происходящего, но тело отказывалось подчиняться. Все на свете потеряло свой смысл. Во всей Вселенной остались лишь его губы на ее губах – медленно терзающие и сладостью поцелуя зажигающие ее плоть, сулящие невероятное блаженство. Умелая ласка его губ ни в чем не уступала умелым прикосновениям рук. Легкие одежды показались Меган стальным барьером, разделяющим их тела, когда они так желали слиться воедино! Да, она знала, что совершает ошибку, но не могла справиться с собой.
Она попробовала пробиться сквозь это смятение чувств и шепнула:
– Дэниэл…
– Что?.. – хрипло отозвался он.
– Мы не должны… я знаю, мы не должны…
– Тогда вели мне остановиться. – Меган беспомощно глянула на него, и он со стоном накрыл ее рот своим. – Вели мне остановиться… – не то молил, не то приказывал он.
– Не могу… сам знаешь, не могу…
Ее слова заглушили губы Дэниэла, прильнувшие к ее губам, его язык, который в жадном предвкушении погружался все глубже. Острое наслаждение пугало ее своей необычностью. Меган и не подозревала ни о чем подобном и потому безрассудно отдалась искушению пройти этот путь, каким бы он ни был, до самого конца. Она не знала, каким любовником окажется Дэниэл, но она во что бы то ни стало должна выяснить это. Ничто не удержит ее! Ничто не могло удержать ее…
Она рванула его рубашку – пуговицы застучали по полу – и с наслаждением пустилась в путешествие по его телу. Его сильная, мускулистая грудь была покрыта восхитительными, на ощупь жесткими завитками. От него так и веяло мужественностью, обещавшей вознести ее на вершину блаженства. Меган почувствовала, как тело Дэниэла сотрясала сладостная дрожь, а минутой позже он расстегнул ее блузку, проник под кружево лифчика и сжал ладонью полную грудь. Меган учащенно задышала, каждая клеточка ее тела жаждала Дэниэла, была готова вобрать его в себя.
Она ожидала, что Дэниэл, как это принято, унесет ее наверх, чтобы заняться любовью в постели – более «подходящем месте», – но, к ее удивлению, он сбросил на пол диванные подушки, а затем снова стал ее раздевать. Блузка отлетела в угол, за нею последовал кружевной лифчик, и вот уже ничто не мешало ему ласкать ее прекрасные обнаженные груди руками, губами и языком.
Опустив Меган на подушки, он ринулся в любовную атаку. Небывалое наслаждение затопило Меган, когда ее вызывающе твердые соски пробудили в нем все его дерзкое искусство. А она-то считала, что в сексе для нее не осталось загадок… Теперь Меган поняла, что ее прежние мимолетные и посредственные переживания ни в малой степени не походили на то, что она испытывала сейчас – вихрь бешеных, ошеломляющих, затмевающих рассудок, сокрушительных ощущений.
Даже слово «наслаждение» не передавало того, что бушевало в ней неистовым пламенем. Казалось, будто только теперь она познает мир. Перед нею распахивались настежь двери, открывались неведомые просторы, уводящие в бесконечность, сверкающую подобно бриллиантам. Спелые фрукты раскачивались среди ветвей, под ногами распускались цветы, и все мироздание наполнялось новой жизнью по мере, того, как пробуждалась Меган. Так вот какова истинная жизнь!.. А она даже не предполагала…
Меган не знала, кто сорвал с Дэниэла рубашку, но, судя по тому, с какой жадностью она целовала его тело, вдыхала его запах, это сделала она. Его плоть была удивительно приятна на ощупь под ее исследующими пальцами, удивительно сладка на вкус под ее изучающим ртом. Меган будто ожила и запылала страстью к этому мужчине, чье стройное тело и мускулистые бедра так возбуждали ее. Дэниэл сказал, что он без церемоний, а сейчас ей именно этого и надо: природной простоты, упорства, целеустремленности, ведущей ее к завершению.
– Дэниэл… – зашептала она. – Дэниэл…
– Слишком, поздно… я не смогу остановиться… – прохрипел он.
– Не останавливайся… больше я не могу…
Последние слова вырвались у нее со стоном. С силой разведя ее ноги, он вошел в нее точным и быстрым движением. Его стон слился с ее стоном, когда она обвила его руками и ногами, обволокла всего мягко и женственно. На несколько минут они позабыли обо всем на свете, находясь во власти наслаждения, предавшись гармоничному и древнему как мир ритму.
Ее представление о себе лопнуло как мыльный пузырь. Открылась правда, о которой она и не подозревала, хотя со стороны она казалась именно такой. Она действительно Тигрица!.. Она – дитя джунглей, где могут выжить только примитивные создания, и она сама стала дикой и примитивной, порождением ветхозаветного огня и ветра, жара и света.
Меган всегда полагала, что данное ей прозвище всего лишь глупая выдумка журналистов, но оказалось, за холодной личиной они разглядели истинную суть ее натуры – дикую, примитивную, с налетом экзотики. Конец самообману! Ее чувственность тигрицей выпрыгнула из ночных чащоб, сверкая глазами, крадучись неслышной поступью, показывая острые коготки, и внезапно обрушилась на Меган, стиснула в своих крепких лапах. Ее тело колотила конвульсивная дрожь, принося с собой изнурение, опустошающую слабость и райское блаженство. Нет, никогда она не станет прежней…
Заглянув в ее пылающее лицо, Дэниэл прочел в нем новое желание. Он все еще не разомкнул своих объятий и чувствовал, что и для него эта пауза была лишь началом. Меган пробудила в нем глубокую жажду, и сделать с этим он ничего не мог. Не потому ли он так боялся ее, боялся той власти, которую она возымела над ним? Но теперь он знал, что и он обрел над ней не меньшую власть. Поэтому сияли ее огромные золотистые глаза, в которых мерцали дразнящие огоньки; поэтому вздрагивали ее бедра и прекрасные длинные ноги, обвивающие его тело. Они оба получали друг от друга ровно столько, сколько давали, но Меган не желала просить его о наслаждении, она, как и он, предпочитала, отдав команду, помериться силами. Предчувствие грозной схватки отдалось в теле Дэниэла восхитительной дрожью, и он нарушил паузу.
В ответ Меган издала тихое рычание, похожее на рык довольной тигрицы, и его захлестнуло ответное желание. Раскинувшись на подушках, Меган подалась к нему сильными медленными движениями бедер. Она смотрела на него сквозь полусомкнутые ресницы взглядом, исполненным вызывающего превосходства, и, сжав в ладонях собственную голову, словно бросала вызов, говорила: «Порази меня!» И этот вызов был принят.
Его мужественность обрела новую силу, все глубже погружаясь в Меган, он старался как можно дольше продлить наслаждение и сделать его еще яростнее. Поняв Дэниэла, она подчинилась ею ритму, упиваясь остротой наслаждения. Когда кульминация была уже близка, у нее возникло непередаваемое ощущение, будто она бежит к обрыву, но прыжок туда нисколько ее не пугает, напротив, она в упоении от воздуха и света. За секунду до взрыва его касания внутри стали чаще, потом она сначала взлетела ввысь, а затем обрушилась в пропасть и, охваченная чувством свободного полета, издала крик наслаждения. Это было так прекрасно, что Меган выгнулась дугою, удерживая его в своем лоне, желая, чтобы блаженство длилось вечно. Когда все закончилось, по ее щекам потекли горячие слезы.
Наслаждение измучило ее. Дэниэл оказался таким великолепным, таким умелым и страстным любовником, что она чувствовала себя совершенно опустошенной. Меган смутно помнила о своих бедах, но абсолютный покой, сковавший ее тело, словно пролил чудодейственный бальзам на старые раны. Возможно, покой этот не будет длиться вечно, но сейчас он давал ей силы, способные преодолеть любые напасти.
От Дэниэла не укрылось ни одно из переживаний, отразившихся на ее лице, но разгадать ее мысли он не мог. Пресыщенный наслаждением, он хотел склонить голову на ее плечо, ласково поговорить с ней, а может, даже и заснуть в ее объятьях, но… Она не спускала с него полузакрытых глаз, и он не сумел прочитать в ее взгляде ничего, кроме физического удовлетворения.
– Ну как? – небрежно поинтересовался он.
– Что – как?
– Как тебе понравилось?..
Едва сказав это, он тут же пожалел и, скованный внезапной робостью, проклял себя за глупость и самонадеянность.
Слова… нет, не слова, а поведение Дэниэла лишь усилило растущее напряжение Меган. Она вдруг вспомнила о разделявшей их пропасти. Да, они перестали быть врагами, их отношения переросли в робкую дружбу; зачем же она ослабила свою настороженность? Зачем позволила себе потерять над собой контроль, отдаться его власти? Здравый смысл подсказывал Меган, что она совершила роковую ошибку.
Но в тюрьме она научилась многому, в том числе и притворяться, поэтому она села и повела плечами:
– Конечно, понравилось. У меня пять лет не было мужчины – кто угодно пришелся бы мне по вкусу.
Сидя к нему спиной, она не увидела пробежавшей по его лицу судороги – будто от полученной пощечины. Однако, заговорив, Дэниэл постарался придать своему голосу как можно больше равнодушия.
– Пять лет? Ты же отсидела всего три года.
– Значит, ты думаешь, что, едва уйдя от мужа, я стала напропалую крутить романы?
– Я не…
– Бросив Брайана, я добровольно выбрала одиночество.
– А… до вашего разрыва? – Дэниэл не смог удержаться от вопроса, хотя понимал, что это не его дело.
Меган пожала плечами.
– Наш последний год мы прожили под одной крышей, но, хочешь – верь, хочешь – нет, спали в разных постелях.
У Дэниэла едва не вырвался вздох облегчения, хотя и не понятно почему. В конце концов, какое ему дело, отвергла Меган своего никудышного мужа или нет? Возможно, на какое-то мгновение это было для него важно, но потом Меган дала ему понять, что у них все по-прежнему. Просто они поддались безумству страсти, и Меган тут же поторопилась восстановить расстояние между ними.
И даже не восстановить, а сделать еще больше. Сейчас между ними пролегла пропасть вдвое глубже той, что была еще днем, когда они вернулись из школы. Тогда они были товарищами, но сейчас все поведение Меган отрицало это.
В голову ему пришла страшная мысль. А была ли их близость действительно упоением для Меган?.. Быть может, таким образом она благодарила его за оказанную услугу. Быть может, он принял за страсть обычное проявление воспитанности. Ведь Меган только что деликатно дала ему понять, что больше между ними ничего не будет.
Дэниэл поспешно встал и оделся. Лежать обнаженным подле нее уже не доставляло ему удовольствия. Он чувствовал себя так, будто воспользовался ее беззащитностью, и проклинал себя за это, но, раскаиваться было поздно. На короткий миг между ними возгорелась искра, но этот миг прошел.
С утренней почтой пришло письмо от мистера Ньютона. Он извещал Меган о том, что переговоры о предоставлении ей большей ссуды прошли успешно. К письму прилагался чек на тысячу фунтов.
– Великолепно, – спокойно произнес Дэниэл. – Теперь ты сможешь снять себе отдельную квартиру.
– Конечно, – поспешно согласилась Меган. – Прости, что обременяла тебя своим присутствием. Ты мне здорово помог, Дэниэл, и теперь я справлюсь сама…
– Хватит, – резко прервал ее Дэниэл. – Я ведь еще и не начал того, что задумал, а самой тебе не справиться. Я нужен тебе, или ты будешь притворяться, что нет?
– Нет, я… я просто сбита с толку. Зачем тогда ты гонишь меня прочь?
– «Гоню тебя прочь»? – повторил он с наигранной небрежностью. – Должно быть, лестно услышать такое от женщины, однажды заявившей, что поселится где угодно, только не в моем доме. Я вовсе не «гоню тебя прочь», просто ради твоего же блага нам лучше жить отдельно. Нельзя было допустить того, что произошло ночью… И если ты переедешь на другую квартиру, оно не повторится.
– Вот как… – медленно произнесла она. – Понятно.
Ему хотелось крикнуть, что ни черта ей не понятно. Всю эту долгую бессонную ночь ему не давала покоя мысль, что он поступил с Меган нечестно, воспользовался ее беспомощностью. Да, он хотел, чтобы она принадлежала ему, но не из благодарности, а по зову сердца. Он снова страстно желал ее, желал и радостного удовлетворения, и если в один прекрасный день этому суждено сбыться, он хотел бы, заглянув в ее сияющие глаза, прочесть в них подлинное, неподдельное чувство. А когда их страсть утолится, чтоб она в счастливом блаженстве свернулась рядом с ним калачиком, а не отпрянула, как этой ночью. Дэниэл понимал, что это вряд ли возможно, но понимал и то, что, даже питая такую надежду, он должен перевезти ее на другую квартиру.
Они нашли для Меган подходящий пансион в нескольких милях от дома Дэниэла. Хозяйкой пансиона была миссис Купер, приятная добрая женщина средних лет, которая, если даже и узнала Меган, тактично не подала виду. В пансионе проживало еще трое постояльцев – супружеская пара и пожилой таксист Берт, имевший странную привычку приходить и уходить, когда ему вздумается. Три его замужние дочери постоянно предлагали отцу переехать к любой из них – «суетились», как говаривал Берт, – но отец их был вечным бродягой, предпочитавшим дочернему уюту меблированные комнаты и свое потрепанное такси. Он сразу понравился Меган.
Впервые после выхода из тюрьмы она обрела пусть относительный, но все же покой. Никто не докучал ей, и безвестность, к которой Меган так стремилась, не тяготила ее.
И все же ее покой не был полным. Холодная и равнодушная прежде, она пробудилась к новой жизни, вкусив сладость неописуемого наслаждения, ее тело рвалось испытать его вновь и вновь, но единственный мужчина, который мог сотворить это чудо, отослал ее прочь. Он сделал это, якобы желая защитить ее, но Меган догадывалась об истинной причине. Он все еще не доверял ей и хотел от нее избавиться. Он ее боялся.
Когда она лежала ночью без сна, борясь с охватившими ее страстями, в ее воображении всплывало лицо Дэниэла. Оно не пылало огнем вожделения, но было нежным и печальным, каким предстало перед ней той ночью, когда он нашел ее в парке и спас. Тогда она ненавидела Дэниэла и решительно отвергла его помощь, а он все равно окружил ее теплом и заботой.
В конце концов, Меган уговорила себя позвонить Дэниэлу, но услышала автоответчик. В первый раз она сообщила, кто звонил, но потом, едва заслышав записанный на пленку голос Дэниэла, бросала трубку. И когда наступило прозрение, ей стало больно, как от удара. О ее существовании просто-напросто забыли! Дэниэл решил не обременять себя лишними трудностями и вычеркнул ее из своей жизни. А может, просто получил от нее все, что хотел, либо отыгрался за все свои разочарования и неудачи? Или решил, что она все-таки виновна и что он только зря потратит время, продолжая возиться с ней?.. Или?..
– Эй, кончай терзать себя, красавица! – прервал ее размышления дружелюбный голос Берта. – Он непременно позвонит.
– Простите, не поняла?.. – Меган вздрогнула и вернулась к действительности: оказывается, она и Берт сидят за одним столом и завтракают.
– Мне ли не знать этот тоскливый взгляд… – продолжал он. – Уж я насмотрелся, когда мои дочери были девчонками. Так как, да или нет?
– Что «да или нет»? – осторожно спросила Меган.
Берт подмигнул ей.
– Любит или не любит?.. – шутливо поинтересовался он. – Мои девчонки гадали целыми днями. И у них выгорало.
– Вы сами сказали, ваши дочери были тогда девчонками, – напомнила Меган.
– Любить можно в любом возрасте, – глубокомысленно изрек Берт. – Это сложная штука. Мои девчонки переболели этой болезнью, и, в конце концов, каждая обзавелась своим дубоголовым простофилей, – весело закудахтал он. – Вот почему я держусь от них подальше. Свобода для меня дороже всего. Что касается вашего дружка…
– Берт, вы неправильно поняли, – в отчаянье перебила его Меган. – Я вовсе не влюблена.
– Почему же тогда вы подпрыгиваете как ужаленная всякий раз, как звонит телефон? А когда оказывается, что это не вас, просто вянете на глазах…
– Берт! И совсем я не вяну! – запротестовала она, невольно рассмеявшись. – Вы ошибаетесь. Он не… мы… он что-то вроде моего защитника.
Берт ухмыльнулся.
– Как скажешь, красавица.
Но его слова запали в душу Меган. Она была в полной растерянности, ведь даже девчонкой не переживала ничего подобного. В ранней юности, когда другие девочки часами просиживали у телефона в ожидании звонка, Меган совершенно не интересовалась мальчишками. Никогда еще ни один мужчина не владел целиком ее мыслями, даже Брайан, который поначалу ходил перед ней на задних лапках и постоянно названивал, иногда даже надоедая. Сейчас Меган впервые узнала то, через что давно прошли дочери Берта и многие другие женщины, и не могла ничего поделать с собой.
А что поделаешь? – убеждала она себя. Неопытность. Она с негодованием отметала нелепое предположение, что влюблена в Дэниэла. Только почему, черт возьми, он не звонит?..
Меган пошла к школе и притаилась в ожидании на том же месте, откуда в прошлый раз увидела Томми. Миновал день пустого ожидания, затем другой, но Меган не сдавалась. И наконец, спустя два дня, класс Томми вывели на площадку. На этот раз он тотчас же устремил взгляд туда, где она стояла, и сердце Меган радостно затрепетало – сын ищет ее! К несчастью, учитель, почуявший неладное в поведении Томми, увел мальчика. Его подозрительный взгляд пробежал по рядам деревьев за проволочной сеткой, но Меган успела вовремя скрыться за густой листвой и исчезнуть. Сейчас, когда рухнула последняя надежда, Томми, казалось ей, как никогда далек от нее. Меган печально вернулась домой.
Едва она ступила на порог, как навстречу ей поспешил Берт. Он подмигнул и многозначительно кивнул в сторону гостиной:
– Я знал, что счастье, в конце концов, само придет к вам.
Меган не стала тратить время на расспросы и очертя голову кинулась в гостиную; сердце ее бешено колотилось, загоревшись новой надеждой. Она вбежала в комнату – высокий мужчина, стоящий у окна в ярких лучах солнца, мог оказаться кем угодно, но когда он повернулся к ней лицом и улыбнулся ей такой непривычной мальчишеской улыбкой… Меган бросилась к нему в объятья, от счастья готовая разрыдаться.
Он крепко обнял ее, и Меган уже было хотела подставить губы для поцелуя, когда за дверью послышался голос миссис Купер. Они неловко отпрянули друг от друга, а хозяйка просунула голову в дверь.
– Думаю, вы и ваш друг не откажетесь от чашечки чая, – радушно улыбнулась она. – Чайник уже вскипел.
И скрылась за дверью прежде, чем они успели ответить. Меган взглянула на Дэниэла, обуреваемая неведомым доселе чувством. Она влюбилась в него… но разве такое возможно? Их разделяли непреодолимые барьеры, но стремительный поток страсти сломал их, разнес в щепки… Берт – этот простой, симпатичный человек – распознал правду с самого начала, он без труда сделал правильный вывод потому, что не был сбит с толку неизвестными ему обстоятельствами – например, тем, что они разрушили жизнь друг другу.
– Где ты пропадала? – воскликнул Дэниэл. – Я измучился тебя ждать.
– Ходила повидать Томми.
– Как я сразу не догадался… Удалось увидеть его?
– Да, но только издалека. Всю дорогу домой мне было невыносимо тяжело, я думала, ты бросил меня.
Он вдруг смутился.
– Так вот чему я обязан столь горячим приемом…
Его неловкость передалась Меган, она почувствовала, как краска заливает ей щеки. Удивительное дело – Тигрица, привыкшая держать мужчин на поводке, не знала, куда девать глаза.
– Ты – мой единственный шанс, Дэниэл, – запинаясь, пробормотала она. – Моя последняя надежда…
– Да, – кивнул он. – Конечно. Что ж, тогда я могу порадовать тебя хорошими новостями. Я не терял времени даром и совсем не пытался забыть тебя… – Его взгляд, казалось, пронзил Меган насквозь.
– Но ты будто исчез с лица земли! – взорвалась она. – Я столько раз звонила тебе, тебя никогда не было дома, а ты не удосужился позвонить мне! Я не знала, что и думать…
– … и предположила худшее. Возможно, в этом нет твоей вины, но, Меган, нам нужно научиться доверять друг другу. Иначе у нас нет шансов… нет шансов исправить положение.
– «Исправить положение»… – эхом повторила она, задумавшись над двусмысленностью его слов.
Они могли означать что угодно.
– Неужели когда-нибудь все образуется?
По его лицу стремительно пробежала какая-то странная тень, затем оно приняло обычное выражение.
– Конечно, образуется. Последние несколько дней я прорабатывал варианты наших будущих действий, поэтому ты и не могла застать меня дома.
Их прервала миссис Купер, появившись с чашками чая на подносе. Очевидно, она только что говорила с Бертом; окинув их сияющим взглядом, миссис Купер объявила:
– Я оставляю вас наедине. Если что-нибудь понадобится, вы дадите мне знать, хорошо?
Они пообещали, что так и сделают, и миссис Купер тактично выскользнула из комнаты.
– Тебе удалось что-то раскопать, Дэниэл? – нетерпеливо воскликнула Меган.
– Очень может быть. Результат моих трудов невелик, но попытаться стоило. Послушай, сильнейшей частью обвинения против тебя было отсутствие других подозреваемых. Однако лицом, весьма заинтересованным в смерти Грейнджера, был его племянник Джексон, унаследовавший все его значительное состояние.
– Я всегда подозревала, что он каким-то образом замешан в этом деле… – вспомнила Меган. – Сам Грейнджер рассказывал мне, что Джексон нуждается в деньгах. Они с дядей всегда были на ножах. Будь на то его воля, Грейнджер постарался бы, чтобы состояние не попало в руки племянничка, но он был повязан дарственным договором. Мне часто приходилось выслушивать от него, что Джексон ждет не дождется его смерти, чтобы заполучить себе денежки, при этом он обычно злорадствовал: «Только долго же ему придется ждать. Смерти до меня не добраться».
– К несчастью для нас, у Джексона железное алиби. Ту ночь он якобы провел в доме у любовницы, и ее брат подтверждает это.
– Они могут лгать, – заметила Меган.
– Разумеется. Мери Олмер могла солгать в надежде выйти замуж за богача, а ее брат – рассчитывая, что ему перепадет кое-что из наследства. Но в их показаниях не за что было зацепиться – по крайней мере, мне так казалось. Когда ты переехала, я еще раз досконально изучил документы и кое-что вспомнил. Год назад я расследовал дело, в котором был замешан доктор – специалист по спинномозговым травмам. Чтобы доказать свое алиби, он предъявил мне больничный журнал, подтверждающий, что в интересующие меня часы он был на дежурстве. Случайно он дал мне просмотреть и списки своих пациентов. Я почти уверен, что одного из них звали Джон Бейкер.
– Это значит…
– Брата Мери Олмер зовут Джон Бейкер; после падения с лестницы он прикован к инвалидному креслу. Если я прав, то он провел в больнице ночь, в которую, по его клятвенному заверению, видел Джексона Грейнджера в компании своей сестры.
– Значит… когда произошло убийство…
– Меган, пойми, – взмолился Дэниэл, – в полиции не возвращаются к завершенным делам. Тебе поручают новое расследование, и ты начисто забываешь о прежних, чтобы они не мешали тебе. Я должен был выбросить это дело из головы еще год назад. Помимо всего прочего, я могу ошибаться в имени, в дате… и вообще это мог быть совершенно другой Джон Бейкер! Сотни людей носят такое имя…
– А если ты не ошибаешься? – горячо перебила его Меган.
– Тогда мы уличим его в преднамеренной лжи. Но слишком много «если», Меган! Есть еще одно обстоятельство: Джексон Грейнджер не женился на Мери Олмер. Два дня я искал ее и брата и, в конце концов, выяснил, что они живут на севере. Туда я и мотался.
– Но ведь, чтобы заручиться ее молчанием, Джексон должен был жениться на ней?
– Совсем не обязательно. Связаться с ним значило открыто признать себя и брата сообщниками в этом деле. Кроме того, она все еще замужем за мистером Олмером.
– Дэниэл, – в отчаянье проговорила Меган, – нам хоть что-нибудь это даст?
– Кто знает… Это робкий луч в твоем темном деле, но я не справлюсь один. Мне потребуется твоя помощь. Скажи, ты когда-нибудь видела Мери Олмер или Джона Бейкера?
– Нет.
– И ты уверена, что и они никогда не видели тебя?
– Абсолютно.
– Тогда у нас есть шанс получить доступ в их дом. Я не могу там появиться – они помнят, что я занимался расследованием.
– Ты предлагаешь сделать это мне? Они наверняка узнают меня!
– Придется рискнуть, я уверен, ты справишься. Они ведь никогда не видели тебя в жизни и знают только как Тигрицу, какой ты была три года назад. – Он пристально всмотрелся в ее лицо. – А Тигрица, если захочет, сможет стать отличной актрисой. Я изучил твои фотографии на обложках журналов и понял, что ты неплохо вживаешься в самые разные образы и знаешь, как подать себя, чтобы произвести нужное впечатление. Вот только хватит ли у тебя мастерства притвориться мрачной и глупой?..
– Увидишь! – живо воскликнула она. – Я сыграю любую роль, какая потребуется для достижения цели! Любую!
– Тогда приступим…




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Приговор любви - Гордон Люси

Разделы:
ПрологГлава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11Глава 12

Ваши комментарии
к роману Приговор любви - Гордон Люси



Душевно.
Приговор любви - Гордон ЛюсиАлиса
2.06.2012, 23.39





необычный сюжет. понравилось.
Приговор любви - Гордон Люсиварвара
14.11.2012, 22.33





Книга великолепная!!! Странно почему рейтинг такой низкий? Местами даже прослезилась...
Приговор любви - Гордон ЛюсиНастя
7.11.2013, 21.01





Книга прекрасна! Сюжер держит в напряжении, заставляет сопереживать героям. Уже второй роман автора вызывает слезы. 10 баллов
Приговор любви - Гордон ЛюсиГаркушик
3.12.2013, 10.28





Ну и роман.Ничего еще хуже не читала. Отзывы подвели. С первой страницы понятно, что бред. Кое как дочитала, сплошные страдания и секс. Не любви тебе, не интриги, ничего нет. Потеряла время.
Приговор любви - Гордон ЛюсиАнна
3.12.2013, 12.47





На предыдущий коммет - Весь ЛР о любви. О любви мужчины и женщины, о любви к детям, о вере. Читайте.
Приговор любви - Гордон Люсииришка
26.01.2014, 0.02





Роман очень нравится, советую по читаь
Приговор любви - Гордон ЛюсиНастёна
27.03.2015, 13.39








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100